Русский реализм XIX века: общество, знание, повествование

Толық оқу және тыңдау

Тегін үзінді

Кітап туралы Дәйексөздер323 Қазір оқып жатыр655 Сөрелерде Бұл серияда

Научная дискуссия о русском реализме, скомпрометированная советским литературоведением, прервалась в постсоветскую эпоху. В результате модернизация научного языка и адаптация новых академических трендов не затронули историю русской литературы XIX века. Авторы сборника, составленного по следам трех международных конференций, пытаются ответить на вопросы: как можно изучать реализм сегодня? Чем русские жанровые модели отличались от западноевропейских? Как наука и политэкономия влияли на прозу русских классиков? Почему, при всей радикальности взглядов на «женский вопрос», роль женщин-писательниц в развитии русского реализма оставалась весьма ограниченной? Возобновляя дискуссию о русском реализме как важнейшей «моделирующей системе» определенного этапа модерности, авторы рассматривают его сквозь призму социального воображаемого, экономики, эпистемологии XIX века и теории мимесиса, тем самым предлагая читателю широкий диапазон современных научных подходов к проблеме.

История и теория литературы

Жас шектеулері: 12+

Басылым шыққан жыл: 2020

Баспа: Новое литературное обозрение

Серия: Научная библиотека

Қағаз беттер: 715

Бұл серияда

Ф.В. Булгарин — писатель, журналист, театральный критик

Корнелия ИчинЭнергия кризиса. Сборник в честь Игоря Павловича Смирнова

Вера МильчинаХроники постсоветской гуманитарной науки. Банные, Лотмановские, Гаспаровские и другие чтения

Сергей КрихДругая история: «Периферийная» советская наука о древности

Стюарт ГолдбергМандельштам, Блок и границы мифопоэтического символизма

Михаил ВайскопфПисатель Сталин. Язык, приемы, сюжеты

Константин КаминскийЭлектророман Андрея Платонова. Опыт реконструкции

Homo scriptor. Сборник статей и материалов в честь 70-летия М. Эпштейна

Владимир Шаров: По ту сторону истории

Вероника Файнберг, Павел УспенскийК русской речи: Идиоматика и семантика поэтического языка О. Мандельштама

Борис Дубин, Лев ГудковЛитература как социальный институт: Сборник работ

18+

Ярослава АнанкоКаникулы Каина: Поэтика промежутка в берлинских стихах В.Ф. Ходасевича

Абрам Ильич РейтблатКлассика, скандал, Булгарин…: Статьи и материалы по социологии и истории русской литературы

Укрощение повседневности: нормы и практики Нового времени

Санна ТуромаБродский за границей: Империя, туризм, ностальгия

Клио в зазеркалье: Исторический аргумент в гуманитарной и социальной теории

Елена ГлазоваОт философии к прозе. Ранний Пастернак

Век диаспоры. Траектории зарубежной русской литературы (1920—2020). Сборник статей

Ирина ПаперноСоветская эпоха в мемуарах, дневниках, снах. Опыт чтения

Вера Мильчина«И вечные французы…»: Одиннадцать статей из истории французской и русской литературы

Оқыдыңыз ба? Не айтасыз?

👍👎

Дәйексөздер323

Суриков Вячеславдәйексөз келтірді6 жыл бұрын

Во «Взгляде на русскую литературу 1847 года» Белинский констатировал, что «писатели натуральной школы» «любят изображать людей низкого звания, делают героями своих повестей мужиков, дворников, извозчиков, описывают углы, убежища голодной нищеты и часто всяческой безнравственности».

1 Ұнайды

Комментарий жазу

Даниил Васильевдәйексөз келтірді3 апта бұрын

Маркович отнес это понятие к той категории текстов, которую Белинский в предисловии к «Физиологии Петербурга» назвал беллетристикой. Исследователь предположил, что две традиционно считающиеся ключевыми черты реалистического стиля письма — складывающиеся в монистическую систему социально-исторический детерминизм и психологизм — полнее всего проявляются лишь в текстах «второго ряда», а в классических текстах «первого ряда» (Толстого, Достоевского, Тургенева, Лескова и других романистов) исследователям и читателям очевиден выход за пределы монистического рационализма, так что об их творчестве можно говорить как о гибридном — сочетающем элементы романтизма, реализма, натурализма и будущего символизма.

Комментарий жазу

Виктор Коноваловдәйексөз келтірді3 ай бұрын

В первой главе автор настаивает, что жанр новеллы в силу сосредоточенности на рассказывании истории героя (telling) ни исторически, ни структурно не был приспособлен для рассказа о мельчайших душевных и телесных движениях героев. Ключевой оппозицией для Джеймисона выступает не recit vs. roman, не telling vs. showing, но судьба (destiny) vs. вечное настоящее (eternal present), в рамках которой и разворачивается репрезентация «волн телесных ощущений», требующих особой темпоральности. Исторически тексты реализма возникают из напряжения между двумя этими полюсами. Для авторов 1830–1840‐х годов новой задачей было уловить аффекты, не поддававшиеся языку эмоций — уже хорошо разработанному, но еще не обладавшему необходимыми категориями для дискурсивного обозначения того, что Спиноза именовал аффектом (страстью).

Комментарий жазу