Олег Витальевич Петров

ОСНОВЫ СУДЕБНОГО КРАСНОРЕЧИЯ

Учебное пособие

2-е издание

---

ebooks@prospekt.org

УДК 347.921:808.5(075.8)

ББК 67.71я73

П30

Петров О. В.

Учебный материал, посвященный искусству судебного красноречия, изложен как курс лекций. Книга ориентирует на практическое овладение необходимыми правилами и приемами риторики. В учебное пособие включены вопросы для самопроверки и упражнения. Изложение каждой лекции завершает резюме, что позволяет легче усваивать материал. Теоретические положения проиллюстрированы примерами, взятыми из речей как выдающихся ораторов прошлого, так и современных мастеров судебного красноречия.

Для студентов юридических вузов, аспирантов, преподавателей, практикующих юристов, всех желающих научиться говорить ярко и убедительно.

УДК 347.921:808.5(075.8)

ББК 67.71я73

© О.В. Петров, 2013

© ООО «Проспект», 2013

Предисловие

Искусство красноречия – часть культуры судебного оратора, к сожалению, забытая в современном образовании. В некоторых учебных заведениях судебное красноречие преподается как «спецкурс по выбору», и только. Однако проходящая в стране реформа образования приводит к переоценке некоторых «традиционных» взглядов на подготовку будущих юристов. Введение института присяжных предполагает действительно состязательную борьбу сторон в суде, что невозможно без умения говорить, убеждая в своей правоте. Приобретение таких навыков должно стать необходимой частью профессиональной подготовки любого юриста. Иначе говоря, пока задача в следующем: нужно готовить юристов, способных на практике, в судебной речи, эффективно использовать полученные навыки, и, второе, – научить этому надо за минимальное количество учебных часов. Не знание всего, но практические навыки для эффективного использования необходимого минимума – вот цель, которую ставил перед собой автор в данной работе. В книге даны упражнения и указаны приемы, позволяющие обучаемому самостоятельно повышать свое ораторское мастерство, совершенствуя и развивая полученные навыки [1]. Упражнения, по нашему мнению, позволяют преподавателю менять формы воздействия на слушателей и сделать занятие более эффективным. Слушателям упражнения позволяют проявить инициативу в работе над предметом.

Теперь о вопросах, которые будут рассмотрены. Судебное красноречие содержит пять самостоятельных частей, или разделов. Отбросив любой из них, теряем целостность данной дисциплины. Иначе говоря, проблематика будет рассматриваться без каких-либо сокращений. Сокращается лишь число изучаемых приемов в каждом из разделов; оставлены наиболее действенные.

Риторика как искусство красноречия имеет пять частей. Назовем их:

1. Учение о периоде и вытекающие из него правила составления убеждающих мини-речей (хрий).

2. Учение об украшении речи и способах воздействия на чувства слушателей.

3. Композиционная работа, традиционно именуемая изобретением. Сюда относятся сбор материала и нахождение доводов. Правила поиска и нахождения доводов сформулированы в теории общих мест (топика).

4. Расположение, то есть тактика и стратегия изложения собранного материала.

5. Произнесение речи. Последнее включает в себя как правила предварительной работы оратора над своей внешностью, жестикуляцией, мимикой, голосом, дикцией, так и методы заучивания текста речи, дающие оратору свободу при импровизации.

О судебном красноречии как особом виде речей говорит уже Аристотель. По его мнению, особенность судебной речи в том, что здесь, во-первых, всегда рассматриваются вопросы, допускающие двоякое решение. Во-вторых, участники судебного заседания всегда рассуждают о том, что уже произошло. Последнее обстоятельство очень важно, так как прошедшие события почти всегда могут быть восстановлены только частично.

Иногда факт события преступления бывает точно установлен, но на судебном заседании всегда спорным является вопрос: что справедливо, а что нет в обсуждаемых событиях. Данный вопрос, по мнению древнегреческого философа, является целью судебного красноречия, и именно он всегда разделяет позиции процессуальных противников.

Еще одна особенность судебных речей. Разбирая любое дело, судебный оратор должен постоянно иметь в виду и противоположную точку зрения на обсуждаемые события [2]. Делать это следует, как считал философ, для того, чтобы иметь возможность всегда опровергнуть противоположное мнение, когда этого потребуют интересы справедливости.

Выделяя судебную речь в особый вид красноречия, Аристотель всегда подчеркивал необходимость для судебного оратора говорить просто и доходчиво.

Указав на данные положения как на важнейшие из тех, что позволяют рассматривать судебную речь в качестве особого вида красноречия, философ утверждал: судебное красноречие любого народа всегда имеет специфические национальные особенности.

Вопрос об исходных принципах, определяющих процесс подготовки судебного оратора к выступлению на суде, был поставлен и обсуждался в России в начале XX века. Здесь мы коснемся лишь двух оригинальных точек зрения. Одна из них была высказана С. А. Андреевским.

Как нам представляется, Сергей Аркадьевич высказывался скорее блестяще, чем последовательно, но, несмотря на это, его взгляд на судебную речь имеет приверженцев и сегодня, наверное, будет иметь и в будущем. Непоследовательность Андреевского состоит в том, что он противопоставляет друг другу обвинительную и защитительную речи. Обвинительную речь он даже толком не рассматривает, ограничиваясь указанием на то, что назначение обвинителя – показать, под какие статьи уложения о наказаниях подпадают действия обвиняемых. Он признает за ней формальное право на существование, но особого смысла в обвинительной речи не видит. Главное внимание С. А. Андреевский уделяет речи защитительной, поскольку только в ней, как он полагает, проявляются истинный гуманизм и назначение российского правосудия. Задача адвоката, по мысли Сергея Аркадьевича, идентична задаче писателя: проникнуть во внутренний мир подсудимого и, показав его суду таким, какой он есть (уникальный, но в то же время похожий на миры тех, кто должен осудить и вынести приговор), защитить таким способом подсудимого от бездушно-формального отношения к нему общества. Карающая бездушность, как полагал Андреевский, является позицией обвинения и состоит в механическом соединении статей уложения о наказаниях с действиями конкретного человека. По его мнению, действия и мотивы поведения любого человека всегда уникальны, тогда как статьи о наказаниях никогда этого не учитывали и не смогут учесть, поскольку ориентированы на абстрактный общий случай события преступления.

Иная точка зрения была высказана другим выдающимся российским юристом, П. С. Пороховщиковым. Он не противопоставлял друг другу интересы обвинения и защиты, считая, что каждая из сторон помогает установлению справедливого решения суда. По мнению П. С. Пороховщикова, судебное обвинение и защита имеют общие цели и общее назначение. Обвинитель прежде всего учитывает государственные интересы и общественную пользу, поэтому руководствуется прежде всего доводами рассудка. Однако действительная правота, по мнению Петра Сергеевича, предполагает еще и «знание сердца человеческого». Эта правота (как окончательное решение суда) требует учесть нравственные воззрения общества. Учесть их стремится чаще всего защита, но обвинение также не устраняется от обсуждения данного аспекта проблемы, потому что с точки зрения любого суда злое дело должно получить возмездие.

Мысль о том, что только совокупные усилия обвинения и защиты, в конечном счете, приводят к справедливому и обоснованному решению суда, стала общепринятым положением в отечественном судопроизводстве. Указать на формальные критерии справедливого решения невозможно. Но предпосылкой такого решения считается положение о том, что дело было исследовано добросовестно, всесторонне, до конца и при этом соблюдались все установленные законом процедуры рассмотрения. Поскольку судебное красноречие предполагает добросовестное и всестороннее исследование обсуждаемого дела, оно является одним из средств, способствующих отбору и изучению несомненных фактов, совокупность которых не содержит противоречий. Судебное красноречие учит говорить ярко и убедительно, доказывать и отстаивать свою точку зрения, опровергать противоположную.

Не пользоваться приемами красноречия – значит не приложить всех необходимых усилий к справедливому решению дела. Скажем больше, любой правовой спор предполагает противоположные интересы и стремления у сторон; в такой ситуации обоснованность и убедительность речи – важный фактор, способствующий справедливому решению. Иначе говоря, значение красноречия для юриста трудно переоценить.

Тема I.
ПРОИЗНЕСЕНИЕ И ЗАПОМИНАНИЕ [3]

Как говорилось, искусство судебного красноречия содержит пять частей. Мы начинаем изложение материала с конца, т. е. с произнесения. Такой порядок изложения методически оправдан. Начинать лучше с простого. Допускаем, что текст уже готов. Отвлекаемся от его содержания и назначения, а работаем лишь над тем, чтобы завладеть вниманием слушателей и увлечь их сказанным. Иначе говоря, задача временно упрощается для того, чтобы обучающийся мог сосредоточиться только на том, что сказано, или, как говорят актеры, на «подаче материала».

Произнесение как часть искусства оратора включает в себя запоминание, а также: 1) поведение выступающего; 2) восприятие аудиторией произносимого текста. Запоминание – это система приемов по тренировке памяти.

Основное внимание при изложении материала будет уделено произнесению, поскольку запоминание – лишь необходимая составная часть произнесения текста.

Мастера красноречия обычно подчеркивали значимость произнесения, пересказывая старую легенду.

У Демосфена якобы спросили: «Что в риторике важнее всего?» – «Произнесение», – ответил он. – «А что еще?» – допытывался любознательный. – «Произнесение», – снова повторил оратор. И так отвечал до тех пор, пока не перестали спрашивать.

Произнесение – это набор приемов и средств, с помощью которых оратор может убедительно изложить слушателям то, что он перечувствовал, продумал и подготовил. Конечно, никакая судебная речь не может считаться хорошей, если она плохо произнесена [4].

То, как произносится речь, может заметно влиять не только на отношение слушателей к выступающему, но также и на оценку всего им сказанного.

Известно, что первые речи Демосфена не понравились его слушателям. Будущий оратор начал выступать в суде, возбудив дело против разоривших его опекунов. В ходе судебного процесса, приобретя опыт и навыки, Демосфен в конце концов выиграл дело, но вначале над ним просто смеялись. У него был слабый голос, нечеткий выговор и короткое дыхание. Все это мешало восприятию. Переходы казались запутанными и сбивчивыми, доводы – неестественными; более того, начинающий оратор не вдумывался должным образом в содержание произносимых фраз и слов, поэтому не мог передать слушателям собственных чувств и настроений.

С помощью упорного труда Демосфен избавился от своих недостатков.

Полностью преодолеть свои слабости в произнесении удается лишь очень редким ораторам, но без работы в этом направлении настоящим оратором стать нельзя. Только при произнесении речи выявляется индивидуальность оратора и создается «образ», который будет убедительным или неубедительным для аудитории. Так, из воспоминаний А. Ф. Кони о Ф.Н. Плевако узнаем, что выдающийся судебный оратор России не сумел избавиться от всех своих недостатков в произнесении. Движения Федора Никифоровича во время речи «… были неровны и подчас неловки; неладно сидел на нем адвокатский фрак, а пришепетывающий голос шел, казалось, вразрез с его призванием оратора. Но в этом голосе звучали ноты такой силы и страсти, что он захватывал слушателя и покорял его себе» [5].

Работая над произнесением, Ф. Н. Плевако развил те стороны своего таланта, которые помогли ему стать выдающимся оратором. По мнению В. В. Вересаева, «главная его (Ф.Н. Плевако – О. П.) сила заключалась в интонациях, в подлинной, прямо колдовской заразительности чувства, которыми он умел зажечь слушателя» [6].

Работа над произнесением речи предполагает разные «уровни погружения» в проблематику, но поскольку для рядового оратора важнее всего – избежать грубых ошибок (именно они отталкивают слушателей), то прежде всего будем говорить об этом.

Возможно, кому-то обращение к проблемам произнесения покажется данью ушедшим традициям. «Зачем говорить о каких-то требованиях и канонах произнесения, когда известно, что судебный оратор будет выслушан во всех случаях, как бы он ни говорил?» – спросят они.

Конечно, оратора не остановят, но для него важно другое. Оратор должен убедить слушателей. Лишь только в этом случае он может считать, что достиг желаемого результата. Но нельзя убедить того, кто не слушает, и потому не понимает, или понимает не так, как хотелось бы говорящему.

Важнейшие ошибки в произнесении связываются с: 1) обликом оратора; 2) голосом; 3) дикцией и орфоэпией [7]; 4) тренировкой памяти. Рассмотрим все это в том же порядке, в каком перечислили.

Лекция 1. [8]
ОБЛИК ОРАТОРА

План

1. Внешний вид.

2. Внутренний настрой.

3. Поведение во время речи.

Под термином «облик оратора» понимается: во-первых – внешность, во-вторых – внутренний настрой, в-третьих – поведение во время речи. К поведению относятся поза, жестикуляция и мимика.

Внешность

Говоря о внешности, мы имели в виду одежду, прическу, их состояние и все то, что в житейском обиходе принято называть «внешний вид». Сформулируем основное правило, связанное с ним.

Внешность оратора не должна вызывать пристального внимания слушателей, иначе это будет отвлекать их от того, что оратор говорит. Следует одеваться скромно, но опрятно. Одежда не должна мешать свободе движений. Мужчинам желательно освободиться от всех лишних вещей, оттягивающих карманы. Женщинам в дни выступления хорошо бы не надевать всех имеющихся у них украшений.

Когда оратор встает и начинает говорить, присутствующие обязательно окинут его хотя бы беглым взглядом. Если ваша внешность будет вызывать удивление или зависть, то помешает главной на данный момент цели: вступить со слушателями в доброжелательный контакт. Опрятная скромность поможет избежать нежелательных эффектов и предубеждений, возникающих с первого взгляда и, казалось бы, из ничего. Экстравагантность прически или одежды легко может быть истолкована слушателями как проявление суетности и легковесности.

Рекомендации относительно внешности могут быть прочитаны или выслушаны, но все останется по-старому. Некоторые судебные ораторы, защищая себя и собственные причуды, могут возразить так: «Что тут говорить о внешности? В судебном разбирательстве (гражданском или уголовном) идет исследование материалов, связанных с данным делом. Поэтому, конечно, самым важным фактором является квалификация оратора, а не его внешность».

Не отрицая значения квалификации, тем не менее, подчеркнем: люди не являются идеальными и только разумными существами. Эмоции и страсти управляют ими на судебном заседании так же, как и во всяком другом месте.

Если оратор возбуждает чувство зависти, неудовольствия или задевает чьи-либо предрассудки своим внешним видом, необходимы время и усилия, чтобы эти чувства изменились. Но не всегда старания принесут положительный результат. Человек порой склонен поддаваться чувствам, источник которых он осознает нескоро. При этом он искренне думает, что хочет установить истину или поддержать справедливость, хотя на самом деле брюзжит и придирается к несущественным мелочам. Если оратор вызвал подобные чувства своей внешностью, он будет постоянно наталкиваться на скрытую враждебность во всем и может не рассчитывать на объективную оценку того, что скажет. Возможно, что первое неблагоприятное впечатление, сложившееся у присутствующих из-за проявленного им невнимания к собственной внешности, не удастся изменить в течение всего судебного заседания.

Внутренний настрой

Внешний вид оратора важен, но не менее важен внутренний настрой на дело, которым ему предстоит заняться. Поэтому с первого дня работы над речью уделяйте хотя бы 15 минут, но ежедневно, внутреннему настрою. Расслабьтесь, закройте глаза и скажите себе: «Я хочу установить хорошие отношения со слушателями, поэтому во время речи я должен быть спокоен и уверен в себе. Я искренне буду стремиться показать им, что хочу работать в деловой, но дружеской обстановке. У меня нет предвзятого отношения ни к кому, и я всегда готов согласиться с убедительными доводами оппонентов и под их давлением изменить собственную позицию. Не соглашусь я только изменить собственным принципам и всегда буду до конца бороться за объективное и справедливое решение суда. Я искренне увлечен своим делом и воодушевлен предоставленной мне ролью. Я хочу донести это до слушателей, но никогда не буду по отношению к ним высокомерен или груб» [9].

По мере того как речь будет получать более четкие очертания, надо искать возможность сделать так, чтобы внутренний настрой получил выражение в тексте речи, в каждой ее композиционной части.

Когда те части речи, где вы будете демонстрировать слушателям доброжелательность, деловитость и увлеченность, подготовлены, произнесите их, поглядывая на себя в зеркало. Обратите внимание на лоб: не нахмурен ли? Выражает ли взгляд те чувства, какие вы стремитесь передать? Есть ли улыбка на губах? Произнося фразы, следите за тем, чтобы мимика соответствовала эмоциям и даже немного их опережала.

Поведение во время речи

Поза. Не все хорошие ораторы держатся одинаково перед публикой, но есть поза, в которой каждый из них чувствует себя спокойно и уверенно, не вызывая при этом негативных эмоций слушателей. Чтобы найти такую позу лично для себя, вам придется основательно поработать дома.

Начиная поиски своей основной позы, нужно иметь в виду следующее. Во-первых, вам не следует изображать что-то не похожее на самого себя. Вы не должны никого играть; вы не актер. Во-вторых, поза должна быть дружелюбной и позволять вам внимательно и непринужденно наблюдать за слушателями. В-третьих, вы должны в этом убедиться – в этой позе вы сможете естественно, без лишнего напряжения, донести до слушателей все то, что продумали и перечувствовали во время работы над выступлением. Эта поза не должна быть напряженной. Приняв ее, вы должны чувствовать себя легко и спокойно, как в домашних тапочках.

Для разных людей исходная поза имеет модификации, но обычно ноги ставятся на ширину плеч, тяжесть тела равномерно распределяется по всей плоскости опоры. Одна нога выставлена чуть вперед так, что в наиболее выразительных местах речи вы можете сместить центр тяжести на носок. Колени не напряжены, плечи и руки тоже. Руки не надо плотно прижимать к корпусу. Голова и шея несколько выдвинуты вперед по отношению к грудной клетке. Плечи развернуты, грудь – вперед, живот подтянут, но без нарочитости и так, чтобы все это не мешало свободе дыхания.

Наконец, вам кажется, что вы остановились на позе, в которой вас ничто не стесняет и не мешает, в которой вам легко и свободно дышится. Проверьте себя еще раз так. Начиная произносить какое-нибудь наиболее выразительное место в речи, подчеркните его, сделав полшага вперед или просто вынося ногу. Во время паузы делайте небольшое движение назад. Если вы сохраняете непринужденность и не чувствуете желания изменить позу, значит, все хорошо. Если что-то вас не устраивает, работу следует продолжать до тех пор, пока не почувствуете себя легко и удобно. Именно эту позу и надо будет заучить.

Однако, думая о собственных удобствах, вы не должны вызывать недовольства слушателей. В позе нет мелочей, поэтому не следует, даже если это кажется вам очень комфортным движением, совать руки в карманы брюк или оттягивать пальцами прорези собственного жилета [10].

Итак, все смотрят на вас, вы дружелюбны и внимательны к слушателям (без заискивания), и это отражается на вашем лице. Вы приняли исходную позу и пока держите первоначальную паузу, оглядывая зал. Говорить вы будете для всех присутствующих, но главным образом станете обращаться к суду. Суд может состоять просто из судьи и секретаря, или из коллегии судей, либо из судьи и двух народных заседателей, или в состав суда войдут еще и присяжные заседатели. Судей и своего оппонента вы обязаны знать и еще до произнесения речи написать на каждого из них нечто вроде характеристики. Там вы должны постараться ответить на следующие вопросы: 1) какая манера изложения произведет на них наиболее сильное впечатление и почему; 2) какой должна быть последовательность при изложении ваших аргументов; 3) какие вопросы по делу должны возникнуть у оппонента и суда; 4) как вы на них ответите и т. п. Народных, а тем более присяжных заседателей вы не можете знать. Поэтому вглядывайтесь во время паузы в их лица. К тому времени, как вы начнете говорить, вы должны уже решить для себя, каким образом вы будете пытаться на них воздействовать. Не нужно стремиться психологически глубоко проникнуть в существо данного вопроса. Это непосильная и невозможная задача. Но постараться во время обсуждения дела затронуть в выгодном для себя аспекте проблемы, волнующие людей, принадлежащих к данным социальным группам, вы обязаны.

Вы должны говорить, глядя на людей, к которым вы обращаетесь. Это позволяет учитывать их реакцию на то, что вы произносите. Если вы замечаете, что аргументация не производит на суд должного впечатления, надо постараться тут же подыскать для нее иную, более подходящую форму. Принципиально изменить свое выступление вы не сможете и не должны об этом даже думать. Это ошибка. Менять можно лишь полутона, но они порой могут оказаться очень значимыми при восприятии, а, следовательно, и для оценки вашего выступления. Отказываясь реагировать на поведение слушателей, оратор разрывает контакт с ними. В этом случае он не вправе сетовать на то, что его не поняли, либо поняли не так, как он того хотел.

Жесты и мимика. Если оратор находится в контакте с аудиторией, то его речь должна влиять на слушателей, однако нельзя активно воздействовать на других и при этом оставаться неподвижным. Всякое телодвижение, с помощью которого подчеркивается значение произносимых слов, в риторике принято называть жестом. Эффективный жест – это выражение творческих усилий оратора, его желания полнее и ярче передать свои чувства и мысли. Такой жест предполагает и усиление контакта в общении, и более действенное влияние на аудиторию.

Значение жеста в речи обусловлено явлением, называемым эмпатией. Суть его в следующем: когда человек внимательно смотрит и слушает другого человека, у него рефлекторно напрягаются те же самые группы мышц, что и у говорящего. Слушатели как бы сопереживают тому, о чем узнают, но происходит это чаще всего на уровне подсознания. Включившись в процесс сопереживания, аудитория невольно лучше усваивает точку зрения оратора. Поэтому, благодаря тщательно рассчитанным жестам, оратор может значительно увеличить силу воздействия своих слов.

Принципы жестикуляции в речи российского судебного оратора – проблема, ждущая своего решения, поскольку в данной области судебного красноречия не существует традиций [11]. Наработки юристов конца XIX – начала XX века забылись, кроме того, за истекшее время принципиально изменились и язык, и процедуры, и понимание судебного процесса. Что же касается послереволюционного периода в деятельности суда, то здесь не сложилось каких-либо четких традиций использования жестов. Скорее можно говорить об иной тенденции, состоящей в стремлении судебных ораторов избегать жестов вообще. Однако стремление сделать заседание настолько холодным, чтобы изгнать эмоции из судебной речи, кажется нам ненужной и невозможной затеей. Когда оратор взволнован, он может жестикулировать, но жесты его должны быть сдержанными.

Задача судебного оратора – осмыслить прошлые события, оценить их и предложить решение, поэтому он не может и не должен уподобляться, или даже подражать, актеру. Неподвижность оратора во время речи раздражает слушателей, поэтому движение необходимо, однако это движение должно быть лишь таким, чтобы позволяло подчеркнуть мысль и тем самым сделать ее более наглядной и легче воспринимаемой. В последних частях речи (патетической и в заключении), где оратор откровенно стремится воздействовать на чувства слушателей, жесты должны соответствовать чувствам, которые испытывает выступающий. Жест может как усилить, так и ослабить впечатление, произведенное речью. Искусство усиливать впечатление от произносимых слов связано с развитием индивидуальных особенностей оратора и поэтому предполагает большой самостоятельный, во многом уникальный труд. Умение не ослаблять впечатления, оставляемого собственной речью, дается легче: нужно знать правила и соблюдать их.

Начнем с простого. Малоопытный оратор обычно не думает о своих жестах и поэтому не контролирует их. Наиболее частой ошибкой, свидетельствующей об отсутствии контроля над жестами, является «манеризм». Манеризм – это непроизвольное, периодически повторяющееся движение, не имеющее отношения к тому, о чем говорит оратор. Таким движением может быть, например, почесывание: выступающий трогает себя за нос или уши, трет щеки либо подбородок. Разновидностью данной ошибки являются движения, с помощью которых оратор периодически поправляет (или теребит) волосы, одежду, откидывает назад или в сторону голову, отбрасывает волосы со лба или делает что-нибудь в этом же роде. Оратор может подергивать плечом, переваливаться на перекрещенных ногах, комкать что-нибудь, находящееся у него в руках, покачиваться из стороны в сторону, не к месту подхихикивать, морщить лоб, таращить глаза – все это будет манеризм.

Вначале нужно узнать свою манеру выступать. Попросите кого-нибудь из хороших знакомых понаблюдать за вашими жестами во время произнесения речи. Услышав о собственных недостатках из объективного, но доброжелательного источника, начните тренировки перед зеркалом. Действуя так, вы сможете самостоятельно бороться с собственными ошибками.

В движениях оратора различают мимику и жесты. Мимика, т. е. движения мышц лица и выражение глаз, должна соответствовать тем чувствам, которые испытывает оратор и которые предполагает вызвать у слушателей своей речью. Для этого в момент речи он должен испытывать те же чувства, которые хочет донести до слушателей. Проверять соответствие слов выражению лица надо также при помощи зеркала.

Специалисты по жестам и мимике в русской речи [12] разработали сложную классификацию, позволяющую систематизированно представить речевое поведение. Здесь же речь пойдет о жестах, наиболее употребительных в судебной речи, поэтому обратимся прежде всего к движениям рук. Начнем рассмотрение с жестов-модификаторов, т. е. жестов, увеличивающих эмоциональную силу произносимых слов.

Наиболее известным среди этого рода жестов является движение, называющееся «открытая рука». Ладонь при этом движении раскрыта и обращена вверх. Если движение руки идет от оратора, то оно используется для усиления символа «сообщения» или «отдачи». Когда движение рукой производится по направлению к оратору, то оно усиливает значение «присоединения», «получения».

Следующим жестом, подчеркивающим произносимую мысль, является движение, называемое «покрытая рука». Здесь ладонь обращена вниз, движение идет от говорящего. Движение усиливает значение неприятия, несогласия, отрицания. Ощущение противодействия может быть еще сильнее, если пальцы «покрытой руки» раздвинуты – «растопыренная рука».

Широко распространенным движением, относящимся к этому виду, является жестикуляция рукой, сжатой в кулак. Жестикуляция кулаком используется обычно для передачи чувств, связанных с сопротивлением, а также для выражения угрозы или ярости.

«Жест кулаком», как и два предыдущих («открытая» и «покрытая» рука), может иметь множество модификаций, в зависимости от чувств, передаваемых оратором. Квинтилиан, например, говоря о жесте кулаком, считал возможным использовать его для подчеркивания утверждений, имеющих высокую степень категоричности. В связи с этим он предлагал использовать такую модификацию движения кулаком, которая напоминает жест человека, двигающего копьем. Категоричность высказывания может быть усилена и движением руки: так называемая «сабля» или «отмашка». Движение при этом обязательно делается сверху вниз.

Направление движения в теории жеста связывается с характером эмоций. Положительные эмоции, подъем настроения выражаются движениями, имеющими направление снизу вверх. Отрицательные эмоции – движением руки сверху вниз. Чувство безнадежности, психологического тупика обычно выражается с помощью падающего движения обеих рук вниз. Важнейшим правилом всякой жестикуляции является следующее: чем сильнее эмоция, тем интенсивнее должна быть жестикуляция. Но при этом никогда не следует подменять жестом действительные чувства или стараться усилить слабые чувства сильным жестом. Одно должно соответствовать другому. Расхождение между силой слова и жеста вызывают подозрения у слушателей, прежде всего тем, что и то, и другое при разрушении соответствия начинает казаться надуманным и поэтому искусственным. Преувеличенно эмоциональный жест или много жестов для того, чтобы усилить одну-единственную и не очень удачную мысль, не сделают ее более привлекательной, но лишь подчеркнут ее слабость. Несоответствие жестов мысли вредит естественности контакта и, в конце концов, разрушает его.

В соответствии с национальной традицией жеста оратор обычно жестикулирует одной рукой, чаще всего правой. Жестикуляция двумя руками не принята в русскоязычной ораторской практике [13], хотя жестикуляция двумя руками должна сильнее действовать на слушателей, чем тот же жест, выполненный одной рукой.

Другой разновидностью жестов, достаточно часто употребляемых судебными ораторами, являются так называемые изобразительные, или передающие. Используются они обычно не столько для передачи формы и размеров предметов, сколько для разъяснения случившегося. С их помощью оратор привлекает добавочное внимание к себе и к тому, что он в данный момент собирается сказать. Например, перед изложением какого-то значимого момента своей речи оратор предупреждает слушателей о том, что сейчас изложит самое «главное» или «суть» событий. Эти слова могут сопровождаться любым из трех жестов: 1) обращенные кверху пальцы сближаются «щепоткой»; 2) указательный палец поднимается вверх; 3) кисть руки сжимается в кулак. Желая подчеркнуть сближение или объединение (кого-то с кем-то), оратор кистями обеих рук, растопырив пальцы, как будто охватывает баскетбольный мяч. Подчеркивая противоположное действие, он разведет кисти рук, «державшие» мяч.

Говоря о множестве явлений или делая вывод, оратор может сделать жест рукой, будто рисует окружность. Горизонтальное движение покрытой рукой можно использовать, подчеркивая одинаковость, однородность явлений. Чтобы обратить внимание на противопоставление или противоположность явлений, используется покачивание (справа налево) согнутой в локте рукой.

Оратору в суде приходится использовать и указательные жесты. Наиболее употребительные из них: указывание на себя («я», «мы») и указывание на адресата. В первом случае кисть руки с вытянутыми (а затем сжимающимися) пальцами направляется к груди. Во втором случае «открытая рука» направляется в сторону аудитории.

Указательные жесты часты, но оратору надо быть внимательным при их исполнении, так как нередко самые нелепые обиды возникают именно здесь: человеку вдруг покажется, что с ним обошлись невнимательно, небрежно или даже высокомерно. Указательным жестам в русской традиции общения придается большое значение. Например, указывание пальцем на человека считается неприличным и обидным. Обстановка в зале судебных заседаний не может считаться однозначно толкуемой всеми, поэтому указательными жестами лучше пользоваться в несколько замедленном темпе, и жест должен быть более широким, чем это обычно делается в повседневной житейской обстановке. В таком случае жесты будут легче прочитываться, а оратор получит бóльшую уверенность в том, что никого случайно не обидел.

Что касается жестов, называемых регулирующими, отметим только два из них, достаточно часто употребляемых. Поднятая рука согнута в локте – жест, означающий «внимание!». Тот же жест может использоваться и в качестве призыва к тишине. Второй – указывание на запястье (или постукивание по нему пальцами) – трактуется как призыв к вниманию, тишине и работе.

Были названы четыре вида жестов и указаны наиболее простые и употребительные из них. Начинающему оратору можно ими ограничиться.

Однако не следует их использовать в речи сразу, без предварительной домашней работы перед зеркалом. Жест не заучивается. Оратор обязан добиться только того, чтобы движение казалось свободным и естественным, чтобы оно чуть опережало те чувства, которые он собирается вызвать у слушателей с помощью слов.

Также перед зеркалом отрабатывают мимику. Для этого вначале тренируются в произнесении фраз, насыщенных разными эмоциями: печалью, радостью, удивлением, возмущением и т. п. Следите за тем, чтобы выражение лица менялось соответственно чувствам, о которых говорите. Затем, глядя на себя в зеркало, отрабатывают наиболее эмоциональные места речи. Последите за собой и в том случае, когда просто, без эмоций, обращаетесь к своим слушателям. Выражение лица в это время должно быть спокойным и доброжелательным.

Жест в судебной речи необходим лишь в том случае, когда оратор не в силах выразить всей полноты чувств иначе. Однако если уж вы решили сделать движение, то не сдерживайте себя и не останавливайтесь на половине. Движение должно быть полным и законченным. На первых порах бывает не просто решить: надо или не надо делать движение в том или ином месте речи. Поэтому вначале посмотрите на себя в зеркало и тогда, когда вы делаете жест, и тогда, когда вы его не делаете. Посоветуйтесь с теми, кого пригласите на свои репетиции. Читатель может спросить: «А если у меня нет твердого мнения, как поступить, что же мне делать?». Абсолютно верного, единственного решения быть не может. Жестикулируя, вы сами создаете свой образ у слушателей. Это ваш образ, и помочь вам можете только вы сами. Создавать и менять его вы будете по собственному усмотрению. Главная задача в том, чтобы делать это осмысленно. Иначе говоря, вы должны отдавать себе отчет: почему вы жестикулируете или не жестикулируете в данном месте. Именно поэтому непроизвольные жесты (особенно на первых выступлениях в суде) недопустимы. Вначале должен появиться опыт и выработаться чутье.

Несколько слов о манере жестикуляции. Оратор – не актер и не должен никому подражать. Сравнивание, даже случайное, оратора с актером для первого убийственно. Если оратора подозревают в наигранности, то перестают верить в его искренность. Итак, жесты должны соответствовать индивидуальным чертам облика оратора. Менять в них что-то, по большому счету, не нужно. Их можно лишь подправить. Квинтилиан, например, советовал ораторам подражать манере жестикуляции борцов. Приглядитесь к борцам внимательнее. Они скупы на движения, но сами движения у них неторопливы, широки, свободны и законченны. Каждое движение оставляет впечатление легкости, силы и уверенности, что такой человек способен на многое. Движения борцов значимы и значительны. При этом безобидное по видимости движение легко может перейти в опасный для противника захват, после которого последует бросок…

Понаблюдайте за борцами. Постарайтесь представить борцом себя и подумайте, что в таком случае должно измениться в ваших жестах. Ну а теперь ощутите себя борцом за справедливость. Скажите себе, что ваша речь для того и готовится, чтобы способствовать справедливому решению суда, что без нее такое решение будет невозможно. Ради этого решения вы говорите, ему подчинены ваши действия (в том числе и жесты). Вы жестикулируете только в тех случаях, когда это необходимо. Движения ваши тверды и лаконичны.

Сквозь такой настрой просмотрите все свои жесты в зеркале. С этим настроем начинайте говорить в суде и пытайтесь донести свои слова до сознания слушателей.

Резюме

Работа над произнесением речи предполагает, что оратор научится не совершать ошибок, отталкивающих от него слушателей. Главные ошибки – о них речь в данной теме – связаны с пониманием трех главных проблем: 1) облик оратора; 2) его голос; 3) тренировка памяти. Они рассматриваются в том же порядке, в каком перечислены.

Под термином «облик оратора» имеются в виду три вещи. Во-первых – внешность, во-вторых – внутренний настрой, а в-третьих – поведение во время речи. К поведению относятся мимика и жестикуляция.

Не позаботившись должным образом о своей внешности, оратор создает серьезные дополнительные препятствия, которые будут мешать его выступлению. Помните об основном правиле: внешность оратора не должна возбуждать у слушателей сильных чувств, особенно таких, как удивление или зависть. В противном случае аудитория будет отвлекаться от того, что оратор говорит, и это помешает ему вступить в доброжелательный контакт со слушателями.

Прежде чем заговорить, надо выдержать паузу в 10–15 секунд, во время которой спокойно и доброжелательно посмотреть на присутствующих. Это – приветствие и начало зрительного контакта.

Перед началом речи оратор должен автоматически принять «исходную позу», выражающую доброжелательность, внимание и готовность приступить к серьезной работе. Умение автоматически принимать «исходную позу» и автоматически оставаться в ней столько, сколько нужно, помогает ему комфортно себя чувствовать во время выступления.

Пока оратор будет говорить, ему необходимо постоянно поддерживать зрительный контакт с аудиторией: спокойно и неторопливо переводить взгляд с одной группы слушателей на другую, не задерживая внимания ни на ком. Задача оратора – придать собственным мыслям и словам форму, наиболее привлекательную для аудитории, поэтому он должен чутко реагировать на отношение слушателей к его словам.

Очень важны для поддержания контакта мимика и жестикуляция. Глаза и выражение лица оратора (мимика) должны отражать те чувства, о которых он говорит слушателям.

Всякое телодвижение, с помощью которого подчеркивается значение произносимых слов, называется жестом. Поскольку в российском судебном красноречии не сложилось устойчивых традиций использования жеста, были рассмотрены наиболее общеупотребительные, назначение которых – подчеркнуть и усилить слова оратора. Наиболее выразительными и простыми жестами являются движения рук и плеч. Среди них выделяем прежде всего жесты-модификаторы, позволяющие усилить эмоциональную силу слов. О других видах жестов говорится в связи с их возможностями выполнять функции жестов-модификаторов. Поэтому предлагается использовать изобразительные, или передающие, жесты не по их прямому назначению, а лишь для разъяснения рассматриваемых событий. Аналогично излагаются указательные и регулирующие жесты.

Термины

Произнесение

Внутренний настрой

Манеризм

Мимика

Облик оратора

Контакт

Исходная поза

Жест

Жесты-модификаторы

...