Гилберта Честертона по праву признают классиком английского детектива. Но мало кто знает, что писал он не только о католическом священнике отце Брауне. Его легкому журналистскому перу принадлежал трактаты о христианстве, например, «Вечный человек» и исторические исследования о католических святых Фоме Аквинском и Франциске Ассизском. Как говорил сам Честертон о святом Франциске: «Этого великого и поразительного человека можно рассматривать как историческое лицо и воплощение общественных добродетелей и как единственного в мире демократа». И совершенно точно заключение автора, что святой Франциск обогнал свой век и предвосхитил все лучшее, либеральное, доброе, что только есть в современном мире.
Святой Франциск пришел в мир как приходит младенец в темный дом, снимая с него проклятие. Он растет, ничего не зная о минувшей беде, и побеждает ее своей невинностью. Не только невинность необходима ему, но и неведение; он должен играть в зеленой траве, не догадываясь, что под нею зарыт убитый, и карабкаться на яблоню, не зная, что кто-то на ней повесился.
Он строил то, что часто приходило в упадок; то, что никогда не поздно чинить. Он строил церковь. А Церковь всегда можно построить заново, даже если остался только камень, и врата адовы не одолеют ее
В целом подача внятнее, чем в очерке о Фоме. Здесь меньше публицистической полемики и больше художественной красоты (которая более уместна в очерке о святом Франциске).