Аннотация выглядит многообещающе, но по сути «Клуб» – это старая история глубокого одиночества, насилия и травм, от которых не защищают ни статус, ни родословная, ни даже кулаки.
Главный герой Ханс Штихлер, симпатичный тихоня, рано потерял любящих родителей и оказался выброшенным из своего среднего класса в жизнь.
Он попадает в католический интернат, где с одним из монахов-иезуитов начал заниматься боксом. Бокс стал единственным механизмом совладания для Ханса и сыграл решающую роль в его судьбе: так, через несколько лет героя принимают в самое закрытое общество спортсменов при самом секретном Клубе в Кембридже...
Такис Вюргер (кстати, журналист и сам боксёр, отучившийся в Кембридже) ведёт рассказ от лица сразу нескольких героев. Вот только что Ханс, что его подруга аристократка Шарлотта, что непонятный юноша 永远米利 из Китая – я не увидела разницы в повествовании, будто это всё призма одного персонажа.
Короткие рубленые фразы, экономные описания, чувство стерильной отстранённости от происходящего, – тут мог бы считываться Исигуро или старина Хэм, если б не суконный перевод с ошибками.
Посетую и на предсказуемость сюжета. Книга была написана в 2017-том, даже получила пару наград, но к нашему времени затронутые темы уже замылились, а воз – увы! – и ныне там.
«Сетевая структура будет существовать все время, пока существует университет Кембриджа и пока люди стремятся к власти.»
Относительно лёгкое чтиво в отпуск
Странная манера повествования, как будто пятиклассник писал сочинение. Простые фразы, односложные предложения, сухие описания каких-то событий и действий, которые никуда не ведут и ничего не говорят нам о душевных терзаниях героев.
Тема стара как мир - богатые и родовитые мужчины и девушки-мотыльки, летящие на их свет, и обжигающие свои крылышки.
Странной и неправдоподобной мне показалась история Алекс. Не смогла поверить ее страданиям. Ну посудите сами: знакомый парень, с которым она флиртовала задолго до вечеринки, потом на вечеринке она утащила его в пустую комнату целоваться, а когда он, пардон, снял с нее штаны, вдруг резко испугалась, да так, что у нее дар речи пропал, и она не смогла сказать нет, не хочу. Ведь не ребёнок уже, вполне себе взрослая. совершеннолетняя.
