автордың кітабын онлайн тегін оқу  Кассация по гражданским делам

Елена Борисова

Введение

С 1 января 2012 г. вступили в действие нормы ГПК РФ1 о производстве в суде кассационной инстанции.

Ранее отечественному гражданскому процессу были известны «советская кассация» как производство в суде второй инстанции по проверке законности и обоснованности не вступивших в законную силу судебных постановлений и надзорное производство как производство по проверке законности и обоснованности, а с 1996 г.2 только законности вступивших в законную силу судебных постановлений.

Кассационного по наименованию и одновременно по содержанию производства в российском гражданском процессе с 1917  по 2010 г. не было. После более чем 90-летнего забвения нормы о кассации вернулись в российское гражданское процессуальное законодательство.

В арбитражном процессе кассационное производство появилось пятнадцатью годами ранее — в АПК РФ 1995 г.3 С некоторыми изменениями и дополнениями4 нормы о кассации были закреплены в АПК РФ 2002 г.5

Содержание норм АПК РФ и ГПК РФ о кассационном производстве отличалось.

Различалось и устройство систем арбитражных судов и судов общей юрисдикции: в состав первой (с 1995 г.) входили окружные кассационные суды (арбитражные суды округов), в составе второй таких судов не было.

Федеральным конституционным законом от 29 июля 2018 г. № 1-ФКЗ «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон “О судебной системе Российской Федерации” и отдельные федеральные конституционные законы в связи с созданием кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции»6 система судов общей юрисдикции была изменена: образованы кассационные суды. В соответствии с положениями ст. 231 ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» кассационный суд общей юрисдикции является федеральным судом общей юрисдикции, действующим в пределах территории соответствующего судебного кассационного округа.

Федеральный закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 28 ноября 2018 г. № 451-ФЗ (далее — ФЗ № 451-ФЗ)7 внес среди прочего8 принципиальные изменения в нормы ГПК РФ о производстве в кассационном суде общей юрисдикции. В результате нормы ГПК РФ и АПК РФ о кассационном производстве содержат схожие (в общем) правила возбуждения данного производства, рассмотрения кассационной жалобы и принятия кассационным судом соответствующего итогового постановления.

Достигнутое в общих чертах законодательное единство не означает, что в кассационном производстве в первую очередь в гражданском процессе теперь решены все спорные теоретико-практические вопросы. Напротив, количество вопросов возросло, и на них требуются ответы, ответы научного характера, позволяющие понять суть произошедших изменений, их последствия для суда и лиц, заинтересованных в судебной защите своих прав.

Проблемам кассационного производства были посвящены монографии9, которые могут стать опорой для развития этого направления науки гражданского процессуального права.

Настоящее исследование предлагает новый взгляд на кассацию по гражданским делам вообще и российскую кассацию в частности.

Глава первая

Кассация
по гражданским делам:
начало

1.1. Кассация в европейских
правопорядках

«Кассация» — слово, которое используется в теории и практике гражданского судопроизводства10 для обозначения таких понятий, как «институт кассации в гражданском, арбитражном процессуальном праве», «кассационное производство в гражданском, арбитражном процессах», «кассационная жалоба», «суд кассационной инстанции».

В зависимости от контекста можно составить представление о сути обсуждаемого процессуально — правового вопроса одновременно понимая, что речь идет об отмене вступившего в законную силу судебного постановления.

Истоки кассации следует искать в римском гражданском процессе, знавшем не только апелляцию, но и иные (чрезвычайные) способы обращения к вышестоящему суду, судье с целью отмены решения11.

Например, просьба об отмене решения (supplicatio), которая приносилась императору, после того как дело прошло все инстанции, влекла за собой уничтожение решения (retrаctatio) и передачу дела на новое рассмотрение в тот же или иной суд или рассмотрение и разрешение дела самим императором12.

Модест в единственной книге «Об объясненных случаях» отмечал, что «если решение принято явно вопреки строгости права, то оно не должно иметь силы, и поэтому даже без апелляции дело может быть рассмотрено заново. Решение принимается вопреки праву, если оно принято прежде всего вопреки законам, либо постановлению сената, либо постановлению (принцепса)»13.

Через каноническое право, которое «едва ли не прежде всех законодательств, успело усвоить себе римскую систему обжалования и развить ее в некоторых частностях»14, представления о различных вариантах отмены судебного решения дошли до новых народов Европы и были восприняты национальным законодательством.

Применительно к кассации, в первую очередь, должно быть названо французское законодательство, в котором римская идея о чрезвычайной отмене судебных решений нашла свое воплощение в деятельности кассационного суда.

Франция. На официальном сайте Кассационного суда Франции15 отмечается, что данный суд характеризуется двумя главными чертами.

Первая. «…во всей Французской Республике существует только один Кассационный суд» (статья L411-1 Кодекса судебной организации).

Вторая. Кассационный суд является судьей по отношению к решениям, принятым другими судьями, он не является судебным органом третьей инстанции и не призван рассматривать дело по существу. Роль его состоит в том, чтобы определить, правильно ли применен закон по отношению к установленным судьей (судом) фактическим обстоятельствам дела, и тем вопросам, которые были поставлены перед судом в кассационной жалобе, имеющей форму так называемого чрезвычайного обращения за помощью (voie de recours dite “extraordinaire”)16.

Осознание того, что «окончательные решения судебных мест, не подлежащие более обжалованию в апелляционном порядке, могут иметь такие погрешности, при которых невозможно оставлять эти решения в полной силе»17 и что «интерес всего государства в точном и неуклонном соблюдении установленных верховной властью законов вызывает безусловную необходимость создания таких способов уничтожения судебных решений, которые, не нарушая ни в чем принципа самостоятельности судебных мест и не увеличивая чрезмерно числа судебных инстанций, могли бы, однако, служить надежным средством для предупреждения случаев нарушения самими судами государственных законов, касающихся как материального, так и процессуального права»18, — возникло во Франции во времена королевской монархии, когда была допущена возможность обжалования постановлений Парламента в Совет короля (Королевский совет)19.

Совет короля представлял собой собрание коллегиальных органов, на которые была возложена задача подготовки королевских решений. Королевская формула «Таково наше удовольствие» применялась не произвольно, а после соответствующей консультации, обсуждения в Совете.

С деятельностью Совета короля, как правило, связывают распространение во Франции римского права, которое изучалось членами Совета (называемыми в связи с этим юристами) в Парижском университете (учрежден хартией короля Филиппа Августа в 1200 г. и признан папой Иннокентием III в 1215 г.). Именно юристы со временем становятся основой государственной службы, обеспечивают преемственность и стабильность деятельности Совета короля. Во времена правления Генриха III юристы получают наименование государственных советников.

Впервые разделение Совета на «специализации» было произведено королем Филиппом Красивым в 1302 г. Из трех советов один — Парламент по вопросам отправления правосудия (parlement pour l’administration de la justice) — был предназначен для осуществления судебных функций20. Совет короля в этот исторический период играет только консультативную роль. Окончательное решение (в том числе и судебное) остается за королем.

Указ Карла VIII от 1497 г., утвержденный Людовиком XII в 1498 г., закрепляет судебные полномочия за Большим советом21, который становится самостоятельным судом, имеющим собственный штат, принимающий решения, за законность которых несет ответственность перед королем.

В XVI в. Большой совет отделяется от личности короля и преобразуется в Совет сторон, возглавляемый канцлером, рассматривающий в кассационном порядке жалобы на решения судов. Жалобы на решения поступали в отделение (палату) жалоб (chamber des requetès), где они изучались членом палаты — докладчиком (maître des requetès), а затем докладывались на заседании по рассмотрению жалобы22.

В 1579 г. указом Генриха III (L’ordonance de Blois 1579 année — Блуанский ордонанс 1579 г.)23 было постановлено, что все судебные решения, противоречащие королевским указам, должны быть признаны ничтожными.

Ордонанс Людовика XIV «О гражданском производстве» от 1667 г. подтвердил данное установление24. В результате Совет сторон получил право кассирования тех решений, которые не соответствовали законам королевства, и возвращения таких дел для нового обсуждения в парламент.

Ордонанс 1667 г. прямо воспрещал Совету сторон рассматривать дела по существу: «Постановления и решения последней инстанции не могут быть отменены под предлогом неверного решения по существу, если нет повода к “почтительной жалобе25”»26.

Присутствие короля в Совете было исключительным случаем. Людовик XIV приезжал туда иногда в начале своего правления, а Людовик XV появлялся там только дважды, в 1762 и 1766 гг. Пустой стул короля символизировал его законное присутствие. Канцлер Совета сидел справа от королевского стула. Несмотря на присутствие или отсутствие короля в Совете, все принимаемые решения соответствовали правилу «Король в своем Совете» и таким образом выражали королевскую волю.

Деятельность Совета короля (Совета сторон) стала основой формирования и последующего развития французского кассационного суда и осуществляемой им деятельности по кассационной проверке законности судебных постановлений27.

Французская революция сохранила кассацию, преобразовав ее: судебные полномочия, принадлежавшие ранее монарху — главе государства, были полностью переданы судам.

Декретом об учреждении, составе и полномочиях кассационного трибунала 27 ноября 1790 г. был образован кассационный трибунал. Его обязанности состояли в следующем:

«в вынесении постановлений по всем прошениям о кассации решений, принятых в последней инстанции;

в рассмотрении прошений о передаче дела другому трибуналу по причине законно установленного недоверия;

в рассмотрении коллизий процессуальных норм и споров о подсудности или подследственности, требований о привлечении к судебной ответственности всего состава трибунала.

Кассационный трибунал должен был признавать недействительными процессы, в которых будут нарушены требуемые законом формы, и любое судебное постановление, в котором будет содержаться явное противоречие с текстом закона…

Ни под каким предлогом и ни в коем случае трибунал не имел права рассматривать существо дела: кассировав порядок производства по делу или судебное постановление, он должен был вернуть дело для рассмотрения по существу в трибуналы»28.

Такой подход к деятельности кассационного трибунала сохранился в нормах Конституции Франции 3 сентября 1791 г. (ст. 19–23 главы 5 «О судебной власти»)29, 24 июня 1793 г. (ст. 98–100)30, 5 фрюктидора III г. (22 августа 1795 г.) — ст. 254-26431, Конституции Французской республики 22 фримера VIII года (13 декабря 1799 г.) — ст. 65, 6632.

Конституционные хартии времен реставрации власти Бурбонов 1814 г., 1830 г. также оставили без изменений существующие суды, дополнительно определив, «что в них не может быть ничего изменено иначе как в силу закона»33.

Конституцией 18 мая 1804 г. (Senatus-consulte organique du 28 floréal an XII) «Кассационный трибунал» был преобразован в «Кассационный суд» -Cour de cassation 34.

Наполеон I, первый консул Франции, в 1801 г. следующим образом определил задачи кассационного суда: «Кассационный суд, представляя судебным местам разыскание истины в фактах и толкование условий в договорах, подчиняет эти элементы решения силе закона и не позволяет, чтобы под предлогом справедливости, часто произвольной, судья отступал от предписанных правил и освобождал себя от исполнения воли законодателя. Дозволять судебным местам преступать законы и обходить их исполнение — все равно что уничтожить законодательную власть. В этом смысле кассационный суд — необходимая опора законодателя. Если точное исполнение закона есть непременное условие для устройства и поддержания порядка в государстве, то в кассационном суде нельзя не видеть учреждения, укреп­ляющего государственную власть и упрочивающего незыб­лемость государства»35.

В теории высший судебный орган характеризовался так: «Кассационный суд, говорит Helie, есть и должен быть установлением судебным, ибо авторитет судебных решений утрачивался бы, завися от власти несудебной. Он стоит на страже законов, наблюдая за их исполнением и едино­образным применением. Он — судья, не судья дела, а судья решения и приговора, его функция — исследование, не нарушен ли закон таким решением или приговором»36.

Столь высокая миссия кассационного суда — ограждать единство закона — обусловливает и его организацию, требуя сосредоточения функций этого суда в едином учреждении37.

Централизация кассационной функции определила порядок рассмотрения поступавших кассационных жалоб: сначала в палате жалоб кассационного суда (chamber des requetès) решался вопрос о допустимости жалобы по делу, затем в гражданской палате суда (chamber civil) жалоба рассматривалась по существу38.

Как указывали французские юристы, такое двойное рассмотрение было оправдано. «Во-первых, это оставляет гражданской палате больше свободного времени для разрешения доходящих до нее серьезных и затруднительных дел и, во-вторых, это затрудняет вообще успешный исход кассации и тем уменьшает вообще39 количество жалоб»40.

На такое законодательное решение следует обратить особое внимание. Именно этот порядок стал ориентиром для внесения соответствующих изменений в российский Устав гражданского судопроизводства (УГС) в конце XIX в.

Интересно утверждение о том, что во Франции вопроса о раздроблении кассации не возникало, так как Cour de cassation не был обременен работой. Гражданский департамент в год обыкновенно решал от 500 до 600 дел, причем «особенно ничтожным оказывается количество жалоб на решения мировых установлений»41. Это объяснялось тем, что по закону 28 мая 1838 г. на окончательные решения мировых судей кассация не допускалась, а кассационное обжалование апелляционных постановлений в списках дел кассационного суда мировыми делами не значились.

В конце XIX — начале ХХ в. в литературе по гражданскому процессу отмечалось, что «по началу кассации, развившейся во французском праве, главным образом с политической целью обеспечить единство и постоянство применения общего закона, кассационный суд не вправе входить в рассмотрение существа дела... Кассационный суд должен рассмотреть исключительно вопрос о законности данного решения; он дает тяжущимся возможность достигнуть исправления допущенных судом ошибок в применении и толковании закона и поддерживает единство и постоянство судебной практики, не имея характера третьей инстанции, так как не входит в рассмотрение дела по существу, а по отмене незаконного решения возвращает дело суду низшей инстанции для постановления нового решения на законном основании»42.

Таким образом, кассационный суд, созданный для обеспечения уважения закона судьями, единого применения закона, постепенно совершил в своем развитии переход от «охранителя» закона к правоприменительному органу.

В 1947 г. был отменен предварительный контроль кассационной жалобы43. Последствия не заставили себя ждать. Уже в 1950 г. на ежегодном собрании Кассационного суда первый Председатель Суда сообщил следующее: «Кассационный суд, чтобы функционировать бесперебойно, должен обязательно иметь заграждение в виде сортировки жалоб для быстрого отклонения безрассудных кассаций, исходящих от упрямых или ссорящихся сторон; изобилие таких кассаций только наносит ущерб изучению обращений, имеющих серьезные правовые основания»44.

В начале 1995 г. на аналогичном собрании Кассационного суда отмечалось, что обозначенная 45 лет назад проблема кассационной деятельности остается не только нерешенной, но и постоянно возрастающей: в 1995 г. Суду предстояло разрешить 37 416 дел.

Генеральный прокурор Кассационного суда, отмечая критичность сложившейся в Суде ситуации, намеренно сократил свою ежегодную «новогоднюю» речь до краткой цитаты, раскрывающей пассивное невежество римских солдат во время извержения Везувия: «Они играли в карты, пока вулкан наступал, чтобы поглотить их»45.

В 1991 г. Кассационный суд в целях обеспечения управлением правосудием был наделен полномочиями по даче заключений (avis) по запросу нижестоящих судов по вопросам применения и толкования правовых норм46.

В соответствии со ст. L.441-1 Кодекса судебной организации любой общий суд до вынесения решения по делу, в случае возникновения вопроса о применении новой правовой нормы, представляющего серьезную трудность при разрешении споров, вправе запросить мнение Кассационного суда. В целях обеспечения единообразия судебной практики Кассационный суд излагает свое мнение относительно толкования закона, тем самым ориентируя суды на правильное правоприменение.

Например, в 2016 г. Кассационным судом было вынесено 11, в 2017 г. — 17 заключений (avis)47.

В 1991 г. Кассационным судом впервые при рассмотрении кассационной жалобы по гражданскому делу (о суррогатном материнстве) была использована процедура amicus curiae.

В 2001 г. Кассационный суд обратился к amicus curiae вновь. При рассмотрении данной процедуры как инструмента открытости для экономической и социальной среды в настоящее время высказываются предложения об активизации использования amicus curiae в деятельности Кассационного суда48.

В 2002 г. наконец-то был изменен порядок обращений в Кассационный суд, установлен (восстановлен) предварительный контроль кассационных жалоб.

Новая редакция ст. L131-6 Кодекса судебной организации Франции предписывала, что «после подачи меморандумов дела, представленные на рассмотрение палаты по гражданским делам, рассматриваются тремя судьями в составе палаты, в которую они были направлены. Этот состав выносит решение об отклонении неприемлемых и не основанных на серьезном кассационном доводе кассационных жалоб. Он выносит решение, при необходимости, о принятии кассационной жалобы к рассмотрению. В этом случае он направляет кассационную жалобу на рассмотрение заседания палаты»49.

В 2002 г. в результате предварительного контроля судом было отклонено 30% кассационных жалоб от числа поступивших, в 2005 г. — 36, в 2009 г. — 19% от общего числа50. 

Предварительная процедура принятия к рассмотрению кассационной жалобы была предметом изучения Европейского суда по правам человека и признана им не противоречащей п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод51.

Дальнейшее развитие кассационной деятельности происходило с целью обеспечения эффективного управления правосудием посредством толкования права. Констатировалось, что из огромного числа вынесенных Кассационным судом судебных актов лишь небольшая часть имеет практикообразующее значение. Так, в 2005 г. было вынесено 32 600 решений, из которых только 2 000 были опубликованы в официальных бюллетенях Кассационного суда, 400 упоминались в его ежегодном докладе. Только эти 400 решений и оказывают реальное влияние на судебную практику.

В настоящее время перед Кассационным судом Франции стоят задачи: «… обеспечить посредством толкования права единство правовой системы, обеспечить единообразное толкование и применение внутреннего законодательства в соответствии с Европейским правом и международными конвенциями, в соответствии с основными правами и в соответствии с универсальным пониманием основных этических, культурных или социальных проблем»52.

В результате более чем 200-летнего развития Кассационный суд Франции прошел путь от государственного органа, охраняющего закон и обеспечивающего единство его судебного применения, до судебного органа, совершенствующего и развивающего право, гарантирующего его единое понимание и применение судами государства.

Германия. Римское начало и основы, заложенные французским законодательством, в деятельность кассационного суда, стали отправной точкой в формировании в Германии самостоятельного вида проверки вступивших в законную силу судебных постановлений — ревизии.

При этом, как указывается на сайте Верховного Суда Германии, уже «в уходящем средневековье в немецких районах было стремление создать общий Верховный суд. Однако из-за сильного политического раскола Германии потребовалось несколько столетий, чтобы этот проект был успешно реализован»53.

Хотя в 1495 г. благодаря усилиям немецкого короля (будущего императора) Максимилиана I и был создан немецкий Reichskammergericht, располагавшийся не при дворе, а в свободном городе — во Франкфурте-на-Майне, возникновение федерального суда связывают с образованием Германской империи в 1871 г.

Как отмечал Е.В. Васьковский, система обжалования в Германии была «преобразована по французскому образцу, с той разницей, что третьей инстанции придан не кассационный, а ревизионный характер»54.

Одной из причин возникновения ревизионного производства была неприемлемость французской модели проверки судебных актов в связи с законодательным запретом кассационному суду исправлять судебные ошибки. Для устранения этого неудобства германский процессуальный закон установил ревизионное начало в деятельности суда третьей инстанции, предоставив ему право отмены судебного решения и вынесения нового.

Интересно мнение С.В. Зайцева, который вслед за М. Мейер-Микельайтом приходит к выводу, что ревизионное производство по своей сути являлось кассационным производством, но в несколько усовершенствованном виде. При этом причины данного явления носят не правовой, а социально-политический характер.

Как отмечает С.В. Зайцев, «“превращение” усовершенствованной кассации в ревизию с определенной долей условности можно сравнить с переименованием в 1914 г. Санкт-Петербурга в Петроград. Дело в том, что ГПУ Германии разрабатывался и принимался в 1870-е годы, вскоре после победного для Пруссии окончания Франко-прусской войны 1870–1871 гг. В немецком обществе на тот момент господствовали франкофобские настроения. Свою силу под руководством Пруссии набирала совсем еще молодая, “железом и кровью”55 объединенная Германская империя. Преодоление многовековой раздробленности немецких земель требовало идеологического единства, в том числе на национальной основе. На фоне изложенного становится понятным, почему молодое немецкое государство не могло допустить заимствования французского правового института в свою правовую систему, пусть даже и в усовершенствованном, несколько переработанном виде. Результатом этого стала определенная хитрость, использование которой нередко можно встретить в мировой истории: какому-либо явлению дается новое название, после чего утверждается, что явление, названное по-новому, и само по своей сути также является новым. Между тем в действительности сущность явления остается прежней. Так и произошло в Германской империи в ходе принятия ГПУ в 1870-е годы: при создании института проверки судебных актов судом высшей (третьей) инстанции была использована усовершенствованная модель кассационного производства, заимствованного из законодательства Франции, однако преподнесено это было как создание новой самобытной национальной модели под названием, которое бы не резало слух»56.

В итоге в XIX в. принципиальные отличия кассационного и ревизионного производств состояли в следующем.

• Цель производства. «Кассационное производство установлено не столько в интересе защиты гражданских прав частных лиц, сколько в интересе защиты поддержания единства и постоянства в применении правовых норм. Производство не имеет непосредственной целью постановление справедливого решения по подлежащему спорному делу, но проведение единообразия и правильности судебного применения и толкования правовых норм вообще. Поэтому условия его не заимствованы из начал гражданского судопроизводства, в собственном смысле, но носят публично-правовой характер, и кассационная жалоба не направлена к достижению правильного решения, а к отмене незаконного решения»57.

Ревизионное производство направлено к достижению той же цели, «но при этом законодательство старалось избегнуть формального отделения частноправового интереса — частного лица в ограждении его прав — от публично-правового интереса государства в единообразном применении и толковании закона. Поэтому оно при организации ревизионного производства... руководствовалось исключительно процессуальными соображениями, так, что при исправлении допущенных неправильностей в решении всегда имеется в виду именно подлежащее дело и справедливое его решение»58.

Целью кассационного производства была в основном защита публичных интересов, целью ревизионного производства — поддержание баланса между публичным и частным интересами.

• Полномочия кассационного и ревизионного судов. Цель соответствующего производства определяла и соответствующие полномочия высших в судебной иерархии государства судов.

При кассационной проверке кассационный суд, обнаружив при рассмотрении дела нарушение закона, ограничивался отменой решения и направлением дела на новое рассмотрение в нижестоящий суд. При ревизионной проверке ревизионный суд в той же ситуации вправе был сам вынести новое решение, если фактические обстоятельства дела установлены правильно и не нуждались во вторичном установлении.

• Пределы рассмотрения дела. Еще одним отличием являлось то, что кассационный суд осуществлял проверку дела в пределах кассационной жалобы, в то время как ревизионный суд мог по своему усмотрению рассмотреть вопрос о нарушении закона, не связывая себя рамками обжалования. А. Вах (A. Wach) рассматривал это как достижение немецкого процесса: «Наше юридическое развитие, слава богу, отрешилось, наконец от формализма. Какой позор для юстиции, когда высший в государстве суд должен оставлять в силе явно незаконное решение только потому, что заинтересованная сторона сделала ошибку в понимании закона»59.

Относительно деятельности высшего в государстве суда следует отметить, что в связи с особенностями административно-территориального деления Германии того времени (1871–1918) ревизионная функция, осуществляемая Имперским судом Германии (Reichsgеtricht), была децентрализована.

Баварский Верховный суд (Obersten Landsgericht), как и Имперский суд, рассматривал жалобы на решения апелляционных судов (Oberlandsgericht), например, Мюнхенского, Нюрнбергского высших земельных судов. Королевство Баварии было вторым по размеру автономным государственным образованием объединенной Германской империи, после Пруссии. Функции Прусского высшего суда перешли к Имперскому суду, в то время как Баварский суд получил ревизионные полномочия, сохраняемые до сих пор и осуществляемые в случае нарушения норм права свободного государства Баварии (Freistaat Bayern).

В соответствии с германским законодательством решения, принимаемые шеффенами по делам, не требующим исследования вопросов о толковании имперского законодательства, обжаловались и проверялись в ревизионном порядке высшими земельными судами.

Несмотря на «раздробленность» германской кассации, к концу XIX  — началу ХХ в. исследователями отмечалось увеличение числа дел: на каждого члена Имперского суда приходилось около 72 дел, что было признано непомерной нагрузкой и требовало принятия мер против чрезмерного обременения членов ревизионного суда60.

Проблема высокой судебной нагрузки на судью Федерального Верховного суда Германии актуальна и по сей день. Чтобы снизить количество жалоб на отказ апелляционного суда допустить ревизионную жалобу во Вводном законе к ГПК Германии (ред. 2018 г.)61 было предусмотрено ценовое ограничение в 20 тыс. евро: если цена ревизионной жалобы, в допуске которой отказал апелляционный суд меньше этой суммы, то обжалование отказа не допускается. Действие данной нормы постоянно продлевается. Последний раз закон продлил ограничение до 31 декабря 2019 г.62 Хотя статистические данные свидетельствуют о некотором снижении числа всех рассмотренных Федеральным Верховным судом жалоб — 4545 (2016 г.), 4127 (2017 г.), 4088 (2018 г.), очередное продление указанного ценового ограничения исключать нельзя63.

Имея в основе римские нормы права, впоследствии усовершенствованные национальным правом, нормы ГПК Франции и ГПК Германии о кассационном и ревизионном обжаловании постоянно развивались.

Цели реформирования французского, немецкого гражданского процессуального законодательства заключались, с одной стороны, в необходимости ускорения процесса, обеспечения доступности судебной защиты, с другой — в необходимости разгрузки верховных судов, осуществляющих проверку судебных постановлений в кассационном, ревизионном порядке, более четкого разграничения функций проверочных инстанций.

В результате изменений гражданского процессуального законодательства Франции, Германии некоторые из указанных ранее отличительных признаков кассации и ревизии на сегодняшний день оказались «размытыми».

С 2002 г. (вступление в действие Закона о реформировании гражданского процесса)64 приоритетным для ревизионного суда Германии стало обеспечение единообразия судебной практики в интересах государства и общества. «Интерес сторон в исправлении неправильного решения в каждом конкретном случае теперь отходит на второй план»65; частный (отдельный) интерес, даже, если он многомиллионный, больше не рассматривается как основание для ревизии. Только всеобщий (общественный) интерес важен для допуска ревизионной жалобы66.

Сайт Федерального Верховного суда Германии (Bundes­ge­­richtshof) информирует о том, что первостепенной задачей этого суда является обеспечение правового единства, разъяснение фундаментальных правовых вопросов и развитие права.

Несмотря на то, что решения Федерального верховного суда «формально обязательны только в отдельных случаях, все судебные инстанции фактически следуют указанному правоприменению. Не только суды ориентируются на федеральную судебную практику по гражданским делам, но и «банки и страховые компании, а также арендодатели или адвокаты по разводам регулярно реагируют на “решение из Карлсруэ”»67.

Обеспечение правового единства в Германии также важно и в силу того, что в ФРГ действуют пять федеральных верховных судов: Федеральный суд в Карлсруэ (гражданские и уголовные дела), Федеральный административный суд в Лейпциге, Федеральный финансовый суд в Мюнхене, Федеральный трудовой суд в Эрфурте и Федеральный социальный суд в Касселе. Юрисдикция высших федеральных судов четко определена, но может случиться так, что вопрос права будет решаться двумя или более верховными судами. Для согласования своего правоприменения существует объединенный сенат, который и формирует единую правовую позицию. Симптоматично, что местонахождение объединенного сената высших судов федерации находится в Федеральном Верховном суде в Карлсруэ68.

В 1979 г. Кассационный суд Франции получил полномочия разрешать дела без направления дела на новое рассмот­рение, если фактическая сторона дела ему представляется установленной в нижестоящих судах правильно и полно.

Для сравнения можно привести норму ГПК Германии (§ 563), в соответствии с которой суд ревизионной инстанции вправе, отменив решение, сам принять решение по существу дела, в случае если отмена решения производится только на основании нарушения закона, имевшего место при применении соответствующего закона к установленным обстоятельствам дела, а дело относительно обстоятельств готово для принятия окончательного решения.

Таким образом, в настоящее время кассации и ревизии в «чистом», классическом виде не существует69. Цели кассационного и ревизионного производства максимально сблизились. Деятельность кассационного и ревизионного суда направлена в первую очередь на обеспечение правового интереса государства в обеспечении единого и правильного применения и толкования норм права Данная цель является основной и, как правило, единственной, если речь идет о кассационно-ревизионном производстве70.

Англия и Уэльс. Влияние римского права менее, чем в Германии и во Франции, сказалось на развитии национального права Англии. Не имея практического значения, римское право определенным образом оказало воздействие на юридическое мышление англичан, передав им запас юридических терминов, приучив к юридическим определениям и познакомив с некоторыми общими понятиями римской юриспруденции71.

По этой причине в английском гражданском процессе никогда не было, нет сейчас и не предвидится в обозримом будущем ни кассации, ни ревизии72.

В гражданском процессуальном праве Англии и Уэльса единственным средством обжалования любых судебных постановлений, независимо от вида оспариваемого судебного постановления, оснований обжалования и судебной инстанции, осуществляющей проверку, является апелляция73.

Е.В. Кудрявцева отмечает, что «иногда английская апелляция близка к французской кассации классического типа или целиком совпадает с ней, особенно если учитывать реальную практику, а не догматически знакомиться лишь с законодательством»74.

С кассационно-ревизионным производством Кассационного суда Франции, Верховного Суда Германии сопоставима деятельность Верховного суда Соединенного Королевства, направленная на проверку исключительно юридической стороны решения в случае второго апелляционного обжалования (second appeal)75.

Верховный суд был образован в результате конституционной реформы 2005 г. для рассмотрения всех апелляционных жалоб на решения судов Англии, Уэльса и Северной Ирландии, и апелляционных жалоб только по гражданским делам из судов Шотландии.

Верховному суду перешли все судебные функции Палаты лордов, которые в течение более чем 600 лет76 осуществлялись через ее Апелляционный комитет, а также некоторые полномочия по рассмотрению вопросов делегирования власти составным частям Великобритании, которые ранее рассматривались в Судебном комитете Тайного совета.

Известно, что в Англии высшие апелляционные функции с образованием парламента (XIII в.) стали осущестляться королем в совете в парламенте, а после организационного отделения парламента от королевского совета выполнение этих функций перешло к Палате лордов (1399 г.).

За королевским советом (ставшим позднее, Тайным советом) апелляционная юрисдикция осталась в отношении дел, рассматриваемых за пределами британских островов. Законом о Судебном комитете 1833 г. был учрежден Судебный комитет Тайного совета (Judicial Committee of the Privy Council), наделенный правом рассматривать апелляционные жалобы, вынесенные судебными учреждениями доминионов, британских владенеий, колоний и т.п.77

В ходе судебной реорганизации 1873 г. был учрежден единый Верховный суд (Supreme Court of Judicature), разделенный на первую (High Court of Justice) и апелляционную (Court of Appeal) инстанции78. С созданием Верховного суда предполагалось лишить Палату Лордов функций высшей апелляционной инстанции. Попытка не удалась и реформа осталась незавершенной. Концепция образования единого верховного суда с концентрацией в его руках всех судебных функций оказалась практически неосуществленной.

В 1876 г. был принят закон под названием The Appellate Jurisdiction Act, восстановивший апелляционную юрисдикцию Палаты лордов. Были учреждены должности судебных лордов, лорд-канцлера, в компетенецию которых входило рассмотрение апелляционных жалоб и вынесение по ним решений.

В английской судебной организации появились две стоящие одна над другой апелляционные инстанции — Апелляционный суд и Палата лордов, преследующие практически одну цель — апелляционную проверку правильности судебного решения.

Это положение было закреплено Законом о Верховном суде — The Supreme Court of Judicature (Consolidation) Act 1925 г.

А.Д. Кейлин приводит мнение английского юриста Jackson, отмечавшего, что «наличие двух апелляционных судов обосновать трудно. Может быть указано на то, что либо апелляцинный суд, либо палата лордов является лучшим судебным учреждением или же они оба одинаково хороши; но при любой из этих гипотез нет необходимости в существовании их обоих»79.

Как бы то ни было, но обе инстанции сосуществовали и осуществляли судебные функции проверочного характера, которые со временем стали различаться по своему содержанию и в результате оформились в первую и вторую апелляции80.

Ситуация с «двойной апелляцией» не изменилась и через 600 лет. Как отмечалось, на смену Палаты Лордов пришел Верховный суд Соединенного Королевства и с 1 октября 2009 г. начал свою судебную деятельность.

Основной объем работы Верховного Суда, по утверждению Е.В. Кудрявцевой, заключается в принятии и рассмотрении следующих апелляций:

• на постановления Суда по Апелляции, предметом судебного спора по которым являются ограничения, установленные законом или практикой;
• на решения Высокого суда — процедура «прыжка»;
• на решения внутреннего отделения Сессионного суда Шотландии, если только это не исключено законом;
• на решения или приказы Суда по Апелляции Северной Ирландии (предметом судебного спора по которым являются ограничения, устанавливаемые законом);
• при определенных обстоятельствах (ограниченных законом) непосредственно на решения Высокого суда Северной Ирландии;
• на решения Военного суда по Апелляции (Courts-Martial Appeal Court)81.

«Возможность повторной (второй) апелляции ограничена крайне жестко сформулированными основаниями для предоставления соответствующего разрешения на обжалование»82.

В повторной апелляционной жалобе (second appeal) должен быть поставлен такой вопрос, рассмотрение которого Верховным судом Соединенного Королевства весьма важно для развития права, единого правоприменения, защиты общественных интересов83.

Содержание производства в Верховном суде по второй апелляции аналогично производству по второй апелляции, имевшему место в период деятельности Судебного комитета Палаты лордов и Судебного комитета Тайного совета (Judicial Committee of the Privy Council)84.

* * *

«Европейская» кассация (ревизия), пройдя путь от атрибута монархической власти до самостоятельной судебной процедуры, всегда (со времен римского права) представляла собой исключительный (неординарный, чрезвычайный) порядок производства, инициируемый жалобой заинтересованного в судебной защите лица.

 В принципиальном отношении суть французской кассации мало изменилась, относительно стабильны и нормы ГПК о кассационном производстве. Вместе с тем французская кассация все больше направлена на выработку эталонных решений с целью стандартизации судебной деятельности.

 Немецкая ревизия, имея с начала существования некоторые отличные от французской кассации особенности, изменилась в большей степени, приобретя яркую классическую кассационную черту.

 С принятием английских Правил гражданского судопроизводства 1998 г. (ПГС) во «второй апелляции» были упрощены методики отдельных процессуальных действий, улучшены условия доступности правосудия по гражданским делам. Особенностью изменений в порядке обжалования судебных решений стало введение ПГС системы допуска (предоставления разрешения) подачи апелляционной жалобы, а в организационном отношении — учреждение Верховного суда Соединенного Королевства85.

 Законодательное регулирование кассации (в общем понимании) в перечисленных странах является неким образцом для подражания в большинстве европейских государств.

 Можно также предположить, что правовое регулирование кассации, организации кассационного производства в данных правопорядках оказало влияние и на содержание Рекомендации № R (95) 5 от 7 февраля 1995 г. Комитета Совета министров Совета Европы относительно введения в действие и улучшения функционирования систем и процедур обжалования по гражданским и торговым делам86.

В ст. 7 «Меры, касающиеся жалоб в суд третьей инстанции» данной рекомендации, в частности, указано:

«c) Жалобы в суд третьей инстанции должны подаваться в первую очередь в рамках таких дел, которые заслуживают третьего судебного рассмотрения, например дел, которые будут развивать право или которые будут способствовать единообразному толкованию закона. Их круг может быть также ограничен жалобами по тем делам, которые касаются вопросов права, имеющих значение для всего общества в целом. От лица, подающего жалобу, следует требовать обоснования того, почему его дело будет способствовать достижению таких целей. <…>

f) Государства, в которых не действует система разрешений на подачу жалобы в суд третьей инстанции или которые не допускают возможности отклонения судом третьей инстанции жалобы в отдельной части, могли бы рассмотреть возможность введения в действие таких систем, которые ограничивали бы число дел, требующих третьего судебного рассмотрения. В законе можно было бы определить конкретные основания, которые позволяли бы суду третьей инстанции ограничивать свое рассмотрение лишь некоторыми аспектами дела, например при предоставлении разрешения на подачу жалобы или при отклонении, после краткого рассмотрения дела, жалобы в той или иной части»87.

 К концу ХХ в. — началу XXI в. в современных европейских правопорядках кассационно (в большей степени) ревизионное производство есть не что иное, как соединение двух видов деятельности: контроль высшего суда в судебной системе государства за правильным и единообразным применением норм права судами и развитие права. Вследствие этого на рассмотрение суда передается только та жалоба, в которой указано на судебную ошибку88, исправление которой повлияет на единообразное толкование закона или будет способствовать развитию права, что значимо для государства и всего общества в целом.

 Защита нарушенного права лица — цель деятельности судов первой и апелляционной инстанции.

Обеспечение защиты и охрана государственных и общественных (публично-правовых) интересов — цель деятельности верховного суда современного государства.

Цель определяет соответствующий процессуально-правовой порядок деятельности в суде первой, апелляционной и кассационной (ревизионной) инстанций.

 В отношении кассационного производства обнаруживается больше сходств нежели различий, что не удивительно для европейских стран, входящих в Совет Европы, Европейский Союз, предпринимающих попытки (относительно кассации — довольно успешные) унификации, гармонизации гражданского процессуального законодательства89.

 Правовые представления, правила, порядок кассации во многих европейских странах развивались эволюционно, что отразилось на качестве отправления правосудия по гражданским делам, определило необходимое количество судебных инстанций, рассматривающих дело по существу, проверяющих судебные постановления и осуществляющих судебный контроль единообразного правоприменения.

 Традиция и развитие, свойственные гражданскому процессу Франции, Германии, Англии, характерны и для «европейской» кассации по гражданским делам. Это неудивительно, потому что, как указало французское правительство в одной объяснительной записке к законопроекту, направленному на изменение гражданского судопроизводства, может «оказаться неосторожным потрясать традиционные правила, которые часто почерпают свою действенность в самой силе традиции»90.

 В российском гражданском процессуальном праве отсутствуют правовая традиция, преемственность правовых норм о кассации. Во многом это обусловливает существование в кассационном производстве неразрешенных на сегодняшний день теоретико-практических проблем.

1.2. Кассация в России

В российском гражданском процессе кассация, как идея, была окончательно сформулирована в 1862 г. в Основных положениях гражданского судопроизводства (ст. 74–80), а затем, в 1864 г., появилась в Уставе гражданского судопроизводства как стадия гражданского процесса, производство по отмене судебных решений (ст. 792, 793).

В период действия Судебников 1497, 1550 гг., Соборного уложения 1649 г. существовали порядки переноса дела к другому судье по докладу и переноса дела по инициативе одной из сторон процесса91.

Если кто-либо из тяжущихся находил решение, вынесенное судьей, несправедливым, то он мог обратиться с жалобой в высшую инстанцию. Согласно положениям Судебников и Уложения существовали три судебные инстанции: суд наместника или воеводы; суд боярский по приказам; суд царский в государевой палате.

Возможность обратиться с жалобой к государю могла быть осуществлена только после того, как заинтересованное лицо обращалось с челобитными в приказы к «боярам и окольничим и думным и всяким приказным людем, кто в котором приказе ведом». А если в приказе ему «суда не дадут, или против его челобитья указу ему не учинят, то ему о том бити челом и челобитныя подавати государю». При этом в челобитных надлежало указывать, что прежде лицо обращалось в приказы, но «указу ему в приказе не учинено». Без обращения в приказы «ни о каких делех государю никому челобитен не подавати» (ст. 20 гл. Х Соборного уложения 1649 г.)92. Приведенные нормы можно рассматривать как прообраз современного правила о подсудности кассационной жалобы.

На основании жалобы суд высшей инстанции истребовал от суда низшей инстанции дело, рассматривал его и выносил новое решение, причем пересматривалось только решение и не допускалось представление новых доказательств и доводов93. Если судьи, рассматривая переданное из низшей инстанции дело, находили, что производство по делу было неполным и неясным, решение не соответствовало закону, то они выносили постановление «дать суд с головы» (М.М. Михайлов отличает процедуры «суд с головы» и «пересуд»94), т.е. назначить новое рассмотрение дела. Данная процедура уже представляла собой способ обжалования судебных решений, но, как справедливо отмечал К.Н. Анненков, «никак не апелляционный, но непременно какой-либо чрезвычайный способ отмены решения»95.

По мнению К.Д. Кавелина, судебная власть в древней России была сосредоточена в Большой Боярской Думе. «Здесь постановлялись окончательные судебные приговоры по делам, которые по каким-либо причинам не были окончательно решены в низших инстанциях, и решались общие юридические вопросы, возникающие из частных случаев, в руководство судьям на будущее время»96. Последнее полномочие свидетельствует о том, что в тот исторический период уже существовала необходимость обеспечения высшей судебной инстанцией единства судебной практики.

В 1711 г. Петром I учреждается Правительствующий Сенат97, сосредоточивший все отрасли управления, высшую распорядительная власть, инициативу законов. В лице Сената Петр Великий создавал себе помощника, но этот помощник получил известную степень самостоятельности, соединенной с ответственностью, о которой говорится в указе о власти Сената98.

В указах от 17 марта и 8 декабря 1714 г. Сенат объявлялся высшим апелляционным (до 1864 г. в российском процессуальном законодательстве существовал только апелляционный способ обжалования) судилищем, на которое подаются жалобы его царскому величеству99.

Как отмечает В.М. Грибовский, доверие, оказанное государем Сенату, требовало гарантий его беспристрастности и внимательного отношения к чужой судьбе. Эти гарантии были предоставлены указом 1718 г. посредством дозволения подать жалобу (под угрозой смертной казни) на Сенат сенатскому секретарю, который, в свою очередь, представлял челобитную государю. «Предполагалось, что личное знакомство монарха с делом обеспечивало беспристрастие в принятии или непринятии челобитной, а подпись его равнялась именному указу, который сенаторы обязаны были выполнить не в пример ими лично предпринимаемых или текущих дел»100.

Указом от 12 мая 1720 г. учреждается особая должность для принятия жалоб на медленность и неправосудие коллегий и канцелярий. Для занятия этой должности ввиду ее важности, требовавшей самостоятельности, государь намерен был «определить особого человека, персону знатную». Из этой «знатной персоны», долженствующей в известной мере заменить прежнюю совместную деятельность царя и сенатского секретаря по принятию апелляций, впоследствии образовалась нормальная должность рекетмейстера101, оказывавшая значительное влияние на ход апелляции в Сенате102.

Таким образом, государь решительно отстранил себя от участия в просмотре челобитных, так как учреждение рекетмейстера сохраняло гарантии непременного и беспристрастного решения дела в Сенате. «Знатная персона», находившаяся с царем в близком общении и независимая от Сената, всегда могла довести до сведения монарха упущения высшего судилища. Вместе с тем сам Сенат поступил под надзор «ока государева» — генерал-прокурора. Эти две должности составили полный комплект прежнего контроля. Установление должности рекетмейстера закрепило значение Сената в качестве высшего апелляционного суда103.

После смерти Петра I положение Сената, его роль и функции в системе государственного управления постепенно изменялись.

Сенат вместо Правительствующего стал именоваться Высоким.

В 1741 г. императрица Елизавета Петровна издала Указ «О восстановлении власти Сената в правлении внутренних государственных дел», но реальное значение Сената в делах внутреннего управления было невелико104.

«В Сенате развились чисто судебные операции по апелляционному пересмотру и ревизии решений подчиненных ему судов, и вследствие смешения судебной власти с законодательной сами решения Сената стали подлежать дальнейшему обжалованию, он постепенно утратил свое прежнее значение средоточия верховного надзора за судебными установлениями и обратился в обыкновенную апелляционную и ревизионную инстанцию»105.

Вопрос о возможности и порядке обжалования решений Сената в истории российского законодательства решался по-разному.

Императрица Анна Иоанновна в 1730 г. допустила обжалование решений Сената, но при этом за неосновательную апелляцию просители могли быть подвергнуты жестокому наказанию.

Екатерина II разрешила жалобы на Сенат в виде исключения, однако с тем непременным условием, чтобы в них не было никаких непристойных слов, оскорбляющих честь судейскую, и вообще ничего, кроме одного дела. Как свидетельствуют указы по частным делам, несправедливые податели апелляций выдавались головой Сенату106, и от воли его зависело, наказать или простить их.

Так, в 1766 г. проситель Березин за несправедливую апелляцию был «отдан Сенату с такою полнотою власти, что Сенат может с ним поступить за то, как заблагорассудит». В сенатском указе было сказано, что по законам Березин за неправое челобитье подлежал бы смертной казни, но, подражая человеколюбию императрицы, Сенат его милует. По решению Сената Березин был посажен на неделю в крепость, в тюрьму, на хлеб и на воду107.

В 1810 г. учреждается Государственный Совет — верховное совещательное место в империи по всем отраслям властей законодательной, исполнительной и судебной. В связи с этим значение Правительствующего Сената ослабло, и Сенат стал считаться средней судебной инстанцией108, чьи постановления подлежали обжалованию, пересмотру и изменению или отмене «не иначе как по утверждении заключений о том комиссии прошений и Государственного совета Высшей властью»109.

В Своде законов (т. 10, ч.  II: Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских)110 указано: «…но как могут быть крайности, в коих возбранить всякое также прибежище к Императорскому Величеству было бы отнять избавление у страждущего» (ст. 602), то дозволялось жаловаться его императорскому величеству на департаменты Правительствующего Сената (ст. 602) 111.

В соответствии с правилами Свода законов от подателя жалобы требовалось давать подписку о том, что он «ведает законы, строго запрещающие подавать несправедливые жалобы на Сенат» (ст. 602), а также не помещать в апелляциях, приносимых в Сенат, а также и на решения Сената, «поносительные и укорительные слова» (ст. 563), «неприличные выражения» (ст. 612). Наказание за несоблюдение этих требований было не менее суровым, чем в ХVIII в.

Например, некоего коллежского секретаря Крылова за то, что написал инвалиду Зимину прошение с дерзкими выражениями, Сенат присудил выдержать под арестом при полиции шесть месяцев и, опубликовав решение повсеместно, запретить Крылову заниматься сочинением просьб по чужим делам. Комитет, сверх этого, положил: отправить Крылова как вредного в обществе человека на житье в Сибирь. Государь не согласился: «Я считаю, что в Сибири он столько же вреден на свободе будет; оставить его на месте с объявлением, что при первом же случае будет сужден по всей строгости»112.

Жалобы на решения Сената надлежало подавать в Комиссию прошений, учрежденную специально для этих целей. Когда по заключению Комиссии, удостоенному высочайшего утверждения, решенное в департаменте Сената дело поступало для пересмотра в Общее собрание Сената, там оно докладывалось и решалось тем же порядком, как и по делам, вносимым в то же собрание по разногласию сенаторов департамента Сената. Из Сената дело по протестам обер-прокурора, министра юстиции могло поступить в Государственный совет. В связи c этим отмечалось, что как будто учреждены четыре новые судебные инстанции, что существенным образом влияло на скорость рассмотрения дела и принятие окончательного решения113.

Ускорить рассмотрение и разрешение дела в то время не представлялось возможным, в том числе потому, что с 1722 г. согласно Указу Петра I за нарушение порядка инстанций просителя могли подвергнуть суровому наказанию, например, «публичному жестокому наказанию со ссылкой на каторжные работы»114.

Определенного порядка проверки и пересмотра окончательных решений судебных мест в Своде законов не было115.

Всякая отмена окончательных решений допускалась «не иначе как по испрошении на сие особого Высочайшего соизволения»116.

Судебная реформа 1864 г., признавая, что «все почти европейские законодательства вполне сознают необходимость такого верховного судилища, которое, не составляя само судебной инстанции и не рассматривая само судебных дел по существу, сосредоточивало бы в себе надзор за порядком судопроизводства и правильным толкованием законов»117 закрепила за Правительствующим Сенатом полномочия высшего судебного надзора, осуществляемые в особом порядке кассации.

В соответствии со ст. 114 Устава судебных установлений 1864 г. в составе Правительствующего сената образовывались, для заведования судебной частью в качестве верховного кассационного суда, два кассационных департамента, один для уголовных, другой для гражданских дел. Постановления кассационных департаментов обжалованию не подлежали.

Установление общего правила о производстве дел в двух судебных инстанциях (ст. 11 Устава гражданского судопроизводства — УГС) превратило Правительствующий Сенат из ревизионного суда, составлявшего судебную инстанцию, решавшую дела по существу, в суд кассационный, не решающий дел по существу, а ограничивающийся отменой судебного решения по основаниям, предусмотренным законом118. В связи с этим Сенат не мог быть назван судебной инстанцией для разрешения гражданских дел. Его задачей стало обеспечение единообразного применения законов всеми судами империи119.

Отмена решения допускалась в случаях120:

1) явного нарушения прямого смысла закона или неправильного его толкования (т.е. нарушения или неправильного применения норм материального права);

2) нарушения обрядов и форм судопроизводства столь существенных, что вследствие этого судебное решение нельзя признать законным. «Существенными формами и обрядами, нарушение которых может служить поводом к кассации окончательного решения, надлежит признать те, которые имеют существенное влияние на обнаружение истины и на ограждение преподанного порядка для достижения правосудия в решениях»121. В данном случае речь идет о существенных нарушениях норм процессуального права;

3) нарушения пределов ведомства или власти, предоставленных законом (т. е. нарушения правил о подведомственности и подсудности) (ст. 793 УГС)122.

Гражданский кассационный департамент Сената в своих решениях указывал, что он «судит не сор между тяжущимися о каком-либо праве гражданском, а вопрос об истинном смысле закона и правильном применении его к фактам, установленным судебной инстанцией, и лишь настолько входит в рассмотрение существа кассации» (решение Гражд. Касс. Департамента Сената. 1873. № 719)123.

Кассационные жалобы подавались в том же порядке, что и апелляционные, с той лишь разницей, что вносились не судебные пошлины, а введенный с 1 июля 1868 г. залог правой кассации по жалобам на решения судебных палат в размере 100 руб., по жалобам на решения мировых судей — 10 руб.124

Кассационная жалоба подавалась в Гражданский Кассационный департамент Правительствующего Сената.

В назначенный день в публичном заседании одним из сенаторов производился доклад дела. Формально заседания кассационного суда должны были проходить публично, но стороны и публика являлись довольно редко.

Как правило, стороны не допускались к состязанию в форме дачи объяснений по делу125.

При решении дела суд, в который оно было возвращено для нового рассмотрения, должен был подчиняться толкованию закона Сенатом и кассационные жалобы на второе решение ни в коем случае не принимались.

Сенат высказывал мнение о том, что его кассационные определения обязательны не только для того суда, которому дело передано на новое рассмотрение, но и впредь для всех иных судов. В юридической литературе это мнение было воспринято критически126.

В ходе работ по пересмотру законоположений по судебной части (1894–1899) комиссией по подготовке новой редакции УГС было обращено внимание на руководящее значение определений для дальнейшей судебной практики.

Указывалось, что «высказанные в определениях Сената разъяснения смысла закона имеют обязательную силу только для того судебного места, в который передано дело для вторичного рассмотрения; для всех прочих судебных установлений решения эти могут иметь значение лишь руководства, основанного на высоком авторитете верховного кассационного судилища»127.

Устав гражданского судопроизводства 1864 г. предписывал обязательное опубликование всех кассационных решений. Решения за каждый год составляли отдельный том с особой нумерацией. С 1877 г. печатались только решения, которые содержали толкование закона. Эти решения печатались под заглавием «Решения Гражданского Кассационного Департамента Правительствующего Сената».

Наряду с официальными изданиями обобщений сенатской практики сборники кассационных решений издавались частными лицами, например, А.Л. Боровиковским, К.П. Победоносцевым, В.Л. Исаченко и др.

Таким образом, новые нормы о российском судоустройстве и судопроизводстве преобразовали Правительствующий сенат в «действительно верховное место для управления правосудием в Империи и охранения силы законов», и смогли отразить «мысль великого преобразователя России о сенате»128.

Ко времени подготовки новой редакцией УГС в российском кассационном производстве обнаружились проблемы теоретико-практического свойства.

Идея единства кассационного суда (единого кассационного судебного учреждения) в Российской империи просуществовала недолго: через два года (в 1866 г.) после введения Судебных Уставов в Закавказье кассационные функции для проверки решений мировых и окружных судов Закавказского края были возложены на Тифлисскую судебную палату (ст. 1470 УГС).

Распространение судебной реформы на новые местности имело неизбежным последствием значительный прилив дел в кассационные департаменты Сената и чрезмерную загруженность работой сенаторов этих департаментов, что приводило к затягиванию окончательного разрешения споров.

Для устранения дальнейшего накопления поступающих на рассмотрение Сената дел министр юстиции К.И. Пален предложил учредить в губернских городах особые присутствия для предварительного рассмотрения поданных на имя Сената просьб об отмене решений мировых съездов. По проекту Министерства юстиции присутствиям предполагалось предоставить только право отказа в жалобах, признанных неосновательными. Если жалоба признавалась заслуживающей уважения, то ее следовало передавать в Сенат для рассмотрения и разрешения129.

Главноуправляющий Вторым Отделением Собственной Его Императорского Величества канцелярии князь С.Д. Урусов, соглашаясь с идеей разделения кассационного производства между двумя инстанциями — предварительной и окончательной, предлагал свой проект. По его мнению, необходимо взамен предлагаемых графом Паленом присутствий организовать одну предварительную кассационную инстанцию в Санкт-Петербурге в составе 30–40 лиц, служивших в мировых судах и общих судебных установлениях, для того чтобы они заседали в нескольких отделениях под председательством сенаторов, которые и направляли бы деятельность этой инстанции согласно с началами, установленными практикой Правительствующего Сената.

Государственный Совет не согласился ни с одним из предложенных проектов. По его мнению, принятие предложения графа Палена о разделении кассационной власти между Сенатом и губернскими мировыми судами было бы существенным уклонением от того коренного начала, согласно которому Сенат признается единым верховным судом. Принятие же проекта князя Урусова, хотя и обеспечивающего в достаточной степени единство направления в кассационной практике, привело бы к снижению значения Правительствующего Сената.

Признавая необходимым облегчить деятельность Сената, Государственный Совет произвел некоторые изменения в порядке кассационного производства (ст. 800, 8001–8003 УГС).

1. По просьбам об отмене решений Судебных палат был установлен кассационный залог в размере 100 руб. (изм. 1866 г.).

Позднее комиссией по подготовке новой редакции УГС отмечалось, что последовавшее через два года после начала действия Уставов «нововведение», не принесло ни практической пользы, ни теоретического обоснования необходимости его существования и сохранения на будущее. С первых дней установления кассационного залога его критиковали в связи с ограничением доступа к суду, неравенством бедных и богатых, нахождения последних в привилегированном положении относительно возможности обращения в высший суд.

Возражения против этих доводов сводились к акцентированию внимания на роли Сената как высшего судилища, для которого общегосударственные задачи его деятельности превалируют над частными. В общегосударственных интересах Сенат должен действовать «не столь часто сколько основательно, чего нельзя достигнуть при огромном наплыве дел»130.

Последние доводы оказались весомее, что позволило принять большинством голосов решение о сохранении кассационного залога и в новой редакции УГС. В проекте УГС (ст. 738) устанавливалась градация кассационных залогов от 50 до 500 руб. в зависимости от цены иска.

2. Появилось предварительное рассмотрение поступающих в кассационный департамент кассационных жалоб (подробнее об этом — в главе 2). В данном случае за основу был взят французский кассационный опыт. При этом, в отличие от французского ГПК, установившего предварительное рассмотрение жалоб в публичном судебном заседании, УГС предусматривал правило о рассмотрении аналогичных вопрсов в закрытом судебном заседании, что подвергалось обоснованной критике131.

3. Порядок разрешения кассационных дел в судебном заседании, подлежащих рассмотрению по переданным из распорядительного заседания жалобам, различался в зависимости от вопроса, который следовало решить кассационному суду (подробнее — в главе 3).

Если требовалось простое применение существующих норм права и кассационных разъсяснений Сената, то такие дела рассматривались Отделением Департамента в составе трех сенаторов.

Если же необходимо было новое истолкование смысла закона, то такие дела рассматривались присутствием Департамента в составе не менее семи сенаторов.

Понимая значение кассационной деятельности отделений Департамента, в проекте новой редакции УГС было указано: «В виду того, что нередко и в отделениях Кассационного Департамента Сената постановляются определения, содержащие в себе такое разъяснение закона, которое может иметь руководящее значение для дальнейшей практики судебных установлений, казалось бы полезным предоставить Департаменту право опубликовывать не только определения всего Департамента, но и его отделений» (ст. 769)132.

Порядок кассационного рассмотрения дел был обусловлен их значимостью.

В первом случае имел место, как правило, частный интерес.

Во втором — государственный, «ибо постанавливаемые Сенатом определения служат обязательным руководством для правильного понимания законодательства»133.

Важной процессуальной гарантией ответственности сенаторов за законность судебного постановления, гарантией правильного рассмотрения дела было предписание УГС о возможности переноса кассационного дела из Отделения Департамента в присутствие Департамента.

В соответствии с законом, если кто-либо из сенаторов усматривал необходимость разъяснения смысла законов для единообразного их применения и заявлял об этом, то дело переносилось на рассмотрение семи сенаторов для формирования соответствующей правовой позиции Правительствующего сената134.

Правила о предварительном рассмотрении жалобы, распорядительном заседании, передаче дел в судебное заседание кассационного суда, о рассмотрении этих дел с целью выработки единого для всех судов правоприменения не распространялись на Тифлисскую судебную палату, исполнявшую обязанности суда кассационной инстанции в этой части России.

В российском процессе пореформенного периода (после 1889 г.) не все судебные акты были предметом кассационного изучения высшего судебного органа — Сената. Законом 1890 г. во всех губерниях, где были введены земские начальники, городские и заменяющие их судьи, их решения стали проверяться уездными съездами, решения уездных съездов — губернским присутствием, решения окружных судов (действовавших в качестве мировых съездов) Кавказского края, Средней Азии, Туркестанского края, Сибири проверялись судебными палатами135.

В проекте новой редакции УГС предлагалось сохранить за судебными палатами функцию кассационной проверки решений по делам участковой подсудности (мировые судьи и равные им по компетенции). К началу ХХ в. (1904 г.) в Российской империи были образованы 14 судебных округов, возглавляемых соответствующими судебными палатами: Санкт-Петербургской (открыта в 1866 г.), Московской (1866 г.), Харьковской (1867 г.), Тифлисской (1868 г.), Одесской (1869 г.), Казанской (1870 г.), Саратовской (1871 г.), Варшавской (1876 г.), Киевской (1880 г.), Виленской (1883 г.), Иркутской (1897 г.), Омской (1899 г.), Ташкентской (1899 г.), Новочеркасской (1904 г.)136.

В основу решения о децентрализации кассационной функции были положены: а) результаты кассационной деятельности, например, на 1 января 1900 г. по Гражданскому кассационному департаменту Правительствующего Сената оставалось нерассмотренными 9944 дел; б) опыт кассационной деятельности некоторых палат: например, Тифлисская, Иркутская, Омская судебные палаты с момента своего образования выполняли функции суда кассационной инстанции137.

Е.В. Васьковский утверждал, что проектируемое законодательное преобразование в кассационной сфере «не только не приведет к упрочению единообразия в судебной практике, но, наоборот, еще более ухудшит современное положение вещей, так как к противоречиям между решениями отделений гражданского департамента прибавятся еще противоречия между кассационными разъяснениями судебных палат и возникнет опасность, что в округе каждой палаты установится по малоценным делам своя особая практика, несогласная ни с практикой других палат, ни с разъяснениями Сената по доходящим до него делам большей важности»138.

В 1914 г. авторами юбилейного издания, посвященного 50-летию великой судебной реформы, применительно к оценке децентрализации кассации отмечалось, что, помимо функции надзора за единством применения законов, «верховный» кассационный суд является и органом надзора за самим осуществлением судебной деятельности. К этому добавляется также и то, что «наши кассационные департаменты имеют еще и совершенно своеобразную дисциплинарную власть, по отношению уже не к судьям, как отдельным судебным деятелям, а в отношении судебных учреждений»139.

В соответствии с положениями ст. 265 Устава судебных установлений право делать предостережения или замечания судебному месту в целом его составе или в составе присутствия, рассматривавшего дело, принадлежит исключительно кассационным департаментам Правительствующего Сената.

Советский период. В 1917 г. институт кассации как институт буржуазного права прекратил свое существование в гражданском судопроизводстве нашей страны.

Был упразднен и Правительствующий Сенат, поскольку задачей революции было «не реформировать судебные учреждения, а совершенно уничтожить, смести до основания весь старый суд и его аппарат»140.

Декретом Совета Народных Комиссаров от 24 ноября (7 декабря) 1917 г. № 1 «О суде» было установлено:

«1) Упразднить доныне существующiя общiя судебныя установленiя, как-то: окружные суды, судебныя палаты и правительствующiй сенатъ со всеми департаментами, военные и морскiе суды всехъ наименованiй, а также коммерческiе суды, заменяя все эти установленiя судами, образуемыми на основанiи демократическихъ выборовъ.

2) … По деламъ, по коимъ присуждено денежное взысканiе свыше 100 р. или лишенiе свободы свыше 7 дней, допускается просьба о кассацiи. Кассацiонной инстанцiей является уездный, а въ столицахъ — столичный съездъ местных судей»141.

В развитие и дополнение Декрета № 1 «О суде» 22 февраля (7 марта) 1918 г. был принят Декрет от № 2 «О суде», часть 2 которого была посвящена кассации решений. В частности, в ст. 4, 5 указывалось на то, что «обжалование в апелляционном порядке отменяется, и допускается только кассация решений.

Для рассмотрения кассационных жалоб на решения окружных народных судов как по гражданским, так и уголовным делам, постоянные члены окружных народных судов на общем собрании данной области избирают из своей среды надлежащее количество членов областного народного суда, которые в свою очередь из своей среды выбирают председателя областного народного суда и председателей отделений. <…>

При обжаловании в кассационном порядке суд имеет право отменить решение не только по формальным нарушениям, признанным им существенными, но и в том случае, если признает, что обжалованное решение явно несправедливо»142.

Как отмечалось в Учебнике по гражданскому процессу 1938 г., «с тех пор советский суд последовательно и принципиально отвергает апелляционное обжалование, рассмотрение гражданского дела по существу допускается только в первой инстанции»143.

Таким образом, новым законодательством устанавливалось правило однократного рассмотрения дела по существу, что и было окончательно подтверждено в ГПК РСФСР 1923 г.

Относительно новой кассации в литературе тех лет указывалось:

«Совнарсуд, рассматривая жалобы, проверял не только правовую сторону — правильность применения закона и форм судопроизводства, но и фактический состав (полноту следствия) — выяснение судом всех обстоятельств дела... Советское обжалование отличалось и от апелляции, так как право разбора дела по существу — установление фактов — составляло полномочия только суда первой инстанции»144;

«советский процесс не знает и “чистой кассации”. Вторая инстанция рассматривает дело “в порядке кассационно-ревизионном”. <…> Наша кассационно-ревизионная инстанция проявляет свою актвиность и инициативу при рассмотрении дела.

<…>

В отличие от кассационной инстанции французского типа наша кассационная инстанция может в известных случаях и сама вынести новое решение.

В отличие от суда “чистой кассации”, который якобы не интересуется конкретными обстоятельствами дела и рассматривает лишь вопрос о правильности применения закона, советская кассационно-ревизионная инстанция разрешает вопрос о том, нет ли в обжалованном решении явного противоречия “фактическим обстоятельствам дела, установленным разрешившим дело судом” (ст. 237 ГПК РСФСР, ст. 250 ГПК Узбекской ССР, ст. 268 ГПК УССР, ст. 237 ГПК Азербайджанской ССР, ст. 270 ГПК Грузинской ССР, ст. 280 БССР).

Иными словами, суд высшей инстанции проверяет, какие фактические обстоятельства дела установила первая инстанция и правильно ли она установила, и соответствует ли решение этим обстоятельствам»145.

Вопрос о том, кто будет исполнять роль высшего судебного органа, контролирующего единство судебного правоприменения, решился не сразу.

В Декрете от 7 марта (22 февраля) 1918 г. № 2 «О суде» было предусмотрено образование Верховного судебного контроля:

«В целях достижения единообразия кассационной практики, учреждается в столице верховный судебный контроль. В состав его входят представители областных народных судов по избранию этих судов на срок не свыше одного года с правом отзыва и переизбрания как со стороны окружных судов, так и Советов Раб., Солд., Кр. и Казачьих Депутатов (ст. 6)»146.

Задачей этого органа было «в случае отмеченных им противоречий в толковании законов различных кассационных инстанций выносить объединяющие принципиальные решения, которые кассационными инстанциями принимаются к руководству.

В случаях обнаружения неустранимого противоречия между действующим законом и народным правосознанием Верховный судебный контроль делает законодательным органам представление о необходимости издания нового соответствующего закона.

Отменять решения верховного судебного контроля может только законодательный орган советской власти» (ст. 6 Декрета)147.

Декретом Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета (ВЦИК) и Совета Народных Комиссаров (СНК) от 11 июня 1918 г. был учрежден Кассационный отдел при ВЦИК, и определен порядок кассации приговоров революционных трибуналов148.

10 марта 1921 г. был принят Декрет о Высшем судебном контроле в РСФСР. «Народный Комиссариат Юстиции осуществлял контроль за деятельностью судебных органов, давал разъяснения и указания по применению действующего законодательства, имел право признавать недействительными решения суда, вступившие в законную силу, отменял их и направлял дела на новое рассмотрение»149.

Положение о судоустройстве 1922 г. не предусмотрело существование Высшего судебного контроля как формы обжалования судебных решений и приговоров, вступивших в законную силу, поскольку в новой системе судов практическая надобность в нем отпала.

Я. Бранденбургский в статье «Почему мы упразднили Высший судебный контроль» объяснял такое решение.

Во-первых, был создан Верховный Суд, в котором сформирована высшая кассационная инстанция по гражданским и уголовным делам, на которую и была возложена обязанность контроля за единством судебного правоприменения.

Во-вторых, за пять лет советской практики «суд заметно вырос и советское право значительно глубже проникло в сознание наших работников», «сейчас не может иметь места та пестрота приговоров и решений, которые характеризуют первые несколько лет судебной практики», «губернские суды… составлены из гораздо более квалифицированных судебных работников, благодаря установленному для них Положением о судоустройстве обязательному стажу»150.

И главное: вынужденное и сознательное отступление в первые годы судебной практики от единства суда (высший судебный контроль осуществлял административный орган — Наркомюст) не было уже необходимым. Изменилась коренным образом объективная обстановка, появилась реальная возможность «сделать еще шаг по пути создания единства суда»151.

С 4 января 1923 г. роль «верховного судилища» стала принадлежать Верховному Суду РСФСР в котором была создана кассационная коллегия по гражданским и уголовным делам.

Гражданская кассационная коллегия (ГКК) Верховного Суда РСФСР (ср. с наименованием до 1917 г.) издала 22 декабря 1924 г. наказ152, где в самом общем виде сформулировала требования, при нарушении которых решение не может оставаться в силе.

Обращалось внимание и на то, что общих указаний недостаточно и пояснение их применения на практике необходимо искать в публикуемых определениях Верховного Суда по конкретным делам.

По этому поводу Г. Рындзюнский в первом практическом комментарии ГПК РСФСР 1923 г. (именно так именует этот труд автор Предисловия Я. Бранденбургский153) под названием «Техника гражданского процесса» отмечал: «чтобы понять основную линию, которую Верх. Суд проводит в своей кассационной деятельности по гражданским делам, и пути, по которым должны, следовательно, идти наши кассационные инстанции, как в отношении формального наблюдения за выполнением судами требований закона, так и классового восприятия основ гражданского права, необходимо старательно и постоянно изучать все вновь выходящие решения Верх. Суда и данные им в наказе основы. Советские юристы с нетерепением ожидают выхода систематизированных сборников этих решений, пока же опубликованнпя в печати руководящая практика нашего высшего кассационного суда настолько все же немногочисленна, что не выработала каких-либо твердо очерченных границ для определения пределов кассаионного обжалования и рассмотрения, а теоретическое обоснование их не может дать исчерпывающего представления об этом вопросе, который всегда был крайне трудным для точного определения…»154

В первые полтора года работы губсудов (образованы155 в соответствии с Положением о судоустройстве РСФСР 1922 г.) Гражданской Кассационной коллегии Верховного Суда, «хотя она и относилась в высшей степени бережно к их работе, приходилось отменять очень высокий процент всех решений губсудов (процент отмененных решений губсудов за время с 1 апреля 1923 г. по 1 октября 1924 г. составляет почти 50%).

Эта цифра так значительно превышает процент отмены приговоров по уголовным делам за то же время (около 16%) отчасти в виду полного отсутствия за ГКК права (до 1936 г. в ГПК РСФСР действовал ряд ограничений на кассационное обжалование решений по отдельным категориям дел — прим. автора), а ныне крайне узких пределов исправлений, допускаемых в решениях по гражданским делам (ст. 246 ГПК), отчасти и потому, что решение гражданских дел значительно труднее и состав гражданских отделов судов значительно слабее практически подготовлен, чем состав уголовных отделов, имеющий довольно часто за собой крупный трибунальский стаж.

Кроме того, гражданские дела становятся все сложнее, ибо в них под прикрытием сухих формул гражданского нрава или разных договоров часто ведется настоящая классовая борьба за утраченные позиция буржуазии (споры о частной собственности, споры в области трудового договора, земельных отношений и т.д.), что не всегда улавливается на местах»156.

Со временем советская кассационная практика окрепла, преодолела буржуазные апелляционно-кассационные крайности.

Определились суды, исполняющие роль кассационных инстанций и порядок кассационного обжалования не вступивших в законную силу судебных постановлений по гражданским делам157.

Гражданское процессуальное законодательство окончательно закрепило оригинальные черты «советской кассации», сохранявшиеся вплоть до 1995 г.158

Вместе с тем ответ на вопрос о том, на кого же были возложены кассационные функции Правительствующего Сената, пока является неполным.

Несомненно, Кассационная коллегия по гражданским Верховного Суда РСФСР обеспечивала в пределах своих полномочий единство правоприменения. Вместе с тем осознавалась потребность в существовании особого органа, чьей особой миссией было бы именно осуществление контрольной функции единства судебного правоприменения.

Такими органами стали Президиум и Пленум Верховного Суда РСФСР.

В новых условиях жизни государства и общества контроль за единым применением судами закона предполагалось осуществлять в иной форме, чем во времена деятельности кассационных департаментов Правительствующего Сената. Получила свое развитие идея судебного надзора, истоки которой находятся в отечественном гражданском процессуальном законодательстве и кассационной судебной практике конца XIX — начала ХХ в.159

Все тот же Я. Бранденбургский отмечал: «Мы ни в малейшей степени не отказались от судебного надзора, но одно дело, когда Верховный Суд по своей инициативе или по инициативе государственной прокуратуры пересматривает приговор, содержащий в себе серьезное нарушение материального или процессуального права, и совсем другое дело, когда все заинтересованные лица могут обжаловать любой приговор и решение, хотя последние уже вошли в законную силу.

Практика двух лет показала, что жалобы эти стал подавать всякий, кому не лень, и субъективные добрые намерения руководителей держаться рамок, поставленных декретом о Высшем Судебном Контроле, разбивались с каждым днем все больше и больше, и Высший Судебный Контроль объективно превращался в новое учреждение, во что-то вроде 2-й кассационной инстанции.

С этой ненормальностью нужно было решительным образом покончить. Население должно, наконец, проникнуться той мыслью, которая составляет основную сущность нашей судебной системы, сводящуюся к тому, что судебное дело по существу рассматривается один раз, что никакой апелляции у нас нет и что приговоры и решения могут быть обжалованы то же только в кассационном порядке и, конечно, только один раз»160.

В итоге, в отличие от «буржуазной кассации», Верховный Суд в лице Президиума и Пленума стал осуществлять пересмотр вступивших в законную силу судебных постановлений в надзорном порядке не по инициативе лиц, участвующих в деле, а исключительно по своей инициативе или по инициативе прокуратуры.

Основанием для такого пересмотра были «не любое нарушение закона, а лишь такое, которое привело к решению, идущему вразрез с общегосударственными интересами, с линией судебной или иной политики Рабоче-Крестьянской Власти»161.

Иными словами, «отмена решения в порядке надзора возможна лишь в том случае, когда того требует охрана рабоче-крестьянского государства и трудящихся масс, но не тогда, когда решение постановлено с нарушением тех или иных частных прав и интересов отдельного гражданина»162.

В советском надзорном производстве первых лет его существования можно еще разглядеть признаки «буржуазной кассации», проявляющиеся, например, в следующем:

• в цели судебного надзора — защита публичных, а не частных интересов лиц;
• в существенности оснований для пересмотра и последующей отмены вступивших в законную силу судебных постановлений;
• в судебно-контрольной функции надзорного органа, не претендующего на роль судебной инстанции, рассматривающей гражданское дело.

Вместе с тем дальнейшее развитие идеи судебного надзора163 свело на нет эти начинания, имеющие (а иного с точки зрения эволюционного развития российского гражданского процессуального права и не могло быть164) в своей основе дореволюционный научно-практический опыт кассационного обжалования и кассационной проверки, пересмотра судебных постановлений по гражданским делам.

Надзорное производство вплоть до 1995 г.165 представляло собой оригинальное процессуально-правовое явление, характерное исключительно для советского гражданского процесса166.

Современный период. Через более чем 90 лет, в 2010 г., кассация как институт российского гражданского процессуального права, как стадия гражданского процесса, как производство по проверке законности вступивших в законную силу судебных актов возвратилась в российский гражданский процесс167 (в отличие от арбитражного процесса, знавшего кассацию с 1995 г.). Определенную роль в этом возвращении сыграл Европейский Суд по правам человека168.

В общем, можно было бы говорить о сходстве российской кассации конца ХIХ в. и кассации ХХI в.:

• раздробленность кассационной функции;
• особый порядок возбуждения кассационного производства;
• особые основания для отмены судебных постановлений.

Но даже эти общие черты отличались своеобразием законодательного оформления, свойственного все тому же надзорному производству, хотя и изменившемуся после 1995 г., но сохранившему отдельные (влияющие на порядок обжалования и проверки судебных постановлений) советские черты.

В 2018 г. были учреждены кассационные суды общей юрисдикции, в связи с чем кассационное производство в гражданском процессе было изменено169.

В результате изменений сохраняется децентрализация кассации, но при этом появились черты российской кассации периода 1864 г. (принятие кассационной жалобы влечет ее рассмотрение в судебном заседании кассационного суда), черты немецкого ревизионного производства конца XIX в. (частичная проверка вопросов факта).

Просматриваются и признаки, характерные для обжалования и пересмотра судебных постановлений периода действия Свода законов 1832 г. (ред. 1857 г.): определения суда кассационной инстанции — Судебных коллегий Верховного Суда РФ, могут быть обжалованы в высший судебно-надзорный орган — Президиум Верховного Суда РФ.

* * *

Исследовав возникновение и развитие кассации по гражданским делам важно обратить внимание на следующее:

1. Кассация как предоставленная законом возможность отмены вступившего в законную силу (окончательного) судебного решения в связи с нарушениями норм права, допущенными судом при рассмотрении и разрешении дела, имеет истоки в римском праве.

2. Развитие идеи кассирования судебных решений происходит во Франции в связи с необходимостью усиления королевской власти, гарантирования единообразного применения норм права всеми судами государства.

3. Для достижения обозначенной цели создается специальный орган (сначала подконтрольный монарху, позднее — самостоятельный), осуществляющий полномочия единственного в государстве высшего судебного органа, осуществляющего контроль единства судебной практики.

4. Окончательное превращение высшего суда в кассационный суд, миссией которого было ограждать единство закона и составлять, тем самым, опору законодателя, происходит в период практического воплощения теории разделения властей.

5. Развитие и законодательное оформление кассации в европейских правопорядках происходило схожим с французским образом, но в преодолении двух крайностей: придать кассации характер очередной судебной инстанции или рассматривать ее как высший судебный орган, осуществляющий контроль за единым применением закона всеми судами в государстве.

6. Идея единства кассационной функции находила, как правило, полную поддержку в унитарных государствах. В государствах с федеративным устройством, как правило, происходил отказ от этой идеи, в результате чего часть кассационной функции передавалась региональным высшим судам, при этом высший кассационный контроль сохранялся в высшем судебном органе государства.

7. К началу ХХI в. большинство зарубежных европейских правопорядков сочетают в организации кассационного производства публично-правовое и частноправовое начало, отражающиеся на порядке возбуждения производства, рассмотрения дела судом кассационной инстанции, его полномочиях.

8. Развитие российской кассации связано, главным образом, с иностранными заимствованиями правовых норм.

9. Потребность усиления власти государя и обеспечения единого применения норм права на территории Российской империи обусловливает создание специального высшего государственного органа с судебными полномочиями кассационного характера, разработку правил (процессуальных в том числе) его деятельности.

10. Окончательное формирование института кассации в России происходит в результате великой Судебной реформы 1864 г.

11. Российская кассационная теория и практика периода второй половины ХIХ — начала ХХ в. свидетельствует о наличии опыта (заслуживающего внимания в настоящее время) решения проблем высокой судебной нагрузки кассационных департаментов Правительствующего Сената.

12. Российская теория и практика судебного надзора 1920-х годов свидетельствует о влиянии дореволюционного кассационного научно-практического опыта на формирование нового пути контроля единого судебного правоприменения.

13. Эволюционному развитию теории и практики кассации в российском гражданском судопроизводстве препятствовали причины объективного характера.

14. Идея возрождения кассации в российском гражданском процессе развивается в теоретико-практическом отношении с конца ХХ в. по настоящее время.

15. Проблема высокой нагрузки на кассационный (ревизионный) суд и поиск ее решения известна всем европейским правопорядкам.

16. В разные исторические периоды принимались разные меры, направленные на изменение порядков подачи жалобы (например, залог, штраф, цена жалобы), принятия жалобы (например, деятельность рекетмейстера, отделений жалоб, предварительные заседания), рассмотрения жалобы (например, зависимость состава суда от важности правового вопроса) и принятия соответствующего решения (например, право принимать новое решение).

В связи с этим меры, которые рекомендует принимать государствам — членам Совета Европы Комитет министров Совета Европы для улучшения функционирования систем обжалования по гражданским и торговым делам, не являются новыми. Многие из них уже применялись на практике в ходе реформирования кассационного производства, что позволяет оценить достигнутый и спрогнозировать будущий эффект предлагаемых мероприятий.

17. Развитие российской кассации по гражданским делам не может проходить без учета национального опыта гражданского судопроизводства второй половины ХIХ — начала ХХ в. и соответствующего зарубежного (европейского) опыта.

Глава вторая

Возбуждение
кассационного
производства

2.1. Непосредственная
и опосредованная
кассации

Кассационное производство, будучи самостоятельной стадией процесса, представляет собой совокупность тесно связанных между собой процессуальных отношений, возникающих в суде кассационной инстанции с целью проверки законности судебных актов вступивших в законную силу170.

Кассационное производство состоит из этапов (по К.И. Малышеву производство по кассационной жалобе состоит из периодов171): возбуждение производства, подготовка к рассмотрению жалобы, рассмотрение и разрешение жалобы в судебном заседании.

Современное гражданское процессуальное законодательство позволяет утверждать, что возбуждение кассационного172 производства отличается спецификой, обусловленной историческим развитием и необходимостью повышения эффективности процедуры кассационного обжалования.

Порядок (процедура) возбуждения кассационного производства подчинен правилам закрепленного в законе вида кассации, которая может быть «непосредственной» и «опосредованной».

Ошибочны с точки зрения и теории, и практики наименования «сплошная кассация» и «выборочная кассация»173. «Сплошная» — распространяющаяся на всё, всех без исключения (ср. «сплошная коллективизация»). Кассация не может быть сплошной, поскольку есть требования закона, например, о субъектах, объектах, сроке кассационного обжалования и проч. «Выборочная» — основана на выборке (случайный, произвольный отбор из совокупности чего-либо части). Кассация не может быть выборочной, поскольку судьей в силу закона изучается весь массив (совокупность) жалоб, и отбор не должен быть случайным или произвольным, а должен основываться на требованиях закона. При этом «выборочная кассация» в обозначенном контексте верно отражает реальное (неудовлетворительное) состояние дел в кассации в гражданском процессе (по состоянию на 1 октября 2019 г.)174.

Для возбуждения кассационного производства необходимо наличие права кассационного обжалования175, которое возникает у лиц, участвующих в деле, с момента вступления судебных актов176 в законную силу и может быть реализовано ими в течение установленного в законе срока путем подачи кассационной жалобы177.

В свою очередь, право кассационного обжалования реализуется субъектом кассационного обжалования посредством подачи в предусмотренном законом порядке кассационной жалобы на объект кассационного178 обжалования в установленный законом срок.

Подача кассационной жалобы является поводом для возникновения процессуальных отношений между судом кассационной инстанции и лицом, подавшим жалобу.

Если после принятия жалобы следует ее рассмотрение в судебном заседании суда кассационной инстанции, то можно утверждать о закреплении в законе порядка «непосредственной кассации», согласно которому возбуждение кассационного производства осуществляется на основании волеизъявления лица, участвующего в деле.

Если же после принятия жалобы она направляется суду (судье, иному лицу, указанному в законе) для предварительного рассмотрения в целях выявления оснований для отмены обжалованного судебного акта, выяснения вопроса, заслуживает ли дело третьего (после рассмотрения по существу и в суде апелляционной инстанции) судебного рассмотрения, то имеет место иной порядок возбуждения кассационного производства — опосредованный или «опосредованная кассация».

В данном случае у суда кассационной инстанции возникают а) обязанность принять кассационную жалобу, отвечающую требованиям закона о праве кассационного обжалования, о форме и содержании жалобы, порядке ее подачи и б) право возбудить кассационное производство, если будет установлено наличие предусмотренных законом оснований для кассационной отмены вступивших в законную силу судебных актов.

В результате для возбуждения производства по правилам «опосредованной кассации» необходимо наличие а) повода  — кассационной жалобы; б) установленного судом основания (оснований) для отмены судебного акта в кассационном порядке; в) процессуального порядка предварительного рассмотрения жалобы.

Иными словами, при закреплении в законе правил «непосредственной кассации» суд кассационной инстанции, положительно решая вопрос о принятии кассационной жалобы (проверив наличие предпосылок права обжалования, соблюдение условий его осуществления), решает тем самым и вопрос возбуждения кассационного производства.

При «опосредованной кассации» подача кассационной жалобы и ее принятие кассационным судом не обязательно влечет возбуждение кассационного производства и последующую проверку в судебном заседании суда кассационной инстанции законности обжалованного судебного акта. Процессуально-правовое последствие принятия кассационным судом жалобы находится в зависимости от усмотрения суда (судьи, иного лица, указанного в законе), осуществляющего контроль жалобы на предмет наличия или отсутствия оснований, влекущих отмену или изменение обжалованных судебных постановлений в кассационном порядке.

В случае «опосредованной кассации» юридический состав процессуального правоотношения в суде кассационной инстанции более сложный, чем в случае «непосредственной кассации».

Для развития процессуальных правоотношений между лицом, подавшим кассационную жалобу, и судом кассационной инстанции необходимо, чтобы суд (судья, иное лицо, указанное в законе) изучил жалобу, материалы дела, совершил процессуальное действие по передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции в целях решения вопроса о законности вступившего в законную силу судебного акта.

В связи с этим применительно к «опосредованной кассации» представляется более точным говорить о праве обращения (а не обжалования) в суд кассационной инстанции.

Таким образом, возбуждение кассационного производства будет различным в зависимости от вида закрепленной в процессуальном законе кассации.

В случае «непосредственной кассации» возбуждение кассационного производства происходит в один этап — подача кассационной жалобы и ее принятие судом кассационной инстанции.

В случае «опосредованной кассации» — в два последовательных «подэтапа»: принятие кассационной жалобы к производству и предварительное рассмотрение кассационной жалобы на предмет возможности передачи ее с делом для рассмотрения в судебном заседании кассационного суда.

Проиллюстрируем изложенное, обратившись к теории процесса и практике процессуального закона.

«Непосредственная кассация»

Принятие кассационной жалобы — процессуальное действие суда кассационной инстанции, корреспондирующее процессуальному действию лица, участвующего в деле, — подаче кассационной жалобы.

Из содержания кассационной жалобы и приложения к ней суд кассационной инстанции получает информацию о субъекте, объекте кассационного обжалования, соблюдении срока и условия кассационного обжалования, требований закона к форме и содержанию жалобы, порядку ее подачи.

Например, в соответствии с АПК РФ, ГПК РФ вопрос о принятии жалобы к производству решается судьей суда кассационной инстанции в пятидневный срок со дня ее со дня ее поступления.

«Суд, принимающий жалобу, не входит в оценку ее по внутреннему содержанию и по предмету, не обсуживает ее основательности или неосновательности … Он рассматривает жалобу только с точки зрения внешних формальных условий и, при недостатке их, может возвратить жалобу просителю или оставить ее без движения»179.

Если кассационная жалоба не отвечает требованиям АПК РФ, ГПК РФ, предъявляемым к ее форме и содержанию, то суд оставляет жалобу без движения или возвращает ее в установленном процессуальными законами порядке. Определения суда кассационной инстанции об оставлении жалобы без движения и о возвращении жалобы могут быть обжалованы в суд кассационной инстанции, вынесший такие определения, в течение одного месяца со дня их вынесения.

Приняв кассационную жалобу к производству, судья выносит определение, которым возбуждается производство по жалобе.

В определении указываются время и место проведения судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы. Копии определения направляются лицам, участвующим в деле, не позднее следующего дня после дня его вынесения.

Кассационное производство переходит в следующие этапы  — подготовка и рассмотрение кассационной жалобы в судебном заседании кассационного суда с целью проверки законности обжалованного судебного акта.

В настоящее время «непосредственная кассация» закреплена в российском гражданском и арбитражном процессах, и ее правила действуют в так называемой первой кассации — в кассационных судах общей юрисдикции, в арбит­ражных судах кассационной инстанции — арбитражных судах округов.

Особенностью данного вида кассационного производства является порядок подачи кассационной жалобы.

Кассационная жалоба подается через суд первой инстанции, который обязан направить жалобу вместе с делом в соответствующий суд кассационной инстанции в трехдневный срок со дня поступления жалобы в суд.

К.И. Малышев объяснял такой порядок подачи кассационной жалобы («непосредственная кассация» была предусмотрена Уставом гражданского судопроизводства 1864 г. до 1877 г.) близостью суда к населению, нахождением в суде первой инстанции «подлинного производства» (гражданского дела). Роль суда первой инстанции в «непосредственной кассации» является ролью «передаточной инстанции»180.

В современных европейских правопорядках «непосредственная кассация» практически не встречается.

«Опосредованная кассация»

Процессуальное законодательство многих европейских стран закрепляет «кассацию опосредованную».

Принятие кассационной жалобы там происходит по тем же правилам, что и при «непосредственной кассации».

Исследовательский интерес представляет второй подэтап возбуждения кассационного производства — предварительный контроль кассационной жалобы.

Истории гражданского процесса известны деятельность королевского Совета (отдела) жалоб, усеченного состава Кассационного суда (Франция), рекетмейстера, департамента в предварительном судебном заседании (Россия).

Если для Франции предварительный судебный контроль жалобы является традиционным (с некоторым перерывом во второй половине ХХ в.) со времен деятельности Совета короля (Совета сторон), то для других стран — этот порядок был обусловлен необходимостью борьбы с высокой судебной нагрузкой судей высшего в государстве суда.

Введение такого порядка в современном гражданском процессе обусловлено также и наличием рассматриваемой ранее (в § 1) рекомендации Комитета министров Совета Европы относительно улучшения функционирования систем и процедур обжалования по гражданским делам.

Начнем обзор законодательного регулирования «опосредованной кассации» с Франции, продолжающей поиск баланса между частным и публичным интересом в кассационном производстве.

В соответствии с положениями ГПК после получения кассационной жалобы и отзыва на нее дело распределяется для рассмотрения в одну из палат Кассационного суда (ст. 1011 ГПК Франции).

Президент палаты назначает из состава суда докладчика по делу — судью — советника (референта) (ст. 1012 ГПК Франции).

Судья-советник подготавливает письменный доклад по делу, включающий описание установленных судом обстоятельств дела, пройденные судебные процедуры и их результаты, который передает вместе с копиями материалов дела прокурору. Прокурор на основе доклада судьи советника готовит письменное заключение (ст. 1019 ГПК Франции).

После этого созывается заседание усеченного состава палаты, состоящего их трех членов компетентной палаты (ст. L. 131-6 Кодекса судебной организации Франции).

На заседании после устного доклада судьи — советника, выступления прокурора (ст. 1013 ГПК Франции) принимается решение о возможности или невозможности передачи дела на рассмотрение полного состава палаты для принятия кассационного постановления.

Усеченный состав палаты может признать кассационное обжалование неприемлемым или не основанным на достаточно серьезных доводах.

«Это позволяет, по мнению некоторых французских процессуалистов, ускорить рассмотрение дела в кассационной инстанции, так как данная предварительная процедура181 занимает только трех судей, а выносимое ими постановление не требует развернутой мотивировки.

Если кассационное обжалование признается приемлемым, а доводы — серьезными, усеченный состав передает кассационную жалобу с делом на рассмотрение в судебном заседании палаты, состоящей как минимум из пяти членов с правом голоса»182.

Результаты деятельности Кассационного суда Франции по правилам «опосредованной кассации» следующие.

«В 2017 г. кассационный суд рассмотрел в общей сложности 28 067 дел против 29 215 в 2016 г. и 25 523 в 2015 г. В то же время, несмотря на изменения, наблюдаемые в каждом году, число новых дел в целом остается стабильным за последние десять лет и составляет в среднем 29 300 в год, что является высоким уровнем как для гражданских, так и для уголовных споров. В 2017 г. было зарегистрировано 22 890 новых или перерегистрированных дел по сравнению с 20 398 в 2016 г. и 20 412 в 2015 г., что является самым высоким числом дел за последние десять лет.

В 2017 г. кассационный суд рассмотрел 20 268 гражданских дел по сравнению с 21 387 в 2016 г. (незначительное сокращение на 5%), что приблизило этот объем к предыдущим годам. В 2017 г. социальная палата завершила 6198 дел (по сравнению с 5444 в 2015 г. и 6285 в 2014 г. и 8117 дел, рассмотренных в 2016 г.). Третья гражданская палата рассмотрела 1901 дел (в 2015 г. — 1955 дел, 2014 — 1961 дел, 2013 — 1930 дел). Торговая палата, которая «продолжала сокращаться в делах», рассматриваемых в течение десяти лет, вернулась к уровню 2008 г. с 2123 делами, завершенными в 2017 г., по сравнению с 1442 в 2016 г. (увеличение на 47%). Гражданские палаты вынесли 4998 кассационных решений по сравнению с 4740 в 2016 г. и 4157 в 2015 г. Мотивированные решения об отказе передачи дела на рассмотрение полного состава палаты для принятия кассационного постановления, в том числе составили 30,36% (4274 по сравнению с 5487 и 35,95% в 2016 г.) всех решений гражданских палат, за исключением случаев отказа по основанию неприемлемости. Отказы по основанию неприемлемости жалобы продолжают расти. В 2017 г. число отказов составило 4456 против 4070 в 2016 г. и 3207 в 2015 г., однако приблизилось к объемам, зафиксированным в 2014 г., — 4250 дел»1.

В183 Италии с целью ограничения доступа в Кассационный суд (Сorte di cassazione) необоснованных жалоб, а также уменьшения нагрузки на судей Кассационного Суда в 2009 г. был введен очередной «фильтр» для кассационных жалоб (filtro in Cassazione)184.

Первый председатель Кассационного Суда распределяет дело в особую секцию (sezione filtro), которая обязана проверить наличие оснований для рассмотрения жалобы без проведения открытого судебного разбирательства (ч. 1 и 5 ст. 375.1 ГПК).

Особая секция состоит из пяти судей, представляющих разные секции Кассационного Суда, и решает вопрос об обоснованности жалобы. Один из судей состава особой секции (consigliere relatore) составляет письменный доклад, в котором указывает причины рассмотрения дела без проведения открытого разбирательства. Доклад направляется сторонам. Стороны в ответ на полученный доклад судьи особой секции вправе подать письменные объяснения. Окончательное решение на предварительном этапе принимается в форме определения.

Кассационная жалоба признается неприемлемой, если обжалуемым решением были определены вопросы права в соответствии с прецедентной практикой Кассационного Суда, а исследование мотивов жалобы не дает оснований подтвердить или изменить такую практику, а также если заявление о нарушении основополагающих принципов процесса признается судом необоснованным.

Если дело подлежит рассмотрению с проведением публичных слушаний, то Первый председатель Кассационного Суда распределяет его в соответствующую секцию Кассационного Суда и назначает судью докладчика по делу185.

Как отмечает М. Люпой, «новые положения не только стимулируют нижестоящие суды следовать практике Верховного суда, но и устанавливают обязанность для заявителей учитывать разумность подачи жалобы на решение, правильность которого с большой долей вероятности будет подтверждена Кассационным Судом. Кроме того, при наличии серьезных оснований, указанных в жалобе, суд всегда может изменить свою прецедентную практику и сформулировать новые правовые позиции»186.

Новые правила пока не привели к желаемому результату. Загруженность кассационного суда Италии гражданскими делами по-прежнему высока187:

	2014	2015	2016	2017	2018
Поступило жалоб	30 303	29 966	29 693	30 298	36 881
Рассмотрено	28 197	26 200	27 375	30 235	32 441
Продолжительность суд разбират. (дни)	1321	1332	1222	1153	1221

В Испании в Закон о гражданском судопроизводстве в 2016 г. были внесены очередные изменения188.

Деятельность по предварительному рассмотрению поступившей в кассационный суд кассационной жалобы осуществляется Палатой по вопросу о принятии жалобы или отказе в принятии. Роль докладчика принадлежит Магистрату, который изучает кассационную жалобу и отзыв на нее, представляет доклад на рассмотрение Палаты. После этого палата определяет дальнейшую судьбу жалобы: или передает для рассмотрения в судебном заседании Первой Палаты Верховного Суда или отказывает в передаче и подтверждает правильность обжалуемого решения.

Составить представление о деятельности гражданской палаты Кассационного суда можно из следующей таблицы189:

Sala Primera de lo Civil	2013	2014	2015	2016
Рассмотрено	3953	2947	3188	4271
Решение	821	758	734	802
Иные акты	3132	2189	2454	3469

Реформирование гражданского процессуального законодательства в странах Балтии затронуло и кассационное производство.

Например, ГПК Литвы предусматривает специальную процедуру возбуждения кассационного производства. Вопрос о принятии кассационной жалобы решается созданной председателем Верховного Суда или председателем отдела этого суда отборочной коллегией в составе трех судей. Кассационная жалоба считается принятой, если за нее проголосовал хотя бы один из членов отборочной коллегии. Одним из принципиальных оснований отказа принять кассационную жалобу, обеспечивающих рассмотрение только важных кассационных жалоб, является отсутствие оснований для кассации.

Как отмечает В. Некрошюс, по данным на 2017 г. Верховным Судом, принимается около 35% предъявленных кассационных жалоб (этот показатель на протяжении нескольких лет остается стабильным).

Аналогичный порядок закреплен в ГПК Латвии и ГПК Эстонии.

«Во всех трех прибалтийских государствах в процессуальных законах утвержден специальный порядок «принятия» кассационных жалоб, основной задачей которого является обеспечение того, чтобы в кассационном порядке не рассматривались явно необоснованные, и не оказывающие существенного влияния на формирование единой судебной практики или толкование права жалобы»190.

Схожий порядок возбуждения кассационного производства предусмотрен и ГПК Польши.

В 2007 г. Конституционный Суд Польши признал не соответствующим Конституции положение ГПК (предл. 2 § 2 ст. 398.9 ГПК) согласно которому решение принимаемое Верховным Суда на предварительном этапе кассационного производства не требовало письменного обоснования. В настоящее время отказ Верховного Суда Польши в возбуждении кассационного производства должен быть мотивированным191.

Практически во всех перечисленных правопорядках кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции, что во многом обусловлено той самой спецификой возбуждения кассационного производства по правилам «опосредованной кассации».

В российском гражданском процессе в 1877 г. в УГС 1864 г. были внесены изменения, учитывавшие французский кассационный опыт возбуждения кассационного производства и заменившие правила «непосредственной кассации» на правила «кассации опосредованной».

С 1877 по 1917 г. жалобы частных лиц об отмене окончательных решений судебных мест подлежали предварительному рассмотрению в распорядительном заседании Департамента.

Целью предварительного рассмотрения жалоб было:

1) устранить из производства те из них, которые представлены с нарушениями установленных законом формальных условий; не содержат в себе никаких указаний на поводы к кассационной отмене решения;

2) распределить дела по принятым жалобам к рассмотрению в судебных заседаниях присутствия Департамента (вопросы нового истолкования закона) или Отделения Департамента (вопросы простого применения норм права).

Результат предварительного рассмотрения жалобы оформлялся нанесением на ней резолюции Первоприсутствующего. Мотивированное определение, как и определение вообще по вопросу отказа в передаче жалобы на рассмотрение в судебном заседании, не составлялось.

В современном российском гражданском процессе «опосредованная кассация» существовала на протяжении девяти лет — с 2010 по 2019 г.

С 2003 — по 2010 г. в форме «опосредованной кассации» действовали суды надзорной инстанции, чья проверочная деятельность по своему характеру была кассационной.

В 2010 г. в ГПК РФ были внесены очередные изменения (принят ФЗ № 353-ФЗ192), в результате которых в гражданское процессуальное законодательство было возвращено кассационное производство по проверке законности вступивших в законную силу судебных постановлений.

С точки зрения процессуального оформления кассационное производство унаследовало регламент действовавшего в то время надзорного производства.

Иное законодательное решение вряд ли могло быть в связи со срочностью изменений (требование ЕСПЧ о необходимости обеспечения правовой определенности), невозможностью устранить проблему множественности судебно-надзорных инстанций иначе как переименованием их в кассационные, неготовностью системы судов общей юрисдикции (областного звена) перейти к работе по правилам кассационного производства, аналогичным правилам АПК РФ.

В итоге изменений новое кассационное производство унаследовало черты надзорного производства:

• множественность кассационных инстанций (первая кассация рассматривалась судом кассационной инстанции — президиумом областного и равного по компетенции суда, вторая — судебными коллегиями Верховного Суда РФ);
• специальный порядок возбуждения кассационного производства (предварительный контроль кассационной жалобы).

Этим оно и отличалось от кассационного производства в арбитражном процессе.

В результате в российском цивилистическом процессе193 рассматриваемого исторического периода существовало два порядка возбуждения кассационного производства: в АПК РФ — отвечающего правилам «непосредственной кассации»; в ГПК РФ — правилам «опосредованной кассации».

В 2014 г. «опосредованная кассация» нашла свое закрепление и в АПК РФ.

Нормы АПК РФ были унифицированы с нормами ГПК РФ, регулирующими порядок кассационного производства в Верховном Суде РФ (вторая кассация).

Причинами унификации были не потребности судопроизводства, а организационные изменения: упразднение Высшего Арбитражного Суда РФ194.

Создание кассационных судов общей юрисдикции обусловило очередную унификацию кассационных правил в процессуальных законах. Решение проблемы судоустройства оказало влияние на судопроизводство в части кассационного порядка проверки вступивших в законную силу судебных постановлений.

С 2019 г. и в гражданском процессе подача кассационной жалобы, при соблюдении соответствующих требований закона, влечет юридическое последствие в виде возбуждения кассационного производства (§ 1. Производство в кассационном суде общей юрисдикции, гл. 41 ГПК).

В Верховном Суде РФ сохранились правила «опосредованной кассации» (§ 2. Производство в судебной коллегии Верховного Суда РФ, гл. 41 ГПК РФ, ст. 291.1–291.15 АПК РФ), согласно которым судья Верховного Суда РФ изучает кассационную жалобу по материалам, приложенным к ней, или по материалам истребованного дела.

По результатам изучения кассационной жалобы судья выносит:

либо определение об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда РФ, если изложенные в кассационной жалобе доводы не подтверждают существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, а также если указанные доводы не находят подтверждения в материалах дела;

либо определение о передаче кассационной жалобы вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда РФ. Суд кассационной инстанции направляет лицам, участвующим в деле, копии определения о передаче кассационной жалобы, с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции и копии кассационной жалобы.

Статистические данные позволяют сравнить кассационную нагрузку Верховного Суда РФ с нагрузкой верховных судов в других правопорядках.

Если сопоставить «процент поступивших — переданных» жалоб, то результат — не в пользу Верховного Суда РФ.

Если по объему работы (изучение, рассмотрение жалоб), то нагрузка на Верховный Суд РФ не сопоставима с другими высшими судами.

В кассационном порядке в 2018 г. Судебными коллегиями Верховного Суда РФ рассмотрено: СК по административным делам — 7387 жалоб и представлений, в судебном заседании 288 административных дел; СК по гражданским делам — 78 205 жалоб и представлений, в судебном заседании 1005 гражданских дел; СК по уголовным делам — 56 883 жалобы и представления, в судебном заседании 186 уголовных дел; СК по экономическим спорам — 34 003 жалобы и представления, в судебном заседании 541 дело; СК по делам военнослужащих — 2661 жалоба и представление по административным и гражданским делам, в судебном заседании — 43 административных и гражданских дела, 854 жалобы и представления по уголовным делам, в судебном заседании — 14 уголовных дел, 150 жалоб по делам об административных правонарушениях, по которым в судебном заседании — два дела1.

Определения195 судьи Верховного Суда РФ обжалованию не подлежат.

При этом заинтересованное в кассационном обжаловании лицо вправе обратиться к Председателю Верховного Суда РФ или заместителю Председателя Верховного Суда РФ с кассационной жалобой, в которой, помимо прочего, будет содержаться просьба об отмене определения судьи Верховного Суда РФ об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Нередко обращение с кассационной жалобой к указанным должностным лицам Верховного Суда РФ называют скрытой формой обжалования определения судьи об отказе в передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании кассационного суда.

Возможно это и так, но важно обратить внимание на то, что для такого «обжалования» не установлен процессуальный срок, являющийся неотъемлемым элементом права обжалования судебных актов.

В соответствии с требованиями закона и правовой позицией Конституционного Суда РФ196 должностные лица Верховного Суда РФ вправе совершить просимое подателем жалобы процессуальное действие только в пределах установленного законом для кассационного обжалования судебных актов срока197.

Следует принимать во внимание и мнение Европейского суда по правам человека, согласно которому обращение в кассационном производстве заявителей к Председателю Верховного Суда РФ или его заместителю представляет собой экстраординарное средство правовой защиты, которое не подлежит исчерпанию для целей ст. 35 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Европейский Суд в очередной раз подтвердил свою позицию о том, что средство правовой защиты, которое зависит от дискреционных полномочий должностного лица и не ограничено сроком, не может признаваться эффективным средством правовой защиты (п. 81 решения ЕСПЧ от 12 мая 2015 г. «Абрамян и другие против России»198).

Применительно к кассационному производству в Верховном Суде РФ представляет теоретический интерес вопрос, обсуждаемый в советском гражданском процессе: о моменте возбуждения советского надзорного производства.

Возникновение надзорного производства связывали:

1) c подачей жалобы соответствующему должностному лицу суда или прокуратуры, уполномоченному на принесение надзорного протеста,

2) истребованием должностным лицом дела для проверки,

3) внесением протеста в суд надзорной инстанции199.

Аналогичная дискуссия возможна и в настоящее время. Основанием для нее могут стать следующие положения закона:

• о праве Председателя Верховного Суда РФ, заместителя Председателя Верховного Суда РФ не согласиться с определением судьи Верховного Суда РФ об отказе в восстановлении пропущенного срока подачи кассационной жалобы;
• о праве судьи Верховного Суда РФ, изучающего кассационную жалобу на предмет выявления оснований для отмены обжалованного судебного акта, истребовать для изучения дело;
• о принятии судьей Верховного Суда РФ определения о передаче кассационной жалобы вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда РФ;
• о праве Председателя Верховного Суда РФ, заместителя Председателя Верховного Суда РФ не согласиться с определением судьи Верховного Суда РФ об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда РФ200.

Рассмотрев все варианты ответов на поставленный вопрос, можно, как и прежде, утверждать: кассационное производство в Верховном Суде РФ считается возбужденным только с момента принятия определения о передаче кассационной жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда РФ.

Юридическим последствием восстановления срока подачи жалобы является реализация права кассационного обжалования.

Юридическим последствием истребования судьей Верховного Суда РФ дела может стать приостановление исполнения решения суда до окончания производства в суде кассационной инстанции.

Юридическим последствием передачи кассационной жалобы являются ее рассмотрение в судебном заседании и вынесение по итогам рассмотрения кассационного определения, решающего судьбу обжалованных судебных актов.

Поскольку цель кассационного производства — проверка законности вступивших в законную силу судебных актов, то и возбуждается оно именно с этой целью.

Это тем более верно, что закон (АПК РФ, ГПК РФ) не содержит правил относительно подэтапа принятия кассационной жалобы в Верховном Суде РФ (в отличие от производства в суде кассационной инстанции).

* * *

В заключении изложения вопроса о возбуждении кассационного производства по правилам «непосредственной» и «опосредованной» кассации еще раз обратим внимание на следующее:

 Для «непосредственной кассации» характерно возбуждение кассационного производства на основании поданной в суд первой инстанции кассационной жалобы (реализация права кассационного обжалования).

 «Опосредованная кассация» характеризуется наличием предварительного подэтапа изучения и рассмотрения жалобы, поданной непосредственно в кассационный суд (так называемая процедура фильтрации жалоб), на предмет определения необходимости ее рассмотрения и разрешения в судебном заседании кассационного суда (реализация права кассационного обращения).

 В настоящее время для российского кассационного производства по проверке законности вступивших в законную силу судебных актов по гражданским делам характерны: 1) раздробленность кассационной функции между двумя судебными звеньями (первая и вторая кассации); и 2) наличие различных порядков возбуждения кассационного производства — «непосредственная» и «опосредованная» кассации.

 Переход к «опосредованной кассации» характерен для многих европейских правопорядков в связи с необходимостью уменьшения числа жалоб и продолжительности производства по ним.

Реформирование кассационного производства происходит при сохранении процессуальных гарантий справедливого судебного разбирательства, например состязательности и равноправии сторон.

 Введение «опосредованной кассации», как правило, обусловлено накопленным судом кассационным опытом, отвечающим представлениям о доступности правосудия.

Именно такой опыт отсутствует в российском гражданском процессе.

В связи c этим процессуальные гарантии судебной защиты, к которым может быть отнесена и «непосредственная кассация», в ближайшие 10–15 лет не должны снижаться. Даже при необходимости решения проблемы высокой судебной нагрузки.

2.2. Уведомительная
и разрешительная
кассации

Возбуждение кассационного производства может происходить в ином порядке, в связи с чем имеются основания утверждать о существовании кассации уведомительной и разрешительной.

Правила «уведомительной кассации» предполагают достаточным подачу кассационной жалобы для возникновения процессуальных правоотношений в суде кассационной инстанции. В данном случае податель жалобы «уведомляет» суд о несогласии с принятым (и) судебным (и) актом (и) и намерении добиваться его (их) отмены.

В случае «разрешительной кассации» для возникновения процессуальных правоотношений в суде кассационной инстанции требуется получение разрешения (допуска), выдаваемого либо судом второй (апелляционной) инстанции, либо непосредственно судом кассационной инстанции.

«Разрешительная кассация»

В соответствии с предписаниями § 543 ГПК Германии ревизия (немецкий вариант французской кассации) возможна, если она допущена:

1) в решении апелляционного суда или

2) ревизионным судом по жалобе на отказ апелляционного суда в допуске ревизии.

Основанием допуска являются случаи, когда:

1) спор имеет принципиальное значение или

2) решение ревизионного суда необходимо для совершенствования права либо обеспечения единообразного судебной практики.

Ревизионный суд связан допуском ревизии апелляционным судом.

• Например, в 2018 г. Апелляционными судами Германии было допущено 488 ревизионных жалоб, в 2017 г. — 641201.

В случае отказа апелляционным судом в допуске ревизии на такой отказ может быть подана жалоба в ревизионный суд в течение одного месяца после получения уведомления об отказе.

В соответствии с законом такая жалоба допускается, если цена жалобы по требованию имущественного характера составляет более 20 000 евро. Действие данного правила ежегодно продлевается. Изменения 2018 г. продлили действовавшее до 30 июня 2018 г. ограничение до 31 декабря 2019 г. (§ 26 № 8 EGZPO202).

Если жалоба на отказ в допуске ревизии удовлетворяется, то процесс по жалобе продолжается как ревизионное производство. В этом случае подача жалобы на отказ в допуске считается подачей ревизионной жалобы.

Общее представление о количестве принятых Верховным судом Германии ревизионных жалоб и жалоб на отказ в допуске ревизии можно составить из статистических данных за 10 последних лет:

2009	2010	2011	2012	2013	2014	2015	2016	2017	2018
3192	3179	3357	4238	4348	4158	4378	4545	4127	4088

В английском гражданском судопроизводстве, как отмечалась в исторической части исследования, с континентальной кассацией сопоставима повторная (вторая) апелляция203, которая «ограничена крайне жестко сформулированными основаниями для предоставления соответствующего разрешения на обжалование»204.

Повторными апелляциями являются жалобы на решения Суда по Апелляции Англии, Уэльса, Шотландии и Северной Ирландии (кроме Шотландии, в которой действует Высший Суд Шотландии, как апелляционный орган по уголовным делам), адресуемые Верховному Суду Соединенного Королевства.

Порядок подачи и рассмотрения заявлений о допуске (разрешении) апелляции в Верховный суд регулируется положениями Правил Верховного суда 2009 (правила 10–26)205.

Ходатайство о разрешении подать апелляцию заявляется Суду по Апелляции немедленно после объявления им решения, принятого по результатам рассмотрения первой апелляции на решение суда первой инстанции (например, Высокого Суда).

Если ходатайство отклоняется, то просьбу о предоставлении разрешения на обжалование в течение 28 дней можно направить в судебную канцелярию Верховного Суда вместе с обжалуемым актом и определением Суда по Апелляции об отказе дать разрешение на апелляцию.

После подачи заявления в Верховный Суд вопрос о допуске обжалования передается на рассмотрение коллегии из трех лордов-судей по апелляции, уполномоченных на решение этого вопроса.

Как правило, коллегия рассматривает заявление в письменном порядке, но может назначить и устное слушание. В этом случае апеллянт и ответчик (и) по апелляции извещаются о дате судебного заседания (правила 16–17(1)).

«Возможность повторной (второй) апелляции ограничена крайне жестко сформулированными основаниями для предоставления соответствующего разрешения на обжалование. Суд по Апелляции вправе допустить повторную апелляцию только, если рассмотрение апелляционной жалобы затронет действие важных правовых принципов и практических аспектов правоприменительной деятельности, а также, если будет подтверждена какая-либо иная неопровержимая причина, побуждающая Суд по Апелляции рассмотреть поданную жалобу»206.

Количество рассматриваемых Верховным Судом дел в год позволяет предположить, что в порядке второй апелляции («разрешительной кассации») рассматриваются и разрешаются дела важнейшего правового характера, влияющие на формирование английской судебной практики207:

2009	2010	2011	2012	2013	2014	2015	2016	2017	2018
21	56	79	84	98	90	83	75	109	75

Отличается своеобразием получение допуска (разрешения) на подачу ревизионной жалобы в Верховный суд Австрии208.

В соответствии с ГПК Австрии209 на решение апелляционного суда может быть подана ревизионная жалоба (ревизия). Апелляционный суд в своем решении по делу должен, помимо прочего, указать допускается ли ревизия или нет.

Ревизия не допускается при цене иска менее 5000 евро.

Исключение составляют некоторые дела повышенной социальной значимости (трудовые, семейные, социальные, потребительские споры).

Если стоимостная характеристика требования составляет от 5000 до 30 000 евро, то апелляционный суд, допуская или отказывая в допуске ревизии, исходит из оценки значимости рассмотренного в суде правового вопроса для стабильности, развития права.

Сторона по делу может не согласиться с отказом апелляционного суда допустить ревизию и обратиться в этот же суд с ходатайством об изменении указания апелляционного суда о недопуске.

Если апелляционный суд отказывает в удовлетворении ходатайства, то ревизионное обжалование невозможно.

При этом если допуск ревизии разрешен, то он не является обязательным для Верховного суда (ревизионного суда) Австрии. Ревизионный суд вправе самостоятельно рассмотреть вопрос о допуске ревизии и отказать в разрешении ревизионного обжалования210.

Помимо обычной ревизии (рассмотренные случаи) есть и чрезвычайная ревизия.

Когда стоимостное выражение материально-правового требования превышает 30 000 евро или когда были рассмотрены и разрешены дела об установлении юридического факта, некоторые категории семейных, трудовых и т.п. дел и апелляционный суд отказался допустить обычную ревизию, то допускается обращение Верховный суд Австрии.

Если апелляционный суд разрешил ревизию, то ревизионная жалоба подается через суд первой инстанции, который проверят ее на соответствие требованиям закона о форме, содержании, порядке подачи.

В Австрии в «процессе по допуску (разрешению) ревизии» принимают участие суды всех трех инстанций, что также является особенностью возбуждения ревизионного производства в австрийском гражданском процессе.

Таким образом, доступ в Верховный суд как в высшую инстанцию, по мнению У. Фрауенбергер-Пфайлер, «гарантирован только в общем виде и ограничения служат обеспечению его основных задач»211.

Статистические показатели деятельности ревизионного суда — Верховного суда Австрии212 следующие:

Верховный суд Австрии в 2018 г. рассмотрел 2844 жалобы (2017 г. — 2786) Из них: обычные ревизии 1492 / 52,5% (2017 г.: 1439 /51,7%); чрезвычайные ревизии 1352 / 47,5% (2017 г.: 1347 / 48,3%) Результаты рассмотрения обычных ревизий: 341 (2017 г.: 358) подтверждены (21,4%; 2017 г.: 23%) 286 (2017 г.: 298) изменены (18%; 2017 г.: 19,2%) 283 (2017 г.: 277) отменены (17,8%; 2017 г.: 17,8%) 546 (2017 г.: 505) отклонены / не допущены (34,3%; 2017 г.: 32,5%) Результаты рассмотрения чрезвычайных ревизий: 189 (2017 г.: 193) решений по делу (13,9%; 2017 г.: 14,4%) 1130 (2017 г.: 1098) не допущены (83,4%; 2017 г.: 82,2%)

Составив представление об «уведомительной» и «разрешительной» кассациях можно предположить, что последняя из них является разновидностью «опосредованной кассации». Действительно, и здесь подача жалобы опосредована и не влечет возбуждения кассационного производства.

Вместе с тем имеющаяся специфика этого вида кассации позволяет утверждать о ее самостоятельности.

– В отличие от «опосредованной кассации» в «разрешительной кассации» жалоба подается в суд апелляционной инстанции (за одним исключением и о нем далее), которым дело окончательно разрешено.

Именно апелляционный суд решает «судьбу» своего судебного акта, оценивая с учетом кассационной жалобы его качество, а также важность, общественную и правовую значимость разрешенного правового вопроса. По этой причине рассмотренный порядок возбуждения кассационного производства именуется «разрешение на подачу кассации», «допуск кассации».

Очевидно, что такое разрешение не может дать верховный суд в случае «опосредованной кассации»: он не принимал обжалованного решения, не знает обстоятельств дела, деталей правового обоснования и проч. вопросов — не ему и распоряжаться. Для того чтобы решить вопрос о возможности кассации судебного акта, верховный суд осуществляет по правилам «опосредованной кассации» предварительное рассмотрение жалобы.

Разрешение, которое верховный суд может дать в результате рассмотрения жалобы на отказ апелляционного суда предоставить допуск кассационного обжалования, является итогом самостоятельной процедуры обжалования, итогом контроля законности судебного акта апелляционного суда. В этом случае мнение верховного суда формируется на основе изложенных в соответствующих процессуальных документах доводов апелляционного суда, сторон по делу.

– Наличие у сторон права обжалования «отказа в передаче/допуске жалобы» — еще одно отличие «разрешительной кассации» от «опосредованной».

В «опосредованной кассации» такое обжалование, как правило, не допускается, в то время как в «разрешительной», напротив, предусмотрено и является процессуальной гарантией права на судебную защиту, на справедливое судебное разбирательство.

– Основания для предоставления разрешения (допуска) жалобы (разрешительная кассация) во всех рассмотренных правопорядках аналогичны рекомендации Комитета министров Совета Европы, изложенной в п. “c”: жалобы в суд третьей инстанции должны подаваться в первую очередь в рамках таких дел, которые заслуживают третьего судебного рассмотрения, например дел, которые будут развивать право или которые будут способствовать единообразному толкованию закона. Их круг может быть также ограничен жалобами по тем делам, которые касаются вопросов права, имеющих значение для всего общества в целом. От лица, подающего жалобу, следует требовать обоснования того, почему его дело будет способствовать достижению таких целей213.

– Основания опосредованной кассации схожи с рекомендацией Комитета министров Совета Европы, изложенной в п. “f”: государства, в которых не действует система разрешений на подачу жалобы в суд третьей инстанции или которые не допускают возможности отклонения судом третьей инстанции жалобы в отдельной части, могли бы рассмотреть возможность введения в действие таких систем, которые ограничивали бы число дел, требующих третьего судебного рассмотрения. В законе можно было бы определить конкретные основания, которые позволяли бы суду третьей инстанции ограничивать свое рассмотрение лишь некоторыми аспектами дела, например при предоставлении разрешения на подачу жалобы или при отклонении, после краткого рассмотрения дела, жалобы в той или иной части214.

– Что касается «уведомительной кассации», то она сочетаема и с «непосредственной» и «опосредованной» кассациями.

При этом для целей проводимой классификации «уведомительная кассация» является гармоничной парой для «разрешительной кассации» и в интересах теории имеет право на самостоятельное существование в качестве ее антагониста215.

В российском гражданском судопроизводстве216 «разрешительная кассация» отсутствует.

Это объяснимо. Государство вправе выбрать, какой вид кассационного производства будет закреплен в процессуальном законе.

Если целью законодательного регулирования является решение проблем, вызванных увеличением числа жалоб и продолжительностью производства по ним, то выбор будет осуществляться между «опосредованной» (российский вариант для «второй» кассации) и «разрешительной» кассациями.

Общим для «опосредованной» и «разрешительной» кассации является последовательность обжалования судебных актов.

И в одном и в другом случае кассационная жалоба приносится на судебный акт апелляционного суда.

Именно поэтому разрешение (допуск) кассационной жалобы предоставляет суд апелляционной инстанции; предварительный контроль суда кассационной инстанции осуществляется в отношении жалобы, поданной на судебный акт апелляционного суда.

В российском гражданском судопроизводстве со времен советского гражданского процесса действует иное правило, согласно которому суды вышестоящих инстанций вправе проверять законность всех вступивших в законную силу судебных актов, принятых и судом первой инстанции, и судом второй инстанции.

Отмененные в кассационном (ранее надзорном) порядке судебные акты направлялись для нового рассмотрения в суд первой инстанции.

Такой порядок подвергался обоснованной критике в тео­рии гражданского процесса. Ставился вопрос о необходимости условия исчерпания апелляции перед обращением в суд кассационной (ранее — надзорной) инстанции, о соблюдении последовательности обжалования судебных актов217.

В последнее время суды кассационной инстанции, как правило, направляют отмененные судебные акты для нового рассмотрения в апелляционный суд, который в результате и несет основную нагрузку по рассмотрению дела по существу, подменяя собой деятельность суда первой инстанции218.

Идея последовательного обжалования судебных актов заключается в том, что соответствующий суд проверяет соответствующий судебный акт, не допуская дублирования судебных полномочий.

Требование исчерпания апелляционного способа обжалования обусловливает обязательность обращения в суд апелляционной инстанции, если в дальнейшем предполагается кассационное обжалование судебного акта (за исключением «прямой (“скачком”, “прыжком”, “в обход второй инстанции”)» кассации.

Судебное решение после апелляционной проверки не может быть ни объектом кассационного обжалования, ни кассационной проверки.

Судебный акт суда апелляционной инстанции, «поглощая» судебное решение, превращается в решение, принятое в результате повторного рассмотрения дела по существу в последней (из двух предусмотренных законом) инстанции. Данный судебный акт свидетельствует о том, что рассмотрение дела по существу завершено, фактические обстоятельства установлены, доказаны, правильность рассмотрения и разрешения дела проверена, выводы суда апелляционной инстанции относительно разрешения правового конфликта изложены, постановление вступило в законную силу.

В связи с этим логично правило, согласно которому нарушения, допущенные судом первой инстанции, не могут быть указаны в ревизионной (кассационной) жалобе.

Если на эти нарушения не было указано в апелляционном производстве, они считаются исправленными.

Исключение составляют нарушения норм процессуального права, являющиеся безусловными основаниями для отмены судебных актов, а также нарушения, влекущие прекращение производства по делу, выявляемые ex officio судом кассационной инстанции.

В результате проверочной деятельности кассационный суд вправе отменить судебный акт апелляционного суда направить дело для нового рассмотрения в суд.

В какой суд — первой или апелляционной инстанции?

Ответ на этот вопрос зависит от вида219 установленной в процессуальном законе апелляции.

Если это полная апелляция, то дело однозначно направляется в суд апелляционной инстанции.

При неполной апелляции все вопросы факта решаются судом первой инстанции. Если суд кассационной (ревизионной) инстанции при проверке судебного акта апелляционного суда приходит к выводу о том, что правильность установленной судом фактической стороны вызывает обоснованные сомнения, что суд апелляционной инстанции пришел к ошибочному выводу о законности и обоснованности судебного решения в связи недостаточной подготовкой судом первой инстанции дела к судебному разбирательству, то обнаруженные ошибки, свидетельствующие о ненадлежащем исполнении судом первой инстанции своих полномочий, можно и дóлжно (так как неполная апелляция) исправлять в суде первой инстанции.

В этом случае судебный акт апелляционного суда отменяется, дело направляется для нового рассмотрения в суд первой инстанции.

Таким образом, основой последовательного обжалования и проверки судебных актов являются:

1) условие об исчерпании апелляционного способа обжалования и

2) правило о повторном рассмотрении дела.

С учетом этого алгоритм обжалования и проверки судебных актов будет следующим: каждый последующий суд на основании соответствующей жалобы проверяет судебный акт предыдущего суда.

В итоге кассационный суд проверяет судебный акт суда апелляционной (второй) инстанции, а суд апелляционной (второй) инстанции — судебный акт суда первой инстанции.

По результатам проверочной деятельности кассационного суда судебный акт апелляционного суда может быть отменен и направлен для нового рассмотрения либо в суд апелляционной, либо в суд первой инстанции.

Например, во французском процессе, где полная апелляция, кассационный суд отменяет судебный акт апелляционного суда и направляет дело для нового рассмотрения в апелляционный суд.

В австрийском процессе, где апелляция неполная, ревизионный суд при наличии определенных оснований (например, если дело не было подготовлено судом первой инстанции для рассмотрения по существу) отменяет судебный акт апелляционного суда и направляет дело для нового рассмотрения в суд первой инстанции. Таким образом ревизионный суд может осуществлять контроль и за надлежащим осуществлением судами нижестоящих инстанций своих полномочий.

Акцентируя внимание на последовательности обжалования и проверки судебных актов в российском гражданском процессе, нельзя не учитывать следующее:

 Опыт единого апелляционного производства в гражданском процессе невелик и составляет не более 10 лет.

 Законодательное регулирование апелляции и его толкование Верховным Судом РФ не отличается ясностью, точностью предписаний, в связи с чем правоприменительная практика судов проверочных инстанций не отличается стабильностью.

 В теории гражданского процесса последних лет предпринимаются попытки отрицать практическое значение видов апелляции, их влияния на деятельность суда первой и кассационной инстанций, что приводит к тем же результатам, что и в начале ХХ в.: многие исследователи «оказались не только неспособными руководить практикой, содействовать правильному ее направлению и развитию, но, напротив, сами пошли рабски по ее следам и стали выдавать в своих сочинениях ее взгляды как бы за последнее слово науки процессуального права, не подвергая их критической оценке»220.

 Качество деятельности судов первой инстанции (и показатель количества обжалованных решений вряд ли может быть определяющим221) оставляет желать лучшего.

 Профессиональный уровень лиц, участвующих в деле, недостаточно высок, а профессиональное судебное представительство по гражданским делам не является в полной мере доступным.

 Доступность правосудия в судах проверочных инстанциях вызывает сомнения222.

Все это не позволяет в настоящее время рассматривать изложенное относительно последовательности обжалования судебных актов как руководство к действию. Но как еще один ориентир для совершенствования правил ГПК РФ о проверочных производствах в целях повышения эффективности судебной защиты по гражданским делам — заслуживает внимания.

В российском арбитражном процессе, напротив, есть все необходимые предпосылки (опыт судебной деятельности апелляционных и кассационных судов, опыт АПК, профессионализм участников процесса) для внесения изменений в законодательное оформление последовательности обжалования223 судебных актов арбитражного суда.

2.3. Последовательная
и прямая кассации

Условием обращения в суд кассационной инстанции во всех правопорядках было и остается правило об исчерпании иных способов обжалования, в первую очередь апелляционного.

Установление и последующее соблюдение этого правила обеспечивает последовательное рассмотрение и разрешение гражданского дела по существу в судах первой, апелляционной инстанций («принцип двух инстанций»224) и проверку законности принятых судебных актов судом кассационной инстанции.

Вместе с тем имеются случаи, когда законом предусматривается возможность прямого обращения в кассационный суд, минуя вторую инстанцию, что позволяет рассмотреть вопрос о еще одном основании классификации порядков возбуждения кассационного производства и выделении «последовательной кассации» и кассации «прямой».

Во втором случае (в отличие от первого) не требуется соб­людения условия об исчерпании апелляционного средства обжалования. Пропуск апелляционного обжалования возможен в силу прямого указания закона при соблюдении ряда условий.

Прямая кассация

Например, ГПК Германии предусматривает возможность обращения напрямую в ревизионный суд, когда разрешения требует вопрос исключительно правового характера.

Для возбуждения ревизионного производства в обход апелляционной инстанции (“Sprungrevision” — «ревизия прыжком») необходимо соблюдение нескольких условий:

1. Стороны должны выразить свою волю.

Ответчику по ревизионной жалобе следует предоставить в суд письменное согласие на инициируемое другой стороной обжалование в порядке § 566 ГПК («ревизия прыжком»).

В решении Верховного Суда (BGH) от 19.10.2011 I ZR 69/11ПВ указывалось: письменное заявление о согласии ответчика в соответствии с § 566 ГПК Германии прилагается к ревизионной жалобе. Если согласие направлено не телеграфом, факсом, компьютерным факсом или иным электронным способом, то следует представить оригинал подписанного от руки заявления ответчика о согласии на процедуру “Sprungrevision”; заверенная копия заявления о согласии, сделанная адвокатом заявителя, не является достаточной225.

Для тех случаев, когда участие адвоката в рассмотрении дела судом первой инстанции было необязательно, закон разрешает стороне присоединить свое письменное согласие к протоколу в канцелярии суда (§ 566 (2) ГПК).

2. Стороне необходимо указать в жалобе на наличие оснований отказа от апелляционного обжалования судебного решения.

В соответствии с законом рассмотрение дела ревизионным судом, минуя апелляционную инстанцию, допускается, если:

• дело имеет принципиальное значение или
• решение ревизионного суда необходимо для совершенствования права либо обеспечения единообразного судебной практики (§ 566 (4) ГПК).

Рассмотрение дела ревизионным судом после принятия решения судом первой инстанции не может обосновываться процессуальной ошибкой. Если это условие не выполнено подателем жалобы, то ревизионный суд отказывает в допуске жалобы (например: решение BGH от 05.02.2019 XI ZR 505/17226).

3. Недостаточно простого указания (перечня) в ревизионной жалобе на наличие правовых вопросов, являющихся допуском к ревизионному производству в обход апелляционного (§ 566 (4) ГПК).

Необходимо обоснование, в какой степени, по каким причинам сторона полагает, что поставленный ею в жалобе конкретный вопрос материально-правового характера отвечает требованиям фундаментальности, принципиальности, значимости правового вопроса (решение BGH от 16.10. 2008. IX ZR 46/08227).

Очевидно, что довольно сложно выполнить указанные требования закона. По этой причине «ревизия прыжком» «не часто встречается на практике»228. Стороны не рискуют утратить право на апелляционное обжалование, обратившись напрямую в ревизионный суд, а потому выбирают последовательное обжалование судебных актов.

Другим примером «прямой кассации» может служить «кассационный прыжок» (Recurso per saltum) в Верховный Суд Правосудия Португалии (ст. 678 ГПК Португалии).

В отличие от немецкого регулирования для возбуждения португальской «кассации прыжком» не требуется обоюдного согласия сторон.

Жалоба, направленная напрямую в Верховный Суд Правосудия, предварительно изучается докладчиком кассационного суда с целью выявления оснований для «кассации прыжком».

Такими основаниями являются следующие случаи:

а) цена иска превышает компетенцию Суда Реласао (суда второй инстанции)229;

б) цена вопросов, поставленных в жалобе, наполовину превышает компетенцию суда Реласао;

в) аргументы и заключения сторон касаются исключительно вопросов права;

г) стороны обжалуют промежуточные постановления (п. 1 ст. 678 ГПК Португалии)230.

Если докладчик по итогам изучения жалобы заключит, что затронутые в ней вопросы выходят за пределы, предусмотренные п. 1 ст. 678 ГПК, он должен направить жалобу в Суд Реласао (в суд апелляционной инстанции)231.

Португальский порядок «кассационного прыжка», как не обусловленный соглашением сторон пропустить апелляцию, позволяет без отрицательных для них процессуально-правовых последствий предпринять попытку обращения в Верховный Суд Правосудия и одновременно гарантирует последовательность обжалования судебных актов.

В английском гражданском процессе также предусмотрена возможность прямого обращения в Верховный Суд Соединенного Королевства, минуя Суд по Апелляции232.

На решение Высокого Суда в Верховный Суд в исключительных случаях может быть подана апелляция по вопросам права, имеющим универсальное общественное значение.

В частности, речь идет о предписаниях правил 12 (3) (а) и 12 (3) (b) Закона об организации правосудия (Administration of Justice Act) 1969 г.233), на которые обращает внимание Председатель Верховного Суда в Практических указаниях234 к Правилам Верховного суда Соединенного Королевства 2009 г.235 в разделе “Application for permission to appeal direct from High Court” (пп. 3.6.8–3.6.13).

Согласно данным предписаниям прямое обращение в Верховный Суд допускается только, когда:

• существует настоятельная необходимость в получении авторитетного толкования Верховным судом;
• речь идет о деле, в котором разрешение на подачу апелляции в Верховный суд было бы предоставлено Апелляционным судом, если бы оно не было направлено непосредственно в Верховный суд;
• представляется маловероятным, что решение Апелляционного суда может оказать какую-либо дополнительную помощь;
• судья убежден в том, что выгоды от более раннего рассмотрения дела Верховным судом перевешивают выгоды от рассмотрения дела Апелляционным судом;
• в решении рассмотрен вопрос права, имеющий высокую общественную значимость, и что этот вопрос права либо относится полностью или главным образом к разработке нормативного акта, что в полной мере аргументировалось сторонами в ходе разбирательства и в полной мере учитывалось в решении судьи, или
• является тем правовым вопросом, в отношении которого судья связан решением Апелляционного суда.

Любая из сторон может в месячный срок обратиться в Верховный суд за разрешением на подачу апелляции на решение Высокого суда, минуя Апелляционный суд.

Ходатайство о разрешении на апелляцию рассматривается коллегией Верховного Суда в составе не менее трех судей.

Решения относительно допуска обжалования в обход апелляционного суда, как правило, принимаются, без заслушивания сторон.

В Законе о медиации и судебном процессе в гражданских спорах от 17 июня 2005 г. № 90 (Закон о спорах) Норвегии236 также предусмотрено прямое кассационное обращение в Верховный суд, минуя апелляционный суд.

Для рассмотрения жалобы необходимо, чтобы она была допущена Апелляционной комиссией Верховного суда Норвегии237.

Разрешение на обжалование судебного акта в Верховный суд может быть предоставлено, если необходимо рассмотрение принципиальных правовых вопросов, по которым важно своевременно выяснить мнение Верховного Суда.

Допуск на подачу апелляционной жалобы непосредственно в Верховный Суд не может быть предоставлен для обжалования решений, принятых в порядке производства по делам с малой ценой иска или в порядке упрощенного производства.

Если в ходе подготовки дела в Верховном Суде будет выяснено, что для рассмотрения дела по жалобе необходимо представить доказательства, то предоставленный допуск на подачу жалобы в Верховный Суд отзывается, а дело передается в апелляционный суд для рассмотрения по правилам апелляционного производства.

Если в разрешении на подачу жалобы в Верховный Суд было отказано, то и в этом случае дело должно быть передано в апелляционный суд (правило 30.2 Закона).

* * *

Таким образом, «прямая (“скачком”, “прыжком”, “в обход второй инстанции”) кассация» направлена на обеспечение возможности своевременного рассмотрения и разрешения правового вопроса, возникшего в ходе рассмотрения дела по существу в суде первой инстанции, имеющего, по мнению стороны (сторон), принципиальное значение для единого судебного правопонимания, правоприменения, а потому требующего авторитетного мнения верховного суда.

В связи c этим не требуется разрешения на обращение в верховный суд.

Верховный суд самостоятельно решает вопрос о допуске такой жалобы, исходя из оснований, установленных в процессуальном законе.

 Правила «прямой кассации» в рассмотренных правопорядках аналогичны рекомендации Комитета министров Совета Европы, изложенной в п. “d”: «...государства могли бы рассмотреть возможность введения в действие системы, в соответствии с которой суд третьей инстанции мог бы рассматривать дело непосредственно, например, путем рассмотрения с целью вынесения предварительного решения или применения процедуры, предусматривающей обход суда второй инстанции (процедура “передачи дела минуя одну инстанцию”). Такие процедуры могут особенно подходить для таких дел, связанных с вопросами права, по которым жалоба в суд третьей инстанции в любом случае весьма вероятна»238.

 Особенностью рассмотренного вида кассации является предоставленное законом право на эффективное средство правовой защиты, которое стороны процесса могут использовать по своему усмотрению в собственных (и одновременно — общественных) интересах.

 В отдельном случае (например, португальская и норвежская процедуры) можно говорить о «прямой кассации» как о дополнительной гарантии права на судебную защиту.

 Правила «прямой кассации» в большей степени характеризуют порядок осуществления права лиц, участвующих в деле, на кассационное обжалование судебных актов.

В российском гражданском судопроизводстве аналоги рассмотренного вида «прямой (“скачком”, “прыжком”, “в обход второй инстанции”) кассации» отсутствуют.

Можно предположить, что некоторое сходство с рассматриваемым видом кассации есть у российского порядка кассационного обжалования судебного приказа, а также:

• решения Суда по интеллектуальным правам, принятого им в качестве суда первой инстанции (ч. 2 ст. 180, ч. 4 ст. 195, ч. 2 ст. 273 АПК РФ);
• решения арбитражного суда округа по делам о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в срок (ч. 2 ст. 274 АПК РФ).

Вряд ли это предположение способно перерасти в утверждение.

Дело в том, что возбуждение кассационного производства по правилам «прямой кассации» является правом (не обязанностью) сторон.

О «прямой кассации», казалось бы, может идти речь в случае кассационного обжалования решения арбитражного суда, которое не было объектом апелляционного обжалования в связи с пропуском срока подачи апелляционной жалобы и отказом арбитражного суда в его восстановлении (ч. 1 ст. 273 АПК РФ). Но это суждение верно только в первом приближении. При более внимательном подходе становится ясно, что прямого указания АПК РФ на право сторон миновать апелляционное производство нет. Более того, имеется установленная законом обязанность сторон предпринять попытку апелляционного обжалования решения путем подачи обращения о восстановлении пропущенного апелляционного срока и только отказ арбитражного суда в восстанолении этого срока открывает доступ к кассационному обжалованию.

Некоторое сходство с «прямой кассацией» усматривается и в так называемом особом порядке надзорного производства (ст. 391.11 ГПК РФ, ст. 308.10 АПК РФ).

В соответствии с законом Председатель Верховного Суда РФ или заместитель Председателя Верховного Суда РФ по жалобе заинтересованных лиц вправе внести в Президиум Верховного Суда РФ представление о пересмотре судебных постановлений в порядке надзора в целях устранения фундаментальных нарушений норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на законность обжалуемых судебных постановлений и лишили участников спорных материальных или процессуальных правоотношений возможности осуществления прав, гарантированных настоящим Кодексом, в том числе права на доступ к правосудию, права на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон либо существенно ограничили эти права.

Своеобразие возбуждения данного производства, как и в рассмотренном ранее случае, не позволяет характеризовать его как «прямая кассация» (или кассация «скачком», «прыжком», «в обход второй инстанции»).

«Тот факт, что Председатель Верховного Суда или его заместитель действуют на основании жалобы одной из сторон или в установленные сроки, не меняет вывода суда о том, что такое обращение само по своей сути является косвенным, внеочередным средством, которое остается за пределами внутригосударственных средств правовой защиты в соответствии с общепризнанными нормами международного права» (п. 102 решения ЕСПЧ от 12 мая 2015 г. «Абрамян и другие против России»)239.

Особая форма надзорного производства могла бы исполнять роль «прямой кассации», если изменить порядок обращения в Президиум Верховного Суда РФ.

Для этого могут быть использованы правила «разрешительной кассации», устанавливающие для лица, участвующего в деле, обязанность получения разрешения от Верховного Суда на прямое обжалование судебного акта.

Последствия отказа в допуске жалобы должны быть аналогичны последствиям португальской, швейцарской «прямой кассации»: кассационная жалоба передается в суд апелляционной инстанции для проверки законности и обоснованности, не вступившего в законную силу судебного акта.

Рассматривая (по случаю) варианты изменений процессуальной деятельности Президиума Верховного Суда РФ, можно также обратиться к испанскому, французскому и итальянскому опыту рассмотрения судами этих государств жалобы в интересах закона.

Во Франции в 1967 г. Генеральный прокурор при Кассационном суде Франции был наделен полномочием кассационного обжалования в интересах закона (ст. 17 закона n°67-523 от 3 июля 1967 г. в отношении Кассационного Суда Франции240, ст. L.431-1, 432-1 Кодекса судебной организации Франции).

Это означает следующее: жалоба на судебные акты, не обжалованные сторонами, в случае обнаружения нарушения закона подается в Кассационный суд.

Срок обжалования, указания на объект обжалования в законодательстве не предусмотрены, что означает право Генерального прокурора в любое время подать жалобу на любой судебный акт.

При удовлетворении жалобы прокурора решение сохраняет свою силу для сторон.

Суд кассационной инстанции специально указывает, что судебный акт вынесен исключительно в интересах закона и стороны не могут воспользоваться результатами кассационного производства (не могут использовать выявленные нарушения закона для возбуждения кассационного производства).

Возможно, что по этой причине данный вид обжалования именуется «платоническая кассация».

Во французских исследованиях, посвященных французской кассации, обжалование в интересах закона «называют “уроком неопытности трибуналов”241 и подвергают критике как фактически лишенное практического значения»242.

В последнее время активизацию деятельности Генеральной прокуратуры по обжалованию в интересах закона связывают с процедурой amicus curiae, в которой видят перспективу для нового подхода к толкованию закона, направленного на сокращение правовой аргументации, позволяющей Кассационному суду принимать противоположные решения243.

В отличие от Франции в Италии процедуру жалобы в интересах закона в 2006 г. «обновили». Теперь в соответствии ст. 363(1) ГПК не только Генеральная прокуратура вправе обратиться в Кассационный суд с запросом о формулировании правовой позиции по правовому вопросу принципиального значения, но и сам Суд, отклоняя кассационную жалобу как неприемлемую, может указать, что решенный судами вопрос имеет особое значение.

С учетом изложенного в российском гражданском судопроизводстве жалоба в интересах закона могла бы подаваться в Президиум Верховного Суда РФ в случаях выявления в судебных коллегиях Верховного Суда РФ противоречия судебной практики по процессуальным и материально-правовым вопросам (различной интерпретации норм).

Правом обжалования в интересах закона могли быть наделены Генеральная прокуратура, Уполномоченный по правам человека, Уполномоченные по правам ребенка, предпринимателей, потребителей финансовых услуг, а также органы государственной власти, органы местного самоуправления, организации или граждане, имеющие право обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц.

Судебный акт Президиума Верховного Суда РФ по жалобе в интересах закона оказывал бы влияние на будущее судебное правоприменение и не затрагивал бы правового положения сторон, установленного судебными актами, обжалованными в рассматриваемом порядке. В связи с этим установления срока на подачу жалобы в интересах закона не требуется.

Можно также обратить внимание и на вариант процедуры обжалования в интересах закона обжалования, который имеется в испанском гражданском процессе.

Испанскую процедуру жалобы в интересах закона, в отличие, например, от французской, характеризуют следующие черты:

• жалоба подается не в кассационный суд, а в высший судебный орган автономных сообществ Испании — Гражданскую Палату Высшего Суда Правосудия;
• жалобу вправе подать не только Генеральный прокурор, но и иные указанные в ст. 421 ГПК лица;
• основанием обжалования является исключительно противоречие судебной практики по процессуальным вопросам Гражданской и Уголовной Палат Высшего Суда Правосудия, когда речь идет о различной интерпретации процессуальных норм;
• судебный акт, принимаемый по жалобе в интересах закона, затрагивает как публичные интересы — обеспечивает единство судебной практики, так и частные — изменяет или отменяет действующее для сторон решение;
• в связи с тем, что последствия обжалования в интересах закона распространяются на стороны, в законе установлен годичный срок со дня вынесения судебного акта на подачу такой жалобы (ст. 490–493 ГПК Испании)244.

И во французской, и в испанской процедурах обжалования в интересах закона постановление высшего суда официально публикуется в СМИ, на сайте суда. Определенное судом правоприменение обязательно для всех судов.

Очевидно, что обжалование в интересах закона является разновидностью прямой кассации.

Данный порядок обеспечения единства судебной практики в большей степени, на наш взгляд, отвечает поставленной задаче, чем действующий в российском гражданском и административном судопроизводстве порядок пересмотра судебных актов по новым обстоятельствам, в частности, указанным в п. 5 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ, п. 5 ч. 3 ст. 311 АПК РФ, п. 5 ч. 1 ст. 350 КАС РФ.

2.4. Критерий «цены иска»
и подача жалобы
в кассационном
производстве

Наряду с порядком предварительного отбора кассационных жалоб, порядком выдачи разрешения на подачу жалобы в некоторых европейских правопорядках в законе установлен и ценовой критерий обращения в кассационный суд с жалобой на судебный акт по иску имущественного характера.

Например, в испанском гражданском процессе право кассационного обжалования возникает среди прочего и тогда, когда цена иска превышает 600 000 евро («опосредованная кассация)».

Если цена иска менее 600 000 евро, то возможность кассационного обжалования не исключается, при условии, если кассационная жалоба представляет «кассационный интерес».

В соответствии с ч. 3 ст. 477 ГПК Испании кассационная жалоба представляет кассационный интерес в случаях, когда она направлена:

• против решения суда, которое противоречит практике Верховного Суда Испании;
• на разрешение вопросов, возникших в практике Провинциальных судов в отношении правовых норм, принятых в течение последних пяти лет, при условии, что по этим вопросам нет соответствующей практики Верховного Суда.

«Когда речь идет о кассационных жалобах, направленных в Верховный Суд, следует понимать, что кассационный интерес представляют вопросы, которые противоречат практике Верховного Суда или по которым практика отсутствует, касающиеся специального законодательства автономий»245.

В австрийском гражданском процессе обжалование в ревизионном порядке возможно, если цена иска больше 30 000 евро («разрешительная кассация»).

В швейцарском — превышает 15 000 франков по трудовым спорам и по спорам об аренде; 30 000 франков в остальных случаях. При этом в ГПК Швейцарии указано, что «даже если минимальная сумма спора не достигнута, жалоба допустима, если в деле рассматривается принципиальный правовой вопрос»246.

В эстонском гражданском процессе Государственный суд не обязан принимать к производству кассационную жалобу, поданную по исковому делу с имущественным требованием, независимо от наличия оснований для кассации (явное неправильное применение нормы материального права, что могло привести к вынесению неправильного решения; существенное нарушение норм процессуального права), если кассатор оспаривает решение окружного суда в меньших пределах, чем десятикратная минимальная ставка месячной заработной платы, установленная Правительством Республики (в 2018 г. — размер ставки составил около 500 евро247).

Как и ГПК Швейцарии, ГПК Эстонии предусматривает правило, согласно которому указанное ограничение не действует, если разрешение кассационной жалобы имеет принципиальное значение для обеспечения правовой стабильности и формирования единой судебной практики или развития права (ст.  679 ГПК Эстонии)248.

В российском арбитражном процессе также имеются «ценовые» ограничения права кассационного обжалования судебных актов: решения арбитражного суда по делам об административных правонарушениях, если размер административного штрафа за административное правонарушение не превышает для юридических лиц 100 тыс. руб., для индивидуальных предпринимателей — 5000 руб. (ч. 4 ст. 229 АПК РФ), могут быть обжалованы в кассационном порядке только по основаниям, являющимся безусловными для отмены судебного акта (ч. 4 ст. 288 АПК РФ).

Рассмотренные правила предназначены для целей снижения количества жалоб, рассматриваемых кассационным (верховным) судом государства.

Во многом эти критерии отвечают пунктам “c”, “d”, “f” рекомендации № R (95) 5 Комитета министров Совета Европы относительно введения в действие и улучшения функционирования систем и процедур обжалования по гражданским и торговым делам от 7 февраля 1995 г., что объясняет выявленное сходство.

* * *

Для всех рассмотренных видов кассации (или процедур кассационного производства) помимо условия об апелляционном обжаловании, которое надо исчерпать для осуществления возможности обратиться в суд кассационной инстанции с целью проверки законности вступившего в законную силу судебного акта, общим является порядок подачи кассационной жалобы.

Жалоба, как правило, подается в два этапа249.

Истоки двухэтапного порядка подачи жалобы обнаруживаются в римском гражданском процессе.

Ульпиан в 1-й книге «Об апелляциях» указывал: «...когда подаются апелляционные прошения, они должны быть составлены так, чтобы там было написано и от кого они поданы, то есть кто обращается с апелляцией, и против кого, и на какое решение».

Макр в 1-й книге «Об апелляциях» продолжал: «но если кто подает апелляцию при записи протокола, то будет достаточно, если он заявит: “Я апеллирую”»250.

В современном гражданском процессе на первом этапе лицо, несогласное с принятым судебным актом, заявляет о своем несогласии и объявляет о подаче жалобы.

На втором этапе готовится обоснование кассационной жалобы и отзыв на нее противоположной стороны.

Срок для подачи заявления об обжаловании меньше, чем срок для подготовки обоснованных процессуальных документов.

В случае, если заявление об обжаловании не подано, судебный акт становится окончательным и начинает свое действие.

Некоторой особенностью характеризуется «разрешительная кассация»: заявление об обжаловании подается с целью получения от апелляционного суда разрешения на обжалование, и как следствие, разрешения на подготовку обоснованной жалобы.

В «опосредованной кассации» такого разрешения не требуется и заявление о кассации подается в кассационный суд с целью информирования о несогласии с судебным актом и готовности кассатора направить в течение определенного в законе срока обоснованную жалобу суду и ответчику по жалобе.

Например, в Германии срок для подачи ревизии (ревизионный срок) составляет один месяц, является пресекательным и начинается с момента доставки апелляционного решения, составленного в окончательной форме, но не позднее истечения пяти месяцев после объявления.

Срок для обоснования ревизионной жалобы составляет два месяца. Срок может быть продлен по ходатайству председательствующим при согласии другой стороны. Без согласия другой стороны срок может быть продлен до двух месяцев, если по убеждению председательствующего это не приведет к затягиванию рассмотрения дела, или если податель ревизионной жалобы приведет уважительные причины для продления.

В Испании первый срок составляет 20 дней, второй — 30 дней.

Во Франции на подачу декларации (заявления) о кассации предоставляется два месяца.

«Отчет» (memoire), содержащий подробные доводы кассатора против оспариваемого решения готовится в течение четырех месяцев. Ответчик по кассации в течение двух месяцев со дня получения «отчета» кассатора должен подготовить свой отчет с анализом доводов кассатора и дела в целом251.

Особенностью английского двухэтапного обращения в Верховный суд является согласование сторонами (заявителем и лицом, отвечающим по жалобе) содержания заявления об обстоятельствах дела и спорных вопросах по апелляции252.

Надлежащая подготовка принятой, допущенной, переданной судом кассационной жалобы и отзыва на нее имеет большое значение для следующего этапа кассационного производства — рассмотрение кассационным судом жалобы в судебном заседании и вынесение судебного акта.

О необходимости обратить внимание на зарубежный опыт законодательного регулирования подачи жалобы (как кассационной, так и апелляционной) для использования его при реформировании российских проверочных производств указывалось в научной литературе по проблемам обжалования и проверки судебных постановлений253.

* * *

Подводя итог изложенному, отметим следующее:

1. Порядок возбуждения кассационного производства различается в зависимости от установленного процессуальным законом вида кассации — непосредственной или опосредованной; уведомительной или разрешительной; последовательной или прямой.

2. Представляется очевидной тенденция развития гражданского процессуального законодательства в сфере кассационного обжалования и кассационной проверки судебных актов по гражданским делам: право на обжалование законом предоставляется, но реализовать его можно только при соблюдении ряда условий, среди которых не последним является условие общественной значимости правового вопроса, подлежащего рассмотрению кассационным судом.

В результате не любой судебный акт способен стать предметом проверки кассационного суда, а только тот, который, по мнению суда, «заслуживает третьего судебного рассмотрения»254.

В связи c этим нельзя согласиться с утверждением А. Малана, Е.В. Ситкаревой, что «в дальнейшем ситуация будет развиваться, скорее, по пути признания права на обжалование в качестве универсального и абсолютного процессуального средства защиты, без которого не может быть справедливого суда и процесса. Например, Рекомендация 95-5 от 7 февраля 1995 г. комитета министров при Совете Европы уже содержит принципиальное указание на внедрение процедур обжалования, с тем чтобы любое решение нижестоящего суда могло стать предметом проверки вышестоящего суда, особенно в случаях, когда такое решение содержит серьезный порок как, например, явное нарушение закона или фундаментальных принципов процесса…»255

3. «Опосредованная» и «разрешительная» кассации представляют собой варианты предусмотренного законом отбора (фильтрации, допуска) кассационных жалоб на предмет необходимости их рассмотрения в судебном заседании кассационного суда.

«Опосредованная» и «разрешительная» кассации не гарантируют рассмотрения кассационной жалобы с делом в судебном заседании суда кассационной инстанции.

4. «Непосредственная кассация» и в некоторых случаях «прямая кассация» являются реальной гарантией реализации права на судебную защиту.

5. Российскую кассацию по гражданским256 делам можно классифицировать на первую кассацию (производство в кассационном суде общей юрисдикции, арбитражном суде кассационной инстанции) и вторую кассацию (производство в судебных коллегиях Верховного Суда РФ).

Первую кассацию можно характеризовать как непосредственную, уведомительную, как правило, последовательную.

Вторая кассация является опосредованной, уведомительной, последовательной.

6. Наименования «сплошная кассация» и «выборочная кассация» не отражают сути обозначаемого явления. Кассация не может быть «сплошной» (т.е. распространяющейся на всё и всех без исключения), поскольку есть требования закона, например о субъектах, объектах, сроке кассационного обжалования и проч. Кассация не может быть «выборочной» (т.е. основанной на выборке), поскольку судьей в силу закона изучается весь массив (совокупность) жалоб, и отбор не должен быть случайным или произвольным, а должен основываться на требованиях закона.

Между тем термин «выборочная кассация» отражает реальное (на октябрь 2019 г.) неудовлетворительное состояние дел в обеих кассациях в гражданском процессе: случайный, произвольный отбор из совокупности кассационных жалоб.

7. Для российского гражданского процесса требуется накопление опыта рассмотрения и разрешения кассационных жалоб кассационными судами общей юрисдикции, и нет необходимости переходить к косвенным процедурам возбуждения кассационного производства.

В российском арбитражном процессе, напротив, изменения в кассационном производстве возможны, а относительно обеспечения последовательности обжалования и проверки судебных актов — необходимы.

Глава третья

Рассмотрение
кассационной жалобы
в судебном заседании

3.1. Суды кассационной
инстанции

Рассмотрение кассационной жалобы осуществляет суд кассационной инстанции. Как правило, это высший суд государства, организация и деятельность которого, как было выяснено в главе 1, регулируется соответствующим нормативным правовым актом — законом, декретом, правилами о верховном суде и одновременно процессуальным законом.

В Российской Федерации кассационная функция принадлежит кассационным судам и судебным коллегиям Верховного Суда РФ.

Организационная составляющая кассационной деятельности определяется федеральными конституционными законами о судебной системе, об арбитражных судах, о военных судах, о судах общей юрисдикции, о Верховном Суде РФ, процессуальная — ГПК РФ, АПК РФ, КАС РФ, УПК РФ.

Как было изложено ранее, первопроходцами российской кассации являются арбитражные суды кассационной инстанции, учрежденные в соответствии с ФКЗ «О судебной системе в Российской Федерации», ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» в 1995 г.

Кассационный порядок проверки законности вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов был установлен АПК РФ 1995 г. и с некоторыми изменениями и дополнениями сохранился в АПК РФ 2002 г.

В настоящее время в Российской Федерации действуют:

1) Арбитражный суд Волго-Вятского округа (место постоянного пребывания257 — г. Нижний Новгород), осуществляющий проверку судебных актов, принятых арбитражными судами Владимирской области, Ивановской области, Кировской области, Республики Коми, Костромской области, Республики Марий Эл, Республики Мордовия, Нижегородской области, Чувашской Республики — Чувашии, Ярославской области, и судебных актов арбитражных апелляционных судов, образованных в данном судебном округе;

2) Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа (место постоянного пребывания — г. Иркутск), осуществляющий проверку судебных актов, принятых арбитражными судами Республики Бурятия, Иркутской области, Красноярского края, Республики Саха (Якутии), Республики Тыва, Республики Хакасия, Забайкальского края, и судебных актов арбитражных апелляционных судов, образованных в данном судебном округе, а также на период до 1 января 2010 г. — судебных актов, принятых Арбитражным судом Читинской области;

3) Арбитражный суд Дальневосточного округа (место постоянного пребывания — г. Хабаровск), осуществляющий проверку судебных актов, принятых арбитражными судами Амурской области, Еврейской автономной области, Камчатского края, Магаданской области, Приморского края, Сахалинской области, Хабаровского края, Чукотского автономного округа, судебных актов арбитражных апелляционных судов, образованных в данном судебном округе, а также на период до 1 января 2009 г. — судебных актов, принятых Арбитражным судом Камчатской области;

4) Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (место постоянного пребывания — г. Тюмень), осуществляющий проверку судебных актов, принятых арбитражными судами Республики Алтай, Алтайского края, Кемеровской области, Новосибирской области, Омской области, Томской области, Тюменской области, Ханты-Мансийского автономного округа — Югры, Ямало-Ненецкого автономного округа, и судебных актов арбитражных апелляционных судов, образованных в данном судебном округе;

5) Арбитражный суд Московского округа (место постоянного пребывания — г. Москва), осуществляющий проверку судебных актов, принятых арбитражными судами города Москвы и Московской области, и судебных актов арбитражных апелляционных судов, образованных в данном судебном округе;

6) Арбитражный суд Поволжского округа (место постоянного пребывания — г. Казань), осуществляющий проверку судебных актов, принятых арбитражными судами Астраханской области, Волгоградской области, Пензенской области, Самарской области, Саратовской области, Республики Татарстан (Татарстана), Ульяновской области, и судебных актов арбитражных апелляционных судов, образованных в данном судебном округе;

7) Арбитражный суд Северо-Западного округа (место постоянного пребывания — г. Санкт-Петербург), осуществляющий проверку судебных актов, принятых арбитражными судами Архангельской области, Вологодской области, Калининградской области, Республики Карелия, Мурманской области, Новгородской области, Псковской области, города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, Тверской области, и судебных актов арбитражных апелляционных судов, образованных в данном судебном округе;

8) Арбитражный суд Северо-Кавказского округа (место постоянного пребывания — г. Краснодар), осуществляющий проверку судебных актов, принятых арбитражными судами Республики Адыгея (Адыгеи), Республики Дагестан, Республики Ингушетия, Кабардино-Балкарской Республики, Республики Калмыкия, Карачаево-Черкесской Республики, Краснодарского края, Ростовской области, Республики Северная Осетия — Алания, Ставропольского края, Чеченской Республики, и судебных актов арбитражных апелляционных судов, образованных в данном судебном округе;

9) Арбитражный суд Уральского округа (место постоянного пребывания — г. Екатеринбург), осуществляющий проверку судебных актов, принятых арбитражными судами Республики Башкортостан, Курганской области, Оренбургской области, Пермского края, Свердловской области, Удмуртской Республики, Челябинской области, и судебных актов арбитражных апелляционных судов, образованных в данном судебном округе; судебных актов, принятых арбитражными судами Коми-Пермяцкого автономного округа и Пермской области, — на период до 30 июня 2007 г.;

10) Арбитражный суд Центрального округа (место постоянного пребывания — г. Калуга), осуществляющий проверку судебных актов, принятых арбитражными судами Белгородской области, Брянской области, Воронежской области, Калужской области, Республики Крым, Курской области, Липецкой области, Орловской области, Рязанской области, города Севастополя, Смоленской области, Тамбовской области, Тульской области, и судебных актов арбитражных апелляционных судов, образованных в данном судебном округе (ст. 24 ФКЗ).

Арбитражные суды кассационной инстанции накопили серьезный опыт за почти 25 лет своей деятельности.

Будучи пионерами кассационной практики в российском судопроизводстве, кассационные суды развили и закрепили (в том числе и теоретически, благодаря исследованиям, проведенными судьями арбитражных судов258) успех в деле проверки законности вступивших в законную силу судебных актов, стали ориентиром для реформирования системы судов общей юрисдикции.

Федеральным конституционным законом от 29 июля 2018 г. № 1-ФКЗ «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон “О судебной системе Российской Федерации” и отдельные федеральные конституционные законы в связи с созданием кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции»259 была изменена система судов общей юрисдикции.

В соответствии со ст.  19.1 ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации»260 (в ред. 28 июля 2018 г.) кассационный суд общей юрисдикции в пределах своей компетенции рассматривает дела в качестве суда кассационной инстанции и по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

Кассационный суд общей юрисдикции является вышестоящей судебной инстанцией по отношению к действующим на территории соответствующего судебного кассационного округа федеральным судам общей юрисдикции и мировым судьям, если иное не установлено федеральным конституционным законом.

Полномочия, порядок образования и деятельности кассационных судов общей юрисдикции устанавливаются федеральным конституционным законом. Таким законом является ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации»261.

В соответствии с ч. 1 ст. 23.1 ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» кассационный суд общей юрисдикции является федеральным судом общей юрисдикции, действующим в пределах территории соответствующего судебного кассационного округа.

В Российской Федерации действуют девять кассационных судов общей юрисдикции в пределах территорий соответствующих судебных кассационных округов:

Первый кассационный суд общей юрисдикции, осуществляющий пересмотр судебных актов, принятых судами Республики Мордовия262, Белгородской области, Брянской области, Воронежской области, Калужской области, Курской области, Липецкой области, Орловской области, Московской области, Нижегородской области, Пензенской области, Саратовской области, Тульской области, а также судебных актов апелляционных судов общей юрисдикции, принятых по жалобам и представлениям на судебные акты указанных судов. Место постоянного пребывания кассационного суда — г. Саратов Саратовской области;

Второй кассационный суд общей юрисдикции, осуществляющий пересмотр судебных актов, принятых судами Владимирской области, Ивановской области, Костромской области, Рязанской области, Смоленской области, Тамбовской области, Тверской области, Ярославской области, г. Москвы, а также судебных актов апелляционных судов общей юрисдикции, принятых по жалобам и представлениям на судебные акты указанных судов. Место постоянного пребывания кассационного суда — г. Москва;

Третий кассационный суд общей юрисдикции, осуществляющий пересмотр судебных актов, принятых судами Республики Карелия, Республики Коми, Архангельской области, Вологодской области, Калининградской области, Ленинградской области, Мурманской области, Новгородской области, Псковской области, г. Санкт-Петербурга, Ненецкого автономного округа, а также судебных актов апелляционных судов общей юрисдикции, принятых по жалобам и представлениям на судебные акты указанных судов. Место постоянного пребывания кассационного суда — г. Санкт-Петербург;

Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, осуществляющий пересмотр судебных актов, принятых судами Республики Адыгея (Адыгея), Республики Калмыкия, Республики Крым, Краснодарского края, Астраханской области, Волгоградской области, Ростовской области, города Севастополя, а также судебных актов апелляционных судов общей юрисдикции, принятых по жалобам и представлениям на судебные акты указанных судов. Место постоянного пребывания кассационного суда — г. Краснодар Краснодарского края;

Пятый кассационный суд общей юрисдикции, осуществляющий пересмотр судебных актов, принятых судами Республики Дагестан, Республики Ингушетия, Кабардино-Балкарской Республики, Карачаево-Черкесской Республики, Республики Северная Осетия — Алания, Чеченской Республики, Ставропольского края, а также судебных актов апелляционных судов общей юрисдикции, принятых по жалобам и представлениям на судебные акты указанных судов. Место постоянного пребывания кассационного суда — г. Пятигорск Ставропольского края;

Шестой кассационный суд общей юрисдикции, осуществляющий пересмотр судебных актов, принятых судами Республики Башкортостан, Республики Марий Эл, Республики Татарстан (Татарстан), Удмуртской Республики, Чувашской Республики — Чувашии, Кировской области, Оренбургской области, Самарской области, Ульяновской области, а также судебных актов апелляционных судов общей юрисдикции, принятых по жалобам и представлениям на судебные акты указанных судов. Место постоянного пребывания кассационного суда — г. Самара Самарской области;

Седьмой кассационный суд общей юрисдикции, осуществляющий пересмотр судебных актов, принятых судами Пермского края, Курганской области, Свердловской области, Тюменской области, Челябинской области, Ханты-Мансийского автономного округа — Югры, Ямало-Ненецкого автономного округа, а также судебных актов апелляционных судов общей юрисдикции, принятых по жалобам и представлениям на судебные акты указанных судов. Место постоянного пребывания кассационного суда — г. Челябинск Челябинской области;

Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, осуществляющий пересмотр судебных актов, принятых судами Республики Алтай, Республики Бурятия, Республики Тыва, Республики Хакасия, Алтайского края, Забайкальского края, Красноярского края, Иркутской области, Кемеровской области, Новосибирской области, Омской области, Томской области, а также судебных актов апелляционных судов общей юрисдикции, принятых по жалобам и представлениям на судебные акты указанных судов. Место постоянного пребывания кассационного суда — г. Кемерово Кемеровской области;

Девятый кассационный суд общей юрисдикции, осуществляющий пересмотр судебных актов, принятых судами Республики Саха (Якутия), Камчатского края, Приморского края, Хабаровского края, Амурской области, Магаданской области, Сахалинской области, Еврейской автономной области, Чукотского автономного округа, а также судебных актов апелляционных судов общей юрисдикции, принятых по жалобам и представлениям на судебные акты указанных судов. Место постоянного пребывания кассационного суда — г. Владивосток Приморского края.

Кассационный военный суд образован и в системе военных судов. Место постоянного пребывания кассационного суда — г. Новосибирск Новосибирской области (ч. 2, 3 ст. 23.1, 42 ФКЗ).

Появление кассационных судов общей юрисдикции (далее — КСОЮ), а затем и обновленного кассационного производства (замена опосредованной кассации на непосредственную) — событие, которое давно ожидалось, обсуждалось в теории и юридической практике.

Вместе с тем претворение в жизнь идеи кассации в гражданском, уголовном процессах, административном судопроизводстве вызвало ряд вопросов теоретического и практического характера.

Среди них — 1) количество новых судов, 2) выбор места их пребывания и 3) формирование судебных составов.

Рассмотрим подробнее каждый из этих вопросов.

1. Итак, вместо действующих 85 судов кассационных инстанций кассационную деятельность будут осуществлять девять новых судов общей юрисдикции (в девять раз меньше). Рассматривать дела в кассационном порядке будет 681 судья263 (33 заместителя председателя и девять председателей КСОЮ в соответствии с положениями ст. 33.7, 33.8 ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» осуществляют руководство работой коллегий).

В 2018 г. в суды кассационной инстанции поступило 339 228 кассационных жалоб и представлений по гражданским и административным делам264. За вычетом 85 592 жалоб, приходящихся на соответствующие судебные коллегии Верховного Суда РФ265, получим 253 636 кассационных жалоб, рассмотренных областными и равными по компетенции судами.

Если принять во внимание ежегодный рост обращений в суд первой инстанции, кассационных обращений в суды кассационной инстанции в среднем на 10%, то количество кассационных жалоб может составить в 2019–2020 гг. более 279 тыс. На одного судью КСОЮ будет приходиться около 410 дел в год, 40 — в месяц. Принимая во внимание необходимость подготовки дел к судебному разбирательству, предположим, что так называемыми судными будут три дня в неделю. В среднем на одного судью будет приходиться три дела, а с учетом коллегиального рассмотрения — 9–10 гражданских и административных дел в день.

Проведенный в самом общем виде расчет (без учета уголовных дел!) выявляет чрезмерную судебную нагрузку. Очевидно, что она будет разниться по кассационным округам266 в конкретных цифрах, но общий вывод вряд ли от этого изменится.

В результате реформирования судов деятельность судей КСОЮ усложнится, так как им придется рассматривать в судебном заседании в предусмотренные законом сроки большое количество дел; высокая нагрузка снизит качество судебной защиты (темп рассмотрения дела267 в судебном заседании КСОЮ будет быстрым — «конвейерное производство»268), что неизбежно отразится на правах заинтересованных лиц, на состязательном начале гражданского судопроизводства269.

Снизится и качество судебной защиты в судах апелляционной инстанции — областных и равных по компетенции судов. Это произойдет из-за сокращения штатов судей и работников аппарата в этом судебном звене.

Для осуществления реформы предполагалось сокращение 451 судьи, 1724 служащих270.

Например,  в Верховном суде Республике Татарстан в соответствии с приказом генерального директора  судебного департамента   об утверждении штатной численности судов сокращению подлежало 16 единиц судей и 21 — государственных служащих (работников аппарата); в Воронежском областном суде —  девять судей и 17 работников аппарата271.

При постоянном росте числа обращений в суды сокращение штатной численности областных и равных по компетенции судов отразится на эффективности судебной защиты.

В Пояснительной записке «К проекту федерального конституционного закона “О внесении изменений в федеральные конституционные законы в связи с созданием кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции”»272 отмечалось, что создание самостоятельных кассационных и апелляционных судов, в частности, учитывает положительный опыт их деятельности в системе арбитражных судов.

Возможно, что «учет» и был проведен, но не в полной мере.

Особое внимание надо уделить количественно-качественной характеристике.

В системе арбитражных судов — 10 кассационных судов.

Количество дел, рассматриваемых арбитражными судами, в разы меньше. В 2018 г. арбитражными судами было рассмотрено 1 млн 907 тыс. дел, а судами общей юрисдикции — более 20 млн гражданских и административных дел)273; в кассационном порядке арбитражными судами рассмотрено 124 726 кассационных жалоб (106 306 дел), а президиумами областных и равных судов  — 253 636 кассационных жалоб274.

Техническая оснащенность арбитражных судов значительно выше, чем в судах общей юрисдикции; судебные акты проверяются в окружных апелляционных арбитражных судах, в отличие от судебных постановлений судов общей юрисдикции, проверяемых в апелляционном порядке в том же субъекте РФ, где и находятся районные суд и мировые судьи; возможности (финансовые, в первую очередь) лиц, участвующих в деле, в арбитражном процессе существенно отличаются от возможностей аналогичных лиц в гражданском процессе.

Принимая во внимание всё это, вопрос о количестве КСОЮ, как представляется, следовало решать в пользу увеличения, но никак не уменьшения в сравнении с арбитражными судами.

Можно еще раз обратиться к рассмотренному в главе 1 историческому опыту формирования российской системы судов во второй половине ХIХ  — начале ХХ в. и напомнить о 14 судебных округах, возглавляемых соответствующими судебными палатами, которые по проекту новой редакции УГС 1864 г. предполагалось наделить кассационной функцией по отношению к судебным актом участковой подсудности275 (имеются в виду акты участковых судей, отделений уездных и городских судов, заменяющих мировые установления276).

Если даже исключить из приведенного на с. 54 перечня судебных округов четыре округа (Одесский, Киевский, Виленский, Ташкентский), то все равно количество судов (судебных палат, наделенных кассационной функцией) будет больше, чем в настоящее время. Это сравнение важно, тем более что численность и плотность населения в 1904 г. и 2019 г. существенно разнятся.

Можно обратить внимание и на зарубежный опыт, например испанский.

Как отмечает Е.П. Ермакова, в каждом из 17 автономных сообществ Испании действует Высший суд правосудия, который выступает высшим судебным органом по делам, регулируемым правом автономии. Производство ведется в четырех специализированных палатах: гражданской, уголовной, административной и трудовой.

Высший суд правосудия является кассационной инстанцией по делам, в которых применяется право автономии (ст. 477 LEC 2000 г.).

Верховный суд Испании является высшей судебной инстанцией для всех категорий дел, за исключением тех, которые отнесены к компетенции Конституционного суда.

Верховный суд — кассационная инстанция по гражданским делам (ст. 477 LEC 2000 г.)277.

Российское право автономии формально существует и гарантировано ст. 72 Конституции РФ. Если и рассматривать немногочисленные примеры «автономного» законодательного регулирования (например, в сфере законодательства об административных правонарушениях278), то вряд ли это может служить в настоящее время достаточным основанием для образования соответствующего кассационного суда.

Вместе с тем опыт Испании вкупе с аналогичным опытом (как представляется, общеизвестным) США279 надо иметь в виду в целях будущих судебных преобразований.

Таким образом, вопрос о количественных характеристиках, относящихся к созданию кассационных судов общей юрисдикции, не является праздным.

Ответ на него позволяет оценить уровень доступности правосудия по гражданским делам, качества судебной защиты, гарантий судебной защиты.

На первый взгляд, этот уровень весьма невысок.

Имеющийся опыт деятельности в России судов кассационной инстанции позволяет утверждать — число кассационных судов общей юрисдикции должно быть больше девяти.

Насколько больше?

Чтобы ответить на этот вопрос необходимо провести отдельную научно-исследовательскую работу, итогом которой будет обоснование необходимого для обеспечения гарантий судебной защиты количества окружных судов.

2. Выбор места постоянного пребывания кассационных судов общей юрисдикции (ч. 2.1 ст. 42 ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации») определяется рядом факторов, например:

1) территориальной удаленностью;

2) транспортной доступностью;

3) дорожной инфраструктурой;

4) стоимостью проезда.

Первый фактор позволяет ответить на вопросы о том, как далеко от местожительства, местонахождения лица, участвующего в деле, находится кассационный суд; какой вид транспорта надо задействовать, чтобы добраться до пункта назначения: самолет, поезд, автобус; требуется ли сочетание транспорта?

Второй фактор позволит выяснить, в частности, периодичность рейсов; наличие пересадок; удобное сочетание транспортных маршрутов; продолжительность поездки.

Третий фактор немаловажен, например, для поездки на автотранспорте, и позволяет оценить, в частности, наличие, состояние дорог, мест отдыха, заправок топливом, безопасность движения280.

Четвертый фактор — скорее всего, итоговый, зависящий от трех других.

Если в результате получается далеко, к месту пребывания КСОЮ самолетом через Москву «туда и обратно», стыковочными рейсами, долго, с поправкой на погодные условия и проч., то в результате — дорого, неудобно, а значит, недоступно.

Пример: из Иркутска в Кемерово (в 8 КСОЮ) продолжительность поездки согласно данным сайта tutu.ru составит 1 (один) день 10 часов; 1 (один) день 17 часов (в зависимости от места пересадки и типа поезда). Общее время в пути может составить два дня 5 часов.

В итоге возникают сомнения о доступности правосудия.

Справедливости ради, следует отметить, что аналогичные сомнения высказывали представители Генеральной прокуратуры РФ и Минюста РФ на заседании Пленума Верховного Суда РФ 13 июля 2017 г., представители КПРФ на заседании Госдумы 17 июля 2018 г.281

Представитель Верховного Суда РФ развеял сомнения, заметив, что «проблемы территориального и транспортного характера, возможно, не будут столь тяжелыми, учитывая, что “кассационное судопроизводство — формальное”, личное присутствие там не так распространено. Кассационная инстанция не занимается пересмотром фактических обстоятельств дела, она сосредоточена на проверке правильности применения правовых норм. “В каком-то смысле это научный спор, — отметил судья. — Я не думаю, что огромный поток жалоб создаст какие-то сложности”. При этом, в принципе, не исключается использование видеомостов с участниками, проживающими далеко, в том числе заключенными»282.

Приведенное объяснение небесспорно.

Если кассационное производство и формально, то только в случае формального отказа в передаче кассационных жалоб на рассмотрение в судебном заседании суда кассационной инстанции. В 2018 г. было передано лишь 2,2% из поступивших и рассмотренных единолично судьями кассационных жалоб.

Характеристика же «научности» рассматриваемого вопроса не означает теоретической отвлеченности, абстрактности приводимой аргументации. Напротив, именно научное обоснование определения места постоянного пребывания кассационного суда способно обеспечить учет всех (или большинства) критериев, отвечающих требованиям доступности, независимости, эффективности правосудия по гражданским делам.

«Видеомосты» — также не могут рассматриваться как убедительный довод преодоления трудностей территориально-транспортного, финансового характера.

Известно, что подключенность к сети «Интернет» по России оставляет желать лучшего, доступ к нему не обеспечен на 100%283, на конец 2017 г. системами видеоконференц-связи было оснащено 100% судов субъектов Федерации (областных, краевых и приравненных к ним), 63% районных судов и гарнизонных военных судов, около 60% учреждений ФСИН284.

Только в форме для отчетов о работе судов по рассмотрению уголовных дел в кассационном, надзорном порядке285 предусмотрена графа о количестве дел, рассмотренных с использованием видеоконференц-связи.

В 2018 г. суды кассационной инстанции использовали видеоконференц-связь при рассмотрении 3978 (из 10 038) уголовных дел286.

В арбитражных судах имеется возможность прибегнуть к помощи «видеомоста», но при этом возникают проблемы организационно-технического характера — некачественная связь; невозможность проведения судебного заседания в помещении, оснащенном специальным оборудованием; невозможность проведения судебного заседания в пределах рабочего времени с учетом территориальной удаленности участников процесса и разных часовых поясов; в связи с большим количеством рассматриваемых дел и др.287

Надеяться на видеоконференц-связь как гарантию доступности кассационного производства в гражданском процессе пока не приходится.

Теоретико-практическая беспочвенность опасений о затруднении доступа к правосудию обосновывалась также тем, что «при рассмотрении дела в кассационном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального и процессуального права судами, рассматривавшими дело. В связи с этим личная явка сторон в суд кассационной инстанции не имеет того значения, которое она приобретает при рассмотрении дела в суде первой инстанции»288.

Может быть, что это так. Но главное заключается в том, что если возможность личного участия в судебном заседании кассационного суда общей юрисдикции предоставлена законом, то такое участие должно быть гарантировано государством.

Участие в судебном заседании КСОЮ (как право на доступ к правосудию) должно быть реальным, а не иллюзорным.

Если бы в законе было закреплено правило, согласно которому кассационные жалобы рассматривались бы без извещения лиц, участвующих в деле, но с учетом характера и сложности дела, а также доводов жалобы и возражений относительно них КСОЮ мог пригласить лиц, участвующих в деле, в судебное заседание, известив их о времени и месте рассмотрения жалобы (например, ч. 10 ст.  379.5 ГПК РФ, ч. 3 ст. 288.1, ч. 2 ст. 288.2 АПК РФ), то вопрос участия лиц в судебном заседании зависел бы от усмотрения суда.

Если бы в законе содержался запрет на участие лиц, участвующих в деле, в судебном заседании, как, например, в предварительных судебных заседаниях в «опосредованной кассации», то вопрос личного присутствия обсуждался бы на уровне теории.

Правила же ч. 3, 7 ст. 379.5 ГПК РФ предусматривают, что в судебном заседании принимают участие лица, подавшие кассационные жалобу, представление, и другие лица, участвующие в деле, их представители; если эти лица явились в судебное заседание, то они вправе дать объяснения по делу.

Дополнительные доводы в пользу «беспочвенности опасений» 289 относительно ограничения доступности правосудия в связи с удаленностью КСОЮ от населения приводятся со ссылкой на положения ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации».

Согласно ч. 3 ст. 23.1, ч. 2.3 ст. 42 ФКЗ в целях приближения правосудия к месту жительства лиц, участвующих в деле, но проживающих в отдаленных местностях, в составе кассационного и апелляционного суда может быть образовано постоянное судебное присутствие290, расположенное вне места постоянного пребывания суда; допускается и возможность проведения КСОЮ заседания в других населенных пунктах291, расположенных в пределах соответствующего судебного округа, если суд сочтет это необходимым.

Предусмотренные законом меры способны смягчить последствия территориальной удаленности судов кассационной инстанции, но лишь в малой степени и избирательно (в первую очередь вопрос о судебных присутствиях актуализируется для сибирского и дальневосточного регионов России), по прошествии времени, когда будет признана соответствующая необходимость.

До этого момента граждане в очередной раз будут участвовать в правовом эксперименте. Не избегут этой участи и судьи девяти кассационных судов общей юрисдикции.

Сомнения относительно реального проведения КСОЮ судебных заседаний по гражданским делам в населенных пунктах в пределах округа (выездные судебные заседания) основаны на предположении о финансово-организационных трудностях этих мероприятий.

К таким трудностям, в частности, относятся командирование судей (не менее трех) в конкретный населенный пункт и несение соответствующих расходов на проезд, проживание, выплату «суточных».

Не лишен смысла и вопрос о трудностях организации безопасности пребывания судей в населенном пункте.

Вопрос о продолжительности пребывания в населенном пункте для рассмотрения дела (дел) по кассационной жалобе (ам) и состоянии дел, ожидающих судей в месте постоянного пребывания КСОЮ, также требует ответа.

Эти, а также и многие другие вопросы, связанные с проведением выездных сессий судебных палат (преимущественно уголовного департамента), возникали и требовали своего решения в конце ХIХ — начале ХХ в., например, применительно к палатам сибирской юстиции292.

В большинстве случаев окружные суды создаются в судебных округах, границы которых не совпадают с границами административно-территориального деления государства. Классическим примером являются апелляционные суды. Этому правилу, свидетельствующему об «экстерриториальности судебной власти»293, следовали и при создании кассационных судов общей юрисдикции294.

Обратим внимание на особенности применения данного правила на практике.

В городах — местах постоянного пребывания кассационных судов общей юрисдикции сосуществуют суды апелляционной (областные и равные по компетенции суды) и кассационной инстанций.

Например, решение Волжского районного суда г. Саратова в апелляционном порядке будет проверяться Саратовским областным судом, в кассационном — первым кассационным судом, расположенном в Саратове.

Та же ситуация в Москве, Самаре, Санкт-Петербурге, Краснодаре, Челябинске, Кемерове, Владивостоке.

Вряд ли «такой подход позволяет оградить суды от возможного воздействия разного рода региональных групп влияния»295.

Интересно, что на официальных сайтах Самарского областного суда, Саратовского областного суда, Санкт-Петербургского городского суда, Кемеровского областного суда, Приморского краевого суда296 есть рубрика: «Суды (Самарской, Саратовской, Кемеровской) области», «Суды г. Санкт-Петербурга», «Суды Приморского края», в которой, среди «местных» судов, указаны и соответствующие кассационные суды общей юрисдикции.

Есть пример и удачного применения рассматриваемого правила: пятый кассационный судебный округ. Здесь решение районного суда обжалуется в апелляционном порядке в соответствующий республиканский (например, в Верховный суд Республики Дагестан) или краевой (например, Ставропольский краевой суд) суд, а в кассационном — в кассационный суд общей юрисдикции, находящийся в г. Пятигорске.  

3. В публикациях встречается мнение, согласно которому непринципиально то, что суды апелляционной и кассационной инстанции «находятся в одном городе, главное, что суды обособлены, у каждого из них свой председатель, свои судьи и свой аппарат»297.

Согласиться с таким суждением вряд ли возможно.

Как верно подметила корреспондент интернет-издания ПравоРу, «бросается в глаза массовая миграция судей. Такое ощущение, что судьи следуют за своим начальником»298.

Например, подавляющее большинство из претендентов на судейскую должность в Четвертый КСОЮ (г. Краснодар), получивших рекомендацию ВККС, представляют южные регионы.

Большинству из тех, кто получил рекомендацию в Шестой КСОЮ (г. Самара), «даже не придется менять место жительство из-за новой работы».

В Седьмом КСОЮ (г. Челябинск) на должность судьи претендовали 20 человек. Рекомендацию получили 14, из них 10 трудятся в областном суде, расположенном в том же городе.

Основу кадрового состава Восьмого КСОЮ (г. Кемерово) составили «выходцы из Кемеровского облсуда — каждый второй рекомендованный кандидат сейчас работает именно там. Примечательно, что оттуда же пришли и председатель со всеми заместителями».

Кассационный военный суд (г. Новосибирск) «“наполнили” с помощью судей из Западно-Сибирского окружного военного суда. Это неудивительно, ведь на базе именно этого суда создается новая военная кассация»299.

На июльском заседании (1–3 июля 2019 г.) Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации (далее — ВККС) «продолжился набор судей в новые кассационные суды общей юрисдикции. Во Второй кассационный суд, который находится в Москве, рекомендовали почти два десятка кандидатов. Большая часть из них, сразу шесть человек, последовала за председателем суда А. Бондарем, предыдущее место которого – Нижегородский областной суд.

Больше всего рекомендаций (29) ВККС выдала кандидатам в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, что будет работать в Краснодаре. Большинство из тех, кого выбрала квалифколлегия, представляют южные регионы страны и суды областного звена»300.

Очевидно, что в перечисленных случаях «свой председатель, свои судьи и свой аппарат», их взаимодействие в рамках одного суда301 делают уязвимым утверждение об обеспечении независимости судей302 структурной самостоятельностью новых судов.

Правы те, кто считает, что «для реализации идеи “отрыва” судов от территории стоит озаботиться их наполнением судьями из разных регионов... Особое внимание при этом, как представляется, следует обратить на нецелесообразность включения в штат нового суда судей, ранее занимавших должности в одном суде, и назначения председателя из того же суда, так как в этом случае будет сложнее обеспечить независимость судей, в том числе от председателя»303.

При определении места постоянного пребывания КСОЮ, скорее всего, главными факторами были не обеспечение доступности правосудия, независимости судей, а более практические, «реальные» — наличие подъездных путей и недвижимого имущества, что позволило «оперативно и с минимальными издержками для федерального бюджета организовать работу судов»304.

В итоге можно отметить следующее:

• плюсом реформирования системы судов общей юрисдикции являются практическое воплощение идеи самостоятельности кассационной инстанции и создания кассационных судов общей юрисдикции;
• минусами — рассмотренные ранее недостатки организационного характера, снижающие положительный эффект реформирования, вызывающие обоснованные опасения относительно снижения уровня гарантий допуска к правосудию, эффективности судебной защиты по гражданским делам.

Наличие этих недостатков обусловлено субъективными и объективными факторами. Среди первых — отсутствие теоретического обоснования, расчетов, прогнозов, определяющих эффективность будущего функционирования новых судов. Среди вторых — недостаточное финансирование, стремление разгрузить Верховный Суд РФ, усилить государственный контроль за отправлением правосудия по гражданским делам.

Кассационными судами, рассматривающими дела в порядке второй кассации, как и прежде, являются судебные коллегии Верховного Суда РФ:

• Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда РФ;
• Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ;
• Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ;
• Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ;
• Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда РФ (ч. 2 ст. 3 ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации»305.

Проведенное реформирование системы судов общей юрисдикции обнаружило в процессуальном законодательстве разночтения в последовательности кассационного обжалования судебных актов.

Кассационные жалобы на вступившие в законную силу решения и определения верховных судов республик, краевых, областных судов, судов городов федерального значения, суда автономной области, судов автономных округов по административным делам, указанным в пп. 7–11 ч. 1 ст. 20 КАС РФ (дела о защите избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации), подаются в Судебную коллегию по административным делам Верховного Суда РФ, минуя кассационные суды общей юрисдикции. Судебные постановления по указанным делам проверяются в кассационном порядке только один раз — в Верховном Суде РФ.

Аналогичный подход предусмотрен и в УПК РФ (п. 2 ч. 1 ст. 401.30). Вступившие в законную силу приговоры областных и равных по компетенции судов обжалуются не в кассационный суд общей юрисдикции, а в Верховный Суд РФ.

Указанные правила противоречат содержанию ст. 23.6 ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации»: «...кассационные суды общей юрисдикции рассматривают дела по кассационным жалобам и представлениям на вступившие в законную силу судебные акты районных судов и мировых судей, судебные акты апелляционных судов общей юрисдикции, верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа».

Очевидно, что в компетенцию кассационных судов входит рассмотрение дел по жалобам на судебные акты новых апелляционных судов.

Объяснить такое законодательное регулирование затруднительно.

Возможно, «пропуск» в указанных случаях первой кассации обусловлен публично-правовым характером дел, требующим скорейшей правовой определенности судебного акта. Но даже эта причина не является основанием игнорировать положения ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации», иерархию нормативных правовых актов.

При этом нельзя не согласиться с В.М. Жуйковым, который полагает, что с учетом уровня судов первой инстанции важности и сложности рассматриваемых ими дел судебные акты по административным, гражданским и уголовным делам, вынесенные областными и равными судами в качестве судов первой инстанции и новыми апелляционными судами, должны обжаловаться сразу в соответствующую судебную коллегию Верховного Суда РФ. Как таковой «необходимости в создании между ними еще одной инстанции в виде кассационного суда нет — это будет только осложнять и затягивать процесс»306.

И в данном случае имеют место все те же недостатки, свидетельствующие в итоге о соответствующем качестве нового законодательного регулирования кассационной деятельности судов общей юрисдикции.

Особенностью российского кассационного суда является не только его «раздвоение», но и неокончательность принимаемых им судебных актов.

Речь идет о предусмотренной процессуальными законами возможности обжаловать определение Судебной коллегии Верховного Суда РФ в надзорном порядке в Президиум Верховного Суда РФ.

Президиум Верховного Суда РФ в отношении рассмотрения жалоб по гражданским, экономическим и администартивным делам практически бездействует: в 2018 г. на его рассмотрение было передано две надзорные жалобы — одна по гражданскому, одна — по административному делу.

При этом отказано в передаче в 148 случаях (по гражданским делам) и 590 случаях (по административным делам), что, напротив, свидетельствует об активности Президиума Верховного Суда РФ.

Оценивая количество обращений в Президиум РФ, надо помнить о том, что объектами надзорной проверки помимо определений судебных коллегий, вынесенных в кассационном порядке, до начала действия ФЗ № 451-ФЗ307 являются:

• вступившие в законную силу решения и определения Верховного Суда РФ, принятые им по первой инстанции, если указанные решения и определения были предметом апелляционного рассмотрения;
• определения Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ;
• вступившие в законную силу решения верховных судов республик, краевых, областных судов, судов городов федерального значения, суда автономной области, судов автономных округов, принятые ими по первой инстанции, если указанные решения были предметом апелляционного рассмотрения в Верховном Суде РФ;
• вступившие в законную силу решения окружных (флотских) военных судов, принятые ими по первой инстанции, если указанные решения были предметом апелляционного рассмотрения в Верховном Суде РФ;
• определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ и определения Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ, вынесенные ими в апелляционном порядке.

* * *

Рассмотрев вопрос о характеристике судов кассационной инстанции в системе судов общей юрисдикции, можно отметить следующее:

 Своеобразие в организации деятельности российского кассационного суда наметилось в пореформенное время российского гражданского судопроизводства (вторая половина ХIХ в.).

Оно было вызвано особенностями территориального, административно-территориального устройства российского государства, количеством обращений в суды вообще и кассационный суд, в частности (например, в 1867 г. в кассационный суд поступило 1088 жалоб, в 1870 — 3115, 1873 — 4479, в 1899 — 9056 жалоб308), особенностями нового (реформированного) гражданского процесса, не допускающего ограничения доступности правосудия по гражданским делам.

 Своеобразие современного правового регулирования кассационной деятельности во многом схоже с прежним, но отличается в деталях, особенно организационного характера.

 Неокончательность судебных актов, принимаемых судебными коллегиями Верховного Суда РФ, противоречит основному назначению кассационного суда — ограждать единство закона и развивать право, рассредоточивает кассационную функцию даже на уровне высшего суда, что приводит к ее дублированию, а стало быть, к снижению значимости, авторитета кассационного суда, свидетельствует о слабости судебной власти, берущей количеством инстанций, а не качеством судебных актов.

 Создание кассационных судов общей юрисдикции (определение количества округов, места пребывания судов, состава судей) проведено без теоретического (научного) обоснования, что, вне всякого сомнения, отрицательно отразится на практике.

Характеристики доступности для граждан кассационного производства, «качественного профессионального наполнения» новых судов309, системности обжалования и проверки судебных актов мало соответствуют пореформенным реалиям.

 Отрицательных последствий реформирования системы судов общей юрисдикции можно было бы избежать (или хотя бы существенно минимизировать), если бы инициаторы реформы обратили внимание на призывы, предупреждения, сигналы, подаваемые учеными и практиками на этапе обсуждения только озвученной310 Председателем Верховного Суда РФ идеи о предполагаемых судебных преобразованиях.

Напомним некоторые из суждений, высказанных в нояб­ре 2016 г. в журнале «Закон»:

профессор А.Т. Боннер (МГЮА имени О.Е. Кутафина): «...предлагаемые В.М. Лебедевым новеллы в чистом виде являются паллиативными. Они призваны, скорее, имитировать бурное развитие судебной реформы, хотя, рассуждая чисто теоретически, способны принести некоторую пользу.

Из чего, на мой взгляд, должна складываться реальная, а не бумажная судебная реформа? Она должна предусмотреть одновременное и энергичное решение ряда разнообразных, но взаимосвязанных проблем, включающее в себя существенные законодательные, организационные, кадровые (подбор, обучение, расстановка кадров, повышение квалификации судей и технических сотрудников, создание нормальных условий для их работы и др.), хозяйственные и иные аспекты…

Доводить до логического завершения реформу 2010 г. нужно. Но спокойно, компетентно, без зигзагов и излишнего ведомственного рвения»;

профессор Е.А. Борисова (МГУ имени М.В. Ломоносова): «…было бы целесообразнее оставить областным и равным по компетенции судам полномочия по кассационной проверке судебных постановлений (первая кассация), а полномочия по апелляционной проверке передать апелляционным окружным судам. Такой подход наилучшим образом обеспечивает право на доступ в суд, доступность правосудия по гражданским делам. Удаленность судов от населения, плохое состояние дорог, проблемы с оказанием транспортных услуг населению, очевидно, создадут препятствия для реализации права на судебную защиту»;

профессор Л.В. Головко (МГУ имени М.В. Ломоносова): «Можно ли сказать, что законодатель, точнее Верховный Суд в роли законодателя, сделал окончательный выбор, невзирая на его очевидные процессуальные издержки (двойная кассация, невозможность разграничить кассацию и надзор, чрезмерная множественность судебных инстанций, далекая от идеалов Судебной реформы 1864 г. и т.п.)? Вряд ли. Инициатива выглядит слишком сырой и ситуативной»;

профессор С.Ф. Афанасьев (СГЮА): «...в ходе практической реализации идеи основания окружных судов нужно обращать первоочередное внимание не на правовые, финансовые или технические трудности, которые неизбежны в подобных ситуациях, а на главное: формирование округов и учреждение надлежащих судов обязано учитывать интересы граждан и организаций, гарантировать им институциональный, процессуальный, территориальный, информационный и иной доступ к правосудию, равно как и гарантировать их право на реальное справедливое судебное разбирательство (его международные и национальные стандарты хорошо известны специалистам) и все, что его сопровождает»;

профессор С.А. Пашин (НИУ ВШЭ): «Организация проверочных инстанций в арбитражных судах, работающих в основном с бумагами, не может служить примером для судопроизводства по обычным гражданским и уголовным делам, где правосудие немыслимо без допроса свидетелей и живого общения со сторонами тяжбы»;

адвокат М.Ш. Пацация: «…возможно, основное, что видится и, соответственно, требует учета, это вероятные сложности, связанные с сохранением доступности проверочных инстанций судов общей юрисдикции для лиц, обращающихся за судебной защитой. Ведь по общему правилу это физические лица, для которых в силу многих причин (экономических, правовых и т.д.) аспект доступности суда должен особо просчитываться, чтобы судебная системa реально была защитником правой стороны»;

адвокат Ю.В. Тай: «…именно от того, насколько качественным и эффективным будет набор судей в новые апелляционные и кассационные суды, зависят на 90% результаты и последствия реформы»;

профессор В.М. Жуйков: «…грамотное воплощение идеи будет зависеть от деталей, в которых, как известно, кроется дьявол. Поэтому нужно, конечно, понимать, сколько округов в конечном счете надо будет создать, какими полномочиями наделить областные суды, окружные суды, Верховный Суд. У последнего тоже чудовищная нагрузка, и тоже надо думать о том, как ее уменьшить.

Было бы полезно создать рабочую группу из ученых и практиков для детальной разработки необходимых законопроектов»311.

3.2. Порядок рассмотрения
кассационной жалобы
в судебном заседании

Кассационная жалоба принятая кассационным судом (по правилам непосредственной, опосредованной, разрешительной, прямой кассации) передается на рассмотрение в судебном заседании этого суда.

Рассмотрение кассационным судом жалобы в судебном заседании с целью проверки законности обжалованного судебного акта — очередной этап кассационного производства, завершающийся вынесением итогового судебного акта.

Подготовка дела по жалобе к рассмотрению в судебном заседании кассационного суда, вне всякого сомнения, происходит. Вместе с тем совершаемые участниками процесса соответствующие процессуальные действия отличаются своеобразием, обусловленным спецификой возбуждения производства.

В опосредованной кассации подготовительные действия имеют место как перед предварительным заседанием, определяющим «судьбу» кассационной жалобы, так и перед судебным заседанием кассационного суда в случае передачи жалобы на его рассмотрение. Рассмотрение жалобы в предварительном заседании учитывается при определении продолжительности рассмотрения дела по жалобе в кассационном суде.

В случаях разрешительной и прямой кассаций подготовка, как правило, направлена на обеспечение правильного и своевременного рассмотрения кассационной жалобы в судебном заседании кассационного суда.

Принимая во внимание специфику кассационного производства, обусловленную его целью, процессуальные действия подготовительного характера сводятся в основном к обмену процессуальными документами и их изучению судом для последующего рассмотрения жалобы.

В связи с этим соответствующие вопросы о подготовительных мероприятиях будут рассмотрены (где это уместно) в ходе изложения материала о рассмотрении кассационной жалобы в судебном заседании.

Итак, проверка законности судебных актов в кассационном порядке происходит с соблюдением основных начал (принципов) гражданского судопроизводства.

В кассационном производстве действие некоторых принципов, например, диспозитивности, состязательности, устности и письменности, гласности, коллегиального рассмотрения дела проявляется с особенностями, обусловленными целью и задачами гражданского судопроизводства, целью и задачами кассации, местом кассационного суда в судебной системе государства, ролью кассационного суда в защите гражданских прав.

• Принцип диспозитивности. Диспозитивное начало гражданского судопроизводства, как было выяснено ранее, на этапе возбуждения кассационного производства имеет ограничения.

Правила опосредованной, разрешительной, прямой кассации ставят волеизъявление стороны в зависимость от действий суда, судьи кассационной инстанции, направленных на приятие решения о возможности и необходимости проверки законности судебного акта в судебном заседании кассационного суда.

Своеобразие принципа диспозитивности на этапе возбуждения производства проявляется, например, в соответствующих нормах немецкого процессуального закона о письменном выражении сторонами согласия на прямую ревизию, о встречной ревизионной жалобе, об обжаловании допуска ревизионной жалобы; французского процессуального закона о возбуждении Генеральным прокурором кассационного производства путем подачи жалобы в интересах закона (так называемая платоническая кассация), о встречной кассационной жалобе312.

На этапе рассмотрения кассационной жалобы в судебном заседании кассационного суда также имеется специфика действия рассматриваемого приницпа.

Пределы рассмотрения дела. Как правило, суды кассационной инстанции осуществляют кассационную проверку законности в пределах, установленных кассационной жалобой, что позволяет в определенной степени обезопасить подателя жалобы от неожиданностей матерально-правового характера.

Например, в Германии суд ревизионной инстанции не вправе ухудшить положение стороны, подавшей жалобу (запрет поворота к худшему — das Verbot der reformatio in peus), и не может присудить то, о чем податель жалобы суд не просил313.

Во Франции действует аналогичное правило: кассация должна благоприятствовать заявителю жалобы и должна быть ограничена пределами доводов, которые служат ее основанием314, «за исключением случаев неделимости и необходимой зависимости» (ст. 624 ГПК Франции).

В российском кассационном производстве рассматриваемое правило закреплено в ст. 286, ч. 2 ст. 291.14 АПК РФ, ст. 379.6, 390.13 ГПК РФ и предусматривает проверку законности судебных актов в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Вместе с тем исключение из этого правила гласит, что независимо от доводов, содержащихся в кассационной жалобе, арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, не нарушены ли арбитражным судом первой и апелляционной инстанций нормы процессуального права, являющиеся безусловным основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции, постановления арбитражного суда апелляционной инстанции (ч. 2 ст.  286 АПК РФ); в интересах законности кассационный суд общей юрисдикции, Судебная коллегия Верховного Суда РФ вправе выйти за пределы доводов кассационных жалобы, представления. При этом суд не вправе проверять законность судебных постановлений в той части, в которой они не обжалуются, а также законность судебных постановлений, которые не обжалуются (ч. 2 ст. 379.6, ч. 2 ст. 390.13 ГПК РФ, ч. 2 ст. 291.14 АПК РФ).

Исключение, предусмотренное для кассационного суда общей юрисдикции и Судебных коллегий Верховного Суда РФ, способствует безграничному кассационному контролю законности обжалованного судебного акта, что ведет к непредсказуемости процессуально-правовых последствий подачи кассационной жалобы и, как следствие, к ограничению права кассационного обжалования, а следовательно, и приницпа диспозитивности.

В отличие от Верховного Суда РФ Гражданский кассационный департамент Правительствующего Сената полагал, что при рассмотрении просьб о кассации он «ограничивается пределами кассационной жалобы, вследствие чего, нарушения закона в жалобе не указанные, не могут быть принимаемы за повод к отмене решения (реш. 1870 года № 941 и друг.)»315.

В теории российского гражданского процесса также считали, что пределы власти кассационного суда в отношении рассмотрения приносимых ему просьб о кассации решения ограничены требованиями сторон. Так как решение, вступившее в законную силу, предполагается правильным, «то основания для отмены его, неприведенные сторонами, не подлежат рассмотрению сената. Исключением из этого правила служат только те существенные недостатки решения, при которых оно не может вступить в законную силу и на которые кассационный суд должен обращать внимание ex officio; такова, наприм., неподсудность по роду дела»316.

В связи с этим закрепленное в АПК РФ диспозитивное право подателя кассационной жалобы определять пределы кассационной проверки обжалованного судебного акта отвечает сложившимся в российской и зарубежной теории и практике гражданского процесса представлениям о пределах рассмотрения дела судом кассационной инстанции.

Пределы изменения доводов и требований сторон. Для целей настоящего исследования представляется важным обратить внимание на то, что не только кассационный суд связан пределами кассационной жалобы, но и сам податель жалобы.

После того, как жалоба была направлена ответчику, произошел обмен процессуальными документами, все материалы, необходимые для рассмотрения жалобы в судебном заседании были переданы кассационному суду, податель жалобы (как и ответчик по жалобе) не вправе вносить в жалобу какие-либо изменения без разрешения суда (см., например, п. 6.3.12 Практических указаний к Правилам Верховного суда Соединенного Королевства, § 509 ГПК Австрии).

Сравниваемой величиной в данном случае является право истца на изменение предмета или основания иска, увеличения или уменьшения размера исковых требований. Данным правом истец свободно распоряжается в суде первой, апелляционной инстанций.

Когда же материально-правовое требование судом разрешено, то стороны вправе не согласиться с результатом судебного разбирательства, подать жалобу на судебный акт, указав в ней соответствующие доводы, подтвержадющие незаконность и необоснованность судебного акта и требования относительно «судьбы» судебного акта. Вот эти доводы и требования не подлежат изменению без разрешения суда.

Такое ограничение оправдывается довольно длительным этапом подготовки процессуальных документов и обмена ими, а в английском гражданском процессе в дополнение к этому еще и обязательным согласованием сторонами всех вопросов, выносимых на рассмотрение Верховного суда и изложенных в жалобе и отзыве на нее.

В данном случае можно согласиться с французскими исследователями, которые считают, что 8-месячный срок, установленный для обмена процессуальными бумагами в связи с кассационным обжалованием, гарантирует, что в судебном заседании Кассационного суда не будет неожиданных поворотов; подготовка к слушанию дела по жалобе настолько высока, что стороны представляют в судебное заседание проект определения Кассационного суда317.

Рассматриваемое правило отсутствует в российской кассации, хотя в практике арбитражных судов вопрос о возможности дополнений доводов кассационной жалобы в судебном заседании рассматривался.

Например, в решении президиума Арбитражного суда Уральского округа о дополнениях к кассационной жалобе отмечено, что АПК РФ не исключает возможность для лица, подавшего кассационную жалобу, изменить, в том числе дополнить, основания, по которым обжалуются судебные акты. При этом подача дополнений к кассационной жалобе по истечении срока, предусмотренного ст. 276 АПК РФ, не влечет возвращение таких дополнений заявителю.

Интересны мотивы данного вывода.

С.В. Лазарев, принимавший участие в подготовке и принятии указанного решения Президиума, считает, что «психология человека такова, что он ищет аргументы, что называется, “до последнего”. Возможность устного выступления участвующих в деле лиц в судебном заседании суда кассационной инстанции предусмотрена не для того, чтобы растолковать то, что они написали в кассационной жалобе и возражениях на нее, а для того, чтобы “донести” до суда свою позицию о законности или незаконности принятых по делу судебных актов. Требование тождества устного выступления с содержанием кассационной жалобы и возражениями на нее означает ненужность такого выступления. Соответственно, полагаем, что возможность подачи дополнений к кассационной жалобе утрачивается с удалением суда в совещательную комнату»318.

Очевидно, что такой подход принципиально отличается от рассмотренного ранее правила и допускает ту самую возможность неожиданных заявлений (пусть и оформленных письменно), которая заведомо обусловлена низким уровнем подготовки стороной своей правовой позиции (зачем всё писать в жалобе, ведь суд ждет (что, как выясним далее, навряд ли) правовой импровизации) и приводит к затягиванию рассмотрения дела по кассационной жалобе. Это — ошибочный путь.

Далее в решении Президиума Арбитражного суда Уральского округа указываются последствия принятия новых или дополнительных доводов, свидетельствующих о незаконности судебного акта: «…копии дополнений к кассационной жалобе в силу ч. 3 ст. 277 АПК РФ должны быть направлены лицом, подавшим жалобу, либо вручены под расписку иным лицам, участвующим в деле, до рассмотрения кассационной жалобы с учетом времени, необходимого для изучения и подготовки отзыва на кассационную жалобу (ст. 279 АПК РФ).

При отсутствии доказательств уведомления лиц, участвующих в деле, о дополнениях к кассационной жалобе суд вправе объявить перерыв (ст. 163 АПК РФ) или отложить судебное заседание (ст. 158 АПК РФ) с учетом мнения указанных лиц в целях ознакомления с дополнениями и подготовки ими возражений.

Дополнения к жалобе могут быть возвращены кассационным судом заявителю, если будет установлено, что подача таких дополнений явно направлена на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению жалобы и принятию законного и обоснованного судебного акта.

В случае отмены судебных актов на основании доводов, изложенных в дополнениях к кассационной жалобе, поступивших в ходе судебного заседания либо незадолго до него, на заявителя кассационной жалобы могут быть возложены судебные расходы применительно к ч. 2 ст. 111 АПК РФ»319.

Новые доводы, изложенные в ходе судебного заседания в кассационном суде, принимает и рассматривает президиум Суда по интеллектуальным правам.

В судебных актах он обращал внимание на то, что «заявление довода о неправомерном отказе суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, отсутствующего в тексте кассационной жалобы, за пределами срока подачи кассационной жалобы непосредственно в судебном заседании суда кассационной инстанции (без сообщения их заблаговременно иным лицам, участвующим в деле) может рассматриваться как злоупотребление процессуальными правами, недопустимость которого установлена ч. 2 ст. 41 АПК РФ» (Постановление президиума Суда по интеллектуальным правам от 29 ноября 2018 г. по делу № СИП-79/2018)320.

«Систематическое представление лицом дополнений к кассационной жалобе (несвоевременное раскрытие полных доводов кассационной жалобы), приводящее к затягиванию судебного процесса в связи с их ненаправлением иным лицам, участвующим в деле, свидетельствует о злоупотреблении процессуальными правами. При этом указанные дополнения подлежат принятию судом кассационной инстанции, поскольку в отношении аналогичной ситуации, возникающей при рассмотрении апелляционных жалоб судами общей юрисдикции, в п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 № 13 “О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции” отмечено, что исходя из необходимости соблюдения гарантированного п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 права заявителя на справедливое судебное разбирательство суд апелляционной инстанции не может отказать в принятии дополнений к апелляционным жалобе, представлению, содержащих новые доводы (суждения) по поводу требований, изложенных в апелляционных жалобе, представлении, а также дополнений к апелляционным жалобе, представлению, содержащих требования, отличные от требований, ранее изложенных в апелляционных жалобе, представлении (например, обжалуется ранее не обжалованная часть судебного постановления)» (Постановление президиума Суда по интеллектуальным правам от 22 февраля 2018 г. по делу № СИП-85/2016)321.

Ошибка в изложенных позициях, как представляется, заключается в том, что за основу берется аналогичная ситуация, возникающая в суде апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции (до начала действия ФЗ № 451-ФЗ) — последняя реальная судебная инстанция (и в содержательном, и организационном смыслах) для большинства граждан — участников гражданского процесса. Причиной тому — установленные ГПК РФ правила о повторном рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, об «опосредованной (а реально — “выборочной”) кассации», а также расположение внутри одного и того же суда судов апелляционной и кассационной инстанций, ведение гражданами дела в суде либо лично, либо через представителей, но не профессиональных юристов.

Возможность представления и последующего принятия дополнений к апелляционной жалобе, в том числе и содержащих ранее незаявленные требования (например, обжалуется не обжалованная часть судебного постановления) оправданна с точки зрения воззрений о справедливом судебном разбирательстве и полной апелляции.

Вместе с тем данные разъяснения не могут одинаково применяться в кассационном производстве, где проверяется законность вступившего в законную силу судебного акта, где рассматривается лишь та жалоба, которая заслуживает третьего судебного рассмотрения, где участвуют юристы-профессионалы, поскольку решаются вопросы правоприменения, правотолкования.

Применять по аналогии указанные разъяснения Верховного Суда РФ, значит, не различать специфики кассационного и апелляционного производств, дублировать кассационные и апелляционные судебные полномочия, множить жалобы в вышестоящие судебные инстанции.

Распорядительные права сторон. В кассационном производстве допускается заключение мирового соглашения, признание ответчиком иска.

Не исключено право стороны отказаться от жалобы, но такой отказ влечет определенные правовые последствия, например, обязанность стороны нести расходы, возникшие в результате обжалования, и в особенности расходы другой стороны; запрет повторного кассационного обжалования того же судебного акта.

При довольно сложном порядке возбуждения кассационного производства, длительного (во многих зарубежных правопорядках) подготовительного этапа составления аргументированных жалобы и отзыва на нее отказ подателя жалобы от жалобы — явление маловероятное, но в сооответствии с диспозитивным началом — возможное.

Несогласие стороны с судебным актом кассационного суда в зарубежном гражданском процессе, как правило, не влечет возникновения новых процессуальных правоотношений проверочного характера. Судебный акт кассационного суда не подлежит обжалованию. Данным правилом обеспечивается верховенство кассационного суда в судебной системе, гарантируется стабильность его практики. При этом изменение практики кассационного суда возможно, но не в результате обжалования его судебных актов лицами, участвующими в деле.

Распоряжение сторон диспозитивными правами имеет отличия в российском гражданском судопроизводстве. Например, в арбитражном процессе отказ от иска возможен только до принятия судебного акта по существу, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой или апелляционной инстанции (ч. 2 ст. 49 АПК РФ).

Такое ограничение в ГПК РФ отсутствует, что позволяет истцу реализовать данное право и в суде кассационной инстанции.

В кассационном производстве речь может идти не об отказе от иска (он разрешен судом, решение вступило в законную силу и оснований для его отмены нет), а об отказе от исполнения судебного решения.

В отличие от зарубежного кассационного производства определение суда кассационной инстанции может быть обжаловано в предусмотренном законом процессуальном порядке. Лицо, не согласившееся с результатом рассмотрения кассационной жалобы, вправе подать (в зависимости от суда кассационной инстанции, рассмотревшиего жалобу в судебном заседании) кассационную или надзорную жалобу.

Неокончательность судебного разбирательства меняет исторически сложившееся назначение кассационного суда, превращая его в одну из судебных инстанций, которые надо пройти в целях обращения в Президиум Верховного Суда РФ.

• Принцип состязательности. Особенность проявления принципа состязательности322 может заключаться в ограничении (организационного и (или) содержательного характера) состязания сторон в суде кассационной инстанции, а также в своеобразии его действия в кассационном производстве.

Запрет на факты и доказательства. Своеобразие состязания в кассационном производстве проявляется в первую очередь в том, что суд кассационной инстанции не исследует вопросы факта, а только проверяет правильность применения правовых норм к установленным судом обстоятельствам дела.

В связи с этим стороны не вправе в подтверждение своей правовой позиции относительно законности судебного акта ссылаться, например, на обстоятельства, не исследованные судом первой, апелляционной инстанций, на недоказанность тех или иных обстоятельств, имеющих значение для дела, давать иную оценку установленных судом обстоятельств дела, представлять соответствующие доказательства.

Иными словами, стороны в кассационной жалобе, в отзыве на жалобу, в устных объяснениях в судебном заседании суда кассационной инстанции не вправе ссылаться на доводы, направленные на переоценку доказательств, переоценку установленных судом обстоятельств по делу.

В свою очередь, суд кассационной инстанции не вправе дать иную оценку доказательств (переоценку доказательств) или иную оценку обстоятельств (переоценку обстоятельств), чем суд, разрешивший дело323.

Было бы уместно определить, что под переоценкой доказательств следует понимать иной (нередко противоположный или новый) вывод о содержании информации, содержащейся в конкретных доказательствах, или об их относимости, допустимости, законности получения, достоверности, достаточности и о взаимной связи доказательств в их совокупности.

Под переоценкой обстоятельств, имеющих значение для дела, следует понимать иной (новый) вывод, противоположный по значимости этих обстоятельств для дела, сделанный судом кассационной инстанции, что приводит к иному решению о правах и обязанностях сторон и, следовательно, к иному решению дела по существу.

Суд кассационной инстанции должен отклонять доводы сторон, направленные на переоценку доказательств по делу и обстоятельств дела, поскольку это не отвечает цели его проверочной деятельности.

Конституционным Судом РФ в Определении от 17 февраля 2015 г. № 274-О была выражена правовая позиция согласно которой, «статьи 286–288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями АПК РФ, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо»324.

Вместе с тем арбитражные суды кассационной инстанции продолжают самостоятельно устанавливать обстоятельства дела.

Так, 22 января 2019 г. Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ отменила постановление Президиума Суда по интеллектуальным правам от 15 августа 2018 г. как принятое с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела: Президиум Суда по интеллектуальным правам дал иную оценку имеющимся в деле доказательствам, счел доказанными обстоятельства, которые были отвергнуты судом первой инстанции, пересмотрев обстоятельства дела325.

Организация словесного состязания в судебном заседании. Устав гражданского судопроизводства 1864 г. не допускал состязания сторон в кассационном суде. Из точного содержания ст. 804 УГС следовало, что стороны при рассмотрении дела в Сенате не могут давать словесных объяснений по делу.

Мотивы для такого законодательного регулирования следующие:

1) если Сенат, не имея права касаться существа дела и прав сторон, рассматривает только, правильно ли применены законы, соблюдены ли формы и обряды, то и стороны в этих случаях не должны быть допускаемы к неуместному с их стороны толкованию смысла законов;

2) Правительствующий Сенат рассматривает дело в одних высших государственных интересах охранения законов, и потому нет надобности допускать в Сенате состязания, которые уже проходили в судебных инстанциях при рассмотрении дела по существу. По самому свойству предмета, обсуждаемого Правительствующим Сенатом в порядке кассации, состязанию сторон не должно быть места;

3) если бы судебная практика потребовала допущения словесного состязания в кассационном производстве, то установление такого правила в Уставе не представляло бы трудностей: «…напротив, если подобное правило постановить ныне же, когда необходимость его ничем не вызывается, а опасение вредных его последствий слишком очевидно, о впоследствии отмена его был бы в высшей степени затруднительна и даже невозможна, ибо подобное постановление сочтено было бы лишением раз дарованного права и поколебало бы веру в прочность нового образования.

По сим причинам не усмотрено повода к постановлению в настоящее время в уставе судопроизводства правила о состязании сторон при рассмотрении дел в Правительствующем Сенате в порядке кассации, и признано, что подобное правило было бы несогласно с самым существенным основание судебной реформы о рассмотрении дела только в двух судебных инстанциях и об учреждении Правительствующего Сената только для высшего надзора за правильностью применения законов в судебных решениях»326.

К.И. Малышев объяснял ограничение словесного состязания необходимостью охраны равенства сторон в кассационном производстве, особенно в случае явки одной стороны в судебное заседание кассационного суда, предупреждения случайностей и сюрпризов в производстве, нападений внезапных и неожиданных, обдуманных одной стороной, от которых другая сторона в данную минуту могла бы растеряться и не найти необходимого ответа327.

Е.А. Нефедьев полагал, что ограничение устных объяснений сторон в кассационном производстве предпринято в законе для того, чтобы «воспользоваться удобствами, которые представляют письменные объяснения сторон, как наиболее верный способ разъяснить запутанные обстоятельства дела»328.

В результате, хотя стороны не извещались о судебном заседании в кассационном суде, но явиться в суд они могли, как и могли, явившись, давать объяснения по делу329. При этом явка сторон считалась пустой формальностью, а на устные объяснения сторон суд мало обращал внимания. В связи с этим, а также с учетом места пребывания кассационного суда стороны, как правило, являлись в Сенат редко, а ясли и являлись, то редко заявляли что-нибудь важное330.

К.И. Малышев, К.Н. Анненков, Н.А. Буцковский, комментируя сенатскую практику, поддерживали ее и считали возможным допустить устное состязание сторон в кассационном суде. Условиями такого допуска предлагали считать: а) явку обеих сторон в судебное заседание; б) дачу словесных объяснений только относительно заявленных в жалобе кассационных поводов, которые стороны вправе подкреплять, опровергать новыми соображениями, подробнее и точнее развивая изложенное в жалобе и возражениях относительно жалобы331.

В проекте новой редакции Устава гражданского судопроизводства предполагалось поместить «категорическое указание на возможность подобного состязания, определив вместе с тем и момент такового»332.

В настоящее время в большинстве зарубежных правопорядков стороны вправе участвовать в словесном состязании в кассационном суде. Как правило, дать объяснения по делу они могут (при необходимости) после выступления адвокатов — представителей сторон.

Иначе рассматриваемый вопрос решен в австрийском гражданском процессе. Ревизионный суд может рассмотреть вопрос об устном выступлении сторон в судебном заседании на основании соответствующего ходатайства, заявленного в ревизионной жалобе, а также допустить состязание сторон по собственной инициативе, если признает это необходимым для принятия решения по жалобе. Если соответствующее ходатайство отсутствует, суд не считает необходимым участие сторон по делу, то судебное заседание ревизионного суда будет проходить в отсутствие сторон, а жалоба рассматриваться на основании имеющихся у суда материалов дела.

Если в ревизионном производстве для проверки оснований ревизионной жалобы у ревизионного суда возникнет необходимость получения и исследования доказательств по делу, то такое действие будет совершено посредством направления судебного поручения в соответствующий суд, который по исполнении поручения, направит соответствующие документы в ревизионный суд. К процедуре получения и исследования доказательств также могут быть привлечены и стороны (§ 509 ГПК Австрии).

В российском гражданском судопроизводстве стороны, если они явились в судебное заседание кассационного суда, вправе состязаться, давая объяснения по делу (ч. 7 ст. 379.5, ч. 6 ст. 396.12 ГПК РФ, ст. 283, ч. 6 ст. 291.12 АПК РФ). Вместе с тем неявка в судебное заседание суда кассационной инстанции лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

Принимая во внимание количество кассационных судов общей юрисдикции, их место постоянного пребывания, вопрос о беспрепятственной реализации права на устные объяснения остается открытым.

В арбитражных судах кассационной инстанции в связи с высокой судебной нагрузкой объяснения сторон и третьих лиц не всегда отвечают их представлениям об устном разбирательстве.

Обратившись к информации, размещенной на официальных сайтах арбитражных судов округов, можно найти подтверждение изложенному.

По итогам работы Арбитражного суда Московского округа за 2018 г. средняя нагрузка на судей Арбитражного суда Московского округа в отчетном периоде увеличилась и составила 64 рассмотренных дела в месяц (в 2017 г. — 58,8 дел), что в 3,5 раз превышает аналогичный показатель ряда арбитражных судов округов333.

Если взглянуть на расписание заседаний этого суда в первые дни августа 2019 г., то можно составить представление и о судебной нагрузке, и о возможности лиц, участвующих в деле, выступить в судебном заседании с запланированной речью.

Например, 1 августа было назначено 180 судебных заседаний, 5 августа — 135, 6 августа — 167, 7 августа — 116, 8 августа — 166 судебных заседаний. В двух судебных коллегиях суда трудятся 49 судей334. С учетом коллегиального рассмотрения дел получается, что в названные даты было назначено соответственно 11, 8, 10, 7, 10 дел. В среднем одно дело по кассационной жалобе рассматривается 30 (плюс–минус) минут. Сколько времени есть у лиц, участвующих в деле, на устные объяснения? При таком темпе судебного заседания, очевидно, немного.

Для сравнения:

• в Арбитражном суде Северо-Западного округа в 2018 г. нагрузка на судью в АС СЗО составила 30,8 дела в месяц (нагрузка на судью в месяц рассчитана с учетом количества рассмотренных дел и заявлений об обеспечении иска, присуждении компенсации, по вновь открывшимся обстоятельствам, «возвраты по кассационным жалобам»)335;
• в Арбитражном суде Западно-Сибирского округа нагрузка на одного судью гражданской коллегии составила 26 дел в месяц, административной коллегии — 21 дело в месяц, средняя нагрузка   на одного судью — 23 дела336;
• в Арбитражном суде Волго-Вятского округа среднестатистическая нагрузка на судью, когда он председательствовал в процессе при рассмотрении кассационных жалоб, заявлений о присуждении компенсации, заявлений о пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, заявлений о применении обеспечительных мер, определений о возвращении жалоб в 2018 г. составила 25,3 дела337;
• в Арбитражном суде Дальневосточного округа в 2018 г. судебная нагрузка по суду в целом составила в среднем 21,2 дел и заявлений в месяц338.

В данном случае у сторон и третьих лиц больше возможностей для реализации своего права давать объяснения суду в устной форме.

Ограничение словесного состязания. Заслуживает внимания правило, применяемое в кассационном производстве в зарубежных правопорядках: что не изложено в процессуальных документах по делу и не указано в кассационной жалобе и отзыве на нее, не должно обсуждаться в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В немецком ревизионном производстве (§ 557, 559 ГПК Германии) это правило дополняется следующим указанием: рассмотрению ревизионного суда подлежат только те доводы стороны, которые указаны в апелляционном решении или протоколе заседания апелляционного суда. Могут учитываться факты, свидетельствующие о нарушении процессуального закона.

В этом случае различие в объеме проверки законности судебного акта обусловлено видом апелляции, что еще раз акцентирует внимание на взаимосвязанности и взаимообусловленности проверочных производств в гражданском судопроизводстве, необходимости четкой законодательной регламентации апелляционного (в зависимости от вида апелляции) и кассационного порядков проверки судебных актов.

Рассматриваемое правило ограничивает стороны в изложении в судебном заседании суда кассационной инстанции своих доводов относительно законности судебного акта, что, как было рассмотрено применительно к действию диспозитивного начала (по верному указанию В.В. Молчанова, «по признаку распоряжения процессуальными правами невозможно разграничить сферы действия принципов диспозитивности и состязательности»339), позволяет минимизировать «риски», вызванные неожиданными для суда и сторон заявлениями, объяснениями.

Отзыв на кассационную жалобу. Важно рассмотреть действие принципа состязательности в кассационном производстве в Верховном Суде РФ (вторая кассация). Ограничение состязательного начала проявляется еще на этапе возбуждения кассационного производства.

В отличие от зарубежных правопорядков, предусматривающих после принятия кассационной жалобы направление ее копии противоположной стороне, в российском кассационном производстве в Верховном Суде РФ такая обязанность суда кассационной инстанции возникает только в случае передачи жалобы на рассмотрение в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В законе (АПК РФ, ГПК РФ) отсутствует указание на то, что отзыв на кассационную жалобу, возражения относительно кассационной жалобы принимаются судом, что суд кассационной инстанции проверяет законность обжалованных в кассационном порядке судебных актов с учетом доводов, изложенных в возражениях относительно кассационной жалобы (ч. 1 ст. 391.13 ГПК РФ, ч. 2 ст. 291.14 АПК).

Такое законодательное регулирование не может объясняться особенностями проявления состязательного начала гражданского судопроизводства в стадии кассационной проверки судебных актов.

Такое законодательное регулирование следует рассматривать как ограничение принципов состязательности и равноправия сторон.

Аналогичная ситуация имеет место и в новом законодательном регламенте первой кассации в гражданском процессе (ст. 379.6 ГПК РФ).

Иной подход наблюдается в производстве в арбитражном суде кассационной инстанции в первой кассации.

Закон четко определяет, что «арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом» (ст. 286 АПК РФ).

Очевидно, что состязательность в гражданском судопроизводстве вообще и в кассационном производстве, в частности, обеспечивается среди прочего и предоставлением права сторонам доказывать обоснованность как своих требований, так и возражений, приводить доводы в подтверждение правильности своей правовой позиции. С учетом этого состязания суд кассационной инстанции и выносит итоговый судебный акт.

Судебная практика, как представляется, следует общим положениям АПК РФ, ГПК РФ о состязательности и равноправии сторон, но нельзя исключать и иного (несостязательного и неравного) подхода к кассационной проверке законности судебных актов, в силу выявленных процессуальных «особенностей» законодательного регулирования.

Состязание с участием представителей — юристов. Гарантией реализации действия принципа состязательности в кассационном производстве является предписание закона об участии в суде кассационной инстанции в качестве представителя по делу только адвокатов и иных оказывающих юридическую помощь лиц, имеющих высшее юридическое образование либо ученую степень по юридической специальности (ч. 2 ст. 59 АПК РФ, ч. 2 ст. 49 ГПК РФ).

И в данном случае важен и заслуживает внимания для будущего реформирования российского процессуального закона зарубежный опыт законодательного регулирования участия профессионального юриста в проверочных производствах.

Например, согласно предписаниям французского ГПК (ст. 974–982, 983–995) правила кассационного обжалования, производства в суде кассационной инстанции отличаются в случаях, когда участие в кассационном суде представителя — адвоката обязательно (процедура с обязательным представительством) и когда возможно участие в кассационном производстве без такого представителя (процедура без обязательного представительства)340.

• Принцип устности и письменности. Как и в иных стадиях процесса, в стадии кассационной проверки судебных актов процессуальные действия участников процесса совершаются в устной и письменной формах.

Возбуждение кассационного производства происходит только на основании письменной кассационной жалобы. Отзыв на жалобу также должен быть письменным. В письменную форму облекается и судебный акт кассационного суда. Как правило, само кассационное производство (в силу специфики его цели) характеризуется письменным, но законом предусмотрены и правила совершения процессуальных действий в устной форме.

Практически во всех процессуальных законах установлены правила доклада дела судьей-докладчиком в судебном заседании кассационного суда, выступления представителя прокуратуры с заключением по делу, выступления адвокатов (представителей сторон) с правовой позицией по делу, предусмотрена последовательность устных выступлений данных участников процесса.

Например, К.В. Балакин со ссылкой на Ж. Боре, Ж. Куше отмечает, что во французском кассационном суде выступление адвокатов после доклада судьи возможно, если об этом последует соответствующая просьба. «По сложившейся практике речи адвокатов судом не прерываются, не превышают получаса, диалог между адвокатами и судом не ведется. С разрешения председателя могут быть также выслушаны стороны ... прения — достаточно редкое явление в Кассационном суде»341.

Действие принципа устности и письменности ярко проявляется в производстве по жалобе в Верховном Суде Соединенного Королевства.

Письменное начало. В соответствии с предписаниями Правил Верховного Суда 2009 г. и Практическими указаниями сторонам надлежит представить суду не позднее установленного Правилами срока пакет документов, соответствующим образом сформированных в тома, предписанного объема, формата, в соответствующей обложке, с определенным количеством копий и т.д.

Для иллюстрации приведем п. 6.4.3 Практических указаний:

• в дополнение к уже поданным документам заявитель должен представить 10 экземпляров пакетов документов (томов). Каждый основной экземпляр пакета документов (том) должен содержать в следующем порядке:
• форму 1-копия уведомления об апелляции (форма 1 (апелляция)) или повторно запечатанное заявление о разрешении на апелляцию (форма 1 (ЗБТ));
• уведомление о перекрестной апелляции (если таковая имеется) и о любом признании, уведомлении о возражении, поданном ответчиком;
• любое постановление Верховного Суда, дающее разрешение на обжалование, и любое постановление, касающееся расходов на обжалование или сроков подачи апелляции;
• изложение фактов и вопросов;
• дела (материалы дела), подготовленные апеллянтом и ответчиком по апелляции, с перекрестными ссылками (в сноске или в тексте) на приложения и правовые акты (п. 6.3.1 Практических указаний предписывает, что объем дел не должен (без разрешения суда) превышать 50 страниц формата А4, и в большинстве случаев будет достаточным объем менее 50 страниц с обязательным учетом требований о размере шрифта и межстрочном интервал и т.д.);
• приложение и
• опись, прилагаемая к томам с текстами нормативных актов, судебных прецедентов и авторитетных научных мнений. Содержание каждого из этих томов согласуется между представителями сторон; в состав тома включаются те тексты, на которые будут ссылки во время судебного заседания. Эти тексты должны быть (если это возможно) разделены на категории: внутренние акты, акты Европейского Суда по правам человека, зарубежные акты и научные публикации. Тексты актов должны быть поданы и в электронном виде. Тексты актов одной категории располагаются в алфавитном порядке. Стороны могут договориться, что иной формат изложения будет более удобным для суда342.

Практические указания п. 6.4.4 гласят, что экземпляры пакета документов (тома) должны быть скреплены, предпочтительно сброшюрованы, в папки с синими (или для уголовных апелляций — красными) обложками документов;

• должны включать вкладки для каждого из документов, предпочтительно с названием документа на вкладке;
• на обложке должен быть список содержания тома, имена и адреса адвокатов всех сторон;
• должен быть указан (например, этикеткой, прикрепленной к пластиковому корешку) номер тома (арабскими цифрами) и краткое название апелляции343.

Устное начало. Особенность судебного заседания состоит в том, что рассмотрение жалобы открывается речью адвоката стороны, подавшей жалобу. В речи адвокат сообщает об основаниях, повлекших подачу жалобы в высшую судебную инстанцию государства. После этого слово берет представитель (адвокат) ответчика по жалобе.

В соответствии с п. 6.6.5 Практических указаний от имени стороны заслушивается не более двух адвокатов. По завершению изложения своих позиций стороны вправе давать комментарии, объяснения относительно услышанного, задавать вопросы.

Судьи судебной коллегии задают вопросы в любое время.

Дело по жалобе может слушаться два–три дня.

После завершения рассмотрения дела по жалобе судебная коллегия откладывает судебное разбирательство для обсуждения и принятия решения. Для этого каждый из судей судебной коллегии (как правило, в составе пяти судей) изучает все документы по жалобе и выступает с речью по рассматриваемому делу. Затем речи всех судей распечатываются и вносятся как составные части доклада судебной коллегии; стороны извещаются о дате вынесения решения344.

В итоге тщательная письменная подготовка сторонами устного разбирательства дела по жалобе в Верховном Суде гарантирует, что позиции сторон определены, доводы изложены, ничего неожиданного в судебном заседании сторонами сказано не будет, у суда есть все необходимое для вынесения судебного акта (а это в английском гражданском процессе — завершающий этап345 кассационного производства).

В российской кассации отсутствует такое детальное регулирование совершения процессуальных действий в письменной и устной формах.

Более того, можно утверждать о наличии в гражданском процессе затруднений в действии рассматриваемого принципа. Прежде всего они связаны с проблемами доступности профессионального представительства, сложностью процессуальной формы, удаленностью от населения кассационных судов общей юрисдикции, незнания материалов дела двумя судьями из трех рассматривающих кассационную жалобу в судебном заседании, большого числа назначенных для рассмотрения в один день дел и, как следствие, ускорение темпа судебного заседания.

Протокол судебного заседания. Рассматривая действие в кассационном производстве принципа устности и письменности гражданского судопроизводства необходимо обратить внимание на правило о ведении протокола судебного заседания346.

Исторически сложилось, что в кассационном суде, суде высшей (последней) инстанции, проверяющем законность судебных актов преимущественно в интересах общества и государства, протокол судебного заседания не ведется.

Так, в 1905 г. отделением Гражданского Кассационного Департамента Правительствующего Сената была вынесена резолюция, в которой указывалось, что «ведение протокола заседания Гражданского Кассационного департамента или его отделения — ни в коем случае не может быть признано обязательным. Хотя Правительствующий Сенат и допускает — в виду общего правила, изложенного в ст. 13 ст. уст. Гр. Суд., — явившиеся в заседание стороны к предъявлению словесных объяснений, но об этом отмечается лишь в общем журнале заседания, без внесения в него самого содержания сих словесных объяснений. Посему ходатайство стороны или ее поверенного о внесении в протокол тех или иных событий, имевших место во время публичного заседания Правит. Сената, не может подлежать удовлетворению, как несовместимое с установленным порядком кассационного разбирательства» (Отделенская резолюция 23 марта 1905 г. по делу графини Сухтелен № 1366–1904)347.

Современное процессуально-правовое регулирование кассационной деятельности также не предусматривает ведения протокола судебного заседания.

Это объяснимо: протокол имеет доказательственное значение. Кассационная инстанция — последняя судебная инстанция. Кассационное производство — преимущественно письменное. Все процессуальные документы, исходящие из кассационного суда, находятся в материалах дела. Проверенный в кассации судебный акт стал «окончательно окончательным». Необходимость в фиксации процессуальных действий, совершаемых в суде кассационной инстанции, вроде бы не усматривается.

Вероятно, что это и так. Но даже и в этом случае предоставить возможность (право) лицам, участвующим в деле, ходатайствовать о ведении протокола (тем более, в настоящее время везде ведется аудиопротоколирование) в судебном заседании кассационного суда не будет нарушением представлений о кассационном производстве и кассационном суде.

Напротив, предоставление такой возможности укрепит значение кассационного суда как высшего судебного органа в государстве.

Примером такого решения может вновь служить английский гражданский процесс.

Правила Верховного Суда и Практические указания к ним предусматривают, если сторона желает, чтобы в судебном заседании присутствовал стенографист или чтобы была получена полная стенограмма слушания, то необходимо уведомить об этом секретаря суда не менее чем за семь дней до судебного слушания. Любые расходы по стенографированию или расшифровке аудиозаписи судебного заседания возмещаются стороной, обращающейся с такой просьбой (п. 6.6.6 Практических указаний).

В российском гражданском судопроизводстве — два кассационных производства, которые можно исчерпать последовательно.

Арбитражный суд кассационной инстанции, как признано в теории348 и практике349 арбитражного процесса, осуществляет частичный контроль обоснованности судебных актов.

Кассационный суд общей юрисдикции, «унаследовавший» в общих чертах регламент кассационного производства АПК, также не будет лишен возможности проверить правильность и полноту установленных судами фактических обстоятельств дела (ч. 1 ст. 379.7 ГПК РФ).

Судебный акт кассационного суда может быть обжалован в судебную коллегию Верховного Суда РФ.

В связи с этим вывод о желательности ведения протокола судебного заседания не является неожиданным.

Вопросы о законном составе суда (были случаи, когда в коллегиальном составе суда была женщина, а в судебном акте кассационного суда указаны только мужские фамилии), об участии лица в судебном заседании, о заявлении отвода суду, о ходатайствах участвовать в судебном заседании с переводчиком, о приобщении к материалам дела процессуальных документов и др. и их разрешение судом кассационной инстанции — важны для характеристики судебного заседания суда кассационной инстанции и его результата, а потому требуют фиксации.

Принимая во внимание повсеместное введение в федеральных судах (в судах проверочных инстанций — точно) систем аудиопротоколирования, закрепление права лиц, участвующих в деле, ходатайствовать о ведении аудиопротокола в судебном заседании суда кассационной инстанции положительно отразится на правах и обязанностях (а также их осуществлении и исполнении) участников процесса.

В необходимых для лиц, участвующих в деле, случаях можно ходатайствовать о расшифровке аудиозаписи и изготовлении соответствующего процессуального документа, который будет служить доказательством совершения процессуального действия участником процесса в ходе кассационной проверки законности судебных актов.

Для cудебных коллегий Верховного Суда РФ ведение аудиопротокола судебного заседания кассационного суда также не будет лишним. Определения Судебных коллегий могут быть обжалованы и проверены в надзорном порядке.

Протоколирование судебного заседания суда кассационной инстанции важно и в связи с особенностями законодательного регулирования производства по пересмотру по вновь открывшимся или новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных актов.

• Принцип единоличного и коллегиального рассмотрения дела действует в кассационном производстве своеобразно.

Как правило, единоличное рассмотрение характерно для опосредованной и разрешительной кассаций, где вопрос о передаче кассационной жалобы на рассмотрение суда кассационной инстанции, о выдаче разрешения на обжалование в кассационном порядке судебного акта может решаться (в установленных законом случаях) в единоличном порядке.

Например, в Швейцарии в соответствии с положениями ст. 108 Закона о Федеральном суде от 17 июня 2005 г. Председатель коллегии (палаты) принимает в упрощенном порядке постановление об отказе в рассмотрении по существу: по явно неприемлемым жалобам; по жалобам, мотивы которых недостаточны; по жалобам, имеющим процедурный характер или характер злоупотребления правом. Председатель коллегии (палаты) может поручить эту задачу другому судье350.

В отношении этапа рассмотрения кассационной жалобы в судебном заседании суда кассационной инстанции, как правило, действует коллегиальное начало гражданского судопроизводства: рассмотрение жалобы осуществляется профессиональным составом (не менее трех) судей.

В австрийском гражданском процессе помимо участия профессиональных судей законом предусмотрено также участие «народных заседателей» — непрофессиональных судей.

Такой состав ревизионного суда может быть образован только для рассмотрения трудовых и социальных споров. Например, ревизионную жалобу на решение апелляционного суда г. Вены по делу о социальном обеспечении (по вопросу о пенсии по инвалидности) Верховный суд Австрии рассматривал в ревизионном порядке в составе трех судей Верховного суда и двух заседателей (один — из числа работодателей, другой из числа работников)351.

Количественная составляющая коллегиального рассмотрения дела профессиональным составом судей зависит от рассматриваемого кассационным судом правового вопроса.

В российском гражданском процессе до 1917 г., если при рассмотрении дела по кассационной жалобе требовалось простое применение существующих норм права и кассационных разъяснений Сената, рассмотрение дела по жалобе осуществлялось Отделением Департамента в составе трех сенаторов. Если же требовалось новое истолкование смысла закона, то такие дела рассматривались присутствием Департамента в составе не менее семи сенаторов352.

В современном австрийском ревизионном производстве ревизионные жалобы, требующие решения важных для правоприменения вопросов, рассматриваются, как правило, в составе пяти членов сената.

В случаях, когда Верховный суд Австрии при разрешении имеющего принципиальное значение правового вопроса изменяет единую до этого момента судебную практику, решение принимается расширенным сенатом в составе 11 судей. При разрешении менее важных дел сенат состоит только из трех судей353.

Во Франции дело по кассационной жалобе может быть передано на рассмотрение так называемой смешанной палаты354 (chambre mixte), составленной из судей, как минимум, трех палат Кассационного суда. Это происходит в случаях, когда затрагиваются смежные вопросы, имеющие значение сразу для нескольких правовых отраслей или когда поставленный вопрос получил различное решение в разных палатах Кассационного суда.

«Наиболее сложные, принципиальные и повторные в кассации дела рассматриваются пленарной ассамблеей (assemblée plénière), включающей по три представителя от каждой из шести палат Кассационного суда и возглавляемой первым президентом суда»355.

В Верховном суде Соединенного Королевства жалоба рассматривается коллегией, состоящей не менее чем из трех судей. Как правило, количество судей по апелляции составляет пять человек.

По некоторым важным гражданским делам коллегия судебных лордов может состоять из семи и даже девяти судей. «Случаи, когда девять судей принимают участие в рассмотрении апелляционной жалобы, являются беспрецедентными»356.

В итальянском гражданском процессе состав Кассационного суда также зависит от сложности, важности и новизны рассматриваемого судом вопроса.

Как правило, состав секции по гражданским делам объединяет пять судей, рассматривающих жалобу (простая секция).

Вопросы юрисдикции рассматриваются объединенным составом из девяти судей (объединенная секция), но тот же вопрос может быть передан на рассмотрение секции из пяти судей, если по нему уже сформулирована правовая позиция объединенного состава (ст. 374 (1) ГПК Италии).

В соответствии с предписаниями ст. 374 (3) ГПК Италии простая секция обязана передать дело на рассмотрение объединенной секции, если судебный состав простой секции пришел к выводу о неприменимости ранее сформулированных правовых позиций объединенной секции по другому делу.

На рассмотрение объединенной секции Кассационного суда передаются дела, если обнаруживается противоречие в толковании права, данного судебными составами простой секции Кассационного суда.

Особо важные для развития права вопросы также рассматриваются объединенной секцией Кассационного суда Италии.

В российском гражданском, арбитражном процессуальном законодательстве рассмотренный подход к формированию состава кассационного суда отсутствует, что заслуживает критики.

Известно, что в структуре арбитражных судов кассационной инстанции есть коллегии по гражданским и административным делам, а в каждой коллегии — составы, специализирующиеся на конкретных вопросах правоприменения.

Например, 5-й судебный состав Арбитражного суда Московского округа (АСМО) рассматривает среди прочего дела, связанные с разрешением споров «по сделкам с недвижимостью, за исключением дел, отнесенных к специализации 2-го, 4-го, 6-го и 7-го судебных составов или по отчуждению имущества и предприятий как имущественных комплексов и другим договорам, не отнесенным к специализации 2-го, 4-го, 6-го и 7-го судебных составов»357.

Очевидно, что при рассмотрении кассационных жалоб на судебные акты возникают вопросы, требующие формирования общего, единого подхода гражданской коллегии АСМО. Именно в этих случаях и можно было бы предусмотреть объединенные, смешанные, пленарные и т.п. заседания коллегии.

В Верховном Суде РФ при рассмотрении судебными коллегиями гражданских, административных дел по кассационным жалобам не могут не возникать вопросы общего правоприменительного характера, формирующие, изменяющие, направляющие судебную практику.

Рассматривать такие вопросы было бы правильно (и с точки зрения места Судебных коллегий Верховного Суда РФ в иерархии судов проверочных инстанций, их назначения, роли в формировании единой судебной практики) в объединенном составе судей.

Деятельность Президиума Верховного Суда РФ, в состав которого входят Председатель Верховного Суда РФ, первый заместитель Председателя Верховного Суда РФ, заместители Председателя Верховного Суда РФ — председатели Судебных коллегий Верховного Суда РФ, два судьи Верховного Суда РФ, работающих в судебных коллегиях по уголовным, по гражданским делам358, вряд ли сопоставима (по сложности, по значимости, по новизне рассматриваемых правовых вопросов, а также по их количеству) с кассационной деятельностью высших судов в зарубежных правопорядках, не сравнима и с деятельностью Правительствующего Сената Российской империи, деятельностью Судебных коллегий Верховного Суда РФ.

У Президиума Верховного Суда РФ — иные полномочия, предусмотренные ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» (ст. 7)359.

• Принцип гласности. В кассационном производстве действует принцип гласности гражданского судопроизводства. Рассматривая гласность как доступность судебных заседаний для публики360, обратим внимание на специфику его проявления.

В российском гражданском судопроизводстве периода 1864–1917 гг., гласность, будучи одним из главных достижений судебной реформы, действовала и в кассационном производстве.

Как отмечалось в «Журнале Министерства юстиции», в «департаментах Сената число посторонних лиц редко доходило до сих пор до 10 человек; бывали даже заседания, в которых никого из посторонних не было»361.

И.Е. Энгельман также обращал внимание на то, что «формально заседания публичны, но стороны и публика являются редко, и при огромном числе дел, докладываемом в одном заседании (решение 30–70 дел в одно заседание — не редкость) присутствие публики считается тормозом к скорейшему решению дел»362.

Согласно предписаниям ст. 1016 ГПК Франции «в соответствии со статьями 11 (1) и 11 (2) Закона № 72-626 от 5 июля 1972 г. с внесенными в него изменениями судебные заседания по рассмотрению дела по кассационной жалобе являются открытыми. Тем не менее суд может принять решение о том, что расмотрение жалобы будет проводиться в палате совета в закрытом судебном заседании, если публичность приведет к нарушению неприкосновенности частной жизни, или если стороны обратятся с такой просьбой, или если возникнут нарушения, которые могут нарушить спокойствие отправления правосудия»363.

В Верховном суде Австрии рассмотрение ревизионной жалобы в открытом судебном заседании, на которое допускается публика, возможно только по уголовным делам и только в некоторых, прямо указанных в законе случаях.

Для рассмотрения гражданских дел в Верховном суде Австрии публичных слушаний не предусмотрено.

Только в исключительных случаях Верховный суд по своей инициативе может  назначить открытое судебное заседание по рассмотрению ревизионной жалобы (последний раз такой случай был в 2008 г.)364.

В итальянском гражданском процессе в результате изменений, внесенных в ГПК в 2016 г., большинство дел по кассационным жалобам рассматриваются в простой секции Кассационного суда без проведения открытого судебного заседания. Объединенная секция также вправе рассмотреть дело без проведения публичных слушаний, если кассационная жалоба или возражения относительно нее признаны неприемлемыми или если разрешается вопрос о компетенции или юрисдикции суда. В рассмотренных случаях адвокаты сторон и прокурор адвокаты сторон и прокурор не вызываются в суд. Они информируются о дате рассмотрения дела с целью обеспечения своевременной подготовки и направления в кассационный суд письменных объяснений по кассационной жалобе.

Правила ст. 375 ГПК Италии предусматривают проведение публичного судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы в случае, если простой секцией Кассационного суда на рассмотрение объединенной секции передан вопрос, по которому отсутствует единая судебная практика, и который имеет принципиальное значение365.

Таким образом, по мнению М. Люпоя, «с 2016 года при рассмотрении дел без проведения открытого судебного разбирательства, стороны и суд не встречаются в судебном заседании, у сторон нет права довести свою позицию до суда с помощью устных выступлений. Несмотря на то, что публичные слушания перед лицом суда ранее были простой формальностью, поскольку суд рассматривал дела на основе письменных документов, многие авторы убеждены, что нововведения свели роль Кассационного Суда к своего рода конвейеру по принятию решений»366.

В Верховном суде Соединенного Королевства проведение закрытого заседания возможно только в исключительных случаях.

Согласно правилам Верховного Суда каждая жалоба рассматривается в открытом судебном заседании, за исключением случаев, когда проведение закрытого судебного заседания или его части необходимо в интересах правосудия или в общественных интересах. В ходатайстве о проведении закрытого заседания Верховного суда сторона должна изложить причины, по которым такое ходатайство заявлено. Для разрешения ходатайства суду необходимо получить мнение других лиц, участвующих в деле. Если суд принимает решение о необходимости проведения закрытого заседания, он публично объявляет о своем решении до начала судебного заседания (правило 27.367, п.  6.6.4 Практических указаний)368.

Гласное (публичное) начало английского гражданского судопроизводства проявляется в предусмотренной правилами Верховного Суда возможности прямой трансляции судебного заседания Верховного Суда и последующего размещения видеозаписей судебных заседаний по делу на веб-сайте Верховного суда (п. 6.6.9)369.

На сайте Верховного суда в рубрике «Ты знал?» сообщается: «почти все заседания Верховного Суда снимаются, а иногда транслируются по крупным теле- и радиоканалам, а также через наш сайт. 20,000 посетителей сайта просматривают эти материалы каждый месяц»370.

В российском кассационном производстве рассмотрение кассационной жалобы происходит в открытом судебном заседании.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ «Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов», постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ «Об обеспечении гласности в арбитражном процессе» даны следующие разъяснения:

«Гласность судопроизводства обеспечивается возможностью присутствия в открытом судебном заседании лиц, не являющихся участниками процесса, представителей редакций средств массовой информации (журналистов) (статья 123 Конституции Российской Федерации, статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, часть 1 статьи 10 ГПК РФ, часть 1 статьи 24.3 КоАП РФ, часть 1 статьи 241 УПК РФ, статья 12 Закона об обеспечении доступа к информации)»371;

«В соответствии с положениями части 1 статьи 123 Конституции Российской Федерации, части 1 статьи 11 АПК РФ разбирательство дел в арбитражных судах открытое. В открытом судебном заседании вправе присутствовать любой гражданин, в том числе представитель средства массовой информации. При этом арбитражным судам следует учитывать, что при отсутствии оснований для осуществления разбирательства дела в закрытом судебном заседании арбитражный суд не вправе отказать в допуске в судебное заседание желающим присутствовать в нем гражданам, в том числе по причине недостаточной вместимости зала судебного заседания. В этих случаях в суде может быть организована возможность ознакомления таких лиц с ходом судебного разбирательства, например, посредством трансляции судебного заседания. О присутствии в судебном заседании публики судья — председательствующий в судебном заседании — объявляет в судебном заседании»372.

Данные правила распространяются на кассационные суды общей юрисдикции, арбитражные суды кассационной инстанции, а также и на судебные коллегии Верховного Суда РФ, рассматривающие кассационные жалобы в порядке второй кассации.

В развитие ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации»373 и в соответствии с процессуальным законодательством РФ в настоящее время предусмотрена трансляция (отсроченная, прямая, частичная) судебных заседаний Верховного Суда РФ374, федеральных судов общей юрисдикции и арбитражных судов375 по радио, телевидению и в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Оценить реальное воплощение в жизнь правовых предписаний о возможности трансляции судебных заседаний автору данного исследования не удалось.

На официальных сайтах арбитражных судов округов были обнаружены соответствующие рубрики «Интернет-трансляции судебных заседаний» (например, на сайтах АСМО, АСЦО)376, но они были недоступны по причине работы сервисов в тестовом режиме.

На сайте Верховного Суда РФ есть рубрика «Видеоматериалы», в которой среди прочего можно посмотреть видеозаседания Пленума Верховного Суда РФ, но их в наличии нет. Из предлагаемых видеоматериалов были доступны только выступления Председателя Верховного Суда РФ на различных совещаниях-семинарах судей377.

Возможно, что в будущем сайты судов будут содержать всю необходимую видеоинформацию о судебных заседаниях судов кассационных инстанций.

В связи с началом деятельности кассационных судов общей юрисдикции обеспечение трансляции судебных заседаний и размещение видеозаписи на сайтах этих судов представляется особенно важным в целях поддержания авторитета судебной власти, повышения правовой, процессуально-правовой дисциплины участников процесса, удовлетворения общественного интереса к деятельности новых кассационных судов.

Можно предположить, что своеобразие принципа гласности проявляется на этапе возбуждения кассационного производства в Верховном Суде РФ, в деятельности судьи Верховного Суда РФ, рассматривающего в предварительном порядке кассационную жалобу на предмет выявления оснований для отмены судебных актов в кассационном порядке и передачи жалобы с делом на рассмотрение в судебном заседании судом кассационной инстанции — Судебной коллегией Верховного Суда РФ.

Для данного порядка, не являющегося по форме судебным заседанием, в котором дело по кассационной жалобе не рассматривается по существу, вопрос о действии принципа гласности (публичности) не является актуальным, заслуживающим обсуждения.

Принимая во внимание изложенное, можно утверждать, что рассмотрение кассационной жалобы кассационным судом, как правило, происходит гласно (публично).

Рассмотрение кассационных жалоб в закрытом судебном заседании, как правило, объясняется спецификой кассационной деятельности, ролью кассационного суда в совершенствовании права, обеспечении единства судебной практики, защите государственных и общественных интересов, а также обеспечением эффективности деятельности кассационного суда.

Верное в теоретическом и практическом отношении суждение о необходимости открытого рассмотрения кассационной жалобы в судебном заседании кассационных департаментов Правительствующего Сената было высказано в 1862 г. комиссией по подготовке Устава гражданского судопроизводства 1864 г., которая отметила следующее: «…польза открытого судопроизводства, составляющего прямое следствие состязательного процесса и неоспоримые преимущества гласного суда перед закрытым, в настоящее время осознаны всеми и потому не требуют подробных доказательств. Если же введение сего начала признается необходимым в низших суд. местах, именно с той целью, чтобы не только обеспечить открытие истины, но и возвысить самое значение суд. мест, то применение его еще необходимее в высшей инстанции, тем более, что высшая суд. инстанция должна решать дела окончательно. Кроме того, чем выше поставлено суд. место, — тем необходимее, чтобы действия его были всем открыты и могли служить лучшим средством к развитию понятия о важности закона и последствиях его нарушения. Вследствие сего, признано невозможным изъять какое-либо судебное место, а тем более высшую судебную инстанцию от действия правила, столь важного и необходимого, без коего и самое понятие о суде утрачивает свое значение, и потому введено гласное судопроизводство во всех судебных местах без изъятия»378.

• Принцип осуществления правосудия только судом. В завершении изложения вопроса о рассмотрении кассационной жалобы обратим внимание на своеобразие действия в кассационном производстве принципа осуществления правосудия только судом.

По верному замечанию И.А. Банникова, возникновение и реализация принципа осуществления правосудия только судом является специфической чертой советского, российского гражданского процесса, что объясняется определенными историческими условиями развития государства, права и общества379. В связи с этим действие этого принципа будет рассмотрено применительно к российским правовым реалиям.

Следуя за выводом В.М. Шерстюка, о том что принцип осуществления правосудия только судом, компетентным380 на рассмотрение спора, характеризуется рядом признаков, среди которых — позволяющие определять судебную инстанцию «внутри» системы арбитражных судов и процессуальную форму рассмотрения дела «внутри» судебной системы381, обратим еще раз внимание на суды кассационной инстанции.

Компетентный суд. Теперь и в системе арбитражных судов, и в системе судов общей юрисдикции в соответствии с законом созданы суды кассационной инстанции, которые занимают самостоятельное место в системе судов, имеют определенную законом компетенцию, являются вышестоящей судебной инстанцией по отношению к действующим на территории соответствующего судебного кассационного округа судам первой и апелляционной инстанции.

Вместе с тем кассационные полномочия осуществляют не только кассационные суды, но суды, рассмотревшие и разрешившие по первой инстанции дело.

Примером может служить кассационная деятельность Суда по интеллектуальным правам (ст. 273, 274 АПК РФ).

Возможно, что в данном случае акцентируется внимание на слове «компетентный» в смысле «знающий», специалист в сфере защиты интеллектуальных прав. Вместе с тем при наличии в кассационных судах внутренней специализации какие-либо объективные препятствия для обжалования судебных актов специализированного арбитражного суда — Суда по интеллектуальным права — в арбитражный суд кассационной инстанции отсутствуют.

Признак «компетентности» своеобразно проявляется в кассационном производстве в административном судопроизводстве (как было отмечено ранее, и в уголовном процессе).

Компетенция кассационного суда в лице его судебных коллегий определена в п. 1 ч. 4 ст. 23.6 ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации»: судебные коллегии рассматривают «дела по кассационным жалобам и представлениям на вступившие в законную силу судебные акты районных судов и мировых судей, судебные акты апелляционных судов общей юрисдикции, верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа».

В КАС РФ и УПК РФ предусмотрено, что в ряде случаев производство в кассационных судах общей юрисдикции (первая кассация) можно миновать, сразу обратившись в судебную коллегию Верховного Суда РФ (вторая кассация)382.

Поскольку правосудие осуществляется системой судов, рассматривающих и разрешающих дело, проверяющих законность и (или) обоснованность судебных актов, то последовательное восхождение дел в предусмотренном законом (ФКЗ, ФЗ) порядке является гарантией рассматриваемого принципа. Если последовательность, предусмотренная ФКЗ, нарушается предписаниями федерального закона, то, скорее всего, речь может идти о нарушении принципа осуществления правосудия только судом, компетентным рассматривать дело.

Состав суда. Рассматривая реализацию принципа осуществления правосудия только судом в правовом институте состава суда, современные исследователи верно полагают, что в состав суда, рассматривающего некоторые категории дел, обладающих повышенной социальной значимостью, могут и должны входить представители российского общества — народные заседатели383.

Это предложение можно распространить и на стадию кассационной проверки судебных актов.

Принимая во внимание правила опосредованной кассации, действующей в кассационном производстве в Верховном Суде РФ, в «целях повышения доверия граждан к судебной системе, увеличения социальной эффективности правосудия»384 участие народных, арбитражных заседателей было бы полезным именно в судебных заседаниях Судебных коллегий Верховного Суда РФ.

Пример такого участия, как было выяснено, имеется в Верховном суде Австрии.

Вынесение судебного акта. Рассмотрение дела в кассационном суде завершается вынесением судебного акта. Как правило, «итоговое решение385» принимается судом сразу после завершения судебного заседания простым большинством голосов и оглашается публично.

В процессуальных законах зарубежных стран и на этом этапе имеются особенности, которые представляют интерес для российского процессуального регламента производства в суде кассационной инстанции.

Во французском кассационном производстве, если количество голосов «за» и «против» оказалось одинаковым, то дело передается в смешанную палату Кассационного суда.

Постановление Кассационного суда, помимо прочего, должно указывать текст закона, на котором основана кассация, и должно быть подписано председательствующим, судьей-докладчиком и секретарем. Копия судебного акта кассационного суда направляется также суду, постановление которого проверялось в кассационном порядке (ст. 1020–1022 ГПК Франции).

В австрийском гражданском процессе ревизионный суд при составлении решения может изложить только те объяснения сторон и фактические обстоятельства, обосновывающие решения, которые необходимы для понимания правовой позиции суда (§ 510 (3) ГПК Австрии).

Верховный Суд Норвегии в случае оставления обжалованного судебного акта без изменения обязан в полном объеме мотивировать свое «решение».

Причиной такого законодательного предписания является прецедентное значение судебных актов Верховного Суда386. В связи с этим «даже если Верховный Суд поддерживает решение нижестоящего суда, содержание доводов Верховного Суда важно для того, чтобы юридическое сообщество могло толковать их и использовать в аналогичных делах»387.

В то же время согласно предписанию § 510 (3) ГПК Австрии, если Верховный суд подтверждает решение апелляционного суда и считает его обоснование правильным, то достаточно ссылки на правильность апелляционного решения.

В данном случае от ревизионного суда не требуется приведения полных мотивов, поскольку его «решение» не разрешает вопроса «материального или процессуального права, имеющего существенное значение для обеспечения правового единства, стабильности или совершенствования права» (§ 502 (1)), а только подтверждает (сохраняет) существующее правоприменение, которое и отражено в судебном акте апелляционного суда.

Нельзя не учитывать в рассматриваемом законодательном подходе и связи с видом австрийской апелляции, которая является ограниченной (юридической) или неполной.

Усилия суда апелляционной инстанции по проверке законности и обоснованности судебного решения направлены в первую очередь на контроль правоприменения, осуществленного судом первой инстанции. Изложенные судом апелляционной инстанции мотивы, по мнению Верховного суда Австрии, являются полными, соответствующими практике, формируемой Верховным судом, а потому не требующие с его стороны дополнительного обоснования.

Как уже отмечалось, решение выносится, как правило, сразу после судебного заседания.

Для Верховного суда Соединенного Королевства действует иное правило, в соответствии с которым суд не выносит «решения» немедленно (хотя в исключительных случаях это возможно).

Как отмечает Е.В. Кудрявцева, причина отложения момента вынесения решения объясняется тем, что «Верховный Суд является высшим судебным органом государства, чьи решения обязательны для всех нижестоящих судов, в связи с чем, судьям требуется время для того, чтобы сформулировать свое мнение и четко определить мотивы выносимого решения»388.

Вынесению «решения» предшествует изучение всеми судьями (их, как правило, пять) всех документов по апелляции. После этого каждый из судей должен выступить с речью по рассматриваемому делу. Затем речи всех судей распечатываются и вносятся в качестве составных частей доклада коллегии.

В соответствии с Практическими указаниями «решения» выносятся в день, о котором сообщается заранее. Уведомление обычно дается за одну неделю (п. 6.8.1).

Проект решения суда доводится до сведения определенных лиц до вынесения решения. Когда, например, решение выносится в среду утром, оно предоставляется адвокату с 10.30 утра предыдущего четверга (п. 6.8.3).

Адвокат обязан проверить решение на наличие опечаток и незначительных неточностей. В случае явной ошибки или двусмысленности решения адвокату предлагается как можно скорее (по электронной почте, не позднее чем за два рабочих дня до даты вынесения решения) проинформировать отдел судебной поддержки (п. 6.8.4).

До дня вынесения решения секретарь подготавливает проект определения по вопросам судебных расходов. После утверждения проекта судом адвокату может быть предложено высказать свои замечания по проекту. Если стороны смогли согласовать порядок покрытия расходов, следует проинформировать об этом секретариат. Если стороны желают представить суду письменные объяснения о расходах, то следует сообщить об этом секретарю до 16 ч. 30 м. за день до вынесения решения (п. 6.8.6)389.

Е.В. Кудрявцева, И.А. Кузовков обращают внимание на то, что «для принятия окончательного решения Верховным Судом не требуется единогласного решения всех членов. Принятое простым большинством голосов заключение является официальным решением, оформляется в письменной форме Канцелярии Верховного Суда, подписывается секретарем Верховного Суда и передается в суд, вынесший обжалованное постановление, который и выносит окончательное постановление по делу в соответствии с рекомендациями Верховного Суда»390.

Приведенные правила и практические указания к ним могли бы стать основой для подготовки в будущем законодательного регулирования порядка вынесения Верховным Судом РФ «решения» по результатам проведенной им кассационной проверки законности вступивших в законную силу судебных актов.

Итогом рассмотренных в этой части работы вопросов будут статистические данные о продолжительности рассмотрения дела по кассационной жалобе в кассационном суде.

Итак, рассмотрение кассационной жалобы составляет:

• в Верховном Суде Австрии — 3,6 месяцев (в 2018 г.)391;
• в Верховном Суде Соединенного Королевства — в среднем от четырех до шести месяцев392;
• в Верховном Суде Норвегии — в среднем около шести месяцев393;
• в Верховном Суде Германии — продолжительность рассмотрения жалоб на отказ апелляционного суда в допуске ревизии и заявлений о допуске ревизии «прыжком» из 2328 жалоб и заявлений:
  • до шести месяцев — 130,
  • от шести до 12 месяцев  — 1144,
  • от 12 до 18 месяцев — 527,
  • от 18 до 24 месяцев — 316,
  • свыше 24 месяцев — 211.

  Продолжительность рассмотрения допущенных ревизий составляет из 155 дел:

  • до шести месяцев — два,
  • от шести до 12 месяцев  — 20,
  • от 12 до 18 месяцев — 58,
  • от 18 до 24 месяцев — 38,
  • свыше 24 месяцев — 37 (в 2018 г.)394;
• в Кассационном суде Франции  — 414 дней / около 14 месяцев (в 2017 г.)395;
• в Верховном Суде Испании:
  • 14,9 месяцев (в 2016 г.),
  • 15,4 месяцев (в 2015 г.)396;
• в Верховном Суде Италии:
  • 1332 дней (в 2015 г.),
  • 1222 дней (в 2016 г.),
  • 1153 дней (в 2017 г.),
  • 1221 дней (в 2018 г.)397.

Очевидно, что в случаях «разрешительной кассации» (Австрия, Англия) рассмотрение жалобы происходит в более короткие сроки, чем в случаях «опосредованной кассации».

Это объясняется среди прочего также и тем, что в продолжительность кассационного рассмотрения жалобы по правилам «опосредованной кассации» включается и время, затраченное кассационным судом на предварительное заседание, в котором определялось, заслуживает ли дело по кассационной жалобе третьего рассмотрения, а также время на подготовку сторонами процессуальных документов.

Надо учитывать и тот факт, согласно которому в большинстве европейских стран отсутствуют установленные законом сроки рассмотрения кассационной жалобы кассационным судом. Отсутствовал такой срок и в УГС 1864 г.

В настоящее время в гражданском судопроизводстве европейских стран действует правило о разумных сроках судебного разбирательства (в отношении Италии Европейский Суд по правам человека неоднократно констатировал нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции). Критерии «разумности»398 определены Европейским Судом и учитываются в национальном законодательстве.

В российском кассационном производстве сроки рассмотрения кассационной жалобы установлены законом.

Для «непосредственной» (первой) кассации срок рассмотрения составляет не более двух месяцев со дня поступления жалобы с делом в суд кассационной инстанции. Срок может быть продлен председателем суда до четырех (в АПК — до шести) месяцев в связи с особой сложностью дела (ст. 285 АПК РФ, ст. 379.4 ГПК РФ).

В случаях «опосредованной» (второй) кассации ситуация сложнее.

Законом установлены следующие сроки: а) для предварительного рассмотрения жалобы и б) для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда РФ.

А) Судебная коллегия Верховного Суда РФ рассматривает кассационную жалобу в срок, не превышающий двух месяцев, если дело не было истребовано, и в срок, не превышающий трех месяцев, если дело было истребовано, не считая времени со дня истребования дела до дня его поступления в Верховный Суд РФ.

Председатель Верховного Суда РФ, его заместитель в случае истребования дела с учетом его сложности могут продлить срок рассмотрения кассационных жалобы, представления, но не более чем на два месяца (ст. 291.7 АПК РФ, 379.4 ГПК РФ)

Б) В арбитражном процессе, в административном судопроизводстве кассационная жалоба рассматривается в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда РФ в течение двух месяцев (ст. 291.12 АПК РФ, ч. 7 ст. 327 КАС РФ).

ГПК РФ не содержит аналогичного указания, что позволяет предположить либо «неаккуратность» при подготовке законопроекта, либо осмысленное решение, позволяющее судебным коллегиям Верховного Суда РФ рассматривать кассационные жалобы в разумные сроки.

Последнее, как показывает зарубежный опыт, чревато последствиями в виде увеличения продолжительности рассмотрения жалобы.

Отсутствие в законе порядка (включающего срок совершения процессуального действия) обмена сторон процессуальными документами усугубляет данную ситуацию.

В целом средняя продолжительность рассмотрения судами кассационной инстанции дела по кассационной жалобе меньше, чем, например, во Франции, Испании.

Вместе с тем уровень гарантий в «непосредственной» (первой) кассации в гражданском процессе, «опосредованной» (второй) кассации в гражданском судопроизводстве ниже по сравнению с аналогичными зарубежными кассационными производствами. В первую очередь речь идет о качестве законодательного регулирования кассации по гражданским делам, а также об ограничениях состязательного, диспозитивного, устного началах гражданского судопроизводства.

* * *

Исследование этапа рассмотрения кассационной жалобы в судебном заседании кассационного суда требует обращения к вопросам содержания кассационной деятельности, и главному из них, наиболее обсуждаемому во все времена существования кассации — проверяет ли суд кассационной инстанции фактическую сторону дела?

Внимания требуют и вопросы о полномочиях суда кассационной инстанции, об обязательности указаний кассационного суда, адресуемых суду апелляционной или первой инстанции в случае отмены судебного акта и направления дела для нового рассмотрения.

Теоретическая основа для рассмотрения этих и других вопросов кассации заложена в российской науке гражданского процессуального права досоветского периода, в научных публикациях, посвященных проблемам теории и практики кассационного обжалования, кассационного производства в арбитражном процессе, в диссертационных исследованиях сравнительно-правового характера, в зарубежных специальных источниках.

Для выработки новых или подтверждения существующих в российской процессуальной науке подходов необходима судебная практика.

Анализ кассационной практики новых судов общей юрисдикции позволит в будущем продолжить доктринальные исследования в области кассационной проверки законности судебных актов по гражданским делам.

Итоговые выводы

1. Кассационный суд на протяжении столетий последовательно исполнял роль охранителя, толкователя законов государства, совершенствователя права. Развитие процессуальных норм о кассации сохраняло неизменными ее цель — проверку законности вступившего в законную силу судебного акта, проводимую кассационным судом в первую очередь в интересах государства и общества.

Сохранение традиционных правил о кассации обеспечивает их действенность в силу самой традиции.

2. Усложнение правового регулирования общественных отношений привело к увеличению числа правовых споров, рассматриваемых в судах и, как следствие, к увеличению числа жалоб, в том числе подаваемых в высший суд государства — кассационный суд. В связи с этим в европейских правопорядках были предприняты меры, направленные на реформирование кассационной деятельности.

3. Четкое разграничение полномочий суда первой и апелляционной инстанций (в зависимости от вида апелляции), качественное двойное рассмотрение дела в судах первой и апелляционной инстанций в европейских государствах, чье процессуальное законодательство традиционно является ориентиром для реформирования, позволило «непосредственной кассации» эволюционировать и осуществить переход к кассации, основанной на предварительном рассмотрении («опосредованная») или допуске кассационной жалобы («разрешительная»).

В результате изменений в кассации апелляционный суд, будучи судом последней инстанции, фактически стал для большинства лиц, участвующих в деле, высшим судом399.

4. Введение в зарубежном гражданском процессе систем отбора кассационных жалоб не привело к снижению процессуальных гарантий лиц, участвующих в деле.

Напротив, они были повышены, например, путем предоставления права выбора последовательного или прямого кассационного обжалования судебного акта, права обжалования отказа в допуске жалобы, передачи жалобы из кассационного суда в апелляционный в случае отказа в допуске прямой кассации, установления правил о содержании процессуальных документов сторон кассационного производства, о порядке обмена ими, о коллегиальном предварительном рассмотрении жалобы, о запрете поворота к худшему, об объяснениях сторон в устной форме в судебном заседании, о вынесении итогового судебного акта и др.

5. Российский кассационный опыт невелик. Закрепление в процессуальном законодательстве и последующее применение судами кассационной инстанции правил «опосредованной кассации» показали неудовлетворительные результаты, увеличили число граждан, не доверяющих органам правосудия, недовольных отправлением правосудия по гражданским делам.

6. Раздробление кассационной функции исторически обусловлено площадью территории государства (Россия занимает первое место в мире по территории. Ее территория составляет 1/8 земной суши, почти половину Европы и одну треть Азии), численностью населения (у России — девятое место по этому показателю), а также государственным устройством. Опыт гражданского судопроизводства Российской империи свидетельствует о практической невозможности осуществления кассационного контроля одним кассационным судом.

7. Закрепление в качестве первой кассации «непосредственной кассации» представляется на данный момент правильным как с теоретических, так и практических позиций.

8. Организационно-содержательное реформирование кассации в 2018 г. при общей (идейной) положительной оценке вызывает обоснованную критику деталей (в первую очередь законодательных) его проведения.

9. Укрепление и развитие основных начал гражданского судопроизводства, действующих в кассационном производстве, не может игнорировать как отечественный опыт второй половины XIX — начала ХХ в., так и современный зарубежный опыт кассационного производства. Особенно это важно для кассации в Верховном Суде РФ.

10. Кассация в Верховном Суде РФ должна стать последним средством правовой защиты. Определения суда кассационной инстанции — Судебных коллегий Верховного Суда РФ — не должны подлежать обжалованию. Обращение в Президиум Верховного Суда РФ возможно лишь в интересах закона, но не в интересах сторон по делу.

11. Для своевременного рассмотрения Верховным Судом РФ правового вопроса, имеющего принципиальное значение для судебного правоприменения, необходимы разработка и введение в процессуальное законодательство процедуры прямой кассации, предполагающей возможность миновать апелляцию, первую кассацию и обратиться сразу в Судебную коллегию Верховного Суда РФ. Принимая во внимание опыт зарубежных кассаций, необходимо предусмотреть соответствующие гарантии осуществления права прямого кассационного обжалования.

12. Объектом кассационного обжалования должен быть исключительно судебный акт суда апелляционной инстанции, что потребует от суда каждой инстанции должного осуществления своих полномочий и позволит избежать дублирования судебной деятельности.

Последовательное закрепление в процессуальном законе конкретного вида апелляции гарантирует распределение полномочий по рассмотрению и разрешению дела по существу, апелляционной проверке законности и обоснованности, кассационной проверке законности судебных актов.

13. На осуществление судом кассационной инстанции полномочия по отмене судебного акта и направлению дела для нового рассмотрения в суд влияет установленный в законе вид апелляции. Только при неполной апелляции в случаях неудовлетворительного выяснения вопросов факта дело направляется в суд первой инстанции. При полной апелляции дело всегда направляется в суд апелляционной инстанции.

14. Для формирования единого направления правоприменения, правопонимания представляет интерес отечественная и зарубежная кассационная практика проведения совместных заседаний специализированных судебных составов, судебных коллегий.

15. Как показывает зарубежный опыт, процессуальная детализация содержания и последовательности совершаемых на этапах кассационного производства процессуальных действий позволит обеспечить взаимодействие, взаимоконтроль и ответственность сторон и судов первой, апелляционной и кассационной инстанций.

16. Залог эффективной кассации — в первую очередь в качественной (профессиональной, неравнодушной, независимой, ответственной) деятельности судей первой и апелляционной инстанций.

* * *

Проведенное исследование в очередной раз позволяет утверждать, что основа будущей кассации находится в ее прошлом, ибо «сегодня — это завтра, о котором мы беспокоились вчера» (Д. Карнеги).

---