П. Н. Фещенко

Это должен знать каждый о сегодняшней российской преступности:
криминологический взгляд на российскую преступность

Монография

---

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 343.9

ББК 67.51

Ф31

Автор:
Фещенко П. Н. родился в 1949 году в г. Кирове Кировской области. Кандидат юридических наук, доцент, автор более 100 научных и учебно-методических работ по проблемам предупреждения преступности. Член Российской криминологической ассоциации, член редакционного совета журнала «Виктимология». Лауреат Всероссийского конкурса на лучшую научную книгу 2018 года за работу «Социальная напряженность: проблемы криминологического воздействия».

Представленная работа с криминологических позиций освещает основные проблемы, касающиеся сегодняшнего состояния преступности и наиболее опасных ее видов, причин негативных процессов, в том числе коррупции и терроризма, роста социальной напряженности и проблем в сфере формирования законопослушной личности. Содержит оценку состояния преступности и предложения по совершенствованию мер профилактики и борьбы с нею.

Избранная форма изложения материала в виде научных статей с последующими авторскими комментариями позволяет наглядно оценить наличие или отсутствие конкретных шагов со стороны органов власти и управления в сфере предупреждения преступности за последние 20 лет. Это дает возможность определить вероятные направления будущих процессов и представить прогноз состояния преступности и связанных с нею явлений.

Материал частично был издан в 2011 году с оценкой произошедших изменений за 5 лет, а затем дополнен материалами еще за 10 и комментариями по состоянию на начало 2023 года. Последняя статья о проблемах патриотического воспитания – выступление на Международной конференции 23 февраля 2022 года (за день до начала специальной военной операции), которая заканчивается словами: «А если завтра война?».

Издание предназначено для широкого круга специалистов, занимающихся проблемами поиска эффективных путей снижения преступности в современной России, а также простых граждан, желающих спокойно жить в своей стране.

Текст публикуется в авторской редакции.

УДК 343.9

ББК 67.51

© Фещенко П. Н., 2023

© ООО «Проспект», 2023

ВВЕДЕНИЕ

Как говорил классик — «Бытие определяет сознание». Наблюдая за тем, что происходит вокруг, что изменилось за последние после развала СССР 30 лет, можно констатировать, что это «бытие» приобрело специфические особенности: появились толпы бомжей, более миллиона молодых мамаш встали в очереди на детские садики, гигантских размеров достигло расслоение по уровню жизни, а число безработных составляет миллионы человек, пропала национальная идея, повсеместным стало пьянство, бескультурье, «блатные песни» и т. п.

Оценивая все это с криминологических позиций, невольно возникают естественные вопросы — такие процессы и явления не могли не сказаться на преступности — она должна бы расти, изменять структуру в худшую сторону, приобретать большую организованность и общественную опасность.

Все это в новых условиях должно бы сопровождаться принятием адекватных профилактических мер — улучшением воспитания молодежи, повышением культуры в обществе, неотвратимостью наказания преступников и т. п.

Занимаясь исследованием данных вопросов в рамках «Криминологии», автор на протяжении последних лет неоднократно выступал на научно-практических конференциях различного уровня, публиковал статьи и издал монографии1, выступал по телевидению и в различных аудиториях, пытаясь оценить происходящие процессы и предложить меры по исправлению ситуации, дать прогнозы развития обстановки на ближайшую и отдаленную перспективу.

При рассмотрении опубликованных материалов сложилось мнение, что, будучи изданными в разные годы, они, по сути, не утратили своей актуальности, прогнозы и оценки в своей массе подтвердились, а значит, есть определенный смысл предложить заинтересованному читателю их комплексное издание с определенными комментариями.

Это, как представляется, позволит с использованием научных — криминологических — позиций оценить явления окружающей действительности и их динамику за последние годы под углом зрения причин негативных процессов, могущих в определенных условиях привести к росту преступности, включая нарастание социальной напряженности и перерастание пассивного недовольства в массовые акции экстремистского характера. В определенной степени заставили вновь взяться за перо массовые протестные события января-февраля 2011 года в Тунисе, Египте, Иордании, Алжире и других странах, приведшие к массовым жертвам среди населения и изгнанию правителей, десятилетиями определявших жизнь в данных государствах.

В последнее же время произошли аналогичные по своей сути события в Беларуси и Казахстане в январе 2022 года.

Еще одним толчком для подготовки первого издания послужило решение Министерства образования исключить «Криминологию» из числа дисциплин, которые обязательно должны знать юристы — борцы с преступностью, получившие высшее образование2. Следует отметить, что многолетние протесты ученых-криминологов в итоге привели к возврату «Криминологии» в число обязательных для юристов дисциплин, правда, часы стали урезанными, экзамены заменили на зачеты, а главное «недообразованные юристы» уже выпущены в нашу жизнь с соответствующими дипломами.

Эта работа, в том числе, и для таких «юристов», чтобы они хотя бы получили представление о преступности и связанных с ними криминологических явлениях — виктимности, латентной преступности, коррупции и т. д., процессах становления негативных качеств личности преступника, а главное, причинах такого массового явления, как преступность, с которой нельзя бороться путем простого пресечения отдельных преступлений.

Предлагаемые материалы сгруппированы в разделы применительно к структуре курса «Криминологии» — условно «Общая часть»: преступность и ее характеристики, личность преступника, причины и условия преступности, включая специфику жертв преступных посягательств (виктимологический аспект), меры предупреждения преступности. «Особенная часть» включает в себя рассмотрение отдельных конкретных видов преступности — коррупционной, женской, организованной и других.

Статьи представлены в том виде, в каком они были опубликованы, с указанием соответствующих выходных данных, при этом аспекты, требующие пояснения применительно к сегодняшней действительности или происшедшим изменениям, включая судьбу прогнозов или вносившихся предложений, представлены в виде «Примечаний» после изложения материала в первоначальном виде.

Такая форма представления материала, по мнению автора, позволит читателю проследить изменения криминальной ситуации в России за последние 20 лет, выделить позитивные и негативные тенденции, а главное, увидеть судьбу вносившихся предложений по устранению недостатков и оценить причины их сохранения до настоящего времени. Кроме того, статьи, относящиеся к более позднему времени (например, 2021 года), справедливо можно рассматривать как оценки того, что было ранее, в 2005–2011 годах.

В «Приложении» приведены статьи, касающиеся взглядов автора на некоторые особенностей преподавания криминологии в современных условиях, а также материал по виктимологической профилактике преступности, касающийся проблем формирования у детей и подростков навыков осмотрительного безопасного поведения. При этом данный аспект рассмотрен с позиций анализа народных сказок и помимо криминологических аспектов содержит рекомендации дидактического характера для педагогов и родителей.

Следует отметить, что за последние десятилетия граждане очень много узнали о преступниках и их жизни: педофилах, криминальных авторитетах, наемных убийцах, коррупционерах и просто ворах и мошенниках, а еще виновниках громких ДТП, школьниках — убийцах своих одноклассников, террористах и даже людоедах.

И ладно бы, если бы все это в СМИ излагалось в плане предупреждения потенциальных новых жертв в целях профилактики, чтобы люди вели себя осторожней. Так ведь нет — на экранах и в печатных изданиях появляются «герои» — преступники, показанные привлекательными, бесстрашными, шикарно живущими и «управляющие» всеми вокруг!

И несправедливо мало говорится о нормальных законопослушных гражданах, порядочных семьях, честно проработавших всю жизнь и воспитавших детей — Героев и патриотов. Очевидно, что в сегодняшних условиях тотального распространения Интернета, прежде всего у детей и подростков, а может быть, и их родителей, может сложиться ложное представление об истинных ценностях и даже отсутствии вокруг положительных примеров для подражания.

Поэтому, хотя в данной работе основной упор сделан на том, кто такие преступники и как не стать их жертвой, в самое начало поставлены три опубликованные статьи — о Героях, Патриотах и семейных проблемах, что неразрывно связано с построением здорового общества и снижением преступности. Ведь чем больше будет порядочных людей — тем, в итоге, меньше преступников.

Первой же стоит статья, опубликованная еще в 2006 году, чтобы уважаемый Читатель сам смог сделать выводы о том, устранены или усилились проблемы в рассматриваемых сферах.

Как представляется, здесь каждый найдет что-то полезное для себя и не зря потратит время.

Автор признателен всем коллегам, доброжелательно относившимся к проводимым исследованиям и их результатам на протяжении многих лет и оказавшим помощь в публикации.

О некоторых проблемах российской криминологии3

Криминология, как известно, изучает преступность как негативное социально-правовое явление, ее причины и условия, личность преступника, особенности жертвы и многое другое для достижения главной цели — поиска путей эффективного снижения уровня преступности и тяжести ее последствий.

Также из истории известно, что в сталинский период криминология в Советском Союзе была официально запрещена наряду с кибернетикой и генетикой «как вредная и бесполезная буржуазная наука».

В последующем права криминологии были восстановлены, в последние десятилетия она активно развивается, преподается в большинстве вузов, однако ряд вопросов до сих пор еще можно отнести к проблемным и требующим научного осмысления.

Часть из них является следствием молодости криминологии как науки, другая же часть, по нашему мнению, связана непосредственно с российской спецификой и происходящими в нашей стране процессами.

Именно на второй части и представляется целесообразным сосредоточить сегодня основное внимание.

1. Прежде всего, требуется ответ на вопрос о причинах роста преступности в России.

За период с 1961 года — за 45 лет — число зарегистрированных преступлений выросло почти в 7 раз, в том числе с 1991 года — за 15 лет — в 2 раза при постоянном существенном снижении населения — за два последних года почти на 2 млн человек.

Криминология давно дала ответ на этот вопрос в общем плане — это следствие безработицы, падения нравов, правового нигилизма, пьянства, беспризорности, распада семей и т. д. И это понятно.

Не ясно с причинами этих причин — почему эти причины не устраняются и, в частности, что привело к усугублению ситуации и росту преступности за прошлый год на 25%?

Как показывает анализ ситуации в ведущих западных странах, за последние годы в результате конкретных шагов со стороны государства и общества удалось переломить ситуацию и сначала добиться стабилизации, а затем — снижения уровня преступности4.

Проблема в том, что раньше в нашей стране причины преступности рассматривали с марксистских классовых позиций и жили в социалистическом государстве. Сегодня строим капитализм, и причины в новом обществе нужно объяснять по-новому.

Одни применяют к нашей действительности западную теорию «социальной дезорганизации»5, другие говорят, что это возврат к «однофакторному подходу»6. Единой позиции нет, и в этих условиях все чаще и чаще предпринимаются попытки вновь поднять тезис о «врожденных причинах преступности»7.

Сюда же следует отнести навязывание через СМИ различных астрологических прогнозов, идей о возможности предсказать будущее по имени, по группе крови, по линиям руки и т. д.8

Нас пытаются приучить к мысли, что поступками движут не цены на ЖКХ, отмена льгот или запреты на красные сигналы поворотов автомашин, а линии руки, расположения звезд и т. п.

На теоретическом уровне понятно, что если игнорировать истинные причины или делать не то, ситуация только ухудшится.

Например, ясно, что нужно повышать образование молодежи, но без воспитания патриотизма и уважения к закону появятся лишь новые «хакеры» и строители «финансовых пирамид». Можно повышать зарплаты чиновникам, но это не снизит коррупцию, что доказал открытый криминологами еще в середине прошлого века феномен «беловоротничковой преступности» и т. д.

Сегодня можно констатировать, что верного научного объяснения причин роста преступности в России пока не сделано. Есть попытки приписать это деятельности «врагов» из-за границы, активности преступных сообществ и т. д., а еще чаще — просто отвлечь от этой проблемы на обсуждение «колдунов», хиромантов, вампиров и т. п.

2. Отсюда появляется второй вопрос — каковы перспективы роста уровня преступности в России и перехода количественных изменений в качественные?

Результаты прошлого года говорят о смене плавной линии постепенного роста уровня преступности — около 10% в год — на «рывок вверх» в 25%. Что это — временная аномалия, которая сменится поворотом кривой вниз и «спрямлением» графика в русле последних тенденций или это начало необратимого лавинообразного роста, где показателем качественных изменений будет становление «криминального государства»?

Задача криминологов показать признаки такого государства и проанализировать, что было вчера, что добавилось или убыло сегодня, что будет завтра?

Например, к характеристикам криминального государства можно отнести сегодняшнюю ситуацию, когда без опаски за свое здоровье уже трудно решиться на покупку молдавского, грузинского и иного «марочного» вина и некоторых лекарств. Когда по СМИ чаще пропагандируется «герой-бандит» и звучат «блатные песни», чем пропагандируется образ законопослушного гражданина, живущего на честные заработки.

Показательно и заявление Генерального Прокурора России В. В. Устинова на последней коллегии Генпрокуратуры о том, что в 2005 году к уголовной ответственности привлекались 409 наиболее опасных авторитетов преступного мира, а осуждено всего 40 (!). 138 тысяч преступлений были укрыты от регистрации, в том числе более 700 убийств9.

В конце 2005 года, как было сообщено в СМИ, во время массового бунта в одной из исправительных колоний для усмирения осужденных «властями» был приглашен местный «криминальный авторитет». Как тут не вспомнить капитана Жеглова «Вор должен сидеть в тюрьме!» (а не работать вместо мэра или прокурора).

Что будет с преступностью завтра — в ближайшем и отдаленном будущем, пока сказать крайне сложно.

3. Третий вопрос — почему растут именно тяжкие и особо тяжкие преступления? Где пределы этого роста, если они вообще имеются?

Так, за 2004 год их совершено 862859 от общего количества 2648576 — каждое четвертое! При этом число разбоев возросло на 13,6%, а в 2005 — еще на 15%, грабежей — на 28,3%, а в 2005 — еще на 36,3, вымогательства — на 17,6%, террористического характера — на 16,1%, изнасилований и покушений — на 9,9%, убийств — на 0,3% — 29078, при этом примерно столько же неопознанных трупов плюс пропало без вести еще примерно в два раза больше — что криминологами связывается с ростом профессионализма организованной преступности по маскировке своей деятельности.

Проблема заключается еще и в определении причин роста немотивированной жестокости, когда подростки забивают случайного прохожего, когда за кошелек убивают пенсионера, когда 25-летний маньяк убивает последовательно топором десяток одиноких женщин, забирая продукты и незначительные суммы10.

Здесь же, как представляется, кроются причины появившегося роста случаев «рабства», когда похищенных держат в багажнике машины, гараже, подвале — неделями и годами.

Каждый из этих примеров в криминологическом плане не интересен — здесь у каждого падение уважения к человеческой жизни и низведение ее на положение ниже ценности денег и материального успеха.

Важен ответ на другой вопрос — почему уже 15(!) лет не формируется на государственном уровне образ законопослушного героя, с которого хотели бы «делать жизнь» миллионы россиян?

С горечью по этому поводу говорит «товарищ Сухов» — актер Анатолий Борисович Кузнецов: «Сегодня воспитанием молодежи никто толком не занимается. Я с удивлением узнал, что в современных учебниках истории нет ни слова о подвиге челюскинцев. Как же мы воспитаем патриотов, если будем замалчивать о таких великих фактах в истории страны?»11.

Например, у американцев из каждого случая стараются выжать пример патриотизма или создать и протиражировать вымышленный кинообраз — то это жертвующий собой «простой человек» в «Дне независимости», то отец-бизнесмен — в «Армагеддоне», то быстро обработанный в патриотическом духе реальный случай спасения сбитого летчика над небом Югославии — «В тылу врага» и т. п.

На реальном героизме простых десантников — наших современников, погибших, но не пропустивших тысячи боевиков, тоже поставили хороший патриотический фильм «Грозовые ворота». Но кто в самый кульминационный момент показа сюжета о самопожертвовании ребят вставил рекламу, буквально наплевав в души родственников погибших и всех телезрителей?

Если что-то делается, значит это кому-то нужно. Кому, кто это делает? Сегодня, в нашей стране?

Крайне интересен для криминологов и простых граждан вопрос о том, что в итоге стало с «личностью преступника» в результате смены государственного устройства и развала системы воспитания молодежи и предупреждения преступности?

В общем виде ответ очевиден: стало меньше уважения к закону, в том числе и в связи с его незнанием12, стало меньше уважения к морально-нравственным ценностям как в силу отсутствия воспитания, так и в силу массового влияния через СМИ и «улицу» субкультуры и культа насилия. Извращенной в сторону крайнего эгоцентризма стала иерархия ценностей.

Более очевидного подтверждения результатов «социализации» в новых условиях, чем захват тысячи детей в г. Беслане 1 сентября 2004 года придумать невозможно.

Преступники, распоряжавшиеся чужими жизнями, ставили их на самое последнее место в иерархии ценностей. Характерно, что у одного из преступников у самого было 5 малолетних детей, но это — свои дети, а это — «пустое место». Так он воспитан, так воспитаны (или не воспитаны, в традиционном понимании сути воспитания) эти «люди».

А чем в таком случае лучше преступник любой национальности, который, как предприниматель в Краснодарском крае, поставил в школьную столовую сосиски с превышением консерванта в 100 раз, и масса детей чуть-чуть не умерла? Чем лучше другой россиянин, торгующий подпольной водкой, от которой ежегодно умирают тысячи случайных людей?

4. Из сказанного вытекает еще одна проблема. При социализме в принципе не могло быть массовых акций протеста. Против чего было выступать? Образование бесплатное, медицина — бесплатная, квартплата — чисто символическая, жилье — за счет государства…

Все в стране принципиально изменилось, но криминологи по-прежнему не рассматривают «социальную напряженность» как серьезный криминогенный фактор, игнорирование которого может привести к самым печальным последствиям — от погромов по французскому сценарию до известных «цветных» революций ближнего зарубежья.

Не рассматриваются не только количественные характеристики и причины их роста, классификация и структура, но и пороги перехода количественных изменений в качественные.

Именно об этом, в частности, подробно писал В. И. Ленин, детально анализируя признаки «революционной ситуации». Возникает естественный вопрос относительно истинных целей тех, кто со сцены и в СМИ упорно показывает его шутом, клоуном и душегубом — через дискредитацию личности автоматически очерняются идеи.

Ясно, что одним провозглашением лозунгов типа «Пути назад нет!» проблемы не разрешить. Путь назад есть, и к нему нас постоянно подталкивают всевозможные «борцы за наше счастье», о чем наглядно свидетельствует опыт последних «цветных революций» и вскрытые факты финансирования российских неправительственных организаций через зарубежные спецслужбы.

5. Важной для сегодняшних условий является и разработка проблемы «принудительной виктимизации населения» через решения, ведущие к падению уровня жизни, правовой незащищенности и т. п., в т. ч. решение вопроса о криминализации этих деяний13.

Для криминологии важен и вопрос о возможности исправить изменившихся преступников в рамках действующего уголовно-исполнительного кодекса. Или здесь нужны иные методы? (Кстати, в УИК РФ среди целей исправительного воздействия нет указания на изменение иерархии ценностей преступника.)

Вопросов много. Цель же данной работы — только обозначить некоторые проблемы, привлечь к ним внимание, ориентировать заинтересованных исследователей на целенаправленную трудную работу, которая в итоге позволит сделать нашу жизнь лучше и безопаснее.

---

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА (2011 ГОД)

Рассматривая данный материал, озвученный с трибуны Межрегиональной научно-практической конференции еще в 2006 году, можно сделать вывод, что все перечисленные проблемы остались и даже усугубились — от исключения в 2010 году «Криминологии» из курса обязательных для подготовки юриста наук, вскрытия массы укрытых от регистрации убийств, изнасилований и других преступлений в станице Кущевской, «неожиданных» для властей массовых протестных выступлений на Манежной площади в Москве и других городах страны 11 декабря 2010 года, повсеместного повышения цен на продукты, услуги ЖКХ, бензин и т. д. в январе 2011 года, ведущие к переводу значительной массы населения в категорию риска и т. п. …

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА (2023 ГОД)

По каждой из рассмотренных позиций мы не можем привести данных о кардинальном улучшении ситуации. Можно только вспомнить, что, как оказалось, в школьных учебниках ничего нет о Сталинградской битве, как указал Президент, угроза «цветной революции» подошла уже к самым нашим границам — в Беларусь и Казахстан, где даже потребовалось вмешательство вооруженных сил ОДКБ, появились новые преступники, подражающие американским «школьным убийцам» — в Перми, Керчи и других городах, появились «интернет-мошенники», миллиардные хищения на Олимпийских объектах и «главной стройке страны» — космодроме «Восточный», официально признано наличие около 18 млн наших сограждан — «граждан Великой России» — проживающих за чертой бедности…

---

Научно-практические проблемы оценки криминальной ситуации в России14

Изучая криминальную ситуацию в России, криминологи давно выработали определенный комплексный подход, который предполагает системный анализ достаточно большого числа показателей.

Как указывает по этому поводу А. И. Долгова, «преступность изучается и оценивается в единстве ее качественных и количественных характеристик, а также разных ее проявлений (фактов преступности, лиц, их совершивших, жертв преступлений, ущерба и т. д.)» [1, 2].

Сегодня мы постоянно слышим о преступности, коррупции, грабежах, педофилах и т. п. Складывается субъективное ощущение, что жить становится опаснее. Однако, если взглянуть на уголовную статистику и послушать выступление отдельных высокопоставленных лиц, то преступность за последние годы стала существенно снижаться. Например, за прошлый год аж на 10,4% по России, а по Кировской области — на 10,8%.

Что же происходит на самом деле? Именно эти вопросы обсуждались на прошедшей месяц назад в Москве Всероссийской научно-практической конференции, организованной Российской криминологической ассоциацией и Академией Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

Тема конференции — «Проблемы оценки криминальной ситуации в России и ее изменений» — по сути вызвала два больших блока выступлений — состояние ситуации и проблемы оценки.

Во-первых, несмотря на снижение статистических показателей преступности в 2007 и 2008 годах, специалисты были едины в том, что криминальная ситуация реально ухудшается, при этом приводились примеры роста наркопреступности и неэффективности борьбы с нею, роста организованности и профессионализма преступников и несоответствия подходов сегодняшних УК и УПК целям противодействия этим явлениям, роста тяжести и массовости преступности несовершеннолетних, преступности в местах лишения свободы, коррупции и т. д.

Вторая группа выступающих рассматривала аспекты системы оценочных показателей и проблемы их адекватного отражения в статистике и средствах массовой информации. И именно к этому хотелось бы привлечь сегодня внимание.

Во-первых, основная масса специалистов была едина в вопросе о том, что необходим определенный минимальный объеме оценочных показателей криминальной ситуации.

Среди них на первом месте традиционно выделялся «уровень преступности» за отчетный период — число зарегистрированных официально преступлений.

По статистике этот показатель последние годы неуклонно рос, а за два последних года снижался.

Так, в январе — декабре 2007 года зарегистрировано 3582,5 тыс. преступлений, или на 7,1% меньше, чем за аналогичный период прошлого года. Рост регистрируемых преступлений отмечен в 12 субъектах Российской Федерации, снижение — в 73 субъектах. В 2008 году — 3,2 млн (–10,4%).

Проблемой здесь выделена, во-первых, сильная зависимость данного показателя от субъективного фактора — желания правоохранительных органов и представителей власти приукрасить ситуацию, чему были посвящены отдельные выступления практических работников.

Во-вторых, крайне высокое влияние другого субъективного фактора — нежелания граждан сообщать о преступлениях в силу неверия органам, боязни преступников, личной заинтересованности, как, например, при даче взятки и т. д. По оценкам криминологов, этот неучтенный — латентный массив превышает учтенный уровень в 3–5 раз и применительно в сегодняшней России составляет 10–15 млн преступлений!

Понятно, что на этом фоне годовые колебания учтенного уровня на 200–300 тыс. в год не имеют принципиального значения и не заслуживают, в частности, высоких политических оценок.

Здесь отмечалось, как минимум, три аспекта:

— хорошо, что в официальной статистике в последнее время появился новый оценочный показатель: число зарегистрированных сообщений о признаках преступлений.

Так, в январе — декабре 2007 года органами внутренних дел рассмотрено 20,53 млн заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях, что на 6,6% больше, чем за 12 месяцев 2006 года. Почти по каждому седьмому сообщению (14,6%) принято решение о возбуждении уголовного дела. Всего возбуждено 2991,4 тыс. уголовных дел, что на 8,3% меньше показателя аналогичного периода прошлого года.

За 2008 год число заявлений составило 21 млн 499 523 (+4,7%).

— было бы полезным более детально разъяснять о причинах таких «ножниц» — какова судьба 18 млн заявлений? Озабоченность здесь вызывают ежегодно выявляемые тысячи и тысячи умышленно укрываемых от регистрации преступлений и наказанных сотрудников.

— было бы целесообразным давать информацию об оценках и состоянии именно «латентной» преступности и по ее движению оценивать ситуацию. Тем более, что данный вопрос давно решен учеными и исследователями [3].

Вторым оценочным показателем выделялась структура преступности, где речь шла о необходимости конкретизации и дополнения показателей, позволяющих оценить ее изменения.

Сегодня многие важные показатели «растворяются» в общих цифрах и не позволяют оценить обстановку. Например, в цифре о количестве организованных преступлений не отражается число преступных сообществ, международных группировок, их масштабность, уровень преступников — сколько «воров в законе» осуждено за прошлый год? — а дается общая цифра, где трое грабителей приравниваются к сотне боевиков. Аналогичная ситуация по коррупционным преступлениям, где многомиллионные взятки и госчиновники приравниваются в статистике к сотруднику милиции, взявшему на трассе «мелочь» у водителя.

Здесь же отмечалась необходимость отдельно выделять «тяжесть последствий» преступных посягательств. При этом понятно, что если оценивать по «сумме выявленного ущерба», то здесь сложно дать итоговую оценку. Например, один Ходорковский по итогам года может перекрыть все показатели за прошлые годы. А вот когда речь идет о числе убийств, то это уже конкретно, и его бы надо дополнить цифрами пропавших без вести и неопознанных трупов, что растет год от года и оценивается как показатель профессионализма преступных сообществ.

Здесь же отмечается необходимость введения показателя «числа жертв преступлений» — это не число пострадавших, которое и так не дается, а понимаемое криминологами число виктимизированных лиц. Понятно, что от убийства или ограбления мужа страдает, например, жена, двое детей и находящиеся на содержании старые родители. Это давно делается в зарубежных странах и влечет соответствующее ужесточение наказания для преступников.

Следующий оценочный показатель — «состояние предпосылок роста преступности». По этому поводу А. И. Долгова отмечает, что «оценка тенденций преступности — это одновременно ретроспективный и перспективный анализы. Речь идет о том, как изменилась преступность, в каком направлении происходят эти изменения, какой она может быть, по крайней мере, в ближайшем будущем» [1, 4].

Влияние на перспективы преступности исследователи связывают с оценкой нескольких факторов:

— состояние правосудия и коррупции — сдерживание вопросов борьбы с оргпреступностью, проблемы с УК и УПК, слабость контроля за доходами, а важнее — за расходами — приведут к дальнейшему ухудшению ситуации;

— распространенность в обществе криминальной субкультуры, пьянства, проституции, бродяжничества, беспризорности, наркомании, уровень правосознания и т. д., что является важным фактором ухудшения криминальной ситуации;

— состояние причин и условий роста преступности. Например, понятно, что сегодняшний рост безработицы приведет к росту корыстной преступности, а распространение в СМИ сцен насилия — к росту убийств и т. п.;

— и последний показатель (он предложен автором и нашел поддержку) — «состояние социальной напряженности в обществе» как субъективный показатель недовольства граждан своим положением и действиями властей по исправлению ситуации [4].

Понятно, что к преступлениям ведет не сама безработица, а осознание безработным мизерности пособия в совокупности с приводимыми фактами «жирования» в период кризиса определенной части населения.

Опасна не маленькая зарплата, а неспособность властей повлиять на рост цен, например, на стоимость бензина, коммунальных платежей и т. п.

Следует отметить, что в соответствии с Указом Президента от 28.06.2007 № 825 эти показатели сейчас регулярно представляются региональными руководителями в Центр. Но мы о них, к сожалению, не слышим15.

Проблемой здесь видится даже не сложность определения показателей социальной напряженности, сколь введение обязательности их расчета на местах. А главное — установление конкретной ответственности должностных лиц как за принятие управленческих решений, ведущих к существенному росту недовольства населения, так и непринятие мер по организации работы и оценке конкретных состояния и перспектив изменения обстановки.

Итогом сказанному будет вывод о том, что, придавая каждому из перечисленных показателей условное значение (рост за год, квартал = «+1», снижение = «–1»), мы в итоге можем получить условный количественный показатель, как, например, «землетрясение в 6 баллов» или температура, близкая к 0».

Такой подход к оценке «криминальной ситуации», в общем виде, на наш взгляд, и по мнению участников Конференции, достаточно прост, нагляден и по сути не представляет большого труда как для подготовки оценок, так и для их восприятия.

В то же время сегодня мы слышим лишь оценки зарегистрированной преступности и это, как представляется, необходимо воспринимать с учетом сказанного выше, делать самостоятельные выводы и задавать соответствующие вопросы.

Проблемы решения данных вопросов сегодня касаются дальнейшей научной проработки обозначенных аспектов, унификации и формализации показателей и, главное, внедрения конкретных методик в повседневную практику.

Литература

1. Тенденции преступности, ее организованности, закон и опыт борьбы с терроризмом / под общ. ред. профессора А. И. Долговой. М.: Российская криминологическая ассоциация, 2006.

2. Криминальная ситуация в России и ее изменения / под ред. А. И. Долгова. М.: Криминолог. ассоц., 1996.

3. Иншаков С. М. Латентная преступность в Российской Федерации: 2001–2006. М.: Юнити-Дана, 2007.

4. Фещенко П. Н. Социальная напряженность как аспект национальной безопасности: монография. М.: Издательская группа «Юрист», 2006.

---

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА (2023 ГОД)

Большинство проблем осталось — ничего не говорится о скрытой от регистрации преступности и проблемах борьбы с ней, количество заявлений вообще убрали их общедоступной статистики, социальная напряженность и ее причины не включены в число официальных показателей, как и ответственность за ее рост, «блатные песни» по-прежнему звучат с телеэкранов, а в свободной продаже даже появились «романы», где на обложке книги просто печатают предупреждение, что текст «Содержит нецензурную брань», и тут же, что это «Победитель премии…»?!

О части проблем более подробно указано в последующем материале.

---

Криминологический взгляд на проблемы оптимизации научного обеспечения борьбы с преступностью16

Рассматривая состояние российской преступности и сравнивая его с обстановкой в передовых зарубежных странах, исследователи приходят к выводу о том, что там многие проблемы уже удалось успешно решить — от снижения уличного насилия и педофилии до налоговой преступности и противодействия терроризму.

Задаваясь вопросом о причинах такого положения дел, ученые для понимания сути проблем и процессов предлагают взглянуть на ситуацию с криминологических позиций — оценить преступность и ее показатели, причины и благоприятствующие условия, субъекты и меры предупреждения, их цели, задачи и т. п. При этом, естественно, приходится проводить криминологический анализ принимаемых решений различного уровня для определения их влияния на ситуацию в сфере преступности.

Например, принятый 29.12.2010 Федеральный закон «О защите детей от информации…»17 должен бы позитивно сказаться на формировании положительных качеств личности, а вот повышение цен за электричество, воду и т. п. — отрицательно, решение о повышении полицейскому лейтенанту зарплаты до 30 тысяч — хорошо, т. к. привлечет туда нужные кадры и т. д.

С этих же позиций можно провести оценку и состояния научного обеспечения борьбы с преступностью, которое должно бы системно вписаться в меры по кадровому, организационному, правовому, информационному и иному обеспечению.

Общим выводом применительно к происходящим в последнее время в этой сфере событиям, по мнению автора, может быть выражение «хождение по граблям, или история учит тому, что она ничему не учит».

На первое место среди проблемных вопросов представляется целесообразным поставить подготовку кадров — тех, кто будет бороться с преступностью, понимая, что такое зарегистрированная, а что такое — латентная преступность и как снизить последнюю, что такое причины, а что такое — условия преступности, что такое «виктимность», «виктимизация», ее субъекты и т. п. Все это изучает специальная наука «Криминология», которую приказом Минобрнауки от 04.05.2010 исключили из перечня «обязательных» для подготовки юристов — бакалавров — основного массива кадров для правоохранительных органов18.

Не так далеко уже время, когда в «органы» после такого решения придут «бакалавры», которые не будут понимать, о чем говорят их более старшие коллеги, употребляя термины «криминогенные факторы», «виктимологическая профилактика», «посткриминальная адаптация осужденных» и т. п.

Как известно, пока за рубежом развивали эту науку, в нашей стране в сталинский период «как вредная и ненужная» она уже была под запретом почти на 30 лет. Когда «там» в это время ввели понятие «беловоротничковой преступности», «виктимологии» как специального направления исследований и т. п. — у «нас» изучали совсем другое …

На второе место представляется целесообразным поставить вопрос о дополнительной научной разработке понятия «причин и условий преступности» как массового негативного явления и внедрения этих идей в массы.

Сегодня все чаще мы видим «возврат назад — лет так на 200», когда до применения криминологами статистики все были глубоко уверены в том, что основное — это пресечь и предупредить конкретные преступления, а главное — расправиться с выявленными преступниками через казни, ссылки и т. п. Когда же применили статистику, то оказалось, что каждый год регистрируется примерно одинаковое число преступлений — как сегодня в России — около 3 млн в год — а значит, есть такое самостоятельное явление — «преступность» и есть у него свои причины, отличные от причин преступления. Как говорил в свое время А. Кетле, «общество заключает в себе зародыш всех имеющих совершиться преступлений потому, что в нем заключаются условия, способствующие их развитию…».

Сегодня, к сожалению, «коррупция» уже определена не как в президентском Национальном плане 2008 года «как социально-юридическое явление», а как «злоупотребление служебным положением, дача взятки … физическим лицом …»19, а в Федеральном государственном стандарте высшего профессионального образования 2010 года нигде не упоминается «преступность», а речь идет лишь о расследовании преступлений, профилактике правонарушений и т. п.

Все чаще и чаще СМИ насаждают гороскопы как основу объяснения связи явлений20, навязывают поиск причин «несовместимости» людей по именам, пытаются объяснить социальные проблемы дурной наследственностью21, тем самым упорно отвлекая от научных взглядов на природу происходящих событий, вновь предпринимаются попытки поднять тезис о «врожденных причинах преступности»22.

И если раньше практически каждый мог назвать две группы причин преступности — пережитки в сознании … и влияние Запада — и целенаправленно с этим бороться, то сегодня вряд ли кто что скажет об объяснении причин преступности с позиций «буржуазных теорий» «социальной дезорганизации»23, «дифференцированной связи»24, «стигматизации», «конфликта культур» и т. п. Показательно, что Президент страны как юрист совершенно верно в «Национальной стратегии противодействия коррупции»25 в качестве ее цели указал «искоренение причин и условий, порождающих коррупцию в российском обществе» — но давайте спросим окружающих — кто это как понимает и с чем собирается бороться? Кто и где об этом говорит с научных позиций широким массам?

Сегодня, когда нет «коммунистических классовых объяснений», «вредные буржуазные теории» причин преступности, противоречившие коммунистическим подходам, надо бы изучать применительно к нашим «капиталистическим условиям» — и какая наука, кроме «Криминологии», сегодня это сделает?

В связи с этим следует вспомнить ситуацию после терактов в США 11 сентября — тогда валом пошли статьи о причинах происшедшего, и многие «специалисты» говорили, что главная причина — слабый досмотр в аэропорту. Автору пришлось все это обобщить и написать, что причины — в сфере идеологии и геополитики, а досмотр — лишь недостатки, относящиеся к «благоприятным условиям»26.

Так и сегодня многие совершенно убеждены, что причины коррупции — в низкой зарплате чиновников, а не в проблемах отсутствия системы воспитания и подготовки кадров в последние годы и т. д.

В третьих — о необходимости системно оценивать состояние криминогенной обстановки в России, где были бы взаимоувязаны количественные показатели преступности, состояния и перспектив изменения ее причин и условий, мер противодействия и социальной напряженности как показателя недовольства населения деятельностью властей по устранению недостатков27.

Как известно, трехсотлетняя династия Романовых в свое время недооценила происходящие процессы в обществе. Сегодня мы видим, что годами власти не обращали внимания на процессы, «прорвавшиеся на поверхность» в станице Кущевской28. Неожиданностью стали массовые выступления молодежи на Манежной площади в Москве и многих крупных городах страны29. Тем не менее, многие важные криминогенные явления, такие, как «профессиональная преступность», «организованная преступность», «проституция», «социальная напряженность» в уголовном законодательстве до сегодняшнего дня не определены и выпадают из системной оценки и статистической отчетности. (Как их «не было» и в советский период — с известными всем последствиями для государства и общества).

В- четвертых, представляется важным внести коррективы в принятые сегодня подходы к оценке результатов противодействия преступности. Прежде всего, дополнять показатели зарегистрированных преступлений официальными научными оценками латентной преступности и только по их суммарным изменениям судить о направлениях происходящих процессов. Во- вторых, дополнять данные о преступности несовершеннолетних показателями правонарушений со стороны лиц, не достигших возраста уголовной ответственности, реально показывающими состояние контингента «преступников» и дающих представление о перспективах преступности в ближайшем будущем.

В-пятых, было бы целесообразным скорректировать научные взгляды на «личность преступника» в связи с принятием «Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года»30, провозглашающей ориентацию на передовые зарубежные подходы. По мнению автора, помимо замены колоний на тюрьмы в этой связи необходимо внедрять и западную практику проведения глубокого изучения психологических особенностей преступников для отнесения к категориям «исправимых», «неисправимых» и «сомнительных»31.

Как известно, у нас сегодня нередки случаи неоднократного назначения одному и тому же лицу условных сроков наказания — по 3–5 раз32 с очевидной перспективой повышения тяжести преступлений. В то же время, например, в США в настоящее время отбывают пожизненное заключение более 2500 человек за преступления, совершенные в несовершеннолетнем возрасте, без права досрочного освобождения. Например, Иосиф Литон, 73 лет, в тюрьме уже 57 лет за два умышленных насильственных преступления, совершенные в 15 лет33.

Было бы полезным рассмотреть для сходных случаев и немецкую практику назначения «превентивного наказания»34, ограждающего законопослушных граждан от общественно-опасных личностей. У нас же, как известно, любой преступник, даже самый злостный нарушитель режима, будет освобожден и окажется рядом с нами после формального отбытия установленного срока наказания. Затем — новая жертва, и новый срок…

И последнее. Все, перечисленное выше, должно вытекать из единого документа — по сути Закона «О противодействии преступности», где и будут воедино собраны понятия и показатели, и критерии их оценки, и субъекты профилактики, и их ответственность — как тех, кто допускает спаивание населения, так и тех, кто распространяет криминальную субкультуру и покрывает преступников. Появятся критерии оценки криминальной ситуации в России, и будет официально закреплено место «Криминологии», обеспечивающей научное сопровождение борьбы с преступностью.

---

КОММЕНТАРИИ АВТОРА (2023 ГОД)

Не повторяя все, что указано — от первой до шестой позиции, можно сказать, что поднимавшиеся проблемы так и остались проблемами, за исключением первого пункта — «Криминологию» наконец-то опять вернули в перечень обязательных для юристов дисциплин.

В положительном плане следует отметить, что на Коллегии по итогам 2020 года Генеральный прокурор поставил задачу «наращивать усилия по выявлению латентной коррупции…»35.

Что же касается преступников, то, можно сказать, ситуацию характеризует освобождение «Скопинского маньяка», державшего женщин «в рабстве» и отбывшего за это всего 17 лет36.

---

Состояние и проблемы патриотического воспитания37

Патриотизм, порядочность, правосознание и другие важнейшие качества невозможно просто унаследовать и получить с рождения — все это может быть лишь результатом целенаправленного систематического воспитания, происходящего в процессе социализации личности.

Этим делом, как и другим, несомненно, должны заниматься профессионалы или, как минимум, честные и ответственные люди. На наш взгляд, воспитать патриота может лишь патриот — своим примером, целенаправленным обучением и наставничеством. Таким, несомненно, должен быть и преподаватель, и кинематографист, и просто родитель.

Не так давно, можно сказать, по сердцу резанул услышанный от девочки-подростка вопрос, заданный отцу: «Папа, а вот разрушенный фашистами и так и не захваченный Сталинград восстановили или построили другой город»? И это в 75-летие Великой Победы, ради которой люди шли на смерть под лозунгом «За Родину! За Сталина!».

Несколько раньше аналогичный шок испытал, когда девочка спросила у папы «А что такое Мавзолей» — и это после 100-летия Октябрьской революции! Какую же страну мы хотим научить любить нашу молодежь, чтобы в итоге она в случае необходимости отдала за нее свои жизни? Образно говоря, «1991 года выпуска?».

Как указано в соответствующей Государственной программе, «Патриотическое воспитание представляет собой систематическую и целенаправленную деятельность органов государственной власти, институтов гражданского общества и семьи по формированию у граждан высокого патриотического сознания, чувства верности своему Отечеству, готовности к выполнению гражданского долга и конституционных обязанностей по защите интересов Родины» [1].

Как следует из этого определения, здесь должна быть система субъектов, ведущих воспитание, и должен быть результат — сформированное патриотическое сознание.

Отсюда возникает две группы вопросов. Во-первых, все ли субъекты сегодня этим занимаются? А если не занимаются, то какие цели преследуют? Например, в транслировавшемся по 1 каналу ТВ полуфинале шоу «Голос-дети» девочки 10 лет бодро пели под аплодисменты зрителей и жюри «Убе-е-е-й мою подругу»!!!, а по этому же ПЕРВОМУ каналу на всю страну транслируют шоу «Три аккорда», где поют «Мурку», «По тундре, по железной дороге…», а оценки жюри выставляет в виде тузов, королей, дам…

Во-вторых, ставится ли определенными субъектами такая задача в своей деятельности? В частности, кто решает, что можно бесконечно прерывать рекламой «слабительных таблеток» и т. п. патриотические фильмы: «9 роту», «Битву за Севастополь», «Грозовые ворота» и т. д. И чем руководствуются те, кто в качестве «героев» в кинофильмах выставляет далеко не патриотов: «вор в законе» в фильме «Учитель в законе», профессиональный убийца в фильме «Мусорщик» и т. д.?

И, естественно, итоговый вопрос — а можно ли с них за это спросить? И с кого вообще спросить, что происходит именно так? А можно ли спросить за их вред патриотическому воспитанию — реализации Государственной программы?

С кого спросить, что даже в ходе телетрансляции исключительно патриотического мероприятия — Большого концерта «Всем миром, всем народом, всей замлей» у Главного Храма Вооруженных сил, постоянно вставлялась реклама таблеток, массажеров, продукции KFC т. д.? После патриотических песен — слезы на глазах зрителей — и опять длинная реклама, а потом опять песни, и опять слезы, и опять реклама… [2]

Что в итоге остается в душе зрителей? Гордость за Россию или мнение, что за деньги (от рекламы) можно ВСЕ — даже прерывать такую трансляцию. А какие бы деньги предложили наши враги, чтобы рекламой прервали выступление Президента? И кто же решает, что можно, а что — нельзя. Почему в этих случаях — можно?

Наверное, если пока не спросить, то так поставить вопрос, если мы сможем оценить результат такой деятельности. В этом случае нам нужно определить критерии — сколько в стране патриотов и растет ли в результате реализации Госпрограммы и другой деятельности (например, подобной рекламы) их количество? Кстати, в указанной Госпрограмме как раз среди целей и задач и имеется пункт: «совершенствование методологии измерения и уточнения набора показателей, отражающих уровень патриотического воспитания граждан в контексте задач обеспечения национальной безопасности Российской Федерации» [1].

Очевидно, что реализация предусмотренных Госпрограммой мероприятий, например «углубление знаний граждан о событиях, ставших основой государственных праздников и памятных дат России и ее регионов» [1] в итоге может привести как к росту, так и снижению числа патриотически настроенных граждан.

Для оценки ситуации нужно определиться с базой для сравнения. Как представляется, очень показательна ситуация с Великой Отечественной войной. Фашисты накануне начала агрессии против СССР считали, что война закончится к лету, а «недовольные советской властью» люди в массовом порядке перейдут на сторону Германии, как до этого сделали французы, румыны и другие европейцы.

Каким же для них был шоком массовый героизм и самопожертвование советских солдат, партизан, тружеников тыла! За что же они так дрались? За ту жизнь, которую получили в новой стране и перспективу счастливой жизни при Коммунизме — за счастливое будущее своих детей и внуков. Так их воспитали перед Войной — словами и делами: ликвидацией безграмотности, электрификацией, бесплатной медициной, образованием и т. д. и т. п. — более сотни миллионов, более 20 из которых в итоге отдали свои жизни за Родину. Понятно, что если бы «недовольных» было сотня миллионов, то они бы оказались среди «власовцев» и помогли фашистам.

Можно ли считать, что патриотов стало еще больше в послевоенный период? На наш взгляд, несомненно: на Великие стройки массово ехала молодежь, осваивалась Целина, появилась гордость за создание атомного оружия, первый полет человека в космос, первое фото обратной стороны Луны, гордость за успехи во внешней политике, когда друзьями СССР считалось быть почетным вплоть до бескорыстного сотрудничества с советской разведкой.

В то время автору этих строк уже довелось жить, и сложить свое собственное впечатление об обстановке:

— целые кварталы бараков, где жили друзья и знакомые, были снесены, а взамен государство предоставило бесплатные квартиры с горячей водой и газом;

— огромное число бесплатных кружков и спортивных секций, где предоставлялись лыжи, коньки, фотоаппараты, авиамодели;

— массовое развитие спорта, когда, например, весь г. Киров собирался по выходным на Филейке, чтобы посмотреть всероссийские соревнования по прыжкам с трамплина или на стадионе «Динамо» на международных соревнованиях по конькобежному спорту;

— бесплатная медицина и образование с гарантированным трудо­устройством после получения диплома. Мне, например, в числе 20 выпускников «политеха» была предоставлена работа в другом регионе на ракетном заводе с солидной зарплатой, на которую можно было бы сразу, например, купить модный мотоцикл!

— пропаганда того, что государство всех обеспечит, а значит не нужно заниматься своими огородами — реально все было дешево и доступно, а в столовой «на Филейке» на столах стоял бесплатный хлеб;

— постоянная занятость в период учебы в школе в массовых мероприятиях: сборе металлолома, приборке парков, подготовке к демонстрациям 1 мая и 7 ноября — цветы, транспаранты и т. д., а в студенческие годы — работа в селах области по проведению электричества в отдаленные деревни, работа на уборке колхозного урожая;

— а одно из главных — песни, которые постоянно транслировались по радио и телевидению и которые пели родители, старшие братья и сестры, герои кинофильмов и мы сами — их писали, пели, и они стали ориентиром и принципом последующей жизни:

— «Я люблю тебя, Россия, дорогая моя Русь…»

— «Эх, хорошо в стране советской жить…»

— «Дайте трудное дело, дайте дело такое, чтобы сердце горело и не знало покоя…»

— «Пока я ходить умею, пока глядеть я умею, пока я дышать умею — я буду идти вперед!… Готовься к великой Цели, а Слава тебя найдет!»

— «С чего начинается Родина? …со старой отцовской буденовки…»

— «Штурмовать далеко море посылает нас Страна…».

На экранах мы видели людей, которые думали о благе народных масс и даже жертвовали жизнью ради счастливой будущей Жизни. Нам хотелось им подражать, мы ставили себя на их место и спрашивали: «А я бы смог так?» — герой фильма «Коммунист», убитый врагами Революции — привез в столицу эшелон хлеба и упал в обморок от голода, «Добровольцы» — погибший для спасания товарищей моряк-подводник; те, кто прокладывали трассы в тайге — «Карьера Димы Горина», осваивали Целину — «Иван Бровкин», не боялись трудностей — «Повесть о настоящем человеке», «Директор» — возглавил автозавод и сам сел за руль, чтобы на нашей машине участвовать в международном авторалли и другие.

И конечно на самом верху были государственные деятели, которых в кино показывали совершенно правильно — их поступки должны вселять уверенность в счастливом завтрашнем дне: В. И. Ленин, И. В. Сталин, Ф. Э. Дзержинский, Г. К. Жуков… И мы знали, что в Ленина предательски стреляли, что Сталин был «авторитетом» для Черчилля и Рузвельта на Ялтинской конференции, что Дзержинский организовал успешную борьбу с детской беспризорностью, что маршал Жуков гениально планировал операции и обеспечивал их реализацию… На улицах стояли им Памятники, и мы постоянно мимо них ходили в школу, институт, на работу…

В центре г. Кирова был «Дом офицеров», где можно было собраться и поговорить о служении Родине, вручить государственные награды — и вот уже лет 30 в этом здании магазин, а построенный в 1951 году (!) трамплин [3] эти же 30 лет стоит заброшенный…

В итоге эта работа — система единых воспитательных мер — дала свой положительный результат. Конечно же, огромную роль сыграли родители, их друзья, соседи, знакомые, которые все были сопричастны к Великой Победе, а в последующем честно трудились на оборонном предприятии.

Почему же я считаю себя патриотом и стараюсь сформировать патриотизм у студентов в ходе занятий? Как представляется, чтобы себя кем-то считать, мало это провозгласить и сказать, что в случае чего буду поступать вот так. Человека необходимо оценивать по сделанным делам и поступкам в ситуации возможности выбора. Как «воры в законе» во время войны — одни пошли воевать с фашистами, а другие, «будучи верными заповедям «не поддерживать Власть», отказались идти на фронт. Как те пленные солдаты — кто перешел в армию изменника — Власова, а кто бежал и воевал среди партизан…

Первой ситуацией выбора у меня была дилемма: воспользоваться предоставленной пожизненной бронью как инженера-ракетчика после окончания института или пойти служить в армию — как прадед, дед, отец, старший брат? Пошел в военкомат и попросил отменить бронь — отслужу, как все, и вернусь на ракетный завод. Пошли навстречу, отслужил и вновь вернулся на секретный завод.

Второй ситуацией выбора можно считать предложение поступить на службу в органы КГБ — поменять спокойную работу на «фронт в мирное время». Согласился без колебаний и отслужил более 25 лет. Некоторые в кадрах тогда удивились, что с военного завода я пришел на службу с существенным понижением зарплаты. И до сих пор помню тех, кто отказался…

Третья ситуация — вызов «в кадры» и предложение поехать в спецшколу, изучить фарси и продолжить службу на территории Афганистана, где продолжалась война. Согласился сразу — Родина считает, что я нужен на этом участке…

Отдам ли жизнь за Родину, если возникнет ситуация? Без колебаний.

Остается обсудить вопрос, что же такое Родина, и как это объяснить студентам? Однозначно, что Родина — это не Правительство, олигархи и т. д. — они могут приходить и уходить — это территория и культура, которую тысячелетиями сохраняли и защищали от захватчиков, не допуская мысли, что «над ними, как хозяева», будут поляки, французы или немцы, дошедшие с запада до самой Москвы и отброшенные в итоге назад. Или японцы и даже «белочехи», пытавшиеся захватить Сибирь с Востока.

И, главное, как проверить, что же в итоге сформировалось — в случае войны сколько будет «власовых», а сколько — «Карбышевых и Матросовых»? Есть ли сегодня «пятая колонна» и насколько она велика? Насколько реальна для России угроза «цветной революции», которую Президент в 2015 году включил в число дополнительных угроз безопасности России в новую Стратегию [4]?

Интересно бы узнать, что напишут о системе сегодняшнего патриотического воспитания те, кому сейчас 15–20 лет? Что они испытали лично на себе?

Оглядываясь назад и осмысливая прожитое, представляется целесообразным предложить ряд мер для повышения эффективности патриотического воспитания.

Во-первых, когда будут обсуждаться очередные поправки в Конституцию, считал бы целесообразным в качестве высшей ценности указать не «человека, его права и свободы», а «благополучие и процветание России», как это указано в преамбуле [5]. И включить туда понятие «патриотизм» как совершение поступков во благо процветания Родины. И если обычный человек, честно работая и уплачивая налоги, правильно воспитывая детей, может считаться патриотом, то миллиардер, который только себе строит дворцы и яхты, выводя прибыль за границу, должен считаться «непатриотом» и получать общественное и государственное порицание38 [6].

Во-вторых, необходимо реально формировать единство народа и Власти, прежде всего, в материальном аспекте, поскольку не может быть пенсия и «минималка» у миллионов граждан 12 тысяч, а доход представителей власти, работников госкорпораций, руководителей различных структур — миллионы39 [7]. В истории России все революции с многочисленными жертвами произошли именно на основе материального неравенства, а не национального и религиозного, как в большинстве других стран.

В качестве показателя состояния угроз национальной безопасности в Стратегии [4] включен «децильный коэффициент (соотношение доходов 10 процентов наиболее обеспеченного населения и 10 процентов наименее обеспеченного населения», который у нас превышает все мыслимые размеры, но там ничего не говорится о его критической величине и ответственности за рост разрыва, что целесообразно отразить в соответствующем документе.

В этом же аспекте необходимо принять конкретные меры по повышению авторитета представителей Власти, поскольку она выборная и народная, а не наследуемая, клановая, этническая и т. д., при этом представляется целесообразным изменить название «Общероссийский народный фронт» на что-либо нейтральное, типа «Движение за социальную справедливость», поскольку «фронт» предполагает «с той стороны» наличие врага — массового и организованного, планирующего уничтожить страну, с которым не должны ассоциироваться «чиновники». Коррупционеры, по сути, одиночки, и против них не нужен «фронт» с армией, иначе это уже системная проблема Власти.

В-третьих, необходимо законодательно запретить прерывание патриотических фильмов рекламой, а также фильмы и иные произведения, восхваляющие криминальные нравы и традиции, обогащение как «высшую ценность», непатриотичное поведение и насилие. Как вариант, суммы на компенсацию потерь от отсутствия рекламы можно было бы предусмотреть в очередной Госпрограмме патриотического воспитания. Что касается криминальной тематики, то хочется надеяться на позитивные изменения после недавнего запрета Верховным судом России АУЕ, признав ее идеологию экстремистской [8].

Итогом могло бы быть учреждение государственной награды «За патриотизм», присуждаемой за конкретные поступки, укрепляющие единство народа и его счастливую жизнь.

Литература

1. Постановление Правительства Российской Федерации от 30.12.2015 № 1493 «О государственной программе “Патриотическое воспитание граждан Российской Федерации на 2016–2020 годы”» // СПС «КонсультантПлюс». Текст: электронный.

2. Концерт «Всем миром, всем народом, всей замлей». Изображение (движущееся; двухмерное): видео. 29 августа 2020 г. // Телеканал «Россия». Режим доступа: свободный.

3. Как убивали трамплин. Чем грозит снос крупного спортивного объекта на Филейке. URL: https://kirov-portal.ru/news/podrobnosti/kak-ubivali-tramplin-chem-grozit-snos-krupnogo-sportivnogo-obekta-na-filejke-23163/ (дата обращения: 26.08.2020). Режим доступа: свободный. Текст: электронный.

4. Указ Президента Рос. Федерации от 31.12.2015 № 683 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» // СПС «Консультант Плюс». Текст: электронный.

5. Конституция Российской Федерации (текст с изм. и доп. вступ. в силу с 21.07.2014. Принята народным голосованием 12.12.1993. М., 2014 // СПС «Консультант Плюс». Текст: электронный.

6. Путин прокомментировал ситуацию с Башкирской содовой компанией. URL: https://news.mail.ru/economics/43121169/?frommail=1 (дата обращения: 26.08.2020). Режим доступа: свободный. Текст: электронный.

7. Аргументы и факты. № 35. 2020 года. Еженед. Текст: непосредственный.

8. Шансон мимо кассы. Как запрет АУЕ скажется на заработке исполнителей блатняков. URL: https://news.mail.ru/society/43085081/ (дата обращения: 26.08.2020). Режим доступа: свободный. Текст: электронный.

«Герой нашего времени»: виктимологический аспект проблемы40

Введение

Потребность в героях была всегда в любом обществе, где люди сталкивались с какими-либо проблемами. Ими гордились, воспевали в легендах и песнях, ставили памятники и даже объявляли «святыми».

Общество и государство, таким образом, признавало значимость и необходимость героических поступков, с другой стороны, осознавало, что таких людей единицы, и они, чаще всего, в итоге погибали, жертвуя своей жизнью ради других или Родины в целом.

В то же время, в советский период при необходимости восстановления экономики и обустройства новой страны возникла настоятельная потребность в повседневном напряженном труде в тяжелых условиях, что также было приравнено к героизму.

Как указано в «Советском энциклопедическом словаре», «Героизм: совершение выдающихся по своему общественному значению действий, отвечающих интересам народных масс и требующих от человека личного мужества, стойкости, готовности к самопожертвованию» [1]. Понятие «герой» там отсутствует. Иными словами, в результате проявления героизма человек может стать, а может и на стать «жертвой». И Героями признавались как выдающиеся строители и ученые, так и пожертвовавшие своей жизнью солдаты. Как было провозглашено: «Из одного металла льют Медаль за бой, Медаль за труд» [2].

В то же время в литературной среде традиционным стало под «героем» понимать центральный персонаж произведения, отражающий какие-либо аспекты жизни общества, при этом также рассматривая аспект жертвы. Например, в работе «Герой нашего времени: эволюция героя в российской постсоветской драматургии» прямо выделен раздел «Виктимность», где указывается на то, что персонажи стали «жертвами времени… Его герой — бесконечно несчастный мужчина, тщетно пытающийся вырвать у реальности свой кусок маленького счастья…» [3].

В предлагаемой же статье мы будем рассматривать героя и героизм именно в аспекте совершения значимых для общества традиционно героических поступков.

С позиций «Виктимологии» ученые рассматривают гибель человека как следствие виктимности, понимая под нею наличие или соответствующих качеств, или принадлежность к определенной группе, или же виктимогенной ситуации, которые и следует ликвидировать в процессе виктимологической профилактики. Как следствие — чем меньше виктимности — тем меньше погибших и пострадавших, тем лучше.

Постановка проблемы

Исследователи, классифицируя виктимогенные ситуации, выделяют ситуации, связанные с различными аспектами их возникновения, в том числе, и с «правомерным поведением жертвы», когда, например, пострадал сотрудник правоохранительных органов в процессе захвата преступников. Следует отметить, что ситуации целесообразно разделить на криминогенные (схватка с преступником) и не криминогенные (спасение утопающих).

Криминологи также выделяют так называемую «виновную» виктимность и «невиновную», понимая под первой действия жертвы негативного плана, виктимность, которую надо ликвидировать в ходе виктимологической профилактики. Сюда относится легкомысленное открывание двери преступнику, доверчивость в беседе с мошенником и т. д., когда потерпевший не предвидит будущих последствий. Куда отнести действия Героя?

Формально, как представляется, следует считать виктимность «виновной», т. к. человек пострадал в результате своих действий, но только в аспекте переоценки своих возможностей. Например, человек бросился в огонь спасать детей, ввязался в драку, чтобы защитить девушку, но не осознавал, что слабо подготовлен, не звал на подмогу и т. д. Но если он сознавал, что в драке погибнет, но не может допустить трусости, предательства и т. д., тогда квалификация виктимности как «виновной» представляется не вполне уместной.

В этом случае, на наш взгляд, целесообразно бы применить классификацию виктимности на «активную» и «пассивную», хотя, по своей сути, они обе в итоге могут сделать человека Героем. В случае активной виктимности он бросается на преступников, во втором случае, он «просто сидит и молчит», когда его пытают и требуют выдать тайну — кто его внедрил в преступную группировку, когда начнется операция, сколько сотрудников и т. д.

Можно применить аналогию, что здесь — «Молчание — золото», золото на Звезде Героя.

Далее традиционно виктимность классифицируется на личностную, ролевую и ситуативную, при этом личностная прямо связана не с отрицательными, а исключительно положительными качествами: патриотизмом, самопожертвованием и т. д.

Применительно к ролевой виктимности есть возможность выделить т. н. «героические профессии», куда люди идут осознанно, предполагая, что когда-нибудь придется выбирать между геройством и сохранением собственной жизни. Это сотрудники правоохранительных органов, внедряемые в преступные группировки, охраняющие покой граждан, стратегические объекты и т. д. и даже свидетели по уголовным делам. При этом следует добавить, что, в одном случае, например, офицер может проявить героизм при борьбе с бандитами, а в другом — спасая детей на пожаре, т. е. в криминогенной или не криминогенной ситуации. В первом случае он объект изучение по курсу «Виктимологии», во втором — ОБЖ.

Но основа у них одна и касается т. н. процесса и субъектов виктимизации. В нашем аспекте, тех, кто воспитал порядочного человека — будущего Героя: семья, школа, армия, СМИ и т. д.

Ситуативная виктимность традиционно изучается с использованием классификации ситуаций: возникшие по воле жертвы или нет (Например, сначала сотрудник ФСБ дал согласие на внедрение в группировку террористов — создал ситуацию, а затем, будучи раскрытым, создал конфликтную ситуацию, отказавшись от предательства). А ситуация раскрытия возникла не по его воле, а из-за предательства другого или перехвата информации и т. д.

Ситуации с правомерным и неправомерным поведением (для Героя — всегда поведение правомерное), конфликтная и бесконфликтная, кратковременная и длящаяся и т. д. Как представляется, здесь нет больших проблем для исследования.

Помимо индивидуальной виктимности имеет место групповая, например, в ходе контртеррористической операции или, как при обороне Сталинграда, бойцы в «Доме Павлова» или защитники Брестской крепости. В мирное время — летчики, погибшие при спасении жителей города при катастрофе самолета. Как пели в то время: «Пускай мы погибнем, но город спасем!»41.

Что касается массовой виктимности, то здесь также понятен пример массового героизма во время Великой Отечественной войны, когда фашисты были в шоке, после спокойной сдачи им европейских столиц вдруг столкнувшись с массовым героизмом не только солдат, но и партизан — гражданских лиц и даже детей.

Возникает вопрос, а обязательно ли Герой должен умереть? Определенный ответ, как представляется, дает в кинофильме командир одному из солдат перед атакой во время войны, когда тот заявляет, что готов отдать жизнь за Родину. На это командир ответил, «А кто за тебя Берлин брать будет!? Ты попробуй совершить подвиг, но остаться живым!».

С научной точки зрения, на наш взгляд, применительно к виктимности здесь можно выделить две ситуации: во-первых, если человек решается совершить героический поступок в ситуации, из которой вообще нет шансов выйти живым — это Герой с ситуативной виктимностью, когда сначала ситуация возникла не по его или по его воле, а затем перешла в конфликт в силу его правомерного поведения. Например, разведчик, засылаемый во вражеский тыл, изначально осознает возможность будущего провала и для себя уже заранее решает, как он будет поступать.

Применительно к мирной жизни в качестве примера хотелось бы привести широко освещавшееся событие из советского прошлого, когда вооруженные бандиты ворвались в кассу, где стояли в очередь рабочие завода и, угрожая автоматом, потребовали отдать все деньги. И тут один молодой человек вышел вперед и заявил, что они эти деньги не заработали и должны уйти. В итоге бандиты сначала ему предложили уйти, а потом после отказа в упор расстреляли. Он сознавал такой исход? Безусловно. Мог он поступить иначе? Нет — вот так его воспитали.

Что же произошло потом? На звук автоматной очереди быстро прибежал милиционер — такой же молодой парень и увидел, как вооруженные лица выносят мешки с деньгами. Но он не бросился к ним на встречу, а укрылся за машиной и, как учили и тренировали, сначала предложил сложить оружие. А в ответ на стрельбу произвел пять прицельных выстрелов, которые все попали в цель. В итоге была обезврежена банда, которую давно разыскивали по всей стране.

Таким образом, на наш взгляд, требуют исследования два вопроса: нужен ли государству и обществу массовый героизм и, во-вторых, можно ли при этом остаться в живых или получить минимальный ущерб жизни и здоровью? Где есть виктимность, которую нужно и можно ликвидировать различными мерами виктимологической профилактики?

Описание и результаты исследования

Как доносят до нас литературные и иные источники, традиционно Герой погибал ради народа, счастья, свободы и т. д. Герой Данко достал из груди свое горящее сердце и осветил во тьме дорогу согражданам, крестьянин Иван Сусанин завел захватчиков в глухой лес на погибель, за что они его и убили, Прометей пожертвовал жизнью, чтобы дать людям огонь, Александр Матросов закрыл своим телом пулемет, чтобы обеспечить победу в атаке, генерал Дмитрий Карбышев пошел на смерть, но не согласился перейти, будучи в плену, на сторону фашистов, убитая террористами бортпроводница Надежда Курченко, попытавшаяся помешать захватить им самолет с пассажирами, и наш соотечественник Магомед Нурбагандов, который также не пошел на сделку с террористами и был зверски убит. Как сказал Президент России В. Путин, вручая награду родителям Героя, «бывает так, что судьба отмеряет человеку лишь несколько минут, мгновений, чтобы совершить настоящий поступок, сделать свой выбор: или струсить, или шагнуть в бессмертие»42.

Но есть ли Герои, которые в итоге остались живы? Безусловно: и легендарные прототипы киногероя «Штирлица», и экипаж самолета, спасший во время аварии всех пассажиров43 и многие другие.

В последнем случае мы может констатировать, что в сложившейся ситуации каждый проявил высочайший профессионализм, без которого его тоже бы наградили, но «посмертно». Таким образом, можно сделать вывод, что, с одной стороны, необходима целенаправленная воспитательная работа по формированию патриотизма и готовности пожертвовать собой ради Родины, сохранения чести, достоинства, спасения утопающих или детей на пожаре и т. д. С другой стороны, нужна такая же системная работа по подготовке граждан к таким возможным ситуациям, чтобы они не гибли в силу слабой физической подготовки, слабого знания техники безопасности и т. д., что мы справедливо можем отнести к наличию личностной и ролевой виктимности.

Например, давайте вспомним первого человека, вышедшего в открытый космос — настоящего Героя Алексея Леонова, когда только его высочайший профессионализм и самообладание позволили найти выход из критической ситуации, проткнуть раздувшийся скафандр, выпустить часть воздуха и вернуться на станцию. И как мы, думаю, восхищаемся профессионализмом космонавта в фильме «Марсианин», оставленного на далекой планете? Аналогично примером высочайшего профессионализма может быть поведение киногероя Шарапова, внедренного в банду «Горбатого».

И вспомним другой исторический факт, когда во время событий в Чечне молодые неподготовленные для боевых действий в условиях города наши солдаты массово гибли, совершая героические поступки…

Для более глубокого понимания ситуации и ответов на поставленные вопросы, на наш взгляд, есть необходимость вспомнить наше не так далекое советское прошлое.

Во-первых, была развернутая массовая, практически всеохватывающая работа по формированию патриотизма, включая песни и кинофильмы. Вспоминаются такие слова песни: «Когда страна быть прикажет героем,

У нас героем становится любой!» [4]. И еще: «Здравствуй, страна героев, Страна мечтателей, страна ученых!…» [5]. А еще раньше, каждый школьник учил стихотворение со словами «Безумству храбрых поем мы славу.

Безумство храбрых-вот мудрость жизни! О смелый Сокол! В бою с врагами истек ты кровью…Но будет время — и капли крови твоей горячей, как искры, вспыхнут во мраке жизни и много смелых сердец зажгут безумной жаждой свободы, света! Пускай ты умер!.. Но в песне смелых и сильных духом всегда ты будешь живым примером, призывом гордым к свободе, к свету! Безумству храбрых поем мы песню!..» [6].

А для более младших: «Плывут пароходы — привет Мальчишу! Пролетают летчики — привет Мальчишу!!!…» [7] — это мальчику, который не выдал врагу самую главную тайну и был ими убит.

Что в итоге? А в итоге этот народ разбил самую сильную гитлеровскую армию, а Подвиг Александра Матросова повторили около ста человек в разных воинских частях и в разных условиях. Потому что об этом узнали все.

И второе — массовое развитие спорта, которое действительно «каждому» позволяло совершить героический поступок. И в обществе гордились выдающимися спортсменами, а физкультура была действительно повсеместной, секции и инвентарь бесплатными, а чемпионы — такие же простые ребята — пример для подражания. И в каждом дворе была хоккейная коробка, футбольная площадка, турник для подтягивания и т. д. и т. п. Молодые люди гордились значками, грамотами, победами. Именно они были на киноэкранах.

Как известно, именно из наиболее подготовленных спортсменов были созданы специальные разведывательно-подрывные подразделения, которые успешно боролись с фашистами в самых сложных условиях: в лесах, в снегах, в горах и т. д. — они были закаленными физически, выносили нагрузки и успешно решали задачи. Все это, как бы сегодня сказали, основа обеспечения национальной безопасности.

Очень, как представляется, с точки зрения формирования подрастающего поколения, показательно содержание стихотворения для школьников про «обычного Героя того времени», который, рискуя жизнью, взобрался по водосточной трубе, прошел по карнизу и спас девочку из пожара в многоэтажном доме, и тихо ушел:

«…Ищут пожарные, ищет милиция, ищут фотографы в нашей столице… Знак «ГТО» на груди у него. Больше не знают о нем ничего… Много в столице таких же Значков. К славному подвигу Каждый Готов!» [8].

А ведь он мог сорваться, не подтянуться, сломать ногу и т. д. — и сколько подростков старались брать с

...