Оглавление

Введение

Согласно преамбуле Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300—1 (ред. от 04.08.2023) «О защите прав потребителей» потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

На первый взгляд, все просто и понятно. Однако, на практике к определению потребителя Верховный Суд России возвращается и в обзоре судебной практики по защите прав потребителей в 2022—2023 годах.

Сейчас остаются актуальными и вопросы применения Закона о защите прав потребителей, рассмотренные в обзорах за 2020—2021 годах, размещенные в данной книге.

Также, по просьбам специалистов в книге приводится Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к которому часто обращаются.

Утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 октября 2023 г. ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ 2023 Г.

В целях формирования единообразного применения судами норм права при разрешении споров по делам, связанным с защитой прав потребителей, Верховным Судом Российской Федерации <1> подготовлен обзор актуальных вопросов судебной практики, возникших при рассмотрении дел данной категории в 2022 — 2023 годах.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<1> Далее — Верховный Суд.

Разрешение споров о защите прав потребителей, связанных с реализацией товаров, выполнением работ (оказанием услуг)

1. Продавец обязан обеспечить безопасные условия для здоровья потребителей и сохранности их имущества. Возникновение деликтного обязательства само по себе не исключает возможности применения к правоотношениям сторон Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I «О защите прав потребителей» <2>

— — — — — — — — — — — — — — — —

<2> Далее — Закон о защите прав потребителей.

Б. обратилась в суд с иском к обществу о компенсации морального вреда и взыскании штрафа, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, указав в обоснование иска, что она получила травму при падении на обледеневшей лестнице магазина, расположенного в арендуемом ответчиком помещении.

Протокольным определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечен индивидуальный предприниматель <3>, являющийся собственником помещения.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<3> Далее — ИП.

Установив факт причинения вреда здоровью Б. в результате ненадлежащего содержания лестницы при входе в магазин и уклонение от удовлетворения в добровольном порядке требований потребителя, суд первой инстанции взыскал в пользу истца с общества и ИП по 35 000 руб. в счет компенсации морального вреда и по 17 500 руб. в качестве потребительского штрафа.

Отменяя решение суда в части взыскания штрафа и принимая в этой части новое решение об отказе в удовлетворении данного требования, суд апелляционной инстанции указал, что между сторонами спора возникли деликтные правоотношения, к которым не подлежит применению Закон о защите прав потребителей.

В остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил апелляционное определение без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда, отменяя постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, указала следующее.

Из преамбулы Закона о защите прав потребителей и разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» <4>, следует, что к потребителю относится в том числе и гражданин, еще не совершивший действие по приобретению товара, но имевший намерение заказать или приобрести либо заказывающий или приобретающий товары (работы, услуги).

— — — — — — — — — — — — — — — —

<4> Далее — постановление Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17.

При этом, как указано в абзаце десятом преамбулы названного закона, под безопасностью товара (работы, услуги) понимается безопасность товара (работы, услуги) для жизни, здоровья, имущества потребителя и окружающей среды при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации, а также безопасность процесса выполнения работы (оказания услуги).

Потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя (пункт 1 статьи 7 Закона о защите прав потребителей).

В силу абзаца третьего пункта 2 статьи 7 названного закона вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие необеспечения безопасности товара (работы), подлежит возмещению в соответствии со статьей 14 данного закона.

Пунктом 1 статьи 14 этого же закона предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Согласно пункту 138 «ГОСТ Р 51303—2013. Национальный стандарт Российской Федерации. Торговля. Термины и определения» под безопасностью услуги торговли понимается комплекс свойств услуги, проявление которых при обычных условиях ее оказания не подвергает недопустимому риску жизнь, здоровье и имущество покупателя (потребителя).

Из изложенного следует, что продавец обязан обеспечить безопасные условия для здоровья потребителей и сохранности их имущества. При этом само по себе возникновение обязательства, вытекающего из деликта, не исключает возможности квалификации правоотношений сторон как правоотношений потребителя и продавца, а следовательно, не исключает применение Закона о защите прав потребителей в части мер ответственности за нарушение прав потребителя.

Судом по делу установлено, что Б. получила вред здоровью при падении на обледеневшей лестнице магазина, куда пришла с целью приобретения товара.

При таких обстоятельствах неприменение судами апелляционной и кассационной инстанций положений Закона о защите прав потребителей признано существенным нарушением норм материального права.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 14 февраля 2023 г. N 66-КГПР22-15-К8.

2. Право на возмещение вреда, причиненного вследствие недостатков услуги (товара), признается за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с исполнителем (продавцом) или нет

Ч. обратился в суд с иском к управляющей компании о возмещении ущерба, компенсации морального вреда и взыскании штрафа за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, ссылаясь на то, что его автомобиль был поврежден камнем, упавшим с крыши обслуживаемого ответчиком многоквартирного жилого дома.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что автомобиль истца поврежден в результате ненадлежащего выполнения ответчиком своих обязательств по содержанию общего имущества многоквартирного дома — крыши, в связи с чем возложил на управляющую компанию обязанность по возмещению данного ущерба.

Отказывая в компенсации морального вреда и взыскании потребительского штрафа, суд исходил из того, что Ч. не является собственником либо нанимателем жилого помещения в многоквартирном доме, обслуживание и содержание которого осуществляется ответчиком, и, соответственно, не выступает потребителем предоставляемых управляющей компанией услуг.

С выводами суда первой инстанции согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда, отменяя постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, указала следующее.

В соответствии с преамбулой Закона о защите прав потребителей данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Исполнителем является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

Вместе с тем пунктом 2 статьи 14 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что право требовать возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара (работы, услуги), признается не только за самим потребителем, но и за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет.

Таким образом, Законом о защите прав потребителей признается право на возмещение вреда вследствие недостатков товара (работы, услуги) и за потерпевшим, не состоявшим в договорных отношениях с продавцом (исполнителем).

Суды установили факт причинения истцу вреда вследствие ненадлежащего оказания ответчиком услуг потребителям.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала ошибочными выводы нижестоящих судов о неприменении к правоотношениям сторон Закона о защите прав потребителей.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 15 ноября 2022 г. N 16-КГ22-27-К4. Аналогичная правовая позиция изложена в определении от 8 августа 2023 г. N 4-КГ23-37-К1.

3. Размещенное на сайте продавца предложение о продаже товара, обращенное к неопределенному кругу лиц и содержащее подробную информацию о товаре и его цене, является публичной офертой. После получения продавцом сообщения потребителя о намерении заключить договор на условиях публичной оферты продавец не вправе в одностороннем порядке изменить объявленную цену товара

А. обратился в суд с иском к обществу (продавцу) о возложении обязанности по передаче приобретенного дистанционным способом товара, указав, что между сторонами спора через мобильное приложение заключен договор розничной купли-продажи товара и со счета истца списаны денежные средства в счет полной оплаты товара.

Впоследствии ответчик сообщил о невозможности доставки заказанного товара и возвратил истцу уплаченные денежные средства.

Общество обратилось со встречным иском к А. о признании договора купли-продажи недействительным, ссылаясь на то, что на сайте ответчика произошел технический сбой, в результате которого цены на товар стали отражаться некорректно и явно несоразмерно обычной стоимости соответствующих товаров. После выявления технической ошибки А. направлено сообщение о невозможности выполнения заказа по указанным ценам и предложено приобрести товар из заказа при условии доплаты до его полной фактической стоимости.

Разрешая спор и признавая договор купли-продажи товара недействительным, суд первой инстанции исходил из того, что при его заключении имело место злоупотребление правом со стороны покупателя и заблуждение, вызванное технической ошибкой, со стороны продавца.

Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с такими выводами.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала состоявшиеся по делу судебные постановления вынесенными с существенными нарушениями норм права.

Согласно пункту 1 статьи 494 Гражданского кодекса Российской Федерации <5> предложение товара в его рекламе, каталогах и описаниях товаров, обращенных к неопределенному кругу лиц, признается публичной офертой (пункт 2 статьи 437 ГК РФ), если оно содержит все существенные условия договора розничной купли-продажи.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<5> Далее — ГК РФ.

В силу пункта 2 статьи 497 ГК РФ договор розничной купли-продажи может быть заключен на основании ознакомления покупателя с предложенным продавцом описанием товара посредством каталогов, проспектов, буклетов, фотоснимков, средств связи (телевизионной, почтовой, радиосвязи и других) или иными способами, исключающими возможность непосредственного ознакомления потребителя с товаром либо образцом товара при заключении такого договора (дистанционный способ продажи товара).

Аналогичное определение продажи товаров дистанционным способом дано в пункте 1 статьи 26.1 Закона о защите прав потребителей.

В соответствии с пунктом 12 Правил продажи товаров по договору розничной купли-продажи, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2020 г. N 2463, при дистанционном способе продажи товара продавец обязан заключить договор розничной купли-продажи с любым лицом, выразившим намерение приобрести товар на условиях оферты. Договор розничной купли-продажи считается заключенным с момента выдачи продавцом потребителю кассового или товарного чека либо иного документа, подтверждающего оплату товара, или с момента получения продавцом сообщения потребителя о намерении заключить договор розничной купли-продажи (пункт 13 названных правил).

При дистанционном способе продажи товаров продавец обязан разместить на сайте публичную оферту и обеспечить возможность ознакомления с ней потребителей.

Фиксация цены происходит в момент заключения договора между покупателем и интернет-магазином, который определяется моментом оформления заказа с присвоением ему номера, который позволяет потребителю получить информацию о заключенном договоре розничной купли-продажи и его условиях. Изменить цену, объявленную в момент оформления заказа, продавец в одностороннем порядке не вправе.

Из решения суда следует, что размещенное на сайте ответчика предложение о продаже товара, обращенное к неопределенному кругу лиц, содержало все существенные условия договора — подробную информацию о товаре, цену, в связи с чем являлось публичной офертой.

А. оформил заказ товаров и, оплатив их стоимость, осуществил акцепт оферты на предложенных продавцом условиях, то есть между сторонами заключен договор купли-продажи, в связи с чем у продавца возникла обязанность по передаче товара покупателю. Однако ответчик, получив оплату по договору, товар в адрес покупателя не отправил, ссылаясь на иную фактическую стоимость товара.

Установив данные обстоятельства, суд наличие со стороны покупателя злоупотребления правом не обосновал и не указал, каким образом А. с учетом периодически проводимых продавцом акций, принятия им заказа и полной оплаты по договору, должен был распознать наличие технической ошибки в публичной оферте.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 6 июня 2023 г. N 16-КГ23-6-К4.

4. Продавец не вправе включать в публичную оферту условие о возможности отмены им в одностороннем порядке оформленного заказа

В. обратился в суд с иском к обществу (продавцу) о возложении обязанности по передаче товара.

Судами установлено, что В. дистанционным способом заключил с ответчиком договор на покупку телевизора и оплатил товар. При оформлении заказа была определена дата доставки телевизора, однако в указанный день товар В. не передан, уплаченные за него денежные средства возвращены. Продавец, отказавшись передать товар, ссылался на то, что указанного в заказе телевизора не оказалось в наличии.

Решением суда иск удовлетворен, на общество возложена обязанность передать телевизор истцу.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение об отказе в иске, суд апелляционной инстанции, сославшись на условие публичной оферты общества о праве продавца отменить оформленный заказ в случае отсутствия товара на складе, указал, что покупатель был ознакомлен с данными условиями путем размещения их на сайте интернет-магазина, в связи с чем у продавца не возникло обязанности по передаче товара.

Кассационный суд общей юрисдикции согласился с выводами суда апелляционной инстанции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направила дело на новое апелляционное рассмотрение, указав следующее.

Гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом (подпункт 1 пункта 1 статьи 8 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 432 данного кодекса договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пункту 1 статьи 494 ГК РФ предложение товара в его рекламе, каталогах и описаниях товаров, обращенных к неопределенному кругу лиц, признается публичной офертой (пункт 2 статьи 437), если оно содержит все существенные условия договора розничной купли-продажи.

В силу пункта 2 статьи 497 ГК РФ договор розничной купли-продажи может быть заключен на основании ознакомления покупателя с предложенным продавцом описанием товара посредством каталогов, проспектов, буклетов, фотоснимков, средств связи (телевизионной, почтовой, радиосвязи и других) или иными способами, исключающими возможность непосредственного ознакомления потребителя с товаром либо образцом товара при заключении такого договора (дистанционный способ продажи товара).

Аналогичное определение продажи товаров дистанционным способом дано в пункте 1 статьи 26.1 Закона о защите прав потребителей.

В соответствии с пунктом 12 Правил продажи товаров по договору розничной купли-продажи, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2020 г. N 2463, при дистанционном способе продажи товара продавец обязан заключить договор розничной купли-продажи с любым лицом, выразившим намерение приобрести товар на условиях оферты.

Согласно пункту 13 указанных правил договор розничной купли-продажи считается заключенным с момента выдачи продавцом потребителю кассового или товарного чека либо иного документа, подтверждающего оплату товара, или с момента получения продавцом сообщения потребителя о намерении заключить договор розничной купли-продажи.

Предложение, размещенное на сайте общества, о продаже телевизора, обращенное к неопределенному кругу лиц, содержало все существенные условия договора — подробную информацию о товаре, цену, в связи с чем являлось публичной офертой.

В., оформив заказ товара и оплатив его стоимость, осуществил акцепт оферты, то есть между сторонами заключен договор купли-продажи, в связи с чем у продавца возникла обязанность по передаче товара покупателю.

Доводы ответчика об отсутствии у него в наличии указанного в договоре телевизора объективными доказательствами не подтверждены и не свидетельствуют об утрате возможности исполнения договора, а сведений о снятии таких телевизоров с производства материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала ошибочными выводы судов апелляционной и кассационной инстанций о праве продавца в одностороннем порядке отменить оформленный заказ, то есть фактически отказаться от исполнения договора купли-продажи товара.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 4 апреля 2023 г. N 49-КГ22-28-К6.

5. Продавец не вправе в одностороннем порядке изменять цену товара, определенную заключенным с потребителем договором купли-продажи, и понуждать потребителя к заключению нового договора на других условиях, в том числе по мотиву увеличения цены товара к моменту его поставки, возникновения у продавца дополнительных расходов по исполнению договора и т. п.

С. обратился в суд с иском к обществу (продавцу) о защите прав потребителя, указав, что 21 мая 2021 г. между сторонами заключен договор купли-продажи автомобиля по цене 3 497 000 руб. Возможность пересмотра цены автомобиля договором не предусматривалась.

С. внес на счет продавца сумму предварительной оплаты, оставшаяся часть стоимости автомобиля по условиям договора подлежала внесению в момент передачи автомобиля покупателю.

После поступления автомобиля на склад продавца С. было сообщено, что цена автомобиля увеличилась и составляет 3 969 000 руб. Поскольку продавец отказался передать автомобиль по цене договора от 21 мая 2021 г., истец был вынужден 13 октября 2021 г. подписать договор купли-продажи по новой цене.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска, указав, что все необходимые существенные условия согласованы сторонами в договоре от 21 мая 2021 г., следовательно, он является заключенным на определенных в нем условиях и подлежит исполнению.

Апелляционным определением решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение об отказе в иске.

По мнению суда апелляционной инстанции, между сторонами 13 октября 2021 г. заключен иной договор купли-продажи автомобиля, который исполнен, при этом С. не был лишен права отказаться от его заключения, настаивая на исполнении ответчиком своих обязательств по договору от 21 мая 2021 г.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил апелляционное определение без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направила дело на новое апелляционное рассмотрение по следующим основаниям.

Исходя из положений статьи 310 ГК РФ в том случае, когда хотя бы для одной из сторон обязательство не связано с предпринимательской деятельностью, одностороннее изменение обязательства лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, возможно лишь в силу указания закона.

На основании пункта 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Согласно пункту 2 статьи 424 ГК РФ изменение цены после заключения договора допускается в случаях и на условиях, предусмотренных договором, законом либо в установленном законом порядке.

В силу пункта 1 статьи 485 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи, либо, если она договором не предусмотрена и не может быть определена исходя из его условий, по цене, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 424 данного кодекса, а также совершить за свой счет действия, которые в соответствии с законом, иными правовыми актами, договором или обычно предъявляемыми требованиями необходимы для осуществления платежа.

Если договор купли-продажи предусматривает, что цена товара подлежит изменению в зависимости от показателей, обусловливающих цену товара (себестоимость, затраты и т.п.), но при этом не определен способ пересмотра цены, цена определяется исходя из соотношения этих показателей на момент заключения договора и на момент передачи товара (пункт 3 статьи 485 ГК РФ).

Таким образом, из содержания указанных выше норм права в их взаимосвязи следует, что, по общему правилу, пересмотр цены товара в зависимости от изменения стоимости составляющих его компонентов допускается в случае, когда в договоре купли-продажи предусматривается такая возможность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, данным законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны.

Если включение в договор условий, ущемляющих права потребителя, повлекло причинение убытков потребителю, они подлежат возмещению продавцом (изготовителем, исполнителем, импортером, владельцем агрегатора) в полном объеме в соответствии со статьей 13 этого же закона.

Пункт 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей устанавливает перечень недопустимых условий договора, ущемляющих права потребителя, к которым, в частности, относятся: условия, предоставляющие продавцу (изготовителю, исполнителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру, владельцу агрегатора) право на односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение условий обязательства (предмета, цены, срока и иных согласованных с потребителем условий), за исключением случаев, если законом или иным нормативным правовым актом Российской Федерации предусмотрена возможность предоставления договором такого права (подпункт 1).

Судом первой инстанции установлено, что поставка автомобиля по условиям договора от 21 мая 2021 г. не произведена, ответчик в одностороннем порядке допустил отказ от исполнения обязательств путем бездействия, чем причинил истцу убытки.

Отменяя решение суда и отказывая в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции не высказал какого-либо суждения о том, являлся ли договор от 21 мая 2021 г. действующим, исполнен ли он продавцом, нарушены ли права истца как потребителя, учитывая, что по условиям названного договора цена автомобиля не подлежала изменению при увеличении ставок налоговых, таможенных и иных платежей, стоимости транспортных и/или иных расходов, а также роста максимальной розничной цены автомобиля.

В обоснование исковых требований С. указывал, что 13 октября 2021 г. после того, как поставка автомобиля на условиях первоначального договора не была осуществлена, он был вынужден заключить с продавцом договор купли-продажи автомобиля с увеличенной ценой.

Данные доводы истца оценки со стороны суда в нарушение требований статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации <6> не получили, суждения по ним в судебном акте отсутствуют.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<6> Далее — ГПК РФ.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала ошибочными выводы судов апелляционной и кассационной инстанций о возложении на покупателя последствий увеличения стоимости товара.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 30 мая 2023 г. N 75-КГ23-3-К3.

6. Покупатель вправе предъявить продавцу требование в отношении недостатков товара, на который не установлены гарантийные сроки или сроки годности, если эти недостатки обнаружены в пределах двух лет со дня передачи ему товара и более длительные сроки не установлены законом или договором

Д. и С. обратились в суд с иском к обществу (продавцу) о защите прав потребителей, указав, что в ходе эксплуатации квартиры, которую они приобрели у ответчика по договору купли-продажи от 6 июня 2016 г., выявлены недостатки выполненных строительно-монтажных и отделочных работ.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что в период пятилетнего гарантийного срока, установленного Законом о защите прав потребителей, в квартире, переданной истцам, выявились недостатки, которые образовались вследствие нарушений, допущенных при выполнении строительных работ, то есть возникли до передачи квартиры потребителям.

С учетом изложенного суд пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истцов в равных долях стоимости устранения недостатков, определенной судебной экспертизой, а также компенсации морального вреда и штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, дополнительно указав, что выбор обязанного по требованию потребителя лица в данном случае принадлежит потребителю, в связи с чем признал не основанным на законе довод жалобы о том, что пятилетний гарантийный срок, применимый к строительным работам, следует использовать в отношении застройщика квартиры.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил состоявшиеся по делу судебные постановления без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала постановления судов апелляционной и кассационной инстанций вынесенными с существенным нарушением норм права, отменила их и направила дело на новое апелляционное рассмотрение.

Согласно пункту 1 статьи 475 ГК РФ, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца в том числе возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

Если на товар не установлен гарантийный срок или срок годности, требования, связанные с недостатками товара, могут быть предъявлены покупателем при условии, что недостатки проданного товара были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет со дня передачи товара покупателю либо в пределах более длительного срока, когда такой срок установлен законом или договором купли-продажи (пункт 2 статьи 477 ГК РФ).

Аналогичная норма предусмотрена пунктом 1 статьи 19 Закона о защите прав потребителей.

Суд первой инстанции, оценивая характер возникших между сторонами спорных правоотношений, не учел тот факт, что между сторонами сложились правоотношения, вытекающие из договора купли-продажи недвижимого имущества от 6 июня 2016 г., в котором общество (ответчик) выступает продавцом, а Д. и С. — покупателями. Застройщиком дома, где находится квартира истцов, является не ответчик, а другое юридическое лицо.

Отношения между продавцом и покупателем регулирует глава 30 ГК РФ и глава 2 Закона о защите прав потребителей.

Между тем суд ошибочно при рассмотрении спора руководствовался пунктом 3 статьи 29 Закона о защите прав потребителей, подлежащим применению при защите прав потребителей при выполнении работ (оказания услуг), и пришел к ошибочному выводу о том, что требования, связанные с недостатками в недвижимом имуществе, могут быть предъявлены к продавцу недвижимости, не являющемуся застройщиком, в течение пяти лет после заключения договора купли-продажи.

Если договором купли-продажи квартиры гарантийный срок на квартиру не установлен, а законом не оговорены специальные сроки, в течение которых покупатель мог предъявить требование по качеству приобретенного недвижимого имущества, то в силу пункта 2 статьи 477 ГК РФ и абзаца второго пункта 1 статьи 19 Закона о защите прав потребителей срок предъявления к продавцу требований в отношении недостатков квартиры составляет два года со дня ее передачи покупателям.

Судами установлено, что по договору купли-продажи истцам передано жилое помещение, соответствующее условиям договора от 6 июня 2016 г., квартира осмотрена покупателями, договор имеет силу акта приема-передачи, подписан сторонами без претензий к имуществу в таком виде, в каком оно было на момент удостоверения договора.

По заключению судебной строительно-технической экспертизы выявленные дефекты являются явными и могли быть обнаружены истцами при передаче им квартиры, однако в течение двух лет покупатели не обращались к продавцу с какими-либо претензиями, что не было учтено судами.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 30 августа 2022 г. N 51-КГ22-6-К8.

7. Наличие в технически сложном товаре недостатка, повторно проявившегося в период гарантийного срока после проведения мероприятий по его устранению, является самостоятельным основанием для удовлетворения требования о замене некачественного товара. При этом не имеют правового значения возможность устранения такого недостатка, соразмерность расходов и незначительность временных затрат на его устранение, а также отсутствие запрета на эксплуатацию товара при этом недостатке

Т. обратился в суд с иском к обществу (продавцу) о защите прав потребителя, указав, что между сторонами заключен договор купли-продажи автомобиля. На автомобиль установлен гарантийный срок, в период действия которого покупатель неоднократно обращался к официальному дилеру по вопросу устранения различных недостатков, в том числе связанных с нарушением целостности покрытия обшивки водительского сиденья, проявившимся повторно. Претензия с требованием о замене автомобиля на аналогичный оставлена ответчиком без удовлетворения.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о замене товара и возмещении убытков, а также о взыскании неустойки, суд первой инстанции исходил из того, что хотя заявленный недостаток в виде нарушения целостности покрытия обшивки водительского сиденья действительно имеет место и проявился вновь после его устранения, однако этот недостаток не является неустранимым и не влечет недопустимость использования автомобиля.

Также суд указал, что в ходе рассмотрения дела не установлена невозможность использования технически сложного товара в течение каждого года гарантийного срока в совокупности более чем тридцать дней вследствие неоднократного устранения его различных недостатков.

С выводами суда первой инстанции согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направила дело на новое апелляционное рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется (пункты 1, 2 статьи 469 названного кодекса).

Согласно пункту 2 статьи 475 ГК РФ в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы, потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

В силу пункта 3 статьи 503 данного кодекса в отношении технически сложного товара покупатель вправе потребовать его замены или отказаться от исполнения договора розничной купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы в случае существенного нарушения требований к его качеству (пункт 2 статьи 475 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 18 Закона о защите прав потребителей потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе потребовать замены на товар этой же марки (этих же модели и (или) артикула); потребовать замены на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены; потребовать соразмерного уменьшения покупной цены; потребовать незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара или возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом; отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками.

В отношении технически сложного товара потребитель в случае обнаружения в нем недостатков вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за такой товар суммы либо предъявить требование о его замене на товар этой же марки (модели, артикула) или на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены в течение пятнадцати дней со дня передачи потребителю такого товара. По истечении этого срока указанные требования подлежат удовлетворению в одном из следующих случаев: обнаружение существенного недостатка товара, нарушение установленных названным законом сроков устранения недостатков товара; невозможность использования товара в течение каждого года гарантийного срока в совокупности более чем тридцать дней вследствие неоднократного устранения его различных недостатков. Перечень технически сложных товаров утверждается Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 10 ноября 2011 г. N 924 «Об утверждении перечня технически сложных товаров» автомобили легковые, мотоциклы, мотороллеры и транспортные средства с двигателем внутреннего сгорания (с электродвигателем), предназначенные для движения по дорогам общего пользования, отнесены к технически сложным товарам.

На основании пункта 6 статьи 18 Закона о защите прав потребителей в отношении товара, на который установлен гарантийный срок, продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер отвечает за недостатки товара, если не докажет, что они возникли после передачи товара потребителю вследствие нарушения потребителем правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что исходя из преамбулы и пункта 1 статьи 20 Закона о защите прав потребителей под существенным недостатком товара (работы, услуги), при возникновении которого наступают правовые последствия, предусмотренные статьями 18 и 29 названного закона, следует понимать, в частности, недостаток товара, повторно проявляющийся после проведения мероприятий по его устранению.

Из перечисленных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда следует, что наличие в товаре недостатка, повторно проявившегося в период гарантийного срока после проведения мероприятий по его устранению, является самостоятельным основанием для удовлетворения требования о его замене на аналогичный товар. При этом не имеют правового значения возможность устранения такого недостатка, соразмерность расходов на его устранение исходя из цены на технически сложный товар, незначительные временные затраты на устранение недостатка, а также отсутствие запрета на эксплуатацию товара при этом недостатке.

Таким образом, установив наличие в товаре недостатка, повторно проявившегося в период гарантийного срока после проведения мероприятий по его устранению, суды ошибочно сочли необходимым дать оценку указанного недостатка на его соответствие иным признакам существенных недостатков товара, указанных в Законе о защите прав потребителей.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 11 апреля 2023 г. N 8-КГ23-2-К2.

8. В случае невыполнения импортером обязанности по безвозмездному устранению существенных недостатков товара в течение двадцатидневного срока у потребителя возникает право на получение неустойки. Такая неустойка подлежит уплате до момента возврата потребителю товара с устраненными недостатками либо до исполнения импортером законно измененного потребителем требования, включая требование о возврате уплаченной за товар денежной суммы

М. обратилась в суд с иском к обществу (импортеру) о взыскании уплаченной за товар денежной суммы, процентов за пользование кредитом, неустойки за просрочку исполнения требования о безвозмездном устранении недостатков в товаре, неустойки за просрочку исполнения требования о возврате стоимости некачественного товара, возмещении убытков, компенсации морального вреда, а также штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Как установлено судами, 10 сентября 2018 г. М. приобрела в магазине смартфон стоимостью 34 452 руб.

20 октября 2020 г., за пределами гарантийного срока, но в пределах срока службы товара, установленного производителем (3 года), М. обратилась к эксперту, который выявил в смартфоне дефект производственного характера.

28 октября 2020 г. М. в адрес общества направила претензию с требованием о безвозмездном устранении недостатков, возмещении убытков и компенсации морального вреда.

Письмом от 23 ноября 2020 г. общество сообщило М. о завершении ремонта смартфона.

2 февраля 2021 г. истцом направлена ответчику претензия с требованиями о возврате стоимости некачественного товара, возмещении убытков и компенсации морального вреда.

Письмом от 15 февраля 2021 г. общество предложило представить смартфон для проведения проверки качества товара и последующего ремонта.

15 апреля 2021 г. товар передан импортеру.

4 августа 2021 г. общество направило в адрес М. сообщение об устранении недостатка.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что заявленный 28 октября 2020 г. потребителем недостаток устранен, а при последующем обращении установлен иной недостаток товара.

Отменяя решение суда первой инстанции и частично удовлетворяя требования, суд апелляционной инстанции исходил из того, что право требовать возврата стоимости товара возникло у М. по истечении двадцатидневного срока, предусмотренного пунктом 6 статьи 19 Закона о защите прав потребителей, который подлежит исчислению с 15 апреля 2021 г. Ссылаясь на нарушение указанного срока ответчиком, суд апелляционной инстанции удовлетворил требования о взыскании стоимости товара и компенсации морального вреда.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании неустойки и потребительского штрафа, суд апелляционной инстанции указал, что с требованием о возврате стоимости некачественного товара, право на которое у потребителя возникло по истечении срока на безвозмездное устранение недостатков (11 мая 2021 г.), потребитель к импортеру не обращался.

Кассационный суд общей юрисдикции согласился с выводами суда апелляционной инстанции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направила дело на новое апелляционное рассмотрение, указав следующее.

В соответствии с пунктом 6 статьи 19 Закона о защите прав потребителей в случае выявления существенных недостатков товара потребитель вправе предъявить изготовителю (уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) требование о безвозмездном устранении таких недостатков, если докажет, что они возникли до передачи товара потребителю или по причинам, возникшим до этого момента. Указанное требование может быть предъявлено, если недостатки товара обнаружены по истечении двух лет со дня передачи товара потребителю, в течение установленного на товар срока службы или в течение десяти лет со дня передачи товара потребителю в случае неустановления срока службы. Если указанное требование не удовлетворено в течение двадцати дней со дня его предъявления потребителем или обнаруженный им недостаток товара является неустранимым, потребитель по своему выбору вправе предъявить изготовителю (уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) иные предусмотренные пунктом 3 статьи 18 данного закона требования или возвратить товар изготовителю (уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) и потребовать возврата уплаченной денежной суммы.

Вместо предъявления требований о замене товара на товар этой же марки (модели, артикула) или незамедлительного безвозмездного устранения недостатков потребитель вправе возвратить изготовителю или импортеру товар ненадлежащего качества и потребовать возврата уплаченной за него суммы (абзац второй пункта 3 статьи 18 Закона о защите прав потребителей).

Согласно статье 22 названного закона требования потребителя о возврате уплаченной за товар денежной суммы подлежат удовлетворению импортером в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

В силу пункта 1 статьи 23 этого же закона за нарушение предусмотренных статьями 20, 21 и 22 закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

Как следует из разъяснений Пленума Верховного Суда, изложенных в пункте 65 постановления от 24 марта 2016 г. N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» <7>, по смыслу статьи 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограниченна.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<7> Далее — постановление Пленума Верховного Суда от 24 марта 2016 г. N 7.

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

В пункте 66 названного постановления Пленума Верховного Суда указано, что равным образом в случае отказа потребителя от исполнения договора купли-продажи ввиду обнаружения недостатков в переданном по договору товаре обязательство продавца по уплате неустойки сохраняется до момента возврата продавцом уплаченной за товар суммы (статья 22, пункт 1 статьи 23 Закона о защите прав потребителей).

Таким образом, по истечении двадцати дней со дня предъявления требования к импортеру о безвозмездном устранении существенных недостатков товара у потребителя возникает право требовать от импортера возврата уплаченной за товар денежной суммы. При этом потребитель вправе требовать уплаты неустойки за весь период просрочки удовлетворения своего законного требования до момента фактического исполнения обязательства.

Установив факт нарушения импортером двадцатидневного срока устранения недостатков товара и признав в связи с этим за потребителем право на взыскание с импортера стоимости некачественного товара, суд апелляционной инстанции в нарушение приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда пришел к ошибочному выводу об отсутствии оснований для взыскания неустойки и штрафа.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 14 февраля 2023 г. N 46-КГ22-50-К6.

9. Гостиница несет ответственность за действия своих сотрудников, допустивших нарушение прав постояльца

Г. обратился в суд с иском к П., Р. и обществу (гостинице) о взыскании ущерба, компенсации морального вреда и штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

В обоснование иска Г. указал, что сотрудник гостиницы неправомерно выдал П. дубликат ключа от номера истца в гостинице, после чего П. и Р. совершили кражу его имущества.

Удовлетворяя исковые требования в части взыскания с П. и Р. денежных средств, суд первой инстанции сослался на вступивший в законную силу приговор, вынесенный в отношении указанных лиц. При этом суд отказал в удовлетворении иска к обществу, сославшись на то, что гостиница не несет ответственности за вред, причиненный преступлением П. и Р.

С такими выводами согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда отменила состоявшиеся по делу судебные постановления в части отказа во взыскании компенсации морального вреда и направила дело в этой части на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав следующее.

В соответствии со статьей 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Поскольку при рассмотрении спора было установлено, что работник гостиницы выдал дубликат ключа от номера истца посторонним лицам, суду в соответствии с требованиями статей 67, 198 ГПК РФ надлежало дать оценку действиям исполнителя гостиничных услуг с точки зрения нарушения прав потребителя, что сделано не было.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 15 ноября 2022 г. N 5-КГ22-99-К2.

10. Потребитель в случае отказа от исполнения абонентского договора вправе требовать возврата денежных сумм, уплаченных за период действия договора, на который он досрочно прекращен

П. обратился в суд с иском к обществу (исполнителю) о защите прав потребителя, указав, что в процессе оформления кредита на приобретение автомобиля ему была навязана дополнительная услуга «Техническая помощь на дороге», исполнителем которой является ответчик. Денежные средства в размере 255 000 руб. за указанную услугу списаны банком с кредитного счета истца.

Заявление потребителя о расторжении договора и возврате уплаченных денежных средств общество оставило без удовлетворения.

Решением суда иск П. удовлетворен частично.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда и принимая по делу новое решение об отказе в иске, сослался на то, что истец вступил в отношения с обществом (ответчиком по делу) только относительно услуг по оказанию технической помощи на дороге, при этом денежные средства в размере 255 000 руб. уплачены П. автосалону (продавцу), а следовательно, оснований для их взыскания с общества не имеется.

С данными выводами суда апелляционной инстанции согласился кассационный суд общей юрисдикции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда отменила состоявшиеся по делу постановления судов апелляционной и кассационной инстанций в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 429.4 ГК РФ договором с исполнением по требованию (абонентским договором) признается договор, предусматривающий внесение одной из сторон (абонентом) определенных, в том числе периодических, платежей или иного предоставления за право требовать от другой стороны (исполнителя) предоставления предусмотренного договором исполнения в затребованных количестве или объеме либо на иных условиях, определяемых абонентом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

На отношения, связанные с заключением договоров об оказании услуг, стороной которых является гражданин, использующий услугу в личных целях, распространяются положения о защите прав потребителей.

В силу статьи 32 Закона о защите прав потребителей и пункта 1 статьи 782 ГК РФ потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Из приведенных положений закона следует, что потребитель в любое время вправе отказаться от исполнения договора об оказании услуг и потребовать возврата уплаченных по договору сумм за вычетом фактически понесенных исполнителем расходов.

Обязанность доказать наличие таких расходов и их размер в данном случае возлагается на исполнителя.

Если имеет место абонентский договор на оказание услуг, то потребитель имеет право требовать возврата денежных сумм, уплаченных за тот период действия договора, на который он досрочно прекращен.

По данному делу суд апелляционной инстанции, отказав потребителю в возврате уплаченных по договору денежных сумм, названные положения закона не учел.

Кроме того, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда указала, что суд апелляционной инстанции, ссылаясь на уплату денежных средств за услугу не ответчику, а автосалону, в нарушение положений части 2 статьи 56 и статьи 196 ГПК РФ не определил все имеющие значение для правильного разрешения спора обстоятельства и правоотношения сторон, в частности не определил, от чьего имени и за чей счет заключался договор на оказание услуг со стороны исполнителя.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 23 августа 2022 г. N 41-КГ22-23-К4.

11. Условие договора, согласно которому у потребителя при отказе от исполнения договора отсутствует или ограничивается право на возврат уплаченных денежных средств, является недействительным, как ущемляющее права потребителя

К. обратился в суд с иском к обществу-1 (исполнителю) о взыскании уплаченных по договору денежных средств и штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Судом по делу установлено, что 9 октября 2021 г. К. (покупатель) заключил с обществом-2 (продавец) договор купли-продажи автомобиля и дополнительное соглашение к нему.

11 октября 2021 г. между К. (заказчик) и обществом-1 (исполнитель, ответчик по делу) подписан договор, в рамках которого между сторонами заключен абонентский договор на обслуживание автомобиля и опционный договор на право требования денежных платежей в соответствии со статьями 429.3 и 429.4 ГК РФ.

По абонентскому договору исполнителем заказчику за плату предоставляется абонентское обслуживание — право получения в порядке и на условиях, указанных в приложении к договору, следующих услуг: «аварийный комиссар, получение справок из МВД, получение справки из Гидрометцентра, независимая экспертиза недвижимого имущества и автотранспорта, доставка документов, круглосуточная эвакуация автомобиля, техническая помощь, юридическая консультация по недвижимости и по транспорту, трезвый водитель, трансферт, поиск автомобиля, персональный менеджер».

По опционному договору заказчик получает право требования от исполнителя денежных платежей в адрес любой из указанных в нем станций технического обслуживания автомобилей (бенефициара).

Исполнитель выдает заказчику независимую гарантию, в соответствии с которой станция технического обслуживания автомобилей, указанная как бенефициар в независимой гарантии, где заказчик будет осуществлять техническое обслуживание транспортного средства, получает право требования от исполнителя денежных средств на оплату технического обслуживания автомобиля заказчика в сумме и на условиях, изложенных в независимой гарантии.

В договоре от 11 октября 2021 г. указано, что общая цена договора составляет 150 000 руб. и складывается из цены абонентского обслуживания в размере 45 000 руб. и цены опционного договора — 105 000 руб. Договор действует с 11 октября 2021 г. по 10 октября 2026 г.

11 октября 2021 г. ответчик выдал истцу независимую гарантию на срок с 11 октября 2021 г. по 10 октября 2026 г. с суммой гарантии 367 500 руб., по условиям которой она обеспечивает исполнение принципалом основного обязательства перед бенефициаром по договору о плановом техническом обслуживании транспортного средства.

13 октября 2021 г. К. направил в адрес общества-1 претензию об отказе от исполнения договора и о возврате уплаченных по нему денежных средств.

18 ноября 2021 г. ответчик возвратил истцу часть платы за абонентское обслуживание за неиспользованный период в размере 44 827,45 руб., в удовлетворении остальных изложенных в претензии требований отказал.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из того, что истец как потребитель вправе отказаться от договора и потребовать возврата уплаченных по нему денежных средств в полном объеме, поскольку ответчик в части, касающейся опционного договора, каких-либо расходов по его исполнению не понес.

Отменяя решение суда и принимая новое решение об отказе в иске, суд апелляционной инстанции указал, что условиями договора, с которыми истец был ознакомлен и согласен, не предусмотрен возврат платежа при прекращении опционного договора. При этом суд апелляционной инстанции исходил из того, что условие опционного договора о невозврате платежа не ущемляет права потребителя, поскольку это прямо предусмотрено законом.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил апелляционное определение без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда с выводами судов апелляционной и кассационной инстанций не согласилась в связи со следующим.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (пункт 1 статьи 422 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 168 ГК РФ закреплено, что, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 этой статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, данным законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны.

Если включение в договор условий, ущемляющих права потребителя, повлекло причинение убытков потребителю, они подлежат возмещению продавцом (изготовителем, исполнителем, импортером, владельцем агрегатора) в полном объеме в соответствии со статьей 13 данного закона.

Согласно пункту 2 названной статьи к недопустимым условиям договора, ущемляющим права потребителя, в том числе относятся:

условия, которые устанавливают для потребителя штрафные санкции или иные обязанности, препятствующие свободной реализации права, установленного статьей 32 этого закона (подпункт 3);

иные условия, нарушающие правила, установленные международными договорами Российской Федерации, данным законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей (подпункт 15).

Пунктом 76 постановления Пленума Верховного Суда от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» <8> разъяснено, что ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей, статья 29 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. N 395-I «О банках и банковской деятельности»).

— — — — — — — — — — — — — — — —

<8> Далее — постановление Пленума Верховного Суда от 23 июня 2015 г. N 25.

Названные требования закона и разъяснения Пленума Верховного Суда судом апелляционной инстанции при рассмотрении спора не применены, в связи с чем условие договора об отсутствии у заказчика права требовать возврата платежа при отказе от исполнения договора надлежащей оценки не получило.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 11 июля 2023 г. N 5-КГ23-57-К2.

12. При рассмотрении спора о скидке на товар, предоставленной покупателю за приобретение дополнительных услуг третьих лиц, подлежат выяснению обстоятельства, связанные с доведением до потребителя всей необходимой информации, обеспечивающей ему возможность адекватно оценить условия предоставления скидки и наличие собственной выгоды либо неблагоприятных для себя последствий, в том числе не был ли потребитель изначально введен в заблуждение продавцом путем завышения цены автомобиля по договору и создания видимости скидки в целях навязать ему заключение дополнительных договоров на оказание услуг, а также соответствуют ли требования о возврате суммы скидки принципу пропорциональности при отказе не от всех, а от одного или нескольких договоров на оказание услуг

Т. обратился в суд с иском к обществу (продавцу) о признании недействительными условий дополнительного соглашения к договору купли-продажи автомобиля, согласно которым цена автомобиля определена с учетом скидки, предоставленной покупателю при условии заключения с партнерами продавца пяти договоров, а также о компенсации морального вреда.

Отказывая в удовлетворении требования о признании недействительными условий договора о скидке на автомобиль, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии нарушений прав истца как потребителя при заключении договора купли-продажи в редакции дополнительного соглашения. При этом суд исходил из того, что при заключении договора Т. была предоставлена полная и необходимая информация об условиях продажи и о стоимости автомобиля, договор купли-продажи не содержит обязанности покупателя по заключению иных договоров, за покупателем остается право выбора приобретения автомобиля за полную стоимость или со скидкой при соблюдении дополнительных условий.

С выводами суда первой инстанции согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала обжалуемые судебные постановления в части отказа в удовлетворении исковых требований Т. вынесенными с существенными нарушениями норм права, отменила их и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

В силу статьи 495 ГК РФ продавец обязан предоставить покупателю необходимую и достоверную информацию о товаре, предлагаемом к продаже, соответствующую установленным законом, иными правовыми актами и обычно предъявляемым в розничной торговле требованиям к содержанию и способам предоставления такой информации.

Также согласно статье 10 Закона о защите прав потребителей на продавца возлагается обязанность доводить до потребителей необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора: о цене в рублях и об условиях приобретения товаров (работ, услуг), в том числе при их оплате через определенное время после их передачи (выполнения, оказания) потребителю, о полной сумме, подлежащей выплате потребителем, о графике ее погашения и т. д.

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 того же закона).

В силу пункта 2 статьи 424 ГК РФ изменение цены после заключения договора допускается в случаях и на условиях, предусмотренных договором, законом либо в установленном законом порядке.

Согласно статье 428 названного кодекса присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора. Если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства, в случае изменения или расторжения договора судом по требованию присоединившейся к договору стороны договор считается действовавшим в измененной редакции либо соответственно не действовавшим с момента его заключения (пункт 2).

Правила, предусмотренные пунктом 2 данной статьи, подлежат применению также в случаях, если при заключении договора, не являющегося договором присоединения, условия договора определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (пункт 3).

В соответствии со статьей 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При этом существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда от 24 марта 2016 г. N 7 разъяснено, что, если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статьи 178 или 179 ГК РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 3 апреля 2023 г. N 14-П «По делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 статьи 428 ГК РФ в связи с жалобой гражданина К. В. Матюшова» указал, что баланс прав и законных интересов продавца и покупателя предполагает, что при наличии комплекса явно неблагоприятных для покупателя обстоятельств соответствующие способы защиты должны реализовываться не путем полного отказа от взыскания предоставленной продавцом скидки (если не выявлены факты злоупотребления правом), а путем обеспечения пропорциональности взыскания части скидки тому объему выплат, которые покупатель не произвел или которые были ему возвращены по договорам в силу их досрочного и одностороннего прекращения.

Этим не исключается право суда иным образом изменить условия договора, если посредством доказывания будут установлены явное неравенство переговорных условий и, соответственно, положение покупателя, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, приведшие к закреплению в договоре розничной купли-продажи вещи, в том числе стоимость которой значительно превышает среднемесячный доход покупателя, явно обременительных для покупателя условий, связанных с договорами потребительского кредита или страхования, заключаемыми покупателем с третьими лицам.

По данному делу цена товара по договору купли-продажи определена с учетом скидки, предоставление которой обусловлено заключением покупателем пяти договоров оказания услуг. Впоследствии покупатель в установленном законом порядке отказался от исполнения одного из договоров страхования, а затем предъявил иск о признании соглашения о скидке к договору купли-продажи недействительным.

Ссылаясь на надлежащее предоставление потребителю необходимой для заключения договора информации и наличие у него свободы выбора, суд не дал оценку тому, что цена автомобиля в договоре купли-продажи от 15 марта 2021 г. уже была указана с учетом скидки, установленной дополнительным соглашением к нему, которое датировано также 15 марта 2021 г., но содержит ссылку на договоры, заключенные потребителем 20 марта 2021 г. Кроме того, пунктом 2 дополнительного соглашения предусмотрена обязанность покупателя возвратить сумму скидки при досрочном расторжении по его инициативе договоров, которыми обусловлено предоставление скидки.

При указанных выше обстоятельствах с учетом приведенных норм материального права и их толкования Пленумом Верховного Суда суду в соответствии с частью 2 статьи 56 ГПК РФ следовало поставить на обсуждение сторон вопросы о том, была ли предоставлена потребителю при заключении дополнительного соглашения вся необходимая информация об условиях предоставления скидки с учетом приобретаемых по договорам с продавцом и третьими лицами услуг и их цены, обеспечивающая ему возможность адекватно оценить условия предоставления скидки и наличие собственной выгоды, либо, наоборот, неблагоприятных для себя последствий заключения такого соглашения, в том числе не был ли потребитель изначально введен в заблуждение продавцом путем завышения цены автомобиля по договору и создания видимости скидки в целях навязать ему заключение дополнительных договоров на оказание услуг.

Также суду необходимо было дать толкование и оценку пункту 2 дополнительного соглашения как соответствующему либо не соответствующему принципу пропорциональности возврата суммы скидки при отказе не от всех, а от одного или нескольких договоров на оказание услуг.

Кроме того, следовало установить, располагал ли потребитель возможностью приобрести автомобиль по первоначальной цене без заключения дополнительного соглашения.

Однако приведенные выше требования закона судом выполнены не были, обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, не установлены, что исключает возможность проверить правильность выводов судов о добросовестности ответчика при заключении соглашения о скидке на автомобиль.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 13 июня 2023 г. N 41-КГ22-52-К4. Аналогичная правовая позиция изложена в определении от 13 июня 2023 г. N 43-КГ23-4-К6.

13. При возврате товара ненадлежащего качества потребитель имеет право на возмещение убытков в виде разницы между ценой товара, установленной договором купли-продажи, и ценой аналогичного товара на дату удовлетворения данного требования

С. обратился в суд с иском к обществу (продавцу) о возмещении причиненных продажей товара ненадлежащего качества убытков, взыскании неустойки за нарушение срока удовлетворения требований потребителя, компенсации морального вреда, а также штрафа, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей.

В обоснование требований С. указал, что за время рассмотрения его иска о защите прав потребителя ввиду продажи ему технически сложного товара, имеющего существенные недостатки, произошло значительное увеличение стоимости аналогичного товара, однако соответствующие убытки ответчик в досудебном порядке возмещать отказался.

Из материалов дела следует, что апелляционным определением от 28 июля 2021 г. было отменено решение суда от 25 сентября 2020 г. и принято новое решение, которым с ответчика взысканы уплаченные С. по договору купли-продажи автомобиля от 30 апреля 2014 г. денежные средства в размере 1 090 100 руб., убытки в виде разницы между установленной договором ценой и ценой аналогичного транспортного средства — 919 900 руб., а также компенсация морального вреда, штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя.

При этом суд апелляционной инстанции сослался на заключение проведенной судом первой инстанции оценочной экспертизы и указал в резолютивной части своего определения на взыскание в пользу С. разницы между установленной договором ценой автомобиля и ценой аналогичного транспортного средства по состоянию на 20 августа 2020 г.

Полагая, что размер убытков в виде затрат, необходимых на покупку аналогичного товара, превышающих цену товара по договору купли-продажи от 30 апреля 2014 г., должен быть определен по состоянию на дату признания судом претензий к качеству автомобиля обоснованными, то есть по состоянию на 28 июля 2021 г., и приложив справку специалиста-оценщика о стоимости автомобиля на указанную дату, С. обратился в суд с иском по данному делу.

Отказывая в удовлетворении иска С., суд первой инстанции исходил из того, что ранее судом апелляционной инстанции с разумной степенью достоверности и с учетом представленных сторонами доказательств уже был установлен размер убытков, а также что требования С. направлены на изменение обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу.

С данными выводами суда первой инстанции согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций, дело направила на новое апелляционное рассмотрение, указав следующее.

По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 13 Закона о защите прав потребителей в случае продажи товара ненадлежащего качества потребитель вправе требовать от продавца возмещения причиненных убытков.

Согласно абзацу седьмому пункта 1 статьи 18 названного закона потребитель вправе потребовать полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества.

В силу пункта 4 статьи 24 этого же закона при возврате товара ненадлежащего качества потребитель вправе требовать возмещения разницы между ценой товара, установленной договором, и ценой соответствующего товара на момент добровольного удовлетворения такого требования или, если требование добровольно не удовлетворено, на момент вынесения судом решения.

В пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности. При этом следует иметь в виду, что убытки возмещаются сверх неустойки (пени), установленной законом или договором, а также что уплата неустойки и возмещение убытков не освобождают лицо, нарушившее право потребителя, от выполнения в натуре возложенных на него обязательств перед потребителем (пункты 2, 3 статьи 13 Закона о защите прав потребителей).

Под убытками понимаются расходы, которые потребитель, чье право нарушено, произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые потребитель получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При определении причиненных потребителю убытков суду следует исходить из цен, существующих в том месте, где должно было быть удовлетворено требование потребителя, на день вынесения решения, если законом или договором не предусмотрено иное.

Учитывая это, при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, связанных с возвратом товара ненадлежащего качества, суд вправе удовлетворить требование потребителя о взыскании разницы между ценой такого товара, установленной договором купли-продажи, и ценой аналогичного товара на дату удовлетворения данного требования.

Приведенные выше нормы права и разъяснения Пленума Верховного Суда направлены на защиту интересов потребителя, имеют целью предоставить ему возможность приобрести аналогичный товар, не переплачивая, если за тот период, пока потребитель требовал восстановления своих прав, цена на товар длительного пользования, обладающий этими же основными потребительскими свойствами, увеличилась.

При рассмотрении иска С. о защите прав потребителя апелляционным определением от 28 июля 2021 г. с ответчика взысканы денежные средства, уплаченные потребителем при покупке некачественного автомобиля, в размере 1 090 100 руб., разница между ценой, установленной договором купли-продажи, и ценой соответствующего автомобиля по состоянию на 20 августа 2020 г. в размере 919 900 руб.

Принимая данное апелляционное определение, суд к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции не переходил, что лишило С. возможности увеличить свои исковые требования до реального размера причиненных ему убытков (до стоимости аналогичного автомобиля на дату вынесения апелляционного определения).

Заявленный истцом довод о значительном увеличении стоимости аналогичного автомобиля за период с 20 августа 2020 г. по 28 июля 2021 г. (на 249 900 руб.) ответчиком не оспаривался и судом не опровергнут.

При таких обстоятельствах неприменение судами положений Закона о защите прав потребителей признано существенным нарушением норм материального права.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 13 июня 2023 г. N 88-КГ23-4-К8.

14. Закон о защите прав потребителей не освобождает заказчика от обязанности оплатить выполненные подрядчиком работы

П. обратилась в суд с иском к обществу (подрядчику) о взыскании уплаченных по договору подряда денежных средств, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа, указав, что заключила с ответчиком договор на строительство одноэтажного дома и оплатила стоимость работ, однако в установленный срок дом не построен.

Судом установлено, что 1 июля 2021 г. стороны заключили договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ со сроком окончания не позднее 30 октября 2021 г. 21 декабря 2021 г. П. направила обществу уведомление об отказе от договора в связи с нарушением срока окончания работ и о возврате уплаченных по договору денежных средств.

В свою очередь, 23 декабря 2021 г. общество направило П. уведомление об окончании работ с предложением явиться для подписания акта приема-передачи, которое получено заказчиком 24 декабря 2021 г., то есть после направления ею уведомления об отказе от договора подряда.

Разрешая спор и удовлетворяя требование истца в части, суд первой инстанции исходил из того, что в предусмотренный договором срок строительно-монтажные работы ответчиком в полном объеме не выполнены, в связи с чем заказчик вправе отказаться от договора и потребовать возврата уплаченных по договору денежных средств.

При этом суд указал, что подрядчик не вправе требовать возмещения затрат, произведенных в процессе выполнения работы, и платы за фактически выполненную работу, поскольку истец не приняла выполненную работу.

С выводами суда первой инстанции согласились суд апелляционной инстанции и кассационный суд общей юрисдикции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда отменила принятые по делу судебные постановления и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав следующее.

Согласно статье 9 Федерального закона от 26 января 1996 г. N 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» в случаях, когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) для личных бытовых нужд, такой гражданин пользуется правами стороны в обязательстве в соответствии с ГК РФ, а также правами, предоставленными потребителю Законом о защите прав потребителей и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами.

Правоотношения, связанные с заключением, исполнением и расторжением договора подряда регулируются нормами главы 37 ГК РФ, исходя из которых для правильного разрешения спора суду надлежало установить, какой объем работ по договору подряда выполнен подрядчиком до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора, на основании чего определить пропорционально сумму, подлежащую взысканию в пользу заказчика, что сделано не было.

При этом, обосновывая вывод об отсутствии у подрядчика правовых оснований требовать стоимость выполненных работ в связи с тем, что данные работы не были приняты заказчиком, суды не учли, что в соответствии с пунктом 2 статьи 753 ГК РФ обязанность по организации и осуществлению приемки результата работ лежит на заказчике, если иное не предусмотрено договором строительного подряда.

Согласно пункту 3.5 заключенного сторонами 1 июля 2021 г. договора прием объекта осуществляется заказчиком в течение трех дней с даты уведомления о его готовности. При необходимости (неготовность отдельных систем, отсутствие документации) срок приемки может быть продлен. В случае значительного количества замечаний или выявления в ходе приемки недостатков, препятствующих нормальной эксплуатации объекта, срок приемки переносится.

В силу пункта 3.7 договора в случае необоснованного отказа заказчика от подписи акта приема-сдачи объекта он подписывается только подрядчиком, при этом в нем делается отметка об отказе заказчика от подписания акта приема-сдачи выполненных работ. В указанном случае работы считаются принятыми заказчиком безоговорочно.

Судом установлено, что до получения уведомления заказчика об отказе от исполнения договора, подрядчик направил П. уведомление о выполнении работ.

В связи с уклонением заказчика от приемки выполненных работ обществом подписан акт приема-сдачи выполненных работ с отметкой об отказе П. от его подписания.

При рассмотрении дела общество возражало против требований П. и указывало, что работы по заключенному между сторонами договору подряда выполнены в соответствии с его условиями и в полном объеме, хотя и с нарушением срока.

Утверждения подрядчика о выполнении работ в полном объеме не были проверены судом и не получили оценки в состоявшемся решении в нарушение требований статьи 198 ГПК РФ.

Без установления указанных обстоятельств вывод суда первой инстанции о возврате истцу уплаченных денежных сумм по договору без возмещения ответчику затрат, произведенных в процессе выполнения работы, а также без платы за фактически выполненную работу является неправомерным.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 13 июня 2023 г. N 45-КГ23-6-К7.

Разрешение споров, возникающих между потребителями финансовых услуг и финансовыми организациями

15. Закон обязывает банк или иную кредитную организацию доводить до потребителя финансовых услуг информацию об общих условиях предоставления кредита (займа) и согласовывать с ним индивидуальные условия его кредитования независимо от того, обращается потребитель за предоставлением кредита (займа) очно или дистанционно

У. обратилась в суд с иском к банку-1 о признании недействительным договора потребительского кредита, ссылаясь на то, что данный договор со стороны ответчика заключен с нарушением закона, а кредитные средства неправомерно переведены в банк-2 на счет неизвестного истцу лица.

В добровольном порядке банк-1 требования У. не удовлетворил.

Как установлено судами, 11 марта 2020 г. на телефон У. поступил звонок от лица, которое представилось сотрудником ответчика. В течение телефонного разговора истцу поступали смс-сообщения, содержание которых она сообщила звонившему ей лицу. После завершения телефонного разговора У. обратилась в банк-1, где ей сообщили о заключении кредитного договора, подписанного электронной подписью истца.

Также было установлено, что кредитные денежные средства перечислены на банковскую карту, выпущенную банком-2, владельцем которой является Б.

В тот же день У. обратилась в полицию с заявлением о факте совершения в отношении ее мошеннических действий, на основании которого возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159 УК РФ.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что У. выразила свою волю на получение кредита путем подписания договора электронной подписью с использованием персональных средств доступа (смс-кода), действия банка-1 по заключению кредитного договора и по переводу кредитных средств основаны на распоряжении У., идентифицированной в соответствии с условиями соглашения о дистанционном банковском обслуживании.

С данными выводами суда первой инстанции согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала обжалуемые судебные постановления вынесенными с существенными нарушениями норм права в связи со следующим.

Положения статей 153, 420 ГК РФ о сделках указывают на волевой характер действий ее участников.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда от 23 июня 2015 г. N 25 разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности, при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 этого же кодекса. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 названного постановления Пленума).

Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Так, статьей 8 Закона о защите прав потребителей предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

Согласно пункту 2 данной статьи названная информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

Частью 6 статьи 3 Закона Российской Федерации от 25 октября 1991 г. N 1807-I «О языках народов Российской Федерации» установлено, что алфавиты государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик строятся на графической основе кириллицы. Иные графические основы алфавитов государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик могут устанавливаться федеральными законами.

Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также статьей 10 Закона о защите прав потребителей.

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 названного закона). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 этого закона). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований, по общему правилу, возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» <9>, в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т. д. (части 1 и 9 статьи 5).

— — — — — — — — — — — — — — — —

<9> Далее — Закон о потребительском кредите.

Из положений статей 5, 7 Закона о потребительском кредите следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847 и 854 ГК РФ на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.

Между тем судом установлено, что все действия по заключению кредитного договора и переводу денежных средств в другой банк на неустановленный счет со стороны потребителя совершены одним действием — путем введения четырехзначного цифрового кода, направленного банком-1 смс-сообщением, в котором в нарушение требований пункта 2 статьи 8 Закона о защите прав потребителей о предоставлении информации на русском языке назначение данного кода было указано латинским шрифтом.

При таких обстоятельствах выводы судебных инстанций о заключении кредитного договора в соответствии с законом и об отсутствии нарушений прав потребителя финансовых услуг противоречат приведенным выше нормам материального права.

Также Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда указала, что в нарушение части 2 статьи 56 ГПК РФ судом не выяснялось, каким образом в соответствии с Законом о потребительском кредите сторонами согласовывались индивидуальные условия договора, кем было сформулировано условие о переводе денежных средств в другой банк, а также кем проставлялись в кредитном договоре отметки (V) об ознакомлении потребителя с условиями договора и о согласии с ними, с учетом того, что, кроме направления ответчиком смс-сообщения латинским шрифтом и введения потребителем четырехзначного смс-кода, никаких других действий сторон судами не установлено.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 23 мая 2023 г. N 85-КГ23-1-К1.

16. В целях правильного определения размера страхового возмещения потребителем финансовой услуги может быть оспорена стоимость годных остатков

Б. обратился в суд с иском к страховой компании о взыскании страхового возмещения в размере 1 390 092 руб., компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., расходов на оплату экспертного заключения — 25 000 руб.

Судом установлено, что сторонами заключен договор добровольного страхования автомобиля по рискам «ущерб» и «хищение». Страховая сумма по договору индексируемая, неагрегатная и составляет 1 989 900 руб. Страховая премия уплачена страхователем в полном объеме. Выгодоприобретателем является собственник автомобиля Б.

Договор страхования заключен в соответствии с Правилами добровольного страхования транспортных средств и спецтехники, утвержденными генеральным директором страховой компании (ответчиком), предусматривающими, что при полной гибели транспортного средства стоимость годных остатков определяется в сборе на основании наивысшего оценочного предложения страховщику от аукциона/биржевой площадки, а в случае, если торги признаны не состоявшимися, — посредством расчетов независимой экспертной организации, привлеченной страховщиком.

В период с 12 по 13 марта 2021 г. неизвестные лица повредили транспортное средство истца.

Ответчик признал повреждение автомобиля его полной гибелью и уведомил Б. о том, что он может отказаться от прав на автомобиль в пользу страховой компании и получить страховое возмещение в размере полной страховой суммы либо страховое возмещение будет выплачено за вычетом стоимости годных остатков.

Автомобиль страховой компании передан не был ввиду нахождения его в залоге у банка.

Стоимость годных остатков определена страховой компанией путем проведения специализированных торгов на основании наивысшего оценочного предложения аукциона/биржевой площадки в размере 1 650 000 руб.

Поскольку между сторонами возникли разногласия о стоимости годных остатков, судом назначена автотовароведческая экспертиза.

Стоимость годных остатков транспортного средства определена экспертом как по результатам проведения специализированных торгов на основании наивысшего оценочного предложения аукциона/биржевой площадки в размере 1 756 900 руб., так и расчетным способом — 717 048 руб.

Решением суда исковые требования удовлетворены частично. Суд взыскал в пользу Б. страховое возмещение в размере 93 707 руб., компенсацию морального вреда — 1000 руб., штраф — 25 000 руб.

Принимая такое решение, суд посчитал правильным определение стоимости годных остатков на основании наивысшего оценочного предложения аукциона/биржевой площадки, указав, что такой порядок установлен утвержденными ответчиком правилами страхования, являющимися неотъемлемой частью договора страхования.

С выводами суда первой инстанции согласились суд апелляционной инстанции и кассационный суд общей юрисдикции.

Отменяя апелляционное и кассационное определения и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда указала следующее.

По смыслу пункта 5 статьи 10 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации» <10>, пунктов 23 и 38 постановления Пленума Верховного Суда от 27 июня 2013 г. N 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан» при добровольном страховании имущества стороны вправе определить порядок и условия страхового возмещения в случае полной гибели имущества, в результате которого страхователю выплачивается полная страховая сумма, а к страховщику переходит право на остатки поврежденного имущества (годные остатки).

— — — — — — — — — — — — — — — —

<10> Далее — Закон об организации страхового дела.

Исходя из свободы договора стороны также вправе достичь соглашения о том, что в этом случае годные остатки могут остаться у страхователя, вследствие чего полная страховая сумма уменьшается на их стоимость.

Вместе с тем в соответствии со статьей 428 ГК РФ договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом (пункт 1).

Присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства, в случае изменения или расторжения договора судом по требованию присоединившейся к договору стороны договор считается действовавшим в измененной редакции либо соответственно не действовавшим с момента его заключения (пункт 2).

Правила, предусмотренные пунктом 2 данной статьи, подлежат применению также в случаях, если при заключении договора, не являющегося договором присоединения, условия договора определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (пункт 3).

Кроме того, в силу пункта 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, данным законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны.

Если включение в договор условий, ущемляющих права потребителя, повлекло причинение убытков потребителю, они подлежат возмещению продавцом (изготовителем, исполнителем, импортером, владельцем агрегатора) в полном объеме в соответствии со статьей 13 этого же закона.

К недопустимым условиям, в частности, относятся условия, которые предоставляют продавцу (изготовителю, исполнителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру, владельцу агрегатора) право на односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение условий обязательства (предмета, цены, срока и иных согласованных с потребителем условий), за исключением случаев, если законом или иным нормативным правовым актом Российской Федерации предусмотрена возможность предоставления договором такого права (подпункт 1 пункта 2), а также иные условия, нарушающие правила, установленные международными договорами Российской Федерации, данным законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей (подпункт 15 пункта 2).

По данному делу условиями договора страхования, сформулированными страховщиком, в отличие от положений Закона об организации страхового дела, страховое возмещение в случае, признаваемом полной гибелью застрахованного имущества, определяется не за вычетом действительной рыночной стоимости оставшихся у потребителя годных остатков, а за вычетом суммы максимального предложения, произвольно сделанного участником аукциона. При этом данное предложение, на основании которого уменьшается страховое возмещение, является субъективным, сиюминутным и не имеет отношения к действительной стоимости годных остатков.

Указанные положения договора с точки зрения наличия либо отсутствия ущемления прав потребителя, а также его возможности либо невозможности повлиять на содержание этих условий договора оценки со стороны суда в нарушение требований статьи 198 ГПК РФ не получили.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 13 июня 2023 г. N 77-КГ23-8-К1. Аналогичная правовая позиция изложена в определении от 4 апреля 2023 г. N 4-КГ22-54-К1.

17. При отказе от исполнения заключенного с банком договора возмездного оказания услуг потребитель финансовой услуги имеет право на возврат уплаченных по договору денежных средств за вычетом фактически понесенных банком расходов

К. обратился в суд с иском к банку о признании недействительными условий договора, применении последствий недействительности сделки, взыскании неустойки, процентов, компенсации морального вреда, указывая, что ответчиком ему безосновательно не возвращена плата за присоединение к программе добровольной финансовой и страховой защиты заемщиков.

Удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что денежные средства, удержанные банком при выдаче К. кредита, являются скрытой комиссией, взимаемой под видом платы за услугу присоединения к названной программе. Банк при заключении договора ввел истца в заблуждение относительно оснований удержания указанной суммы и не предоставил К. достоверной и полной информации об оказываемой услуге, чем нарушил положения Закона о защите прав потребителей.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции исходил из того, что оказанная банком и оплаченная истцом услуга по подключению к договору страхования являлась возмездной, а собственноручные подписи К. в заявлениях подтверждают, что истец осознанно и добровольно принял на себя обязательства, в том числе и по внесению в банк платы за оказание услуг по заключению договора страхования.

Суд апелляционной инстанции также не нашел оснований для признания нарушения прав К. на получение информации, полагая, что вся необходимая информация о подключении к программе добровольной финансовой и страховой защиты заемщиков предоставлена истцу в момент заключения кредитного договора и подписания заявления на подключение к названной услуге.

Кассационный суд общей юрисдикции согласился с выводами суда апелляционной инстанции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда установила, что апелляционное определение и определение суда кассационной инстанции приняты с нарушением закона, согласиться с ними нельзя по следующим основаниям.

Как предусмотрено частью 2 статьи 7 Закона о потребительском кредите (в редакции, действовавшей на момент возникновения правоотношений), если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщику за отдельную плату предлагаются дополнительные услуги, оказываемые кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на оказание ему таких услуг, в том числе на заключение иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Кредитор в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу пункта 1 статьи 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Аналогичное правило содержится в статье 32 Закона о защите прав потребителей.

Таким образом, отказ заказчика от исполнения договора может последовать как до начала оказания услуги, так и в процессе ее оказания. В случае отказа от исполнения договора в процессе оказания услуги заказчик возмещает исполнителю его фактические расходы, которые он понес до этого момента в целях исполнения той части договора, от которой заказчик отказался.

Как установлено судом апелляционной инстанции, включение в программу добровольной финансовой и страховой защиты заемщиков при предоставлении потребительского кредита является отдельной платной услугой банка, направленной на снижение рисков заемщика по обслуживанию кредита, и включает в себя обязанности банка застраховать заемщика, осуществить все необходимые финансовые расчеты, связанные с участием в программе, гарантировать исполнение страховой компанией своих обязательств по выплате страхового возмещения и т. д. (подключение к смс-информированию, сервису «Интернет-банк», выдача выписок, предоставление возможности снизить процентную ставку).

Исходя из изложенного, присоединившемуся к названной программе заемщику предоставлялся комплекс услуг, связанных с сопровождением кредитного договора и с организацией страхования, оказываемые банком, а также услуги по страхованию, выполняемые самой страховой компанией.

Для правильного разрешения данного спора суду следовало определить, какого рода услуги были оказаны истцу, в каком объеме и в течение какого периода предполагалось оказание данных услуг, какие фактические расходы понес банк к моменту отказа истца от договора оказания услуг.

Указанные обстоятельства в качестве юридически значимых судом апелляционной инстанции не определялись и не устанавливались.

Кроме того, суд апелляционной инстанции в нарушение положений статьи 67, части 1 статьи 71, части 4 статьи 198 ГПК РФ не указал, что подтверждает надлежащее выполнение банком соответствующих обязательств по договору об оказании услуг в полном объеме в соответствии с его условиями (статья 307, пункт 2 статьи 401, статья 423 ГК РФ).

Согласно разделу 1 Общих условий в случае подачи заемщиком заявления о выходе из программы добровольной финансовой и страховой защиты по истечении 30 календарных дней с даты включения в нее, услуга считается оказанной, а внесенная им плата за данную программу возврату не подлежит.

Между тем, исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 76 постановления Пленума Верховного Суда от 23 июня 2015 г. N 25, ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей, статья 29 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. N 395-I «О банках и банковской деятельности»).

Отказывая в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции оценку перечисленным условиям договора применительно к требованиям статей 16, 32 Закона о защите прав потребителей не дал.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 23 мая 2023 г. N 16-КГ23-13-К4.

18. Снижение неустойки не может быть произвольным и не допускается без представления финансовой организацией доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу о несоразмерности неустойки

Финансовая организация (страховщик) обратилась в суд с заявлением о снижении неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ, полагая, что взысканная решением уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг <11> неустойка в размере 480 000 руб. является несоразмерной последствиям нарушенного обязательства.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<11> Далее — финансовый уполномоченный.

Согласно материалам дела 6 ноября 2020 г. в результате дорожно-транспортного происшествия погибла пассажир И.

7 мая 2021 г. С. (сын погибшей И.) обратился к страховщику с заявлением о страховом возмещении.

27 мая 2021 г. страховщик письмом известил С. о признании случая страховым и выплате страхового возмещения в размере 500 000 руб.

26 июня 2021 г. С. обратился к страховщику с требованием выплаты страхового возмещения и неустойки.

2 августа 2021 г. страховщик в ответе на претензию от 26 июня 2021 г. о невыплате страхового возмещения вновь сообщил С. о признании случая страховым и выплате ему страхового возмещения в размере 500 000 руб.

26 августа 2021 г. С. обратился в службу финансового уполномоченного с требованиями о выплате страхового возмещения и неустойки.

1 сентября 2021 г. страховщик выплатил С. страховое возмещение в размере 500 000 руб.

Решением финансового уполномоченного от 14 сентября 2021 г. со страховщика в пользу С. взыскана неустойка в размере 480 000 руб.

Суд первой инстанции, принимая решение об отказе в удовлетворении заявления финансовой организации, пришел к выводу, что оспариваемое решение финансового уполномоченного законное и обоснованное, а приведенный в нем расчет неустойки является верным с учетом периода просрочки выплаты страхового возмещения.

Апелляционным определением, оставленным без изменения определением кассационного суда общей юрисдикции, решение суда отменено, по делу принято новое решение о частичном удовлетворении заявления: решение финансового уполномоченного от 14 сентября 2021 г. изменено, размер неустойки снижен до 240 000 руб.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала обжалуемые апелляционное и кассационное определения вынесенными с существенным нарушением норм права.

В соответствии с абзацем вторым пункта 21 статьи 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при несоблюдении срока осуществления страховой выплаты страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с названным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Из пункта 1 статьи 333 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17, пунктах 73 — 75 постановления Пленума Верховного Суда от 24 марта 2016 г. N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое снижение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу о несоразмерности неустойки.

При этом снижение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.

Кроме того, в отношении коммерческих организаций с потребителями, в частности, с потребителями финансовых услуг, законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.

Обстоятельства, которые могут служить основанием для снижения размера неустойки, имеют существенное значение для дела и должны быть поставлены судом на обсуждение сторон, установлены, оценены и указаны в судебных постановлениях (часть 2 статьи 56, статья 195, часть 1 статьи 196, часть 4 статьи 198, пункт 5 части 2 статьи 329 ГПК РФ).

Названные положения закона и разъяснения Пленума Верховного Суда судом апелляционной инстанции и кассационным судом общей юрисдикции учтены не были.

Из установленных судами обстоятельств следует, что страховое возмещение в связи с гибелью в результате дорожно-транспортного происшествия И. выплачено финансовой организацией через 3 месяца и только после того, как С. обратился к финансовому уполномоченному.

Данные обстоятельства надлежащей оценки суда апелляционной инстанции не получили. Формально сославшись на несоразмерность неустойки, страховщик не представил никаких доказательств, подтверждающих исключительность данного случая и несоразмерность неустойки, а суд апелляционной инстанции не привел конкретные мотивы, обосновывающие допустимость уменьшения размера неустойки.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 20 декабря 2022 г. N 36-КГ22-5-К2.

Вопросы применения норм процессуального права

19. Бремя доказывания наличия предусмотренных законом оснований для освобождения от ответственности за нарушение прав потребителя лежит на исполнителе (продавце, изготовителе, импортере, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе)

Т. обратился в суд с иском к транспортной организации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного переживаниями в связи с нарушением ответчиком установленного расписания регулярных перевозок, указав, что ему пришлось принять дополнительные меры, чтобы успеть из Московской области в г. Москву к отправлению своего поезда, в том числе воспользоваться иным видом транспорта, что причинило ему нравственные страдания.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из недоказанности истцом факта нарушения его прав ответчиком.

С позицией суда и ее обоснованием согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

Отменяя состоявшиеся судебные постановления и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда исходила из положений статей 786, 789 ГК РФ, частей 1, 2 и 4 статьи 19 Федерального закона от 8 ноября 2007 г. N 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта», разъяснений, содержащихся в пунктах 7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда от 26 июня 2018 г. N 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции», а также из Правил перевозок пассажиров и багажа автомобильным транспортом и городским наземным электрическим транспортом, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 1 октября 2020 г. N 1586.

Кроме того, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда указала, что пунктом 1 части 3 статьи 12 Закона Московской области от 27 декабря 2005 г. N 268/2005-ОЗ «Об организации транспортного обслуживания населения на территории Московской области» установлено, что перевозчик не вправе без предварительного согласования с уполномоченным органом отменить назначенные по маршруту регулярных перевозок рейсы или изменить расписание движения. В случаях, когда выполнение рейсов по расписанию невозможно при возникновении независящих от перевозчика обстоятельств по неблагоприятным дорожным, погодно-климатическим или иным условиям, угрожающим безопасности движения или перевозки пассажиров и багажа, перевозчик обязан незамедлительно уведомить об этом уполномоченный орган и население.

Согласно статье 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Как разъяснено в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17, при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Согласно материалам дела ответчик является коммерческой организацией, осуществляющей на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли при осуществлении пассажирских перевозок городским наземным транспортом, а поэтому на него возложена обязанность осуществлять своевременную доставку пассажира в пункт назначения согласно расписанию.

Транспортная организация в суде первой инстанции подтвердила, что в указанный истцом день автобусный рейс по установленному маршруту отправлением в 17 час. 40 мин. не выполнен по эксплуатационной причине (водитель заменял заболевшего водителя по другому маршруту), а тот же рейс отправлением в 18 час. 20 мин. опоздал из-за заторов на дороге.

Таким образом, обязательство по своевременной доставке пассажиров по рейсу от остановочного пункта в 17 час. 40 мин. ответчиком не исполнено.

В материалы дела Т. представлены билет на маршрутное такси, купленный у кондуктора в 18 час. 23 мин., и билет на электричку, приобретенный в 18 час. 52 мин.

В пункте 4 статьи 13 Закона о защите прав потребителей также предусмотрено, что изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Болезнь водителя автобуса не подразумевает чрезвычайности и непреодолимости обстоятельств, избежать которого перевозчик не мог.

Осуществляя предпринимательскую деятельность, транспортная организация самостоятельно определяет, какие меры должны быть приняты по оперативному регулированию движения городского наземного транспорта в целях своевременной перевозки пассажиров при возникновении угрозы срыва рейса по эксплуатационной причине.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала, что суды в нарушение приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда неправомерно освободили перевозчика от обязанности доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за нарушение прав потребителя.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 14 февраля 2023 г. N 4-КГ22-55-К1.

20. Изменение способа и порядка исполнения не может выходить за пределы разрешенных судом исковых требований, а новое исполнение должно быть соразмерно тому, что потребитель должен был получить при первоначальном способе исполнения

М. и автосалон (продавец) обратились в суд с заявлениями об изменении способа исполнения апелляционного определения от 12 мая 2021 г., которым на автосалон возложена обязанность заменить проданный М. автомобиль на новый этой же марки, модели и комплектации, ссылаясь на то, что исполнить данное судебное постановление не представляется возможным, поскольку такая модель автомобиля больше не производится и отсутствует в распоряжении продавца.

Заявители просили изменить способ исполнения судебного постановления на выплату покупателю средней рыночной стоимости автомобиля.

Согласно заключению экспертов от 21 февраля 2022 г. средняя рыночная стоимость новой модели автомобиля, наиболее приближенной по техническим характеристикам и параметрам к автомобилю, приобретенному М. в автосалоне, в комплектации, указанной в приложении к договору купли-продажи от 20 марта 2020 г., и приближенной к ней на момент проведения экспертизы, составляет 16 040 000 руб.

Определением суда от 21 марта 2022 г., оставленным без изменения апелляционным определением от 30 июня 2022 г., изменен способ исполнения апелляционного определения от 12 мая 2021 г.: с автосалона в пользу М. взысканы 16 040 000 руб., а на покупателя возложена обязанность возвратить автосалону приобретенный по договору купли-продажи автомобиль; в удовлетворении остальной части заявления отказано.

Кассационный суд общей юрисдикции указанные судебные постановления оставил без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала состоявшиеся по делу судебные постановления не соответствующими требованиям закона по следующим основаниям.

По смыслу статьи 203 ГПК РФ изменение способа и порядка исполнения решения суда может заключаться в замене одного вида исполнения другим или в определенном преобразовании первоначального способа исполнения решения суда и допускается только при наличии обстоятельств, затрудняющих исполнение решения суда либо свидетельствующих о невозможности исполнить решение суда тем способом, который указан в судебном акте. Изменение способа и порядка исполнения решения предусматривает замену одного вида исполнения другим без изменения существа принятого решения.

Целью института изменения способа и порядка исполнения решения является обеспечение исполнимости решения суда.

При решении вопроса об изменении способа и порядка исполнения решения суда необходимо учитывать принципы соразмерности и пропорциональности для того, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов взыскателя и должника. Предлагаемый способ исполнения решения суда должен отвечать требованиям справедливости, быть адекватным и не затрагивать существо прав участников исполнительного производства.

Таким образом, изменение способа и порядка исполнения не может изменять содержание постановленного решения и выходить за пределы разрешенных судом исковых требований, а новое исполнение должно быть соразмерно тому, которое взыскатель должен был получить при первоначальном способе исполнения.

В судебном заседании М. заявил о существенном повышении цен на автомобили, указывая, что стоимость аналогичной модели автомобиля возросла с 16 040 000 руб. до 39 000 000 руб., ходатайствовал о назначении новой судебной экспертизы по определению рыночной стоимости аналогичного автомобиля, однако суд проигнорировал ходатайство истца, в нарушение требований статьи 198 ГПК РФ не дал оценки приведенным доводам и не отразил суждения по ним в судебном акте.

Суд также не дал оценки тому, что взыскание в пользу М. стоимости автомобиля в размере 16 040 000 руб. нарушает его право на получение с ответчика денежных средств, достаточных для приобретения аналогичного автомобиля, гарантированное положениями пункта 1 статьи 18 и пункта 4 статьи 24 Закона о защите прав потребителей, и ухудшает его положение по сравнению с изначальным способом исполнения судебного постановления, по которому он должен был получить новый автомобиль.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 1 августа 2023 г. N 5-КГ23-77-К2.

21. Право выбора между несколькими судами, которым в силу Закона о защите прав потребителей подсуден спор, принадлежит потребителю. Условие договора, заключенного продавцом (исполнителем) с потребителем, об изменении территориальной подсудности споров не ограничивает право потребителя на предъявление иска в соответствии с подсудностью, установленной законом

А. обратилась в суд по месту своего жительства с иском к обществу (продавцу) о признании недействительными условий договора купли-продажи автомобиля, понуждении к исполнению договора, взыскании неустойки, компенсации морального вреда и штрафа, ссылаясь на применение к возникшим между сторонами отношениям Закона о защите прав потребителей.

В судебном заседании представитель ответчика заявил ходатайство о передаче дела на рассмотрение в суд, которому подсудно дело в соответствии с условиями договора купли-продажи автомобиля.

Суд первой инстанции, установив, что в названном договоре содержится условие, определяющее территориальную подсудность споров по адресу продавца, которое не оспорено и не признано недействительным, пришел к выводу, что соглашение о договорной подсудности препятствует обращению истца в суд по месту своего жительства, и, руководствуясь статьями 32 и 33 ГПК РФ, удовлетворил указанное ходатайство о передаче дела в другой суд.

С выводами суда первой инстанции согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда, отменяя состоявшиеся по делу судебные постановления, исходила из следующего.

Часть 1 статьи 46 и часть 1 статьи 47 Конституции Российской Федерации гарантируют каждому судебную защиту его прав и свобод и закрепляют, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

По общему правилу, изложенному в статье 28 ГПК РФ, иск к организации предъявляется в суд по адресу организации.

В соответствии с частью 7 статьи 29 ГПК РФ иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены также в суд по месту жительства или месту пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 30 указанного кодекса.

Выбор между несколькими судами, которым подсудно дело, принадлежит истцу (часть 10 статьи 29 ГПК РФ).

Из приведенных норм процессуального закона следует, что право выбора суда, если дело подсудно нескольким судам, предоставлено истцу. Такое правовое регулирование является механизмом, направленным на создание наиболее оптимальных условий для разрешения споров в судебном порядке, и предоставляет истцу дополнительную гарантию судебной защиты прав и законных интересов — возможность выбора суда для обращения с иском.

В пункте 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены по выбору истца в суд по месту: нахождения организации, а если ответчиком является индивидуальный предприниматель, — его жительства; жительства или пребывания истца; заключения или исполнения договора. Если иск к организации вытекает из деятельности ее филиала или представительства, он может быть предъявлен в суд по месту нахождения ее филиала или представительства.

Таким образом, право выбора между несколькими судами, которым в силу Закона о защите прав потребителей подсуден спор, принадлежит потребителю.

При этом положения статьи 32 ГПК РФ, согласно которым стороны могут по соглашению между собой изменить территориальную подсудность дела до принятия его судом к своему производству, не ограничивают право потребителя на предъявление иска в соответствии с подсудностью, установленной законом.

Согласно пункту 1 и подпункту 2 пункта 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ограничивающие право потребителя на свободный выбор территориальной подсудности споров, предусмотренный пунктом 2 статьи 17 этого же закона, являются ничтожными.

С учетом изложенного защита прав потребителя от возможного навязывания ему условий договорной подсудности может быть реализована посредством предъявления потребителем иска по правилам альтернативной подсудности, что само по себе свидетельствует о выборе им суда в соответствии с подсудностью, установленной законом.

А. при обращении в суд полагала, что ответчик нарушил ее права как потребителя, в связи с чем посчитала возможным произвести выбор между судами, которым подсудно дело, обратившись в суд по месту своего жительства, на что со ссылкой на соответствующие нормы действующего гражданского процессуального законодательства и положения Закона о защите прав потребителей указала в своем исковом заявлении.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала выводы судов об отсутствии у потребителя права на предъявление иска по месту своего жительства не основанными на законе.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 16 мая 2023 г. N 18-КГ23-18-К4.

22. Потребитель имеет право на предъявление иска по месту своего жительства и после расторжения договора с исполнителем (продавцом)

П. обратился в суд с иском к обществу (подрядчику) о взыскании задолженности, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, указав в обоснование, что между сторонами заключен договор подряда на строительство беседки.

5 августа 2020 г. стороны заключили соглашение о расторжении данного договора, по условиям которого подрядчик обязался возвратить заказчику в срок до 16 августа 2021 г. авансовый платеж.

В указанный срок деньги П. не получил.

Полагая, что действиями подрядчика нарушены его права как потребителя, истец просил взыскать с общества авансовый платеж по договору подряда, неустойку, компенсацию морального вреда и штраф в размере 50% от присужденной судом суммы.

Возвращая П. исковое заявление в связи с неподсудностью спора данному суду, судья районного суда исходил из того, что к указанным правоотношениям положения Закона о защите прав потребителей применению не подлежат, так как договор подряда расторгнут по соглашению сторон, а следовательно, с этим иском П. надлежит обратиться в суд по адресу ответчика.

Суд апелляционной инстанции и кассационный суд общей юрисдикции ошибки, допущенные судом первой инстанции, не исправили.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда отменила состоявшиеся по делу судебные постановления и направила исковое заявление П. с материалом в суд первой инстанции для рассмотрения по существу, указав следующее.

В пункте 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены по выбору истца в суд по месту нахождения организации, а если ответчиком является индивидуальный предприниматель, — его жительства; жительства или пребывания истца; заключения или исполнения договора.

Согласно преамбуле Закона о защите прав потребителей потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

На основании пункта 1 статьи 1 названного закона отношения в области защиты прав потребителей регулируются ГК РФ, данным законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Судами не учтено, что, заключая договор подряда на строительство беседки, П. действовал в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, то есть являлся потребителем, а также то, что отношения, являющиеся потребительскими, при заключении договора, остаются таковыми как при расторжении договора, так и при исполнении соглашения о его расторжении.

В обоснование иска П. ссылался на несвоевременное исполнение обществом обязательств по возврату денежных средств, уплаченных при заключении договора подряда.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала вывод судьи о неприменении при разрешении данного спора положений Закона о защите прав потребителей об альтернативной подсудности не основанным на законе.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 14 марта 2023 г. N 6-КГ23-1-К2.

23. Судебные издержки по делу об оспаривании страховщиком решения финансового уполномоченного не подлежат возложению на потребителя финансовой услуги

Страховое общество обратилось в суд с заявлением об отмене решения финансового уполномоченного о взыскании с него в пользу М. страхового возмещения в размере 100 600 руб.

В ходе рассмотрения данного заявления по ходатайству страхового общества определением суда назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту-технику, оплата экспертизы возложена на заявителя. Стоимость судебной экспертизы составила 28 000 руб.

Суд первой инстанции заявление страховой компании удовлетворил частично, решение финансового уполномоченного изменил в части, снизив размер взысканного в пользу М. страхового возмещения до 76 100 руб. Определением суда со страхового общества в пользу эксперта-техника за проведение судебной экспертизы взыскано 28 000 руб.

Апелляционным определением решение суда первой инстанции изменено в части размера страхового возмещения, он снижен до 54 600 руб.

Отменяя определение суда первой инстанции о взыскании со страхового общества денежных средств за проведение судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции, ссылаясь на положения статьи 98 ГПК РФ и пункт 4 статьи 26 Федерального закона от 4 июня 2018 г. N 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» <12>, пришел к выводу о наличии оснований для пропорционального распределения судебных издержек между финансовой организацией и потребителем финансовых услуг в размере 15 120 руб. (54% от стоимости экспертизы) и 12 880 руб. (46% соответственно).

— — — — — — — — — — — — — — — —

<12> Далее — Закон о финансовом уполномоченном.

С выводами суда апелляционной инстанции и их обоснованием согласился кассационный суд общей юрисдикции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала постановления судов апелляционной и кассационной инстанций вынесенными с существенным нарушением норм права, отменила их и направила дело на новое апелляционное рассмотрение по следующим основаниям.

Статья 98 ГПК РФ регулирует порядок распределения судебных расходов между сторонами по итогам разрешения их дела судом.

Пленум Верховного Суда в постановлении от 21 января 2016 г. N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком (пункт 19).

При этом под оспариванием прав истца ответчиком следует понимать совершение последним определенных действий, свидетельствующих о несогласии с предъявленным иском, например, подачу встречного искового заявления, то есть наличие самостоятельных претензий на объект спора.

По данному делу поданное страховым обществом заявление являлось требованием, направленным на оспаривание вынесенного финансовым уполномоченным в досудебном порядке решения о взыскании страхового возмещения. При этом страховое общество каких-либо претензий или требований к М. как к потребителю финансовой услуги не заявляло.

В силу части 4 статьи 26 Закона о финансовом уполномоченном судом на финансового уполномоченного не может быть возложена имущественная ответственность за отмену решения финансового уполномоченного, за исключением случаев вынесения им заведомо незаконного решения.

Согласно абзацу второму пункта 126 постановления Пленума Верховного Суда от 8 ноября 2022 г. N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при рассмотрении судом заявления страховщика, не согласного с решением финансового уполномоченного, страховщик участвует в деле в качестве заявителя, финансовый уполномоченный и потребитель финансовых услуг привлекаются к участию в деле в качестве заинтересованных лиц (часть 4 статьи 1 ГПК РФ).

Исходя из изложенного, с учетом статуса потребителя финансовой услуги по заявлению финансовой организации об оспаривании решения финансового уполномоченного как заинтересованного лица, отмена либо изменение такого решения не являются основанием для возложения на потребителя финансовой услуги обязанности по возмещению судебных издержек.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 6 декабря 2022 г. N 51-КГ22-10-К8.

В другом деле в обоснование аналогичной позиции Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда дополнительно указала, что в случае установления фактов совершения потребителем финансовой услуги действий, направленных на нарушение прав финансовой организации, либо при подаче им апелляционной, кассационной или надзорной жалобы, в удовлетворении которой отказано, в пользу финансовой организации с такого потребителя могут быть взысканы судебные издержки, в том числе связанные с рассмотрением его жалобы.

Поскольку суд такие обстоятельства по делу не установил и на них не ссылался, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда признала вывод суда о взыскании судебных издержек с потребителя финансовой услуги не основанным на законе.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 20 декабря 2022 г. N 50-КГ22-9-К8.

Утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 октября 2022 г. ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ 2022 Г.

В целях единообразного применения и толкования судами норм права при разрешении споров по делам, связанным с защитой прав потребителей, Верховным Судом РФ подготовлен обзор наиболее актуальных вопросов судебной практики, возникших при рассмотрении дел данной категории в 2021 — 2022 гг.

Разрешение споров о защите прав потребителей связанных с реализацией товаров, выполнением работ (оказанием услуг)

1. Установленный в п. 2 ст. 10 Закона РФ «О защите прав потребителей» перечень информации, которую продавец обязан своевременно предоставить потребителю для правильного выбора товара, не является исчерпывающим

При заключении договора купли-продажи продавец должен сообщить потребителю об обременении товара правами третьих лиц.

А. обратилась в суд с иском к обществу (продавцу) о расторжении договора купли-продажи автомобиля, о возврате уплаченных за него денежных средств, взыскании неустойки и компенсации морального вреда, сославшись на то, что продавец не сообщил ей о нахождении автомобиля в залоге у банка.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что сведения о залоге автомобиля не относятся к информации о товаре, которую продавец должен сообщить покупателю при заключении договора купли-продажи, а также из недоказанности того, что в момент передачи автомобиля ответчик знал об обременении товара правами третьих лиц. При этом суд установил, что сведения о залоге автомобиля на момент его покупки А. были внесены в реестр уведомлений о залоге.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами нижестоящего суда и дополнительно указал, что истец как покупатель не проявила должной степени заботливости и осмотрительности при совершении сделки; кроме того, решением суда от 10 июня 2020 г. банку отказано в иске к Ч. и А. о взыскании задолженности по кредитному договору и об обращении взыскания на заложенное имущество, отменен арест транспортного средства.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил постановления судов первой и апелляционной инстанций без изменения.

Отменяя судебные постановления суда апелляционной инстанции и кассационного суда общей юрисдикции и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ указала, что выводы судебных инстанций о том, что ответчику не было известно о залоге автомобиля, противоречат как п. 1 ст. 460 ГК РФ, исходя из которого право покупателя на уменьшение цены или на расторжение договора не зависит от того, было ли известно продавцу о правах третьих лиц на продаваемый товар, так и собственным выводам о публичности и доступности сведений о залоге.

Возлагая на покупателя ответственность за отсутствие проверки приобретаемого товара на предмет прав на него третьих лиц, суды не учли, что согласно приведенной выше норме закона обязанность передать товар свободным от прав третьих лиц возложена на продавца.

При этом судебные инстанции не указали, в силу каких норм права или обстоятельств дела потребитель должен быть более осмотрителен при заключении договора, чем субъект предпринимательской деятельности, осуществляющий торговлю таким товаром.

Не согласилась Судебная коллегия и с выводами судов о том, что сведения о залоге не относятся к информации, которую продавец должен предоставить потребителю, указав на п. 1 ст. 10 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300—1 «О защите прав потребителей» (далее — Закон о защите прав потребителей), в силу которого на продавце лежит обязанность по предоставлению потребителю информации, обеспечивающей возможность его правильного выбора.

При этом Судебная коллегия указала, что установленный в п. 2 названной статьи обязательный перечень такой информации не является исчерпывающим и не освобождает продавца от предоставления иной информации, если она имеет значение для правильного выбора товара потребителем.

Поскольку наличие обременения товара залогом имеет для покупателя существенное значение, сведения об этом также относятся к информации о товаре, которую продавец обязан своевременно предоставлять потребителю.

В силу п. 1 ст. 12 Закона о защите прав потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.

В В п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере). Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков.

При этом в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 15 ноября 2017 г., содержится правовая позиция о том, что продавец несет ответственность по договору за любое несоответствие товара, которое существует в момент перехода риска на покупателя, даже если это несоответствие становится очевидным только позднее. При этом такое несоответствие товара должно быть связано с фактами, о которых продавец знал или не мог не знать и о которых он не сообщил покупателю (п. 4).

Таким образом, действующее законодательство обязывает продавца предоставить потребителю своевременно (т.е. до заключения соответствующего договора) такую информацию о товаре, которая обеспечивала бы возможность свободного и правильного выбора товара покупателем, исключающего возникновение у последнего какого-либо сомнения не только относительно потребительских свойств и характеристик товара, правил и условий его эффективного использования, но и относительно юридически значимых фактов о товаре, о которых продавец знал или не мог не знать и о которых он не сообщил покупателю.

Из обстоятельств дела следует, что А. приобрела в автосалоне продавца новый автомобиль, полагаясь на добросовестность профессионального участника рынка. Необходимости проведения проверки на предмет залога судами не установлено. О том, что потребитель не был предупрежден о залоге, свидетельствуют и объяснения продавца, указавшего на получение информации о залоге автомобиля от покупателя.

Факт наличия залога судами под сомнение не ставился, а решение суда от 10 июня 2020 г., которым отказано не только в иске банка к Ч. и А. о взыскании задолженности по кредитному договору и об обращении взыскания на заложенное имущество, но и во встречном иске А. к банку и Ч. о применении последствий недействительности договора залога, не свидетельствует об отсутствии залога.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 25 января 2022 г. N 49-КГ21-41-К6)

2. На изготовителе некачественного товара лежит обязанность по возмещению потребителю убытков в полном объеме, включая уплаченные банку проценты по договору потребительского кредита на целевое приобретение такого товара

Р. обратилась в суд с иском к обществу (изготовителю) о возмещении убытков в виде затрат на приобретение дополнительного оборудования и уплаченных процентов по договору потребительского кредита на приобретение автомобиля, взыскании неустойки за нарушение сроков удовлетворения требований потребителя, штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя, компенсации морального вреда, указав в обоснование требований, что в период гарантийного срока в купленном ею автомобиле выявлены существенные недостатки. В досудебном порядке изготовитель возвратил потребителю уплаченные за автомобиль денежные средства и возместил убытки в виде разницы между покупной ценой автомобиля и ценой соответствующего товара.

Отказывая в удовлетворении требования о взыскании уплаченных процентов по кредитному договору с целевым назначением (на приобретение автомобиля), суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что ответчик не является продавцом некачественного товара, на которого в соответствии с буквальным толкованием п. 6 ст. 24 Закона о защите прав потребителей может быть возложена обязанность по возмещению покупателю уплаченных процентов по договору потребительского кредита.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил состоявшиеся по делу судебные постановления без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, отменяя постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, указала следующее.

В пп. 1 и 2 ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

В соответствии с пп. 1 и 2 ст. 13 Закона о защите прав потребителей за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором. Если иное не установлено законом, убытки, причиненные потребителю, подлежат возмещению в полной сумме сверх неустойки (пени), установленной законом или договором.

Согласно абз. 6 и 8 п. 1 ст. 18 указанного Закона потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками.

Вместо предъявления требований к продавцу (уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю) об отказе от исполнения договора купли-продажи и о возврате уплаченной за товар суммы либо о его замене (п. 2 ст. 18 Закона) потребитель вправе возвратить товар ненадлежащего качества изготовителю или импортеру и потребовать возврата уплаченной за него суммы (абз. 2 п. 3 ст. 18 Закона).

Абзацем 7 п. 1 ст. 18 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что одновременно с возвратом уплаченной за товар суммы потребитель вправе потребовать и полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества.

Возмещение потребителю убытков при возврате товара ненадлежащего качества прямо предусмотрено в ст. 24 названного Закона, согласно которой потребитель вправе потребовать возмещения разницы между ценой товара, установленной договором, и ценой соответствующего товара на момент добровольного удовлетворения такого требования или, если требование добровольно не удовлетворено, на момент вынесения судом решения (п. 4), а также потребовать возмещения продавцом уплаченных процентов и иных платежей по договору потребительского кредита (займа), полученного на приобретение такого товара (п. 6).

Как разъяснено в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17, убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности. При этом следует иметь в виду, что убытки возмещаются сверх неустойки (пени), установленной законом или договором, а также что уплата неустойки и возмещение убытков не освобождают лицо, нарушившее право потребителя, от выполнения в натуре возложенных на него обязательств перед потребителем (пп. 2, 3 ст. 13 Закона о защите прав потребителей).

Из изложенного следует, что, передав продавцу сумму полученного кредита с целевым назначением на приобретение товара ненадлежащего качества, потребитель фактически лишается возможности использовать как сумму кредита, плату за которую он вносил в банк в виде процентов, так и товар, приобретенный с использованием данных денежных средств, из чего следует, что уплаченные банку проценты по договору потребительского кредита являются убытками потребителя (реальным ущербом), ответственность по возмещению которых несет изготовитель некачественного товара.

При этом положения п. 6 ст. 24 Закона о защите прав потребителей с учетом приведенных выше правовых норм в их взаимосвязи не могут рассматриваться как исключающие или ограничивающие ответственность изготовителя некачественного товара по возмещению потребителю таких убытков, что не учтено судами при рассмотрении данного дела.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 18 января 2022 г. N 46-КГ21-37-К6)

3. В случае отказа покупателя от товара надлежащего качества, приобретенного дистанционным способом, юридически значимым является выяснение обстоятельств соблюдения покупателем установленных законом сроков отказа от товара, обеспечения продавцу возможности проверить возвращаемый товар на предмет сохранности его товарного вида, потребительских свойств, в том числе его количества (объема), а также совершения действий по передаче данного товара продавцу

Законом о защите прав потребителей не предусмотрена ответственность продавца в виде неустойки за нарушение сроков возврата денежных средств за товар надлежащего качества, приобретенный дистанционным способом.

Р. обратился в суд с иском к обществу (продавцу) о взыскании уплаченных за товар денежных средств, неустойки, суммы компенсации морального вреда и штрафа за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя.

Судом установлено, что Р. дистанционным способом в интернет-магазине ответчика приобрел виниловую плитку, после доставки которой оказалось, что она не подходит для дизайна помещения по цвету.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что потребитель отказался от товара надлежащего качества в срок, предусмотренный п. 4 ст. 26.1 Закона о защите прав потребителей, направив претензию в адрес ответчика, уклонившегося от ее получения. При этом суд указал, что возвращаемая истцом виниловая плитка не имеет индивидуально-определенных свойств и может быть использована широким кругом потребителей, а также не относится к числу строительных и отделочных материалов, не подлежащих возврату.

Суд апелляционной инстанции, установив с учетом дополнительного доказательства, что претензия истца впервые получена ответчиком вместе с иском, изменил решение суда в части размера неустойки и штрафа.

Кассационный суд общей юрисдикции признал выводы нижестоящих судов правильными.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций, направив дело на новое апелляционное рассмотрение в связи со следующим.

В силу п. 2 ст. 497 ГК РФ договор розничной купли-продажи может быть заключен на основании ознакомления покупателя с предложенным продавцом описанием товара посредством каталогов, проспектов, буклетов, фотоснимков, средств связи (телевизионной, почтовой, радиосвязи и других) или иными способами, исключающими возможность непосредственного ознакомления потребителя с товаром либо образцом товара при заключении такого договора (дистанционный способ продажи товара).

Аналогичное определение продажи товаров дистанционным способом дано в п. 1 ст. 26.1 Закона о защите прав потребителей.

Согласно пп. 3 и 4 ст. 497 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, договор розничной купли-продажи, заключенный дистанционным способом продажи товара, считается исполненным с момента доставки товара в место, указанное в таком договоре, а если место передачи товара таким договором не определено, с момента доставки товара по месту жительства покупателя-гражданина или месту нахождения покупателя — юридического лица. Если иное не предусмотрено законом, до передачи товара покупатель вправе отказаться от исполнения данного договора при условии возмещения продавцу необходимых расходов, понесенных в связи с совершением действий по исполнению договора.

В ст. 26.1 Закона о защите прав потребителей (пп. 4 и 5) установлено правовое регулирование на случай отказа потребителя от приобретенного дистанционным способом товара надлежащего качества, а также содержится отсылка на подлежащие применению правовые нормы в случае необходимости защиты прав потребителя при продаже ему товара ненадлежащего качества.

По общему правилу, при условии сохранности товарного вида и потребительских свойств приобретенного дистанционным способом товара надлежащего качества потребитель вправе отказаться от такого товара в течение 7 дней после его передачи, а продавец должен в течение 10 дней со дня предъявления потребителем такого требования возвратить уплаченную по договору денежную сумму за вычетом своих расходов на доставку возвращенного от потребителя товара.

Из содержания названных выше положений вытекает определенная последовательность действий покупателя при отказе от товара надлежащего качества, приобретенного дистанционным способом, согласно которой он должен своевременно заявить о своем отказе от товара, обеспечить продавцу возможность проверить возвращаемый товар на предмет сохранности его товарного вида, потребительских свойств, в том числе его количества (объема), а также совершить действия по передаче данного товара продавцу. В противном случае продавец может быть лишен права на заявление обоснованных возражений против возврата товара надлежащего качества со ссылкой на то, что возвращаемый товар не соответствует требованиям, предусмотренным абз. 3 п. 4 ст. 26.1 Закона о защите прав потребителей.

С учетом того, что Р. дистанционным способом продан товар надлежащего качества, у истца претензий к качеству товара не имелось, суду надлежало установить, предпринимались ли потребителем какие-либо действия по возврату товара продавцу, был возвращаемый товар в использовании или нет, сохранил ли он свой товарный вид и потребительские качества.

В нарушение требований статьи 195 ГПК РФ этого сделано не было.

Между тем выяснение вопроса о том, был ли возвращен товар продавцу и в каком состоянии, имеет значение для вынесения решения об удовлетворении или отказе в удовлетворении требований Р. о защите его прав как потребителя.

Ввиду изложенного выводы судов о наличии на стороне ответчика обязанности по возврату истцу уплаченных за товар денежных средств без исследования обстоятельств, имеющих существенное значение, Судебная коллегия признала необоснованными.

Разрешая требования о взыскании с ответчика неустойки, суды исходили из того, что в данном случае продавцом нарушен установленный ст. 22 Закона о защите прав потребителей десятидневный срок удовлетворения требования потребителя о возврате уплаченной за товар денежной суммы, что наделяет истца правом на присуждение предусмотренной п. 1 ст. 23 Закона неустойки.

Однако указанные правовые нормы не подлежали применению судами при разрешении спора об отказе от товара надлежащего качества, приобретенного дистанционным способом, поскольку в данном случае ответчиком нарушен не указанный в статье 22 Закона о защите прав потребителей десятидневный срок, а срок, закрепленный в пункте 4 статьи 26.1 этого же закона.

Из буквального толкования п. 5 ст. 26.1 Закона следует, что предусмотренные ст. ст. 18 — 24 названного Закона последствия могут быть применены лишь в случае продажи товара ненадлежащего качества.

Действовавшие на момент возникновения спорных правоотношений Правила продажи товаров дистанционным способом, утвержденные постановлением Правительства РФ от 27 сентября 2007 г. N 612, также не содержали положений, свидетельствующих о возможности присуждения неустойки за нарушение установленного п. 4 ст. 26.1 Закона о защите прав потребителей десятидневного срока возврата уплаченной по договору денежной суммы в связи с реализацией потребителем права на отказ от товара надлежащего качества.

Следовательно, в данном деле отсутствовали правовые основания для взыскания с продавца в пользу потребителя неустойки, предусмотренной п. 1 ст. 23 Закона о защите прав потребителей.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 25 января 2022 г. N 49-КГ21-34-К6)

4. На отношения потребителя и исполнителя по реализации маркетинговых программ и иных способов продвижения услуг могут распространяться положения Закона о защите прав потребителей

Устранение нарушений прав отдельного потребителя не является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, заявленных в отношении неопределенного круга потребителей, участвующих в тех же правоотношениях.

Общественная организация обратилась в суд с иском к обществу о защите прав неопределенного круга потребителей, указав, что от Т. в данную организацию поступило обращение о совершении ответчиком противоправных действий, выразившихся в массовом обмане потребителей при начислении миль (баллов) в рамках бонусной программы и предоставлении потребителям недостоверной информации о количестве миль, полагающихся за совершенные покупки.

Отказывая в удовлетворении иска, суды исходили из того, что на возникшие правоотношения по реализации маркетинговых программ не распространяются положения Закона о защите прав потребителей, а также что правила бонусной программы не могут ущемлять права неопределенного круга потребителей.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ с принятыми по делу судебными постановлениями не согласилась по следующим основаниям.

Ссылаясь на отсутствие на стороне ответчика обязанности по доведению до потребителей полной и достоверной информации об условиях начисления миль (баллов), суд исходил из того, что их начисление является бесплатным и не подпадает под действие ст. 10 Закона о защите прав потребителей, предусматривающей обязанность изготовителя (исполнителя, продавца) своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах).

Между тем этот вывод сделан без учета и оценки того обстоятельства, что бонусная программа ответчика, как это было установлено по делу, является маркетинговым мероприятием, направленным на выявление и удовлетворение потребностей неопределенной группы потребителей путем создания, продвижения и представления продукта или услуги покупателям, а также управления взаимоотношениями с ними с целью получения прибыли.

Согласно ст. 46 ГПК РФ в случаях, предусмотренных законом, органы государственной власти, органы местного самоуправления, организации или граждане вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц по их просьбе либо в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц.

Существование в гражданском процессе института защиты прав других лиц является одной из гарантий осуществления конституционного права каждого на судебную защиту его прав и свобод.

В силу пп. 1 и 2 ст. 437 ГК РФ реклама и иные предложения, адресованные неопределенному кругу лиц, рассматриваются как приглашение делать оферты, если иное прямо не указано в предложении.

Содержащее все существенные условия договора предложение, из которого усматривается воля лица, делающего предложение, заключить договор на указанных в предложении условиях с любым, кто отзовется, признается офертой (публичная оферта).

В соответствии с вводной частью правил бонусной программы ответчика данные правила являются публичной офертой, адресованной всем заинтересованным лицам, на участие в данной программе на определенных в правилах условиях без ограничения срока для акцепта и возможности досрочного отзыва данной оферты.

Тем самым правила распространяют свое действие на неопределенный круг лиц.

Исходя из этого обязанность ответчика по правильному и своевременному начислению миль (баллов) должна соблюдаться в отношении всех участников программы независимо от того, обратились ли они впоследствии с соответствующими требованиями.

Эта обязанность является безусловной, вследствие чего ссылка судов на то, что в отношении Т. нарушение было устранено, не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, заявленных в отношении неопределенного круга лиц, которые могли оказаться в этой же ситуации и не знать о ней без размещения соответствующей информации на официальном сайте ответчика.

С учетом изложенного Судебная коллегия отменила состоявшиеся по делу судебные постановления, а дело направила на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 8 февраля 2022 г. N 5-КГ21-191-К2)

5. Бремя доказывания нарушения потребителем правил использования услуги как основания для освобождения от ответственности лежит на исполнителе

А. обратился в суд с иском к оператору связи о взыскании убытков, упущенной выгоды и компенсации морального вреда, указав следующее. Он является пользователем услуг связи, предоставляемых ответчиком. 21 ноября 2019 г. оператор связи без ведома и согласия истца переоформил его телефонный номер на неизвестных лиц, которые, получив доступ к информации и управлению открытым на имя абонента банковским счетом, сняли с него денежные средства.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из отсутствия причинно-следственной связи между действиями ответчика и причиненными истцу убытками, поскольку оператор сотовой связи не имел возможности влиять на совершение банковских операций, для осуществления которых необходимо использовать данные, позволяющие идентифицировать клиента.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, дополнительно указав, что истец самостоятельно зарегистрировал номер телефона в качестве номера доступа к дистанционному банковскому обслуживанию. При замене сим-карты сотрудник оператора связи действовал в соответствии с законодательством, осуществив идентификацию представителя абонента на основании предъявленной нотариальной доверенности.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил постановления судов первой и апелляционной инстанций без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала состоявшиеся по делу судебные постановления вынесенными с нарушением норм права, отменила их и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Руководствуясь нормами Федерального закона от 7 июля 2003 г. N 126-ФЗ «О связи», Правилами оказания услуг телефонной связи, утвержденными постановлением Правительства РФ от 9 декабря 2014 г. N 1342, Судебная коллегия указала, что посредством выдачи сим-карты осуществляется предоставление доступа к услугам связи с определенного абонентского номера, который выделен потребителю услуг связи и относится к существенным условиям договора на оказание услуг связи. При выдаче сим-карты (ее дубликата) постороннему лицу данное лицо получает возможность передавать сообщения от имени этого абонента и получать предназначенные для этого абонента сообщения, что нарушает тайну телефонных сообщений.

Согласно п. 4 ст. 13 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

В обоснование своих требований А. ссылался на то, что в нарушение правил оказания услуг телефонной связи и условий договора оператор связи передал неустановленным лицам сим-карту с его абонентским номером, что повлекло нарушение правил идентификации абонента, тайны телефонных переговоров и сообщений.

Судами установлено, что замена сим-карты с абонентским номером истца произведена сотрудником ответчика путем идентификации представителя абонента на основании нотариально удостоверенной доверенности.

Между тем в материалы дела ни копии указанной нотариальной доверенности, ни иных доказательств, подтверждающих факт ее представления сотруднику ответчика, представлено не было.

В отсутствие доказательств правомерности выдачи третьему лицу сим-карты с абонентским номером истца и тем самым предоставления доступа к услугам связи с его абонентского номера Судебная коллегия признала ошибочным вывод суда первой инстанции о законности действий ответчика и надлежащем оказании им услуг.

Сославшись на положения ст. 309, п. 1 ст. 393, п. 2 ст. 401, п. 1 ст. 404 ГК РФ, а также на разъяснения, содержащиеся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», Судебная коллегия указала, что обязанность доказать умысел или неосторожность истца относительно причиненных ему убытков, непринятие им разумных мер должна быть возложена на лицо, допустившее нарушение при исполнении обязательства.

В соответствии с п. 5 ст. 14 Закона о защите прав потребителей исполнитель освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования услуги.

Отказывая в иске, суды сослались на то, что списание денежных средств со счета истца произведено с использованием данных, сохранность которых являлась обязанностью истца как держателя банковской карты, в частности с использованием кодового слова, логина, пароля и реквизитов карты. Однако сведений о том, на основании чего судебные инстанции пришли к такому выводу, в решении суда и в апелляционном определении не указано.

В соответствии с п. 4 ст. 847 ГК РФ договором банковского счета может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и иными способами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (п. 2 ст. 160 ГК РФ), кодов, паролей и других средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом.

Наличие данных обстоятельств судами первой и апелляционной инстанций не обсуждалось. В частности, не выяснен вопрос о том, получило ли третье лицо в результате доступа к абонентскому номеру истца возможность удаленного управления банковским счетом последнего, передавались ли с данного номера в указанный выше период распоряжения о списании денежных средств с использованием соответствующих кодов и паролей, были ли они исполнены банком, имелась ли возможность подбора кодов и паролей, если да, находится ли в причинной связи с этим получение доступа к дистанционному управлению счетом.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 8 февраля 2022 г. N 5-КГ21-175-К2)

6. Ответственность исполнителя (продавца, изготовителя, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за ненадлежащее исполнение своих обязанностей перед потребителем может быть ограничена только законом

М. (заказчик) обратился в суд с иском к обществу (исполнителю) о возмещении убытков, взыскании компенсации морального вреда и штрафа за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя, указав, что ввиду ненадлежащего исполнения ответчиком условий договора по оказанию услуг по охране объекта у заказчика похищено имущество на сумму 700 000 руб.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, ссылаясь на положения ст. ст. 15, 401, 779 ГК РФ, исходил из того, что факт ненадлежащего исполнения обществом принятых по договору обязательств не подтвержден, равно как и наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и возникновением у истца убытков.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение о частичном удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ответчиком допущено ненадлежащее исполнение условий договора, выразившееся в неоповещении заказчика о невозможности осуществления комплекса мероприятий по обеспечению безопасности объекта.

Определяя размер подлежащего возмещению ущерба, суд апелляционной инстанции исходил из того, что сам заказчик М. оценил стоимость сданного ответчику под охрану имущества в размере 20 000 руб., а условие договора о том, что исполнитель несет ответственность в пределах этой суммы, не противоречит положениям Закона о защите прав потребителей и не является ограничением ответственности исполнителя.

Данную позицию суда апелляционной инстанции поддержал кассационный суд общей юрисдикции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ с выводами судов апелляционной и кассационной инстанций не согласилась, отменила вынесенные ими судебные постановления и направила дело на новое апелляционное рассмотрение по следующим основаниям.

В силу и. 1 ст. 393 ГК РФ в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 1 ст. 400 названного Кодекса по отдельным видам обязательств и по обязательствам, связанным с определенным родом деятельности, законом может быть ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность).

Из приведенных норм права следует, что правило о полном возмещении убытков является диспозитивным и предполагает возможность ограничения ответственности как на основании закона (ответственность перевозчика, энергоснабжающих организаций, дарителя, ссудодателя и других), так и в случаях, предусмотренных соглашением сторон.

Вместе с тем в соответствии с п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Так, если иное не установлено законом, убытки, причиненные потребителю, подлежат возмещению в полной сумме сверх неустойки (пени), установленной законом или договором (п. 2 ст. 13 Закона о защите прав потребителей).

Как разъяснено в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17, убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности. При этом следует иметь в виду, что убытки возмещаются сверх неустойки (пени), установленной законом или договором, а также что уплата неустойки и возмещение убытков не освобождают лицо, нарушившее право потребителя, от выполнения в натуре возложенных на него обязательств перед потребителем (пп. 2, 3 ст. 13 Закона о защите прав потребителей).

Таким образом, ограничение размера ответственности изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) перед потребителем за ненадлежащее исполнение своих обязанностей может быть установлено только законом.

Кроме того, применительно к соглашениям об ограничении ответственности, в которых кредитором является гражданин, выступающий в качестве потребителя, в Гражданском кодексе РФ содержится специальная норма.

В силу п. 2 ст. 400 названного кодекса соглашение об ограничении размера ответственности должника по договору присоединения или иному договору, в котором кредитором является гражданин, выступающий в качестве потребителя, ничтожно, если размер ответственности для данного вида обязательств или за данное нарушение определен законом и если соглашение заключено до наступления обстоятельств, влекущих ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

Согласно п. 1 ст. 779 этого же кодекса по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу ст. 783 ГК РФ к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (ст. ст. 702 — 729), если это не противоречит ст. ст. 779 — 782 данного Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Из п. 4 ст. 723 названного Кодекса следует, что условие договора подряда об освобождении подрядчика от ответственности за определенные недостатки не освобождает его от ответственности, если доказано, что такие недостатки возникли вследствие виновных действий или бездействия подрядчика.

В п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7 разъяснено, что по общему правилу стороны обязательства вправе по своему усмотрению ограничить ответственность должника (п. 4 ст. 421 ГК РФ), однако заключение такого соглашения не допускается и оно является ничтожным, если нарушает законодательный запрет (п. 2 ст. 400 ГК РФ) или противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства (например, ничтожными являются условия договора охраны или договора перевозки об ограничении ответственности профессионального исполнителя охранных услуг или перевозчика только случаями умышленного неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что условие договора об ограничении ответственности должника, в данном случае — исполнителя, ничтожно, если нарушает законодательный запрет, к которому относится также запрет на внесение в договор условий, ущемляющих права гражданина-потребителя.

Разрешая данный спор, суд апелляционной инстанции исходил из того, что условие, закрепленное в пункте 5.1 договора, не ограничивает ответственность исполнителя, а является оценкой сданного под охрану имущества, влияющей на размер ежемесячной платы заказчика по договору.

Между тем положения указанного пункта договора содержали самостоятельное условие об ограничении ответственности исполнителя и непосредственно определяли ее размер в случае неоказания или некачественного оказания услуг.

Кроме того, суд апелляционной инстанции не привел норму закона, на основании которой ответственность исполнителя в данных правоотношениях зависит от оценки имущества потребителем.

Судебная коллегия также указала, что при толковании условий договора надлежало установить обстоятельства заключения спорного договора и выяснить, не является ли он договором присоединения (ст. 428 ГК РФ).

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 29 марта 2022 г. N 48-КГ22-1-К7)

7. Экспедитор, принявший на себя обязанности перевозчика, несет перед клиентом гражданско-правовую ответственность за утрату груза

Условия договора транспортной экспедиции об ограничении ответственности экспедитора по сравнению с тем, как его ответственность определена в законе, являются ничтожными.

Б. (клиент, являющийся грузоотправителем и грузополучателем) обратился в суд с иском к обществу (экспедитор) о возмещении ущерба, причиненного утратой груза, взыскании стоимости услуги, компенсации морального вреда, штрафа за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя, а также о признании недействительным в части заключенного сторонами договора транспортно-экспедиционного обслуживания.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из отсутствия самого факта утраты груза при его перевозке, поскольку груз прибыл в место назначения и выдан лицу, предъявившему паспорт гражданина Российской Федерации на имя П. и доверенность от Б., при этом у ответчика не имелось оснований сомневаться в подлинности представленных при получении груза документов, поскольку они соответствовали правилам выдачи грузов, принятым экспедитором, а их подделка не являлась очевидной.

Кассационный суд общей юрисдикции не усмотрел правовых оснований для отмены состоявшихся судебных постановлений.

Судебная коллегия Верховного Суда РФ признала выводы судов не соответствующими нормам действующего законодательства по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно п. 1 ст. 801 этого же Кодекса по договору транспортной экспедиции одна сторона (экспедитор) обязуется за вознаграждение и за счет другой стороны (клиента — грузоотправителя или грузополучателя) выполнить или организовать выполнение определенных договором экспедиции услуг, связанных с перевозкой груза.

За неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по договору экспедиции экспедитор несет ответственность по основаниям и в размере, которые определяются в соответствии с правилами главы 25 названного Кодекса (п. 1 ст. 803 ГК РФ).

Общие условия, определяющие основания и размер ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, установлены ст. 393 названного кодекса, которая в части определения убытков отсылает к правилам, предусмотренным ст. 15 этого же Кодекса.

В силу указанных законоположений лицо, право которого нарушено, вправе требовать от нарушителя полного возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

По общему правилу, стороны обязательства вправе по своему усмотрению ограничить ответственность должника (п. 4 ст. 421 ГК РФ).

Заключение такого соглашения не допускается и оно является ничтожным, если нарушает законодательный запрет (п. 2 ст. 400 ГК РФ) или противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства (абз. 2 п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7).

Пунктом 1 ст. 7 Федерального закона от 30 июня 2003 г. N 87-ФЗ «О транспортно-экспедиционной деятельности» предусмотрено, что экспедитор несет ответственность перед клиентом в виде возмещения реального ущерба за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза после принятия его экспедитором и до выдачи груза получателю, указанному в договоре транспортной экспедиции, либо уполномоченному им лицу, если не докажет, что утрата или повреждение груза произошли вследствие обстоятельств, которые экспедитор не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело.

При этом в п. 2 ст. 11 указанного Закона содержится явно выраженный запрет сторонам договариваться об устранении имущественной ответственности экспедитора или уменьшении ее размеров, установленных названным Законом, соответствующее соглашение признается ничтожным.

Разъяснения аналогичного содержания даны в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 июня 2018 г. N 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции».

Таким образом, обязанность экспедитора возместить реальный ущерб установлена императивной нормой ч. 4 ст. 7 Федерального закона «О транспортно-экспедиционной деятельности», и в силу и. 4 ст. 421 ГК РФ стороны не вправе по своему усмотрению ограничить размер ответственности экспедитора. Экспедитор, не исполнивший или ненадлежащим образом исполнивший обязательство, являясь субъектом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, несет гражданско-правовую ответственность независимо от наличия или отсутствия вины и может быть освобожден от ответственности лишь при наличии обстоятельств, которые он не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело.

Критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы, установлены в ст. 401 ГК РФ, в силу ч. 3 которой, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7, требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Судом установлено и сторонами не оспаривалось, что груз получен не истцом, а неустановленным лицом, предъявившим паспорт гражданина Российской Федерации на имя другого лица.

Заключая договор, Б. как клиент рассчитывал получить услугу соответствующего качества, а именно на вручение груза ему лично либо лицу по его указанию, однако экспедитор своих обязательств по договору надлежащим образом не исполнил и утратил вверенный ему груз.

При этом ответчик является коммерческой организацией, осуществляющей на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли, а потому предъявление неустановленным лицом поддельных документов и выдача на их основании груза не может рассматриваться как обстоятельство непреодолимой силы, избежать которого он не мог. Более того, экспедитор самостоятельно определил, какие меры по проверке документов и личности грузополучателя являются достаточными для выдачи груза.

Суды не учли положения приведенных выше норм права и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, в результате чего неправомерно освободили общество от ответственности по основаниям, не предусмотренным законом.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 19 апреля 2022 г. N 5-КГ22-14-К2)

8. При разрешении вопроса о применении Закона о защите прав потребителей имеет значение не только отсутствие у гражданина статуса индивидуального предпринимателя, но и цель приобретения им товара, заказа работ или услуг

Н. обратилась в суд с иском к обществу о взыскании неустойки, денежной суммы компенсации морального вреда и штрафа за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя, указав, что ответчик нарушил срок передачи объекта строительства, определенный заключенным между ними договором.

Судом первой инстанции установлено, что между сторонами спора заключен договор об инвестировании в строительство, по условиям которого застройщик принял на себя обязанность после осуществления строительства туристического комплекса на земельном участке с видом разрешенного использования «гостиничное обслуживание» передать в собственность Н. апартаменты, являющиеся нежилыми помещениями, которые могут быть использованы для проживания людей.

Передавая дело по подсудности по месту нахождения ответчика, суд первой инстанции исходил из того, что поданный Н. иск не является иском о защите прав потребителя. При этом суд отметил, что характеристики предмета договора инвестирования, заключенного между сторонами спора, не позволяют сделать вывод о том, что апартаменты приобретены истцом для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

С такими выводами согласились суд апелляционной инстанции и кассационный суд общей юрисдикции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала выводы судов о передаче дела по подсудности не соответствующими требованиям закона.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой — организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом РФ, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

По общему правилу, установленному в ст. 28 ГПК РФ, иск предъявляется в суд по месту жительства ответчика. Иск к организации предъявляется в суд по адресу организации.

Согласно ч. 7 ст. 29 ГПК РФ иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены также в суд по месту жительства или месту пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора, за исключением исков о защите прав и законных интересов группы лиц.

Исходя из системного толкования ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» и разъяснения, содержащегося в п. 1 Обзора судебной практики разрешения дел по спорам, возникающим в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 19 июля 2017 г., наименование заключенного между сторонами договора как инвестиционного само по себе не свидетельствует о том, что при заключении названной сделки действительная общая воля сторон была направлена на возникновение правоотношений по профессиональному инвестированию.

Само же по себе нахождение приобретаемых апартаментов в туристическом комплексе и вид разрешенного использования земельного участка под объектом строительства не свидетельствуют о намерении истца осуществлять предпринимательскую деятельность и, как следствие, не исключают возможность применения к сложившимся правоотношениям Закона о защите прав потребителей.

Судебная коллегия указала, что, определяя закон, подлежащий применению по данному делу, суду надлежало исходить из толкования условий заключенного между сторонами договора и определить, имелся ли сторонами в действительности при заключении договора в виду договор участия в долевом строительстве, направленный на привлечение денежных средств гражданина для строительства комплекса зданий с последующим приобретением гражданином права собственности на апартаменты в построенном комплексе для личного использования, или нет, и лишь на основании установленных фактов делать вывод о том, подлежат ли применению к правоотношениям сторон нормы Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» и Закона о защите прав потребителей.

Делая вывод о том, что Закон о защите прав потребителей не распространяется на сложившиеся между сторонами правоотношения и что иск подан Н. с нарушением правил подсудности, суд в нарушение требований ч. 4 ст. 198 ГПК РФ не указал конкретную норму действующего законодательства, устанавливающую ограничения в использовании апартаментов для личных, семейных нужд и для проживания.

Кроме того, суд не учел положения заключенного между Н. и застройщиком договора, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению о том, что инвестор участвует в строительстве объекта в целях приобретения апартаментов для нужд, не связанных с предпринимательской деятельностью.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28 сентября 2021 г. N 36-КГ21-5-К2)

9. Расторжение договора между потребителем и исполнителем (продавцом) не означает, что к правоотношениям сторон впоследствии не могут быть применены нормы Закона о защите прав потребителей

С. обратился в суд с иском к застройщику о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, штрафа за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, компенсации морального вреда, указав в обоснование требований, что заключенный между сторонами договор участия в долевом строительстве жилья расторгнут по их соглашению, при этом ответчик несвоевременно вернул уплаченные истцом по договору денежные средства.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что спорные правоотношения сторон вытекают из заключенного между ними договора участия в долевом строительстве, не связанного с осуществлением С. предпринимательской деятельности, в связи с чем применил к ним положения Закона о защите прав потребителей.

Отменяя состоявшиеся по делу судебные постановления в части компенсации морального вреда и взыскания штрафа, кассационный суд общей юрисдикции пришел к выводу о том, что основанием для обращения в суд явилось нарушение права истца на возврат предусмотренных соглашением о расторжении договора долевого участия денежных средств, а не нарушение срока сдачи объекта либо иные нарушения условий договора участия в долевом строительстве жилого дома, затрагивающие права лица как потребителя.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила определение кассационного суда общей юрисдикции в части отмены вынесенных по делу решения суда первой инстанции и апелляционного определения, оставив их в указанной части в силе, ввиду следующего.

В соответствии с ч. 9 ст. 4 Закона об участии в долевом строительстве к отношениям, вытекающим из договора, заключенного гражданином — участником долевого строительства исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, применяется законодательство Российской Федерации о защите прав потребителей в части, не урегулированной данным законом.

Согласно преамбуле Закона о защите прав потребителей потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а исполнителем является организация независимо от ее организационно-правовой формы или индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что при рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой — организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом РФ, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что к правоотношениям, связанным с заключением договора участия в долевом строительстве, положения Закона о защите прав потребителей применяются, если данный договор заключен гражданином в целях использования жилья исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Судами установлено, что договор участия в долевом строительстве квартиры заключен С. в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Данные отношения являются потребительскими как при заключении договора, так и при его расторжении, а также при исполнении соглашения о расторжении этого договора.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия признала ошибочным вывод кассационного суда общей юрисдикции о неприменении Закона о защите прав потребителей к отношениям между сторонами, связанным с расторжением указанного договора.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 5 апреля 2022 г. N 56-КГ22-13-К9)

10. Закон о защите прав потребителей не предусматривает возможность взыскания неустойки за несвоевременный возврат исполнителем денежных средств при отказе потребителя от услуги надлежащего качества

Л. (турист) обратилась в суд с иском к туроператору и турагенту о взыскании уплаченных по договору о реализации туристского продукта денежных средств, неустойки, штрафа за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, компенсации морального вреда.

Судом по делу установлено, что между туристом и турагентом заключен договор, по условиям которого последний обязался приобрести у туроператора за счет туриста и по его поручению тур, включающий в себя проживание в отеле, перелет, медицинское страхование, трансферт и оказание помощи в получении визы.

Впоследствии турист Л. обратилась к турагенту с заявлением об аннуляции тура в связи с госпитализацией, при этом каких-либо подтверждающих документов не представила.

Турагент возвратил туристу только полученное агентское вознаграждение.

Л. обратилась к ответчикам с претензией о возврате оставшейся суммы.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что фактически понесенные туроператором расходы меньше стоимости оплаченных услуг на сумму в размере 73 425 руб. и взыскал указанную разницу в пользу Л. При этом суд каких-либо нарушений прав потребителя при оказании ему туристских услуг не установил, в связи с чем отказал в удовлетворении требований о взыскании неустойки, суммы компенсации морального вреда и штрафа.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции в части отказа во взыскании неустойки, суммы компенсации морального вреда и штрафа, принимая в этой части новое решение об удовлетворении иска, исходил из того, что требования туриста о возврате уплаченных по договору денежных средств добровольно туроператором удовлетворены не были.

Кассационный суд общей юрисдикции признал выводы суда апелляционной инстанции правильными.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций в части взыскания неустойки и штрафа, направив дело в указанной части на новое апелляционное рассмотрение в связи со следующим.

Согласно положениям ст. 10 Федерального закона от 24 ноября 1996 г. N 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации» каждая из сторон вправе потребовать изменения или расторжения договора о реализации туристского продукта в связи с существенным изменением обстоятельств, из которых исходили стороны при заключении договора. К существенным изменениям обстоятельств относится, в частности, невозможность совершения туристом поездки по независящим от него обстоятельствам (болезнь туриста, отказ в выдаче визы и другие обстоятельства).

Право на отказ туриста от договора о реализации туристского продукта в отсутствие нарушений со стороны туроператора и турагента следует из положений ст. 782 ГК РФ и ст. 32 Закона о защите прав потребителя.

В силу ст. 32 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Разрешая спор, суды не установили нарушений прав Л. при оказании ей услуг по договору о реализации туристского продукта и применили к спорным правоотношениям положения ст. 32 Закона о защите прав потребителей.

Отменяя решение суда первой инстанции в части и взыскивая в пользу Л. сумму компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения данного требования в связи с нарушением прав потребителя, выразившимся в несвоевременном возврате денежных средств, уплаченных за туристский продукт (п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17).

Вместе с тем Судебная коллегия признала ошибочным применение судом апелляционной инстанции положений п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей к случаю несвоевременного возврата денежных средств в связи с добровольным отказом потребителя от договора.

Положения указанного пункта в системной взаимосвязи со ст. 31 этого же Закона применяются к случаям нарушения срока удовлетворения требований потребителя о возврате уплаченной за работу (услугу) денежной суммы и возмещении убытков, причиненных в связи с отказом от исполнения договора, обусловленным нарушением исполнителем сроков выполнения работ (услуг) либо наличием недостатков выполненной работы (оказанной услуги).

Поскольку таких нарушений со стороны турагента и туроператора судами установлено не было, в данном деле отсутствовали правовые основания для взыскания с туроператора неустойки, предусмотренной п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей.

Неправомерное взыскание указанной неустойки повлекло за собой ошибку в исчислении размера штрафа.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 2 августа 2022 г. N 36-КГ22-2-К2)

11. При удовлетворении судом требований потребителя, установленных Законом о защите прав потребителей, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя

Е. обратилась в суд с иском к обществу о взыскании убытков, связанных с наймом жилого помещения, неустойки и штрафа, указав в обоснование требований, что ответчиком в отношении жилого помещения, занимаемого ею на основании договора социального найма, осуществлено полное ограничение режима потребления электроэнергии.

Вступившим в законную силу судебным постановлением указанные действия ответчика признаны незаконными, а задолженность Е. по электроэнергии — отсутствующей. При этом на общество была возложена обязанность возобновить подачу электроэнергии в квартиру истца и возместить последнему убытки, понесенные в связи с наймом другого жилого помещения.

Поскольку после вынесения данного постановления до момента восстановления подачи электроэнергии Е. продолжала ежемесячно нести расходы в виде платы за наем, а требование об их возмещении не было удовлетворено ответчиком в добровольном порядке, истец полагала, что помимо убытков с ответчика подлежат взысканию также неустойка за нарушение срока возмещения убытков и штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Взыскивая с общества в пользу Е. убытки, связанные с наймом жилого помещения, суд первой инстанции исходил из преюдициального значения вступившего в законную силу судебного постановления, которым установлен факт совершения ответчиком неправомерного приостановления подачи электроэнергии в квартиру Е. и причинения ей в связи с этим убытков в виде расходов на оплату найма иного жилого помещения.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании неустойки и штрафа, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, пришел к выводу о том, что нормы Закона о защите прав потребителей не подлежат применению к рассматриваемым правоотношениям, поскольку причиненные истцу убытки являются следствием неправомерных действий ответчика, а не результатом оказания услуги ненадлежащего качества.

Суд кассационной инстанции оснований для отмены решения суда и апелляционного определения не нашел.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала судебные постановления в части отказа во взыскании с ответчика штрафа не соответствующими требованиям закона по следующим основаниям.

Судами установлено, что между сторонами спора заключен договор энергоснабжения жилого помещения.

Как разъяснено в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2017 г. N 22 «О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по оплате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности», на отношения по предоставлению коммунальных услуг нанимателям жилых помещений по договору социального найма, а также собственникам жилых помещений в многоквартирных домах, использующим жилые помещения для проживания, распространяется Закон о защите прав потребителей в части, не урегулированной специальными законами.

Поскольку предметом заключенного между сторонами договора энергоснабжения является приобретение электроэнергии для личных, семейных, домашних нужд, не связанных с осуществлением истцом предпринимательской деятельности, к правоотношениям сторон, в том числе связанным с ограничением предоставления коммунальной услуги, подлежит применению законодательство о защите прав потребителей.

Согласно п. 1 ст. 13 Закона о защите прав потребителей за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

Так, в п. 6 13 Закона предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей).

Таким образом, при взыскании с исполнителя в пользу потребителя денежных сумм, связанных с восстановлением нарушенных прав последнего, в силу прямого указания закона суд должен разрешить вопрос о взыскании с виновного лица штрафа за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя.

Основанием для удовлетворения требований о взыскании убытков по данному делу являлся факт нарушения прав истца как потребителя в виде незаконного ограничения в предоставлении коммунальной услуги (электрической энергии), поэтому помимо убытков согласно Закону о защите прав потребителей подлежал взысканию и штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.

Ввиду изложенного Судебная коллегия отменила состоявшиеся по делу судебные постановления в части отказа Е. в удовлетворении требования о взыскании штрафа и направила дело в этой части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 9 ноября 2021 г. N 46-КГ21-31-К6)

Разрешение споров, возникающих между потребителями финансовых услуг и финансовыми организациями

12. В случае банкротства банка требование по кредитному договору, заключенному с потребителем финансовых услуг, может быть передано любому лицу независимо от наличия у него лицензии на право осуществления банковской деятельности

Общество обратилось в суд с иском к Ф. о взыскании кредитной задолженности, указав в обоснование требования, что по договору цессии истец является взыскателем по обязательствам ответчика, вытекающим из договора специального карточного счета, заключенного между банком и Ф.

Решением суда иск удовлетворен частично.

Суд апелляционной инстанции, рассматривая дело по правилам производства в суде первой инстанции, сославшись на положения ст. 382 ГК РФ, а также на разъяснения, содержащиеся в п. 51 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17, отменил решение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении иска на том основании, что требования банка к Ф. могли быть переданы только организации, имеющей лицензию на право осуществления банковской деятельности, а истцом доказательств наличия у него такой лицензии не представлено. Также суд апелляционной инстанции указал, что положения кредитного договора не содержат условий о возможности уступки прав по данному договору третьим лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности.

Позицию суда апелляционной инстанции поддержал кассационный суд общей юрисдикции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций, направив дело на новое апелляционное рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

П. 1 ст. 384 ГК РФ установлено, что, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 51 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Применяя указанные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, суд апелляционной инстанции не учел, что возможность передачи истцу, не имеющему лицензии на право осуществления банковской деятельности, права требования к Ф. как к потребителю финансовой услуги прямо предусмотрена Федеральным законом от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Порядок и условия осуществления мер по предупреждению несостоятельности (банкротства) кредитных организаций, а также особенности оснований и порядка признания кредитных организаций несостоятельными (банкротами) и их ликвидации в порядке конкурсного производства закреплены в параграфе 4.1 главы IX (ст. ст. 189.7 — 189.105) Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с положениями ст. 189.89 названного Закона после проведения инвентаризации имущества кредитной организации конкурсный управляющий приступает к продаже имущества кредитной организации на открытых торгах в порядке и на условиях, которые определены данным Законом, если иной порядок распоряжения имуществом кредитной организации не установлен данной статьей (п. 1).

Конкурсный управляющий, функции которого осуществляет Агентство по страхованию вкладов, по согласованию с Комитетом банковского надзора Банка России осуществляет передачу имущества (активов) и обязательств кредитной организации или их части приобретателю (приобретателям) в порядке, установленном данной статьей (п. 2).

При продаже имущества кредитной организации права требования по договорам займа, кредита и факторинга могут быть выставлены на торги единым лотом (продажа кредитного портфеля кредитной организации). Единым лотом также может быть выставлено на торги имущество, переданное кредитной организацией по договорам лизинга с одновременной уступкой прав требований по таким договорам (п. 21).

По смыслу приведенных норм распоряжение имуществом кредитной организации в ходе конкурсного производства, в том числе и уступка прав требования кредитной организации, может осуществляться путем продажи имущества кредитной организации на открытых торгах в порядке и на условиях, определенных Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», что и имело место в ходе конкурсного производства в отношении банка.

Суд апелляционной инстанции не принял во внимание и не дал правовой оценки тому факту, что решением арбитражного суда от 22 января 2016 г. банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Распоряжение имуществом банка в ходе конкурсного производства, в частности правом требования по кредитному договору, заключенному между банком и Ф., осуществлялось путем продажи имущества банка на открытых торгах.

В соответствии с п. 1 ст. 448 ГК РФ аукционы и конкурсы могут быть открытыми и закрытыми. В открытом аукционе и открытом конкурсе может участвовать любое лицо.

Согласно п. 4 ст. 447 ГК РФ выигравшим торги на аукционе признается лицо, предложившее наиболее высокую цену.

Взаимосвязанное толкование изложенных норм права свидетельствует о том, что в открытом аукционе по уступке требований кредитной организации, проводимом в рамках конкурсного производства, вправе участвовать любое юридическое лицо независимо от наличия или отсутствия у него статуса кредитной организации, а также любое физическое лицо, а договор по результатам проведения аукциона заключается с лицом, предложившим наиболее высокую цену, в связи с чем применение судом апелляционной инстанции к спорным правоотношениям разъяснений, содержащихся в п. 51 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17, является неправомерным.

Кассационный суд общей юрисдикции ошибки суда апелляционной инстанции не исправил.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда от 20 июля 2021 г. N 73-КГ21-7-К8)

13. Акцептом оферты банка об изменении условий кредитного договора могут быть признаны такие действия потребителя финансовой услуги (заемщика), которые прямо свидетельствуют о волеизъявлении последнего на принятие оферты

Банк не вправе расценивать в качестве акцепта такие действия потребителя финансовой услуги, которые могут совершаться с иной целью, в частности действия по распоряжению денежными средствами, находящимися на счете, по получению наличных денежных средств через банкомат и тому подобные действия.

Банк обратился в суд с иском к Г. о взыскании задолженности по договору о предоставлении и обслуживании кредитной карты, комиссии за участие в программе по организации страхования и платы за пропуск минимального платежа.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что Г. допустила нарушение условий договора о предоставлении и обслуживании карты, в результате чего у банка возникло право на истребование образовавшейся задолженности. При этом суд признал представленный банком расчет задолженности правильным, а доводы ответчика о незаконном изменении процентной ставки несостоятельными.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил решение суда первой инстанции и апелляционное определение без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ с выводами судов не согласилась, посчитав их основанными на неправильном применении норм материального права.

В силу п. 1 ст. 433 ГК РФ договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

В соответствии со ст. 438 названного Кодекса акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии.

Акцепт должен быть полным и безоговорочным.

Молчание не является акцептом, если иное не вытекает из закона, соглашения сторон, обычая или из прежних деловых отношений сторон.

Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», акцепт должен прямо выражать согласие направившего его лица на заключение договора на предложенных в оферте условиях (абз. 2 п. 1 ст. 438 ГК РФ).

Пунктом 9.27 Условий предоставления и обслуживания карт предусмотрено право банка на одностороннюю замену тарифного плана, применяющегося в рамках договора, на другой тарифный план в соответствии с п. 2.16 Условий.

Согласно п. 2.16 названных Условий банк вправе в одностороннем порядке, если иное прямо не предусмотрено действующими законами Российской Федерации, заменить тарифный план, применяющийся к взаимоотношениям банка и клиента в рамках договора, на другой тарифный план, который будет применяться к таким взаимоотношениям. В случае такой замены банк уведомляет об этом клиента не позднее чем за 30 календарных дней до даты такой замены путем направления клиенту письменного уведомления. В случае несогласия с заменой тарифного плана клиент вправе расторгнуть договор в порядке, предусмотренном разделом 11 Условий.

3 мая 2015 г. банк направил Г. оферту с предложением скорректировать условия по заключенному между сторонами кредитному продукту, в том числе в части увеличения размера начисляемых по кредиту процентов.

При этом банк разъяснил, что предложение о замене тарифного плана может быть принято посредством совершения любой операции, за исключением пополнения счета через кассы в отделениях банка и пополнения счета почтовым переводом в отделениях Почты России в срок с 14 мая по 31 декабря 2015 г. (включительно).

Поскольку 2 июня 2015 г. Г. совершила операцию пополнения счета карты через банкомат, суд с учетом изложенных выше обстоятельств согласился с утверждением банка о том, что данные действия являются акцептом предложения по замене тарифа.

Вместе с тем по смыслу п. 1 ст. 438 ГК РФ и акта его толкования ответ о принятии полученной оферты должен быть полным и безоговорочным и прямо выражать согласие лица заключить договор (либо изменить его) на предложенных в оферте условиях.

Поскольку действия, которые должно совершить лицо для принятия оферты, должны прямо свидетельствовать о его волеизъявлении, оферент не может указывать в качестве способов акцепта своего предложения действия, которые лицо может совершать с иным умыслом.

Таким образом, действия по пополнению счета карты в целях погашения задолженности по ранее предоставленному кредиту через банкомат не могут расцениваться как акцепт оферты банка по изменению тарифного плана, поскольку использование банкомата для погашения задолженности предусмотрено изначальными договорными условиями с потребителем.

Изменение возможностей и способов погашения задолженности в силу придания действиям по пополнению счета через банкомат иного смысла в виде юридически значимого действия для согласования новых договорных условий является однозначным ухудшением правового положения потребителя финансовых услуг банка, не желающего принимать акцепт и при таких обстоятельствах ограничивающегося в способах исполнения ранее принятого обязательства.

С учетом изложенного установленная банком процедура принятия предложения по изменению тарифного плана ущемляла права потребителя, что не учтено судами при рассмотрении данного дела.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 18 января 2022 г. N 45-КГ21-24-К7)

14. В случае выплаты страхового возмещения третьему лицу, пострадавшему в результате взаимодействия транспортных средств, одним из страховщиков, застраховавших гражданскую ответственность владельцев этих транспортных средств, солидарное обязательство прекращается

О. обратилась в суд с иском к страховой компании 1 о взыскании страхового возмещения, суммы компенсации морального вреда и штрафа за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя, указав, что в результате столкновения нескольких транспортных средств ей как пассажиру автомобиля под управлением П. был причинен вред здоровью. Страховая компания 1, застраховавшая гражданскую ответственность владельца транспортного средства П., отказала ей в выплате страхового возмещения.

На момент дорожно-транспортного происшествия автогражданская ответственность водителей была застрахована: ответственность П. — на основании договора, заключенного с ответчиком 28 июня 2019 г., ответственность С. — на основании договора, заключенного со страховой компанией 2 после 1 мая 2019 г., ответственность Г. — на основании договора, заключенного со страховой компанией 3 до 1 мая 2019 г.

Решением финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах страхования, микрофинансирования, кредитной кооперации и деятельности кредитных организаций (далее — финансовый уполномоченный) истцу было отказано в удовлетворении заявления о взыскании страхового возмещения.

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены С. (виновный в совершении дорожно-транспортного происшествия), Г., страховая компания 2, страховая компания 3.

Дело неоднократно рассматривалось судебными инстанциями.

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, установив, что имел место один страховой случай и солидарным должником — страховой компанией 2 исполнено обязательство по выплате истцу страхового возмещения в надлежащем размере, с учетом положений, закрепленных в п. 91 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее — Закон об ОСАГО), не усмотрел правовых оснований для удовлетворения иска.

Кассационный суд общей юрисдикции отменил апелляционное определение и направил дело на новое апелляционное рассмотрение, указав на неправильное применение судом положений п. 9.1 ст. 12 Закона об ОСАГО и отсутствие солидарной ответственности у владельцев транспортных средств, причинивших вред третьим лицам в результате взаимодействия их транспортных средств.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, не согласившись с выводами кассационного суда общей юрисдикции, отменила кассационное определение и направила дело на новое рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

В соответствии с п. 1 ст. 323 указанного Кодекса предусмотрено, что при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью.

Согласно п. 1 ст. 325 названного кодекса исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору.

В силу п. 3 ст. 1079 Кодекса владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам.

Риск гражданской ответственности владельцев транспортных средств подлежит обязательному страхованию, которое осуществляется в соответствии с Законом об ОСАГО (п. 1 ст. 935 ГК РФ).

В силу п. 8 ст. 2 Федерального закона от 1 мая 2019 г. N 88-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» ст. 12 Закона об ОСАГО дополнена п. 9.1, согласно которому в случае, если ответственными за вред, причиненный жизни или здоровью потерпевшего при наступлении одного и того же страхового случая, признаны несколько участников дорожно-транспортного происшествия, страховщики солидарно осуществляют страховую выплату потерпевшему в части возмещения указанного вреда в порядке, предусмотренном п. 22 данной статьи. В этом случае общий размер страховой выплаты, осуществленной страховщиками, не может превышать размер страховой суммы, предусмотренной подп. «а» ст. 7 Закона об ОСАГО.

Согласно п. 2 ст. 7 Федерального закона от 1 мая 2019 г. N 88-ФЗ названное изменение вступает в силу со дня официального опубликования данного Закона, т.е. с 1 мая 2019 г.

Подпунктом «а» ст. 7 Закона об ОСАГО определено, что страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, в части возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью каждого потерпевшего, составляет 500 000 руб.

Таким образом, законом установлена солидарная ответственность владельцев транспортных средств при причинении вреда третьим лицам в результате взаимодействия их транспортных средств.

Страховые компании в данном случае становятся солидарными должниками, каждый из которых обязан осуществить полное предоставление в пределах установленной законом страховой суммы, а потерпевший управомочен требовать это предоставление по своему выбору от любого из страховщиков полностью или в части.

До осуществления полного предоставления все должники остаются обязанными, а в случае надлежащего исполнения требования кредитора одним из страховщиков солидарное обязательство прекращается, и основания для удовлетворения аналогичного требования потерпевшего к другой страховой компании как к солидарному должнику утрачиваются.

Таким образом, осуществление страховой компанией 2 страховой выплаты в объеме, рассчитанном в соответствии с нормативами, утвержденными постановлением Правительства РФ от 15 ноября 2012 г. N 1164, в пределах установленной законом страховой суммы, свидетельствует о надлежащем исполнении требований О. одним из солидарных должников и, следовательно, о прекращении солидарного обязательства страховщиков.

С учетом изложенного Судебная коллегия признала ошибочным вывод кассационного суда общей юрисдикции об отсутствии солидарной ответственности у владельцев транспортных средств, причинивших вред третьим лицам в результате взаимодействия их транспортных средств.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 12 июля 2022 г. N 47-КГ22-2-К6)

15. Непредставление поврежденного транспортного средства для осмотра проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) либо выполнение его ремонта или утилизации до организации страховщиком осмотра могут служить основанием для отказа в страховом возмещении только в том случае, если непредставление поврежденного транспортного средства на осмотр не позволяет достоверно установить наличие страхового случая и размер убытков

С. обратился в суд с иском к страховщику о взыскании страхового возмещения, расходов на оплату услуг независимого эксперта, компенсации морального вреда, ссылаясь на неправомерность отказа в выплате страхового возмещения.

Решением финансового уполномоченного в удовлетворении указанных требований С. к страховщику отказано.

Определением суда по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, в соответствии с заключением которой механизм возникновения повреждений деталей автомобиля истца признан соответствующим обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия и определена стоимость восстановительного ремонта с учетом износа заменяемых деталей.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, пришел к выводу о том, что истец в нарушение положений Закона об ОСАГО не исполнил свою обязанность по предоставлению в страховую компанию поврежденного транспортного средства для осмотра, что не позволило страховщику достоверно установить наличие страхового случая и размер убытков.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил состоявшиеся по делу судебные постановления без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила обжалуемые судебные постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направила дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, указав следующее.

Пунктом 1 ст. 929 ГК РФ установлено, что по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно п. 4 ст. 931 данного кодекса в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Порядок взаимодействия страховщика и потерпевшего при выплате страхового возмещения регулируется Законом об ОСАГО.

В соответствии со ст. 3 названного закона одним из основных принципов обязательного страхования является гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных данным Законом.

В силу абз. 1, 3 п. 10 ст. 12 Закона об ОСАГО при причинении вреда имуществу в целях выяснения обстоятельств причинения вреда и определения размера подлежащих возмещению страховщиком убытков потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховое возмещение или прямое возмещение убытков, в течение 5 рабочих дней с даты подачи заявления о страховом возмещении и прилагаемых к нему в соответствии с правилами обязательного страхования документов обязан представить поврежденное транспортное средство или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, проводимой в порядке, установленном ст. 12.1 данного Закона.

В случае, если характер повреждений или особенности поврежденного транспортного средства, иного имущества исключают его представление для осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) по месту нахождения страховщика и (или) эксперта (например, повреждения транспортного средства, исключающие его участие в дорожном движении), на это указывается в заявлении и такие осмотр и независимая техническая экспертиза, независимая экспертиза (оценка) проводятся по месту нахождения поврежденного имущества в срок не более чем 5 рабочих дней со дня подачи заявления о страховом возмещении и прилагаемых к нему в соответствии с правилами обязательного страхования документов.

В Закона об ОСАГО (здесь и далее нормы приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) предусмотрена обязанность страховщика осмотреть поврежденное транспортное средство, иное имущество или его остатки и (или) организовать их независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) в срок не более чем 5 рабочих дней со дня поступления заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков с приложенными документами, предусмотренными правилами обязательного страхования, и ознакомить потерпевшего с результатами осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), если иной срок не согласован страховщиком с потерпевшим п. 11 ст. 12 (абз. 1).

При непредставлении потерпевшим поврежденного имущества или его остатков для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) в согласованную со страховщиком дату страховщик согласовывает с потерпевшим новую дату осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества или его остатков (абз. 2).

В случае непредставления потерпевшим поврежденного имущества или его остатков для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) в согласованную со страховщиком дату в соответствии с абз. 1 п. 2 данного пункта потерпевший не вправе самостоятельно организовывать независимую техническую экспертизу или независимую экспертизу (оценку) на основании абз. 2 п. 13 этой статьи, а страховщик вправе вернуть без рассмотрения представленное потерпевшим заявление о страховом возмещении или прямом возмещении убытков вместе с документами, предусмотренными правилами обязательного страхования (абз. 4).

Результаты самостоятельно организованной потерпевшим независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества или его остатков не принимаются для определения размера страхового возмещения в случае, если потерпевший не представил поврежденное имущество или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) в согласованные со страховщиком даты (абз. 5).

В случае возврата страховщиком потерпевшему на основании абз. 4 п. 11 ст. 12 Закона об ОСАГО заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков вместе с документами, предусмотренными правилами обязательного страхования, установленные данным Законом сроки проведения страховщиком осмотра поврежденного имущества или его остатков и (или) организации их независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), а также сроки осуществления страховщиком страховой выплаты или выдачи потерпевшему направления на ремонт либо направления ему мотивированного отказа в страховой выплате исчисляются со дня повторного представления потерпевшим страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков вместе с документами, предусмотренными правилами обязательного страхования (абз. 6).

Согласно п. 20 ст. 12 Закона об ОСАГО страховщик отказывает потерпевшему в страховом возмещении или его части, если ремонт поврежденного имущества или утилизация его остатков, осуществленные до осмотра страховщиком и (или) проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества в соответствии с требованиями данной статьи, не позволяют достоверно установить наличие страхового случая и размер убытков, подлежащих возмещению по договору обязательного страхования.

Разъяснения относительно применения приведенных выше норм права при рассмотрении судебных дел содержатся в пп. 17, 31 и 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 г. N 58.

По смыслу указанных норм права и акта их разъяснения непредставление поврежденного транспортного средства для осмотра и/или проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) либо выполнение его ремонта или утилизации до организации страховщиком осмотра не влекут безусловного отказа в выплате потерпевшему страхового возмещения (полностью или в части). Указанные обстоятельства могут служить основанием для отказа в страховом возмещении только в том случае, если непредставление поврежденного транспортного средства на осмотр не позволяет достоверно установить наличие страхового случая и размер убытков.

Отказывая в удовлетворении иска о взыскании страхового возмещения, суд первой инстанции на установление таких обстоятельств не ссылался.

Между тем факт повреждения автомобиля истца в дорожно-транспортном происшествии подтвержден заключением судебной экспертизы, при проведении которой использовались не только акт осмотра и фотоматериалы, выполненные экспертом, но и административный материал, содержащий указание на перечень и характер повреждений транспортных средств, а также материалы данного гражданского дела.

При таких обстоятельствах отсутствие в решении суда первой инстанции какой-либо оценки судебной экспертизы и непринятие ее судом апелляционной инстанции в качестве доказательства по делу противоречат приведенным выше нормам права, а также нарушают требования ст. 67, ч. 1 ст. 71, ч. 3 ст. 86, п. 2 ч. 4 ст. 198 и п. 5 ч. 2 ст. 329 ГПК РФ.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26 июля 2022 г. N 16-КГ22-14-К4)

16. Срок исковой давности по регрессным требованиям страховщика, возместившего расходы страховщика ответственности потерпевшего, связанные с выплатой страхового возмещения в порядке прямого возмещения, подлежит исчислению с момента возмещения вреда потерпевшему

Страховщик 1 обратился в суд с иском к Б. о возмещении убытков в порядке регресса, сославшись на то, что в момент дорожно-транспортного происшествия ответчик не был включен в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством.

Частично удовлетворяя иск, суд первой инстанции исходил из того, что истец имеет регрессное требование к ответчику, поскольку он возместил страховщику 2 сумму страхового возмещения, выплаченного в порядке прямого возмещения потерпевшей И., а причинитель вреда Б. (ответчик) не был включен в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством. Отказывая Б. в применении последствий пропуска срока исковой давности, суд полагал, что срок исковой давности следует исчислять с момента, когда страховщик 1 возместил страховщику 2 произведенную им страховую выплату, т.е. с 20 сентября 2016 г.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции сослался на то, что применительно к п. 3 ст. 200 ГК РФ исполнением основного обязательства по договору ОСАГО является выплата страхового возмещения потерпевшему. Согласно платежному поручению страховщик 2 произвел И. страховую выплату в порядке прямого возмещения убытков 15 августа 2016 г. При этом страховщик 1 обратился в суд с иском 2 сентября 2019 г., т.е. за пределами срока исковой давности.

Кассационный суд общей юрисдикции не согласился с судом апелляционной инстанции, указав, что срок исковой давности следует исчислять с момента выплаты истцом страхового возмещения страховщику 2.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила кассационное определение, направив дело на новое рассмотрение, по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно п. 1 ст. 196 этого Кодекса общий срок исковой давности составляет 3 года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 данного Кодекса, согласно п. 3 которой по регрессным обязательствам течение срока исковой давности начинается со дня исполнения основного обязательства.

Подпунктом «д» п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО предусмотрено, что к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере произведенной потерпевшему страховой выплаты, если указанное лицо не включено в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством (при заключении договора обязательного страхования с условием использования транспортного средства только указанными в договоре обязательного страхования водителями).

Положения названной статьи распространяются на случаи возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего в результате дорожно-транспортного происшествия, страховщиком, застраховавшим его гражданскую ответственность, с учетом особенностей, установленных ст. 14.1 названного Закона (п. 4 ст. 14 Закона об ОСАГО).

Страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, осуществляет возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевшего, от имени страховщика, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред (осуществляет прямое возмещение убытков), в соответствии с предусмотренным ст. 26.1 данного Федерального закона соглашением о прямом возмещении убытков в размере, определенном в соответствии со ст. 12 этого Закона (п. 4 ст. 141).

Страховщик, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред, обязан возместить страховщику, осуществившему прямое возмещение убытков, возмещенный им потерпевшему вред в соответствии с предусмотренным ст. 26.1 этого Закона соглашением о прямом возмещении убытков (п. 5 ст. 141).

Страховщик, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред, и возместил в счет страхового возмещения по договору обязательного страхования страховщику, осуществившему прямое возмещение убытков, возмещенный им потерпевшему вред, в предусмотренных ст. 14 данного Федерального закона случаях имеет право требования к лицу, причинившему вред, в размере возмещенного потерпевшему вреда (п. 7 ст. 141).

Статьей 26.1 Закона об ОСАГО предусмотрено, что исполнение обязательств страховщика, застраховавшего гражданскую ответственность лица, причинившего вред, перед страховщиком, осуществившим прямое возмещение убытков, в случае, предусмотренном п. 5 ст. 14.1 данного Закона, может осуществляться путем возмещения суммы оплаченных убытков по каждому требованию потерпевшего и (или) исходя из числа удовлетворенных требований в течение отчетного периода, средних сумм страховых выплат, определенных в соответствии с соглашением о прямом возмещении убытков (абз. 2 п. 1).

Из приведенных выше положений Гражданского кодекса РФ и об ОСАГО в их системном толковании следует, что страховое возмещение вреда в порядке прямого возмещения убытков производится страховщиком, застраховавшим ответственность потерпевшего, если дорожно-транспортное происшествие имело место в результате столкновения двух (в действующей редакции — двух и более) транспортных средств, при условии, что гражданская ответственность владельцев всех этих транспортных средств застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО и вред причинен только повреждением этих транспортных средств.

Если договор ОСАГО заключен с условием об использовании транспортного средства только указанными в этом договоре водителями, а водитель, по вине которого причинен вред, не был включен в названный выше договор ОСАГО, страховое возмещение при соблюдении условий, предусмотренных п. 1 ст. 14.1 Закона об ОСАГО, также осуществляется в порядке прямого возмещения убытков страховщиком, застраховавшим ответственность потерпевшего, которому страховщик, застраховавший ответственность владельца транспортного средства, использованием которого причинен вред, возмещает расходы по прямому возмещению убытков в размере, установленном Законом об ОСАГО.

С момента такого возмещения страховщик, застраховавший ответственность владельца транспортного средства, использованием которого причинен вред, имеет право регрессного требования к причинителю вреда, управлявшему данным транспортным средством, не включенному в договор ОСАГО в качестве водителя, допущенного к управлению этим транспортным средством.

В п. 4 ст. 14.1 Закона об ОСАГО указано, что страховщик, застраховавший ответственность потерпевшего, осуществляет страховое возмещение от имени страховщика, застраховавшего ответственность лица, причинившего вред (владельца транспортного средства, использованием которого причинен вред).

В силу изложенного прямое возмещение убытков страховщиком, застраховавшим ответственность потерпевшего, от имени страховщика, застраховавшего ответственность причинителя вреда, является исполнением основного обязательства, с которым положения п. 3 ст. 200 ГК РФ связывают начало течения срока исковой давности по регрессным требованиям.

Взаиморасчеты страховщиков по возмещению расходов на прямое возмещение убытков, производимые в соответствии с положениями Закона об ОСАГО и в рамках утвержденного профессиональным объединением страховщиков соглашения, сами по себе на течение исковой давности не влияют и не могут служить основанием для увеличения срока исковой давности по регрессным требованиям к причинителю вреда.

При таких обстоятельствах выводы кассационного суда общей юрисдикции об исчислении исковой давности признаны Судебной коллегией ошибочными.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 15 марта 2022 г. N 41-КГ21-47-К4)

17. Довод о несоблюдении потребителем финансовых услуг обязательного досудебного порядка урегулирования спора как основание для оставления искового заявления без рассмотрения может быть заявлен только в суде первой инстанции либо в суде апелляционной инстанции, рассматривающем дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ.

Н. обратилась в суд с иском к банку о возврате денежных средств, ссылаясь на досрочное погашение кредита.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции исходил из того, что истец имеет право на возврат части страховой премии пропорционально сроку действия договора страхования, а также на компенсацию морального вреда, взыскание неустойки и штрафа за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя.

Отменяя решение суда первой инстанции и оставляя иск без рассмотрения, суд апелляционной инстанции, с которым согласился суд кассационной инстанции, сослался на то, что истцом не соблюден установленный для данной категории дел обязательный досудебный порядок урегулирования спора.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала, что при рассмотрении дела судами апелляционной и кассационной инстанций допущены существенные нарушения норм права.

В соответствии с ч. 4 ст. 3 ГПК РФ заявление подается в суд после соблюдения претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, если это предусмотрено федеральным законом для данной категории споров.

Согласно абз. 2 ст. 222 указанного Кодекса суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если истцом не соблюден установленный федеральным законом для данной категории дел досудебный порядок урегулирования спора.

В соответствии с ч. 2 ст. 25 Федерального закона от 4 июня 2018 г. N 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» (Далее — Закон о финансовом уполномоченном), потребитель финансовых услуг вправе заявлять в судебном порядке требования к финансовой организации, указанные в ч. 2 ст. 15 данного Закона, только после получения от финансового уполномоченного решения по обращению, за исключением случаев, указанных в п. 1 ч. 1 этой статьи.

Таким образом, законодателем установлен обязательный досудебный порядок урегулирования спора, в том числе по делам, возникающим из отношений по добровольному личному страхованию, связанному с предоставлением потребительского кредита, и в случае невыполнения истцом указанных требований закона суд вправе оставить исковое заявление без рассмотрения.

Вместе с тем в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 г. N 18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства» разъяснено, что суд первой инстанции или суд апелляционной инстанции, рассматривающий дело по правилам суда первой инстанции, удовлетворяет ходатайство ответчика об оставлении иска без рассмотрения в связи с несоблюдением истцом досудебного порядка урегулирования спора, если оно подано не позднее дня представления ответчиком первого заявления по существу спора и ответчик выразил намерение его урегулировать, а также если на момент подачи данного ходатайства не истек установленный законом или договором срок досудебного урегулирования и отсутствует ответ на обращение либо иной документ, подтверждающий соблюдение такого урегулирования (ч. 4 ст. 1, ст. 222 ГПК РФ).

Если ответчик своевременно не заявил указанное ходатайство, то его довод о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора не может являться основанием для отмены судебных актов в суде апелляционной или кассационной инстанции, поскольку иное противоречило бы целям досудебного урегулирования споров (ст. 327.1, 328, 330, 379.6 и 379.7 ГПК РФ).

Таким образом, довод о несоблюдении истцом обязательного досудебного порядка урегулирования спора должен быть заявлен ответчиком в суде первой инстанции либо в суде апелляционной инстанции, рассматривающем дело по правилам производства в суде первой инстанции.

Как следует из материалов дела, представитель ответчика, надлежащим образом извещенный о слушании дела в суде первой инстанции, в судебном заседании не присутствовал.

Ответчиком представлен отзыв на иск Н., в котором на несоблюдение ею досудебного порядка урегулирования спора не указано.

Не было данного довода и в апелляционной жалобе на решение суда.

Суд апелляционной инстанции к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции не переходил.

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции не имелось предусмотренных законом оснований для отмены решения суда первой инстанции и оставления иска без рассмотрения.

Кассационным судом общей юрисдикции допущенные судом апелляционной инстанции нарушения устранены не были.

Ввиду изложенного Судебная коллегия отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций, дело направила на новое апелляционное рассмотрение.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17 мая 2022 г. N 18-КГ22-6-К4)

18. Разрешая вопрос о соблюдении обязательного досудебного порядка урегулирования спора, установленного Законом о финансовом уполномоченном, суд должен установить, что послужило основанием для прекращения рассмотрения финансовым уполномоченным обращения потребителя финансовых услуг или отказа в принятии такого обращения

Т. (потребитель финансовых услуг) обратился в суд с иском к страховщику, сославшись на неисполнение последним обязанности по выплате страхового возмещения в связи с наступившим страховым случаем.

Заявление потребителя финансовых услуг, поданное в порядке ч. 1 ст. 16 Закона о финансовом уполномоченном, оставлено страховщиком без ответа.

В целях соблюдения досудебного порядка урегулирования спора Т. обращался к финансовому уполномоченному с требованием о взыскании страхового возмещения и расходов на проведение независимой экспертизы.

Финансовый уполномоченный, приняв обращение Т. к рассмотрению, впоследствии вынес решение о прекращении его рассмотрения ввиду отсутствия сведений о направлении страховой компанией в адрес потребителя финансовой услуги ответа на указанное выше заявление. Запрос финансового уполномоченного о представлении данных документов страховщиком не исполнен.

Суд первой инстанции пришел к выводу о соблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора и частично удовлетворил иск.

Отменяя решение суда первой инстанции и оставляя иск без рассмотрения, суд апелляционной инстанции, с которым согласился кассационный суд общей юрисдикции, исходил из несоблюдения досудебного порядка урегулирования спора.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций, направив дело на новое апелляционное рассмотрение.

В обоснование своей позиции Судебная коллегия со ссылкой на ст. ст. 9, 17, 18, 20, 22, 27 Закона о финансовом уполномоченном указала, что под рассмотрением финансовым уполномоченным обращения потребителя финансовых услуг понимается комплекс действий, начиная с момента определения критериев приемлемости обращения в целях принятия его к рассмотрению, разрешения вопроса о необходимости истребования дополнительных доказательств у финансовой организации и/или об оказании содействия потребителю финансовых услуг в оформлении обращения и до прекращения рассмотрения обращения или вынесения решения финансового уполномоченного по существу спора.

Как установлено п. 1 ч. 1, ч. 2 ст. 25 названного Закона, потребитель финансовых услуг после получения решения о прекращении рассмотрения обращения финансовым уполномоченным и при несогласии с этим решением вправе обратиться в судебном порядке с требованием к финансовой организации (страховщику), и предъявление суду упомянутого решения по общему правилу является доказательством соблюдения истцом досудебного порядка урегулирования спора.

При этом, как следует из разъяснений Верховного Суда РФ от 18 марта 2020 г., возможность обращения потребителя в суд в случае прекращения рассмотрения обращения потребителя финансовым уполномоченным или его отказа в принятии к рассмотрению обращения потребителя зависит от основания прекращения рассмотрения или отказа в рассмотрении обращения потребителя.

При отказе в рассмотрении или прекращении рассмотрения финансовым уполномоченным обращения потребителя в связи с ненадлежащим обращением потребителя к финансовому уполномоченному, в частности, если потребитель финансовых услуг предварительно не обратился в финансовую организацию в порядке, установленном ст. 16 указанного Закона, если обращение потребителя содержит нецензурные либо оскорбительные выражения, угрозы жизни, здоровью и имуществу финансового уполномоченного или иных лиц или его текст не поддается прочтению, а также в случае непредставления потребителем финансовых услуг документов, разъяснений и (или) сведений в соответствии с данным законом, если это влечет невозможность рассмотрения обращения по существу (пп. 2, 11, 12 ч. 1 ст. 19, п. 2 ч. 1 ст. 27 этого Закона), обязательный досудебный порядок является несоблюденным.

Поскольку законом не предусмотрено обжалование решений финансового уполномоченного об отказе в принятии обращения потребителя к рассмотрению либо о прекращении им рассмотрения обращения потребителя, в случае несогласия потребителя с таким решением финансового уполномоченного потребитель, применительно к п. 3 ч. 1 ст. 25 указанного Закона, может предъявить в суд требования к финансовой организации с обоснованием мотивов своего несогласия с решением финансового уполномоченного об отказе в принятии его обращения к рассмотрению либо о прекращении рассмотрения обращения.

Учитывая изложенное, а также в целях обеспечения реализации принципа добросовестности при разрешении вопроса о соблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора суду надлежит оценивать причины отказа финансового уполномоченного в принятии обращения потребителя или решения о прекращении рассмотрения такого обращения.

Оставляя исковое заявление без рассмотрения, суд апелляционной инстанции ограничился лишь ссылкой на несоблюдение истцом условий обязательного досудебного порядка урегулирования спора, не исследовав по существу основания несогласия потребителя финансовых услуг с решением финансового уполномоченного о прекращении рассмотрения его обращения.

Суд апелляционной инстанции не учел, что при несогласии потребителя финансовых услуг с прекращением рассмотрения его обращения финансовым уполномоченным именно на суде в силу ст. 2 ГПК РФ и ст. 15 Закона о финансовом уполномоченном лежит обязанность по проверке оснований для прекращения рассмотрения обращения потребителя финансовых услуг финансовым уполномоченным.

При подаче искового заявления, а также в суде апелляционной инстанции истец указывал на несогласие с решением финансового уполномоченного о прекращении рассмотрения его обращения, отмечая, что все имевшиеся у него документы направлены финансовому уполномоченному.

Данные о том, что финансовый уполномоченный запрашивал у потребителя финансовых услуг какие-либо дополнительные документы, судом апелляционной инстанции не установлены.

Кроме того, потребитель финансовых услуг мог бы приложить ответ страховщика на свое заявление (претензию), если бы он получил такой ответ, в то время как финансовая организация в силу ч. 2 ст. 20 Закона о финансовом уполномоченном обязана предоставить запрошенные финансовым уполномоченным разъяснения, документы и (или) сведения, связанные с рассмотрением обращения, в течение пяти рабочих дней со дня получения такого запроса, что страховщиком осуществлено не было.

Таким образом, суду надлежало определить, чем было обусловлено прекращение рассмотрения финансовым уполномоченным обращения потребителя финансовой услуги по существу: поведением самого потребителя, действиями (бездействием) финансовой организации, не исполнившей возложенную на нее законом обязанность по предоставлению запрашиваемых документов, либо бездействием самого финансового уполномоченного, не принявшего мер по рассмотрению обращения потребителя.

Этого судом апелляционной инстанции сделано не было.

В отсутствие суждения об основаниях прекращения финансовым уполномоченным рассмотрения обращения потребителя финансовых услуг выводы суда о несоблюдении Т. обязательного досудебного порядка урегулирования спора и, как следствие, о наличии оснований для оставления искового заявления без рассмотрения признаны Судебной коллегией необоснованными.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 15 февраля 2022 г. N 20-КГ21-14-К5)

Утвержден Президиумом Верховного СудаРоссийской Федерации 20 октября 2021 г. ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ 2020—2021 Г.

В целях формирования единообразного применения и толкования судами норм права при разрешении споров по делам, связанным с защитой прав потребителей, Верховным Судом Российской Федерации <1> подготовлен обзор наиболее актуальных вопросов судебной практики, возникших при рассмотрении дел данной категории в 2020 — 2021 годах.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<1> Далее — Верховный Суд.

Разрешение споров, возникающих из договоров розничной купли-продажи товаров

1. Пятнадцатидневный срок, в течение которого покупатель технически сложного товара вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы независимо от того, является ли обнаруженный в нем недостаток существенным, исчисляется с даты, следующей за днем передачи товара

11 октября 2016 г. между Б. и обществом заключен договор купли-продажи автомобиля.

26 октября 2016 г. Б. направил продавцу заявление о возврате уплаченной по договору суммы, ссылаясь на наличие в автомобиле недостатков.

Отказывая в удовлетворении иска о возврате уплаченной за товар суммы, взыскании компенсации морального вреда и штрафа, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что выявленный в автомобиле недостаток не является существенным, а с заявлением об отказе от исполнения договора купли-продажи автомобиля и о возврате уплаченной за него суммы истец обратился по истечении пятнадцатидневного срока, установленного абз. 8 п. 1 ст. 18 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300—1 «О защите прав потребителей» <2>.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<2> Далее — Закон о защите прав потребителей.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил решение суда и апелляционное определение без изменения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации <3> признала вывод судов о пропуске Б. указанного срока не соответствующим нормам действующего законодательства.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<3> Далее — Судебная коллегия Верховного Суда, Судебная коллегия.

В силу п. 1 ст. 4 Закона о защите прав потребителей продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар, качество которого соответствует договору.

Согласно абз. 8 п. 1 ст. 18 данного закона в отношении технически сложного товара потребитель в случае обнаружения в нем недостатков вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за такой товар суммы либо предъявить требование о его замене на товар этой же марки (модели, артикула) или на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены в течение пятнадцати дней со дня передачи потребителю такого товара.

Из разъяснений, содержащихся в п. 38 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» <4>, следует, что потребитель вправе требовать замены технически сложного товара либо отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы независимо от того, насколько существенными были отступления от требований к качеству товара, установленных в ст. 4 Закона о защите прав потребителей, при условии, что такие требования были предъявлены в течение пятнадцати дней со дня его передачи потребителю.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<4> Далее — постановление Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17.

В соответствии со ст. 190 Гражданского кодекса Российской Федерации <5> установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало (ст. 191 ГК РФ).

— — — — — — — — — — — — — — — —

<5> Далее — ГК РФ.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда покупатель технически сложного товара независимо от характера обнаруженных в нем недостатков вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы в течение пятнадцати дней со дня его передачи. При этом передача товара потребителю выступает событием, определяющим начало данного срока, а его течение начинается со дня, следующего за днем передачи товара.

Судом по делу установлено, что автомобиль Б. передан 11 октября 2016 г., а уже 26 октября 2016 г. покупатель, ссылаясь на выявленные в автомобиле недостатки, обратился к продавцу с заявлением о возврате уплаченной за товар суммы.

Таким образом, пятнадцатидневный срок, предусмотренный абз. 8 п. 1 ст. 18 Закона о защите прав потребителей, подлежал исчислению с 12 октября 2016 г. и заканчивался 26 октября 2016 г., то есть в день направления заявления об отказе от исполнения договора, а потому указанный срок Б. не пропущен.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 20 октября 2020 г. N 32-КГ20-8-К1

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Судебной коллегии Верховного Суда от 9 февраля 2021 г. N 32-КГ20-14-К1.

2. Выявленные более одного раза различные недостатки технически сложного товара, каждый из которых в отдельности делает товар не соответствующим обязательным требованиям к качеству и приводит к невозможности или недопустимости использования данного товара по назначению, являются существенным недостатком по признаку неоднократности

9 июня 2017 г. между К. и обществом заключен договор купли-продажи автомобиля 2017 года выпуска.

В октябре 2017 года сервисным центром официального дилера <6> в целях устранения недостатка автомобиля в нем по гарантии произведена замена головки блока цилиндров двигателя.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<6> Далее — сервисный центр.

9 апреля 2018 г. К. вновь обратилась в сервисный центр с заявкой на имеющийся дефект автомобиля: «стук двигателя, горит контрольная лампа давления масла, рывки при ускорении, повышенный расход масла».

По результатам проверки неисправностей сервисным центром принято решение о производстве гарантийного ремонта автомобиля, а именно о замене масляного насоса двигателя, доработке топливной системы.

К. отказалась от проведения гарантийного ремонта автомобиля и 12 апреля 2018 г. направила в адрес продавца претензию с требованием принять автомобиль с имеющимися недостатками и возвратить уплаченные за него денежные средства. Претензия оставлена без удовлетворения.

Согласно выводам проведенной по делу судебной экспертизы в автомобиле установлен дефект редукционного клапана масляного насоса двигателя. Данный недостаток признан производственным, но не имеющим признаков повторяемости с ранее устраненным недостатком.

Принимая решение о частичном удовлетворении исковых требований о возврате уплаченной за товар суммы, взыскании неустойки, компенсации морального вреда и штрафа, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в приобретенном К. автомобиле имеется существенный недостаток по признаку неоднократности.

Отменяя решение суда и отказывая в иске, суд апелляционной инстанции, с которым согласился кассационный суд общей юрисдикции, исходил из того, что выявленный в автомобиле К. недостаток не является существенным по признаку неоднократности, поскольку факт повторного проявления недостатка после проведения мероприятий по его устранению не установлен.

Судебная коллегия Верховного Суда признала судебные постановления судов апелляционной и кассационной инстанций вынесенными с существенным нарушением требований закона по следующим основаниям.

Согласно абз. 8 — 11 п. 1 ст. 18 Закона о защите прав потребителей в отношении технически сложного товара потребитель в случае обнаружения в нем недостатков вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за такой товар суммы либо предъявить требование о его замене на товар этой же марки (модели, артикула) или на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены в течение пятнадцати дней со дня передачи потребителю такого товара. По истечении этого срока указанные требования подлежат удовлетворению в одном из следующих случаев: обнаружение существенного недостатка товара; нарушение установленных законом сроков устранения недостатков товара; невозможность использования товара в течение каждого года гарантийного срока в совокупности более чем тридцать дней вследствие неоднократного устранения его различных недостатков.

Автомобиль согласно утвержденному Правительством Российской Федерации перечню относится к технически сложным товарам.

В подп. «г» п. 13 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что исходя из преамбулы и п. 1 ст. 20 Закона о защите прав потребителей под существенным недостатком товара (работы, услуги), при возникновении которого наступают правовые последствия, предусмотренные ст. 18 и 29 данного закона, следует понимать в том числе недостаток товара (работы, услуги), выявленный неоднократно, — различные недостатки всего товара, выявленные более одного раза, каждый из которых в отдельности делает товар (работу, услугу) не соответствующим обязательным требованиям, предусмотренным законом или в установленном им порядке, либо условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий — обычно предъявляемым требованиям) и приводит к невозможности или недопустимости использования данного товара (работы, услуги) в целях, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или в целях, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

С учетом приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда для вывода о наличии в товаре существенного недостатка по признаку неоднократности требуется установить наличие в товаре различных недостатков, каждый из которых не только делает данный товар не соответствующим обязательным требованиям к качеству, но и приводит к невозможности или недопустимости использования его по назначению.

Отказывая в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции указал, что вновь выявленный в апреле 2018 года недостаток не обладает признаками повторного проявления недостатка, устраненного в 2017 году.

Между тем для вывода об отсутствии в автомобиле К. существенного недостатка по признаку неоднократности требовалось установить, что каждый из обнаруженных недостатков препятствовал эксплуатации автомобиля, чего судом апелляционной инстанции не сделано.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 8 декабря 2020 г. N 29-КГ20-6-К1

3. Прекращение работы программного обеспечения товара по истечении гарантийного срока, но в пределах срока службы товара, приведшее к невозможности его дальнейшего функционирования и использования, может быть признано существенным недостатком, при котором потребитель вправе возвратить товар изготовителю (уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) и потребовать возврата уплаченной за него суммы

Ш. обратилась в суд с иском к импортеру о возврате стоимости товаров, взыскании неустойки, компенсации морального вреда и штрафа, указав, что является обладателем смарт-устройств (смарт-часов, фитнес-браслетов и пульсометра), выполняющих свои функции через онлайн-сервис. После отключения данного электронного сервиса в связи с переходом производителя товаров на использование иного программного обеспечения, не поддерживаемого смарт-устройствами истца, они стали не пригодными для использования в соответствии с целями, для которых приобретались, а именно для учета и контроля физической нагрузки при тренировках.

На момент обращения в суд гарантийный срок на названные выше смарт-устройства истек, срок их службы производителем не устанавливался.

Отказывая в иске, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что прекращение работы онлайн-сервиса произошло после приобретения Ш. смарт-устройств и что потребитель не обращалась к изготовителю с требованием о безвозмездном устранении проблем с программным обеспечением.

Решение суда первой инстанции и апелляционное определение оставлены без изменения кассационным судом общей юрисдикции.

Судебная коллегия Верховного Суда признала выводы судов не соответствующими требованиям закона по следующим основаниям.

Пунктами 1 и 2 ст. 469 ГК РФ предусмотрено, что продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется.

В соответствии со ст. 6 Закона о защите прав потребителей изготовитель обязан обеспечить возможность использования товара в течение его срока службы. Для этой цели изготовитель обеспечивает ремонт и техническое обслуживание товара, а также выпуск и поставку в торговые и ремонтные организации в необходимых для ремонта и технического обслуживания объеме и ассортименте запасных частей в течение срока производства товара и после снятия его с производства в течение срока службы товара, а при отсутствии такого срока в течение десяти лет со дня передачи товара потребителю.

В п. 39 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что требования граждан к качеству программного обеспечения, используемого в технически сложном товаре (например, к операционной системе, которая служит для обеспечения его функционирования), должны рассматриваться как требования к качеству товара в целом с учетом его потребительских свойств в соответствии со ст. 469 ГК РФ.

Анализ приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда позволяет сделать вывод о том, что качественным следует признать такой товар, который на протяжении всего срока службы может использоваться в соответствии с конкретными целями, для которых он обычно применяется.

Таким образом, утрата возможности использования товара в связи с прекращением изготовителем обеспечения его работоспособности в течение срока службы, а при отсутствии такого срока в течение десяти лет со дня передачи товара потребителю по аналогии (ст. 6 ГК РФ) должна признаваться недостатком товара, при котором в силу п. 6 ст. 19 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе предъявить изготовителю (уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) требование о безвозмездном устранении таких недостатков, а если недостаток товара является неустранимым, по своему выбору предъявить изготовителю (уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) иные предусмотренные п. 3 ст. 18 названного закона требования или возвратить товар изготовителю (уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру) и потребовать возврата уплаченной за товар суммы.

При этом с учетом особенностей такого недостатка товара условие о его возникновении до передачи товара потребителю не является обязательным.

С учетом изложенного вопросы о том, утрачена ли Ш. возможность использования смарт-устройств в соответствии с целями, для которых они приобретались, в связи с отказом их изготовителя от поддержки используемого этими устройствами программного обеспечения и утрачена ли данная возможность использования товара в течение 10 лет со дня передачи их потребителю, имели значение для разрешения данного спора, однако судами в качестве таковых определены не были и должной правовой оценки не получили.

Кроме того, как указала Судебная коллегия Верховного Суда, отказывая в иске в связи с тем, что Ш. не обратилась к ответчику с требованием о безвозмездном устранении недостатков, связанных с отказом производителя поддерживать онлайн-сервис, суды не учли, что согласно ответам импортера и заключению эксперта ранее использовавшееся программное обеспечение заменено другим и восстановление его функционирования не представляется возможным, что может свидетельствовать о неустранимости недостатков товаров.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия отменила судебные постановления судов апелляционной и кассационной инстанций, направив дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 15 декабря 2020 г. N 46-КГ20-19-К6

4. Потребитель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи автомобиля в случае сообщения продавцом недостоверной информации о годе его изготовления и пробеге

По договору купли-продажи комиссионного транспортного средства В. приобрела у ответчика автомобиль 2015 года выпуска с пробегом 62 000 км.

В момент заключения договора в связи с неисправностью панели приборов транспортного средства проверить его пробег не представилось возможным, однако при изучении документов после покупки выяснилось, что автомобиль не 2015, а 2013 года выпуска, а его пробег значительно больше указанного в договоре купли-продажи.

Отказывая в удовлетворении иска о возврате уплаченной за товар суммы и возмещении убытков, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что истцу была предоставлена вся необходимая информация о приобретаемом транспортном средстве, что между сторонами согласованы все существенные условия договора купли-продажи и что несоответствие пробега и года выпуска транспортного средства не являются существенными недостатками товара.

Кассационный суд общей юрисдикции оснований для отмены судебных постановлений не усмотрел.

Судебная коллегия Верховного Суда признала выводы судов не соответствующими нормам действующего законодательства по следующим основаниям.

Статьей 4 Закона о защите прав потребителей определено, что продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору.

В силу ст. 10 названного закона изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора (п. 1).

Информация о товарах в обязательном порядке должна содержать в том числе сведения об основных потребительских свойствах, сроке службы товара, а также о том, что товар был в употреблении или в нем устранялся недостаток (п. 2).

Согласно ст. 12 Закона о защите прав потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков (п. 1).

При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), необходимо исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги) (п. 4).

В пп. 28 и 44 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере). Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков.

Разрешая требования потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суд должен исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора.

При этом бремя доказывания факта предоставления надлежащей информации не обладающему специальными познаниями покупателю в доступной для него форме законом возложено на продавца.

Из содержания приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда следует, что продавец несет ответственность за несоответствие информации о товаре, связанное с фактами, о которых он знал или не мог не знать и о которых он не сообщил покупателю.

По данному делу в обоснование иска В. представила в суд документы о реальном годе выпуска транспортного средства и его пробеге, составляющем 132 354 км, а также сослалась на информацию из сервисной книжки, полученной от продавца.

В силу приведенных выше положений закона доводы потребителя о недостоверности полученной от продавца информации об автомобиле имели существенное значение для дела, однако суды данным обстоятельствам надлежащей оценки не дали.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 2 марта 2021 г. N 44-КГ20-19-К7

5. Непредставление покупателем товара для проверки качества может повлечь отказ во взыскании в его пользу неустойки и штрафа, предусмотренных Законом о защите прав потребителей

27 января 2019 г. М. приобрел в магазине ноутбук.

25 марта 2019 г. М. обратился в сервисный центр по причине обнаружения в ноутбуке дефекта в виде залипания клавиш на клавиатуре. Сервисный центр произвел гарантийный ремонт товара путем замены части корпуса в сборе со встроенной клавиатурой и 1 апреля 2019 г. выдал отремонтированный ноутбук покупателю.

27 мая 2019 г. М. вновь обратился в сервисный центр, ссылаясь на дефект ноутбука в виде залипания клавиш на клавиатуре и отсутствия характерного щелчка при их нажатии, в связи с чем сервисным центром произведен гарантийный ремонт путем замены части корпуса в сборе со встроенной клавиатурой.

19 июня 2019 г. индивидуальный предприниматель в связи с обращением истца по поводу залипания в клавиатуре ноутбука клавиш и отсутствия характерного щелчка при их нажатии составил акт, согласно которому требуется повторная замена части корпуса ноутбука в сборе с компонентами в рамках гарантийного обслуживания в связи с наличием недостатка товара в виде очевидного рецидива проблемы со встроенной клавиатурой. При этом нарушений правил и условий эксплуатации не обнаружено.

5 июля 2019 г. истец направил в адрес импортера претензию с требованиями о возврате уплаченной за товар суммы, возмещении разницы в стоимости товара и других расходов, которая не была удовлетворена.

Отказывая в удовлетворении иска потребителя, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не соблюден порядок действий, предусмотренный п. 6 ст. 19 Закона о защите прав потребителей, необходимый для возникновения права на заявление требования о возврате стоимости некачественного товара.

С этим выводом не согласился суд апелляционной инстанции, который, указав, что недостаток ноутбука выявлен в пределах установленного производителем гарантийного срока на товар, пришел к выводу о том, что положения п. 6 ст. 19 Закона о защите прав потребителей, устанавливающие специальное правовое регулирование применительно к случаям выявления потребителем существенных недостатков товара за пределами гарантийного срока, не подлежали применению по данному делу.

Принимая во внимание акты выполненных работ, которыми подтверждается наличие в товаре недостатка, проявившегося вновь после его устранения, суд апелляционной инстанции признал обоснованными требования потребителя к импортеру о возврате стоимости товара, в связи с чем отменил решение суда первой инстанции и принял новое решение о частичном удовлетворении исковых требований, в том числе о взыскании неустойки и штрафа, предусмотренных Законом о защите прав потребителей.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил апелляционное определение без изменения.

Судебная коллегия Верховного Суда признала выводы судов апелляционной и кассационной инстанций не соответствующими требованиям закона, указав следующее.

В соответствии с абз. 2 и 5 п. 1 ст. 18 Закона о защите прав потребителей потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе потребовать замены на товар этой же марки (этих же модели и (или) артикула) или незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара или возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом.

В силу п. 3 ст. 18 названного закона потребитель вправе предъявить требования, указанные в абз. 2 и 5 п. 1 данной статьи, изготовителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру.

Вместо предъявления этих требований потребитель вправе возвратить изготовителю или импортеру товар ненадлежащего качества и потребовать возврата уплаченной за него суммы.

Продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер обязаны принять товар ненадлежащего качества у потребителя и в случае необходимости провести проверку качества товара. Потребитель вправе участвовать в проверке качества товара. В случае спора о причинах возникновения недостатков товара продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер обязаны провести экспертизу товара за свой счет. Потребитель вправе присутствовать при проведении экспертизы товара и в случае несогласия с ее результатами оспорить заключение такой экспертизы в судебном порядке (п. 5 ст. 18 Закона о защите прав потребителей).

Таким образом, по смыслу указанных норм обоснованность заявленных к изготовителю или импортеру требований относительно ненадлежащего качества товара, по общему правилу, может быть проверена последними лишь в случае исполнения потребителем обязанности по представлению такого товара, а потому предъявлению к изготовителю или импортеру требования о возврате уплаченной за товар суммы должен предшествовать возврат товара ненадлежащего качества.

Судебная коллегия Верховного Суда указала, что в случае неисполнения потребителем установленной законом обязанности по представлению товара импортеру его поведение с учетом положений ст. 1, пп. 1 и 2 ст. 10 ГК РФ и разъяснений, данных в абз. 4 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», подлежит оценке судом на предмет соответствия требованиям добросовестности. При установлении факта злоупотребления правом суду надлежит отказывать во взыскании неустойки и штрафа, предусмотренных Законом о защите прав потребителей, поскольку применение данных мер ответственности возможно лишь в случае уклонения импортера от добровольного исполнения требований потребителя.

Судом первой инстанции установлено, что потребитель, несмотря на неоднократные предложения импортера о возврате некачественного ноутбука, данный товар ответчику не передал.

Это не было учтено судом апелляционной инстанции, который при отмене решения нижестоящего суда не дал какой-либо оценки указанным выше обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения спора.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 6 апреля 2021 г. N 8-КГ21-1-К2

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Судебной коллегии Верховного Суда от 11 мая 2021 г. N 18-КГ21-20-К4.

6. Обязанность по доставке крупногабаритного товара ненадлежащего качества к месту проведения его проверки возложена законом на продавца (изготовителя, уполномоченную организацию или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера)

5 сентября 2019 г. между Г. и обществом заключен договор на приобретение лодки с условием доставки товара покупателю.

15 и 16 октября 2019 г. Г. направил продавцу претензии об отказе от исполнения договора и о возврате покупной цены ввиду выявления в лодке дефектов производственного характера.

Принимая решение об удовлетворении иска, суд первой инстанции, признав установленным наличие в товаре производственных дефектов, взыскал с общества уплаченную за товар сумму, а также неустойку и штраф, предусмотренные Законом о защите прав потребителей.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для отказа потребителя от исполнения договора и возврата ему уплаченной за товар суммы, однако отменил решение суда в части взыскания с ответчика неустойки и штрафа и принял в этой части новое решение об отказе в удовлетворении данных требований, указав, что Г., отказываясь от исполнения договора, не передал товар продавцу, чем лишил его возможности своевременно организовать проверку качества товара и добровольно удовлетворить требования покупателя.

Кассационный суд общей юрисдикции согласился с выводами суда апелляционной инстанции.

Судебная коллегия Верховного Суда, отменяя судебные постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, указала следующее.

В соответствии со ст. 4 Закона о защите прав потребителей продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору.

Потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками (п. 1 ст. 18 названного закона).

Абзацем 2 п. 5 ст. 18 Закона о защите прав потребителей установлена обязанность продавца (изготовителя), уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера принять товар ненадлежащего качества у потребителя и в случае необходимости провести проверку качества товара. Потребитель вправе участвовать в проверке качества товара.

Согласно абз. 3 п. 5 указанной статьи в случае спора о причинах возникновения недостатков товара продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер обязаны провести экспертизу товара за свой счет. Экспертиза товара проводится в сроки, установленные ст. 20, 21 и 22 Закона о защите прав потребителей.

По общему правилу, установленному в п. 7 ст. 18 Закона о защите прав потребителей, доставка крупногабаритного товара и товара весом более пяти килограммов для ремонта, уценки, замены и (или) возврат их потребителю осуществляются силами и за счет продавца (изготовителя, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера).

В случае неисполнения данной обязанности, а также при отсутствии продавца (изготовителя, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) в месте нахождения потребителя доставка и (или) возврат указанных товаров могут осуществляться потребителем. При этом продавец обязан возместить потребителю расходы, связанные с доставкой и (или) возвратом указанных товаров.

Таким образом, обязанность покупателя по доставке крупногабаритного товара и товара весом более пяти килограммов к месту проведения проверки его качества законом не установлена. Напротив, данная обязанность возложена и осуществляется за счет продавца (изготовителя, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера), в связи с чем вывод суда апелляционной инстанции о том, что истец, не возвратив продавцу некачественный крупногабаритный товар, злоупотребил своим правом и лишил ответчика возможности организовать проверку качества товара, Судебная коллегия Верховного Суда признала противоречащим приведенным нормам права.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 23 марта 2021 г. N 57-КГ20-16-К1

7. Уточнение потребителем размера исковых требований в связи с выплатой ответчиком в ходе судебного разбирательства денежной суммы не является основанием для исчисления причитающегося ему штрафа, предусмотренного Законом о защите прав потребителей, без учета полученной суммы

Размер неустойки, взыскиваемой по день фактического исполнения обязательства, определяется в соответствии с п. 1 ст. 23 Закона о защите прав потребителей.

Организация по защите прав потребителей, действуя в интересах Щ., обратилась в суд к изготовителю с иском, в котором просила принять некачественный автомобиль, возвратить уплаченную за него сумму, возместить убытки в виде разницы между ценой автомобиля, установленной договором, и стоимостью соответствующего автомобиля на день вынесения решения суда, выплатить неустойку по день вынесения решения суда и по день его фактического исполнения, компенсацию морального вреда и штраф.

В ходе судебного разбирательства в связи с частичным исполнением ответчиком своих обязательств исковые требования в части размера убытков и неустойки были уточнены.

Удовлетворяя иск в части, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, указал, что, поскольку в процессе рассмотрения дела Щ. уточнил исковые требования в связи с перечислением ответчиком денежной суммы в счет выполнения своего обязательства, штраф по п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей подлежит расчету без учета выплаченной суммы.

Определением кассационного суда общей юрисдикции состоявшиеся по делу судебные постановления оставлены без изменения.

Отменяя обжалуемые судебные постановления, Судебная коллегия Верховного Суда признала выводы судов о взыскании штрафа без учета выплаченной ответчиком в ходе судебного разбирательства денежной суммы не соответствующими нормам действующего законодательства по следующим основаниям.

Согласно п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В пп. 46 и 47 постановления Пленума от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Если после принятия иска к производству суда требования потребителя удовлетворены ответчиком по делу (продавцом, исполнителем, изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) добровольно, то при отказе истца от иска суд прекращает производство по делу в соответствии со ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации <7>. В этом случае штраф, предусмотренный п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей, с ответчика не взыскивается.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<7> Далее — ГПК РФ.

Таким образом, данный штраф не подлежит взысканию с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) при удовлетворении им требований потребителя после принятия иска к производству суда, если истец в установленном законом порядке откажется от иска и суд прекратит производство по делу.

Истец по данному делу не отказывался от исковых требований в части выплаченной ответчиком в ходе судебного разбирательства денежной суммы в размере 727 900 руб., в заявлении, поступившем в суд, уточнялись исковые требования только в части размера неустойки и убытков, производство по делу в связи с отказом истца от части требований не прекращалось.

Судебная коллегия Верховного Суда указала, что нижестоящими судами не учтено, что процессуальное действие истца в виде уточнения исковых требований не тождественно отказу от иска, а потому не может служить основанием для исчисления причитающегося потребителю штрафа без учета выплаченной ответчиком в ходе судебного разбирательства суммы.

Кроме того, Судебная коллегия не согласилась и с выводами судов об ограничении подлежащей взысканию с ответчика неустойки по день фактического исполнения обязательства суммой в размере 5000 руб.

Как разъяснено в п. 65 постановления Пленума Верховного Суда от 24 марта 2016 г. N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» <8>, по смыслу ст. 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограничена (например, п. 6 ст. 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» <9>).

— — — — — — — — — — — — — — — —

<8> Далее — постановление Пленума Верховного Суда от 24 марта 2016 г. N 7.

<9> Далее — Закон об ОСАГО.

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (ч. 1 ст. 7, ст. 8, п. 16 ч. 1 ст. 64 и ч. 2 ст. 70 Закона об исполнительном производстве).

Таким образом, при удовлетворении требования о взыскании неустойки по день фактического исполнения обязательства суд вправе ограничить срок или сумму такой неустойки только в случае, если это предусмотрено законом или договором.

В соответствии с п. 1 ст. 23 Закона о защите прав потребителей за нарушение предусмотренных ст. 20, 21 и 22 данного закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

Из буквального толкования положений данной нормы с учетом разъяснений, содержащихся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17, следует, что данная неустойка взыскивается за каждый день просрочки без ограничения какой-либо суммой.

С учетом изложенного Судебная коллегия признала ошибочным вывод судов о возможности ограничения размера данной неустойки.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 22 декабря 2020 г. N 46-КГ20-24-К6

8. За период действия моратория на возбуждение дел о банкротстве неустойка, предусмотренная Законом о защите прав потребителей, не взыскивается с юридического лица, на которое распространяется действие этого моратория

А. обратился в суд к изготовителю с иском о защите прав потребителя, указав, что в пределах гарантийного срока в приобретенном им автомобиле обнаружены существенные недостатки.

Разрешая данный спор, суд первой инстанции пришел к выводу о частичном удовлетворении иска, в том числе о взыскании с ответчика неустойки на основании ст. 23 Закона о защите прав потребителей за каждый день просрочки возврата истцу уплаченной за товар суммы начиная со дня, следующего за днем вынесения решения суда, по день фактического исполнения требований потребителя.

При этом суд признал ошибочным довод ответчика о распространении действия положений Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» <10> о введении моратория в виде прекращения начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей, на правоотношения, связанные с защитой прав потребителей, отметив также, что факт нарушения права истца на передачу товара надлежащего качества возник до введения моратория.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<10> Далее — Закон о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил судебные постановления нижестоящих судов без изменения.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации признала взыскание неустойки за период действия моратория на возбуждение дел о банкротстве не соответствующим закону по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 9.1 Закона о банкротстве для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами (далее для целей данной статьи — мораторий), на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

В акте Правительства Российской Федерации о введении моратория могут быть указаны отдельные виды экономической деятельности, предусмотренные Общероссийским классификатором видов экономической деятельности, а также отдельные категории лиц и (или) перечень лиц, пострадавших в результате обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, на которых распространяется действие моратория.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 г. N 428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников» в соответствии с п. 1 ст. 9.1 Закона о банкротстве введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении включенных в соответствующие перечни организаций, в частности в перечень системообразующих организаций российской экономики. Данный мораторий введен на 6 месяцев со дня официального опубликования постановления, то есть с 6 апреля 2020 г.

Из письма Министерства экономического развития Российской Федерации от 23 марта 2020 г. N 8952-РМ/Д18и «О перечне системообразующих организаций» следует, что изготовитель спорного товара включен в названный перечень.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда от 24 декабря 2020 г. N 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» <11> разъяснено, что целью введения моратория, предусмотренного указанной статьей, является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<11> Далее — постановление Пленума Верховного Суда от 24 декабря 2020 г. N 44.

В силу подп. 2 п. 3 ст. 9.1 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абз. 5 и 7 — 10 п. 1 ст. 63 названного закона. В частности, не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей (абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда от 24 декабря 2020 г. N 44, в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ), неустойка (ст. 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (ст. 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подп. 2 п. 3 ст. 9.1, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подп. 2 п. 3 ст. 9.1, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Вместе с тем, если при рассмотрении спора о взыскании неустойки или иных финансовых санкций, начисленных за период действия моратория, будет доказано, что ответчик, на которого распространяется мораторий, в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его введения, и ссылки данного ответчика на указанные обстоятельства являются проявлением заведомо недобросовестного поведения, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий поведения ответчика может удовлетворить иск полностью или частично, не применив возражения о наличии моратория (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в ответе на вопрос 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда 30 апреля 2020 г., одним из последствий введения моратория является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория (подп. 2 п. 3 ст. 9.1, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве). По смыслу п. 4 ст. 395 ГК РФ этот же правовой режим распространяется и на проценты, являющиеся мерой гражданско-правовой ответственности.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда в их совокупности следует, что в отношении включенных в перечень системообразующих организаций российской экономики с момента введения моратория, то есть с 6 апреля 2020 г., на 6 месяцев прекращается начисление неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория.

При таких обстоятельствах выводы судов о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика неустойки по день фактического исполнения обязательства за период действия моратория признаны Судебной коллегией Верховного Суда не соответствующими закону.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 7 июля 2021 г. N 46-КГ21-15-К6

Разрешение споров, возникающих при выполнении работ

(оказании услуг)

9. Подрядчик, принявший от заказчика полностью или частично оплату работ, не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор подряда не был заключен

Ч. обратилась в суд к индивидуальному предпринимателю с иском о защите прав потребителя, указав, что заключила с ответчиком договор на изготовление мебели, полностью оплатила заказ, однако в установленный срок работы не выполнены.

Претензия заказчика об отказе от договора, о возврате уплаченных денежных средств, выплате неустойки оставлена без удовлетворения.

Принимая решение о частичном удовлетворении иска о возврате уплаченных по договору сумм, взыскании неустойки, компенсации морального вреда и штрафа, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиком не исполнены обязанности по договору на изготовление мебели, чем нарушены права Ч. как потребителя.

Отменяя решение суда в части удовлетворения требований о взыскании неустойки, компенсации морального вреда, штрафа и принимая в данной части новое решение об отказе в удовлетворении перечисленных требований, суд апелляционной инстанции указал, что стороны не достигли соглашения по всем существенным условиям договора на изготовление мебели, в связи с чем к спорным правоотношениям не подлежат применению нормы Закона о защите прав потребителей, и пришел к выводу о наличии на стороне ответчика неосновательного обогащения за счет истца.

Суд кассационной инстанции с выводами суда апелляционной инстанции согласился.

Судебная коллегия Верховного Суда отменила постановления судов апелляционной и кассационной инстанций по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 730 ГК РФ по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным названным кодексом, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними (п. 3).

В силу п. 3 ст. 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1).

В п. 6 постановления Пленума Верховного Суда от 25 декабря 2018 г. N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» <12> разъяснено, что, если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (п. 3 ст. 432 ГК РФ).

— — — — — — — — — — — — — — — —

<12> Далее — постановление Пленума Верховного Суда от 25 декабря 2018 г. N 49.

Придя к выводу об отсутствии между сторонами договора на изготовление мебели, суд апелляционной инстанции не учел, что согласно установленным обстоятельствам дела Ч. полностью оплачена стоимость изготовления мебели и ее доставки, при этом исполнение истцом условий договора принято ответчиком, что в силу приведенных выше норм права исключает возможность заявления им возражений против иска по мотиву незаключенности договора.

Кроме того, Судебная коллегия обратила внимание судов на то, что спор возник в связи с заказом истцом у ответчика изготовления мебели, при этом суд апелляционной инстанции сам установил, что от исполнения договора отказался подрядчик.

При таких обстоятельствах неприменение судами апелляционной и кассационной инстанций Закона о защите прав потребителей признано Судебной коллегией Верховного Суда существенным нарушением норм материального права.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 22 июня 2021 г. N 45-КГ21-8-К7

10. При выполнении работы по договору бытового подряда с существенными недостатками заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков, не заявляя предварительно требование об устранении указанных недостатков в разумный срок

23 июля 2019 г. между Н. (заказчиком) и индивидуальным предпринимателем (подрядчиком) заключен договор подряда на проведение ремонтно-отделочных работ в квартире заказчика.

28 октября 2019 г. Н. направила в адрес подрядчика претензию, в которой, ссылаясь на выполнение работ с существенными недостатками, потребовала возвратить уплаченные за материалы и работу суммы, а также возместить убытки, связанные с необходимостью устранения недостатков работ. Ответчик претензию не удовлетворил.

Удовлетворяя частично исковые требования Н. и отказывая индивидуальному предпринимателю во встречном иске о взыскании стоимости неоплаченных работ, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, пришел к выводу о наличии у Н. права отказаться от исполнения договора бытового подряда и потребовать возмещения причиненных убытков без заявления предварительного требования об устранении недостатков, поскольку установил, что ремонтно-отделочные работы выполнены ответчиком с существенными недостатками.

При этом суд принял во внимание заключение эксперта, которым установлено несоответствие выполненных подрядчиком строительных и отделочных работ в виде устройства перегородок, облицовки стен, подвесного потолка, монтажа системы энергоснабжения требованиям дизайн-проекта и соответствующих СНиП. В качестве ремонтного воздействия экспертом предложен полный демонтаж всех перегородок, потолка, системы энергоснабжения и выполнение полного цикла отделочных работ после проведения всех предшествующих работ.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил судебные постановления нижестоящих судов без изменения.

Рассматривая дело по кассационной жалобе индивидуального предпринимателя, Судебная коллегия Верховного Суда не нашла оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений, указав следующее.

В силу п. 3 ст. 723 ГК РФ, если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

Пунктом 1 ст. 29 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги).

Согласно преамбуле Закона о защите прав потребителей под существенным недостатком товара (работы, услуги) понимается неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

Приведенные правовые нормы предусматривают право заказчика в случае выполнения работ с существенными недостатками отказаться от исполнения договора бытового подряда и потребовать от подрядчика возмещения причиненных убытков без предварительного заявления заказчиком требования об устранении недостатков работ в разумный срок.

С учетом изложенного Судебная коллегия Верховного Суда признала выводы судов трех инстанций по данному спору соответствующими закону.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 8 июня 2021 г. N 46-КГ21-10-К6

11. Туроператор отвечает за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору о реализации туристского продукта независимо от условий агентского договора и исполнения их турагентом

Организация по защите прав потребителей, действующая в интересах Щ., обратилась в суд с иском к турагенту и туроператору о взыскании денежных средств, уплаченных по договору реализации туристского продукта, неустойки за нарушение сроков удовлетворения требований потребителя, компенсации морального вреда и штрафа.

В обоснование требований указано, что 16 февраля 2018 г. между Щ. и турагентом заключен договор о подборе, бронировании и приобретении туристского продукта для пятерых человек, включая Щ. и ее несовершеннолетних детей.

Получив от Щ. оплату в полном объеме, турагент осуществил бронирование туристского продукта у туроператора, который принял соответствующую заявку, подтвердил ее и присвоил номер в системе, однако впоследствии аннулировал заявку в связи с неоплатой.

Принимая решение о частичном удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, установив, что турагент не выполнил свои обязательства по агентскому договору и не перечислил туроператору уплаченную истцом по договору денежную сумму, в результате чего последний не смог сформировать туристский продукт, пришел к выводу, что ответственность перед истцом за неисполнение обязательств по договору о подборе и бронировании тура несет турагент.

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя частично исковые требования за счет туроператора, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору о реализации туристского продукта перед туристом и (или) иным заказчиком несет туроператор, поскольку условия агентского договора не должны нарушать права туриста на получение оплаченной им услуги по предоставлению туристского продукта.

Кассационный суд общей юрисдикции, отменяя апелляционное определение и оставляя в силе решение суда первой инстанции, указал, что в силу Федерального закона от 24 ноября 1996 г. N 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности» <13> и заключенного между ответчиками агентского договора ответственность перед туристами за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по передаче туроператору денежных средств за туристский продукт несет турагент.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<13> Далее — Закон об основах туристской деятельности.

Судебная коллегия Верховного Суда, отменяя постановление суда кассационной инстанции и направляя дело на новое кассационное рассмотрение, руководствовалась следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 1 Закона об основах туристской деятельности туристский продукт — комплекс услуг по перевозке и размещению, оказываемых за общую цену (независимо от включения в общую цену стоимости экскурсионного обслуживания и (или) других услуг) по договору о реализации туристского продукта.

Согласно положениям ст. 9 названного закона туроператор обеспечивает оказание туристам всех услуг, входящих в туристский продукт, самостоятельно или с привлечением третьих лиц, на которых туроператором возлагается исполнение части или всех его обязательств перед туристами и (или) иными заказчиками.

Туроператор и турагент несут предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств как друг перед другом, так и перед туристом и (или) иным заказчиком. Туроператор и турагент самостоятельно отвечают перед туристом и (или) иным заказчиком.

По договору о реализации туристского продукта, заключенному турагентом, туроператор несет ответственность за неоказание или ненадлежащее оказание туристу и (или) иному заказчику услуг, входящих в туристский продукт, независимо от того, кем должны были оказываться или оказывались эти услуги.

Туроператор отвечает перед туристами или иным заказчиком за действия (бездействие) третьих лиц, если федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации не установлено, что ответственность перед туристами несет третье лицо.

Частью 1 ст. 10 Закона об основах туристской деятельности предусмотрено, что реализация туристского продукта осуществляется на основании договора, заключаемого в письменной форме между туроператором и туристом и (или) иным заказчиком, а в случаях, предусмотренных Законом об основах туристской деятельности, между турагентом и туристом и (или) иным заказчиком. Указанный договор должен соответствовать законодательству Российской Федерации, в том числе законодательству о защите прав потребителей.

В силу ст. 4 Закона о защите прав потребителей исполнитель обязан оказать услугу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям. Если исполнитель при заключении договора был поставлен потребителем в известность о конкретных целях оказанной услуги, исполнитель обязан оказать услугу, пригодную для использования в соответствии с этими целями. Если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к услуге, исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую данным требованиям.

В соответствии с п. 1 ст. 29 данного закона потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками оказанной услуги. Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

Согласно п. 2 постановления Правительства Российской Федерации от 18 июля 2007 г. N 452 «Об утверждении Правил оказания услуг по реализации туристского продукта» под потребителем понимается заказчик туристского продукта, имеющий намерение заказать или заказывающий и использующий туристский продукт исключительно для личных, семейных и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Под исполнителем понимается туроператор, который заключает с потребителем договор о реализации туристского продукта, а также турагент, действующий на основании договора со сформировавшим туристский продукт туроператором и по его поручению заключающий договоры о реализации сформированного туроператором туристского продукта в соответствии с Законом об основах туристской деятельности и Гражданским кодексом Российской Федерации.

В п. 48 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что при разрешении дел по искам о защите прав потребителей необходимо иметь в виду, что по общему правилу изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) является субъектом ответственности вне зависимости от участия в отношениях по сделкам с потребителями третьих лиц (агентов).

По сделкам с участием граждан-потребителей агент (посредник) может рассматриваться самостоятельным субъектом ответственности в силу ст. 37 Закона о защите прав потребителей, п. 1 ст. 1005 ГК РФ, если расчеты по такой сделке совершаются им от своего имени. При этом размер ответственности посредника ограничивается величиной агентского вознаграждения, что не исключает права потребителя требовать возмещения убытков с основного исполнителя (принципала).

Пункт 50 указанного постановления Пленума предусматривает, что при применении законодательства о защите прав потребителей к отношениям, связанным с оказанием туристских услуг, судам надлежит учитывать, что ответственность перед туристом и (или) иным заказчиком за качество исполнения обязательств по договору о реализации туристского продукта, заключенному турагентом как от имени туроператора, так и от своего имени, несет туроператор (в том числе за неоказание или ненадлежащее оказание туристам услуг, входящих в туристский продукт, независимо от того, кем должны были оказываться или оказывались эти услуги), если федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации не установлено, что ответственность перед туристами несет третье лицо (ст. 9 Закона об основах туристской деятельности).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда в их совокупности следует, что ответственность перед туристом за исполнение обязательств по договору о реализации туристского продукта, заключенному турагентом как от имени туроператора, так и от своего имени, несет туроператор, а содержание агентского договора между турагентом и туроператором на права потребителя не влияет.

Таким образом, перечисление турагентом туроператору внесенных туристом денежных средств в счет оплаты договора не в полном объеме не свидетельствует о наличии оснований для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании с туроператора денежной суммы, равной общей цене туристского продукта за вычетом агентского вознаграждения.

Между тем, отменяя апелляционное определение и оставляя в силе решение суда первой инстанции, кассационный суд общей юрисдикции приведенные выше положения закона и разъяснения Пленума Верховного Суда не учел.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 8 декабря 2020 г. N 78-КГ20-43-К3

12. Односторонний отказ исполнителя от исполнения публичного договора возмездного оказания услуг в отсутствие нарушений со стороны потребителя не допускается

8 декабря 2018 г. между У. и спортивным клубом <14> заключен договор об оказании физкультурно-оздоровительных услуг, предусматривающий членство в данном клубе.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<14> Далее — клуб.

22 января 2019 г. клуб в одностороннем порядке расторг указанный договор в связи с тем, что У. написала на сайте клуба отзыв, который, по мнению исполнителя, содержал ложные сведения, порочащие деловую репутацию клуба, его членов и сотрудников.

Отказывая в удовлетворении иска У. о признании недействительным одностороннего расторжения договора, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, пришел к выводу о том, что в силу положений п. 2 ст. 782 ГК РФ ответчик вправе отказаться от исполнения договора в одностороннем порядке без ссылки на какие-либо обстоятельства.

Кроме того, суд указал, что У. нарушила п. 2.8 правил клуба, с которыми была ознакомлена при заключении договора.

Отклоняя доводы истца о том, что заключенный сторонами договор об оказании физкультурно-оздоровительных услуг является публичным, суд апелляционной инстанции исходил из того, что по условиям договора и правил членом клуба является лицо, не имеющее противопоказаний к занятиям спортом по состоянию здоровья, следовательно, спорный договор предусматривает объективные критерии для лиц, имеющих намерение заключить такой договор, а потому у ответчика отсутствует обязанность заключить договор с каждым, кто к нему обратится.

Кассационным судом общей юрисдикции судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций оставлены без изменения.

Судебная коллегия Верховного Суда признала выводы судов не соответствующими требованиям закона по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 426 ГК РФ публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.).

В п. 15 постановления Пленума Верховного Суда от 25 декабря 2018 г. N 49 разъяснено, что публичным признается договор, который заключается лицом, обязанным по характеру деятельности продавать товары, выполнять работы, оказывать услуги в отношении каждого, кто к нему обратится, например договоры в сфере розничной торговли, перевозки транспортом общего пользования, оказания услуг связи, энергоснабжения, медицинского, гостиничного обслуживания (п. 1 ст. 426 ГК РФ).

К лицам, обязанным заключить публичный договор, исходя из положений п. 1 ст. 426 ГК РФ относятся коммерческая организация, некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, а равно индивидуальный предприниматель, которые по характеру своей деятельности обязаны продавать товары, выполнять работы и/или оказывать услуги в отношении каждого, кто к ним обратится (потребителя) (абз. 1 п. 16 постановления Пленума Верховного Суда от 25 декабря 2018 г. N 49).

Следовательно, в публичном договоре одной из сторон является продавец (исполнитель), который занимается предпринимательской деятельностью и, как правило, реализует социально необходимые и публично значимые товары (работы, услуги).

Предмет договора по данному делу составляют физкультурно-оздоровительные услуги, оказываемые соответствующей организацией, и их оплата гражданином. Эти услуги заключаются в создании условий для систематических занятий спортом, развитии общей физической подготовки гражданина, контроле за тренировочным процессом. При этом объективные критерии для лиц, обращающихся за заключением такого договора, в виде отсутствия противопоказаний к занятиям спортом по состоянию здоровья свидетельствуют о том, что клуб обязан заключить договор с каждым, кто будет соответствовать указанным требованиям.

Таким образом, названные судом апелляционной инстанции критерии для лиц, обращающихся за заключением договора об оказании физкультурно-оздоровительных услуг, в виде отсутствия противопоказаний к занятиям спортом по состоянию здоровья не могут являться основанием для вывода о том, что заключенный между сторонами договор не обладает признаками публичного договора.

Как разъяснено в абз. 1 — 3 п. 21 постановления Пленума Верховного Суда от 25 декабря 2018 г. N 49, по смыслу п. 2 ст. 310, п. 3 ст. 426, ст. 450.1 ГК РФ не связанный с нарушением со стороны потребителя односторонний отказ лица, обязанного заключить публичный договор, от исполнения публичного договора не допускается, в том числе в случаях, предусмотренных правилами об отдельных видах договоров, например ст. 782 ГК РФ. Односторонний отказ от исполнения публичного договора, связанный с нарушением со стороны потребителя, допускается, если право на такой отказ предусмотрено законом для договоров данного вида, например п. 2 ст. 896 ГК РФ. Если односторонний отказ от исполнения публичного договора совершен в нарушение указанных требований закона, то он не влечет юридических последствий, на которые был направлен.

Таким образом, односторонний отказ от договора об оказании физкультурно-оздоровительных услуг, являющегося публичным, со ссылкой на ст. 782 ГК РФ не допустим, если он не обусловлен нарушениями договора со стороны потребителя.

Исходя из исковых требований и регулирующих спорные отношения норм материального права юридически значимым обстоятельством по данному делу являлось установление либо отсутствие факта нарушения У. условий заключенного сторонами договора об оказании физкультурно-оздоровительных услуг и правил клуба.

Пунктом 8.2 указанного договора предусмотрено право клуба расторгнуть договор в одностороннем внесудебном порядке и отказаться от исполнения своих обязательств по нему в случае однократного нарушения членом правил клуба.

Согласно п. 2.8 правил клуба его члену не разрешается распространять ложные сведения, порочащие деловую репутацию клуба, его членов и сотрудников в социальных сетях, в СМИ, в государственных органах и учреждениях, а также необоснованно неконструктивно критиковать деятельность клуба и его сотрудников.

Соглашаясь с доводом ответчика о нарушении истцом п. 2.8 правил клуба, суд не указал, в чем именно выразилось данное нарушение, и не отразил в своем решении результаты оценки доказательств, подтверждающих данные обстоятельства (ст. 67, 198 ГПК).

С учетом изложенного Судебная коллегия Верховного Суда признала незаконным вывод судов о праве клуба на односторонний отказ от договора об оказании физкультурно-оздоровительных услуг.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 20 апреля 2021 г. N 78-КГ21-12-К3

13. Возмещение (полное или частичное) потребителю стоимости утраченного при перевозке товара не является основанием для отказа в компенсации морального вреда

П. обратилась в суд с иском к транспортной компании о взыскании стоимости строительных материалов, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа, указав, что ответчик, приняв груз для перевозки, свои обязательства не исполнил.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что между сторонами сложились правоотношения в области транспортно-экспедиционной деятельности, регулируемые гл. 41 ГК РФ, Федеральным законом от 30 июня 2003 г. N 87-ФЗ «О транспортно-экспедиционной деятельности» и Законом о защите прав потребителей, в связи с чем, установив, что причиненный истцу ущерб в размере объявленной стоимости груза возмещен до подачи иска, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для предъявления к экспедитору требований в большем размере.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил судебные постановления нижестоящих судов без изменения.

Судебная коллегия Верховного Суда признала выводы судов не соответствующими требованиям закона по следующим основаниям.

В соответствии с преамбулой Закона о защите прав потребителей данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Как разъяснено в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17, если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Согласно ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Таким образом, основанием для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда является сам факт нарушения прав потребителей, при этом возмещение материального ущерба не освобождает от ответственности за причиненный моральный вред.

По данному делу судами установлен факт нарушения прав П. как потребителя вследствие повреждения и утраты при перевозке приобретенного ею товара.

В силу приведенных норм права полная или частичная выплата потребителю стоимости утраченного товара сама по себе основанием для отказа в компенсации морального вреда не является.

В соответствии с п. 4 ст. 13 названного закона изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно разъяснению, содержащемуся в абз. 1 п. 28 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17, при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Таким образом, обязанность доказать наличие оснований освобождения от ответственности возложена на изготовителя (исполнителя, уполномоченную организацию или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера).

В связи с изложенным вывод судебных инстанций об отказе в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда нельзя признать не соответствующим закону.

Кроме того, Судебная коллегия Верховного Суда указала на ошибочность вывода судов о том, что П. является стороной договора транспортной экспедиции, поскольку это не следует из установленных по делу обстоятельств.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 30 марта 2021 г. N 78-КГ20-71-К3

14. Отношения, вытекающие из договора строительного подряда на выполнение работ в апартаменте, приобретенном истцом для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, регулируются Законом о защите прав потребителей

Н. обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю о защите прав потребителя, указав, что между сторонами заключен договор строительного подряда, в соответствии с которым ответчик обязался выполнить комплекс строительно-монтажных работ в апартаменте, однако от исполнения данной обязанности уклонился, работы в установленный срок не закончил, отказался возвратить уплаченную истцом сумму.

Направляя дело на рассмотрение в другой суд, суд первой инстанции указал на то, что назначение помещения (апартамент) — нежилое, то есть не предназначенное для постоянного проживания граждан, а потому к спорным правоотношениям не применимы положения Закона о защите прав потребителей, а следовательно, и с учетом положений ст. 28, 33 ГПК РФ гражданское дело подлежит рассмотрению по месту регистрации ответчика.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Кассационный суд общей юрисдикции оснований для отмены судебных постановлений не усмотрел.

Судебная коллегия Верховного Суда признала состоявшиеся по делу судебные постановления вынесенными с существенным нарушением норм права и направила дело на рассмотрение в суд первой инстанции, указав следующее.

В соответствии с преамбулой Закона о защите прав потребителей данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Исполнителем является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой — организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

По общему правилу, установленному ст. 28 ГПК РФ, иск предъявляется в суд по месту жительства ответчика. Иск к организации предъявляется в суд по месту нахождения организации.

В соответствии с ч. 7 ст. 29 ГПК РФ иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены также в суд по месту жительства или месту пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора, за исключением исков о защите прав и законных интересов группы лиц.

Делая вывод о том, что Закон о защите прав потребителей не распространяется на сложившиеся между сторонами правоотношения, суд в нарушение требований ч. 4 ст. 198 ГПК РФ не указал конкретную норму действующего законодательства, устанавливающую ограничения в использовании апартаментов для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Согласно договору строительного подряда ответчик принял на себя обязательство произвести ремонт в апартаменте, принадлежащем истцу на праве собственности.

В определении суда указано, что апартамент в жилищном комплексе приобретен истцом для постоянного проживания, иное судом не установлено, как и не имеется в материалах дела доказательств того, что истец планировала использовать его для осуществления предпринимательской деятельности, а потому вывод суда о том, что к сложившимся правоотношениям не применимы положения Закона о защите прав потребителей, не основан на законе.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 30 марта 2021 г. N 78-КГ20-66-К3

Разрешение споров, возникающих между потребителями финансовых услуг и финансовыми организациями

15. Неисполнение туроператором обязательств по договору о реализации туристского продукта в связи с прекращением туроператорской деятельности по причине невозможности исполнения туроператором всех обязательств по таким договорам является страховым случаем независимо от того, что публичное заявление туроператора об этом или решение уполномоченного федерального органа исполнительной власти об исключении туроператора из реестра, с момента которых страховой случай считается наступившим, произошли позднее

Если исчерпание страхового лимита произошло после неправомерного отказа страховщика в удовлетворении своевременно заявленного требования потребителя об осуществлении страхового возмещения, на страховщика может быть возложена обязанность возместить убытки, причиненные неисполнением данного обязательства.

13 сентября 2018 г. С. заключила с туроператором договор о реализации туристского продукта — тура на двоих туристов с 4 по 11 октября 2018 г., включающего перелет, групповой трансфер, размещение и проживание в отеле 5* на семь ночей с питанием, медицинские страховки.

Свои обязательства по оплате туристского продукта С. выполнила в полном объеме.

15 октября 2018 г. туроператор уведомил Федеральное агентство по туризму о прекращении туроператорской деятельности по причине невозможности исполнить все обязательства по договорам о реализации туристского продукта.

16 октября 2018 г. приказом Федерального агентства по туризму сведения о туроператоре исключены из Единого федерального реестра туроператоров.

Гражданская ответственность туроператора за неисполнение обязательств по договору о реализации туристского продукта застрахована страховой компанией по договору от 27 марта 2018 г. на срок с 21 июня 2018 г. по 20 июня 2019 г. со страховой суммой 50 000 000 руб.

С. обращалась в страховую компанию 24 октября 2018 г. с заявлением и 15 декабря 2018 г. с претензией о выплате страхового возмещения по договору страхования гражданской ответственности туроператора, которые оставлены без удовлетворения.

Отказывая в удовлетворении иска С. к страховой компании, суд первой инстанции указал на то, что истец не имеет права на получение страхового возмещения, поскольку неисполнение туроператором обязательств по договору о реализации туристского продукта имело место до заявления туроператора о прекращении своей деятельности, то есть до наступления страхового случая.

Кроме того, суд сослался на то, что страховщик исчерпал установленный договором страхования лимит ответственности в размере 50 000 000 руб., что также является основанием для отказа в иске.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Кассационный суд общей юрисдикции оставил судебные постановления нижестоящих судов без изменения.

Судебная коллегия Верховного Суда признала выводы судов не соответствующими требованиям закона по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Страхование риска ответственности за нарушение договора допускается в случаях, предусмотренных законом (п. 1 ст. 932 ГК РФ).

В п. 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015—1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» предусмотрено, что страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Таким образом, страховой случай включает наступившую опасность и причиненный вследствие этой опасности вред. По общему правилу, юридически значимым для страхового случая является трехэлементный состав, включающий в себя: 1) опасность, от которой производится страхование, 2) факт причинения вреда (убытков), 3) причинно-следственную связь между ними.

Вместе с этим законодательство не исключает возможности дополнения названного состава указанием на иные обстоятельства. Такое дополнение может быть предусмотрено законом или договором. При этом указание на наличие тех или иных дополнительных обстоятельств при описании страхового случая позволяет выяснить, наступил или не наступил страховой случай, учитывая, что иногда момент, когда опасность начала причинять вред, определить затруднительно.

Так, согласно абз. 1 — 3 ст. 17.6 Закона об основах туристской деятельности туроператор в порядке и на условиях, которые установлены данным законом, за свой счет осуществляет страхование риска своей ответственности, которая может наступить вследствие неисполнения им обязательств по договору о реализации туристского продукта по причине прекращения своей деятельности.

Объектом страхования ответственности туроператора являются имущественные интересы туроператора, связанные с риском возникновения обязанности возместить туристам и (или) иным заказчикам реальный ущерб, возникший в результате неисполнения туроператором своих обязательств по договору о реализации туристского продукта в связи с прекращением туроператорской деятельности по причине невозможности исполнения туроператором всех обязательств по договорам о реализации туристского продукта.

Страховым случаем по договору страхования ответственности туроператора является неисполнение туроператором своих обязательств по договору о реализации туристского продукта в связи с прекращением туроператорской деятельности по причине невозможности исполнения туроператором всех обязательств по договорам о реализации туристского продукта.

В силу ст. 17.4 названного закона страховщик обязан выплатить страховое возмещение по договору страхования ответственности туроператора по письменному требованию туриста и (или) иного заказчика, заключивших договор о реализации туристского продукта, при наступлении страхового случая (абз. 1).

Основанием для выплаты страхового возмещения по договору страхования ответственности туроператора либо уплаты денежной суммы по банковской гарантии является факт причинения туристу и (или) иному заказчику реального ущерба по причине неисполнения туроператором своих обязательств по договору о реализации туристского продукта в связи с прекращением туроператорской деятельности по причине невозможности исполнения туроператором всех обязательств по договорам о реализации туристского продукта. При этом датой страхового случая считается день, когда туроператор публично заявил о прекращении туроператорской деятельности по причине невозможности исполнения туроператором всех обязательств по договорам о реализации туристского продукта. В случае, если туроператор не сделал такого заявления, но прекратил туроператорскую деятельность по указанной причине, о чем уполномоченному федеральному органу исполнительной власти стало известно, датой страхового случая считается день принятия уполномоченным федеральным органом исполнительной власти решения об исключении туроператора из реестра на основании абз. 16 ч. 15 ст. 4.2 Закона об основах туристской деятельности (абз. 3).

Под реальным ущербом, подлежащим возмещению в рамках страхового возмещения по договору страхования ответственности туроператора или банковской гарантии, понимаются расходы туриста и (или) иного заказчика на оплату услуг по перевозке и (или) размещению по договору о реализации туристского продукта (абз. 4).

Из приведенных правовых норм в их взаимосвязи следует, что страховой случай по договору страхования риска ответственности туроператора представляет собой сложный юридический состав, опосредованный возникновением совокупности последовательных и связанных между собой событий и действий: неисполнение туроператором своих обязательств по договору о реализации туристского продукта в связи с прекращением туроператорской деятельности по причине невозможности исполнения туроператором всех обязательств по договорам о реализации туристского продукта (опасность, от которой производится страхование); установление факта причинения реального ущерба туристу и (или) иному заказчику в период действия договора страхования; наличие причинно-следственной связи между причинением реального ущерба и неисполнением туроператором своих обязательств по договору о реализации туристского продукта в связи с прекращением туроператорской деятельности по причине невозможности исполнения туроператором всех обязательств по договорам о реализации туристского продукта; публичное заявление туроператора о прекращении своей деятельности по названным причинам или день принятия уполномоченным федеральным органом исполнительной власти решения об исключении туроператора из реестра (дополнительные обстоятельства).

В случае формирования данного сложного юридического состава у страховщика возникает обязательство по выплате страхового возмещения, и происходит реализация финансового обеспечения ответственности туроператора.

При этом, как следует из содержания указанных норм, закон не устанавливает зависимость наступления факта причинения ущерба туристу и (или) иному заказчику в период действия договора страхования от дат начала или окончания тура.

Учитывая изложенное, а также то, что страховой случай (неисполнение туроператором своих обязательств по договору о реализации туристского продукта в связи с прекращением туроператорской деятельности по причине невозможности исполнения туроператором всех обязательств по договорам о реализации туристского продукта) наступает в момент причинения вреда, не всегда связанный с моментом выявления страхового случая, наличие в названном выше сложном юридическом составе указания на дополнительное обстоятельство — публичное заявление туроператора о прекращении своей деятельности или день принятия уполномоченным федеральным органом исполнительной власти решения об исключении туроператора из реестра с учетом положений ст. 421 ГК РФ — следует расценивать как указание на момент, когда становится известно о наступлении страхового случая и с которого начинается осуществление страховых выплат.

Таким образом, суду при разрешении данного спора следовало установить факт прекращения туроператорской деятельности по названной в законе причине и наличие причинно-следственной связи между указанным событием и причиненными туристу убытками, что сделано не было.

Кроме того, Судебная коллегия Верховного Суда указала, что ссылка суда на исчерпание страхового лимита, произошедшее после неправомерного отказа страховщика в удовлетворении своевременно заявленного требования об осуществлении страхового возмещения, не может служить безусловным основанием для возложения на туриста связанных с этим неблагоприятных последствий и освобождения страховщика от ответственности.

Так, если на момент обращения истца за страховой выплатой данный лимит не был исчерпан, а отказ в страховой выплате являлся необоснованным, на страховщика в силу п. 1 ст. 393 ГК РФ может быть возложена обязанность возместить убытки, причиненные неисполнением своего обязательства.

С учетом изложенного Судебная коллегия Верховного Суда, признав существенными допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права, отменила судебные постановления судов апелляционной и кассационной инстанций и направила дело на новое апелляционное рассмотрение.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 7 сентября 2021 г. N 4-КГ21-39-К1

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии Верховного Суда от 21 июля 2021 г. N 45-КГ21-10-К7.

16. При несоблюдении срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства или срока осуществления страховой выплаты страховщик уплачивает потерпевшему неустойку, предусмотренную абз. 2 п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО, за каждый день просрочки начиная со дня, следующего за днем, когда страховщик должен был выдать направление на ремонт или выплатить надлежащее страховое возмещение, и до дня фактического исполнения данной обязанности

17 апреля 2018 г. Ч. обратилась в страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая.

23 июля 2019 г., ссылаясь на невыдачу в установленный законом срок направления на ремонт автомобиля, Ч. обратилась к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения, неустойки, финансовой санкции, компенсации морального вреда, которое оставлено без удовлетворения.

4 октября 2019 г. уполномоченным по правам потребителей финансовых услуг <15> принято решение о взыскании в пользу Ч. со страховой компании страхового возмещения в размере 39 600 руб. и финансовой санкции в размере 1800 руб. Также финансовый уполномоченный постановил, что в случае неисполнения страховщиком обязанности по выплате страхового возмещения в течение десяти рабочих дней после вступления решения в силу со страховой компании в пользу Ч. подлежит взысканию неустойка за период с 15 мая 2018 г. по дату фактического исполнения обязательства исходя из ставки 1% в день от суммы 39 600 руб., но не более 100 000 руб. с учетом суммы финансовой санкции.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<15> Далее — финансовый уполномоченный.

11 октября 2019 г. во исполнение данного решения страховщик перечислил Ч. страховое возмещение в размере 39 600 руб. и 14 октября 2019 г. — финансовую санкцию в размере 1800 руб.

Ч. обратилась в суд к страховой компании с иском о взыскании неустойки за период с 15 мая 2018 г. по 11 октября 2019 г. в размере 99 550 руб., компенсации морального вреда в размере 3000 руб.

Решением мирового судьи, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, с ответчика в пользу Ч. взысканы неустойка в размере 40 000 руб. и компенсация морального вреда в размере 1000 руб. При этом мировой судья исходил из того, что страховщик не исполнил свою обязанность по выдаче истцу направления на ремонт поврежденного транспортного средства в срок до 15 мая 2018 г.

Кассационный суд общей юрисдикции отменил апелляционное определение и направил дело на новое апелляционное рассмотрение, указав, что нижестоящие суды не учли положения ч. 1 ст. 24 Федерального закона от 4 июня 2018 г. N 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» <16>, согласно которым исполнение финансовой организацией вступившего в силу решения финансового уполномоченного признается надлежащим исполнением финансовой организацией обязанностей по соответствующему договору с потребителем финансовых услуг об оказании ему или в его пользу финансовой услуги.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<16> Далее — Закон о финансовом уполномоченном.

Судебная коллегия Верховного Суда признала кассационное определение вынесенным с существенным нарушением норм права, отменила его и направила дело на новое кассационное рассмотрение по следующим основаниям.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу п. 1 ст. 330 этого же кодекса неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определенной законом (законной неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты соглашением сторон (п. 1 ст. 332 ГК РФ).

В соответствии с п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, а в случае, предусмотренном п. 15.3 этой статьи, 30 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт транспортного средства с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано его транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, и срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с этим законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Из содержания приведенных норм Закона об ОСАГО следует, что неустойка за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты в необходимом размере или выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства подлежит уплате страховщиком за каждый день просрочки исполнения обязательства начиная со дня, следующего за днем, когда страховщик должен был выплатить надлежащее страховое возмещение или выдать направление на ремонт, и до дня фактического исполнения обязательства.

В силу ч. 1 ст. 24 Закона о финансовом уполномоченном исполнение финансовой организацией вступившего в силу решения финансового уполномоченного признается надлежащим исполнением финансовой организацией обязанностей по соответствующему договору с потребителем финансовых услуг об оказании ему или в его пользу финансовой услуги.

Вместе с тем согласно п. 2 ст. 16.1 Закона об ОСАГО надлежащим исполнением страховщиком своих обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств признается осуществление страховой выплаты или выдача отремонтированного транспортного средства в порядке и в сроки, которые установлены данным законом, а также исполнение вступившего в силу решения уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в соответствии с Законом о финансовом уполномоченном в порядке и в сроки, которые установлены указанным решением.

Согласно п. 5 названной статьи страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки (пени), суммы финансовой санкции и (или) штрафа, если обязательства страховщика были исполнены в порядке и в сроки, которые установлены данным законом, Законом о финансовом уполномоченном, а также если страховщик докажет, что нарушение сроков произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потерпевшего.

Таким образом, для освобождения страховщика от обязанности уплатить неустойку необходимо не только исполнение решения финансового уполномоченного, но и исполнение обязательства в порядке и сроки, которые установлены Законом об ОСАГО.

При ином толковании указанных правовых норм потерпевший, являющийся потребителем финансовых услуг, при разрешении вопроса о взыскании неустойки будет находиться в более невыгодном положении по сравнению с потерпевшим, не являющимся потребителем финансовых услуг (абз. 2 и 3 п. 1 ст. 16.1 Закона об ОСАГО), а страховая компания получит возможность в течение длительного времени уклоняться от исполнения обязательств по договору ОСАГО и неправомерно пользоваться причитающейся потерпевшему, являющемуся потребителем финансовых услуг, денежной суммой без угрозы применения каких-либо санкций до вынесения решения финансового уполномоченного, что противоречит закрепленной в ст. 1 Закона о финансовом уполномоченном цели защиты прав и законных интересов потребителей финансовых услуг.

Кроме того, Судебная коллегия Верховного Суда обратила внимание суда кассационной инстанции на то, что в соответствии с п. 5 ст. 16.1 Закона об ОСАГО в редакции, действовавшей на момент заключения договоров ОСАГО с владельцами транспортных средств, участвовавших в исследуемом дорожно-транспортном происшествии, и на момент наступления страхового случая, обязательства страховщика должны были исполняться исключительно в порядке и в сроки, которые установлены Законом об ОСАГО.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 13 апреля 2021 г. N 14-КГ21-3-К1

17. При предъявлении потребителем финансовых услуг в суд требования к финансовой организации, превышающего 500 000 руб. (за исключением требований, вытекающих из договора ОСАГО), предварительное обращение к финансовому уполномоченному не требуется

Е. обратился в суд к страховщику с иском о взыскании страхового возмещения по договору страхования транспортного средства в размере 1 158 000 руб.

Оставляя исковое заявление без рассмотрения по существу, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями ст. 222 ГПК РФ, исходил из того, что истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, предусмотренный договором страхования.

Кассационный суд общей юрисдикции, оставляя судебные постановления нижестоящих судов без изменения, указал, что Законом о финансовом уполномоченном для данной категории дел с 1 июня 2019 г. установлен обязательный досудебный порядок, который истцом не соблюден.

Судебная коллегия Верховного Суда отменила состоявшиеся по делу судебные постановления, как вынесенные с существенным нарушением норм процессуального права, и направила дело на рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Законом о финансовом уполномоченном, вступившим в силу с 3 сентября 2018 г. (ч. 1 ст. 32 этого закона), за исключением отдельных положений, вступающих в силу в иные сроки, введен институт обязательного досудебного урегулирования споров между потребителями финансовых услуг и финансовыми организациями.

Согласно взаимосвязанным положениям ч. 1 ст. 28 и ст. 32 названного закона указанный обязательный досудебный порядок в отношении страховых организаций, осуществляющих деятельность по обязательному страхованию гражданской ответственности владельцев транспортных средств, по добровольному страхованию гражданской ответственности владельцев автотранспортных средств и по страхованию средств наземного транспорта (за исключением средств железнодорожного транспорта), к которому, в частности, относится добровольное страхование автотранспортных средств, введен с 1 июня 2019 г.

Следовательно, с 1 июня 2019 г. потребители финансовых услуг обязаны до предъявления к страховщику исков, вытекающих из договоров страхования автотранспортных средств, — вне зависимости от даты их заключения — обратиться с соответствующим заявлением к финансовому уполномоченному.

Вместе с тем в ч. 3 ст. 15 Закона о финансовом уполномоченном предусмотрены условия, при которых потребитель финансовых услуг вправе заявить указанные требования в соответствии с Законом о защите прав потребителей в судебном порядке без направления обращения финансовому уполномоченному. Одним из таких условий является обращение потребителя финансовых услуг в суд с требованием к финансовой организации, превышающим 500 000 руб., если это требование не вытекает из Закона об ОСАГО.

Поскольку истцом заявлено требование о взыскании страхового возмещения по договору добровольного страхования автотранспортного средства в размере 1 158 000 руб., вывод суда кассационной инстанции о необходимости соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора путем обращения к финансовому уполномоченному является ошибочным.

Иной досудебный порядок урегулирования споров по данной категории дел федеральным законом не предусмотрен.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 2 марта 2021 г. N 16-КГ20-27-К4

18. В случае необоснованного прекращения финансовым уполномоченным рассмотрения обращения потребителя финансовых услуг досудебный порядок считается соблюденным, и спор между потребителем финансовых услуг и финансовой организацией рассматривается судом по существу

9 октября 2019 г. Р. направила в страховую компанию заявление о страховом возмещении на основании п. 6 ст. 12 Закона об ОСАГО в связи со смертью 7 февраля 2019 г. в результате дорожно-транспортного происшествия ее сына Д.

Страховщик отказал в осуществлении данной выплаты, сославшись на необходимость предоставления вступившего в законную силу решения суда об установлении факта нахождения Р. на иждивении умершего Д.

Не согласившись с данным решением, Р. направила в адрес страховой компании претензию, в которой указала на наличие у нее права на получение страхового возмещения на основании ст. 87 Семейного кодекса Российской Федерации <17>, как нетрудоспособного лица, имевшего ко дню смерти Д. право на получение от него содержания.

— — — — — — — — — — — — — — — —

<17> Далее — СК РФ.

Страховщик в удовлетворении претензии отказал, повторно предложив предоставить соответствующее решение суда.

Решением финансового уполномоченного от 26 декабря 2019 г. рассмотрение обращения Р. прекращено в связи с непредоставлением документов, подтверждающих нахождение заявителя на иждивении умершего Д.

Суд первой инстанции, расценив действия Р. по непредоставлению запрашиваемых финансовым уполномоченным документов в качестве уклонения от соблюдения досудебного порядка урегулирования спора, пришел к выводу о возвращении иска на основании п. 1 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ.

Суд апелляционной инстанции согласился с определением о возвращении иска.

Кассационный суд общей юрисдикции оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений не усмотрел.

Судебная коллегия Верховного Суда признала состоявшиеся по делу судебные постановления основанными на неправильном применении права, отменила их и направила материал по исковому заявлению Р. в суд первой инстанции для решения вопроса о принятии иска к производству суда по следующим основаниям.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 25 Закона о финансовом уполномоченном потребитель финансовых услуг вправе заявлять в судебном порядке требования к финансовой организации, указанные в ч. 2 ст. 15 данного закона, в случае прекращения рассмотрения обращения финансовым уполномоченным в соответствии со ст. 27 этого закона.

Финансовый уполномоченный прекращает рассмотрение обращения в случае непредоставления потребителем финансовых услуг документов, разъяснений и (или) сведений в соответствии с данным законом, если это влечет невозможность рассмотрения обращения по существу (п. 2 ч. 1 ст. 27 названного закона).

В случае несогласия со вступившим в силу решением финансового уполномоченного потребитель финансовых услуг вправе в течение тридцати дней после дня вступления в силу указанного решения обратиться в суд и заявить требования к финансовой организации по предмету, содержащемуся в обращении, в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством. Копия обращения в суд подлежит направлению финансовому уполномоченному (ч. 3 ст. 25 указанного закона).

Поскольку Законом о финансовом уполномоченном не предусмотрено обжалование решений финансового уполномоченного об отказе в принятии к рассмотрению обращения потребителя финансовых услуг либо о прекращении им рассмотрения такого обращения, то в случае несогласия с таким решением финансового уполномоченного потребитель финансовых услуг, применительно к п. 3 ч. 1 ст. 25 этого закона, может предъявить в суд требования к финансовой организации с обоснованием мотивов своего несогласия с решением финансового уполномоченного о прекращении рассмотрения обращения.

Если судья при разрешении вопроса о принятии искового заявления или суд при рассмотрении дела придет к выводу об обоснованности решения о прекращении рассмотрения обращения потребителя финансовых услуг, досудебный порядок разрешения спора считается несоблюденным, в связи с чем исковое заявление потребителя, соответственно, возвращается судьей на основании п. 1 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ либо подлежит оставлению судом без рассмотрения на основании абз. 2 ст. 222 ГПК РФ.

В случае необоснованности решения финансового уполномоченного о прекращении рассмотрения обращения потребителя финансовых услуг досудебный порядок считается соблюденным, и спор между потребителем финансовых услуг и финансовой организацией рассматривается судом по существу.

Указанная правовая позиция содержится в ответе на вопрос N 2 «Разъяснений по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 4 июня 2018 г. N 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», утвержденных Президиумом Верховного Суда 18 марта 2020 г.

Возвращая исковое заявление Р., суд первой инстанции указал на то, что финансовый уполномоченный прекратил рассмотрение обращения потребителя финансовых услуг, поскольку последний не предоставил необходимые для разрешения обращения документы, запрошенные финансовым уполномоченным, и тем самым уклонился от соблюдения досудебного порядка урегулирования спора.

При этом судом не было учтено, что при несогласии потребителя финансовых услуг с прекращением рассмотрения его обращения финансовым уполномоченным в силу ст. 2 ГПК РФ и ст. 15 Закона о финансовом уполномоченном именно на суде лежит обязанность по проверке правильности установления обстоятельств, связанных с наличием или отсутствием оснований для прекращения рассмотрения обращения потребителя финансовых услуг финансовым уполномоченным.

При подаче искового заявления Р. указывала на несогласие с решением финансового уполномоченного о прекращении рассмотрения обращения с обоснованием мотивов своего несогласия (толкование применения п. 6 ст. 12 Закона об ОСАГО, абз. 2 п. 1 ст. 1088 ГК РФ и ст. 87 СК РФ), следовательно, суду при разрешении вопроса о принятии искового заявления к производству или разрешении дела необходимо было высказать свое суждение об обоснованности либо о необоснованности решения финансового уполномоченного о прекращении рассмотрения обращения потребителя финансовых услуг, учитывая, что страховая компания отказала в выплате страхового возмещения по документам, предоставленным истцом, однако финансовый уполномоченный по этим же документам отказался рассматривать обращение Р.

Ввиду изложенного Судебная коллегия Верховного Суда признала неправомерным возвращение искового заявления в связи с несоблюдением обязательного досудебного порядка урегулирования спора.

Определение Судебной коллегии Верховного Суда от 30 марта 2021 г. N 49-КГ21-9-К6

19. Обязательный досудебный порядок урегулирования спора, установленный Законом о финансовом уполномоченном, не распространяется на физическое лицо, которому требование к финансовой организации уступлено первоначальным кредитором, не являвшимся потребителем финансовых услуг.

К. обратился в суд к страховой компании с иском о взыскании страхового возмещения, сославшись на то, что в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине водителя З., ответственность которого застрахована ответчиком, поврежден автомобиль, принадлежащий обществу, которое уступило К. право требования по данному страховому случаю. В добровольном порядке страховая компания страховую выплату не произвела.

Решением суда первой инстанции требования истца удовлетворены частично, с ответчика в пользу К. взысканы страховое возмещение, неустойка, убытки, судебные расходы.

Отменяя решение суда и оставляя исковое заявление без рассмотрения, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился кассационный суд общей юрисдикции, применил к спорным правоотношениям положения Закона о финансовом уполномоченном, полагая, что на спорные правоотношения распространяется установленное данным законом требование об обязательном досудебном порядке урегулирования спора, которое истцом не выполнено.

Судебная коллегия Верховного Суда признала, что судебные постановления судов апелляционной и кассационной инстанций вынесены с существенным нарушением норм материального и процессуального права, отменила их и направила дело на новое апелляционное рассмотрение по следующим основаниям.

Согласно ч. 4 ст. 3 ГПК РФ заявление подается в суд после соблюдения претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, если это предусмотрено федеральным законом для данной категории споров.

В соответствии с ч. 2 ст. 25 Закона о финансовом уполномоченном потребители финансовых услуг вправе заявлять в судебном порядке отдельные требования к финансовой организации только после получения от финансового уполномоченного решения по их обращению.

При этом для целей данного закона под потребителем финансовых услуг понимается физическое лицо, являющееся стороной договора, либо лицом, в пользу которого заключен договор, либо лицом, которому оказывается финансовая услуга в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (ч. 2 ст. 2).

В случае перехода к иному лицу права требования потребителя финансовых услуг к финансовой организации у указанного лица также возникают обязанности, предусмотренные Законом о финансовом уполномоченном (ч. 3 ст. 2).

По смыслу приведенных выше правовых норм досудебный порядок урегулирования споров, установленный названным федеральным законом, распространяется только на физических лиц, которым финансовыми организациями оказываются финансовые услуги, не связанные с предпринимательской деятельностью потребителей, либо на их правопреемников.

Как следует из обжалуемых судебных постановлений и материалов дела, общество, которому принадлежит поврежденное транспортное средство, после наступления страхового случая передало право требования выплаты страхового возмещения К.

К. как цессионарий не отвечает признакам потребителя финансовых услуг, указанным в п. 2 ст. 2 Закона о финансовом уполномоченном, поскольку выгодоприобретателем по договору ОСАГО являлось юридическое лицо, а объем переданных истцу (физическому лицу) прав по договору цессии не свидетельствует о том, что истец стал потребителем оказываемых ответчиком финансовых услуг.

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции не имелось правовых оснований, предусмотренных абз. 2 ст. 222 ГПК РФ, для оставления искового заявления без рассмотрения в связи с несоблюдением К. досудебного порядка урегулирования спора.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 27 апреля 2021 г. N 18-КГ21-17-К4

20. Уменьшение судом на основании ст. 333 ГК РФ размера неустойки, взысканной решением финансового уполномоченного, допускается в исключительных случаях и с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что такое уменьшение неустойки является допустимым

Страховая компания обратилась в суд с заявлением об оспаривании решения финансового уполномоченного в части взыскания неустойки за нарушение срока выплаты страхового возмещения по договору ОСАГО, указав, что взысканная оспариваемым решением неустойка за просрочку страховой выплаты явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства (ст. 333 ГК РФ).

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, решение финансового уполномоченного изменено — размер неустойки на основании ст. 333 ГК РФ уменьшен до 25 000 руб.

Определением кассационного суда общей юрисдикции состоявшиеся по делу судебные постановления оставлены без изменения.

Кассационный суд общей юрисдикции оснований для отмены судебных постановлений не усмотрел.

Судебная коллегия Верховного Суда признала выводы судов об изменении решения финансового уполномоченного путем снижения неустойки не соответствующими нормам действующего законодательства по следующим основаниям.

В соответствии с п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, а в случае, предусмотренном п. 15.3 данной статьи, 30 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт транспортного средства с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано его транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, и срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении. При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с этим законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

В силу п. 1 ст. 333 ГК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17, применение ст. 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

В постановлении Пленума Верховного Суда от 24 марта 2016 г. N 7 разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (п. 73).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пп. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (п. 75).

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое уменьшение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.

При этом уменьшение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.

Кроме того, в отношении коммерческих организаций с потребителями, в частности с потребителями финансовых услуг, законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.

Таким образом, обстоятельства, которые могут служить основанием для уменьшения размера неустойки, имеют существенное значение для дела и должны быть поставлены судом на обсуждение сторон, установлены, оценены и указаны в судебных постановлениях (ч. 2 ст. 56, ст. 195, ч. 1 ст. 196, ч. 4 ст. 198 ГПК РФ).

Названные положения закона и разъяснения Пленума Верховного Суда судами применительно к обстоятельствам данного дела учтены не были.

Как установлено судами, просрочка ответчика, выплатившего страховое возмещение в сумме 900 руб. вместо 278 764 руб., составила 177 дней и продолжалась после вынесения судом решения о взыскании страхового возмещения.

Несмотря на то, что факт невыплаты страхового возмещения в указанном размере установлен судебным решением и просрочка являлась очевидной, страховщик в добровольном порядке претензию потерпевшего о выплате неустойки не удовлетворил, что повлекло для последнего необходимость обращаться за защитой своего права к финансовому уполномоченному.

Сведений об исполнении решения суда финансовому уполномоченному страховая компания не представила, нет таких сведений и в материалах дела.

В связи с длительной просрочкой неустойка превысила установленный законом лимит.

Несмотря на это, неустойка уменьшена судом с 491 819,28 руб. до 25 000 руб., то есть почти в 20 раз, и составила 0,05% в день вместо установленного законом 1% в день.

При этом судами не приведены какие-либо конкретные мотивы, обосновывающие допустимость уменьшения размера взыскиваемой неустойки, а страховщиком не представлено никаких обоснований исключительности данного случая и несоразмерности неустойки.

Исходя из изложенного, Судебная коллегия Верховного Суда пришла к выводу о том, что при рассмотрении данного дела судами допущены существенные нарушения норм материального и процессуального права, в связи с чем отменила принятые по делу судебные постановления и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 3 августа 2021 г. N 5-КГ21-70-К2

ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 28 июня 2012 г. N 17 О РАССМОТРЕНИИ СУДАМИ ГРАЖДАНСКИХ ДЕЛ ПО СПОРАМ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ

Повышение гарантий и эффективности средств защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов участников гражданских правоотношений при соблюдении требований закона является задачей гражданского судопроизводства.

Руководствуясь статьей 126 Конституции Российской Федерации, статьями 9, 14 Федерального конституционного закона от 7 февраля 2011 года N 1-ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации», в целях обеспечения единства практики применения судами законодательства, регулирующего отношения в области защиты прав потребителей, а также учитывая возникающие у судов при рассмотрении данной категории дел вопросы, Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дать судам следующие разъяснения:

Отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей

1. При рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой — организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации (далее — ГК РФ), Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300—1 «О защите прав потребителей» (далее — Закон о защите прав потребителей либо Закон), другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

2. Если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом положений статьи 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации (статьи 8 — 12), об ответственности за нарушение прав потребителей (статья 13), о возмещении вреда (статья 14), о компенсации морального вреда (статья 15), об альтернативной подсудности (пункт 2 статьи 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (пункт 3 статьи 17) в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

3. При отнесении споров к сфере регулирования Закона о защите прав потребителей следует учитывать, что:

а) исходя из преамбулы Закона о защите прав потребителей и статьи 9 Федерального закона от 26 января 1996 года N 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» правами, предоставленными потребителю Законом и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами, а также правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации пользуется не только гражданин, который имеет намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий товары (работы, услуги), но и гражданин, который использует приобретенные (заказанные) вследствие таких отношений товары (работы, услуги) на законном основании (наследник, а также лицо, которому вещь была отчуждена впоследствии, и т.п.).

При этом следует иметь в виду предусмотренные Законом случаи, когда ответственность продавца (исполнителя) возникает только перед гражданином, заключившим с ним договор (например, согласно пункту 1 статьи 12 Закона потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, вправе только тот потребитель, которому было отказано в предоставлении возможности незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре, работе или услуге);

б) под товаром следует понимать вещь (вещи), определенную либо родовыми (числом, весом, мерой), либо индивидуальными признаками, предназначенную для продажи или иного введения в гражданский оборот;

в) под работой следует понимать действие (комплекс действий), имеющее материально выраженный результат и совершаемое исполнителем в интересах и по заказу потребителя на возмездной договорной основе;

г) под услугой следует понимать действие (комплекс действий), совершаемое исполнителем в интересах и по заказу потребителя в целях, для которых услуга такого рода обычно используется, либо отвечающее целям, о которых исполнитель был поставлен в известность потребителем при заключении возмездного договора;

д) под финансовой услугой следует понимать услугу, оказываемую физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств и их эквивалентов, выступающих в качестве самостоятельных объектов гражданских прав (предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.).

4. К отношениям сторон предварительного договора (статья 429 ГК РФ), по условиям которого гражданин фактически выражает намерение на возмездной основе заказать или приобрести в будущем товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, применяется законодательство о защите прав потребителей.

5. Законодательство о защите прав потребителей распространяется и на отношения по приобретению товаров (работ, услуг) по возмездному договору, если цена в таком договоре не указана.

6. К отношениям по совершению нотариусом нотариальных действий, а также к отношениям по оказанию профессиональной юридической помощи адвокатами законодательство о защите прав потребителей не применяется.

7. Законодательством о защите прав потребителей не регулируются отношения граждан с товариществами собственников жилья, жилищно-строительными кооперативами, жилищными накопительными кооперативами, садоводческими, огородническими и дачными некоммерческими объединениями граждан, если эти отношения возникают в связи с членством граждан в этих организациях. На отношения по поводу предоставления этими организациями гражданам, в том числе и членам этих организаций, платных услуг (работ) Закон о защите прав потребителей распространяется.

8. Права и законные интересы граждан, имеющих право на государственную социальную помощь и использующих в ходе ее реализации товары или услуги, подлежат защите в порядке, предусмотренном законодательством о защите прав потребителей. Требования могут быть предъявлены к изготовителю (продавцу) этих товаров, исполнителю услуг.

9. К отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

10. В соответствии с пунктом 9 статьи 4 Федерального закона от 30 декабря 2004 года N 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» к отношениям, возникающим из договора участия в долевом строительстве, заключенного гражданином в целях приобретения в собственность жилого помещения и иных объектов недвижимости исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, законодательство о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной данным законом.

11. На отношения, связанные с осуществлением юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями посреднических услуг на рынке сделок с недвижимостью (риэлтерские услуги, заключающиеся, в частности, в подборе вариантов объектов недвижимости для их последующей купли-продажи, аренды гражданами для целей, не связанных с предпринимательской деятельностью, помощи в заключении указанными гражданами сделок по купле-продаже и иных сделок в отношении объектов недвижимости, организации продажи объектов недвижимости по поручению данных граждан), распространяется действие Закона о защите прав потребителей.

12. Исходя из смысла пункта 4 статьи 23 ГК РФ гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица в нарушение требований, установленных пунктом первым данной статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. К таким сделкам суд применяет законодательство о защите прав потребителей.

Существенный недостаток товара (работы, услуги) недостаток технически сложного товара

13. Исходя из преамбулы и пункта 1 статьи 20 Закона о защите прав потребителей под существенным недостатком товара (работы, услуги), при возникновении которого наступают правовые последствия, предусмотренные статьями 18 и 29 Закона, следует понимать:

а) неустранимый недостаток товара (работы, услуги) — недостаток, который не может быть устранен посредством проведения мероприятий по его устранению с целью приведения товара (работы, услуги) в соответствие с обязательными требованиями, предусмотренными законом или в установленном им порядке, или условиями договора (при их отсутствии или неполноте условий — обычно предъявляемыми требованиями), приводящий к невозможности или недопустимости использования данного товара (работы, услуги) в целях, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или в целях, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцом и (или) описанием при продаже товара по образцу и (или) по описанию;

б) недостаток товара (работы, услуги), который не может быть устранен без несоразмерных расходов, — недостаток, расходы на устранение которого приближены к стоимости или превышают стоимость самого товара (работы, услуги) либо выгоду, которая могла бы быть получена потребителем от его использования.

В отношении технически сложного товара несоразмерность расходов на устранение недостатков товара определяется судом исходя из особенностей товара, цены товара либо иных его свойств;

в) недостаток товара (работы, услуги), который не может быть устранен без несоразмерной затраты времени, — недостаток, на устранение которого затрачивается время, превышающее установленный соглашением сторон в письменной форме и ограниченный сорока пятью днями срок устранения недостатка товара, а если такой срок соглашением сторон не определен, — время, превышающее минимальный срок, объективно необходимый для устранения данного недостатка обычно применяемым способом;

г) недостаток товара (работы, услуги), выявленный неоднократно, — различные недостатки всего товара, выявленные более одного раза, каждый из которых в отдельности делает товар (работу, услугу) не соответствующим обязательным требованиям, предусмотренным законом или в установленном им порядке, либо условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий — обычно предъявляемым требованиям) и приводит к невозможности или недопустимости использования данного товара (работы, услуги) в целях, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или в целях, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию;

д) недостаток, который проявляется вновь после его устранения, — недостаток товара, повторно проявляющийся после проведения мероприятий по его устранению.

14. В отношении технически сложного товара в качестве недостатка товара по пункту 1 статьи 18 Закона о защите прав потребителей следует понимать различные недостатки товара, на устранение которых в совокупности затрачивается время, приводящее к невозможности использования товара (работы, услуги) более чем тридцать дней в течение каждого года гарантийного срока.

Процессуальные особенности рассмотрения дел о защите прав потребителей

15. Дела по искам, связанным с нарушением прав потребителей, в силу пункта 1 статьи 11 ГК РФ, статьи 17 Закона о защите прав потребителей, статьи 5 и пункта 1 части 1 статьи 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее — ГПК РФ) подведомственны судам общей юрисдикции.

16. Субъектами обращения в суд по делам по спорам о защите прав потребителей являются: граждане Российской Федерации, иностранные граждане и лица без гражданства; прокурор; федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный осуществлять федеральный государственный надзор в области защиты прав потребителей, и его территориальные органы, а также иные органы в случаях, установленных законом (далее — уполномоченные органы); органы местного самоуправления; общественные объединения потребителей (их ассоциации, союзы), имеющие статус юридического лица.

17. Гражданин, зарегистрированный в качестве индивидуального предпринимателя, вправе обратиться в суд общей юрисдикции за защитой по сделкам, заключенным им с продавцом (исполнителем) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением им предпринимательской деятельности.

18. В случае прекращения действия государственной регистрации гражданина в качестве индивидуального предпринимателя, в частности в связи с истечением срока действия свидетельства о государственной регистрации либо аннулированием государственной регистрации, потребитель вправе обратиться в суд к указанному лицу с требованиями, связанными с осуществлявшейся им ранее деятельностью по продаже товара (выполнению работы, оказанию услуги).

19. Дела по заявлениям о ликвидации изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации, импортера) либо о прекращении деятельности индивидуального предпринимателя (уполномоченного индивидуального предпринимателя) за неоднократное (два и более раза в течение одного календарного года) или грубое (повлекшее смерть или массовые заболевания, отравления людей) нарушение прав потребителей (подпункт 7 пункта 4 статьи 40 Закона о защите прав потребителей), поданным должностными лицами уполномоченного органа, подведомственны суду общей юрисдикции.

20. В соответствии со статьями 45 и 46 ГПК РФ, статьями 44, 45 и 46 Закона о защите прав потребителей суду общей юрисдикции подведомственны дела по искам прокуроров, уполномоченных органов, органов местного самоуправления, общественных объединений потребителей (их ассоциаций, союзов), имеющих статус юридического лица, к изготовителю (продавцу, исполнителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру), поданным в защиту прав и законных интересов неопределенного круга потребителей.

В защиту прав и законных интересов неопределенного круга потребителей указанными лицами могут быть заявлены лишь требования, целью которых является признание действий ответчика противоправными или прекращение противоправных действий ответчика (статья 1065 ГК РФ, статья 46 Закона).

21. Уполномоченные органы, органы местного самоуправления, общественные объединения потребителей (их ассоциации, союзы), имеющие статус юридического лица, в целях осуществления своей уставной деятельности вправе обратиться в суд в защиту прав и законных интересов конкретного потребителя (группы потребителей) только при наличии их соответствующей просьбы (просьб), выраженной в жалобе (жалобах), поданной (поданных) в письменной форме.

22. В соответствии с пунктом 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей исковые заявления по данной категории дел предъявляются в суд по месту жительства или пребывания истца, либо по месту заключения или исполнения договора, либо по месту нахождения организации (ее филиала или представительства) или по месту жительства ответчика, являющегося индивидуальным предпринимателем. Суды не вправе возвратить исковое заявление со ссылкой на пункт 2 части 1 статьи 135 ГПК РФ, так как в силу частей 7, 10 статьи 29 ГПК РФ выбор между несколькими судами, которым подсудно дело, принадлежит истцу.

Исключение составляют иски, вытекающие из перевозки груза (статья 797 ГК РФ), а также иски в связи с перевозкой пассажира, багажа, груза или в связи с буксировкой буксируемого объекта внутренним водным транспортом (пункты 1 и 2 статьи 161 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации), предъявляемые в суд согласно части 3 статьи 30 ГПК РФ по месту нахождения перевозчика, к которому в установленном порядке была предъявлена претензия.

Суд не вправе возвратить исковое заявление, содержащее требование к перевозчику (за исключением лиц, осуществляющих судоходство на внутренних водных путях) пассажира и (или) багажа, которое подано по правилам подсудности, установленным для исков о защите прав потребителей, в том числе и в связи с осуществлением чартерных воздушных перевозок пассажиров в рамках исполнения договора о реализации туристского продукта.

23. До подачи искового заявления в суд обязательный претензионный порядок урегулирования споров предусмотрен в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения оператором связи обязательств, вытекающих из договора об оказании услуг связи (пункт 4 статьи 55 Федерального закона от 7 июля 2003 года N 126-ФЗ «О связи»), а также в связи с перевозкой пассажира, багажа, груза или в связи с буксировкой буксируемого объекта внутренним водным транспортом (пункт 1 статьи 161 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации).

Несоблюдение данного правила является основанием для возвращения искового заявления со ссылкой на пункт 1 части 1 статьи 135 ГПК РФ.

24. Дела по спорам о защите неимущественных прав потребителей (например, при отказе в предоставлении необходимой и достоверной информации об изготовителе), равно как и требование имущественного характера, не подлежащее оценке, а также требование о компенсации морального вреда подсудны районному суду (статьи 23, 24 ГПК РФ).

25. Заявления прокурора, уполномоченного органа, органа местного самоуправления, общественного объединения потребителей (их ассоциации, союза), имеющих статус юридического лица, о защите прав неопределенного круга потребителей рассматриваются судом с соблюдением общих правил подсудности, предусмотренных статьей 28 ГПК РФ, — по месту нахождения ответчика.

Заявления указанных лиц, поданные в защиту конкретного потребителя или группы потребителей, предъявляются в суд по правилам об альтернативной подсудности (часть 7 статьи 29 ГПК РФ, пункт 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей).

26. В случае, если исковое заявление подано в суд потребителем согласно условию заключенного сторонами соглашения о подсудности, судья не вправе возвратить такое исковое заявление со ссылкой на пункт 2 части 1 статьи 135 ГПК РФ.

Судья не вправе, ссылаясь на статью 32, пункт 2 части 1 статьи 135 ГПК РФ, возвратить исковое заявление потребителя, оспаривающего условие договора о территориальной подсудности спора, так как в силу частей 7, 10 статьи 29 ГПК РФ и пункта 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей выбор между несколькими судами, которым подсудно дело, принадлежит истцу.

27. Уполномоченные органы, осуществляющие возложенные на них обязанности по защите прав и охраняемых законом интересов потребителей, и органы местного самоуправления до принятия судом решения по делу могут вступить в дело по своей инициативе или по инициативе лиц, участвующих в деле, а также привлекаются к участию в деле судом в качестве уполномоченных органов, вступающих в процесс в целях дачи заключения по делу (статьи 34, 47 ГПК РФ). В данном случае привлечение указанных органов в процесс в качестве третьих лиц не допускается.

Заключение указанных органов (статьи 35, 47 ГПК РФ) может быть дано как в устной, так и в письменной форме. Такое заключение доказательством по делу не является, однако в мотивировочной части решения суд высказывает суждение по этому заключению.

28. При разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков (пункт 6 статьи 18, пункты 5 и 6 статьи 19, пункты 4, 5 и 6 статьи 29 Закона).

29. В силу части 3 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться при рассмотрении судом общей юрисдикции дел, основанных на тех же фактах и с участием тех же лиц.

Способы защиты и восстановления нарушенных прав потребителей

30. При рассмотрении дел, возникших в связи с осуществлением и защитой потребителем его прав, закрепленных в Законе о защите прав потребителей, необходимо иметь в виду, что законодательством Российской Федерации, а также договором может предусматриваться ответственность изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за нарушение обязательств, за которые Законом о защите прав потребителей ответственность не предусмотрена или установлен более высокий размер ответственности.

Такие условия ответственности изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера), предусмотренные законом либо договором с потребителем, должны учитываться судом при разрешении спора, возникшего впоследствии между этими лицами.

31. Убытки, причиненные потребителю в связи с нарушением изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) его прав, подлежат возмещению в полном объеме, кроме случаев, когда законом установлен ограниченный размер ответственности. При этом следует иметь в виду, что убытки возмещаются сверх неустойки (пени), установленной законом или договором, а также что уплата неустойки и возмещение убытков не освобождают лицо, нарушившее право потребителя, от выполнения в натуре возложенных на него обязательств перед потребителем (пункты 2, 3 статьи 13 Закона).

Под убытками в соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ следует понимать расходы, которые потребитель, чье право нарушено, произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые потребитель получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право потребителя, получило вследствие этого доходы, потребитель вправе требовать возмещения, наряду с другими убытками, упущенной выгоды в размере, не меньшем, чем такие доходы.

При определении причиненных потребителю убытков суду в соответствии с пунктом 3 статьи 393 ГК РФ следует исходить из цен, существующих в том месте, где должно было быть удовлетворено требование потребителя, на день вынесения решения, если Законом или договором не предусмотрено иное.

Учитывая это, при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, связанных с возвратом товара ненадлежащего качества, суд вправе удовлетворить требование потребителя о взыскании разницы между ценой такого товара, установленной договором купли-продажи, и ценой аналогичного товара на время удовлетворения требований о взыскании уплаченной за товар ненадлежащего качества денежной суммы.

32. При рассмотрении требований потребителей о взыскании неустойки, предусмотренной Законом о защите прав потребителей, необходимо иметь в виду, что:

а) неустойка (пеня) в размере, установленном статьей 23 Закона, взыскивается за каждый день просрочки указанных в статьях 20, 21, 22 Закона сроков устранения недостатков товара и замены товара с недостатками, соразмерного уменьшения покупной цены товара, возмещения расходов на исправление недостатков товара потребителем, возврата уплаченной за товар денежной суммы, возмещения причиненных потребителю убытков вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, а также за каждый день задержки выполнения требования потребителя о предоставлении на время ремонта либо до замены товара с недостатками товара длительного пользования, обладающего этими же основными потребительскими свойствами, впредь до выдачи потребителю товара из ремонта или его замены либо до предоставления во временное пользование товара длительного пользования, обладающего этими же основными потребительскими свойствами, без ограничения какой-либо суммой. При этом судам надлежит учитывать, что если срок устранения недостатков не был определен письменным соглашением сторон, то в соответствии с пунктом 1 статьи 20 Закона недостатки должны быть устранены незамедлительно, то есть в минимальный срок, объективно необходимый для устранения данных недостатков товара с учетом обычно применяемого способа их устранения.

При разрешении требования потребителя о предоставлении во временное пользование аналогичного товара следует учитывать, что в соответствии с пунктом 2 статьи 20 Закона постановлением Правительства Российской Федерации от 19 января 1998 года N 55 (с учетом внесенных изменений) утвержден Перечень товаров длительного пользования, на которые не распространяется требование покупателя о безвозмездном предоставлении ему на период ремонта или замены аналогичного товара.

Если потребитель в связи с нарушением продавцом, изготовителем (уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) предусмотренных статьями 20, 21, 22 Закона сроков предъявил иное требование, вытекающее из продажи товара с недостатками, неустойка (пеня) за нарушение названных сроков взыскивается до предъявления потребителем нового требования из числа предусмотренных статьей 18 Закона. При этом следует иметь в виду, что в случае просрочки выполнения нового требования также взыскивается неустойка (пеня), предусмотренная пунктом 1 статьи 23 Закона.

В случае, когда продавцом, изготовителем (уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) нарушены сроки устранения недостатков товара или сроки замены товара с недостатками, сроки соразмерного уменьшения покупной цены товара, сроки возмещения расходов на исправление недостатков товара потребителем, сроки возврата уплаченной за товар денежной суммы, сроки возмещения убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, а также не выполнено либо несвоевременно выполнено требование потребителя о предоставлении во временное пользование товара длительного пользования, обладающего этими же основными потребительскими свойствами, неустойка (пеня) взыскивается за каждое допущенное этими лицами нарушение;

б) неустойка (пеня) в размере, предусмотренном пунктом 5 статьи 28 Закона, за нарушение установленных сроков начала и окончания выполнения работы (оказания услуги) и промежуточных сроков выполнения работы (оказания услуги), а также назначенных потребителем на основании пункта 1 статьи 28 Закона новых сроков, в течение которых исполнитель должен приступить к выполнению работы (оказанию услуги), ее этапа и (или) выполнить работу (оказать услугу), ее этап, взыскивается за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки вплоть до начала исполнения работы (оказания услуги), ее этапа либо окончания выполнения работы (оказания услуги), ее этапа или до предъявления потребителем иных требований, перечисленных в пункте 1 статьи 28 Закона. Если исполнителем были одновременно нарушены установленные сроки начала и окончания работы (оказания услуги), ее этапа, неустойка (пеня) взыскивается за каждое нарушение, однако ее сумма, в отличие от неустойки (пени), установленной статьей 23 Закона, не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общей цены заказа, если цена отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) не определена договором;

в) размер подлежащей взысканию неустойки (пени) за нарушение предусмотренных статьями 30, 31 Закона сроков устранения недостатков работы (услуги) должен определяться в соответствии с пунктом 5 статьи 28 Закона;

г) неустойка (пеня) в размере, установленном в пункте 3 статьи 23.1 Закона, в случае нарушения продавцом установленного договором купли-продажи срока передачи потребителю предварительно оплаченного товара взыскивается за каждый день просрочки со дня, когда по указанному договору передача товара потребителю должна была быть осуществлена, до дня передачи товара потребителю или до дня удовлетворения требования потребителя о возврате ему предварительно уплаченной им суммы. При этом сумма неустойки (пени) не может превышать сумму предварительной оплаты товара.

33. В случае предъявления гражданином требования о признании сделки недействительной применяются положения Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя требования о признании недействительными условий заключенного с потребителем договора следует иметь в виду, что в этом случае применяются последствия, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 ГК РФ.

34. Размер подлежащей взысканию неустойки (пени) в случаях, указанных в статье 23, пункте 5 статьи 28, статьях 30 и 31 Закона о защите прав потребителей, а также в случаях, предусмотренных иными законами или договором, определяется судом исходя из цены товара (выполнения работы, оказания услуги), существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено продавцом (изготовителем, исполнителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) на день вынесения решения.

Применение статьи 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Обратить внимание судов на то, что в денежных обязательствах, возникших из гражданско-правовых договоров, предусматривающих обязанность должника произвести оплату товаров (работ, услуг) либо уплатить полученные на условиях возврата денежные средства, на просроченную уплатой сумму могут быть начислены проценты на основании статьи 395 ГК РФ. Неустойка за одно и то же нарушение денежного обязательства может быть взыскана одновременно с процентами, установленными данной нормой, только в том случае, если неустойка носит штрафной характер и подлежит взысканию помимо убытков, понесенных при неисполнении денежного обязательства.

35. При рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), а также вследствие непредоставления достоверной или полной информации о товаре (работе, услуге), необходимо учитывать, что в соответствии со статьями 1095 — 1097 ГК РФ, пунктом 3 статьи 12 и пунктами 1 — 4 статьи 14 Закона о защите прав потребителей такой вред подлежит возмещению продавцом (исполнителем, изготовителем либо импортером) в полном объеме независимо от их вины (за исключением случаев, предусмотренных, в частности, статьями 1098, 1221 ГК РФ, пунктом 5 статьи 14, пунктом 6 статьи 18 Закона о защите прав потребителей) и независимо от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

В соответствии со статьей 1097 ГК РФ вред возмещается, если он возник в течение установленного срока годности или срока службы товара (работы, услуги), а если срок годности или срок службы не установлен, в течение десяти лет со дня производства товара (работы, услуги), а также независимо от того, когда был причинен вред, если:

в нарушение требований закона срок годности или срок службы не установлен;

потребитель не был предупрежден о необходимых действиях по истечении срока годности или срока службы и возможных последствиях при невыполнении указанных действий либо ему не была предоставлена полная и достоверная информация о товаре (работе, услуге).

36. При определении разумного срока, предусмотренного пунктом 1 статьи 12 Закона, в течение которого потребитель вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков, необходимо принимать во внимание срок годности товара, сезонность его использования, потребительские свойства и т. п.

37. При определении размера подлежащего возмещению вреда, причиненного потребителю полной или частичной утратой либо повреждением материала (вещи), переданного заказчиком исполнителю для выполнения работы, следует учитывать, что статьей 35 Закона о защите прав потребителей установлена обязанность исполнителя возместить двукратную стоимость утраченного или поврежденного материала (вещи), а также понесенные потребителем расходы.

Если требование потребителя не было удовлетворено исполнителем добровольно, цена утраченного (поврежденного) материала (вещи) определяется судом исходя из цены, существующей на день вынесения решения в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено исполнителем (пункт 2 статьи 35 Закона о защите прав потребителей).

Суд в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Закона вправе освободить исполнителя от ответственности за полную либо частичную утрату (повреждение) принятого от потребителя материала (вещи) только в случаях, если он предупреждал потребителя об особых свойствах этого материала (вещи), которые могут повлечь его утрату или повреждение, либо если указанные свойства материала (вещи) не могли быть обнаружены при надлежащей приемке исполнителем этого материала (вещи).

Разрешая спор, возникший в связи с утратой или повреждением материала (вещи) заказчика, необходимо иметь в виду, что цена материала (вещи), передаваемого исполнителю, в соответствии со статьей 734 ГК РФ и пунктом 2 статьи 35 Закона определяется по соглашению сторон и указывается в договоре (квитанции или ином документе, выдаваемом заказчику). Оценка материала, указанная в квитанции или ином аналогичном документе исполнителем, может быть впоследствии оспорена потребителем (заказчиком) в суде.

С учетом взаимосвязанных положений пункта 2 статьи 779, статьи 783 и пункта 3 статьи 730 ГК РФ положения статьи 35 Закона о защите прав потребителей также применяются в случаях повреждения материала (вещи), переданного исполнителю для возмездного оказания услуг.

38. Суду необходимо иметь в виду, что право выбора вида требований, которые в соответствии со статьей 503 ГК РФ и пунктом 1 статьи 18 Закона о защите прав потребителей могут быть предъявлены к продавцу при продаже товара ненадлежащего качества, если его недостатки не были оговорены продавцом, принадлежит потребителю.

При этом потребитель вправе требовать замены технически сложного товара либо отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы независимо от того, насколько существенными были отступления от требований к качеству товара, установленных в статье 4 Закона о защите прав потребителей, при условии, что такие требования были предъявлены в течение пятнадцати дней со дня его передачи потребителю.

По истечении этого срока отказ от исполнения договора купли-продажи либо требование о замене технически сложного товара могут быть удовлетворены при наличии хотя бы одного из перечисленных в пункте 1 статьи 18 Закона случаев: обнаружение существенного недостатка товара (пункт 3 статьи 503, пункт 2 статьи 475 ГК РФ), нарушение установленных Законом сроков устранения недостатков товара (статьи 20, 21, 22 Закона), невозможность использования товара более 30 дней (в совокупности) в течение каждого года гарантийного срока вследствие неоднократного устранения его различных недостатков.

39. Требования граждан к качеству программного обеспечения, используемого в технически сложном товаре (например, к операционной системе, которая служит для обеспечения его функционирования), должны рассматриваться как требования к качеству товара в целом с учетом его потребительских свойств в соответствии со статьей 469 ГК РФ.

40. Если потребитель предъявил требование о замене товара с недостатками на товар той же марки (модели, артикула), но такой товар уже снят с производства либо прекращены его поставки и т.п., то в соответствии со статьей 416 ГК РФ обязательство продавца (изготовителя, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) в части такой замены прекращается в связи с невозможностью исполнения и потребитель вправе предъявить иное из перечисленных в пункте 1 статьи 18 Закона о защите прав потребителей, статье 503 ГК РФ требование. Бремя доказывания невозможности замены товара вследствие обстоятельств, за которые не может отвечать продавец (уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), а также бремя принятия последним всех необходимых мер для выполнения требований потребителя в указанных случаях лежит на продавце (уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Потребитель вправе обратиться в суд с заявлением об изменении способа исполнения решения, если указанные обстоятельства возникли после вынесения решения суда.

41. Разрешая споры, связанные с ремонтом товаров в течение гарантийного срока (безвозмездным устранением недостатков), необходимо руководствоваться главой II Закона о защите прав потребителей.

42. При рассмотрении споров, связанных с осуществлением безвозмездного устранения недостатков (гарантийного ремонта), следует иметь в виду, что при принятии товара для проведения данного ремонта у продавца (изготовителя, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) возникает обязательство перед потребителем по безвозмездному хранению этого товара, к которому применяются правила главы 47 ГК РФ о договоре хранения, если иное не предусмотрено Законом о защите прав потребителей (статья 906 ГК РФ).

43. Исходя из пункта 5 статьи 18 Закона о защите прав потребителей, статьи 493 ГК РФ отсутствие у потребителя кассового или товарного чека, чека безналичной оплаты услуг либо иного документа, удостоверяющего факт и условия покупки товара, не является основанием для отказа в удовлетворении его требований продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером).

В подтверждение факта заключения договора и его условий потребитель вправе ссылаться на свидетельские показания.

При дистанционных способах продажи товаров (заказа работ, услуг), когда используются средства удаленной связи (в частности, такие, как почта, Интернет, телефон), а оплата товара (работ, услуг) осуществляется потребителем посредством электронных или безналичных расчетов, в том числе с использованием банковских карт и (или) иных установленных законом средств платежа, включая электронные средства платежа, факт покупки может быть подтвержден выпиской с банковского счета об авторизации и о совершении транзакции с указанием получателя платежа, итогов дебетовых и кредитовых операций и т.п., а также иными документами, подтверждающими перевод денежных средств (например, подтверждением об исполнении распоряжения клиента об осуществлении перевода электронных денежных средств, выдаваемым клиенту оператором электронных денежных средств).

44. При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10).

Информация о товарах (работах, услугах) в соответствии с пунктом 2 статьи 8 Закона должна доводиться до сведения потребителя в наглядной и доступной форме в объеме, указанном в пункте 2 статьи 10 Закона. Предоставление данной информации на иностранном языке не может рассматриваться как предоставление необходимой информации и влечет наступление последствий, перечисленных в пунктах 1, 2 и 3 статьи 12 Закона.

При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

45. При решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

46. При удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

При удовлетворении судом требований, заявленных общественными объединениями потребителей (их ассоциациями, союзами) или органами местного самоуправления в защиту прав и законных интересов конкретного потребителя, пятьдесят процентов определенной судом суммы штрафа взыскивается в пользу указанных объединений или органов независимо от того, заявлялось ли ими такое требование.

47. Если после принятия иска к производству суда требования потребителя удовлетворены ответчиком по делу (продавцом, исполнителем, изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) добровольно, то при отказе истца от иска суд прекращает производство по делу в соответствии со статьей 220 ГПК РФ. В этом случае штраф, предусмотренный пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, с ответчика не взыскивается.

48. Разрешая дела по искам о защите прав потребителей, необходимо иметь в виду, что по общему правилу изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) является субъектом ответственности вне зависимости от участия в отношениях по сделкам с потребителями третьих лиц (агентов).

По сделкам с участием граждан-потребителей агент (посредник) может рассматриваться самостоятельным субъектом ответственности в силу статьи 37 Закона о защите прав потребителей, пункта 1 статьи 1005 ГК РФ, если расчеты по такой сделке совершаются им от своего имени. При этом размер ответственности посредника ограничивается величиной агентского вознаграждения, что не исключает права потребителя требовать возмещения убытков с основного исполнителя (принципала).

В случае возникновения споров о предоставлении услуг посредниками уплачиваемое им потребителями комиссионное вознаграждение, исходя из вышеназванных статей и статьи 15 ГК РФ, может рассматриваться как убыток потребителя, отнесенный на основного исполнителя (изготовителя, продавца, уполномоченную организацию или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера).

49. Следует иметь в виду, что обязанность потребителя по оплате оказанных ему услуг (товаров) считается исполненной с момента передачи им денежной суммы банку, кредитной организации, платежному агенту, банковскому платежному агенту (субагенту) или иной организации, оказывающей в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации платежные услуги населению, в том числе с использованием электронных денежных средств.

Исполнитель (продавец) не вправе отказывать потребителю в исполнении договора из-за ненадлежащих действий по исполнению этого договора посредником.

50. Применяя законодательство о защите прав потребителей к отношениям, связанным с оказанием туристских услуг, судам надлежит учитывать, что ответственность перед туристом и (или) иным заказчиком за качество исполнения обязательств по договору о реализации туристского продукта, заключенному турагентом как от имени туроператора, так и от своего имени, несет туроператор (в том числе за неоказание или ненадлежащее оказание туристам услуг, входящих в туристский продукт, независимо от того, кем должны были оказываться или оказывались эти услуги), если федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации не установлено, что ответственность перед туристами несет третье лицо (статья 9 Федерального закона от 24 ноября 1996 года N 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности»).

В связи с этим обратить внимание судов на то, что, например, по делам по спорам, возникающим в связи с осуществлением чартерных воздушных перевозок пассажиров в рамках исполнения договора о реализации туристского продукта, надлежащим ответчиком и исполнителем договора перевозки с потребителем признается туроператор, который в соответствии с пунктом 2 статьи 638 ГК РФ вправе без согласия арендодателя по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства от своего имени заключать с третьими лицами договоры перевозки.

51. Разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

52. При удовлетворении требования потребителя об обязании произвести определенные действия, связанные с исполнением (например, безвозмездное устранение недостатков, замену товара), суду в каждом случае следует указывать в резолютивной части решения срок, в течение которого после вступления решения в законную силу ответчик обязан совершить эти действия (часть 2 статьи 206 ГПК РФ).

Суд вправе обратить к немедленному исполнению решение по делам, связанным с защитой прав потребителей, по основаниям и в порядке, предусмотренным статьей 212 ГПК РФ.

53. В случае удовлетворения исков о признании действий изготовителя (продавца, исполнителя, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) противоправными в отношении неопределенного круга потребителей и прекращении этих действий суд, исходя из статьи 46 Закона о защите прав потребителей, в резолютивной части решения обязывает ответчика через средства массовой информации или иным способом довести до сведения потребителей решение суда.

При этом в случае нарушения, затрагивающего интересы неопределенного круга потребителей, суд вправе направить копию вступившего в законную силу решения суда для обнародования в официальном печатном издании — государственном или муниципальном.

54. В связи с принятием настоящего постановления считать утратившими силу:

постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1994 года N 7 «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» (с изменениями и дополнениями, внесенными постановлениями Пленума от 25 апреля 1995 года N 6, от 25 октября 1996 года N 10, от 17 января 1997 года N 2, от 21 ноября 2000 года N 32, от 10 октября 2001 года N 11, от 6 февраля 2007 года N 6, от 11 мая 2007 года N 24 и от 29 июня 2010 года N 18);

постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 1997 года N 2 «О внесении изменений и дополнений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1994 года N 7 „О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей“ (с изменениями, внесенными постановлениями Пленума от 25 апреля 1995 года N 6 и от 25 октября 1996 года N 10)»;

постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 мая 2007 года N 24 «О внесении изменения в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1994 года N 7 „О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей“ (с изменениями и дополнениями, внесенными постановлениями Пленума от 25 апреля 1995 года N 6, от 25 октября 1996 года N 10, от 17 января 1997 года N 2, от 21 ноября 2000 года N 32, от 10 октября 2001 года N 11, от 6 февраля 2007 года N 6)»;

постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года N 18 «О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1994 года N 7 «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей»;

пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 апреля 1995 года N 6 «О внесении изменений и дополнений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации»;

пункт 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 октября 1996 года N 10 «Об изменении и дополнении некоторых постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации»;

пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 ноября 2000 года N 32 «О внесении изменений и дополнений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации»;

пункт 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2001 года N 11 «О внесении изменений и дополнений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации»;

пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 года N 6 «Об изменении и дополнении некоторых постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по гражданским делам».

Источники информации по защите прав потребителей

1. ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ от 18 октября 2023 г.:

https://vsrf.ru/documents/all/33038/

2. ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ от 19 октября 2022 г.:

https://vsrf.ru/documents/all/31641/

3. ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ от 20 октября 2021 г.:

https://vsrf.ru/documents/all/30461/

4. ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ №17 ОТ 28 ИЮНЯ 2012 г. «О РАССМОТРЕНИИ СУДАМИ ГРАЖДАНСКИХ ДЕЛ ПО СПОРАМ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ»:

https://vsrf.ru/documents/own/8304/