Ad Marginem

Если вы едите шоколадный торт, можете ли вы описать его вкус? Если вам не нравятся кабачки, можете объяснить, почему? Продукты какого цвета вас больше всего привлекают? Мы думаем, что знаем о еде всё, но на самом деле она полна тайн. В маленькой лекции, прочитанной 19 мая 2019 года в Королевском огороде в Версале, японская писательница Рёко Секигути размышляет о связи вкуса, мышления и языка. Приготовление и поглощение пищи — это отнюдь не скучный обыденный процесс, — считает лектор, — это способ исследования мира, в котором постоянно происходит обмен. Просто сидя рядом с кем-то, мы неосознанно отдаем ему часть воды своего тела, испаряющейся в воздух, которым тот дышит, а он отдает свою воду нам. Земля — это котел, и мы, люди, находимся в нем вместе с животными, рыбами, растениями, водой — и словами, которые всё это обозначают. В этом вечном движении заключена великая тайна жизни и смерти.

В этом тексте немецкий философ, правовед и политический теоретик Карл Шмитт (1888–1985) предстает в непривычном амплуа. Книга «Гамлет или Гекуба» возникла из семинара, организованного для небольшого круга учеников, и увидела свет в 1956 году. Шмитт погружается в эпоху Шекспира, анализируя политическую обстановку елизаветинской Англии и фигуру короля Якова I Стюарта, чтобы разгадать тайну самого странного и нетипичного мстителя в мировой литературе, павшего жертвой собственной нерешительности. В рассуждение о гамлетовской проблематике вплетены уже знакомые нам шмиттианские мотивы: экзистенциальный характер политического решения и его исключительный смысл, проблема интерпретации внеобыденного опыта и право суверена истолковывать его единственно верным образом. Препарируя одну из главных трагедий Шекспира, Шмитт открывает нам секретные уровни собственной теории, говорит о сокровенном и заставляет заново продумать свое учение о праве и политике.

«Комо» (2006) — меланхоличный автобиографический роман сербского писателя Срджана Валяревича (род. 1967). Волею судьбы молодой писатель оказывается на вилле в солнечной Италии, у живописного озера Комо, где в кругу именитых интеллектуалов он проводит месяц, наслаждаясь изобилием алкоголя и итальянской природой. Но эти идиллические дни полны контрастов: героя не отпускают воспоминания о войне и тревожные мысли о бедной Сербии, которая переживает сложные и драматичные перемены в неспокойные 1990-е годы.

Книга «Разговоры с Кейджем» составлена из сотен интервью, которые на протяжении почти полувека давал ряду изданий и журналистов Джон Кейдж (1912–1992) — величайший музыкальный новатор XX века, философ и поэт, чьи революционные идеи и произведения перевернули наше представление о сущности музыки и искусства в целом. Художник и писатель Ричард Костелянец отобрал из этих бесед характерные отрывки и превратил их в развернутое протоинтервью, скомпонованное в виде одной продолжительной беседы. Получившаяся работа — уникальная возможность познакомиться с личным взглядом Кейджа на собственное творчество, философию и различные аспекты современной культуры. Джон Кейдж лично проверил рукопись Костелянеца и дополнил текст своими комментариями.

Анатолий Анатольевич Стригалёв (1924–2015) — выдающийся историк искусства, ведущий исследователь русского авангарда, автор ряда монографий и организатор международных выставок. Искусствоведческая наука обязана Стригалёву множеством открытий, теорий, датировок и находок, но среди широкого круга его интересов особо выделялся Владимир Евграфович Татлин (1885–1953) — лидер художественного авангарда и родоначальник конструктивизма. Из обширного корпуса статей Стригалёва о Татлине для настоящего издания были отобраны тексты, посвященные различным аспектам жизни и творчества художника: подробный обзор его произведений, воображаемая экскурсия по знаменитой футуристической выставке «0,10», описание поездки в Берлин и Париж, анализ влияния Пикассо на стиль Татлина и др., формирующие полное представление как о деятельности Владимира Евграфовича, так и о ключевых трудах его главного биографа.

Издание выпущено совместно со студией дизайна ABCdesign.

В эссе «Быть больным» (1926) Вирджиния Вулф затрагивает вопрос: почему болезням — повседневному и неотъемлемому явлению человеческой жизни — посвящено непростительно мало текстов? По мнению писательницы, которая сама немало страдала от телесных недугов, вынужденно оторванному от привычного мира и прикованному к кровати человеку открывается совершенно иное видение вещей. Для Вулф болезнь — это трамплин, позволяющий вырваться за пределы расхожих истин, «радушного обмана» общества и начать воспринимать мир вне норм, как бы изнутри себя. В своем взгляде на болезнь она расходится с матерью Джулией Стивен, опытной сиделкой и автором практического руководства «Записки из комнат больных» (1883). Оба текста впервые публикуются на русском языке и знакомят читателя с двумя разными способами письма о болезни от двух непохожих друг на друга женщин.

Три автобиографических очерка (1921, 1922, 1936), написанные Вирджинией Вулф (1882–1941) для заседаний Мемуарного клуба — домашних ужинов в кругу близких друзей, на котором каждый из участников «Старого Блумсбери» поочередно откровенничал о своем прошлом, — представляют собой остроумные, при этом не лишенные глубины зарисовки семейной и общественной жизни эдвардианской эпохи и интроспекции межвоенного времени английской писательницы. Изначально не рассчитанные на публикацию, они вышли в свет только в 1976 году, встав в один ряд с ее знаменитыми романами и эссе. Вулф тонко смешивает личное и общественное, благопристойное и откровенное, глубинное и поверхностное, желаемое и действительное, болезненное и жизнеутверждающее, обещая «воскресить в памяти ряд своих воспоминаний, а заодно пробудить и кое-какие ваши».

Без понятий нормального и патологического деятельность врача едва ли поддаются осмыслению. Однако их необходимость не означает, что они самоочевидны. Тождественны ли «патология» и «ненормальное»? Противоположны ли они «нормальному»? Имеется ли в виду одно и то же, когда речь заходит об «аномалии» и «ненормальности»? Размышление об этих вопросах требует больших познаний сразу в нескольких эмпирических областях, а ответы на них — ряда метафизических интуиций касательно самой Жизни и ее ценностей. Именно поэтому книга Жоржа Кангилема (1904–1995) — яркого представителя французской «исторической эпистемологии» (Александр Койре, Гастон Башляр, Мишель Фуко и др.) — не ограничивается упражнением в истории медицины, но рассматривает проблематику нормального и патологического в перспективе онтологии. Можно ли обнаружить в категориях «нормального», «патологического» и «здоровья» отзвуки самой Жизни, выносящей оценку своему состоянию? В явном или скрытом виде этот вопрос, имеющий виталистски-ницшеанское звучание, будет повторяться на протяжении всей книги, а в конце — получит ответ.

Книга издана в рамках совместной издательcкой программы Ad Marginem и HylePress.

В серии лекций для магистрантов и вольнослушателей, прочитанных в Университете Дьюка весной 2021 года, американский философ и критик Фредрик Джеймисон (1934–2024) освещает основные вехи французской теории: экзистенциализм, структурализм, постструктурализм, семиотику, феминизм, психоанализ и марксизм, вписывая этот бурный период мысли в контекст значимых европейских политических событий: освобождение Парижа, Алжирскую войну, майские восстания 1968-го и создание ЕС. Джеймисон оживляет философские дебаты этого периода, обращаясь к работам и эпизодам из жизни Сартра, Бовуар, Фанона, Барта, Фуко, Альтюссера, Деррида, Делёза, групп Tel Quel и Cahiers du Cinéma, а также таких мыслителей, как Рансьер и Бадью, представляя свой взгляд на один из важнейших моментов интеллектуальной истории.

От Пекина до Тибетского пограничья — именно такой путь проделал в 1914 году с археологической экспедицией французский поэт, философ, морской врач, этнограф и китаист Виктор Сегален (1878–1919). Но книга «Эскапада. Путешествие в страну Реального», ставшая результатом полугодовой поездки вглубь Китая, не похожа на классический травелог. Используя форму дневника, Сегален документирует двойное путешествие — тела и разума, души и духа. Это философское осмысление столкновения воображаемого с реальным в мире, где царит разнообразие — главный, по мнению автора, источник жизненной энергии, необходимый для существования человеческой цивилизации.