Именно такой механизм в очень четкой форме был в древнерусском языке. Там было мя безударное и мене ударное, тя безударное и тебе ударное и т.д. В дательном падеже было ми безударное и мне ударное, ти безударное и тобе (или тебе) [8] ударное. И они очень строго распределялись.
Какой из этих двух вариантов был обычным? Обычным был безударный вариант. Когда не надо было ничего специально подчеркивать, то использовались безударные ми, мя, ти, тя и т.д. А ударное мне использовалось только в случаях, когда нужно было что-то выделить, произвести некоторый нажим. Почему именно так? Очень просто — потому что на безударное слово нельзя нажать. Если оно безударное, то вы не можете его произнести с экспрессией, для экспрессии нужно ударное слово. Поэтому если ми было безударное слово, а я хотел сказать: Это мне дайте (подразумевается: а не кому-то еще) — это нельзя было выразить с помощью ми. Если вы мягко, без всякого нажима, говорите: Дайте мне воды выпить, то в древнерусском будет ми: дай ми воды. Но если вы хотите по-древнерусски сказать: Дай мне, а не соседу, то уже нельзя сказать: дай ми — нужно употребить мне.
Если бы сейчас здесь оживить нашего предка тысячелетней давности, он поразился бы тому, что мы на каждом шагу зачем-то делаем подчеркивания. Мы говорим мне и тебе там, где это совершенно, с его точки зрения, излишне. Потому что реально в истории русского языка из двух форм, одна из которых была нейтральной и обычной, а другая экспрессивной, нужной только в специальных случаях, осталась только одна — первоначально экспрессивная. Ее экспрессивность постепенно «изнашивалась», она становилась просто обычной. А после этого вариативность уже оказалась не нужна, и из этих двух форм осталась только вторая, сильная.
