Попугай Флобера
Джулиан Барнс

Толық оқу

Тегін үзіндіОқу

Кітап туралы Пікірлер7 Дәйексөздер496 Қазір оқып жатыр1.5K Сөрелерде

Лауреат Букеровской премии Джулиан Барнс — один из самых ярких и оригинальных прозаиков современной Британии, автор таких международных бестселлеров, как «Шум времени», «Предчувствие конца», «Артур и Джордж», «История мира в 10½ главах» и многих других. Возможно, основной его талант — умение легко и естественно играть стилями и направлениями. Тонкая стилизация и едкая ирония, утонченный лиризм и доходящий чуть ли не до цинизма сарказм, агрессивная жесткость и веселое озорство — Барнсу подвластно все это и многое другое.
«Попугай Флобера» — первая из книг Барнса, вошедших в шорт-лист Букеровской премии, — это «восхитительный роман, насыщающий ум и душу» (Джозеф Хеллер); это «подлинная жемчужина — роман настолько литературный и в то же время беззастенчиво увлекательный» (Джон Ирвинг). Сквозь призму биографии Флобера Барнс пытается ответить на вопрос, что важнее для нас, читателей, — книги автора или его жизнь? Если книги, тогда почему творчество писателя заставляет нас буквально охотиться за мельчайшими фактами его жизни? Почему мы верим, что чучело флоберовского попугая способно дать ключ к пониманию всего, что написано французским классиком?

Лауреаты премий Художественная литература Проза XX века Зарубежная литература Букеровская премия Психологическая проза

Жас шектеулері: 16+

Құқық иегері: Издательство АЗБУКА

Баспа: Издательство АЗБУКА

Аудармашылар: Александра Борисенко, Виктор Сонькин

Қағаз беттер: 193

Ұқсас кітаптар

Паоло СоррентиноНе самое главное

Сол БеллоуПриключения Оги Марча

Джулиан БарнсИстория мира в 10½ главах

Иэн МакьюэнСолнечная

18+

Пол ЛинчБлагодать

Джулиан БарнсГлядя на солнце. История мира в 10 1/2 главах. Англия, Англия

18+

Ольга ТокарчукВеди свой плуг по костям мертвецов

18+

Уильям ФолкнерЗвук и ярость

18+

Лоран БинеИгра перспектив/ы

18+

Гюнтер ГрассЖестяной барабан

18+

Марио Варгас ЛьосаВойна конца света

18+

Юн ФоссеТрилогия

Жан-Мишель ГенассияЗемли обетованные

Джулиан БарнсШум времени

Мишель УэльбекПокорность

18+

Жауме КабреКнига Фейшеса

18+

Ласло КраснахоркаиСатанинское танго

18+

Жорж ПерекЖизнь способ употребления

18+

Петер ФламмЯ?

Исаак ЗингерОбманщик

Оқыдыңыз ба? Не айтасыз?

👍👎

Пікірлер7

Vladimir Maestroпікірімен бөлісті2 ай бұрын

👍Ұсынамын

🔮Қазыналы

💡Танымдық

«Ненаписанные книги? Не стоит о них жалеть. На свете и так слишком много книг. Кроме того, я помню конец «Воспитания чувств». Фредерик и его друг Делорье оглядываются на прожитую жизнь. Их лучшее воспоминание — о том, как они еще школьниками пришли в бордель. Они тщательно планировали визит, специально завивали волосы и даже наворовали цветов для девочек. Но когда они пришли в бордель, Фредерик струсил, и оба убежали. Это был лучший день в их жизни. Флобер заставляет нас задаться вопросом: разве ожидание удовольствия — не самое надежное из удовольствий? К чему карабкаться на безрадостный чердак свершения?»

5 Ұнайды

Комментарий жазу

Lonelycraneпікірімен бөлісті2 апта бұрын

👍Ұсынамын

Качественная проза, вроде биографична, но чувствуется фирменный дотошный к мелочам стиль Барнса. Как еще рассказать о великом романисте(реалисте?) через образ попугая?

1 Ұнайды

Комментарий жазу

Максим Р.пікірімен бөлісті1 ай бұрын

👍Ұсынамын

Прекрасная находка! Люблю Флобера, а потому полюбил и книгу о Флобере

1 Ұнайды

Комментарий жазу

Дәйексөздер496

Vladimir Maestroдәйексөз келтірді2 ай бұрын

Стоит ли вообще говорить о книгах, которые не были написаны? Их легко забыть, представив себе, что апокрифическая библиография будет содержать исключительно дурные замыслы, справедливо заброшенные проекты, неловкие первые замыслы. Не обязательно первые замыслы часто самые лучшие, и хотя вторые («зрелые») смотрят на них волком, третьи их радостно реабилитируют. Кроме того, идею часто забрасывают не потому, что она не прошла контроль качества. Воображение не плодоносит ежегодно, как безотказное фруктовое дерево. Писателю приходится собирать то, что есть: иногда слишком много, иногда слишком мало, иногда вообще ничего. И в тучные годы на прохладном, темном чердаке всегда стоит большой рассохшийся деревянный ящик; время от времени писатель начинает нервничать и идет его проведать — и в самом деле, пока он напряженно работал внизу, на чердаке надулась кожица, кое-где появился лежалый бочок, а где-то и вовсе образовалась коричневая кашица со снежинками плесени. И что ему с этим делать? В случае с Флобером апокрифы отбрасывают вторую тень. Если самый пронзительный миг в жизни — это неудавшийся поход в бордель, то, возможно, самый пронзительный миг творчества — это появление той идеи, которая никогда не ляжет в основу книги, которую никогда не осквернит определенность формы, которая никогда не почувствует на себе взгляд менее нежный, чем взгляд автора.

3 Ұнайды

Комментарий жазу

Максим Р.дәйексөз келтірді1 ай бұрын

«Ненависть к буржуазии — начало добродетели», — писал Флобер

2 Ұнайды

Комментарий жазу

Софья Бобылевадәйексөз келтірді1 ай бұрын

Ашиль-Клеофас Флобер, сражаясь на палках с младшим сыном, попросил его объяснить, для чего нужна литература. Гюстав обернул вопрос против отца-хирурга, спросив, для чего нужна селезенка. «Вы про нее ничего не знаете — и я тоже, кроме того, что она необходима для нашей телесной конституции так же, как поэзия необходима для нашей умственной конституции». Доктор Флобер был побежден.

2 Ұнайды

Комментарий жазу