Радикальный черный
Михаил Мартынов ставит вопрос о политической онтологии черного цвета и исследует его радикальность в современном искусстве.
От анархистских флагов до визуальных практик blackout'а, от паноптической прозрачности до художественного сопротивления свету — автор стремится проследить, существует ли у черного цвета универсальные характеристики отрицания/бунта.
Через анализ разных культурных и исторических примеров автор показывает, как черный цвет и связанные с ним художественные формы могут стать инструментом для переизобретения социального порядка на анархистских началах.
От анархистских флагов до визуальных практик blackout'а, от паноптической прозрачности до художественного сопротивления свету — автор стремится проследить, существует ли у черного цвета универсальные характеристики отрицания/бунта.
Через анализ разных культурных и исторических примеров автор показывает, как черный цвет и связанные с ним художественные формы могут стать инструментом для переизобретения социального порядка на анархистских началах.
Жас шектеулері: 16+
Құқық иегері: WebKniga.ru
Басылым шыққан жыл: 2025
Баспа: Музей ГАРАЖ
Қағаз беттер: 195
Пікірлер 16
👍Ұсынамын
Хорошая книга, хоть и анархизм (акратизм) местами притянут за уши
👍Ұсынамын
🔮Қазыналы
💡Танымдық
🎯Пайдалы
🚀Көз ала алмайсың
вау
Дәйексөздер 567
Меня поражал контраст, — поясняет он, — между светлым небом и рисунком ветвей»292
1 Ұнайды
Искусственный свет обладает некоторой двойственностью — это одновременно и то, что контролируется, и то, что контролирует. С одной стороны, электричество не сверкает спонтанно, как молнии, то появляясь, то исчезая, оно надежно маршрутизировано — «упаковано» в провода и оказывается только там, куда его направили. Для того чтобы загорелась лампочка в квартире, требуется немалое количество инженерных решений. То есть производство искусственного света предполагает рациональные практики. Неуправляемо могут происходить разве что отключения света (блэкауты). С другой стороны, широко распространяясь, свет начинает контролировать ночь, отрицая саму возможность укрытия, которым она традиционно служила.
Герхард Рихтер в ряде инсталляций использует близкий прием. Он соединяет вместе несколько прозрачных стекол, и они становятся темными, непроницаемыми. То есть сложение прозрачности в данном случае не приводит к еще большей прозрачности — инсталляция напоминает черное зеркало или окно, не предназначенное для того, чтобы через него смотрели