Оглавление

Глава 1

Улиан оборачивался на каждом шагу. Он не видел этот мир раньше, не знал о его укладе, в отличие от Берты. Она провела здесь почти четыре дня 一 четыре сотни лет по меркам Расколотого мира, Оррсан 一 еще больше. Тогда они были здесь детьми, но, вернувшись, повзрослели не по годам. Мир повзрослел.

Улиан не ведал, куда они идут. Берта шла уверенно, словно знала, где находится посох или хотя бы подсказки для его поиска. Но его занимало иное.

Вокруг кипела жизнь. Другая жизнь. В воздухе парили грифоны, под ногами пищали незнакомые существа, похожие на мышей 一 свирхи, как говорила Берта. А рядом 一 деревья, словно живые. Их голос очерствел за сотни лет молчания, и не расслышать теперь их слов, лишь прочувствовать боль возможно в безмолвном скорбящем стоне.

Судя по всему, миру магии досталось неплохо. После того, как Оррсан вернулась в Расколотый мир, здесь воцарился хаос.

一 Магия 一 сила хаоса, 一 говорила Берта. 一 Она заполнила собой все уголки мира, что стало сложно дышать. Мы бы не выжили.

По словам Берты, Оррсан ничего бы не изменила, так как не могла коснуться посоха. Она 一 не маг Истины. Оррсан несла Жизнь, и долгие четыре дня ее шар приносил пользу людям, она раскрывала в себе дар, помогала умирающим; в силу своего доброго нрава, вселяла надежду на спасение, но больше своих возможностей она не могла сделать.

一 Оррсан и не должна была ничего делать. 一 Берта гордо задирала подбородок. 一 Ее силы угасали. Она стала понимать, что если не вернется, то сама зачахнет здесь. А в Расколотом мире, между тем, ей были вполне рады.

Спустя четыре века ее появление не повлекло бы разрушений 一 маг Ризвел сгинул за пределами Расколотой Низменности, дух Тимора скрылся в Склепе, род воина Аргерна грозил оборваться: впервые по его линии родилась девочка 一 Изабелла.

一 Так все и случилось. 一 Берта опиралась на толстую ветвь дуба, что подобрала по пути. Периодически Улиан вздрагивал от скрипучих вздохов дерева, но Берта их будто не замечала. 一 Эта дура Изабелла не только родила двух никчемных девиц, так еще и прежде срока угробила. А мужа и того раньше. Все 一 прощай, Белый Ястреб, твой великий род оборвался из-за одной недальновидной старухи, жди нового Раскола.

一 Нет вины Изабеллы в том, что у нее родились девочки, Берта. 一 Улиан лишь вздыхал. Спорить с амазонкой было бессмысленно.

一 Но на кой черт она погнала их в Пещеру? С Глазом Дракона? 一 Берта зло сверкнула глазами и резко свернула направо 一 по направлению к маленькому озерцу. Улиан был рад ускорить шаг, жажда вымотала его за весь путь.

一 Помнится, ты и сама думала, что принцессам суждено умереть из-за пророчества на шаре.

一 София могла стать магом Истины, Улиан. Я посчитала, что если она умрет, то предотвратит повторение истории. Но все оказалось не так, и теперь я понимаю. 一 Она остановилась и оглянулась вокруг. Редкий лес был свеж и зелен, диковинные птицы заливались трелью, и деревья, будто пробуждаясь ото сна, тянули им навстречу тугие лианы. 一 Этому миру нужен маг, в противном случае и Расколотой Низменности придется несладко. Иными словами…

一 Нужен новый Раскол, 一 Улиан закончил сам. Он понял, к чему вела женщина: если в одном из миров нарушено равновесие, то и другие пострадают тоже. Все связано, четыре силы заперты в камне.

一 Камень в Пещере. 一 Берта утерла пот со лба. Жара и влажный воздух вымотали порядком. 一 Пещера, да и все кольцо гор в Расколотой Низменности 一 это ничто иное, как сосредоточение магии, дремлющая сила, которая едва просачивается сквозь обломки. Мы с тобой за линией гор, внутри гор, если быть точнее, внутри мира магии.

Улиан не ответил. Наверное, он предполагал, что встретится с чем-то необъяснимым, но сейчас вдруг задумался, жив ли еще? Когда они покинули Рощу Безмолвия, Берта повела его к горам, почти к логову ульдров, что на восточном склоне. Но ульдры покинули свои жилища, и путникам удалось подняться к горному озеру 一 небольшой купели между скалами с удивительными переливами солнечных лучей на глади.

Стоило им ступить в воду, неведомая сила унесла его в самую глубь, вода залилась в нос и уши, дыхание сбилось, и сознание пропало. Лишь когда Берта бесцеремонно растрясла его, эльф наконец очнулся.

И что перед ним было сейчас 一 мир магии или мир мертвых 一 он до сих пор утверждать не решался.

一 Куда мы идем? 一 Улиан перевел дыхание и задал самый главный вопрос. Они шли уже почти сутки, но как будто и не приблизились к цели.

一 Ясное дело, куда, 一 Берта фыркнула. 一 Другое дело, как мы до него доберемся.

一 До чего это 一 «до него»? До… посоха?

一 Нас унесло на другую часть леса, 一 Берта принялась неохотно объяснять. 一 Очевидно, посох чувствует, что мы чужаки, и у нас нет дара к магии, поэтому приходится плестись через весь лес с западной стороны гор. А время утекает! Чтоб ты понимал! 一 Она посмотрела сурово. 一 Пока мы тут с тобой тащимся, в Расколотой Низменности пролетают месяца!

Улиан сжал уши:

一 Боюсь, у нашего мира нет столько времени…

一 Поэтому идем.

Берта вновь побрела, Улиан последовал за ней.

Лес в мире магии отличался от привычного: вокруг длинные лианы, изогнутые деревья, под ногами свирхи и сухоступы с огромными ушами, как у летучих мышей; вместо птиц в небесах 一 грифоны. Величественные создания, свободные в полете, как чародеи в своем ремесле. Но из людей им никто не встретился.

一 А где же люди? Я ожидал увидеть целые академии, башни и стены с боевыми магами вместо лучников, лаборатории, зелья и артефакты… здесь словно нет никого вовсе.

一 Люди и города за пределами гор. Оррсан вывела их, опасаясь, что в случае нового Раскола обломки могут их уничтожить. Это разумно, конечно. 一 Берта выдохнула и украдкой глянула на эльфа. Тот шел, не отставая. 一 Но за пределами гор нет Источника. Люди, привыкшие к магии, увядают и умирают раньше. Им определенно нужен этот посох. Им нужен Истинный маг.

一 Наверняка есть какой-нибудь магистр, верховный маг или кто-то из Совета Магии, кому по силам забрать посох…

一 Если и так, то никто не желает, 一 отрезала Берта. 一 Слишком много самонадеянных смельчаков полегли от силы посоха. Никому из этого мира не совладать с ней. А мы с тобой знаем как минимум двоих потомков Истинного Мага прошлого Раскола, кто обязан заполучить этот посох.

Улиан вздохнул:

一 Кто-то из них погибнет…

一 Если мы все сделаем правильно, то нет. Конечно, ты думаешь, что выживет твоя любимица из прошлого, потому что у нее клеймо, но не забывай, что дар обрел ее брат!

一 Именно поэтому мне сложно думать об этом. 一 Улиан потупил взгляд и замолчал. Решать чужие судьбы могут лишь смельчаки 一 отважные воины или гордые правители, верные своему слову. Но никак не старый эльф и сумасшедшая старуха, которые возомнили, будто знают больше других.

Они прошли еще около часа, но Улиан успел промокнуть до нитки: пот смешался с влагой деревьев, пропитав рубаху насквозь. Сапоги тоже пропускали воду, но в один миг это стало неважно. Эльф понял: они на месте.

Тогда, четыре сотни лет назад, он оказался в пещере. За все прошлое время посох не мог покинуть ее сводов: конечно, он дожидался своего владельца. Улиан отчетливо чувствовал пульсации магии: да, он вновь здесь, но в какой роли? Эльф помнил обволакивающую силу навершия, и сейчас она узнала его.

一 Он здесь, 一 прошептал Улиан. 一 Я чувствую, как потоки магии тянутся ко мне.

一 Не обольщайся, 一 Берта ухмыльнулась. 一 Ты мелкий воришка, который стащил навершие у посоха. Ты обманул Оррсан, а спесивый Ризвел подыграл тебе, вот и все. Магические умы этого мира величают тебя вором.

Улиан открыл рот, чтобы возразить, но Берта отмахнулась:

一 Никому не нужны твои оправдания, эльф. Этот мир на волоске от гибели. Так что будь ласков, подай мне руку, если еще можешь сделать доброе дело.

Берта оперлась на его локоть и осторожными шагами начала подъем ко входу в пещеру. Улиан шел рядом, поддерживая ее за локоть. Несмотря на возраст, женщина держалась уверенно, будто всю жизнь готовилась к этому походу.

А он сам? Нет, он не собирался покидать Мирсул, он строил подземный ход лишь для того, чтобы однажды вновь оказаться на месте Раскола. И он уже сыграл свою роль: когда из мира магии вернулась Оррсан, навершие засветилось, и эльф пустился в путь.

В тот день Берта ждала его возле купола 一 частокола, за которым прятались лесные дриады, впоследствии 一 воспитанницы Оррсан. То были женщины-беженки из Мирсула и других городов, потерявшие мужей или заплутавшие в дебрях. Амазонки.

Их встреча оказалась недолгой, но Улиан понял: он еще нужен этому миру, он может предотвратить Раскол. А сегодня он здесь, чтобы новый Раскол случился.

一 По-моему, ничего и не изменилось. 一 Берта отдышалась и не оборачиваясь зашла внутрь. 一 Даже следы наши остались.

Она шагнула в сторону и принялась водить палкой по земле, словно что-то раскапывала. Улиан застыл у входа, пытаясь вспомнить детали из прошлого. Это Берта была здесь словно вчера (хотя и прошло с тех пор почти полвека), но он-то три сотни лет после возвращения еще прожил! Он видел другую жизнь, он стал свидетелем гибели целой Империи…

А теперь ему открылось иное. В темном гроте, укрывшись зыбким покрывалом из породы, поблескивало навершие. То самое навершие. И Улиан сорвался. В два шага он оказался возле него и уже протянул руки, чтобы очистить от грязи, но это оказалось излишним. Будто отреагировав на приближение эльфа, а может, на его чужеродную ауру, навершие с легкостью освободилось от земли и полностью оказалось на поверхности почвы.

一 Берта? Сюда! 一 от волнения голос Улиана задрожал. 一 Кажется, навершие признает меня…

一 Не смей касаться! 一 женщина отреагировала сразу, но подойти не успела. Навершие взмыло в воздух и разместилось в самом центре пещеры, под ее сводом. Пространство озарилось легким голубоватым свечением, а вскоре к нему присоединились золотистые отблески навершия. Амазонка и эльф застыли на своих местах по обе стороны от творящегося чудейства.

С другой стороны, как будто из-под самой земли, навстречу магическому свету устремился посох. Его основание. Несведущий человек и вовсе мог не признать, что это: без навершия оно выглядело, как длинная палка, немного искривленная, но крепкая и определенно повидавшая жизнь.

Но происходящее сейчас не требовало объяснений. И навершие, и основание посоха соединились под сводом пещеры в одно целое 一 в оружие Раскола. На секунду оно зависло в воздухе, и Улиан зажмурился от яркого света, но в другой миг заняло точно свое место в каменистой выемке стены напротив входа. Там, откуда четыре сотни лет назад Улиан смог скрыться.

一 Портал, 一 прохрипела Берта. Похоже, даже она не ожидала такого стремительного развития событий. Но это значило лишь одно: миры готовы к Расколу. 一 Мы с Оррсан так же как и ты, выходили через него. Но теперь…

一 Он открыт и закрыт одновременно. 一 Улиан осмелился подойти и рассмотреть поближе. 一 Если кто-то войдет в него, то сразу наткнется на посох.

一 Посох защищает этот мир от вторжения. От таких, как мы с тобой…

一 Наверное, в этом и есть его предназначение. 一 Эльф обернулся на Берту, она сжала губы и кивнула. Ее лицо стало иссиня-белым в лучах таинственного света. 一 И что теперь?

一 Будем ждать. И что-то мне подсказывает, наше ожидание не будет слишком долгим.

Улиан не стал спрашивать, чего именно, потому что, кажется, и так все понял. И добровольно стал заложником чужого мира.

* * *

一 Где отец? Я думала, вы вместе навестите Гарчи. 一 Лефлет осторожно прикрыла дверь и показалась в коридоре. За два месяца после родов она стала немного спокойнее, но иногда все так же требовала внимания сию минуту. Ботта старался избегать супругу, но когда речь заходила о сыне, не мог ее игнорировать.

一 Привет, дорогая. 一 Ботта улыбнулся, но не приблизился, топчась на месте. 一 Твой отец на обеде с воинами, я не стал его отрывать.

一 Тогда почему ты не там? 一 Лефлет сама поцеловала его, но сразу отошла на шаг. 一 Я думала, теперь ты командуешь ими.

一 Да, но у нас появились заботы с ребенком…

Она не ответила, неторопливо отдаляясь от двери. Ботта выждал мгновение, но все же последовал за женой. Та направилась в южное крыло, где располагались их покои.

一 Меня это настораживает. 一 Она не повернула головы. 一 Он не разговаривает с тобой о делах замка, обращается только, если ему что-то нужно принести или повидаться с внуком. И по ночам он по-прежнему усердно трудится над наследником. Ты не в почете, Ботта, и сам как будто не видишь!

一 Я вижу другое, 一 Ботта нашелся сразу. 一 Замок в панике! После того, как мы сюда пришли из Мирсула, все идет наперекосяк!

一 Между прочим, у нас родился ребенок! 一 Лефлет взвизгнула, но, уловив эхо, закрылась и прибавила шагу.

Людей в коридорах почти не встречалось, несмотря на дневное время. Прислуга не успела разойтись по комнатам. Что и думать 一 добрая часть воинов оказалась в заложниках у Белого Ястреба, другие пали на поле боя, а те, что вернулись, вдруг стали пропадать.

一 Я слышу голоса ночами, 一 Ботта оставил замечание жены без ответа. 一 Просыпаюсь, умываюсь холодной водой и ложусь снова. Но глаз не могу сомкнуть. Голоса приходят наяву и сводят меня с ума.

一 И что же они тебе шепчут? 一 Лефлет остановилась. В ее глазах горели злые огоньки, она повысила голос: 一 Я тебя почти не вижу, Ботта, но если ты спишь с другой женщиной…

一 Не говори ерунды, Лефлет! 一 он тоже сорвался. 一 Я лишь делюсь с тобой своими страхами. Четверых солдат нашли мертвыми месяц назад, но что их погубило, мы до сих пор не знаем! И этот лютый холод…

На улице гуляла весна. Даже до северных областей, таких как Черный Орел, уже добралось тепло, но внутри замка оставалось зябко. И, кажется, холодало с каждым днем.

一 Не знаю. 一 Лефлет отвела глаза. 一 Я не слышу никаких голосов, но прекрасно вижу, что ты постоянно где-то пропадаешь! И при этом, как оказывается, даже не на встрече с отцом!

Теперь Ботта сам ускорил шаг. После того, как они поселились в замке, все складывалось не в его пользу. Он стал мнительным, даже предполагал, что это Вилорм мог где-то притаиться и готовить скрытую атаку. На стенах, конечно, всегда дежурили лучники, соглядатаи были распущены по окрестностям, но никто не приносил ничего дурного. Жизнь в замке протекала мирно.

А его посещали скверные мысли. И странные голоса ночами.

Лефлет догнала его не сразу:

一 Что это значит, Ботта? Ты не ответил! 一 Она поравнялась с ним и уже не скрывала гнева, но тот словно и не слушал. 一 Как ты смеешь просто уйти? Я здесь! Э-эй!

一 Хватит! 一 он прикрикнул. 一 Не держи меня за дурака, я не стану потакать твоим капризам. Никто не знает наверняка, мертв ли Вилорм, и сколько его воинов остались блуждать в лесу, потерянные после битвы. Да и народ Черного Орла сильно зачах. Они больше не видят в Уркулосе освободителя, они все больше задумываются о том, что это был захват…

一 Ты прекрасно знаешь, что это не так! 一 Лефлет рыкнула. 一 И не смей больше поднимать этот разговор! Ты здесь лишь потому, что ты мой муж, и должен ценить это. Я надеюсь.

Она выделила последнее слово и застыла в ожидании ответа.

一 И почему я связался с тобой? 一 Ботта пробормотал. 一 Оставалась бы со своим Ларсом! И что на меня нашло?

一 Осталась бы с Ларсом, была бы королевой! Идиот! 一 она взвыла. Крики жены разлетались по пустым коридорам. 一 Как ты можешь заявлять такое? У нас с тобой ребенок! И пока что он 一 наследник титула, что бы ты ни думал.

一 Ладно, Лефлет, прекращай, пойдем в покои, проведем время вдвоем, как раньше. Ты устала, я напуган, нам надо уделить время друг другу.

И тут Лефлет разрыдалась:

一 Ботта, милый, я думала, ты охладел ко мне. Ты ни разу не подошел ко мне и не сказал доброго слова. Что я могла думать? Что мне делать в этом замке? Я никому не нужна!

一 Просто пойдем за мной, ладно?

Она утерла слезы, и они молча пошли по коридорам. В замке было тихо, слышались лишь ее тихие всхлипы. Людей тоже не встретилось, и Ботта мог надеяться на спокойный вечер. До тех пор, пока они не оказались на своем этаже. Но, поднявшись, не узнали даже отдаленно.

Стены и пол коридора покрылись толстой коркой льда, весь этаж напоминал ледяную пещеру. Лампы потухли, вместо масла в них тлели белые морозные огоньки. Сапоги сквозь подошву пропускали холод. Но самое главное 一 в центре коридора стояла фигура в длинном плаще и взмахами рук украшала снегом и без того нарядные стены.

一 Назад. 一 Ботта оттянул Лефлет на несколько ступеней вниз, чтобы она не ступила на ледяное покрытие. Та еще не успела среагировать, лишь съежилась и с любопытством выглядывала из-за его спины. А Ботта вышел на шаг вперед. 一 Эй! Кто ты? И что это ты делаешь?

Он еще шагнул, но мороз, будто тянущимися путами, сковал ноги. И потом раздался голос. Тот самый голос.

一 Я предупреждала тебя, Ботта! Только тебя! Но ты ничего не сделал! 一 Фигура обернулась и вмиг возникла перед ним. Лицо обдало морозом, дыхание сперло. Но мужчина разглядел говорящую. Она не была человеком. Легкое мерцание накрывало ее образ, черты были смутными и как будто терялись в воздухе, но вот голос был что ни есть явным:

一 Мой господин недоволен вами. Вы должны уйти. Тотчас! Вы должны покинуть замок, иначе…

一 Отпусти моего мужа! 一 Лефлет с визгом бросилась на сущность, но та сковала ее одним движением. Ботта слегка обернулся, чтобы глянуть на жену, но обратно выпрямиться уже не смог: он примерз к полу полностью.

一 Вы захватили замок! Вы свергли господина! И расплата придет.

Холодный смех зазвенел в пустом коридоре, сущность прокружилась, и в лицо ударил снег. Лефлет сжалась. Видно было, как она дрожит. Зря только вмешалась.

一 Не тронь ее! 一 Ботта выкрикнул, но голос рассыпался крупицами льдинок, и последние слова он просипел. А призрак (именно так называлась эта сущность, теперь он не сомневался) лишь рассмеялся в ответ на его беспомощность:

一 Почему же? Есть хоть одна причина не трогать вас? Надо мной у живых нет власти, разве что у магов… но до них я пока не добралась. Я отпущу одного из вас, вы расскажете обо мне, но никто не поверит. Тем лучше, 一 она выдержала паузу. 一 Пусть считают вас сумасшедшими. А когда придет время, когда господин обретет силу… вот тогда мы и нагрянем всей армией!

За спиной у призрака появились другие сущности 一 такие же мертвые и такие же холодные. И цельным белым полотном они надвигались на двоих застывших супругов, не способных даже дотронуться друг до друга от оцепенения. И все же даже спиной Ботта чувствовал ужас и панику, засевшую в сердце Лефлет. Какой бы высокомерной она ни была всегда, сейчас у нее бы пропали всякие доводы, чтобы вздорить.

一 Госпожа София…

一 Моя госпожа…

一 Приказывайте, миледи…

Шелест голосов побежал по коридору, и призраки склонились перед главной сущностью. Лед факелов вспыхнул синим, в руках у Софии возникли два белых огонька.

一 Кого из них? 一 Звонкий голос призрака собрал у ног ледышки, остальные сущности зашевелились, поочередно тыча пальцами то в него, то в Лефлет. Пока София не приказала молчать.

一 Пусть говорит Мария.

Пелена призраков расступилась перед бледной тенью, будто едва обретшей очертания и почти не заметной на холодном фоне.

一 Пусть оба умрут, 一 она проговорила на выдохе. Ее голос протяжной нотой поднялся к потолку и растворился в окружающем, нарастающем с каждым мгновением шепоте. 一 Зачем нам пускать слух? Пусть по-прежнему о нас никто не знает, а в следующий раз мы придем и заявим о себе более убедительно.

一 Горжусь тобой. 一 София кивнула, Мария присоединилась к остальной толпе в ожидании казни. 一 Господин будет так же доволен.

Два огонька в руках принцессы соединились в один. Ботта уже и не дышал, наверное. Сердце угасало, холод подбирался к шее и душил. А он даже не мог обернуться.

一 Ты первая, 一 это прозвучало даже ласково, и огонек поплыл по воздуху. За спиной послышались всхлипы Лефлет, но она так же, как и муж, не могла вымолвить и слова. Даже звуки превратились в одно несвязное мычание. Ботта закрыл глаза.

Сейчас все закончится. Сначала умрет Лефлет, затем он. Затем весь замок. Создатель не поможет. Здесь его просто нет. Так же как и священного ордена, так же как, возможно, и самого Мирсула. Они 一 последние, и они падут.

Белый огонек проплыл мимо, но Ботта даже не шевельнулся. Возможно, он порадовался, что не он первый, и что он не видит Лефлет, но последние минуты жизни они проводят рядом.

«Это наказание, 一 вдруг пронеслось. 一 Наказание за прошлое. За жестокость лорда. За неверность невесты… когда еще она была чужой».

Когда он вместе со всем Мирсулом смеялся над человеком, потерявшим любимую женщину на потеху публике. Привязанные к позорным столбам, они стояли до последнего вдоха, взявшись за руки, и не надеялись на спасение. Лорд мог остановить кровавое представление, но он желал зрелища. И за миг до смерти они оба были готовы 一 Ларс и Люсия 一 умереть рядом и принять судьбу друг друга, пока меткий кинжал не оборвал жизнь девушки.

Тогда Ларс не был врагом Ботты, но вряд ли хоть кто-то желал оказаться на его месте. Но сейчас на этом месте был он. Только вместо толпы знати 一 горстка призраков, вместо Уркулоса 一 София. И расплата за чрезмерное тщеславие лорда.

一 Не хочешь ли, голубушка, сказать пару слов муженечку?

Тело превратилось в камень 一 Ботта это явно чувствовал 一 и, значит, уже не жил. Так важно ли, что ответит Лефлет? Она даже пошевелиться не сможет.

Боковым зрением он заметил свечение шара, заложенным носом, с трудом, вдохнул морозную тьму, а волна шепота вдруг стала восприниматься как благоприятный фон.

Сейчас все закончится. Он ясно знал это.

И женский визг за его спиной подтвердил догадку. Страшную догадку, обретшую воплощение в смерти его жены. А затем взмах руки призрака, хруст льда за спиной, еще и еще бросок…

Что-за позади затрещало. Лед будто становился толще с новой волной ледяного потока, вырвавшегося из ладоней призрака. Но лицо ее искривилось:

一 Уходим! Прочь! Все прочь! Незваные гости!

Она пропала в один миг с протяжным воем. Как исчезли остальные, Ботта даже не заметил. Он смог оторвать ногу от пола и вдохнуть полной грудью. Огонь в факелах вновь вспыхнул естественным светом. По краям коридора, резко оттаяв от мороза, потекла вода, а щека, еще не успев ощутить тепло жизни, вдруг запылала.

一 Я ухожу от тебя! Ухожу из замка! Ты просто мерзавец! Самозванец и трус! Я чуть не умерла из-за тебя!

Лефлет прошла мимо, даже не обернувшись. Не скрывая удивления, Ботта уставился ей вслед и замер. Что произошло? Кто кричал? Ему что, все это чудится? На полу вода, по коже до сих пор мурашки. Вот только супругу, судя по ее безразличию, произошедшее будто ничуть не задело.

На лестнице послышались шаги, и Лефлет остановилась на полушаге. Ботта обернулся.

一 Вот здесь, мой лорд. 一 На верхнюю ступень взбежала Риэтта. 一 Здесь был ледяной сугроб, которым в меня запустили они. Они маги, милорд. Слава каменному Ульбраху, я успела увернуться.

一 Да ты же моя ловкая. 一 Уркулос появился следом и, ничуть не скрывая чувств, поцеловал девушку взасос. К слову, она уже была беременна. Вдруг сейчас Ботта увидел это как никогда отчетливо. 一 Но что за маги? Здесь никого… а! Милая!

Уркулос наконец поднялся и обернулся на дочь. Лефлет склонилась в реверансе:

一 Здравствуй, отец.

一 Мой лорд. 一 Ботта склонил колено.

一 Похоже, это они, Уркулос! 一 Риэтта сверкнула глазами в их сторону. 一 Не знаю, как они выучились магии у нас за спиной, но посмотри, что они здесь натворили! Откуда вода? Откуда этот мороз по коже?

Ботта опешил и даже глянул на Лефлет. Та застыла с отвисшей челюстью.

一 Ты уверена, моя дорогая? 一 Уркулос ласково провел по животу девушки.

一 Абсолютно. Пусть наши маги это подтвердят. 一 Она махнула кому-то на лестнице, и в коридоре показалось трое молодых мужчин в мантиях. Ботта видел их раньше, но лично не был знаком. И вообще, похоже, мало чего знал о нынешнем положении вещей в замке.

Юноши без лишних приветствий распределились по коридору и принялись водить руками в воздухе. Что ж, даже к лучшему: пусть разберутся, что здесь происходит. В конце концов, заниматься безопасностью нужно не только извне.

一 Умница, обо всем позаботилась. 一 Уркулос вновь впился губами в губы девушки. Лефлет неуверенно вернулась к Ботте и сжала его ладонь. 一 Тебе не стоит волноваться, моя дорогая, ступай в покои, я разберусь с этим.

一 Приходи скорее, милый.

Она бросила непроницаемый взгляд в сторону супругов и скрылась из виду.

一 Что. Это. Было? 一 разделяя слова, взвизгнула Лефлет. 一 Что эта стерва наплела тебе? Ты веришь? Ты веришь ей? 一 Лефлет повышала голос и наступала на Уркулоса.

一 Собственно, все то, что я вижу своими глазами. 一 Взгляд лорда стал ледяным. 一 Вам предстоит объяснить, что здесь происходит.

一 Что здесь происходит?! 一 Лефлет попыталась вырвать руку, но Ботта ее удержал и был благодарен за чрезмерную эмоциональность. Все-таки ему не померещилось. Он не сходит с ума. Но если служанка Риэтта сможет убедить Уркулоса в обратном, им не сдобровать. Что-то подсказывало, что Уркулос ради наследника пожертвует всем, даже жизнью и благополучием дочери.

一 Мы с Боттой чуть не погибли, вот что! И вместо помощи я слышу только лживые обвинения! Очнись, отец! Ты неблагоразумен!

一 Вы уже достаточно взрослые, чтобы позаботиться о своей безопасности, не так ли? А твой супруг и вовсе слывет лучшим воином. Куда подевалась его сноровка?

一 Ты не понимаешь! 一 Лефлет топнула ногой и устремилась к Уркулосу. Ботта выжидал. 一 Это нечеловеческая сила приходила сюда! Это мертвые оживают, отец! Послушай!

一 Тебе нездоровится, милая, возвращайся в покои.

一 Это тебе нездоровится! Ты ослеп! Ты не видишь очевидного!

一 Довольно! 一 лорд повысил голос.

一 Милорд, 一 Ботта вмешался, 一 прошу вас, послушайте Лефлет, здесь небезопасно. У замка есть враги, и, похоже, мечами и латами нам с ними не совладать.

一 Вот как? 一 Одна бровь Уркулоса изогнулась. 一 А не по твоей ли милости?

Ботта замер, глаза Лефлет округлились:

一 Что ты имеешь в виду?

一 Тебе опасно находиться с ним, моя дорогая. Этот человек 一 колдун. Он говорил мне о странных голосах, и я отстранил его от службы, а теперь и Риэтта стала свидетелем его злой магии. Ботта опасен для общества.

一 Что? 一 Ботта не сдержался. 一 Это не так, жителям угрожает опасность…

Он промямлил, но тут же понял, что доказать свою непричастность к нападениям он не сможет. За секунду он стал врагом.

一 Отец? Ты же… ты же не?.. 一 Лефлет вдохнула, но, не найдя в глазах лорда сочувствия, бросилась ему в ноги. К Ботте подошли стражники. 一 Отец, пощади, у нас сын… у нас семья, у нас… оте-е-ц…!

Ее плач разносился по пустым сводам коридора, заглушив щелчок на оковах. Ботта словно онемел. Еще минуту назад он прощался с жизнью, а сейчас он испугался оков. И куда он теперь? Его казнят или бросят в подвал, где его так же сожрут духи. Участь одна.

一 Мой лорд? 一 Уркулоса окликнул один из магов. 一 Удивительно, но следов магии почти нет, мы едва поймали нить недавнего колдовства, но… очень сложно изучить ее природу. Словно она из иного мира вовсе.

一 Даже так? 一 лорд ухмыльнулся и обошел Лефлет со стороны. 一 Очень интересно. И что же ты ответишь на это?

Он рыкнул, но Ботте оставалось лишь развести руками. Уркулос даже не знал, что произошло. А предположения оказывались слишком смелыми.

一 Мертвые восстали, милорд. Вот что я знаю, 一 он выдохнул, но поднять голову не решился.

Вместо ответа он получил лишь смех лорда в лицо:

一 Вы слышите, что говорит этот человек? Он безумен! Отныне Ботта 一 враг Черного Орла. Он заключается в темницу до моего последующего решения. А сейчас он опасен для нас. Для боевого духа наших воинов, в первую очередь.

一 Нет, отец, пожалуйста… 一 Лефлет поникла и уже не скрывала слез.

一 Не переживай, дорогая. Тебе мы найдем нового мужа.

Он подал знак стражникам, и те повели его вниз. Лефлет разразилась рыданиями, но через мгновение все покинули ее, и коридор вновь опустел.

Ботта готовился к встрече с призраками.

* * *

Дворцовый сад Мирсула преобразился. Весна наградила жизнью не только луга и поляны. Город тоже расцветал от ее теплого дыхания.

От осенней разрухи, оставленной противостоянием Ботты и повстанцев, почти не осталось и следа: Эадде удалось отстроить основные достопримечательности и излюбленные места горожан. Окраинам еще требовалось восстановление, но по большей части город просыпался.

Подземный храм стал доступен для посещения всем желающим, вне зависимости от статуса, возраста и пола. Культ Создателя обрел почитателей в лице всех жителей, а Эадда был провозглашен Спасителем от Недуга. Был ли Недугом Уркулос или еще кто 一 не уточнялось, но жизнь в городе налаживалась, и настроения сменились на благоприятные. Некоторая бежавшая знать вернулась и присягнула на верность новому правителю. Многие пленники, заточенные прежде в темницах, стали верными служителями нового лорда.

Эадда наслаждался садом. Деревья цвели, воздух прогревался. С приходом весны не только преображался город, но появлялись новые стремления по укреплению позиций и расширению сфер влияния.

一 Милорд. 一 Перед ним появился советник, молодой юноша 一 светловолосый Ионис. 一 Вы меня звали, я приготовил чернила и пергамент для письма вон в той беседке. Если изволите, мы можем пройти туда, чтобы вам не отвлекаться от прогулки.

一 Да, Ионис, пройдем. Я понаблюдаю за жителями.

Они разместились в тени едва одетых деревьев, под куполом белоснежной беседки. Двое стражников сомкнули пики у входа. Из-за близости к людям приходилось осторожничать, но так Эадда мог видеть настроения в народе и слышать мольбы. И проверять сведения советников, которые приносили вести из города.

一 О чем просят те женщины? 一 Эадда обратил внимание на двух молодых особ возле купола. Порой прихожан было так много, что не всем удавалось попасть внутрь, иных страшил спуск.

Ионис не задумался:

一 О здоровье детей, милорд.

一 А о чем говорят дети? 一 Эадда перевел взгляд на четверых ребятишек, что поодаль собирали разбросанные игрушки.

一 О том, чтобы отцы вернулись с добычей.

一 Это семьи охотников?

一 Охотников и торговцев, милорд. После того, как мы восстановили торговые связи с Эрдеором, наши прилавки пополнились новыми товарами. Людям это приятно.

一 Да. 一 Эадда улыбнулся и перевел взор на пергамент. 一 Пора преумножить наши договоры и закрепить старые. Направь письмо в Нэрроуз с предложением об обмене товарами. Уверен, наши модницы истосковались по шелкам. Да и морепродукты никогда не будут лишними.

一 Повинуюсь, милорд. 一 Ионис что-то пометил себе. 一 Но… Нэрроуз теперь под покровительством Белого Ястреба. Не думаю, что он откажет, но может воспринять неправильно, если мы обойдем стороной его благословение.

一 Не обойдем, милый Ионис, не волнуйся об этом. Пиши. 一 Эадда сделал паузу, предвкушая вкус заветных слов. С тех пор, как он стал править, союз с Белым Ястребом не выходил у него из головы. Не договор о передаче людей, а соглашение на взаимовыгодных условиях. И, конечно, Ларс тоже должен желать этого.

一 Пиши, что мы сожалеем о всех бедах, которые выпали на долю замка, и выражаем надежду, что зима не обошлась с ним слишком строго и теперь он процветает. Что мы готовы оказать любую поддержку: при нехватке людей мы безусловно выполним свой долг по договору, заключенному прежней королевой. Однако надеемся и на ответное предложение. В знак нашей дружбы и, значит, в знак крепкого союза между нашими государствами.

Ионис старательно выводил слова, Эадда задумался. Ларс, его старый приятель, 一 теперь король Белого Ястреба! А он 一 лорд великого Мирсула, эльфийского города с великой историей. Разве могли они представить тогда, далекие пять лет назад, когда только встретились на службе у Уркулоса, что им суждено править? Это судьба, и, значит, пора уже свести на нет унизительные дани, что утвердили их предшественники.

一 Милорд? 一 Ионис развернул перед ним пергамент, Эадда поставил подпись:

一 Отправь тотчас.

Юноша поклонился и поспешил покинуть господина. Эадда расположился на скамье с ногами и, не скрывая, наблюдал за течением жизни во дворе храма.

Легкий гул голосов наполнял весенний сад, сладковатый запах цветущих яблонь кружил голову. Хотелось так же, как в молодости, поддаться порыву чувств и сочинять баллады на усладу придворным красавицам.

То время ушло. Сейчас же, заметив, что господин остался один, к воротам беседки подоспел Громул, заграждая спиной весь проход. Нет, сейчас никто не даст ему свободы, как бы отчаянно он не желал ее и как бы ни искал уединения в редкие минуты покоя.

一 Громул? Разве сегодня твоя смена? Помнится, я освободил тебя от службы в дни поклонений, 一 Эадда выпрямился и вновь уселся за письменный стол.

一 Милорд. 一 Мужчина поклонился. 一 Сегодня первый день служения Создателю по весне. Народу больше, чем обычно, и погода благоволит выйти из дому, поэтому я принял решение обеспечить личную охрану вашей милости.

一 Ценю твою заботу, Громул. Кто сегодня еще несет службу во дворе?

一 Я вывел три четверти основного состава стражи, милорд. Часть здесь, другая часть при главном входе, другая 一 по периметру. Ничто не должно омрачить праздник для вас и для славного народа Мирсула.

一 Обеспечь всем двойное жалование. 一 Эадда улыбнулся. 一 Благо, казна пополнится после сегодняшнего поклонения.

一 Благодарю за щедрость, господин. Уверяю вас, не все достойны такой милости.

一 О ком ты говоришь?

一 Полагаю, вы помните Силанта, мой господин? Лазутчика из Черного Орла, который…

一 Да-да, не продолжай, 一 Эадда отмахнулся. 一 Давно не видел его. А в чем дело?

一 Он слишком скрытный, милорд. Никогда не знаешь, что у него на уме. Хотя мы и дали ему свободу, доверили оружие и даже приняли в ряды стражи, он молчит. То ли таит злобу, то ли готовит скрытый удар, мне неведомо. Я не могу ему доверять, и двойное жалование даже в честь праздника ему будет великовато.

一 Однако же ты его вывел сегодня на службу. Почему?

一 Он всегда в паре с Доргом, он моя правая рука. Я доверяю ему как себе, милорд. Прошу понять необходимость службы Силанта именно в этот день. Остальная четверть стражи заслужила отдых, нужна была замена. Завтра же он вновь пойдет чистить доспехи. 一 Громул склонил колено и застыл в ожидании решения.

一 Думаю, ты можешь поступать как считаешь нужным. Я доверяю тебе, 一 Эадда кивнул. 一 Я прикажу выписать жалование всем твоим стражникам в равных долях. Как распорядиться ими, думаю, ты знаешь лучше.

一 Благодарю вас, милорд.

Громул не успел занять прежнее место у входа в беседку, как по округе разнесся женский визг:

一 Во-ор! Моя сумочка! Держите его! Во имя Создателя, будь проклят!

Кричала та самая женщина во дворе храма, что просила, со слов Иониса, о здоровье детей. Эадда вскочил, стражники Громула, что несли пост у дворца, ринулись в погоню. Прихожане бросились к храму. Там их встречали другие стражники, но, когда все собрались под крышу, часть из них поспешила к беседке.

一 Это может быть отвлекающий маневр, милорд. 一 Громул вытащил меч и теперь беспокойно оглядывался. Но двор опустел, никого в округе Эадда не заметил. Другие стражники окружили беседку. 一 Возможно, враг готовит удар на вас.

一 Если так, почему мне ничего неизвестно о предателях? 一 Эадда повысил голос. 一 Если есть угроза скрытого удара, почему мы не готовы?

一 Милорд, мы готовы, мы защитим вас…

Уверенность в голосе Громула пропала, со стороны ворот в дворцовый сад возвращались стражники. Ни с чем 一 понял Эадда по поникшим взглядам. Или с потерями, судя по тому, что впереди шел тот самый хваленый Дорг, что следил за Силантом.

一 Ушел, милорд. 一 Он склонил колено, остальные последовали его примеру. 一 У главных ворот дворца столпотворение, затеряться несложно.

一 Вернешь то, что упустил, из своего жалования, 一 Эадда ответил холодно. 一 Громул, выясни, как зовут эту даму, и каков ее ущерб. И, насколько я понял, Дорг должен был следить за Силантом, разве нет?

一 Прошу простить, милорд. 一 Дорг не поднял головы. 一 Воспользовавшись суматохой, он ушел тоже.

一 Я не желаю это слышать! Если мы не можем навести порядок в своих рядах, то что мы можем говорить вражеских атаках? Да, зима была тяжелая, пришлось принимать непростые решения, но мы справились! И что я вижу по весне? Я хочу видеть в рядах стражи верных и ответственных людей, чье достоинство не позволит упустить вора и, тем более, дать волю дезертиру! Это неприемлемо! Как я могу доверять вам свою жизнь? Как жители города могут на вас полагаться? Я возвращаюсь в покои, праздник для меня на сегодня окончен. Вы завершите службу, и к вечеру мы поговорим с вашим командиром. Громул, зайдешь.

Эадда расправил плечи, осматриваясь, чтобы ничего не оставить. Возвращаться в дворцовый сад сегодня не хотелось вовсе. Стража опозорила его, опозорила честь и власть господина перед народом. Это непростительно. Хрупкое равновесие выстраивалось всю зиму, а с приходом весны… что это? Снова гнев Создателя? Снова гражданская война? Но где ее зародыш? Народ хочет лишь мирной жизни, все устали от войны, а ее разжигатели казнены и изгнаны из города. Такого просто не может быть.

Стражники расступились перед ним, Эадда покинул беседку. Убедившись, что опасность миновала, скрывшиеся жители выходили наружу. Эадда кивнул в знак уважения заплаканной женщине и указал за спину, где Дорг должен был возместить ей потерю.

Надежда в ее глазах сменилась печалью. А затем, ускорив шаг, женщина побежала к выходу из сада, где только что, нарушив холодную тишину, скрипнула дверца кованых ворот.

Люди, что шли навстречу, падали ему в ноги и благодарили Создателя, что теперь их правитель 一 Эадда, и нет большего счастья, чем видеть его воочию.

一 Благослови вас Создатель, вы вернули его! Вернули мой кошелек! Я премного благодарна вам, 一 прозвучало за спиной, и Эадда остановился. 一 Это невероятно! Никогда прежде я не видела, чтобы вор был найден так быстро…

Гася внутри огонь любопытства вперемешку с прежней яростью, Эадда обернулся.

一 Мой лорд. 一 Перед ним на коленях стоял Силант и протягивал мешок с монетами. Пот стекал по его лицу, волосы намокли, дыхание заглушило остальные слова, но Эадда смог расслышать что-то вроде «вор найден».

И правда, за спиной у юноши, свернувшись клубком, мирно посапывал мальчишка. Через плечо у него была перекинута женская сумочка в цвет наряда заплаканной дамы.

一 Так он уснул? И только? 一 Эадда позволил себе ухмылку.

一 Мое изобретение, милорд. 一 Словно из ниоткуда, но, скорее всего, из сапога, Силант выудил маленькую склянку с прозрачной зеленой жидкостью. 一 Победе неважно, насколько закален твой меч, милорд. Особенно когда твой враг 一 бесчестный вор.

一 Меч и победа 一 порой несовместимые вещи. Ты прав. Поднимайся.

Юноша выпрямился, но тут же согнулся в поклоне.

一 Завтра приходи ко мне на аудиенцию, Силант. И верни кошелек хозяйке.

Эадда слегка улыбнулся сияющей женщине и направился во дворец. Но вскоре обернулся и окликнул командира стражи:

一 Громул! Все жалованье выпиши Силанту! Парень заслужил.

Глава 2

Нужно было возвращаться. Солнце давно перевалило за полдень, и через пару-тройку часов грозились опуститься сумерки. Руф и Ксило задремали под деревцем в ожидании товарищей, но Анна не могла найти себе места.

Она командир разведки. С нее спрос. Если они вернутся не в полном составе, что она ответит?

Прежде такого не было. Они выходили за час до рассвета, распределялись по постам, а к полудню их сменяли другие. Сейчас же посты уже заняли новые разведчики, но Анна осталась под предлогом контроля. На самом же деле она застыла на небольшой опушке и в который раз рыскала по местности в поисках зацепок.

Ни шагов, ни подозрительных звуков 一 ничего. Из запахов только свежесть молодой листвы. Люди из восточного поста, ушедшие контролировать горы, пропали без следа.

一 Наверное, в трактире. 一 Ксило зевнул и перевернулся на другой бок. 一 Может быть, вернемся в замок, госпожа Анна?

一 Ближайшие трактиры за лагерем амазонок и за линий гор, в Нэрроузе. 一 Анна не опустила головы, следя за перелетом птиц. 一 И я не замечала у пропавших праздных склонностей. В отличие от тебя с Руфом.

Она проговорила безэмоционально, но Ксило потянулся:

一 Мы просто устали, госпожа. Мы должны были вернуться два часа назад.

一 Мы мало искали. Надо еще. Разделимся. 一 Девушка накинула на плечи походный мешок. 一 Вы вновь пойдете к горам, возможно, мы что-то упустили. Я пойду западнее, в дебри.

Ксило вздохнул, но все же пихнул в бок Руфа. Анна закончила:

一 Встречаемся здесь через час, не позже. Если результата не будет, придется вернуться одним.

Она не стала дожидаться, пока оклемаются разведчики, и направилась в заросли.

Пожалуй, этого ей и не хватало всю прошедшую зиму: вернуться в лес, бродить в одиночестве по знакомым тропинкам, будто она и не уходила вовсе. А сейчас они не узнавали ее. А может быть, это она стала чужая. Чужая себе самой.

Где она настоящая? Где ее место? До Мирсула она не могла поверить, что существует иная жизнь, кроме деревни, до лагеря амазонок 一 что жизнь в лесу, до Белого Ястреба 一 жизнь под защитой.

Да, она до сих пор рвалась на передовую, как и прежде наблюдала за лесом и даже, по личному дозволению Ларса, охотилась. И все же изо дня в день ее пути повторялись, в прежних зарослях прокладывались новые тропы, и каждая следующая вылазка напоминала предыдущую.

И сейчас пропажа разведчиков смутила ее. В новой жизни не было места сюрпризам, она начала привыкать. И вдруг это. Что ж, полезно для закалки. Нужна встряска, чтобы не зачахнуть от лучшей жизни. Даже если пропавшие и правда где-то загуляли, тем лучше: ничего смертельного, но размяться не помешает.

Запах оживших растений пробуждал дремлющий азарт, сырость под ногами вдруг напомнила, что она живая. Каменные стены будто проросли внутрь нее, облачили в непробиваемый доспех, но реальность все же нашла прорехи в защите. Впрочем, трель птиц накладывала пелену на глаза: о безопасности и тактике думать не хотелось. И Анна с удовольствием бы рассматривала, как в детстве, весенние лесные пейзажи.

Поодаль раздавались оклики разведчиков, но отвечала им по-прежнему лесная тишь. Изредка 一 птицы. Анна пошла дальше. Возможно, она увидит зацепки. Возможно, поймет, где искать.

Она взяла курс еще левее, к большому лесному озеру: велика вероятность, что они там. Для купания еще рановато, но ловля неуклюжих уток 一 то еще веселье для юнцов. Размеренная жизнь расслабила их, они совсем забыли об опасности.

Но на берегу было пусто. Ни следов птиц, ни людей. Лишь холодный ветер задувал под одежду, лишь воспоминания пробудились ото сна.

Озеро и берег, усыпанный телами убитых волков вспыхнули в сознании. Ее вина, ее промах. Сейчас бы они не узнали ее, но раньше? Тогда они не должны были набрасываться, но злая сила будто витала в воздухе и сейчас появлялась вновь.

Анна окинула взглядом опушку и, не найдя зацепок, повернула назад. Что ж, видно, все же Рваный лес не зря назван Рваным: раньше верили, что он сшит из лоскутов разных миров: мира магии (хаоса), мира порядка, мира мертвых и мира живых. В каком из них она сейчас находилась? И на какой островок забрели несведущие разведчики?

Как бы то ни было, эти байки не могут быть правдой: она жила в лесу без малого пять лет и ни разу не столкнулась с чуждой силой.

一 Все меняется, 一 пробормотала она. 一 Наверняка здесь замешана магия. И если это так, то… Черный Орел?

Она сжала зубы и ускорила шаг. Воспоминания о прошлом бурлящей лавиной обжигали мысли. О пытках юности и пытках в замке Вилорма. Она возненавидела его за ложь и боль; за то, что она воин, но теперь это не имело веса. Она живая, а он 一 нет.

一 Ксило! 一 она крикнула первая, не застав разведчиков в условленном месте. 一 Руф? Я здесь!

Голосов она больше не слышала. Ни зова, ни ответа. Либо нашли, либо…

一 Проклятье, 一 она процедила сквозь зубы. 一 Вы еще куда подевались?

Она не стала задерживаться, беря направление к восточному склону. Хоть кого-нибудь, но она должна найти!

Здесь зарослей не было, но дорога шла в уклон. Анна ускорила шаг и поспешила наверх. У нее в запасе максимум час. Через два начнет темнеть, и надо будет вернуться. Да, ей предоставлена свобода, о какой не мечтает никто в замке, но она не может подвести доверие. Она не может подвести Ларса.

Кто-то толкнул в спину, и Анна упала. Прямо лицом на камни. Она успела выставить руку, но щека все же задела острую землю. По телу прошла судорога: она пропустила удар!

Невозможно! Она чует посторонний запах за версту, она слышит шаги за километр, она… не видела настоящего леса всю зиму.

Лес не узнал ее.

У леса другая королева. Она назвала Анну врагом? Она настроила против нее прежний дом? Да, Вероника жестока, но ей незачем мстить.

Но тем не менее, Анна не могла подняться. Лежала на острых камнях лицом вниз, пыталась вдохнуть, разглядывала землю и ожидала увидеть врага. Вот только до сих пор не проявилось ни шагов, ни посторонних звуков, ни запахов.

Усилием воли девушка заставила себя сесть. Тело не слушалось. Будто привязанное к земле, оно тянуло вниз, а по спине стальными бусинами рассыпались болевые вспышки.

Мгновенная догадка объяснила все: клеймо на спине мешает ей двигаться. Нити магии вновь опутали ее, и она уязвима к их воздействию, особенно вне стен замка, вот только…

Анна судорожно схватилась за шею и вытащила из-под рубашки золотую цепочку. На ней по-прежнему красовался медальон, и, значит, происходящее вовсе теряло всякие объяснения. Он должен защищать от магии, должен скрывать Источник от других магов. Но кто-то увидел ее. Кто-то питается ее магией. Силой, с которой она не умеет обращаться.

一 Как небрежно, Анна… 一 Она провела ладонью по разбитой щеке, размазывая кровь. 一 Как опрометчиво и как некрасиво…

Впрочем, чужая сила не душила. Она ударила точечно, в самую цель, и этого оказалось достаточно, чтобы ее обездвижить: Анна не могла опереться на ноги. Стоило ей выпрямить колено, вспышка боли накрыла спину, и девушка упала вновь.

Впервые она пожалела, что пропускала уроки Тензе. Щитом и мечом от магии не отбиться. А сейчас именно магические потоки проникали в нее, Анна это точно знала. Но сил не было, не было сопротивления, и она поддавалась путам.

一 Госпожа Анна! Что с вами? 一 раздалось громом среди ясного неба. 一 У вас кровь! Да простит меня призрачный Ульсвет, что заставил вас ждать! Я сейчас… сейчас.

一 Хватай меня за руку, Ксило! 一 Анна прикрикнула, понимая, что это ее последний шанс уйти отсюда. 一 И следи за моими ногами! Они должны идти, понял? Спину я… не чувствую.

Она попыталась выпрямиться, но вспышка боли ударила снова. Медальон на груди раскалился.

一 Живо!

Парень схватил ее руку и закинул себе на плечо, Анна изо всех сил постаралась подняться.

一 Держи меня! 一 Ее тянуло вниз, по спине пошли новые пульсации. Ксило вытаращил глаза, не понимая, что происходит. 一 Бегом! Идем отсюда!

Она завопила, и лишь тогда Ксило двинулся с места, с каждым шагом ускоряясь и уходя прочь от странного места. Анна успевала переставлять ноги, но ниже пояса ничего не чувствовала.

一 Все! Все! Брось, 一 Анна выдохнула, когда они оказались у несостоявшегося места встречи. 一 Эта тварь меня отпустила…

一 Эта… тварь? 一 Ксило освободил руки и неуверенно глянул на девушку.

一 Магия. 一 Анна оперлась спиной о ствол ближайшего дерева, не решаясь опуститься на землю. Боль утихла, ноги стали чувствовать неровности почвы. 一 Надо сообщить магам, они должны знать.

Ксило кивнул, но взгляд потупил:

一 Руф тоже пропал. Мы разминулись, я оглянулся, но его уже не было. Думаете, это тоже магия?

一 Не исключаю. Нужны детальные поиски.

一 Я сообщу Тензе.

一 Не откладывай. Иди к нему сразу, как вернемся. Уже смеркается.

一 Как скажете, госпожа.

一 Сейчас пойдем, дай мне… пять минут.

Анна вдохнула. На этот раз ничто не сковало легкие, и она поднялась. Белый Ястреб ждал их возвращения, но готов ли он к скверным вестям? Да, замок оправился от последствий битвы, но куда приятней двигаться вперед, нежели залечивать старые раны.

Клеймо заявило о себе, и после долгого затишья нельзя игнорировать его голос. Возможно, это лишь предупреждение об опасности, и Анна единственная, кто может распознать его.

* * *

Тензе работал до глубокой ночи. После того, как он излечился от ожогов, дел стало невпроворот. Нужно было вновь заниматься восстановлением стен, лечением раненых и вместе с тем развивать магию в замке. Ланез с подкупающей искренностью помогал ему и подавал искрометные надежды на магическую славу. У парня, определенно, был талант.

К ним присоединились еще добрых три дюжины добровольцев, кто готов был постигать магическое ремесло. Не все владели даром, но старания и упорство в достижении целей ни у кого из них было не отнять.

Он собрал команду, горящую идеей развития, и благодаря ей замок вновь восстанавливался и приобретал новый, целостный облик. Король был доволен, и Тензе, пользуясь его благосклонностью, мог позволить себе магические эксперименты в лаборатории. Иногда они приносили результаты 一 юноша осваивал новые компоненты зелий, переделывал старые заклинания из книг в более практичные и простые. Тензе упивался даром и силой, хозяином которой стал. В его руках 一 целый магический мир, и он мог преобразовывать его как угодно. Все-таки наличие древней библиотеки под боком давало ему некие привилегии в изучении и даже в преобразовании магии, а, значит, и привилегии всему замку. Ларс не жаловался.

Вообще, после битвы дел у всех хватало, и Ларсу было просто не до него. Маг радовался новым достижениям учеников, но его по-прежнему беспокоил проход в дальней комнате, которую пришлось опечатать заклинанием забвения от любого, кто попытается проникнуть внутрь.

Тензе не мог разгадать этот магический код. Его заклинание «покрывала» с легкостью легло на образованный проход, вот только снять его не удалось до сих пор. Никаких мыслей, никаких выводов. Чем дольше он пытался, тем быстрее выбивался из сил. Приходил в покои и ничком падал в кровать. А когда открывал глаза, рассвет уже стучался в окна.

Кейра, кажется, смирилась. Поначалу она ждала его до полуночи, только потом засыпала, а сейчас и вовсе бросила всякие попытки. У нее появились свои дела: помощь Сеферу в укреплении деревянных драконов, как она называла корабли, редко 一 разбор книг в библиотеке и составление каталогов; чаще 一 помощь в таверне Фугулу. Но вряд ли она помогала старику по хозяйственной части. Дело в том, что она теперь пела.

Утром она встречала Тензе улыбкой, напевая незамысловатые строчки, и с легким сердцем отпускала на магические эксперименты. Тензе молчал. Он не мог упрекнуть ее в легкомыслии. И он не мог отобрать ее страсть.

一 Уже поздний час, господин Тензе. 一 Ланез коснулся его плеча. 一 Кейра наверняка вас заждалась. Если хотите, я заменю вас и отслежу, когда закипит.

Перед юношей порхали в воздухе три банки с разноцветными растворами. Под ними едва виднелось прозрачное пламя. Тензе делал заметки, но поднял глаза на ученика:

一 И кто это тебя надоумил? Неужто сама Кейра шепнула тебе невесть что?

一 Простите мою неучтивость, господин, но скоро светает, а, значит, вы вновь вернетесь в лабораторию. Однако вы не сомкнули глаз…

一 За безопасность переживаешь, что ли? 一 Тензе усмехнулся и вернулся к записям. 一 Без паники, замок не спалю. Меня радует, что корень лесного путняка раскрылся под нагреванием и теперь мы сможем усыплять бдительность врага за считанную долю мысли. 一 Тензе указал на прозрачную склянку. В жидкости начали прорисовываться очертания листьев.

一 Это ядовитое растение, господин. 一 Ланез нахмурился.

一 О, я добавил лишь крохи, 一 Тензе отмахнулся. 一 Тем более, что в двух других склянках я готовлю противоядие и исцеляющий раствор. И надеюсь, что расход этих отваров будет минимальным.

一 И все же, господин, позвольте помочь вам…

Теперь Тензе взглянул пристально:

一 Я слушаю тебя, Ланез. Говори.

Он даже бросил свои записи и уселся, кивком указав на стул напротив. Юноша немедля разместился. Но взгляд через плечо все же отпустил: все ученики мага уже покинули библиотеку, и, значит, они могли говорить вполне искренне.

一 Я знаю, что это вы спасли меня, господин. Не лекари 一 магия. 一 Ланез все же понизил голос, Тензе скрестил руки на груди. 一 И победа случилась лишь благодаря вам. Все это понимают…

一 Давай опустим дифирамбы, Ланез. Ты явно не для этого мне зубы заговариваешь.

一 Хотел предложить помощь. 一 Тот пожал плечами. 一 Вы заслуживаете отдых.

一 Жениться тебе надо. 一 Тензе усмехнулся и вновь поднялся, обращая взор на кипящие жидкости. Пар от них образовывал в воздухе знак вопроса. 一 Чего-то не хватает…

Тензе пробежался глазами по книжной полке перед ним и достал тоненькую брошюру, с самого краю.

一 Кажется, было здесь…

一 Добавьте в крайнюю склянку спирта, милорд. Реакция пойдет быстрее, и в двух других система выровняется. Вам останется просто вести записи. Впрочем, с этим я готов вам подсобить.

Тензе вылупился на парня:

一 Ты как понял, что все три в одной системе?

一 По пару. 一 Тот ни капли не смутился. 一 Из всех трех пар соединился в одну общую струйку. Такое я вижу впервые, если честно, но в паре книг встречал подобные опыты.

一 Так, ладно, впрочем, ты прав. 一 Тензе взмахом руки развеял струящийся знак вопроса, и невидимое пламя потухло. Жидкости в склянках помутнели. 一 Продолжу завтра. Вернее, сегодня… с утра.

一 И только? Мне стоило лишь разгадать ваш замысел? 一 Ланез заулыбался.

一 Это лишь эксперимент, милый мой! Повторять не вздумай! 一 Тензе огляделся и, прихватив книжонку, вышел из-за рабочего места. 一 И все на сегодня, возвращайся в покои. Я тоже пошел.

一 Господин Тензе! Прошу вас! Задержитесь еще на минуту! 一 В библиотеку залетел юноша лет восемнадцати, не больше, и рухнул в ногах у мага. Судя по одежде, он был разведчиком. 一 Господин Тензе, прошу прощения, но это не терпит до утра, вы должны знать!

一 Встань, 一 пропел Тензе и глянул на юношу с любопытством. Видеть кого-то не в мантии за последние месяцы он уже отвык. 一 Кто ты? И что стряслось?

一 Меня зовут Ксило, милорд, я разведчик, и меня… послала Анна.

Секунду Тензе медлил, а затем кивнул Ланезу:

一 Ступай, Ланез, не беспокойся за меня. Я пойду в келью сразу же после разговора с любезным Ксило.

Ланез слегка склонил голову и немедля покинул библиотеку. Тензе повернулся к юноше:

一 Я слушаю, Ксило. Хоть и удивлен, что сестра не почтила меня своим личным присутствием.

一 Все не так просто, милорд Тензе. Она просила передать, чтобы вы, по возможности, сами навестили ее. Она обеспокоена магией… в лесу. Трое наших товарищей пропали сегодня. Вам нужно проверить магическое поле или еще там что-то… не знаю что.

Тензе нахмурился:

一 Магия? В лесу? Как Анна это поняла?

一 Не могу знать, милорд, но… она не могла идти. Мне пришлось буквально отдирать ее от земли…

一 Магия… земли? 一 Тензе задал вопрос скорее самому себе, но Ксило закивал:

一 Недобрая какая-то магия, милорд. Но не везде. Только у склона восточных гор. Там все случилось. Однако, признаться честно, я ничего не почувствовал. Это все догадки госпожи Анны.

一 Спасибо, Ксило, я навещу ее. Хорошо, что передал мне. 一 Тензе поднялся и протянул руку юноше. 一 Доброй ночи.

Тот развел руками, будто не ожидая, что его так скоро выпроводят, но Тензе узнал достаточно. Анна хоть и упрямая, но она не дура 一 защитный медальон она не могла снять. И если так, то…

一 Появился новый источник? 一 Юноша закрыл глаза и представил себе Рваный лес, а затем восточный склон, о котором говорил Ксило, но никакие вспышки магии не тревожили его. В мозг не поступали чуждые импульсы, будто ничего не происходило.

Либо это ошибка, либо маскировка. Такая же маскировка, как у магии закрытого в этой библиотеке прохода.

一 Древняя магия. 一 Тензе распахнул глаза. 一 Пробуждается очередная сила Раскола, не иначе. Но из-за чего? Что сместилось?

Он вновь закрыл глаза и увидел Черный Орел. Он не звал эту картинку, она сама пришла, но попытка заглянуть за ворота не увенчалась успехом: его будто отбросило назад в этом фантомном рывке, и по коже пошел холод. Только уже не фантомный, а настоящий холод.

一 Какое-то смещение происходит. 一 Тензе схватил бумагу и принялся рисовать линии 一 карту Расколотой Низменности. Он видел то библиотеку, то все тот же склон восточных гор, то лагерь амазонок или замок Черного Орла. Образы приходили вспышками, он не звал их и, увидев, отмечал на карте точки всплеска магии и места затишья, хотя и не мог верно трактовать свои ощущения. Все эти места были связаны тонкой нитью магии, но почему? И как она вдруг стала пронизывать все лоскуты Рваного леса? По чьему велению сшивала обломки Расколотой Низменности?

Чем дольше он размышлял, тем меньше оставалось ответов. Но одно он знал точно: магические линии сместились, и эти линии, вероятно, наполнялись чуждой силой, постичь которую у него не хватало знаний.

Тензе заложил руки за спину и принялся расхаживать вперед-назад по пустой библиотеке. Все-таки это не просто так. Неспроста он ничего не чувствует. А Анна, как назло, ничтожно мало знает о магии…

Надо ей рассказать, надо помочь освоить хотя бы азы. Если и впрямь в Расколотый мир просачивается магия, теперь она не защитит себя. Она слишком гордая, чтобы просить о помощи, хотя разведчика с вестями все же прислала…

Но Тензе опасался другого. Теперь он переживал, что сам не сможет защитить не только Анну, Ларса или Белый Ястреб, но и самого себя. Слишком непонятная и слишком неизведанная угроза надвигалась на их дом.

一 Я должен попытаться. Что бы там ни было. 一 Он остановился и, выдохнув, решительно направился к дальней библиотечной комнате, где раньше проход сквозь стену заслонял грифон.

Теперь же здесь зияла рана. Едва мерцающий щит покрывал собой брешь в стене и защищал, на первый взгляд, от любого вторжения извне, но Тензе не мог изучить природу этой магии. Магии, которая прежде была его собственной, а теперь будто подчинялась новому, более могущественному господину.

一 И что же ты скажешь, моя родная? 一 Он положил ладонь на поверхность и прислушался: тишина. Лишь ощутил легкие вибрации по коже от прикосновения. Затем 一 точечные уколы на подушечках пальцев, затем 一 легкую боль в кости, затем 一 едва заметный комок энергии под кожей. Начав с мизинца, он направился через ладонь к локтю.

Тензе одернул руку: что это? Сгусток энергии? Внутри тела?

Комок застыл где-то возле плеча, и маг встряхнул руку. Из его ладони вырвалось облако пара и растворилось в воздухе.

一 Интересно… 一 Тензе поднял камень (здесь по-прежнему хватало строительного мусора) и силой мысли приказал пробить защиту.

Но камень даже не коснулся поверхности двери. На полпути он раскрошился на сотни мелких кусочков, которые на долю мгновения зависли в воздухе. Тензе даже залюбовался чужеродной магией, пока все эти частички не соединились и не направились в обратную сторону.

Тензе успел выставить щит, но и частички не потеряли своей силы от удара. Вместо этого они въелись в поверхность и будто стремились достать мага сквозь препятствие. Одним движением руки Тензе укрепил барьер, но и этого оказалось мало. Вонзившись в уплотненную грань магического щита, они выросли и теперь тянулись к нему сквозь бесполезную преграду.

一 А если так? 一 Неожиданное препятствие вдруг разожгло азарт, и под внезапный смех мага частички вспыхнули и исчезли вместе со щитом.

一 То-то же! 一 он воскликнул, готовя следующий удар. 一 Кто бы ты ни был, выходи, и сразимся! Мне нужен, наконец, достойный противник!

Огненный шар вырос в ладонях Тензе и вновь направился на бой с невидимым врагом. Лишь вспомнив участь брошенного камня, маг остановил шар. Он думал преобразовать его в воздушный поток, но пламя уже разгорелось.

Заклинание не поддавалось, будто кто-то за него нашептывал беззвучные слова, и шар стал разрастаться.

Капля воды решила бы проблему: он смог бы призвать водную стихию, как сделал это при защите замка, но комната была пуста. Здесь не было ни кувшина, ни забытого стакана с жидкостью.

В нерешительности Тензе попятился, попутно прихватив еще один камень из строительных завалов. По сравнению с разросшимся пожаром он был песчинкой. И огонь надвигался на него.

Юноша подбросил камень, и перед ним выросла каменная стена. Она отделяла его от опасности, но что-то подсказывало, что этого недостаточно, и нужна противоборствующая сила. Хотя бы содержимое трех склянок, что остывали где-то в пустом библиотечном зале.

Тензе осторожно, не оборачиваясь, вышел из комнаты. Шар преследовал его и, оказавшись в более свободном пространстве, разделился на три.

一 Так-так-так, нельзя палить лабораторию, нельзя разрушать библиотеку, да и мне остаться бы целым не помешало. 一 Тензе отходил, но не отводил глаз от враждебных сгустков.

Три склянки с незавершенным экспериментом оказались под рукой весьма вовремя, и ждать было больше некуда. Мысленно превращая их содержимое в ледяной поток, он обрушил всю мощь водной стихии на три огненных шара.

Пламя взмыло вверх, будто бросая клич помощи, а затем огненной рекой покрыло каменный щит. Лицо обдало жаром, камень сопротивлялся огню, вдруг ставшему жидким. Все знания Тензе будто не имели веса перед необъяснимой стихией. Но одно он знал точно: обороной эту магию не победить. Нужно было идти в наступление.

Пламя окружило его и теперь извивалось в зловещем танце буквально в полушаге. Камень выдержит, но воздуха не хватит, вода превратится в жидкий огонь… что это за магия? Кто-то диктует свои правила, и он вынужден подчиняться.

Как зимним тулупом, он укутался каменным щитом, но дышать становилось сложно. Пламя обволакивало щит, и не было средства для ответного удара.

Хотя… однажды он уже спасался здесь от чужеродной магии. Возле алтаря с негаснущей свечой.

一 Прочь! 一 Он коснулся ее глади внезапно. Вернее, вода сама оказалась в его ладони, как только он призвал ее. И трех ничтожных брызг хватило, чтобы вызвать шипение огненного змея, словно раненого и бегущего с поля почти выигранного боя. Хотя кто здесь победил, Тензе утверждать не решался.

Он осел на ровном месте, позволяя разрушаться защитной магии камня, позволяя открываться себе и наблюдать новый расцвет чужеродной магии, кипящим паром обдающей и тело, и лицо. Змей уходил, но напоследок оставлял мучительные ожоги поверившему в победу врагу.

И, кажется, Тензе понимал, что заслужил. Он не успел даже крикнуть. Но уже не чувствовал кожи.

* * *

Свет и тепло сквозь полотна шатра я чувствовала уже недели три, но по-прежнему не могла подняться с постели. Силы пропали. Изиция порхала надо мной, как пчела над нектаром, и каждый день твердила, что мне еще рано возвращаться к заботам.

Рана была неглубокая и неопасная, на первый взгляд, но, по словам знахарок, до сих пор гноилась. Уходя с миром, Вилорм оставил мне последний подарок. Впрочем, в этом не было его вины. Меня нашли слишком поздно.

Я редко возвращалась в сознание. Жар и лихорадка стерли время и сбили со счета редкие вспышки реальности. Но все же я слышала шепот в лагере о том, что я не выживу и пора выбирать новую королеву.

Правила Эррэйя. Она приходила каждый день, я чувствовала ее присутствие, но чаще девушка молчала. Я знала, что она переживает. Она хотела, чтобы я вернулась. И однажды я ожила.

Не знаю, что это был за день, но в легкие проник воздух, и тепло от солнца укрыло меня. Наполнившись жизнью, я попыталась встать. Безуспешно. Эта и еще с десяток следующих попыток так же не привели к успеху. Голова кружилась при одном движении, но боли в ране я не ощущала.

一 Это действие целебного отвара, госпожа. 一 Изиция вновь поила меня, и мое сознание проваливалось. 一 Во сне вы излечитесь быстрее. Травяной пар наполнит ваши легкие жизнью.

Вилорм мне снился лишь однажды 一 его неживое лицо. Я могла смириться, что его нет, я сама решила, что его смерть необходима нам обоим. И он не говорил со мной. Даже не упрекал в эгоизме или жестокости 一 какая теперь разница? Теперь я простила его.

И после его смерти я увидела Жизнь.

Пока лишь во сне и сквозь полотна шатра, но я чувствовала 一 еще немного, и я смогу окунуться в нее. Нет, не занять свой титул по праву, не решать проблемы амазонок 一 это и так будет со мной. Я видела ее за пределами частокола, за пределами леса и Расколотой Низменности. Она была везде, а я хотела постичь ее смыслы. Всюду.

Но когда я открывала глаза, Изиция заставляла меня впадать в забвение. И я не знала, необходимо ли мне оно в той степени, какой меня наделяют. Возможно, она хочет (а может быть, и не только она), чтобы я никогда не очнулась?

Но она не получит этого. Теперь мне нужно было видеть все.

一 Тебе нужно возвращаться, Вероника, 一 я слышала это вчера, шепот над самым ухом. Кто говорил, я не различала. Наверное, Эррэйя, кто же еще? Наверное, она слишком устала быть мной все это время. А сейчас мне пора.

Я ухватилась за край кровати. Если снова боль наполнит тело, я буду готова.

Однако я поднялась без особых усилий 一 легко и безболезненно, будто не пролежала в полусознании больше трех месяцев. Ждала этот день? Почувствовала, наконец, что здорова, мой разум прояснился, и я могла выйти наружу, чтобы поприветствовать свой народ.

Даже если они и впрямь захотели избавиться от меня, я не сдамся.

Я приподняла одно полотнище шатра и выглянула наружу: ночь. Возможно, раннее утро, судя по едва различимым звездам на небосклоне. Тишина и прохлада. Уже почти приятная прохлада: значит, наступила весна 一 время, когда все оживает. Вот и я проснулась.

Ноги еще плохо держали, голова немного кружилась от слабости, но я чувствовала, что здорова. Когда рассветет, я выйду к амазонкам, и все вернется. Сейчас я хотела этого как ничего другого, я до исступления хотела жить. Дождусь утра, дождусь первого движения в лагере, кто-то из своих заглянет ко мне, и я восстановлю свой титул по праву.

Но, обернувшись, я обомлела. Шатер, только что погруженный в предрассветную тьму, вдруг озарился светом. Голубовато-розовый перетекал в сочно-зеленый, затем в глубокий зеленый, в синий, фиолетовый, и так по кругу. Я замерла. Источник света был скрыт, но, судя по отражениям, находился где-то возле кровати.

Странно. Что это за игры? Что за сюрпризы в ночь, когда я смогла, наконец, подняться? Нужно было выяснить, и я приблизилась. Свечение не пропало. Но теперь с каждым шагом я четче слышала глухой треск, доносившийся как раз из-под кровати. Иногда треск сменялся протяжным шипящим звуком, едва различимым, что если бы на дворе не стояла ночь и тишина, вряд ли бы я обратила внимание.

Но сейчас чем ближе я подходила, тем ярче становился свет, а звуки 一 четче. В итоге я остановилась у самого изголовья и заглянула под свисающее покрывало.

Ослепленная неестественно ярким светом, сначала я ничего не различила, но, проморгавшись, моментально поняла что к чему. Под кроватью лежал шар Берты, переливался всеми цветами радуги и, словно обнаружив владелицу, катился ко мне в руки.

* * *

一 Зима прожита впустую, господа. 一 Уркулос возвысился над советниками. 一 Уже сошли снега, и мы можем, наконец, готовить поход к владениям амазонок.

一 Мой лорд. 一 Поднялся один из приближенных. 一 В народе байки ходят, мол, амазонки 一 это ведьмы.

一 Сущие бестии, милорд, 一 подхватил другой.

一 Что за чепуху вы разносите по отрядам, господа? 一 Уркулос поморщился. 一 Мы своими глазами видели их вживую и даже видели их в битве. И что же? А? И что же? 一 Он обвел взглядом присутствующих. 一 Чем же они отличаются от обычных женщин, кроме одеяния? Разведка и вовсе доносит, что королева амазонок мертва.

一 Разведка доносит лишь то, о чем судачат в тавернах, милорд, 一 заговорил третий. 一 Дойти до их лагеря до сих пор никому не удалось: всю зиму кружили метели, ближе к весне оживились дикие звери. Будто колдует кто, милорд, отводит от них опасность.

一 К тому же Мирсул теперь в руках повстанцев, милорд, 一 подключился четвертый. 一 Подземные ходы закрыты, мы одни здесь, помощи ждать неоткуда.

一 У вас заговор, что ли, я не пойму?! 一 Уркулос вскипел. 一 Друг с другом, али с самими женщинами-воительницами? Головы с плеч спущу за предательство и трусость!

Присутствующие понурили взгляды, Уркулос взял паузу, но гнев говорил за него:

一 Столько времени потеряно! Нам надо возвращать город, нам надо обосновываться здесь, строить новые города, деревни, обустраивать жизнь! Если нужно 一 идти снова на Белый Ястреб, но это вторично: завоюем амазонок, нам покорится лес, а люди и так склонят головы.

Больше никто не возражал, попытки остановить господина не принесли должных результатов.

一 Отец! 一 С гулким звоном металлической двери в зал ворвалась Лефлет. 一 Да уйти ты! 一 бросила она стражнику, что охранял покой в переговорной. Тот виновато поклонился, но взглянуть на господина так и не посмел. Уркулос махнул рукой: мол, ступай, что уж теперь браниться.

Дверь закрылась, и девушка бросилась в ноги к отцу:

一 Отец, прошу тебя, выпусти Ботту. Он умрет, он не выдержит холода от стен темницы, он не выдержит напасти призраков. Прошу, послушай меня…

一 Вы что тут, сговорились все? 一 Уркулос не оказал дочери прежней милости. 一 Здесь я правлю, и будет только по-моему! Ясно? И можешь не подниматься, не могу смотреть в глаза предательнице! Да, дочка! Если ты не со мной, значит, ты против! А если так, то снисхождения не жди! Стража!

В зале показался тот же стражник с напарником. Лефлет заозиралась и, увидев пики наголо, принялась выть:

一 Ты не мо-ожешь, нет!! Ты не можешь быть жестоким! У меня ребенок, твой внук! Ты не можешь разлучить нас!

Советники закрыли уши и спрятали взгляды, стражники беспристрастно подошли к девушке и подняли на ноги. Сквозь слезы на ее лице читался гнев: ни испуга, ни слабости. Что ж, в этом лишь его вина: Лефлет росла избалованным ребенком, вот и пожалуйста 一 никакого уважения к отцу!

一 Дурак! Ты пожалеешь! Если решишься на поход, проиграешь амазонкам; если останешься в замке 一 призракам! Ты не можешь быть настолько слеп в своей жестокости!

一 Прекратить истерику! 一 Голос Уркулоса обрушился на зал лавиной, что притихла не только Лефлет, но и все присутствующие. Даже стражники как-то тревожно переглянулись. 一 Мое решение ничьему сомнению не подлежит! Прочь! Заприте ее в комнате. Если я изволю, то сам приду с ней говорить.

Стражники поклонились и вывели девушку из зала. За дверью еще слышались ее тихие рыдания, но больше она не причитала.

Уркулос расцвел:

一 Итак, господа, прошу простить эту сцену, на чем мы закончили?

一 Насколько мы поняли, милорд, мы выдвигаемся в поход во что бы то ни стало? 一 неуверенно начал первый советник. 一 И если так, то я прикажу начинать сборы.

一 Вы все верно поняли, мои дорогие советники. Наступила весна, пусть дикие звери так же проснулись, но у нас есть маги! Не забывайте об этом, здесь вам не Мирсул! 一 Он расправил плечи и принялся рассуждать, поучая. 一 Расколотая Низменность 一 удивительное место, и мы можем стать первыми, кто будет править ей в одиночку. И никаких мятежных магов, никаких дриад и воинов, как гласит история. Теперь все будет по-новому!

一 Простите, милорд, но вы должны помнить, что раскол в свое время произошел как раз после вторжения пятой силы 一 эльфов Мирсула. Теперь, в каком-то роде происходит то же. Вас не пугает, что мы можем оказаться лишними? Расколотая Низменность должна справиться сама, иначе…

一 Иначе смерть, 一 подхватил другой. 一 Милорд, эльфы-то вымерли!

一 Эльфы вымерли из-за камня, олухи! 一 Уркулос вновь прикрикнул. 一 Глаз Дракона соединил все четыре силы этого мира и стал разрушением для целой расы. Сейчас все иначе, мы действуем на упреждение, господа! Четыре силы еще не соединились, мы сможем подчинить себе эти обломки, а затем заставим расцвести вновь.

Четверо советников наблюдали за каждым шагом Уркулоса и, кажется, впитывали его слова как благодать. Однако на длинную речь правителя они ответили молчанием.

一 Ну? Чего застыли? Вперед! К сборам!

Советники переглянулись и, не найдя в глазах друг друга иного решения, поднялись и в едином поклоне покинули зал. Уркулос проводил их и собственноручно захлопнул дверь. Пусть они сомневаются, пусть трусят, но когда он станет единственным правителем Расколотой Низменности, все изменится.

Глава 3

Пропало еще четверо. Второй пост разведки в полном составе не вернулся из леса. Ксило ушел на заслуженный отдых, но что-то подсказывало, что даже в ущерб жалованию он на службу не вернется. И Анна его понимала.

Сегодня в лесу лопатку едва покалывало, почти безболезненно 一 это неплохо, но вчера в этих же местах девушка совсем не ощущала боли. А к горам она предусмотрительно не поднималась. Она еще не готова к встрече с сущностью, которая сильнее ее.

Собственно, остальные разведчики тоже были далеки от гор, держались вместе, но случайно разбрелись и собраться не успели. Только после захода солнца Анна покинула поляну в одиночестве: ее оклики не помогли поискам. Второй день впустую, вторая разведка минусом.

Завтра ей отчитываться на совете приближенных, и что она скажет? Два поста разведки испарились у нее перед носом? И как теперь решать это изволите? Если так пойдет и дальше, то замок заметно опустеет, а если отказаться от контроля местности, то есть риск пропустить врага. Ларс не пойдет на это. Слишком дорого ему обошлась власть, которой он не желал.

Могли помочь маги. Тензе с бесконечными экспериментами в зельях и заклинаниях, безусловно, взялся бы за новую задачку с прежним азартом, но вестей от него Ксило так и не принес, а сам Тензе заявиться с утра не соизволил. Конечно, у него хватало забот, он мог прийти днем, в то время, как она сама возвращалась только к ночи. Радость для прежней Анны, но лес уже не был таким дружелюбным, как раньше.

Теперь она хотела спрятаться. Забиться в угол комнаты и не показывать лица. Это ее просчет и ее проигрыш. И не для этого она командир разведки.

一 Что-то вы сегодня припозднились, госпожа Анна, 一 поинтересовался юный стражник и ловко закрыл ворота. Когда она вернулась, створки уже были сомкнуты, и часовым пришлось вновь отодвигать засов.

一 Ничего особенного, немного побродила в округе. Что-то случилось?

一 Все спокойно, госпожа, просто интересуюсь.

Анна кивнула, намереваясь идти, но тот продолжил:

一 Мой пост заканчивается через час, может, заглянете в таверну? Потолкуем, пропустим по бокальчику-другому эля. Фугул сегодня готовит отменное блюдо из глухарей!

一 Кейра с Тензе там?

一 Никого из них не видел, госпожа, не могу знать.

一 Тогда в другой раз. 一 Анна скривила губы в подобии улыбки и поспешила скрыться из виду.

В позднее время коридоры замка пустовали, половина ламп была потушена, извилистые тени крутились под ногами, и Анна могла запросто добраться до комнаты незамеченной. Но сейчас внутри нее боролись два решения: уйти спокойно спать или заглянуть к Тензе. Увлеченный экспериментами, он вполне мог оказаться бодрствующим и открытым к разговору.

Почти дойдя до второго этажа, Анна убедила себя все-таки наведаться к брату и повернулась, чтобы спуститься к библиотеке, как позади послышался голос:

一 Все вопросы завтра, господа. В дневное время вы можете обратиться к любому из советников короля, и мы передадим ему ваше пожелание или просьбу. 一 Где-то поодаль, в коридоре, Анна различила голос Сефера. Следом послышался вздох огорчения. 一 Уже позднее время, расходитесь по комнатам. По военной части обращайтесь к Александру, по хозяйственной 一 ко мне…

Анна отошла от лестницы и выглянула в коридор: у проема с колоннами 一 зала для сбора советников, а по особым дням 一 зала для ожидания приема, 一 толпились люди. Семь или восемь человек обступили Сефера и что-то отвечали. Тому оставалось лишь разводить руками:

一 Прием окончен, господа, время позднее. Да, обращайтесь к советникам. Те из вас, кто обучен грамоте, могут изложить свою просьбу письменно. Да-да, спокойной ночи.

Со вздохом люди направились к лестницам, и Анна скрылась в тени коридора. Она знала, что Ларс загружен, но не подозревала, что он занят до глубокой ночи. Еще и день приема выделил!

Обычному люду много не надо: внимание и надежда на нескорую смерть. И если внимание Ларс раздавал вплоть до ночи, то что он мог предложить в качестве надежды?

Четверо жителей замка прошли мимо, даже не взглянув в ее сторону. Судя по разговору, они направлялись в таверну отведать удивительное блюдо Фугула, но «жаль, что сегодня не поет прекрасная Кейра». О том, что их только что развернули от дверей самого короля, не шло и речи. Что ж, народ после победы был лоялен: Ларс навел порядок, восстановил стены, и жизнь пошла на лад. Со времен правления Изабеллы люди впервые получили спокойную жизнь, хотя и дел оставалось немало.

Сефер скрылся за колоннами, и Анна вынырнула из укрытия: может быть, стоит узнать, о чем они говорят? Что, если кто-то пронюхает о пропаже разведки до завтрашнего утра? Если так, то Ларс должен знать первым.

Анна вышла в коридор: да, сейчас самое время. Замок спит, останется дождаться лишь ухода Сефера, и можно все рассказать. Пусть он знает, и пусть не думает, что она лжет.

一 Нам нужно испытывать корабли, милорд. За зиму мне удалось подлатать их, и теперь они требуют моря, 一 донесся тихий голос Сефера. 一 Мы не знаем, каковы они на прочность, не знаем об их быстроходности и управляемости.

一 Жди, Сефер, 一 это прозвучало несколько грубо из уст Ларса. 一 Не могу дать добро. Пока что. Мы не уверены в Налларосе, хоть и вели переговоры всю зиму. Будет крайне нежелательно в первые же испытания налететь на засаду. Море мы пока не знаем.

一 Понял, Ларс.

一 Ты первый узнаешь, когда будет можно. Мы ожидаем вести от них в ближайшее время.

一 Как всегда, благодарен тебе, 一 Сефер говорил мягко. Чувствовалось, что он, как и прежде, глубоко предан Ларсу. А может быть, и был предан все эти годы.

一 Пока не за что, 一 кажется, Ларс тоже смягчился и выдохнул. 一 Что там народ? Сильно возмущался, что ты их отправил?

一 Да нет, поворчали мужики немного да направились в таверну. И как ты высмотрел в чужеземце Фугуле такой талант?

一 Выбирать не приходилось. Но я рад, что он с нами. Веселье, выпивки и танцы все-таки необходимы народу, чтобы отвлечься от повседневных забот.

一 Тебе бы тоже не помешало изредка там бывать, 一 в голосе Сефера промелькнула тревога. 一 И не столько на людские настроения глянуть, как самому повеселиться!

Сейчас Ларс помедлил с ответом, но все же неохотно протянул:

一 Возможно, ты прав, Сефер, возможно…

一 Ну, тогда я оставлю тебя? 一 Сефер выдохнул, и Анна услышала, как Ларс поднялся. 一 Доброй ночи тебе, мой король.

一 И тебе, Сефер. Утром увидимся.

По скрипу стула Анна поняла, что Ларс вновь уселся, а Сефер направился к выходу. Пожалуй, он был самым надежным из всех приближенных, но попадаться на глаза даже ему Анна не хотела. Она скрылась в тени колонны, и мужчина, не повернув головы, прошел мимо, в сторону лестницы. Теперь Ларс точно остался один, и она выжидала.

Он мог подняться и пойти следом уже через минуту, мог остаться здесь до самого утра в одиночестве… да что угодно мог, на самом деле! Он король, он уже распробовал вкус власти, и теперь этот вкус не горчил. И значит, никто ему не указ, кроме собственного желания.

А что он желал, Анна не знала. С тех самых пор, когда замок был отбит, девушка его почти не видела. Иногда Ларс бросал долгие взгляды в ее сторону, когда они пересекались на совете, иногда просил остаться, но дальше второй фразы разговор наедине обычно не продолжался. И вскоре даже эти попытки сошли на нет.

Сейчас его реакция могла быть какой угодно. Анна видела, как он закалился в роли короля, стал жестче, резче и иногда мог проявить жестокость. Он понял, наконец, что он король, и все вокруг это безоговорочно принимали.

Медлить было некуда, Анна поймала удачный момент для разговора: она расскажет ему все, он будет гневаться, но вместе они смогут найти решение. А если не смогут, то она останется честна перед ним и перед всем замком.

Девушка открыла дверь совсем бесшумно и, зачем-то обернувшись, вошла внутрь его кабинета. Просторная комната с рабочим столом, заваленным свитками, почти не освещалась. Несколько жирандолей были расставлены по периметру, но света от них явно не хватало. Одинокий огарок тлел на столе. Также здесь располагались пара стеллажей и еще один стол для ведения переговоров, несколько меньший по размерам, чем в зале для совета.

Анна осталась на пороге и рассматривала Ларса, как статую, не решаясь пройти внутрь. И тот застыл: ни одно движение не выдавало его присутствия. Он сидел за письменным столом, сложив голову на ладони, и не шевелился. Густая щетина покрывала его щеки, волосы снова отросли, скулы стали острее. Но главные перемены, Анна чувствовала, произошли у него внутри.

С едва различимым хлопком дверь закрылась, и Анна тихо постучала. Ларс с трудом поднял голову и устремил взор ко входу.

Мужчина смотрел на нее, а сам едва держал спину: казалось, что от лишнего движения он сейчас рухнет и рассыплется на множество частичек.

一 Слава богу, это ты, 一 он выдохнул и откинулся на спинку стула. 一 Как хорошо, что это ты…

一 Не стоило отпускать стражу, Ларс. На моем месте мог быть кто угодно.

一 На твоем месте могла быть только ты.

Анна потупила взгляд. На миг ей стало стыдно: Ларс оказался перед ней беспомощным ребенком, как он сможет помочь в беде с пропажей разведки?

一 Иди сюда, 一 он сказал одними губами. 一 Слышишь?

一 Слышу, 一 теперь и Анна понизила голос, но осторожно подошла. 一 Ты устал…

Она провела по его щеке, цепляя жесткие волоски щетины, но Ларс перехватил ее руку и сплел пальцы.

一 Почему ты пришла? 一 Он повернулся и поднял взгляд, но руку не отпустил, все крепче сжимая ладонь.

一 Ларс, я… 一 В горле встал ком. Она не могла ему сейчас озвучить настоящую причину. 一 Следовало прийти раньше…

一 Неважно. 一 Он поднялся, и его глаза оказались напротив. Все те же глаза деревенского мальчишки.

По шее побежали мурашки, и Анна оробела. Дыхание перехватило, и тело перестало слушаться, вдруг застыв так близко к Ларсу. Она пришла поговорить и совсем забыла о чувствах.

Ларс поцеловал внезапно. Анна даже не поняла, что именно произошло, но он был настойчив.

一 Почему ты не пришла раньше? 一 он все же спросил. Убрал прядь от лица и прошептал в ухо, Анна прижалась к нему.

一 Ты король, Ларс. Лучше, что нас не видят…

一 Разве это важно? 一 Он отстранился и теперь рассматривал ее. Что ж, похоже, выглядит она сейчас не многим лучше: чумазая, лохматая, с потухшим взглядом и грудой усталости на лице. Вот только он не должен видеть, у него и без того хватает о чем подумать.

一 Это может уязвить тебя. Выдать твою слабость, точки давления через… меня. Это уже случалось однажды, и я бы не хотела повторения. Но теперь ставки выше.

一 В тебе я уверен.

一 Я устала от… боли, Ларс, 一 она сказала тихо и потупила взгляд. 一 Даже за тебя.

一 Боже, Анна! Не говори так! 一 Ларс воскликнул. 一 Замку нужно только оправиться, и, обещаю, ты больше не будешь на передовой. Ты будешь… рядом.

Анна усмехнулась:

一 Я не дам тебе наследника, Ларс. Не стану королевой, даже если ты этого пожелаешь. Но ты не пожелаешь, и с этим я согласна беспрекословно.

一 Дело не в этом. 一 Он сел на край стола и потянул к себе девушку. Анна села рядом, но руки не отпустила. 一 Мне ты нужна. Каждый день, каждую ночь…

一 Сейчас. 一 Анна оборвала его поцелуем. Он не должен говорить о желаниях! Он не должен говорить о слабости! Он не должен говорить о… ней.

И больше он не говорил. Вместо этого он потянул за шнуровку на ее легком нагруднике и одним движением скинул на пол. Нижнюю сорочку Анна сняла сама.

Свеча на столе потухла, остальные в кабинете моргнули. Крепкие руки Ларса легли на ее живот и устремились выше. Как хорошо, что в темноте он не видит шрамы…

Опасаясь, что он все же может их коснуться, Анна соскользнула со стола и запустила руки под его рубашку:

一 Сними, 一 прошептала, попутно освобождаясь от штанов. Ларс тоже долго не думал, и девушка прильнула к нему всем телом.

一 Анна… 一 Ларс подхватил ее и усадил на подоконник. Девушка коснулась его торса, ладонью медленно двигаясь к шее, Ларс приблизился: 一 Что бы ни происходило завтра, спустя месяц, год, независимо от того, как часто будем видеться и будем ли рядом, просто знай, что…

一 Нет. 一 Она вновь поцеловала его. 一 Пожалуйста, Ларс… не говори.

Он посмотрел ей в глаза, и Анна не о