Оглавление

Часть 1

Глава 1

Июль 2012

Лика была влюблена во Владика с первого класса, с тех самых пор как он сел с ней рядом за парту и сказал: «Давай поменяемся — ты сядешь с той девочкой, а Олежка сядет со мной?», и посмотрел на нее с такой мольбой, что, естественно, она не смогла ему отказать. Так они и просидели одиннадцать лет за соседними партами. Она смотрела ему в спину, а он время от времени оборачивался, чтобы что-нибудь спросить или списать. И был единственным, кто имел доступ к ее тетрадям с «домашками» по математике, помимо, конечно еще, и лучшей подруги, Риты.

Для Лики, после того, как она осталась без родителей, Владик и Рита стали самыми любимыми людьми. Когда Лике было шесть лет, ее родители развелись. Мама с Ликиной младшей сестрой, Катей, уехала в США и затерялась где-то на их просторах. По взаимной договоренности Лика осталась с папой. Но не прошло и полгода, как и папа отбыл в неизвестном направление, из-за чего Лика едва не угодила в детдом. Но все обошлось — ее приютила вдова двоюродного брата ее отца. И хотя чуть позже отец дал о себе знать, Лика по-прежнему осталась с тетей, а отец звонил пару раз в месяц и изредка присылал для нее небольшие суммы денег. Хотя был период, когда он пропал на несколько лет, но в конце концов, все же краткие разговоры с отцом по телефону снова вернулись в её жизнь. Последние годы он жил где-то в Индии.

Не смотря на то, что тетя Аня, как ее звала Лика, не являлась ее кровной родственницей, относилась она к своей племяннице с большой заботой. С не меньшей заботой тетя Аня относилась к остальным своим воспитанницам — кошкам Машке, Дашке и Коко. Из них трех Коко была любимицей тети, ну, и мамой Дашки и Машки. Вся троица была рыжей с голубыми глазами и различить их была способна лишь сама тетя Аня. Тетиным любимицам позволялось всё! Во время завтрака, обеда или ужина они вполне могли себе позволить обнюхать все тарелки на столе, а из тетиной могли стянуть пару лакомых кусочков, а та лишь шутливо журила их за это.

Наблюдать за кошачьими шалостями было чуть ли не единственным Ликиным развлечением, так как тетя Аня не выносила даже одного вида телевизора, называя его «зомбоящиком» и «промывателем мозгов». Компьютер же она купила племяннице с условием «чтоб никаких игр, никаких фильмов и бесполезного просиживания в интернете! Только для учебы!» Впрочем, Лика была не из тех людей, которые нарушают запреты любимых тетушек.

Вот и сейчас, слушая, как тетя выговаривает Коко за то, что она в очередной раз столкнула горшок с фиалками с подоконника, Лика подошла к другому окну и выглянула во двор. А за окном июль расписал все яркими красками. Полуденное солнце слепило глаза, а облачка-барашки добавляли картине глубины. Лика закрыла глаза и подставила солнцу лицо. Она улыбнулась, и нега разлилась по телу. Она представила, как сидит на берегу тихой реки, мерно катящей не только свои воды, но и маленькие лодочки с белыми парусами. Старые ивы полощут свои темно-зеленые кудри в лёгких прибрежных волнах. Туда-сюда снуют суетливые ласточки. А легкий ветерок, играющий с ее волосами, доносит запах жимолости и полыни.

Но вдруг дрожь пробежала по ее плечам и видение тут же растаяло. Лика открыла глаза и увидела Владика. Он как раз входил во двор. Улыбнувшись немного грустно, он махнул ей «привет» и направился в свой подъезд. Лика провожала его взглядом, и сердце неровно билось в ее груди.

— Не пара он тебе! — раздался над ухом сочувствующий голос тети, и Лика от неожиданности вздрогнула.

— Давай я смету? — предложила смущенная девушка и направилась к комочкам земли у другого окна. Ей вовсе не хотелось обсуждать с тетей эту тему.

— Ой, Лика, Лика… Ну, разве мало вокруг парней? Что ты зациклилась на Владьке? Послушала бы ты старую мудрую женщину — Влад тебе не пара!

Лика молча сметала землю в совок, время от времени отгоняя кошек, которым непременно хотелось обнюхать влажные комочки.

— Еще раз повторю: не пара! — заключила тетя и многозначительно подмигнула Коко. — И ты даже не спросишь меня, почему я так думаю?

Лика отрицательно покачала головой. Где-то глубоко внутри она и сама знала ответ на этот вопрос. — Я думаю, еще одно падение и придется покупать новый горшок для бедных фиалок, — заметила она и оставила тётю наедине с кошками.

— Коко, девочка моя, ведь это же глупо! Просто глупо! Ты согласна со мной?

Коко преданно посмотрела в глаза хозяйки. Кажется, она была согласна со всем, что бы та ни сказала. Почувствовав одобрение со стороны любимой питомицы, тетя вдохновенно продолжила:

— Ну, хоть ты меня понимаешь, дорогая Коко! Он же совершенно из другого теста! Из теста для пряников не испечь воздушных калачей. И я не говорю, что пряники хуже калачей, но вот я, к примеру, никогда не любила пряников. А ты, Коко?

Коко промурлыкала в ответ.

— Вот я так и знала, что тебе они тоже не по душе. И ведь дело здесь даже не в том, что он избалованный мальчишка и привык получать все, что ни пожелает, а наша Лика — бедная сиротка. Нет, Коко, дело не в этом! Вон сколько вокруг примеров неравных браков…. Богатые с бедными, старые с молодыми…. А в чем же тогда, ты меня спрашиваешь, Коко? Думаю, это… это какая-то внутренняя преграда, что-то внутри них самих, что не позволяет им быть вместе…

Все это время Лика стояла в своей комнате и слушала все, что говорила тетя. Она была согласна с каждым ее словом, особенно с последними. Их с Владом отношения всегда были лишь приятельскими. Но ведь она знала наверняка, что он к ней был неравнодушен. Сначала она просто заметила, что он стал смотреть на нее по-другому, совсем не так, как раньше, совсем не так, как смотрел на других девчонок, смотрел так, словно хотел прочесть, что у нее внутри. И Лика стала кожей распознавать эти его взгляды. Они приводили ее в восторг и одновременно причиняли боль. Наверное, это была боль сомнения. Она чувствовала, что нужна ему, но это были лишь ее чувства, а она боялась им поверить.

«Действительно ли он смотрит на меня по-особенному или я сама себе все придумываю? Скорее всего, я принимаю желаемое за действительное… Влад самый красивый, самый смелый, самый-самый, он лучший! Естественно, что все девчонки, начиная от восьмиклассниц и старше, от него без ума… А я… Кто я? Чем я могу его заинтересовать? Разве есть во мне хоть что-то особенное? Нет! Ничегошеньки! Я в меру красива, в меру умна, и не более того», — думала Лика.

«Вот если бы я была самой красивой, если бы я была душой компании, веселой, озорной, искрящейся, как пузырьки шампанского, наверное, тогда я была бы ему под стать. О, нет!» — вдруг повеселела Лика, — «тогда бы это была не я, а Рита! Кстати, куда она пропала? Уже неделю не берет трубку…»

Лика снова пересчитала дни, когда она пыталась дозвониться до Риты. Выходило ровно семь. Она не видела подругу с того дня, когда та навещала ее, чтобы рассказать о выпускном, на который Лика не пошла. Отец снова забыл перевести деньги, а тетиной пенсии не могло хватить ни для того, чтобы купить платье, ни оплатить поход с классом в ресторан. Денег хватило лишь на общее фото с одноклассниками. И Лику особенно обрадовало то, что она оказалась между Владом и Ритой. От этого ее глаза сияли, а улыбка обжигала искренностью. И она не очень расстроилась, что не попала на выпускной. К тому же Рита рассказала ей обо всем, что там происходило в таких подробностях, что у Лики осталось ощущение, что она сама там побывала. Но лишь об одной вещи Рита даже не упомянула.

Подруги сидели на кухне, пока тетя Аня пошла по магазинам, пили чай с блинчиками и Рита рассказывала о том, у кого из одноклассниц было самое красивое платье, кто с кем танцевал, какие были конкурсы, как Танюша, самая известная сплетница в школе, потеряла свой мобильный телефон и много чего еще. Лика с интересом ее слушала — она боялась пропустить хоть какую-то деталь, касающуюся Влада, но подруга ни разу даже не упомянула его имени, выдавая все новые и новые подробности об остальных одноклассниках.

Лика продолжала слушать подругу, а в ее голове пульсировал лишь один вопрос «А что Влад?» и она уже была готова задать его, но вернулась тетя, а вопрос продолжал стучать молоточком в висках.

А Рита сразу засобиралась домой.

— Мне надо будет еще Танюшке позвонить, узнать нашла она свой телефон или нет.

— Потом мне перезвони, ладно? А Танюшке привет.

— Ок, — бросила та и исчезла.

Но Рита так и не позвонила, ни в тот день, ни позже. Зато позвонила Танюшка. Сначала Лика хотела спросить ее лишь о пропавшем телефоне и закончить разговор. Ей не особо хотелось слушать последние сплетни, которыми одноклассница готова была поделиться с кем угодно в любое время дня и ночи, но потом подумала, что это была отличная возможность узнать хоть что-нибудь о Владике. И в ту же секунду Танюшка, словно прочитав ее мысли, заявила:

— Лика! Я тебе сейчас такое расскажу! Ты просто упадешь! Так что лучше сядь!

— Я сижу, сижу, Танюш.

Танюшка выдерживала паузу.

— Ну? — не выдержала Лика. Ей претило это наигранное раздувание важности новости. Она уже представила, сколько ей придется выслушать скучных сплетней, прежде чем, возможно, одноклассница расскажет ей то, что ей хотелось бы услышать.

— Это про Владика! — выпалила Танюшка.

Сердце Лики екнуло и зашлось, она радостно заулыбалась телефонной трубке.

— Ну, про Владика, так про Владика, — сказала она, стараясь по возможности казаться равнодушной.

— О, Боже! Ты бы его видела! Он был просто… — будто захлебнувшись от восторга, замолчали на том конце трубки, но наконец, найдя нужные слова, продолжили, — Шикарен! Неотразим! Орландо Блум нервно курит в сторонке и от зависти выдергивает себе волосы! Мне сказала Машка, ну, кузина моя, ты ее помнишь… она знает его тетю. Так вот она сказала, что его мама купила этот… как его…. В Милане!

— Что купила? Кому купила? –не поняла Лика

— Ну, как ты не понимаешь?! Ему мама купила смокинг в Милане!

— А, ну, теперь понятно.

— Ты не представляешь, как он был шикарен! И этот смокинг…. — томно произнесла Танюшка

— Почему же? Представляю, — и ее воображение достаточно четко нарисовало ей портрет Владика в смокинге. И вот в эту секунду Лика, действительно, пожалела, что ее не было там, рядом с ним.

— Но это только цветочки! Самое интересное я еще не рассказала!

И снова выжидание.

— Давай уже, выкладывай, раз начала!

— Ну, вот… мы все сидели уже за столиками, когда он пришел. Ну, ты же знаешь, он любит, чтобы все внимание на него. Он прошел через весь зал. Все на него так пялились! Даже Тимохина (так они называли свою классную руководительницу) сказала, что он выглядит сногшибательно!

— Ага, прямо так и сказала?

— Ну, нет. Другими словами только. И вот, после ее речи, он исчез, просто испарился! Я спрашивала девчонок, куда он делся, но никто не видел, как он ушел. И что ты думаешь, почему он ушел так рано?

— Может, у него что-то дома случилось? — стала переживать Лика

— А вот и нет!

— Да ну тебя! Если знаешь, зачем спрашиваешь? Говори уже!

— Воооот, — радостно завопила Танюшка, — Здесь самое интересное! Тимохиной он сказал, что ему плохо и голова разболелась. В общем, она разрешила ему уйти.

Танюшка замолчала, испытывая Ликино терпение. Лика мысленно вздохнула.

— И?

— Но голова-то у него не болела, он просто соврал!

— Это он тебе сам сказал?

— Нет, это мне Малик сказал. Они с Олежкой тоже собирались уйти с праздника и пойти к Владику. У них там своя вечеринка была! И, вроде, Эмилька с Риткой тоже хотели пойти.

— И пошли?

— Не знаю. Я думала, ты знаешь. Ты разве не была там?, — удивилась Танюшка, и в голосе ее отразилось неподдельное разочарование.

— Нет, меня не приглашали, — вздохнула Лика.

— И Ритка тебе ничего не рассказывала, — предположила любопытная одноклассница.

— Может, она и не ходила туда, — Лика сразу встала на защиту подруги.

— Ходила. Я точно знаю, — заявила Танюшка.

Лика не знала, что ответить. Мысли, что подруга перестала ей доверять и что-то скрывает от нее, завертелись в голове, но она не спешила их принимать.

— Странно-странно, — выдавили на том конце провода, — тебе не кажется это подозрительным?

— Нет, не кажется. Она просто не успела мне рассказать.

— О, Боже! Какая ты дуреха! Твоя Ритка имеет виды на Влада, поэтому ничего тебе не рассказала!

Лика оторопела.

— Что за бред? При чем здесь Влад? И Рита?

— О, Боже! Ну, ты даешь! Она же уведет у тебя Влада! Или тебе все равно?

Лика не знала, что ответить. Ей казалось, что голова распухла и стала такой тяжелой, что шея просто не выдержит ее тяжести и сломается. Она схватилась за голову рукой, пытаясь «вдавить» пульсирующий висок, но «Влад и Рита вместе» стучало все сильнее.

— Ты там? — закричала в трубку Танюшка.

Лика заставила себя вдохнуть полной грудью. «Пусть так!» — приказала она себе мысленно и сразу успокоилась. В висках перестало стучать и дышать стало легче.

— Лика, ты меня слушаешь вообще?

— Да, слушаю.

— О, Боже! Почему тогда не отвечаешь?

— Я не знаю, что тебе ответить, — честно призналась Лика

— Да, ладно, ты не переживай. Все равно все давно уже знают, что у вас с Владом любовь.

— Кто все? — не переставала удивляться Лика. Почему-то в голову ей закралась мысль, что одноклассница ее разыгрывает.

— Кто все? О, Боже, Лик, вся школа!

— ммм… и давно?

— Ну, уже прилично. Мне Малик еще в сентябре сказал. Он видел твое фото в портмоне у Влада.

«Бред какой!» — думала Лика, — «Это ведь не может быть правдой? И откуда у него мое фото?»

— И давно вы встречаетесь? Давай расскажи уже! Все равно же это больше не секрет, — почти умоляюще попросила Танюшка.

— Знаешь, Танюш, меня теть Аня зовет. Давай потом поговорим? Пока!

— Покааа, — разочарованно протянула Танюшка, слушая гудки в трубке.

А Лика сидела на кровати, вцепившись пальцами в матрац и не знала, что ей и думать.

«Это просто розыгрыш! Дурацкий розыгрыш!» наконец решила она. И вдруг ее осенило. «Это Рита все придумала! Именно поэтому она не звонит и не отвечает на звонки!»

Как Лика не скрывала свои чувства к Владу, наверное, подруга все же заметила их и решила подбодрить ее таким вот странным способом. Как это было на нее похоже. Она всегда придумывала невероятные вещи, чтобы поднять окружающим настроение. И в этот раз ей тоже это удалось. Сама мысль, что Влад носил при себе ее фото, согревала ей сердце.

Лике тотчас захотелось поговорить с подругой и, наконец, признаться ей в своих чувствах к Владу, словно этот разговор с Танюшкой сорвал все цепи с ее сердца, и чувства, так тщательно сдерживаемые внутри, стали заполнять ее всю и переливаться через край.

Она набрала Ритин номер, но телефон оказался отключенным, а на домашний звонить было уже поздно. Бросив трубку на кровать, она глянула на себя в зеркало. Она улыбалась. Улыбалась искренне. Улыбалась от всего сердца. А из глаз текли слезы.

А говорят, что нельзя испытывать и радость, и боль одновременно. Можно. Но только когда любишь.

Глава 2

Бабочки

Всю следующую неделю Лике не удавалось дозвониться Рите, то номер был недоступен, то отключен, то Ритина мама отвечала, что Риты нет дома, но она обязательно перезвонит, когда придет. Но Рита не перезванивала.

Лика успокаивала себя предположением того, что подруга готовилась к поступлению, собирала документы и справки, проходила медкомиссию. Ведь она сама занималась тем же самым.

И все же она решила, что как только закончит с документами, то обязательно поедет к Рите, и они устроят прощальную вечеринку. Рита собиралась учиться дальше в Санкт-Петербурге. Вообще-то, она не очень этого хотела, но родители настаивали, чтобы их дочь получила достойное образование в престижном ВУЗе. Лику этот факт печалил, ей было невыразимо больно раставаться со ставшей такой родной подругой. Еще больше ее растраивало, что и Владу предстоял отъезд — он уже был зачислен в Американский Университет в Болгарии. Вот так в раз девушка должна была лишиться двух самых любимых людей. Мысли о будущем раставании неотступно следовали за ней днем, а ночью, облачившись в одежды неясных и печальных образов, опутывали снами. Но ни одна из этих мыслей не оставляла хоть каплю надежды на будущее счастье. Никто не научил прекрасную девушку бороться за свое счастье. Ее учили всегда смиренно принимать свою долю, поэтому судьбу, которая разводила ее с любимым человеком, она считала неизменной, единственным возможным вариантом.

Теперь же, после разговора с Танюшей, боль предстоящей разлуки ощущалась особенно остро. Нелепый вышел разговор. Он лишь еще больше смутил ее и запутал. Ах, если бы она только могла узнать правду!

Лика решила, что его тоже обязательно позовет на прощальную вечеринку. Она так и сказала об этом своей расческе «Обязательно приглашу»!, и расчесав, свои длинные красивые волосы, положила ее на столик перед зеркалом и добавила, глядя на нее «Вот увидишь!»

Потушив в комнате свет и забравшись под одеяло, Лика глубоко вдохнула и вместе с кислородом в ее мозг ворвалась невинная фантазия о том, как они с Владом гуляют по парку, держась за руки, и заглядывая друг другу в глаза. Он улыбается ей своей милой улыбкой, и ее переполняет невыразимая нежность. Ее душа поет от осознания, что они вместе. Кажется, что весь мир до основания пронизан солнечным светом и какой-то чарующей ангельской музыкой. «Наверное, в раю звучит именно такая музыка» — успела подумать Лика, прежде, чем солнечный свет стал распадаться на маленькие частички, которые стали превращаться в огромных белых бабочек. Их тончайшие узорные крылышки трепетали в такт музыке. Бабочек становилось все больше и больше — они окружали Лику со всех сторон. Они были так близко, что задевали крылышками ее лицо. Девушка замерла и задержала дыхание, то ли от восторга, то ли из нежелания спугнуть прекрасное видение. Сначала ей показалось, что бабочки летали вокруг нее, но позже она поняла, что они движутся в определенном порядке и ритме. Их движения все больше напоминали танец, который ее завораживал и зачаровывал. Раскинув руки, девушка увидела, что прекрасные бабочки пролетают и сквозь нее, словно у нее не было тела. Да и тело стало каким-то слегка прозрачным и светящимся и таким легким, что казалось способным взлететь от одной лишь мысли о полете. Лететь. Лететь самой на крыльях мысли — вот то, о чем она всегда грезила, вот что наполнило бы ее счастьем до основания. И она уже приподнялась на носочках, готовая оттолкнуться от земли, но вдруг из ниоткуда возникший порыв ветра, единым махом разрушил красоту танца белых бабочек, а с ним и желание полета. У него был свой танец, мощный и неистовый. Его сила не оставляла сомнений. Захватив хрупких бабочек в свое необузданное кружение, воздушный вихрь унес их в образовавшуюся темноту. Затем налетел еще порыв, за ним третий, затем еще и еще… ветер все крепчал, становилось все холоднее и темнота превращалась в непроглядную. Лика огляделась в поисках убежища, и, заметив вдалеке огонек, пустилась к нему со всех ног.

Огонек оказался пламенем свечи, стоящей на столе посреди темноты. Огонь завораживал. Лике захотелось спать, глаза закрывались, и она была на грани между сном и реальностью, когда услышала тихий, едва различимый шепот: «Помоги мне».

«Кто здесь?» — спросила она и в ту же секунду увидела на столе большой кубик изо льда. Он уже сильно подтаял, и вода тонкой струйкой стекала со стола к ее ногам. Лика пригляделась и увидела внутри куба одну из тех белых бабочек. Бедняжка пыталась шевелить крылышками, но ледяные оковы были непреодолимы.

Лика перебирала в голове различные варианты того, как освободить бабочку, не повредив ее. Но все они отпадали один за другим. Стоило ей только подумать о том, чтобы держать лед над огнем, как свеча исчезла, только взяла его в руки, чтобы попытаться отколоть кусочки льда об угол стола, как исчез и стол.

«Что же мне делать?» — Лику охватила паника и сердце бешено заколотилось от мысли, что она не успеет спасти бабочку.

«Помоги мне, прошу тебя. Не оставляй меня», — в этом голосе было столько мольбы, что Лика заплакала. Она чувствовала, что у нее почти не осталось времени, лед таял слишком медленно, хотя она и сжимала его обеими ладонями. Скоро руки ее совсем замерзли и почти перестали ощущаться, тогда девушка прижала осколок льда к своей груди, мурашки побежали по коже, но она обрадовалась тонкой струйке растаявшей воды, стекавшей в вырез ее платья. Становилось неприятно холодно, в несколько минут озноб охватил её всю. Лика уже готова была сдаться. Но опустив руку, услышала негромкое «Спасибо!». Бабочка коснулась ее щеки, затем взмах белых крыльев и она упорхнула.

Лика открыла глаза и не сразу поняла, что это был лишь сон. У ее головы сидела одна из кошек. Кажется, это была Коко. Кошка неуклюже скользнула лапой по лицу девушки.

«Ты чего?», — удивилась Лика и только тут осознала, что ее лицо было мокрым от слез. «Ох, ты моя радость! Ты мне вытираешь слезки? Моя заботливая муська!»

Лика еще некоторое время обнималась с кошкой, а потом, вспомнив о том, сколько дел у нее впереди, вскочила с постели и побежала в ванную.

За завтраком Лика рассказала тете о своем сне. Та выслушала ее внимательно, долго думала о чем-то, а потом выдала:

— Интересный сон. Мне кажется, он имеет какой-то смысл. Только вот какой? Бабочки… бабочки, определенно, обозначают души.

— Думаешь?

— Я уверена. А раз они белые, значит, это чистые души.

— Чьи души? Там их было очень много.

— Не знаю, но ясно одно — ты спасла чью-то чистую душу.

— Спасла?

— Ну, да. Или, может, тебе предстоит ее спасти.

— Ага, какая из меня спасительница душ? — рассмеялась Лика.

— И не смейся, — рассердилась тетя, — мы доконца не знаем, какие мы внутри. Мы не знаем, какие силы спят в наших сердцах и на что они способны, если их пробудить. Нам не дано знать, что нам положено свыше, но мы обязательно исполним предначертанное, когда придет время.

— Отлично! Тогда я пошла спасать души. И вообще, у меня столько дел сегодня.

— Вот-вот, ты помнишь, что тебе сегодня в приемную комиссию идти?

— Как раз туда и собираюсь, — весело ответила Лика и, чмокнув тетю, побежала в комнату, чтобы сложить документы в сумку. Ей оставалось лишь отнести их в приемную комиссию и до самого сентября она будет совершенно свободна.

Закончив с документами, она надела свой любимый голубой сарафан. Она долго рассматривала себя в зеркало и, наконец, мысленно убедив себя в том, что выглядит она очаровательно, вышла из комнаты.

Тетя выдала ей еще кучу наставлений о разных «трудностях», которые могут поджидать ее в приемной комиссии и в конце концов, пожелав ей удачи, закрыла за ней входную дверь.

Лика выпорхнула из подъезда прямо в густую июльскую духоту. «Дождя бы», — подумала она. Город изнывал от жары. Деревья опаленные солнцем, усталые и запыленные, словно застыли под ярко-синим небом без единого облачка. Только газоны с цветами, которые ежедневно поливались, радовали глаз.

Глава 3

Коко

По дороге домой, Лика встретила Влада. Они немного поговорили о том, о сем. Затем он с грустью заметил, что это был его последний день дома, на следущее утро он уедет на учебу в Болгарию.

— Да, жаль, — лишь смогла выдавить из себя Лика. Она едва сдерживалась от слез, потому отвернулась и часто заморгала, и все же слеза покатилась по щеке. Но Влад ее не заметил, он засмотрелся на ее пальцы, удивительно-красивые, нежные, с почти прозрачной кожей; казалось, они принадлежали ангелу, а не земной девушке. Ему в какой-то момент захотелось убедиться, что Лика реальна и он взял ее за руку. Девушка вздрогнула.

— Приходи ко мне к восьми.

— Зачем? — тихо спросила она.

— У меня вечеринка… прощальная. Придешь?

Лика улыбнулась и кивнула. Они попрощались до вечера, и Лика с заходящимся от радости и грусти сердцем вошла в свой подъезд.

Тети дома не было. Лика, налив себе сока и удобно устроившись за столом, стала рассказывать кошкам о встрече с Владом. Нет, обычно она не разговаривала с кошками, просто ситуация была необычная — Влад пригласил ее в гости, и ей непременно надо было рассказать об этом хоть кому-то. Коко, казалось, очень внимательно слушала хозяйку, а Дашку и Машку история совсем не заинтересовала. Поняв, что ничего вкусненького им не дадут, они покинули кухню.

Коко же, чуть прижмурившись и навострив ушки, осталась сидеть на табурете напротив Лики, и лишь изредка поводила ушами, когда хозяйка после пауз возобновляла рассказ. Когда девушка дошла до самого приглашения, эмоции настолько переполняли ее, что она поперхнулась и закашлялась. Коко спрыгнула с табурета и, выгнув спинку, потянулась.

— Я надеюсь, ты не пойдешь? — услышала Лика незнакомый чуть приглушенный женский голос.

Все еще продолжая кашлять, Лика вскочила с табурета и оглянулась. Никого не увидев, принялась протирать себе глаза, потому что из-за кашля, они были полны слез.

— Кто здесь? — выкрикнула она и от ее собственного испуганного голоса мурашки побежали по рукам, а спина сразу стала холодной.

— Это я — Коко, — невозмутимо ответил голос.

Лика уставилась на кошку, усевшуюся перед ней и не мигая глядящую ей в глаза. Выглядела кошка совершенно обыкновенно, впрочем, как и всегда — навостренные ушки и слегка наглый взгляд. В ней, определенно, ничего не изменилось. Лика не знала, что и подумать. В общем-то, она и не успевала, так как мысли, словно пузырьки в бокале шампанского, всплывали и исчезали, соприкасаясь с реальностью. «Это розыгрыш?», «Говорящих кошек не бывает!», «Меня снимает скрытая камера?», «Я сошла сума!?», «Я заснула и мне это снится». «Да! Снится! Снится!» — обрадовалась девушка, цепляясь за спасительную мысль.

— Нет, не снится, — усмехнулся голос. — Я на самом деле говорю с тобой. Кстати, мне очень сложно создавать звуковые вибрации, ты не возражаешь, если я перейду на мысленный уровень?

Лика все так же пялилась на Коко. Ей хотелось взять кошку на руки и заставить ее сказать что-нибудь прямо себе в ухо, чтобы убедиться, что именно это пушистое создание разговаривает с ней. Но ей показалось, что в кошачьем наглом взгляде «забегали чертята» и это ее сдерживало. «Все же это сон,» — решила для себя девушка, проигнорировав вопрос, и пытаясь вспомнить, в какой момент она заснула. Мысленно она возвращалась назад к тому моменту, как вернулась домой, переоделась, сходила в ванную вымыть руки, потом пошла на кухню, налила себе сок… Нет, она никак не могла понять, в какой же момент она заснула. Это ее невероятно расстроило.

— Не помнишь? — спросили из дальнего угла кухни. Коко теперь разлеглась там на полу и все с той же «наглой ухмылкой», если так можно сказать о кошке, но в чем Лика уже не сомневалась, смотрела на хозяйку.

— Что не помню? — наконец отвлеклась Лика от своих мыслей.

— Как заснула…

— Откуда ты…? Ты читаешь мои мысли? — это мысль окончательно привела девушку в ступор. Она села на табурет и обхватив голову руками, склонилась к столу. «Просто сплю», — как можно убедительнее произнесла она.

— Не спишь. Я реальность, душенька, — возникло в голове, и Лика поняла, что это была не ее мысль. Она с укором обернулась к Коко. — Извини, — продолжилось в ее голове, — что я без разрешения, но мне, действительно, очень трудно говорить вслух… ты ведь не возражаешь?

А Лика настолько устала от попыток понять, что происходит, что просто решила смириться с происходящим. Она лишь успела ощутить готовность к диалогу, а ей уже ответили «Спасибо».

— Ну, так что, ты все еще хочешь пойти на вечеринку? — спросила Коко мысленно.

Лика уже и забыла о приглашении Влада — настолько ее шокировала ситуация с говорящей кошкой. Впрочем, она почти смогла взять себя в руки, решив, что в жизни всякое бывает, даже говорящие кошки. Главное, решила она, никому об этом не рассказывать.

— Конечно, пойду! — воскликнула Лика.

— Зачем же так громко? Я очень хорошо все слышу, даже то, что ты не говоришь, — чужие мысли струйкой потекли в ее голову.

— И мне это не нравится, — так же мысленно ответила Лика. — И вообще, какое твое дело? Хочу иду, хочу не иду. А ты всего лишь моя кошка, — уже вслух добавила она.

— Всего лишь кошка? — перебила ее Коко.

— Всего лишь кошка. Пусть даже и говорящая.

— И тебе интереснее пойти на вечеринку к этому парню, чем поговорить с говорящей кошкой? Ведь не каждый день выпадает возможность поговорить с кошкой, которая может тебе ответить. А может, ты вообще единственная на всем свете, кому предоставилась такая возможность?

— Хочешь сказать, что завтра это все закончится и будет как всегда и ты снова будешь обычной кошкой? — обрадованно спросила вслух девушка, а в ответ услышала печальный вздох.

— Действительно, современного человека мало что интересует, кроме его собственных примитивных желаний…

— И это говоришь мне ты, кошка, которая целыми днями только и делает, что спит и ест? — возмутилась снова вслух Лика.

— Это очень поверхностное суждение, душенька. Внешняя пассивность не всегда означает внутреннее бездействие. Ведь внешность…

— Думаю, это не твой случай, — уверенно оборвала Лика мысли своей кошки, — и вообще, мне нужно готовиться к вечеринке, — заявила она и направилась в ванную, захватив по дороге халатик. — Некогда мне тут с тобой болтать, — добавила она, а сама в мыслях уже видела себя в своем розовом коротеньком платье. На ее стройных ножках красивые туфельки. Ее темные локоны развиваются, так же красиво, как в рекламе шампуня, когда она идет через двор к подъезду Влада. Он же в это время случайно подходит к окну и, увидев ее, такую невероятно красивую, просто теряет голову.

— Как в дешевом романе, — вздохнула Коко.

— Не нравится, не слушай и не смотри! — парировала Лика, демонстративно хлопнув дверью в ванной.

Лика открыла воду и с облегченьем встала под прохладные струи. Она все еще надеялась, что ей лишь приснилась говорящая Коко. Она даже сделала воду похолоднее и едва не вскрикнула от обдавшего ее холода.

— Не простудись, — послышался из-за двери приглушенный голос кошки.

Девушка вздрогнула всем телом, то ли от холода, то ли от разочарования. Вода не помогала. Мысли по-прежнему путались. Она пыталась думать о Владе, но образ говорящей кошки вытеснял все. «Может, они все таки существуют? Надо будет погуглить… возможно, что кто-то уже сталкивался с этим… А если нет? А что если…? О, нет! Вдруг я все-таки сошла сума? Что же будет? Меня положат в психушку! Нет. Нет. Нет. Мне туда нельзя! Нельзя ни в коем случае рассказывать о Коко!! А если я вдруг начну отвечать ей вслух и кто-нибудь услышит? Оооо, ну, почему все так сложно??? Придется все время быть начеку. Как это все утомительно…

— Я постараюсь не заговаривать с тобой в присутствии других, — вмешалась Коко в поток ее встревоженных мыслей.

— Очень мило с твоей стороны, — вслух и с ехидством заметила Лика.

— Да, но только в том случае, если ты не пойдешь на эту вечеринку.

— Что? — возмущенно вскрикнула девушка, надевая халат. Открыв дверь ванной, она нашла Коко сидящей рядом, как ни в чем не бывало. — Моя собственная кошка ставит мне условия? По-моему, это уже слишком! Интересно, почему это я не могу пойти на эту вечеринку?

— Я ничего не имею против вечеринок.

— Значит, дело во Владике? Чем он тебе не угодил? Ты ведь его не знаешь! Даже не видела ни разу!

— Зато знаю, что у него редкая группа крови, — почти прошипела Коко.

— При чем…? При чем здесь это? — Лика от негодования не знала, что еще сказать. Она прошла в свою комнату и стала ходить из угла в угол, делая вид, что ищет платье. Она то заглядывала в шкаф, то открывала дверцу тумбочки, то зачем-то включила и снова выключила свет. Внутри она все еще была возмущенна словами своей кошки. Наконец, устав от бесконечной сумятицы в голове, она просто сказала себе «Стоп!» Открыв нараспашку окно, вдохнула воздух полной грудью и задержала дыхание, медленно выдохнула. Затем снова вдохнула. Так она простояла минут пять, заставляя себя дышать глубоко и размеренно и не допуская никаких мыслей.

— Ну, вот! — заявила она самой себе вслух, — я впорядке! Теперь можно и собираться.

Она закрыла окно и открыла шкаф. Достала свое любимое платье и решила примерить его. В этот самый момент она услышала звук поворачивающегося в замке ключа. Это вернулась тетя.

— Лика, ты дома? — раздался тетин звонкий голос.

Лика с некоторой настороженностью вышла в коридор.

— Что-то случилось? — обеспокоилась тетя.

— Нет! — почти вскрикнула девушка и уставилась на кошек, которые столпились у ног хозяйки. Все три настойчиво терлась о ноги тети и громко мурлыкали.

— Опять они что-то натворили?

— Нет, все нормально, — уже спокойно повторила Лика.

Тетя принесла теплых булочек из магазина и они сели пить чай. Тогда Лика и рассказала ей, как провела полдня и про приглашение Влада. О Коко она решила твердо молчать. Тетю не особо порадовал факт приглашения племянницы на вечеринку, но запрещать идти туда она не собиралась. Лишь попросила быть дома не позже одиннадцати.

Лика была совершенно довольна своим внешним видом. Этот оттенок розового очень шел к ее каштановым волосам, которые тетя помогла ей уложить в красивые локоны. Глядя на свое отражение в зеркале, она улыбалась и представляла лицо Влада в тот момент, когда он ее увидит.

— А если он будет к тебе приставать? — вдруг пронеслось в голове. Лика вздрогнула.

— Коко, ты здесь? — обернулась она в поисках наглой кошачьей мордочки, но ее не было в комнате.

— Меня здесь нет, но это я, — снова проскочило в голове. — Ну, так что тогда?

— Этого не будет, — ответила девушка, слегка покраснев от собственной мысли, что это вполне может и случиться. Даже сердце заколотилось и ладони стали влажными.

— С твоим умением говорить одно, и думать противоположное хоть сейчас на сцену, — заметила Коко и почему-то Лика сразу поняла, что эта мысль была окрашена горечью. Ей стало неловко. Она захотела оправдаться, но ответом ей была тишина.

Глава 4

Секрет

Стараясь дышать глубоко и медленно, Лика протянула руку к дверному звонку. Рука дрожала и девушка опустила ее так и не позвонив. Еще минуты две она заставляла себя дышать глубоко и размеренно. Наконец, ощутив некоторое успокоение, решительно нажала на звонок.

— Привет! — выпалила она

— Привет, — сказал он, проваливаясь в глубину ее глаз. На какое-то мгновение время застыло. Эти двое словно выпали из реальности. Они начали существовать вне этого мира и вне времени. Только продлиться прекрасному мгновению не пришлось.

— О, Ликусь, привет! — выкрикнула из коридора Эмилька, — чего вы там застряли?

Влад и Лика, словно очнувшись, заулыбались друг другу.

— Действительно, чего это мы? Проходи, — сказал Влад, беря гостью под руку. — Проходи, чувствуй себя, как дома.

Через широкий коридор они вошли в большую освещенную комнату. Здесь было человек семь, в основном одноклассники Лики, лучшие друзья Влада — Олег и Малик — о чем-то спорили с Ариной и Анжеликой, девочками из параллельного 11 Б, у окна. В стороне от них по телефону с кем-то беседовал еще один их одноклассник, Антон. А в кресле, к которому Влад подвел Лику, расположился парень чуть постарше. На вид ему было лет девятнадцать или двадцать. У него было очень доброе и красивое лицо, но большие и выразительные глаза скрывали печаль. Когда Влад представил ему Лику, он улыбнулся, но и улыбка была полна грусти. Лике показалось, что она уже видела где-то эту улыбку. Она попыталась припомнить, где, и в этот же момент выяснилось, что Сергей, так звали этого парня, являлся двоюродным братом Влада. Тогда Лика и вспомнила, что слышала еще зимой от кого-то от одноклассников, что у Влада умерла тетя. Вероятна, она была мамой Сергея. Решив уточнить эту информацию позже у Танюшки, Лика улыбнулась в ответ. Отчего-то она ощутила некое единство с этим человеком. Возможно, просто от того, что понимала его боль, ведь она росла без матери. И хотя ее мать была все же жива, иногда она об этом забывала.

Потом они немного поболтали с присоединившейся к ним Эмилькой. Эмилька, или Эмилия, была красивой, высокой и стройной. Ее глаза были настолько черными, что невозможно было различить их зрачок, и из них всегда струился какой-то непонятный магнетизм, который окутывал и гипнотизировал каждого, кто осмеливался заглянуть вглубь этих глаз. Вот и сейчас она пыталась поймать взгляд Сергея, чтобы очаровать его своей магией.

Кто-то включил музыку. Разговаривать стало неудобно. Арина и Анжелика выдвинулись в центр комнаты, изгибаясь в танце. Кто-то задёрнул шторы на окнах и в комнате стало почти темно. Тела девушек превратились в непонятную игру света, тени и малинового блеска, которого добавляло яркое платье Анжелики.

Так как Лике не хотелось танцевать, Влад предложил показать ей всю квартиру полностью. Она с радостью согласилась, потому что никогда не любила слишком громкую танцевальную музыку.

Комната Влада удивила ее своим порядком и минимализмом. Здесь всего-то расположились диван, стол с креслом и платяной шкаф. На подоконнике два комнатных цветка, казалось, пытались выглянуть во двор, словно им было одиноко в этой почти пустой комнате. Такой же одинокой казалась и рамка с фото. Лика взяла ее в руки, чтобы получше рассмотреть. Кадр определенно был очень удачным. Счастливая семья в лице еще мальчишки Влада и его родителей смотрела на нее, улыбаясь. От фото веяло любовью, негой, теплом и еще чем-то таким знакомым, но давно забытым, от чего у Лики защемило сердце. Она вспомнила о маме. Девушка часто о ней вспоминала, но думать о ней запрещала себе, не позволяя таким мыслям надолго оставаться в своей голове. Вот и сейчас она отбросила их и, обернувшись к Владу, спросила:

— Где это?

— Это в Крыму. Севастополь. Вот… смотри, — объяснял он, указывая пальцем позади плеча своего отца, — это памятник затонувним кораблям. Только здесь видна небольшая его часть.

— Да-да, вижу. Очень красивое фото. Вы здесь такие счастливые…

— Да, мне тоже очень нравится, — кивнул Влад, и его улыбка стала еще более теплой, словно бы южное солнце с фотографии на самом деле грело его. — Ты была на море? — спросил он.

— Только в мечтах, — улыбнулась Лика.

— Море прекрасно! — вдохновенно протянул он. — Ничто не сравнится с ним. Тебе нужно обязательно увидеть море, — добавил он, глядя ей в глаза и склоняясь к ней, — оно, как твои глаза…

Лика закрыла глаза и почувствовала те же легкость и желание полета, какие испытывала во сне. А его дыхание у ее лица напоминала прикосновение крыльев белых бабочек.

Лика уже почти потянула на себя приоткрытую дверь ванной, когда услышала голос Эмильки, идущий оттуда. Она говорила о Рите. И то что Лика услышала, повергло ее в шок. На некоторо