Глава 1. Первый из последних дней
Он умер. Опять.
Это была уже не боль, а нечто иное. Знакомое, почти ритуальное ощущение расползающейся по жилам ледяной пустоты. Сначала — ослепительная вспышка, в которой смешались огонь взрыва и блики солнца на воде. Потом — короткий полет, больше похожий на неловкое падение с огромной высоты, хотя его просто отшвырнуло взрывной волной от борта яхты. И наконец — удушающий, солено-горький объятия морской воды, затягивающей в зеленовато-мутную глубину.
Легкие, объятые паникой, горели огнем, но каждый глоток приносил не воздух, а жидкую, тяжелую смерть. Сознание гасилось, как перегоревшая лампочка, оставляя после себя лишь горький осадок полного, абсолютного, безоговорочного провала.
Капитан внешней разведки, оперативный псевдоним «Феникс», был мертв.
А потом он снова жил.
Это случилось мгновенно. Без света, без тоннелей, без голосов предков. Одно сознание выдернули из ледяной мглы и с силой вдавили обратно в тело. В тело, которое секунду назад разрывали на куски осколки и давление глубины, а теперь… теперь оно было целым. Сухим. И лежало на чем-то мягком.
Он не открыл глаза. Он их резко, как ножницы, раскрыл.
Потолок. Знакомый потолок с мелкой сеткой трещин у карниза. Шторы, пропускающие рассеянный утренний свет. Тихий гул города за окном. И запах. Слабый, но отчетливый запах старого кофе и пыли, нагретой солнцем.
Он лежал в своей кровати. В своей съемной квартире в портовом районе, которую взял для прикрытия за неделю до начала операции «Прилив».
Сердце заколотилось в грудной клетке с такой силой, что ему показалось, оно сейчас выпрыгнет и ускачет по комнате, как перепуганный кролик. Он сел, откинув одеяло. Взгляд метнулся к прикроватной тумбочке.
На электронных часах горели красные цифры: 06:00.
Дата: 12 октября.
День начала операции «Прилив». За двадцать четыре часа до его собственной, только что пережитой, смерти.
«Галлюцинация. Агония мозга. Последний выброс нейромедиаторов, симулирующий воспоминания», — пронеслось в голове выхваченными откуда-то обрывками знаний.
Он схватил себя за запястье. Пульс — частый, неровный, но сильный. Кожа — теплая, живая. Он провел ладонью по лицу, по груди, по животу. Ни ран, ни шрамов, ни следов от осколков. Даже старый шрам от пули на ребре, заработанный пять лет назад в Карпатах, был на своем месте. А новых отметин не было.
Он встал, подошел к зеркалу в полный рост. Из отражения на него смотрел он сам. Николай, он же «Феникс». Слегка помятый, с уставшими глазами, но живой и, что важнее, целый. Никаких следов взрыва. Никаких следы борьбы с водой.
Значит, все-таки галлюцинация. Невероятно яркая, детализированная и… унизительно реалистичная. Он сглупил. Прозевал засаду. Позволил себя взорвать, как какого-то новичка.
Сжав кулаки, он глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки. Паника — худший враг оперативника. Хуже пули. Паника заставляет принимать неверные решения. А он, судя по всему, принял самое неверное в своей жизни. И заплатил за это.
«Нет, — тут же поправил он себя. — Не заплатил. Я же здесь. Я жив».
Он потрогал свое отражение в зеркале. Холодное стекло. Реальность.
Разбор полетов мог подождать. Сейчас нужно было действовать по плану. По тому самому, который, если верить его предсмертному видению, привел его на дно морское.
Час спустя он был готов. Обычная темная водолазка, поношенные джинсы, кожаная куртка. В кобуре у поясницы — пистолет «Удав» с глушителем. В кармане куртки — два запасных магазина, складной нож, мультитул и пачка сигарет «Беломорканал», которую он не курил, но которая была частью легенды. Проверил связь — микрофон в воротнике, миниатюрный приемник в ухе. Все работало безупречно.
«Призраки прошлого, — отмахнулся он от навязчивых воспоминаний. — Стресс. Переутомление. После операции возьму отпуск. На месяц. На два. Поеду в горы. Буду слушать тишину».
Он вышел из дома. Воздух был прохладным, с запахом моря и выхлопных газов. Город только просыпался. Он направился к своему автомобилю — старенькой «Ладе-Приоре», идеально подходившей для роли неприметного таксиста.
План был прост. В 08:30 — встреча с агентом «Марьиной», которая работала горничной на яхте «Нереида». Она должна была передать последние данные о расположении постов охраны и, если повезет, образцы биометрии хозяина судна, олигарха-нелегала Артема Громова. В 14:00 — выход в море на рыбацком катере под видом туриста. В 20:00 — проникновение на «Нереиду» во время вечеринки, которую Громов устраивал для своих «друзей». Цель — извлечение данных с его личного терминала и, в идеале, вербовка самого Громова, который, по данным разведки, был недоволен своим положением в теневой иерархии.
Операция была рискованной, но проработанной до мелочей. Во всяком случае, он так считал. До сегодняшнего утра.
Он завел машину. Радио включилось само, заиграла какая-то бодрящая утренняя музыка. Он хотел было выключить, но рука замерла в воздухе.
Что-то было не так.
Он прислушался. Музыка… знакомая. Очень знакомая. Та самая песня, что играла в машине в то утро. В то самое утро.
Он резко тряхнул головой. «Прекрати. Соберись».
Поездка к месту встречи прошла без происшествий. Он оставил машину в двух кварталах от запланированного места — старого парка на набережной. Агент «Марьина» была пунктуальна. Он увидел ее на скамейке у фонтана, кормящую голубей. Молодая женщина в простом плаще, с сумкой через плечо. По плану, он должен был сесть рядом, сделать вид, что читает газету, обменяться паролями и забрать информацию.
Он уже сделал несколько шагов в ее сторону, как вдруг его взгляд зацепился за деталь. Незначительную. Такую, на которую в обычных условиях он бы не обратил внимания.
Напротив скамейки, через дорогу, стоял серый микроавтобус без опознавательных знаков. И его задние колеса были чуть повернуты, как будто водитель готов был в любой момент резко тронуться с места.
В его галлюцинации… нет, в его видении… тоже был серый микроавтобус. Он стоял на соседней улице, когда он, «Феникс», уезжал после встречи. Тогда он не придал этому значения. А сейчас…
Он замедлил шаг. Сработал инстинкт. Тот самый, что не раз спасал ему жизнь. Что-то было не так.
Он отошел в тень высокого дуба, сделал вид, что звонит по телефону. Его глаза сканировали местность. Второй человек. Мужчина в кепке и темных очках, читающий газету на другой скамейке. Слишком прямая осанка для беззаботного обывателя. Третий — водитель такси, припаркованный в конце аллеи. Он не ждал пассажиров, а просто сидел и смотрел вперед.
Засада.
Сомнений не было. Его агента «сожгли». И сейчас здесь ждут его.
В голове пронеслось видение взрыва. Может быть, оно началось именно отсюда? С проваленной встречи?
Он мысленно выругался. Нужно было уходить. Немедленно. П
