Оглавление

Всем, кто задаётся вопросами, мечтает и верит.

Продолжайте.

«Тот, кто сражается с чудовищами, должен следить за тем, чтобы самому не стать чудовищем».

Фридрих Ницше

Предисловие

Тишина была благословением. Звон цепей позволял десяткам шепотов — мужчин и женщин, старых и молодых — просочиться в воздух. Ее разум подхватывал их, осторожно распутывая нити прошлого и будущего, слыша тех, кого она оставила и уничтожила, тех, кого любила и лелеяла. Ее запястья ныли от металлического давления, а горький привкус собственной крови на языке стал ее мрачным спутником. Она не могла отказаться от иллюзии и обратить свой взор к отражению, которое видела в зеркале: алый цвет ее крови резко выделялся на фоне ониксово-черного. Вместо этого она часами отсчитывала время, ожидая прихода своего тюремщика — он не заставил себя долго ждать. И когда он появился, боль стала её щитом, защищая от нежеланных гостей, которые обосновались в её сознании и нашептывали боль и страдания тем, кто причинил их ей, напоминая ей об истинной силе, скрытой под кожей. Острый нож кружил вокруг незаживающих ран, окрашивая лезвие ее кровью — красной, как у любого человека.

Она не знала, кем была на самом деле, что давало ей силу контролировать тьму и приказывать прийти к ней, оставляя свое убежище. Единственное, что было ей знакомо сейчас и что она знала сотни жизней до этого, была боль, ужасающая и мучительная. Но была и другая — чужая, но такая знакомая, почти родная. Она принадлежала не ей, но следовала за ней из жизни в жизнь. Как и ощущение чьего-то присутствия в глубинах её сознания — и чьих-то бдительных глаз, наблюдавших за ней из тени между реальностями, выскальзывавших из-за завесы между нормальным и ненормальным.

Яд распространялся по раненому плечу, а дрожащие от напряжения руки едва удерживали её тело в вертикальном положении. Всего было и чрезмерно, и недостаточно — не смертельно ярко, не до конца мучительно. Чего-то не хватало. Чего-то, что они испытывали раньше. Чего-то, что позволило бы им пересечь границу в следующую жизнь.

Она подняла голову и, глядя сквозь человека перед собой, заметила тени, ползущие по стенам: дым, собирающийся в замысловатые узоры. Это были пульсирующие, живые, почти дышащие существа, умоляющие о ее внимании, нетерпеливо желающие освободиться. Она знала, чего они на самом деле хотят — освобождения, чтобы сеять боль и смерть. Единственное, что все еще удерживало их на расстоянии, запирало в изломанной действительности, были цепи и наручники на ее запястьях. Они сдерживали поток силы, которую она не осмеливалась назвать магией. Но как только они исчезнут, кто знает, что случится?

Глава первая

В королевство пришла ранняя весна, наполнив воздух сладким запахом цветущих деревьев. На улицах не было видно играющих детей, лишь занятые люди наслаждались последними минутами спокойствия.

Терия славилась своей зеленью, беззаботными жителями и весной, что навсегда отпечаталась в их душах. Со временем сердца ее людей ожесточились, столкнувшись с войной, которая, казалось, никогда не закончится.

Но после четырнадцати лет тишины ее нарушил гул десятков копыт. В столицу въехала ярко-алая карета, запряженная великолепными черными лошадьми. Их глаза были прикрыты, а уши скрыты под бордово-красной тканью. Кучер, одетый в яркий плащ и шляпу, резко контрастировал с черными спинами своих лошадей.

Люди замирали, пытаясь рассмотреть пассажира внутри. Крилонские экипажи всегда представляли опасность для противоборствующего королевства. Но как только карета остановилась, дверь открылась, и из нее вышел человек, одетый в черное, который, казалось, нес всю тяжесть мира на своих плечах. Его одежда не была традиционно-красной, что было неожиданным нарушением традиций королевства. Его холодный взгляд скользил поверх толпы, выжидая приближения стражников.

— Думаю, можно считать эту поездку успешной. Мы уже привлекли всеобщее внимание, — пробормотал он, поворачиваясь лицом к замку.

Через мгновение ворота распахнулись, впуская гостей. Мужчина ступил внутрь первым, а за ним вошли стражники, ладони которых покоились на рукоятках мечей, готовые обнажить клинки при малейшей тени угрозы для своего хозяина.

         ✵ ✵ ✵

Шесть, пять, четыре, три, два… шага до конца комнаты. Ей было трудно сосредоточиться, поэтому она мерила комнату шагами, готовясь к скорому отъезду. Если бы несколько лет назад ей сказали, что она покинет Терию, она бы сочла этого человека сумасшедшим и никогда больше с ним не разговаривала. Несмотря на то, что она любила представлять себе другие миры и ездить в близлежащие деревни, она никогда не стремилась уехать из своего дома. Новое место всегда будет чуждым, а быть среди незнакомцев, даже королевской крови, будет некомфортно.

— Хочешь, я приготовлю тебе ванну, Элли? — юноша стоял у входа, наблюдая, как она наворачивает круги по комнате, с трудом пытаясь скрыть ласковую улыбку.

Элисон остановилась, подняв глаза. Наконец рядом был Бенуа — тот, кто всегда мог трезво оценить ситуацию и найти верный путь.

— Как ты думаешь, мне стоит остаться здесь с отцом? — спросила она, застенчиво ему улыбнувшись. Его советы всегда помогали, показывая, насколько он был мудрым, хотя большинство людей видели в нем лишь его доброту или радостный характер.

— Я знаю, что могу поделиться с тобой своим мнением, но выбор — за тобой. Принесет ли этот брак мир нашим землям? Вероятно. Сделает ли он тебя счастливой? Я не знаю. Есть миллиарды возможностей, но решать тебе, не мне, — сказал он, словно отвечая на все ее неозвученные вопросы.

Девушка наблюдала, как он медленно вошел в комнату. Это было решение, которое следовало принять вне ее личных интересов. Судьба королевства значила куда больше, чем жизнь одного человека, даже если в его жилах текла королевская кровь.

— Я хочу остаться. Дожить до того, чтобы увидеть расцвет Терии, увидеть красоту ее весны и прекрасный смех детей, играющих в саду, — прошептала она. — Но я также знаю, что ничего из этого не произойдет, если я не поеду в Крилон и не выйду замуж за короля.

Он молчал, глядя на нее с сожалением и печалью. Они не могли закончить войну, не пожертвовав своими жизнями. В конце концов, кем они были, как не крошечными частицами во времени?

— Так ты все-таки решила, — прокомментировал Брайс, направляясь в ванную. — В таком случае нам нужно решить, что брать с собой.

Элисон рассмеялась, подумав о количестве ее нарядов:

— Не думаю, что у нас достаточно места, чтобы взять все, что я захочу.

Им было разрешено путешествовать в одной большой карете, которую будут охранять как терианские, так и крилонские стражники по пути в Андерхолл. Война еще не была окончена, и потребуется время, чтобы новости об их союзе достигли каждого поля боя на их землях.

— Уверен, у них есть отличный портной, который сошьет тебе еще платьев, — пошутил мужчина, наполняя ей ванну. — Я беспокоюсь, что у них не будет ванн. Это будет настоящей катастрофой для тебя.

— Конечно, Би. Я не выживу без хорошей ванны и мыла, — она кивнула, следя за его движениями. Умелые руки подобрали необходимые баночки и бутылочки, куски мыла и щетки, чтобы поставить их на стол. Он работал медленно, закатав рукава, и волосы становились все кудрявее и кудрявее от пара.

— Все готово. Тебе нужна моя помощь? — спросил Бенуа, оборачиваясь и указывая на ее платье. — Я могу уйти и позвать девушек, — сказал он, всегда с уважением относясь к ее желаниям.

Она посмотрела на него, покачав головой. Бенуа приблизился и начал распускать ее волосы, вытаскивая маленькие шпильки и отпуская черные пряди. Уютная тишина заполнила комнату, напоминая ей обо всем времени, которое они провели вместе. С годами дружбы не было нужды разговаривать.

— Ты был бы замечательным помощником. Дамы в Андерхолле были бы в восторге! — она хихикнула, ожидая, когда он освободит ее из корсета.

— Я бы с удовольствием был рядом с Вашим Королевским Высочеством, — пошутил он, сосредоточившись на крошечных ленточках на ее спине и пытаясь развязать их, не повредив.

— Я буду польщена, если ты останешься. Представь, как завидовали бы эти женщины. Я заберу всего тебя себе и не поделюсь, — ответила Элисон, снимая платье, оставляя на полу изумрудную ткань.

Бенуа рассмеялся, хотя это прозвучало немного натянуто. Его руки были по-прежнему нежны, когда он направлял ее в ванну:

— Как ты думаешь, они будут называть тебя «Вашим Величеством» со дня прибытия?

— Возможно, я останусь принцессой, — ответила она, погружаясь в теплую воду.

«Я должна подождать до дня нашего прибытия, — подумала она. — Так я буду знать, какой титул мне позволят носить».

В любом случае, их прибытие в Крилон было совсем близко.

         ✵ ✵ ✵

Карета двигалась медленно, груженная огромным количеством багажа, двумя пассажирами и стражами. Они не могли ускорить движение, что было досадно, но позволило им насладиться природой за окном.

Темные тучи окутывали лес, крепкие дубы и высокие сосны переплетались с елями. С усилением дождя Элисон неожиданно захотела, чтобы в карете был камин, который согрел бы их. И какой замечательный камин это мог бы быть! Кузнецы украсили бы его темными фигурками на дымоходе или выгравировали маленьких человечков внутри облицовки.

— Я слышу твои мысли даже отсюда. Тебе что-нибудь нужно? Мы можем остановиться в ближайшей деревне, чтобы отдохнуть, — предложил Бенуа, укутываясь в свой пиджак.

Они обедали совсем недавно, и еще одна остановка лишь удлинила бы их поездку.

— Нет, все в порядке, — сказала Элисон, пожав плечами. — Снаружи странно, кажется, будто наступил самый темный час ночи, особенно под этим безлунным небом.

— Я бы сравнил это с концом света, но безлунные ночи кажутся менее пугающими. И ведь еще не так давно наступил полдень.

Она рассмеялась, закрывая шторы:

— Похоже, мы выбрали худший день для поездки.

— Сомневаюсь. В Крилоне всегда так. Скучно и дождливо, солнечных дней почти нет, — ответил Бенуа, все еще глядя на бесконечные облака. — Я уже скучаю по терианскому теплу.

— Никогда бы не подумала, что ты скажешь что-то подобное! — Элисон улыбнулась, приподняв бровь. — Я начинаю думать, что воздух здесь творит чудеса.

— Волшебный воздух Крилона: темный и мрачный, — ответил он, обнимая девушку.

         ✵ ✵ ✵

Они прибыли лишь спустя несколько дней, и бледное солнце, пробивающееся сквозь облака, казалось призрачным видением. Главный двор замка Андерхолл был полон людей, стоявших у каменных стен, сверкающих на солнце и скрытых ярко-красными флагами. Толпа стояла молча, терпеливо ожидая, когда их экипаж остановится. Только воронье карканье можно было услышать с ближайшей башни.

Трудно было сосредоточиться на чем-то одном. Все выглядело совершенно другим и похожим одновременно. Люди начали двигаться, отдавая дань уважения членам королевского двора, которые медленно выходили из здания. Элисон огляделась, затаив дыхание, пока во дворе появлялось все больше людей.

Прежде чем тревога успела окрепнуть в ее голове, Бенуа открыл дверь, протянув ей руку, чтобы помочь выйти:

— Не смотри так испуганно. Помни, первое впечатление очень важно. Улыбнись, или хотя бы попытайся. Люди смотрят, — прошептал он, тоже слегка улыбнувшись.

Несмотря на совет, она не могла избавиться от чувства тревоги. Все взгляды были прикованы к ней, рассматривая и осуждая, выискивая малейший изъян. Собравшись с силами, девушка расправила плечи, подняла взгляд, чтобы пройти дальше, но ее остановил знакомый ей мужчина.

— Рад видеть вас здесь, Ваше Высочество. Надеюсь, ваша поездка была приятной, — сказал он, глядя ей прямо в глаза.

Она вздохнула, чувствуя себя неловко:

— Это было долго, дождливо и определенно менее приятно, чем я ожидала, — ответила она, протягивая ему руку, как того требовала традиция.

Он улыбнулся, слегка кивнув:

— Меня зовут Орман Донг. Думаю, будет уместно назвать вам мое имя. В конце концов, знание имени может дать человеку силу.

— Действительно, может, — согласилась Элисон, отступая на шаг. — Зайдем внутрь?

Орман поклонился, сложив руки за спиной, и направился в сторону входа, молча предлагая им следовать за ним.

Внешний вид замка был ничем по сравнению с его интерьером. Тронный зал был украшен розами, высокий потолок подсвечен огромными металлическими люстрами, а столы были готовы для приема гостей. Комната была освещена сотнями свечей. Но внимание было приковано к самому трону, пустующему без своего хозяина.

Элисон оглянулась, чтобы найти Бенуа, но он уже стоял в самом дальнем углу, вместе с другими слугами. Сделав глубокий вдох, она прошла в центр зала, терпеливо ожидая появления короля.

Он не заставил себя долго ждать. Единственное, что рассказал ей отец, — это имя и возраст короля, его статус и основные заслуги. Она размышляла о нем, проводила дни, думая о различиях в их возрасте и культуре, спрашивая каждого, кто хотел поделиться своим мнением. Ее отец считал, что беспокоиться не о чем. Мужчина должен быть мудрее, опытнее жены. Двенадцать лет разницы — пропасть, которой было достаточно, чтобы это гарантировать.

Медленные шаги и нервозность на лицах людей заставили Элисон поднять глаза. Первое, что она заметила, — это алая мантия на его плечах и железная корона на голове. Он смотрел на нее, слегка приподняв подбородок, а в его взгляде читались любопытство и сосредоточенность. Она попыталась замереть, глядя в его глаза, которые напомнили ей небо по дороге сюда. Серое и мертвое.

— Вы услада для моих глаз, принцесса, — пробормотал он, ухмыляясь. — Ты можешь подойти поближе. Нам следует познакомиться друг с другом должным образом.

Рука короля была протянута, и отказаться от нее она уже не могла. Его ладони оказались пугающе холодными — мороз пробежал по ее коже. Когда металл их колец тихо звякнул при соприкосновении, девушка склонилась в поклоне, не разжимая пальцев.

Шепот окружил пару, усиливаясь с каждой секундой и эхом отдаваясь в ее сознании. Люди говорили о ее внешности и манерах, выражая свое удовлетворение или отвращение десятками разных способов. Элисон ощущала себя зверем, выведенным на свет для осмотра, оцениваемым покупателями под пристальным взглядом хозяина. Даже если ее отец продал ее, она все еще была человеком.

— Я согласен с Орманом. Вы восхитительны, — пробормотал король, медленно усаживаясь на трон, оставив ее стоять перед ним. — Я не думаю, что это необходимо, но меня зовут Эдвард Шиллингфорд. Ты можешь называть меня Эдвардом.

— Элисон Гринвудс, — ответила она, сохраняя тон холодным, как камень, чтобы ни за что не показать, как неуютно она себя чувствовала в этой ситуации. Ее глаза пытались найти что-то в его взгляде.

Не теряя ни секунды, Эдвард повернул голову к Орману, шепча приказ. Мужчина тут же сделал шаг назад и вышел из зала.

— Я попросил Ормана подготовить замок для свадьбы. Медлить не нужно, как думаешь? Мы только откладываем неминуемое, — сказал он, мягко улыбнувшись. — Ты, должно быть, устала с дороги. Для тебя уже готовы комнаты — сейчас самое время отдохнуть.

В зал ворвался резкий ветер, заставив ее вздрогнуть. Из толпы вышли две молодые девушки и попросили Элисон следовать за ними. Люди отходили с ее пути, что позволило ей легко выйти из комнаты. Плохо освещенные стены коридоров были украшены красными тканями, слегка напоминавшими ей стены Тронного зала. Было почти неестественно холодно для середины лета. Основной проблемой замка, казалось, была неспособность удержать хоть какое-то тепло внутри. Служанки провели ее через крыло, открыв перед ней дверь в комнату. Она не была большой или маленькой — подходящего размера, чтобы здесь было удобно жить. Кровать снова была украшена темным деревом и бордово-красными тканями, а подушки были разложены на ней в определенном порядке.

Одна служанка осталась рядом с ней, ожидая дальнейших приказов:

— Должны ли мы подготовить вас ко сну или тот молодой человек, с которым вы приехали, поможет вам? — спросила она, глядя на нее, нахмурив брови.

— Спасибо за предложение, но, думаю, я подожду его здесь, — пробормотала Элисон, осторожно садясь на одеяло. Ее платье было грязным от дорожной пыли, но это было ничто по сравнению с ее состоянием.

Девушка подождала несколько минут, прежде чем служанки оставили ее одну. Она подвинулась ближе к подушкам и внимательно осмотрела комнату, где стояли столы, заставленные разными баночками и тарелками, ожидающими своего часа. Шторы зеленого цвета напомнили ей о лесе, который она видела из окон своей старой комнаты, но они контрастировали с красным цветом ее постельного белья.

— Мне постучать, прежде чем войти? — спросил Бенуа, заставив ее подпрыгнуть от неожиданности. Он рассмеялся, держась за дверь для прислуги.

Она вздохнула, покачав головой:

— Я не думаю, что тебе это необходимо, но закрой дверь, пожалуйста.

Он был обеспокоен, но, не заостряя на этом внимания, закрыл дверь и направился к кровати.

— Ну, по крайней мере, они не просили тебя называть его «Его Величеством», — в шутку заметил он и сел на матрас.

Элисон зевнула, потерла глаза и заметила грязь на костяшках пальцев:

— Подготовь меня ко сну, пожалуйста, — сказала она, глядя ему в глаза.

Не задавая дальнейших вопросов, Бенуа осмотрел помещение в поисках двери, которая могла бы вести в ванную комнату. Элисон старалась не заснуть на своей кровати, а Бенуа был занят тем, что наполнял ванну баночками со стола в спальне, наливал воду в ванну, заставляя девушку думать о том, насколько знакомой и в то же время иной стала их жизнь. Она улыбнулась, позволив воде погрузить ее в теплые объятия, убаюкивая.

         ✵ ✵ ✵

— Мой отец говорил, что не так уж и сложно влюбиться в короля через некоторое время совместной жизни, — вздохнула Элисон, стараясь не уснуть снова. Бенуа уже несколько раз будил ее, опасаясь, что она утонет в ванне. — Но что-то внутри продолжает говорить мне, что этого не произойдет, — она попыталась продолжить свою мысль, но не смогла сосредоточиться на словах, пока рука Бенуа смывала масла с ее волос.

— Для своих лет он выглядит зрелым. А может, дело в короне, бороде и всем королевстве, которое он держит в своих руках? — прокомментировал Бенуа, смывая мыло с ее волос.

— Кто согласится жениться, зная человека меньше часа? — ответила Элисон, наблюдая, как вода медленно стекает обратно в ванну.

— По-видимому, кто-то, кто согласился жениться на девушке ради мирного договора, — он пожал плечами, понизив голос. — Оба королевства нуждались в окончании войны. И он заполучил, как он сказал, «усладу для глаз».

Она запрокинула голову в смехе, но, потеряв равновесие, неожиданно нырнула в воду — и сразу же об этом пожалела.

Бенуа продолжил, вытаскивая ее из воды:

— Все королевство в его руках, а он все равно заставляет тебя принимать ванну с какими-то варварскими маслами, — пошутил он, осторожно накидывая на нее ночную рубашку.

— Мне выделили три дня, чтобы подготовиться к свадьбе и обустроиться здесь. Если я пойму, как сделать это, то смогу жить, используя эти масла.

— Я помогу тебе, — прошептал он, стоя достаточно близко, чтобы обнять ее. — Пока ты сияешь в центре, я услышу голоса тех, кто стоит позади меня.

— Это отличная идея. Так странно быть далеко от тебя все время. В центре толпы все смотрят только на меня. А люди здесь делают это так, словно я животное, выставленное на продажу.

— Не могу с тобой не согласиться, — кивнул он, потирая глаза.

Элисон заметила это, обеспокоенно глядя на него. Пока она была занята разговорами о своих проблемах, она совершенно забыла, как он устал.

— Кстати, где твоя комната? В самом темном углу замка, окруженная паутиной и пауками? — поинтересовалась она, представляя, как далеко она находится.

— Ты знаешь, — усмехнулся мужчина, — возможно, ты права! Они сказали, что подготовят комнату для меня. Видимо, они не думали, что ты привезешь кого-то с собой.

Она кивнула, заметив горничную, которая вошла в комнату. Девушка протянула Бенуа ключ, попросив его следовать за ней.

Элисон рассмеялась, заметив, насколько удачным был момент ее появления:

— Осторожнее! Милые девушки могут свести тебя с ума, — прошептала она, прижимая его к себе, не желая размыкать объятия.

— Я обещаю, что буду начеку. В конце концов, мне нужно заботиться о Моем Величестве, — прошептал Бенуа в ответ, не желая отпускать ее. Кашель служанки прервал их, и Бенуа вышел, пожелав ей спокойной ночи.

Элисон, оставшись одна в комнате, отчаянно пыталась заснуть. Но сны не приходили — незнакомое место заставляло ее кожу покрываться мурашками. А крик одинокой вороны за окном лишь усиливал беспокойство.

Глава вторая

Солнечные лучи проникали в комнату через окна, будя ее светом и теплом. Элисон попыталась спрятаться под одеялом, но ее попытки прервал громкий стук в дверь. Подушки были небесно-мягкими, и вставать, чтобы поприветствовать кого-то, казалось непосильной задачей. Вместо этого она закрыла глаза, снова погружаясь в полудрему, представляя прекрасный сад, полный цветущих деревьев и цветов. Птицы пели на тонких ветвях, а деревья были покрыты розовыми и нежно-белыми лепестками, которые падали на траву под ее ногами. Дети бегали вокруг птичьего фонтанчика, а деревянные скамейки стояли в самом сердце сада. Это было мирное, неземное место, созданное для идеального дня где-то в центре ее родного города.

Ей потребовалось всего несколько минут, чтобы снова заснуть, но ее сон прервал стук в дверь, а затем в комнату вошел Бенуа.

— Я попросил служанок позволить тебе поспать еще несколько минут, — прокомментировал он, садясь на край ее кровати. — Вижу, вы были погружены в свои грёзы, Ваше Будущее Величество. Проснитесь и пойте, пора знакомиться с вашим новым домом!

Элисон спряталась за подушку, улыбаясь:

— Может, я просто останусь здесь? Солнце греет меня через окно, и больше мне ничего не нужно.

И хотя это было милое зрелище, Бенуа нужно было ее разбудить:

— Может, мне сказать портному, который ждет тебя в Южном крыле, что ты не придешь? Он будет огорчен, Элли. Будь милосердна.

— Ладно, — ответила она, протягивая другу руку. Он помог ей принять сидячее положение и подошел к прикроватному столику.

— Мадемуазель из кухни тоже ждет моего приказа, чтобы накрыть на стол, — продолжил он, беря в руки щетку для волос.

— Что они здесь готовят? Что-то жирное с большим количеством мяса? — она поморщилась.

— Они приготовят все, что ты захочешь. Мы можем передать им рецепты из дома, и со временем они освоят их приготовление.

Элисон кивнула, терпеливо ожидая, пока Бенуа расчешет ей волосы и заплетет их во что-то более удобное, чем обычные крилонские прически.

— Мне снились терианские сады, с маленькими скамейками и птицами, — сказала она, чувствуя, как закрываются ее глаза.

— Какие птицы тебе снились? Маленькие или те, что участвуют в охоте? — спросил он, подбирая для нее серьги — красивые зеленые камни блестели на солнце. — Или, погоди, там была кошка?

Элисон посмотрела на него и рассмеялась. Единственными птицами, которых им довелось увидеть в Крилоне, были высокомерные вороны — и вряд ли они радовали глаз. Она скучала по маленьким птичкам из своего сада, чье пение будило ее каждое утро.

— С кошками или без, но там было тихо, пока ты не постучал в эту странную дверь.

Дверь была действительно необычной — высотой меньше самой девушки и сделанная из темного дерева, а ее ручка была отлита в форме львиной лапы. Она определенно должна была быть входом для слуг и горничных, чтобы гости не замечали их прибытия. Но она была так богато украшена, что ее было трудно не заметить.

— Я скучаю по каминам в Пивьянвилле. Там они созданы по уникальным проектам, с меньшим количеством камней и большим количеством декоративных элементов. Здесь они напоминают мне печи, — Бенуа вздохнул, напомнив ей, как сильно он любил красивые вещи, из-за чего практичность казалась ему недостаточно важной. Его энтузиазм вдохновлял Элли взглянуть на мир иначе.

— Может, они позволят нам переделать замок. Со временем. Привнести больше Терии в Крилон.

— Представь себе лицо короля, когда он войдет в свой замок и увидит белые камни с растениями во всех комнатах. Это будет катастрофой! — пошутил он, имитируя шок Эдварда.

— Мы можем начать с моей комнаты. Заменить эту дверь или красное постельное белье. Клянусь, скоро этот цвет начнет вызывать у меня головную боль.

— Я бы не удивился, — Бенуа пожал плечами, собираясь открыть перед ней большую дверь. Им нужно было приступать к планированию свадьбы. К счастью, у нее были варианты для быстрого выбора.

         ✵ ✵ ✵

Южное крыло замка несколько отличалось от остальных. Лестницы и коридоры были просторнее, что создавало ощущение воздушности. Мастерская портного располагалась напротив больших арок, открывавших великолепный вид на город. Широкие лестницы вели в Оукэнфэйр и были переплетены с гигантскими дубами и деревьями.

Они нашли портного за его рабочим столом, записывающим какие-то цифры в блокнот. Он был одет в красную накидку с белым орнаментом на лацканах, а волосы были спрятаны под платком. Он выглядел чуть старше ее, но его волнение делало его почти ребенком. Они представились друг другу и принялись за работу, готовя платье к торжеству.

Разин Максим, или Максим, как он просил называть его, позволил Элисон выбрать ткани и оттенки, аккуратно отклоняя каждую ее попытку называть его по имени. Бенуа тихонько хихикал, стараясь не привлекать лишнего внимания.

— Ваше Величество, вы можете выбрать между этими тканями. Они довольно похожи по материалу, но отличаются по оттенкам, как вы видите.

За ближайшим столиком они обнаружили разнообразные шелковые и бархатные ткани насыщенных драгоценных оттенков: синий, красный, зеленый и даже желтый были тщательно разложены. Известная своей любовью к изумрудному цвету, Элли выбрала его, улыбнувшись из-за мягкости ткани.

Она знала, что традиционным выбором для крилонской свадьбы всегда был красный цвет, но портной заметил, что новый взгляд на свадебное платье всегда приветствуется. Однако жениху придется заменить свою тунику.

— Неужели это вообще возможно? Я думала, что король уже распорядился, какой должна быть свадьба, — спросила она Максима, который уже был занят снятием с нее мерок.

— Его Величество предложил внести некоторые изменения, чтобы облегчить трудный переходный период вашей жизни.

— Как мило с его стороны, — пробормотала она, пытаясь скрыть несогласие за кашлем.

Портной вздохнул, заметив ее настроение:

— На самом деле, приятно работать с кем-то из другой страны. Дамы замка не отличаются оригинальностью в одежде.

Элисон кивнула, но, прежде чем она успела ответить, ее отвлек внезапный проблеск солнечного света, который достиг ее глаз. Солнечные лучи ослепили ее на мгновение, исчезнув так же внезапно, как и появились.

— Они довольно старомодны, не правда ли? — ответил Бенуа вместо нее, возвращая к реальности. — Немного больше цветов и слоев в их платьях и нарядах, и они хотя бы будут отличаться друг от друга.

Элисон моргнула, оглядываясь, чтобы увидеть, откуда исходит свет. Шторы были плотно задернуты, а дверь закрыта. Единственным источником света в комнате оставались свечи — слишком крошечные, чтобы заменить солнечный свет.

— Или они могли бы попытаться забыть о красной ткани. Но кто я такой, чтобы судить, верно? — рассмеялся Максим, добавляя еще несколько цифр в свои записи.

Сдавшись, Элисон взглянула на большое зеркало, заключенное в искусно выполненную раму из темного дерева с вырезанными цветами и птицами. Она увидела себя, уставшую и растрепанную, но это мог заметить лишь тот, кто знал, куда смотреть. Ее голубые глаза были подчеркнуты темными кругами, а легкая дрожь в руках придавала ей болезненный вид. Возможно, поездка в карете была слишком утомительной для нее.

Бенуа подошел ближе, отвлекая ее внимание от отражения:

— Может, стоит попросить накрыть на стол? Похоже, тебе не помешает еда.

Слегка кивнув ему, Элисон обернулась, ожидая, пока портной закончит снимать мерки. Бенуа коротко кивнул и вышел из комнаты. В мастерской наступила тишина, прерываемая тихим скрипом карандаша.

— Этот молодой человек слишком образован, чтобы быть лишь слугой, не так ли? — спросил Максим, глядя на нее с улыбкой на лице.

Она посмотрела на него, отметив его внушительный рост:

— Это так. Мы учились вместе. В детстве взрослые не могли разлучить нас. Так что то, чему научилась я, знает и он. И должна признать, он запомнил все гораздо лучше, чем я, — Элисон улыбнулась воспоминаниям.

— Ему повезло, что у него есть вы, Ваше Величество. Не все хотят иметь друзей из низших слоев общества и позволять им учиться вместе, — сказал Максим. Его светлые волосы выбились из-под платка, спутанные от постоянных движений. Он вздохнул, открывая один из ящиков, чтобы взять книгу. — Это книга, которую они дают слугам и горничным, чтобы они узнали больше о Крилоне и его культуре. «Восход света» — это, в основном, истории о королевстве, его Святых и легендах, связанных с ними. Думаю, вам стоит это прочесть.

— Спасибо, — ответила она, взяв том в руки. Он выглядел старинным, с позолоченной обложкой. — В нем можно найти настоящие истории или все это лишь легенды?

Максим пожал плечами, глядя на книгу:

— Кто знает? Иногда сказки рассказывают о прошлом больше, чем любые исторические книги.

Элисон кивнула, кладя книгу на ближайший столик:

— Покажу ее Бенуа. Думаю, он насладится чтением так же, как и я.

— Вы очень добры, Ваше Величество. Не каждый сделает столько, сколько вы делаете для своих друзей, — прокомментировал он, проведя пальцем по позолоченным буквам на обложке.

«Не каждый, — подумала она. — Но как она могла не делать этого, когда юноша всегда был так заинтересован в любых, даже самых незначительных знаниях, которые давали ему учителя?»

Ее отец был достаточно добр, чтобы позволить ему остаться, дав девушке возможность обрести верного друга. Может быть, в Крилоне все было по-другому. Королевские особы одевались в дорогую одежду, скрываясь за толстыми стенами от своих подданных. Даже подъемные мосты были подняты сразу после их прибытия. Королевство с мощной защитой спасало не свой народ, а корону и своих приближенных. Какая трата.

         ✵ ✵ ✵

В каждом крыле замка была своя столовая. Гости могли насладиться едой в одиночестве, время от времени спускаясь вниз, чтобы пообщаться с другими. Ее бранч был подан в Южном крыле, где она могла позавтракать в компании поваров, Бенуа и птиц за окном. Огромные окна открывали вид на деревья, контрастирующие своей зеленью с серыми облаками наверху. Погода ухудшилась, пока они были в мастерской.

Свет не отражался от люстры, но она все равно была изысканной: с прекрасными металлическими деталями, свисающими от основания и образующими цветочные узоры. Но что действительно поразило девушку, так это сам стол, сервированный всем, что она любила есть на завтрак или обед. Элисон никогда не была любительницей поздних завтраков, но теперь находила особое удовольствие в том, чтобы объединять две трапезы в одну.

Необычно было видеть за столом только один стул и тарелку. Раньше она всегда просила Бенуа сидеть рядом с собой, есть и тихо спорить на все темы, приходящие им в голову. Но в Крилоне королевские особы ели обособленно от остальных.

Обернувшись, Элисон увидела Бенуа, разговаривающего с женщиной, волосы которой были скрыты под синей тканью. Женщина выглядела спокойной, ее взгляд следил за реакцией на каждое поданное блюдо.

— Я знаю, что могут возникнуть сложности с приготовлением рецептов, которые вы привезли с собой, но мы изо всех сил старались их повторить. Не могли бы вы рассказать нам, что было приготовлено хорошо, а что нет?

Она вышла через маленькую дверь, не дожидаясь ответа.

Бенуа подошел к ней, украв ягоду с ее тарелки:

— Признаюсь, не знаю, стоит ли нам волноваться, что все здесь пытаются улучшить твои жилищные условия или беспокоиться о том, что кто-то может бояться за свою жизнь из-за неправильно приготовленной еды, — заметил он.

— Не знаю. Для них тоже все в новинку. Мы переехали сюда, но привезли с собой странные традиции. И все они стараются изо всех сил, — она вздохнула, тоже беря ягоду. — Почему бы тебе не присесть рядом со мной, не поесть и не рассказать мне новости?

— Я бы хотел, но здесь слуги не едят с королевской семьей. Если кто-то заметит, у меня могут возникнуть проблемы.

— Какой нелепый набор правил! Ты же друг.

— Ты тоже мой друг. Но мы все равно не можем, — прошептал он.

И, может быть, это было небольшое изменение в его голосе, когда он говорил об этом, или решительная осанка, но она знала, что изменения тоже причиняют ему боль. Она могла быть той, кто выходит замуж за неизвестного человека, но и он был здесь, вынужденный жить по новым правилам и нести новые обязанности.

— Но если я предлагаю тебе, разве это не означает, что кто-то приказал тебе это сделать? — пошутила Элисон, заставив его улыбнуться и покачать головой. — Мне не нравится, что здесь такие строгие правила, — сказала она, и ее голос ослаб — не из-за разочарования, а из-за знания, что люди, которые прожили здесь достаточно долго, знали, как следует себя вести. Что это значило для тех, кто только пытался соответствовать их ожиданиям?

— Я могу постараться чаще кашлять в твоем присутствии, если это тебя успокоит, — пробормотал Бенуа, подбирая еще одну ягоду.

— Забавно. Постарайся этого не делать, а то я отведу тебя в комнату и укутаю в одеяла.

— Ты всегда можешь попытаться, — пропел он, изменив выражение лица на более серьезное. — Что вы думаете о еде?

— Я даже не помню, что съела. Ты можешь сказать, что все было вкусно, и со временем они смогут довести блюда до совершенства.

Бенуа кивнул:

— Я попрошу их приготовить то же самое завтра утром, чтобы ты могла их распробовать, и если тебе понравится, они подадут их утром перед свадьбой.

Элисон вздохнула, прикрывая глаза. За веками не было ничего, кроме бесконечной тьмы:

— Все происходит так быстро. Я не уверена, как люди могут подготовиться к свадьбе за несколько дней. Разве королевская свадьба не должна быть самым грандиозным событием десятилетия?

— У них есть опыт и нужное количество людей, чтобы это сделать. Они стараются сделать все возможное, чтобы организовать свадьбу и твою жизнь после нее.

— Даже не начинай про жизнь после. Что я должна делать после?

У нее было общее представление о своем будущем, размытая картина ее положения и обязанностей. Никто — ни отец, ни няни не поделились своими знаниями и предположениями. Даже Бенуа выглядел немного потерянным.

— Я думаю, мы увидим. Через несколько дней ты сможешь разобраться во всем сама. Впрочем, как и всегда, — он подмигнул, положив руку ей на плечо.

— Хотела бы я, чтобы все было так просто.

Чем больше они находились в Андерхолле, тем мрачнее тут становилось. Несмотря на все это, обычная крилонская унылость сменилась ясным небом и солнечными днями. Внутри нее расцветала тьма, окрашивая извечную детскую надежду скучной взрослостью, утягивая все воспоминания и события на самое дно, туда, куда не мог добраться солнечный свет.

         ✵ ✵ ✵

Остаток дня прошел так же, как и завтрак. Затем последовали монотонные дни, наполнявшие жизнь Элисон многочисленными приготовлениями. Она встретила Эдварда лишь за день до их свадьбы. Он появился в столовой, когда она завтракала.

С его появлением в воздухе повисло напряжение, заставившее Элисон оторваться от еды. Мужчина вошел в комнату, направляясь к другому концу стола. Слуги незамедлительно поставили еще один стул, немного больший, чем ее. В столовой воцарилась тишина.

Она продолжила нарезать еду, стараясь не издавать громких звуков и не привлекать к себе большего внимания. Взгляд короля был тяжелым, достаточно, чтобы понимать, что он смотрел именно на нее. И, если бы она могла признаться, было пугающе иметь внимание человека, обладающего столь большой властью. Наклонив голову еще ниже, Элисон попыталась сосредоточиться на ноже и вилке.

— Могу ли я спросить, почему тебя так увлекает резка еды? — спросил он, откидываясь на спинку стула.

Элисон вздохнула:

— Я ем. Вероятно, это предполагает столь большое внимание к процессу.

Это заставило его рассмеяться. Звук был странным, хриплым и коротким. Она подняла глаза и нашла улыбку на лице Эдварда весьма привлекательной. Что было хорошо, учитывая их предстоящий брак. Может быть, ее отец был прав, и любовь найдет их на полпути. Тайна и красота супружеских уз, преодолевающих все сомнения и страхи.

Остаток завтрака прошел в тишине, где они не обменялись ни словом. Солнце освещало комнату, контрастируя с ее внутренним состоянием. Выходить замуж за незнакомца, пусть даже королевской крови, едва ли можно было назвать удачным решением. У них не было никаких сходств или общих интересов. Молчание было достаточным доказательством.

После еды Элисон вернулась к подготовке к завтрашнему дню, одновременно страшась его. Казалось, каждый уголок замка освещался с ее появлением — тени приближались к ней, покидая свои привычные места. Но будущая королева не замечала этого, проводя все больше времени в своих мыслях — в не самом приятном для нахождения месте.

Глава третья

День свадьбы начался с первых проблесков рассвета. Солнце еще не поднялось над горизонтом, а служанки уже разбудили ее, готовя к предстоящему торжеству. Несмотря на то, что она приняла ванну вечером, ее заставили сделать это еще раз, использовав разные мыла и масла с ароматом роз.

— Хотите остаться в ванне подольше, или мы можем начать одевать вас к церемонии? — спросила Белла, серьезная не по годам горничная, которая говорила только по необходимости.

Элисон кивнула, вставая из ванны. Завернувшись в халат, она прошла в спальню, где на краю кровати уже сидел Бенуа.

— Я думала, ты никогда не придешь, — пробормотала она, садясь рядом с ним.

— Прости, Орман настоял, чтобы я принял участие в подготовке. Ты не представляешь, сколько роз они использовали для украшения Тронного зала. Это просто абсурд, — прошептал он, не желая, чтобы его услышали служанки.

— Как будто Терия не усыпает пионами каждую свободную поверхность.

— Ладно, это правда! — Бенуа рассмеялся, взяв в руки гребень. На самом деле, ее волосы не нуждались в расчесывании — легкие волны, с которыми она проснулась, все равно скоро исчезли бы, так как горничные заплетали их в сложные прически.

— Как думаешь, я буду хорошо выглядеть в платье, которое сшил для меня Максим? — спросила Элисон, глядя на темно-зеленое платье, лежащее рядом с ней. Оно было мягким на ощупь. — Весь королевский двор будет там, и я до сих пор не знаю, какое первое впечатление мне следует произвести.

— Ты уже произвела его в день нашего приезда. Твои действия после свадьбы создадут тот образ, которому они будут следовать.

— Отличное впечатление — уставшая после долгого пути.

Бенуа улыбнулся, притягивая ее ближе:

— Будь собой, это единственный вариант, который у нас есть, и единственный способ пройти через все это, — он вздохнул. — Хоть я и хочу покончить со всем этим прямо сейчас и забрать тебя домой.

— Наконец-то я слышу твое беспристрастное мнение! Почему ты не сказал этого, когда мы были дома? — воскликнула она, внезапно занерничав еще больше.

Он пожал плечами:

— Это твой выбор, Элли. Что бы ты ни чувствовала, я не могу решать за тебя.

— Знаю, — вздохнула она. Было бы легче, если бы он сказал ей, что делать. Но это был бы уже не Бенуа, если бы он отнял у нее хоть часть свободы.

Стук в маленькую дверь возвестил о появлении портного, в руках которого была стопка лент и тканей:

— Время для последней примерки, Ваше Величество.

Элисон вздохнула, оставив попытки уговорить Максима называть ее по имени:

— Что это? — она указала на чудесную ткань цвета шампанского.

— Выглядит как ночная рубашка, — Бенуа пожал плечами, подбирая ее. — Удивительно, что тебе позволили отказаться от красных оттенков.

Максим подошел ближе, расстегивая корсет:

— Поверьте мне, это и есть чудо. Мы так долго спорили с Орманом. Он полагал, что королева должна облачаться в цвета своего супруга, но Эдвард с этим не согласился. Поистине чудо.

Нарядившись в несколько слоев одежды, она повернулась к зеркалу, разглядывая свое платье. Изумрудный бархат с серебряной вышивкой в виде цветов покрывал не только переднюю часть платья, но и растекался по рукавам.

— Это мастерская работа, Максим. Не знаю, как тебе удалось сделать это в такой короткий срок.

— Мне немного помогли портные из Оукэнфейра. Кто-то занимался раскроем и шитьем, пока я занимался вышивкой, — сказал Максим, теребя рукава. — Вы выглядите в нем потрясающе. Платье оттеняет блеск ваших волос и искры в глазах.

Элисон улыбнулась, проводя рукой по украшениям. Она должна быть счастливой. Свадьба — повод для празднования. Но она чувствовала себя уставшей и грустной, надевшей фальшивую улыбку, чтобы спрятаться от людей.

Вскоре вся комната наполнилась солнечным светом. Его мягкие теплые лучи отражались на полу и стенах, делая это утро поистине волшебным. Они танцевали на лице Бенуа, заставляя его медную кожу и каштановые кудри сиять.

Служанки вновь вернулись в комнату и усадили ее на стул. Они принялись укладывать ее волосы, вплетая в них белые розы. Они были такими маленькими и нежными. Кончики лепестков были окрашены в легкий оттенок теплого молока. По традиции прическа невесты должна была быть сложной, с несколькими косами и множеством шпилек.

— Цветы выглядят величественно в твоих волосах, Элли, — тихо сказал Бенуа. — Но пионы подошли бы тебе больше.

— Ну, нам следует следовать хотя бы части традиций. Люди подумают, что я пришла разрушить королевство.

Юноша рассмеялся, подняв глаза, чтобы поприветствовать Ормана, вошедшего в комнату:

— Посмотрим, как получится.

Мужчина принес тяжелую коробку. Осторожно поставив ее, он поклонился и встал в стороне от толпы. Он был облачен в черное, а строгие линии пиджака подчеркивали его скулы и гармонировали с волосами цвета воронова крыла.

Медленно открыв деревянную шкатулку, Бенуа улыбнулся, глядя на комплект драгоценностей — серебряное ожерелье с крошечными цепочками, спускающимися ниже линии декольте, а на концах каждой из них, сверкая на солнце, были расположены алмазы в форме слез. Между ними были помещены похожие серьги, которые напомнили Элисон о дождевых каплях.

Но ее внимание привлекла корона — сверкающее серебро, переплетенное с кремовыми жемчужинами и прозрачными бриллиантами, которая была предназначена для молодой девушки с его легкими изгибами и цветочным узором.

— Она великолепна, — выдохнула она, не отрывая глаз от короны.

Служанка подняла ее, чтобы надеть на голову, но ее прервала рука Бенуа:

— Я хочу надеть ее на тебя, если ты не возражаешь.

Элисон кивнула, подняв глаза к своему отражению в зеркале. Он встал позади нее, подняв корону над ее головой. Их взгляды встретились, и весь шум в комнате растворился, словно мир сжал пространство вокруг них в невидимый пузырь, оставляя только их двоих. За мгновение до этого они были в холодной, как камень, комнате замка, а в следующее они снова оказались в саду, не имея ничего, кроме цветов в их руках. Запах цветущих деревьев наполнил их легкие.

         ✵ ✵ ✵

Они встретились в прекрасном дворцовом саду, когда дети еще могли бегать свободно, наслаждаясь окружающим их миром. Ярко-розовые и нежно-белые лепестки были исчезающим напоминанием о цветах, которые медленно падали с деревьев, создавая узоры на земле. Терианская весна заявляла о своих правах, и различные виды растений цвели, позволяя людям наслаждаться не только их красками, но и ароматами.

Сад был полон людей, но взгляд мальчика остановился на скамье у птичьей купальни. Он подобрал несколько цветов с земли, держа их в своих маленьких ладонях, и медленно подошел к девочке, которая привлекла его внимание.

— У меня есть кое-что для тебя. Цветы вишни. Они цвета твоего платья, — сказал он, глядя себе под ноги.

Платье девочки было нежнейшего розового цвета, а шелковая ткань мягко обнимала ее крошечные плечи. Черные волнистые локоны покрывали их, подпрыгивая от каждого движения. Их длина создавала изящный каскад, скрывая лицо от всех, когда она этого хотела. Все знали, кто она, но давали ей спокойно насладиться теплом.

— Спасибо. Они прелестны, — заметила принцесса, взяв в руки нежные цветы. — Хочешь посидеть со мной?

— Можно? — спросил мальчик, хорошо зная, что не стоит встречаться с девочками в красочных платьях без одобрения их нянь. Его мама всегда говорила ему быть осторожным с королевскими девушками.

— Моя няня не будет возражать, — сказала она с улыбкой, спрашивая разрешения у женщины рядом с ней. — Я Элли. А ты?

— Бенуа, — гордо сказал он, задрав нос. — Сколько тебе лет? Мне почти девять.

— Всего три. Слишком маленькая, чтобы быть твоим другом? — грустно добавила она.

— Вовсе нет. Я научу тебя тому, что знаю я, а ты — тому, что знаешь ты.

— А если я знаю не так много?

Мальчик улыбнулся, глядя на застенчивую девочку. У него совсем не было друзей.

— Я уверен, что ты знаешь достаточно. Но даже если нет, мы найдем, о чем поговорить.

Это вызвало улыбку на ее лице, заставив его сиять изнутри. Золотые лучи солнца пробивались сквозь листву и играли маленькими блестками на ее коже. Она нашла друга — мальчик со смешным именем и красивыми цветами покажет ей мир, и, возможно, однажды она поможет ему найти нечто столь же интересное взамен.

         ✵ ✵ ✵

— Вы выглядите восхитительно, моя королева, — прошептал Бенуа, поправляя ее прическу.

Элисон подняла подбородок, затаи