автордың кітабын онлайн тегін оқу Звезда сапфировых вершин
Светлана Белл
Звезда сапфировых вершин
ГЛАВА 1. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!
Лиловый дракон, похожий на старинный корабль, не спеша размахивал перепончатыми, как у летучей мыши, крыльями. Он нес меня так бережно, что страх высоты быстро растаял, хотя прежде я никогда не поднималась в воздух. Только сердце по-прежнему было неспокойно: оно наливалось тяжелой обидой, а в висках бились тревожные мысли. А не напрасно ли я сожгла мосты? Что ждет меня на чужой земле? «Какая ты, моя новая жизнь?» — вслух пробормотала я.
Стояли последние дни теплого лета, но наверху было зябко. Обжигающий ветер пробрался под воротник легкого пальто, и я плотнее укуталась в клетчатую шаль с кистями. Прислонившись к потрепанной бархатистой спинке черного кресла, надежно прикрепленного к одному из плоских драконьих шипов, я прикрыла глаза и решила хотя бы некоторое время не думать ни о прошлом, ни о будущем, ни о том, кого оставила в родном городе.
— Эй, что вы молчите? Спите, что ли? Будете спать — красоту проморгаете! — лопоухий тролль-возница в несуразном колпаке, подвязанном мохнатым шнурком под острым подбородком, обернулся и больно ткнул меня в грудь. Какой же все-таки бесцеремонный народ эти тролли! Я собралась было возмутиться, но встряхнулась, посмотрела по сторонам — и ахнула.
Мы летели над светлыми скалами, вершины которых озарялись яркими синими огнями. В теплом свечении разгорающегося рассвета скалы выглядели волшебными великанами в блестящих васильковых, лазурных и голубых шапках.
— Сапфировые горы… — прошептала я. — Какие же они красивые!
— Да, наши горы, прямо скажем, хороши, — охотно подтвердил тролль. — Сколько живем — столько любуемся. Кстати, мы ведь, дамочка, прилетели почти. Давайте, готовьтесь к спуску.
Меня так заворожили искристые пейзажи, что почти не кольнуло фамильярное словечко «дамочка». Ветер усилился, засвистело в ушах, застучали молоточки в сердце. Я снова сомкнула ресницы, чтобы не видеть приближающуюся землю, и подумала, что мой муж Марис сейчас наверняка закричал бы во весь голос — он панически боится высоты.
Короткие лапы дракона стукнулись о твердую поверхность. Я открыла глаза, поправила шляпку и взволнованно огляделась.
Над лужайкой склонялись старые клены и тополя, вдали поблескивали роскошные синие вершины. По вытоптанной траве разгуливали низенькие лопоухие тролли в одинаковых серо-черных робах. Они делали вид, что сгребают в кучу сухие листья, но на самом деле без толку размахивали несуразными граблями. Двое, помоложе, оседлали метлу и, похохатывая, носились между деревьями, — их длинные уши болтались на ветру, как салфетки на веревочке. На краю поляны кособочился серый некрашеный дом с кривой крышей, а вдалеке виднелись длинные кирпичные сооружения.
Тролль-возница не отличался галантностью — он весело скатился с дракона, не посмотрев в мою сторону, а когда я с трудом отстегнулась от кресла, даже не подумал подать руку. Пришлось самой подобрать полы длинного серого пальто, натянуть поглубже чудом не слетевшую с головы шляпку и, зажмурившись, спрыгнуть на землю. Хорошо, что не подвернула ногу.
— Прибыли, прямо скажем, благополучно! — самодовольно заявил тролль и громогласно заявил: — С вас десять золотых, дамочка! — и протянул серую костлявую руку.
— Подождите, но ведь мне сообщили, что проезд… то есть полет… бесплатный! — озадаченно возразила я, с трудом отвязывая от драконьего шипа тяжелый, перехваченный колючей бечевкой саквояж. — В свитке, который я получила, черным по белому написано: дорога за счет принимающей стороны, — добавила я, тяжело грохнув саквояж о землю.
— Все хотят поживиться за счет бедолаг-троллей! — противно загундосил тролль-возница. — Как это — бесплатный? То есть вы, дамочка, прямо скажем, желаете оставить огненную животину некормленой-непоеной? А ведь она не травкой питается! — тролль показал на разбросанные кленовые листья и, встав на цыпочки, похлопал дракона по равнодушной фиолетовой морде. — А детишки мои? Они, значит, должны сухие корки грызть? Я приду домой, а они спросят: «Ты, папаша, летал далеко, а конфетки нам купил? А пирожочки?» А я скажу: «Не купил пирожочки, бедные мои детишки! И прянички не купил! Дамочка-пассажирка с виду вся такая беленькая и хорошенькая, да уж больно жадная. Монеток на сладости пожалела…»
Я могла бы рассердиться и возразить, что всё это — не моя забота. Но длинная рука тролля с когтистыми, как у курицы, пальцами потянулась так назойливо, а в круглых желтых глазах заплескался такой упрек, что я не выдержала и полезла в карман за кошельком.
— Не вздумайте ему платить! — я и не заметила, как возле меня оказался плечистый, крепко сбитый человек в длинном черном плаще. Он был невысок — чуть повыше троллей, крутой лоб изрезали морщины, из-под острого капюшона выбивались седые пряди. Держался человек прямо, смотрел сурово и проницательно. — Тролль Бин, немедленно уведите дракона на место и накормите, чем полагается! Вы получили достаточно денег за свою работу, так что прекратите выманивать золото у нашей молодой гостьи, — человек в плаще едва заметно мне поклонился.
— Да ничего, мне не жалко, пусть купит детям гостинцы, — смущенно проговорила я, неловко кивнув в ответ. Но тролль уже исчез, а человек в плаще глянул на меня с сожалением и насмешкой:
— У тролля Бина нет ни жены, ни детей, — сказал он. — Он неплохой возница и прилично управляется с драконами, но при этом несносный лентяй, лгун и вымогатель. Впрочем, как и все тролли. Запомните: доверять им нельзя, — он махнул в сторону работников, которые при появлении человека в плаще стали двигаться энергичнее, но по-прежнему бестолково. — Ну, давайте знакомиться. Меня зовут господин Марген. Я доверенное лицо королевы. Десница, если угодно. Королевство у нас крошечное, так что здесь всё по-простому… А вы, как я понимаю, госпожа Лето?
— Да, я Злата Лето, — кивнула я и подумала, что в этих землях мое имя звучит очень странно.
— Знаменитая художница и прославленный архитектор? Владеете творческой магией? — сухие бледные губы господина Маргена тронуло подобие улыбки — то ли почтительной, то ли насмешливой.
— Не знаю, насколько знаменитая, но… да, я умею чертить и рисовать. И владею магией… немного.
— Ну, не скромничайте, не скромничайте, — покровительственно усмехнулся господин Марген. — Если уж слава о ваших работах перебралась через Сапфировые скалы, значит у вас действительно выдающийся талант. Говорят, вы на все руки мастерица. А это то, что нам сейчас крайне необходимо. Ну, пойдемте! — господин Марген махнул в сторону корявого серого дома на краю поляны. — Там вы подпишете некоторые документы. Сами понимаете, нужно соблюсти формальности! Я выдам вам задаток. Поужинаете, отдохнете, а назавтра приступите к работе. Не беспокойтесь за багаж — его принесут тролли, — господин Марген перехватил мой взгляд, упавший на тяжелый саквояж. — Добро пожаловать в Сапфировую страну, уважаемая Злата!
ГЛАВА 2. ГОСТИ, ГОСТИ! ДОРОГИЕ ГОСТИ!
Господин Марген устремился вперед, я поспешила за ним. Тролли, наконец, заметили меня — они глупо открывали рты и застывали, как сосульки, а некоторые неуклюже кланялись.
— Это Драконья поляна. Сюда драконы прибывают из путешествий, а живут они вон там, — господин Марген указал рукой в темно-синей перчатке в сторону далеких каменных сооружений. — Не удивляйтесь реакции троллей, госпожа Злата. Гости к нам приезжают довольно редко. Тем более, такие привлекательные, — внезапно добавил он. Меня отчего-то царапнул его неожиданный комплимент.
Дверь неказистой двухэтажной деревянной постройки хлопала на ветру и противно скрипела. Мимо нас прошмыгнул полосатый котенок и скрылся в лохматых колючих кустах. Потертая дощечка с кривыми синими буквами «Это Отель!!» держалась на единственном ржавом гвозде и грозилась рухнуть на посетителя, как и щепастая балка, опасно торчащая над порогом. Мы еще не вошли в дом, а я сразу поняла, что ему не хватает крепкой хозяйской руки.
Господин Марген галантно пропустил меня вперед, я шагнула и замерла, услышав слоновий топот. С узкой кособокой лестницы, размахивая руками, неслась очень полная краснолицая женщина в поварском колпаке. Бледно-голубое платье с кринолином и рюшечками делало ее совсем необъятной. Чудом я успела отскочить — а то она непременно сбила бы меня с ног и, наверное, раздавила.
— Гости! Гости! — орала женщина. — Дорогие гости! Сутки — монета, две монеты — с обедом! В комнатах всё ладно, чай налью бесплатно!
Тетка придвинулась ко мне, набрала полную грудь воздуха, чтобы снова завопить (я машинально приложила ладони к ушам), но, на мое счастье, она заметила господина Маргена и с шумом выдохнула, точно сдулась. Кивнула: «Здрасьте!», дважды неловко присела в книксене — качнулась юбка с воланами. Женщина походила на снежную бабу: колпак напоминал перевернутое ведро, а острый красный нос — морковку.
— Что же ты так голосишь, Альда, ты же всех распугаешь! — заметил мой спутник, недовольно покачав головой.
— А как иначе, господин Марген? Наши местные — что тролли, что люди — и слушать не будут, пока на весь свет не завопишь, — очень важно заявила Альда, и я поразилась, что она умеет говорить спокойно и деловито. — А это, оказывается, иноземка. Да еще такая красавица! Вот так новость! С ней, стало быть, и потише можно.
— Я ведь тебя предупреждал, что прилетит дама с Побережья! Она будет восстанавливать Хрустальный дворец.
— Кто же знал, что так рано? Мне думалось, что она нескоро прибудет — к зиме, может… — пожала плечами толстая Альда. — Да и не такой я ее себе представляла.
— А какой же вы меня представляли? — поинтересовалась я. Очень мне не понравилось, что обо мне говорят, будто я не человек, а предмет — точно вон тот бочонок в углу.
— Постарше, посолиднее, покрепче… — охотно отозвалась Альда, окинув меня с ног до головы оценивающим взглядом. — Вроде меня! А вы — гляди-ка! Девочка совсем. Беленькая да хорошенькая.
Мне оставалось только порадоваться, что я — не «вроде нее», но решила пока промолчать.
— Нашу гостью зовут Злата, — произнес господин Марген. — Сейчас она подпишет документы, а потом ты, Альда, накормишь ее обедом и покажешь комнату, где можно отдохнуть с дороги.
— Как скажете, как скажете, господин Марген, — закивала Альда и утицей побрела за лестницу — куда только делась ее былая живость? Мы двинулись за ней.
За лестницей пряталась каморка с единственным крошечным окошком под потолком, которое почти не пропускало свет. Обстановка самая скудная: большой непокрытый стол с треснувшей посредине столешницей, два крепко сбитых табурета и этажерка, заставленная книгами, тетрадями, подшитыми бумагами, бесчисленными свитками.
На столе возвышался тяжелый тройной каменный подсвечник, и господин Марген, выудив из кармана спички, не спеша зажег все три свечи. Потом кивнул Альде:
— Давай бумаги, что подготовлены!
Альда принялась шарить по полкам, переставлять книги, открывать и закрывать картонные папки. Мне показалось, что она не хочет выполнять поручение господина Маргена и всеми силами тянет время.
— Ну же, давай скорее! — сердито поторопил ее господин Марген.
Альда недовольно шлепнула передо мной стопку исписанных желтоватых пергаментов и придвинула узорчатую стеклянную чернильницу, полную фиолетовых чернил. На промокашку она положила потрепанное гусиное перо, а потом нахмурилась и отошла, встала за спину господина Маргена.
Я удивилась, что Альда — видимо, владелица отеля и повариха — заведует документами, подготовленными для приезжих. Но кто знает, какие порядки в чужом королевстве?
— Почитайте эти бумаги, уважаемая Злата, — предложил господин Марген, пристально посмотрев на меня. — Мы с вами всё обсудили в переписке, но все-таки закон требует вашего автографа. Посмотрите, подпишите и не осуждайте нас за буквоедство.
Я пробежала глазами по синим строчкам. Меня ничего не насторожило. Всё так, как и договаривались: мне доверено перестроить малый королевский дворец и навести там уют, используя науку и творческую магию. Будет предоставлена команда опытных помощников. К документу прилагались наброски, рисунки, схемы со стрелочками. Я внимательно осмотрела их и убедилась: работы предстоит много, но мне она хорошо знакома. Оплату обещают щедрую — такую сумму в моих родных краях не заработать и за пять лет. Для проживания предлагают временно занять любую комнату во дворце.
— Вас всё устраивает, уважаемая Злата? — поинтересовался господин Марген и сбросил капюшон — густые волны седых волос упали на могучие плечи. Большие темные глаза смотрели проницательно и серьезно.
— Да, всё в порядке, но… — я подняла глаза и с изумлением увидела, что Альда, стоящая за спиной господина Маргена, округлила глаза и отчаянно, прямо-таки бешено затрясла головой: «Нет, нет, нет!»
— …Но я бы хотела сначала взглянуть на сам дворец, — тихо договорила я.
Морщин на желтоватом лбу господина Маргена стало больше, но он не стал спорить и суховато проговорил:
— Что ж, это разумная просьба. Альда, покажи скорее!
Я поспешно поднялась — подумала, что Альда повезет меня в город (не удивлюсь, если эта крепкая тетушка еще и тарантасом умеет управлять!), но господин Марген жестом указал, чтобы я присела на место. И я послушалась — снова опустилась на крашеный табурет, поправила пальто и подумала, что мне никто даже не предложил раздеться.
Альда, переваливаясь и топая, заспешила куда-то и быстро вернулась с блестящим тазом, полным мокрого белья. Нисколько не заморачиваясь, она вытряхнула не слишком белые простыни, полотенца и пододеяльники прямо на край необъятного стола (я смущенно отвела взгляд, потому что в белье мелькнули и великанские панталоны) и шмякнула перевернутый таз прямо перед моим носом.
— Я, право, не понимаю, что тут происходит… — растерянно начала было я, но господин Марген, ничуть не удивленный действиями Альды, приложил палец к тонким губам.
Альда, пошарив в лифе, вынула оттуда небольшой ключ и деловито постучала, а потом с силой провела им несколько раз по днищу. Я поморщилась от отвратительного звука и подумала, что на посудине довольно много щербин и царапин, — видно, такую процедуру проделывали с ним много раз.
— Смотрите, уважаемая Злата, — холодно сказал господин Марген. И я с изумлением увидела, как на дне медного таза проступили очертания дворца с разноцветными башенками.
ГЛАВА 3. ВЫБОР ЗА ВАМИ
— Это дворец, над которым вам предстоит поработать, — сухо сказал господин Марген. — Как видите, всё совпадает с документами. Можете сами посмотреть и оценить.
Он кивнул Альде, и та снова сосредоточенно поцарапала медный таз — мне показалось, что у меня в ушах взвизгнули два десятка мышей. Дворец на дне блестящей посудины пропал, но появился просторный светлый зал с колоннами, с узкой лестницей, ведущей к балкону; с синими бархатными диванчиками, аккуратно расставленными возле стен; со скульптурами по углам. На первый взгляд, интерьер выглядел неплохо: не современно, конечно, но достойно. Я удивилась — предполагала, что мне предстоит куда больше работы.
— Это бальный зал, — продолжил господин Марген. — Сами видите, обстановка устарела, мебель обветшала, шторы поистрепались. Вы всё поменяете на свой вкус. Руководствуясь пожеланиями королевы, разумеется… Ну так как, убедились, что дворец существует в реальности? Вот и прекрасно. Сегодня вы как следует отдохнете, а завтра увидите его своими глазами. А другие залы и комнаты мы смотреть не будем — уж больно противно скрипит Альдин ключ, — неожиданно заключил он.
— Ну что вы, господин Марген, не так уж он и скрипит, обычное дело, — обиженно возразила Альда и еще раз старательно протянула ключом по медной поверхности. От этого жуткого звука у меня даже зубы заныли.
— Альда! — недовольно воскликнул господин Марген, и она поспешно закивала, спрятала ключ в лиф и живо выпрямилась, одернув необъятную юбку. Но в тазу появилось новое и очень четкое изображение. Я увидела возле ворот, украшенных металлическими цветами, красивого молодого человека в голубом мундире. Его выразительное лицо обрамляли волнистые каштановые волосы. Светлые глаза казались то ли грустными, то ли встревоженными. Молодой человек задумчиво глядел в сторону сада, но вдруг обернулся — и посмотрел прямо на меня. Я вздрогнула, в замешательстве отвела взгляд и пробормотала:
— Кто это?
— Не узнаете, что ли? — всплеснула пухлыми руками Альда. — Так это же…
— Довольно известный в наших краях человек, с которым вы познакомитесь, когда придет время, — раздраженно перебил ее господин Марген. Изображение погасло, и передо мной вновь оказался не чудо-прибор, а всего лишь большой медный таз, да еще и порядком поцарапанный. — Что-то мы затянули, — недовольно добавил он. — Вам неплохо бы отдохнуть, уважаемая Злата. Альда накормит вас — я уверен, что в дороге вы проголодались. Только сначала подпишите документ. А потом получите задаток.
Я взялась за перо, машинально подняла глаза и увидела, как Альда снова бешено замотала головой — чуть поварской колпак с приглаженных волос не свалился. Господин Марген столкнулся с моим озадаченным взглядом, нахмурился и резко оглянулся, дернув могучим плечом. Но Альда живо приняла такой равнодушный скучающий вид, что господину Маргену не к чему было придраться.
— Так что же? — его голос был уже не настолько любезным, в нем промелькнуло раздражение. — Уважаемая Злата, я первый советник королевы, и у меня тысяча неотложных дел. Принимайте решение сейчас. Или вы подписываете — и завтра приступаете к работе (за достойное, замечу, вознаграждение!) Или возвращаетесь домой, на Побережье. Но учтите: дракона вам никто уже не выделит бесплатно! Придется оплатить и дорогу, и работу тролля-возницы, и драконье питание. Предупреждаю, что всё это выльется в круглую сумму. Впрочем, вы можете попытаться добраться до Побережья и без дракона, но сами понимаете, насколько это долго, безумно и рискованно. Выбор за вами.
Я вздохнула. Выбор сделан давно, отступать некуда. Дело даже не в том, что у меня нет таких денег, чтобы оплатить драконий полет, — в конце концов, можно продать золотой перстень с рубиновой розой — единственную мою драгоценность. Главное, что там, позади, у меня больше нет дома. На Побережье остался человек, при мысли о котором всё вскипает внутри. Человек, которого я так искренне любила, а он предал меня, оскорбил и сжег, как бумагу, наши отношения. Тяжелая боль вновь загудела в сердце. Нет, я не могу о нем думать! Нет, мне некуда возвращаться!
Альда по-прежнему мотала головой — правда, не так энергично, а скорее сочувственно, но я решила больше на нее не смотреть. Я схватила перо, обмакнула его в чернильницу — так резко, что клякса упала на пергамент — и быстро поставила подпись. Потом взяла другой лист — тоже размашисто нарисовала росчерк. И выдохнула.
Альда печально развела пухлыми руками. Мне показалось, что она хотела повертеть пальцем у виска, но в последний момент сдержалась.
— Вот и славно, — господин Марген снова подобрел. Он достал из-под стола черный кожаный портфель — такой огромный, что туда, пожалуй, мог поместиться и медный таз, аккуратно сложил документы и щелкнул блестящим замком. — Наконец все вопросы решены. Работа предстоит большая, но очень занимательная! Злата, вот ваш задаток, — он положил на край стола мешочек с монетами. — Это серебро. Пересчитайте — всё без обмана.
— Я доверяю вам, господин Марген, — сказала я, заглянув в мешочек. Мне показалось, что в его глазах блеснула насмешка. Но он ответил серьезно и наставительно:
— Доверяйте, но проверяйте, госпожа Злата. В стране, где тысячи троллей лгут с утра и до вечера, люди тоже могут вести себя небезупречно. Что ж, дорогие дамы, мне пора. Госпожа Злата, завтра утром будьте готовы, я пришлю за вами посыльного. Альда, накорми нашу гостью повкуснее и дай комнату получше, чтобы без сырости. И… — я заметила, как он приложил палец к губам, а Альда быстро-быстро закивала.
Господин Марген поднялся из-за стола, подошел ко мне, протянул руку в синей перчатке, и я осторожно ее пожала. Он пристально посмотрел на меня, немного прищурившись, и слегка притянул к себе. Мне показалось, что он хотел меня приобнять, но в последний момент сдержался.
«Ты всё придумываешь! — мысленно осадила я себя. — Господин Марген — пожилой солидный человек, в отцы тебе годится. К тому же важный чиновник! У него наверняка есть жена, полный дом детей. А тобой он интересуется только как мастером своего дела!» Успокоив заколотившееся сердце, я вежливо кивнула господину Маргену. Он еще раз скользнул по мне взглядом, кивнул в ответ и, накинув капюшон, удалился. Альда проводила его, но быстро вернулась — я услышала ее тяжелые топочущие шаги.
— Ну что, дорогая, будем пить чай! — громко заявила хозяйка отеля. — Давай уж без всяких церемоний, на ты. Я женщина обычная, не из князей, по-простому привыкла. Ты, Злата, с дороги-то, наверно, есть хочешь? Покормлю, не беспокойся! Я вкусно стряпаю, голодным никого не отпускаю. Да убери ты свой мешочек с серебром! И в кошелек не лезь. Ты у нас гостья особая, иноземная, дворцом приглашенная… Уплачено за тебя! Заранее уплачено, говорю! И стол, и комната — всё как полагается.
— Вот что я хотела бы узнать у вас, Альда… — подумав, начала я.
— Нет уж, давай на ты! Я со своими постояльцами всегда так — никто не в обиде.
— Ладно, как скажете… как скажешь, — мне было неловко так к ней обращаться, но спорить я не стала. Кто знает, какие правила в Сапфировой стране? — Так вот… Почему ты так не хотела, чтобы я подписывала документы? Я посмотрела — мне показалось, что с ними всё в порядке. Или вы… то есть ты… видишь какой-то подвох?
Я думала, что Альда начнет отнекиваться — все-таки господин Марген явно дал понять, что трепать языком не стоит. Но упитанная тетка оперлась о столешницу (странно, что та не рухнула под ее весом) и громогласно заявила:
— Подвох? Ты говоришь, подвох? Ха! Не подвох, а… пи… пир духа! — видно, Альда хотела сказать другое слово, повыразительнее, но сдержалась. — Капкан это, красотка! Капкан! И зачем ты только в него полезла?
ГЛАВА 4. ГОЛУБОЙ КАБИНЕТ
От слов Альды про «пир духа» и капкан мне стало холодно, но только на миг. Я подобралась, поправила шляпку и, присев на уродливо окрашенный колченогий табурет, произнесла:
— Не надо меня пугать. Решение принято.
— Да сколько же тебе лет, девочка?
— Двадцать четыре, — ответила я, стараясь не обижаться на «девочку». — Но я с десяти лет училась профессии и каждый день помогала отцу, а он был знаменитым магическим архитектором. Так что опыт у меня серьезный.
— И как только папаша тебя сюда отпустил… — печально вздохнула Альда и тяжело опустилась на стул рядом со мной. — Я бы на его месте все двери заперла, а доченьке сесть на дракона не позволила.
— Отец умер… — выговорила я, чувствуя, как заскребло в горле — точно по нему тоже кто-то провел железным ключом. — И матери тоже нет. И мужа, — поспешно добавила я, чтобы избежать лишних расспросов. В документах, которые я отправляла в Сапфировую страну, было указано, что я замужем, но рассказывать об этом Альде мне не хотелось. — Что касается дела, то я справлюсь. На родине я много раз занималась такой работой — и с отцом, и самостоятельно.
— Да разве я о делах? — круглые карие глаза Альды смотрели на меня сочувственно. — Ты ведь не с тем человеком связалась!
— Что же с ним не так? — снова насторожилась я, вспомнив насмешливый взгляд господина Маргена.
Альда коснулась поварского колпака и, помедлив, шепотом проговорила:
— Что могу, я тебе расскажу, а ты уж сама решай, что дальше делать. Понравилась ты мне, девочка. Смелая — не побоялась на дракона забраться. Правда, глуповатая, так это из-за молодости твоей. Да подожди, не дуйся, я ведь всё как есть говорю, слова по карманам не рассовываю… Тяжко тебе придется в чужом краю. Очень тяжко. Ты переоденься, поешь, а потом и поболтаем. Если слушать меня захочешь. …Эй, Шана! Шана, говорю! Где ты бродишь?! — Альда, которая только что шептала мне в ухо, завопила так голосисто и истерично, что я охнула. — Шана, бестолочь, катись сюда скорее! У нас важная постоялица от господина Маргена, а ты где-то шарахаешься! За что только я тебя супом кормлю, лентяйку?
Тяжелая облезшая дверь заскрипела, приоткрылась — и я, сдерживая сдавленный крик, вскочила, вжалась в плохо побеленную стену. Странно, что не сползла на пол от ужаса! Я-то кого ожидала увидеть? Горничную, конечно! Ну ладно, пусть это будет не человек, а тролль… или троллиха, что ли… Но это… Это!
Косматый, будто связанный из мохнатых зеленых ниток, шар размером с крупный арбуз не спеша шагнул в комнату. Его тонкие, как прутики, ножки украшали красные сапоги, а на веточках-ручках шевелились очень большие, алые в белый горох, варежки. Мохнатый шар хлопал кукольными глазами, а рот, будто вырезанный из розового картона, недовольно кривился.
— Что это? — пролепетала я, глядя на необыкновенное существо, которое остановилось у стола. — Кто это?
— Да что с тобой? — удивилась Альда. — Это же Шана! Шана из народа вершиков. Что, не видела таких никогда? Или у вас на Побережье их нет?
— Вершики водятся возле вершин, — вдруг скрипуче проговорила Шана — ее рот хлопал, как у рыбки, а длиннющие ресницы прямо-таки летали вокруг круглых черных глаз. — На Побережье мы не живем, не спим, не едим и не работаем.
— Ох, как будто возле вершин вы работаете! Прямо-таки заработались! — замахала руками Альда. — Что тролли, что вы, вершики, — те еще лентяи! Но приходится нанимать — народ-то в эту глушь не стремится, все в городах хотят жить, поближе к дворцу. Ладно, хватит болтать. Шана, покажи гостье ее комнату. Ту, что побольше, возле чулана.
— Возле чулана не получится, — сразу возразила Шана. Я бы сказала, что она помотала головой. Но так как у нее и не было ничего, кроме головы, ручек и ножек, это выглядело так, будто покрутили глобус. — Возле чулана пьет чай Человек Номер Четыре.
— Ах, да, Четвертый! — непонятно воскликнула толстушка Альда и хлопнула себя по бокам. — Тогда покажи угловую — она поменьше, зато посветлее.
— От угловой ключ утащили, — сердито пробубнила Шана. — Ушастый ухарь жил, он и упер. Урод.
Хорошими манерами зеленый вязаный шарик по имени Шана явно не отличался.
Альда, и без того краснощекая, побагровела, точно свекла. Я почувствовала, что она сейчас снова завопит во все горло, а может, и треснет по Шане, как по мячу, и даже отступила от греха подальше. Но Альда только взмахнула руками и сердито поинтересовалась:
— Да хоть с голубым кабинетом-то все в порядке, а?!
— С кабинетом — красота. Но это ведь не спальня.
— А ты предлагаешь нашу гостью в одной из сырых комнат поселить? Ну уж нет! — Альда обернулась ко мне и объяснила: — Номеров у нас хватает, да все они, прямо скажу, не фонтан. Где мебель дряхлая, где плесень… Начальству-то что? Приехало, уехало, а денег на ремонт не дает. Считает, что гостю переночевать и в сарае можно, а красотой он потом в городе налюбуется… Иди, Злата, за Шаной. Она покажет тебе голубой кабинет. Там, правда, кровати нет, зато диван просто прекрасный! Да еще книг много — сядешь да почитаешь вечерком. Не против кабинета? Правда, прекрасный диван! Восторг!
— Не против, я ведь только на одну ночь, — мне не терпелось поскорее скинуть пальто (хоть оно легкое, да стало жарко!), снять шляпку, переодеться и принять душ. От переживаний и новостей есть совсем не хотелось.
— Вот и отлично! — Альда хлопнула в ладоши. — Шана, веди гостью!
Неторопливо переставляя тоненькие ножки-прутики, Шана вышла из каморки к узкой кривой лестнице, я двинулась за ней. По ступенькам она не шагала, а прыгала, и я беспокоилась, что при неудачном прыжке ее ножки могут сломаться — такими они казались хрупкими. Впрочем, за свою безопасность я тоже волновалась — уж больно скрипучей и шаткой была лестница, а перила качались, как паруса у лодки.
Мы поднялись и оказались в темном тесном коридоре, где пахло затхлыми бумагами, сыростью и кислой капустой. Снаружи дом-развалюха казался небольшим, и я удивилась, что здесь довольно много комнат, — по обеим сторонам я увидела плотно закрытые номера. Шана уверенно провела меня мимо ряда дверей — когда-то крашеных, но теперь одинаково облезших. На каждой двери черной краской была криво нарисована цифра. Только одна дверь обошлась без нее — прямо по центру красовалась надпись: «Это кабинет!!» Видно, Альда привыкла не только громко кричать и говорить, но даже писать.
Шана стянула варежку с ручки-веточки, и я удивилась, увидев, что в рукавице умещается внушительная связка ключей. Погремев, Шана ловко выудила нужный ключ, вставила в скважину — и дверь послушно отворилась.
— Умывальня для всех едина, по коридору прямо, — буркнула Шана, кинув мне небольшой поцарапанный ключ. Посоветовала: «На ночь закрывайтесь» — и ушла, топая непомерно большими красными сапогами.
Я вошла в кабинет, оклеенный голубыми обоями в мелкий белый цветочек, — и только сейчас поняла, как жутко, как чудовищно я устала. Все пережитое навалилось громадной плитой, сердце сдавила привычная боль от потери, обиды, разлуки. Мне даже осматривать комнату не хотелось — кабинет как кабинет: в углу старый стол с подсвечником, высокое кресло, камин без огня, бесчисленные полки с книгами. Где же тот прекрасный диван, который так нахваливала Альда? А вот он — довольно широкий, с растрескавшейся кожей, плоской деревянной спинкой. И что в нем такого прекрасного? Но на одну ночь сойдет. Надо только сказать, чтобы не забыли принести постель.
Опустившись на «прекрасный диван», я закрыла лицо руками и неожиданно для себя расплакалась. Не так я представляла встречу в Сапфировой стране — думала, что меня в первый же день прилично устроят. Какая же я все-таки мямля — растерялась и не стала настаивать на том, что мне полагается! А ведь я приглашена от имени самой королевы…
Да ладно — встреча! Что ждет меня впереди? Что это за опасности, которыми пугает Альда? И главное — правильно ли я сделала, что уехала за тридевять земель от того, кто когда-то надел мне кольцо на палец? От того, кого клялась любить вечно?
«А кто тебя заставлял куда-то уезжать?! Ты сама все придумала! Ты сама все разрушила! Ты всегда, всегда сама во всем виновата!» Голос Мариса зазвенел в моих ушах.
А я ведь когда-то так любила его, так верила! И чем же все завершилось?!
— Простите, что вторгаюсь, — дверь была открыта… — приятный мужской голос заставил меня оторвать ладони от уставшего, бледного, заплаканного лица. — Позволите войти?
На пороге стоял высокий, подтянутый молодой человек с волнистыми каштановыми волосами. Я сразу его узнала — на блестящей поверхности Альдиного медного таза я видела именно его.
ГЛАВА 5. ВЫ ПОЕДЕТЕ В СТОЛИЦУ?
— Здравствуйте, — неловко пробормотала я, кинув быстрый взгляд на молодого человека. На вид он был моим ровесником или чуть постарше — лет двадцать пять, не больше. Незнакомец выглядел прекрасно, свежо и одет был с иголочки. Небесного цв
...
