Оглавление

Глава 1

Тесный переулок за одним из баров освещался довольно скудно. Одинокий фонарь, кое-как подвешенный к бетонному забору, тускло озарял обшарпанный мусорный бак и стоящего рядом с ним высокого мужчину. Даже этого слабого освещения хватало, чтобы понять, что этот мужчина совершенно не соответствует ни этому месту, ни с мусорным бакам. Мужчина был красив, его темные волосы были уложены элегантной волной, а коричневое пальто так и кричало, что оно дорогое и модное.

Из бака донеслось шуршание и приглушенное бормотание, а потом над краем появилась голова девушки. Ее высокую прическу украшали какие-то очистки, а на плече лежал обрывок газеты.

— Почему? — полным драматизма тоном спросила она. — Почему, когда я с тобой, Киан, то всегда оказываюсь в таких вот местах, дурнопахнущих, сомнительных, мерзких?

— Дурнопахнущих не то слово, Ева. — Мужчина поморщился. — Но позволь мне заметить, что сегодня ты оказалась в этом баке не по моей вине, а по своей собственной воле.

Ева сердито зашипела и попыталась выбраться. Ей плохо это удавалось. Скользкие от помоев стенки бака не давали опереться на них.

— Помоги же мне! — не выдержала Ева и протянула мужчине руку.

В первый момент казалось, что он не намерен оказывать даме помощь. Киан брезгливо отшатнулся, замешкался, но потом глубоко и обреченно вздохнул и подал Еве руку. Вылезла она с трудом и тут же принялась отряхиваться с выражением омерзения на красивом лице. Изящное вечернее платье было безнадежно испорчено — испачкано и разорвано по шву на боку.

— Ты еще смеешь утверждать, — едва переведя дыхание, продолжила Ева, — что я копалась в мусорке не из-за тебя?

— Исключительно по своей воле, дорогая. — Киан придирчиво оглядел свое пальто на предмет загрязнения.

— Это ты бросил туда обручальное кольцо! — Ева сдула с лица выбившуюся из узла на затылке прядь.

Киан пожал плечами.

— Я бы еще понял, если бы это было твое обручальное кольцо.

— Ты весь вечер провоцировал того парня, — все больше распаляясь, возмущалась девушка, — хотя знал, что он собирается сделать предложение своей подруге. Ты говорил ему гадости про нее, пользовался тем, что он был не совсем трезв, и уверял, что Келли его не ценит, что он достоин лучшего.

— Ну я действительно так думаю, — улыбнулся Киан.

— Еще ты уверял его, что лучше вообще не жениться, а быть свободным, словно ветер, и тогда любая красотка может иметь шанс стать его пассией.

— В этом есть свои прелести.

— В конце концов, доведя парня до кондиции, ты заявил, что поможешь ему и удержишь от ошибки.

— Мною двигало исключительно благородство, поверь. Келли ему не пара.

— Ты добился того, что этот несчастный сам отдал тебе кольцо и велел выкинуть его. И все это за пять минут до прихода его девушки!

— Вот видишь, — Киан развел руками, — я лишь выполнил его просьбу.

— Ты испортил людям жизнь! — взвизгнула Ева. — Они были прекрасной парой! И любят друг друга! А теперь поругаются и расстанутся. Я хотела найти кольцо и исправить причиненное тобой зло.

— Я демон, дорогая, — остался спокоен мужчина. — Не забывай этого.

— Да уж, забудешь тут! С тобой даже ангельское терпение лопнет!

— Какое? — искренне удивился Киан и тут же закивал. — Ах, да, прости, все время забываю, что ты поменяла сторону. Но я-то остался на прежней.

Он засмеялся, когда Еву накрыла новая волна возмущения.

— Так ты нашла кольцо? — поинтересовался Киан, едва девушка вновь открыла рот. — Стоило портить новое платье?

— Нет! — рявкнула она. — Не нашла! Там слишком темно.

— Чем вы двое тут занимаетесь? — звонкий мальчишеский голос прервал ссору.

Ева и Киан одновременно повернулись, чтобы увидеть стоявшего в шагах десяти от них Леона — знакомого ангела.

Леон с любопытством осмотрел парочку и тут же брезгливо зажал нос, а потом с упреком обратился к девушке.

— Послушай, Ева, если твоя жизнь на службе стала столь тяжела, что ты вынуждена опускаться до отбросов, то я поговорю с Эваном. Мы придумаем, как помочь тебе.

— Иди к черту, Леон! — Глаза девушки метали молнии. — И не прикидывайся дураком! Даже сейчас ты подыгрываешь демону.

Парень обиженно насупился, а Киан рассмеялся.

— Ангельское терпение, — пожал он плечами, — этого у нашей Евы не отнять.

И все же он смилостивился, решив не играть больше на нервах подруги.

— Леон, дружище, — попросил он, — доставь Еву домой. В машину я ее в таком виде все равно не пущу, а идти по улице в разорванном платье она не может. Остается телепортация.

Девушка хотела было разразиться новой гневной тирадой, но чуть поразмыслив решила, что Киан чего доброго и правда оставит ее одну посреди улицы. Она с надеждой взглянула на Леона.

Тот некоторое время пребывал в замешательстве — разило от Евы за версту, но чувство долга возобладало в благородном создании, и ангел, сдержав вздох, протянул ей руку.

— Конечно, — кивнул он, — давай отправим тебя домой, прямо в ванну.

Через мгновение ни парня, ни девушки в переулке не было.

— Вот и славно, — вполголоса удовлетворенно произнес Киан и, усмехнувшись, опустил руку в карман пальто. Золотой ободок колечка с бриллиантом блеснул в тусклом свете фонаря. Размахнувшись, мужчина швырнул украшение в темноту. Услышав, как оно стукнулось где-то далеко об асфальт, демон довольно улыбнулся и зашагал к своей машине.

Когда Киан вошел в свою квартиру, которую с некоторых пор делил с подругой, из ванной доносилась тихая музыка. Он не торопясь снял пальто и остался в светлой рубашке с закатанными рукавами и темных брюках. Отыскав на кухне бутылку вина, мужчина щедро плеснул в бокал. Чуть замешкавшись, он наполнил и второй. Короткий стук в дверь ванной комнаты был скорее формальностью, спрятаться от хозяина квартиры Ева не смогла бы при всем желании, но он все же старался быть вежливым.

Большое помещение, выложенное светло-бежевой итальянской плиткой, было наполнено ароматом спелой вишни. В белоснежной ванне, укутанная в пышную пену, расслабленно лежала девушка. Она не открыла глаз, когда в туалетной комнате появился мужчина, и лишь поглубже ушла в исходящую паром воду.

— Твое любимое, — произнес Киан, протягивая Еве бокал с рубиновым напитком.

Она не пошевелилась.

— Брось, — с насмешкой сказал мужчина, — происшествие не стоит нашей ссоры. Эта пара все равно бы не поженилась.

— Почему? — Девушка соизволила посмотреть на собеседника. Она сделала милость и приняла бокал.

Киан небрежно облокотился о небольшой комод и пожал плечами.

— Они расстались бы довольно скоро.

Ева села выше, искристая пена зашуршала лопающимися пузырьками. Плечи девушки и верхняя часть груди соблазнительно выглядывали из воды.

— Возможно, я могла бы помочь им прийти к взаимопониманию, — все еще сердито сказала Ева. — Любые разногласия можно решить, если есть любовь. Ты не дал им шанса.

Киан лениво отпил вино и сказал:

— Через год этот парень, за разбитое семейное счастье которого ты так переживаешь, сядет пьяным за руль. Он разобьется насмерть. Его девушка только что избежала участи быть пассажиркой на соседнем сиденье. Эти двое сегодня расстались навсегда.

Вода в ванной показалась Еве неприятно холодной, а вино в бокале заиграло оттенками свежей крови.

— Киан! — пораженно воскликнула девушка, во все глаза глядя на мужчину. — Это предначертано ему или…

— Это станет следствием его необузданного нрава и подобных попыток в прошлом, которые он не прочь повторить.

— А девушка? Что будет с ней?

Киан сдернул с крючка полотенце и протянул Еве.

— Ничего, — пожал он плечами. — Через два года она выйдет замуж за рок-музыканта, всю жизнь будет спасать его от тяги к наркотикам, родит сына.

Ева задумчиво вытиралась, а потом ее голубые глаза вновь сверкнули гневом.

— Нельзя было все это мне сказать до того, как я полезла в мусорный бак?

Губы мужчины растянулись в дьявольской усмешке.

— И испортить себе такое удовольствие? Ни за что!

Он со смехом увернулся от брошенного в него полотенца и вышел из ванной.

— Я не обладаю твоим даром предвидения, — донеслось до него из-за полуприкрытой двери. — Я хотела сделать доброе дело и провалилась. Ты же знаешь, что Эван спросит с меня.

— Поверь мне, — чуть повысил голос Киан, — его святейшество будет доволен.

— Чем? — Ева вышла в гостиную, облаченная в черный шелковый халат. — Тем, что дала пьянице умереть или тем, что его подруга будет теперь нянчится с наркоманом? Вдруг, если бы они остались вместе, девушке удалось бы сделать его лучше?

— Никому не дано сделать другого лучше. — Киан потянулся, стараясь поймать Еву за талию, но ухватил лишь тонкий поясок. — Это иллюзия, детка. Человек может измениться только по собственной воле, да и то далеко не всегда.

— Человек может измениться ради любви к другому, — упрямо заявила Ева. Она попробовала отобрать свой пояс, но мужчина крепко зажал его в руке. Он аккуратно притягивал сопротивляющуюся девушку к себе. Впрочем, мыслить связно у Евы уже не получалось. Киан как всегда с легкостью подчинил ее себе, своим рукам, губам и магнетизму очень темных глаз.

— Иди ко мне…

Фраза, произнесенная тихим шепотом, и на этот раз оказалась сильнее магического заклинания.

Пояс упал на пол, половинки халата разошлись, являя жадному взгляду соблазнительное женское тело. Шею Евы обжог поцелуй. Она почувствовала горячую ладонь Киана на своей пояснице. Вот его рука скользнула ниже, чуть сжала ягодицу, вызвав стон. Их бедра соприкоснулись, и, когда искуситель чуть потерся о девушку, ее колени сами собой подогнулись.

Требовательный рот Киана терзал ее губы. Как обычно, любовник не позволил ей перехватить инициативу. Демон не забыл, что раньше эта девушка принадлежала ему не только телом, но и душой, и даже сейчас настаивал на своем господстве. Впрочем, Ева не имела ничего против сладкого плена в постели. К тому же она прекрасно осознавала, что и сама имеет власть над этим мужчиной. Видя, как его глаза туманятся от страсти, а с полураскрытых губ слетает стон наслаждения, девушка испытывала восторг. Эта она заставляла его ощущать столь яркие чувства. Из-за нее демон терял голову и даже вынужден был рисковать своим положением перед грозным начальством. Архидемон пока с интересом наблюдал за необычной парой. Кажется, они оба его забавляли. Открытого неповиновения своего подчиненного он бы не потерпел. Пусть трахаются, пока это не мешает Киану выполнять свои обязанности. Так что их оставили в покое. Разве что за демоном следили пристальнее обычного. Киан это знал, а Ева даже не подозревала насколько усложнила ему существование.

Вот в повседневной жизни их странный и противоречивый союз подчас вызывал жаркие споры. До настоящих ссор дело никогда не доходило. Киан давал понять: его мнение или решение непреклонно. Если Ева продолжала упорствовать, то он просто исчезал на несколько дней, хладнокровно выполняя то, что задумал, или то, что должен.

Хотя у Евы не стояло задачи стараться изменить мужчину, но теперь, когда они были по разные стороны условной черты, она всегда старалась помешать ему в его темных делах. Обычно на эти попытки демон реагировал снисходительной улыбкой. Но все же иногда в темных глазах падшего ангела Ева замечала тяжелую обреченность, тьму, с которой он вынужден был мириться, сделав однажды свой выбор. Он поменял сторону, и, в отличие от Евы, дороги назад для него не было.

— Леон ведь приходил не просто так? — спросил Киан, когда они отдыхали, лежа на широкой кровати.

Ева потянулась всем своим гибким телом, ничуть не смущаясь наготы перед возлюбленным, и, повернувшись, легла на бок.

— Да, — подтвердила она. — Он с поручением от Эвана. Мне придется стать сиделкой у слепой девушки.

— Сиделкой? — вскинул темную бровь Киан. — Эван не нашел никого подходящего в больнице? Или эта какая-то особенная девушка?

— Вроде как особенная, — кивнула Ева. — Завтра мы встречаемся, и он мне все объяснит.

— Я давно его не видел, — задумчиво произнес мужчина. — С поручениями все Леон бегает.

— Эван вроде должен вернуться сегодня ночью. Какие-то дела в какой-то там башне.

Киан приподнялся на локтях и внимательно посмотрел на подругу.

— В красной башне?

— Кажется, да. — Ева почувствовала некоторое напряжение, что исходило от всегда невозмутимого Киана. Он старался это скрыть, но девушка знала его уже долгие двести лет, потому спросила: — Ты знаешь, что он там делает?

Киан сел, а потом отвернулся и потянулся за своей рубашкой.

— Свою работу, — бросил он через плечо. — Ничего более.

Еве стало любопытно. Она прикрыла пледом скрещенные по-турецки ноги и снова задала вопрос:

— А в чем состоит его работа в этой башне? Охотится на кого-то? Тогда почему нас не позвал? Я была бы не против. Мы давно все вместе не гоняли чудовищ.

Киан уже натянул брюки и заправил рубашку. Девушка забеспокоилась, когда поняла, что он одевается слишком уж тщательно. Явно не за вином на кухню собрался.

— Ты уходишь? — в недоумении спросила она.

— Да, — бросил демон. — Выйду ненадолго. — Киан склонился над девушкой и небрежно поцеловал ее. Его мысли находились где-то далеко. — Засыпай, не жди меня.

Когда на двери щелкнул электронный замок, Ева нахмурилась.

— Что за башня такая? — проворчала она. — И что там делает пресветлый Эван?

Девушка была уверена, что настроение ее демона поменялось именно при упоминании этой башни. Ладно, завтра она расспросит самого ангела, а сейчас и правда лучше поспать. Вечер она провела достаточно бурно, даже бессмертному созданию требовался отдых.

Кафе на набережной было залито лучами весеннего солнца. Блики от реки и солнечные пятна плясали на полированных столешницах с белыми салфетками и отражались в витринах с пирожными.

Даже всегда строгий Эван не мог удержатся от улыбки, видя, с каким наслаждением его подопечная ест бисквит щедро политый сливочным кремом.

— Ева, — сказал он, — в средневековье тебя бы сожгли как ведьму. Есть столько сладкого и иметь такую совершенную фигуру, это вызывает подозрение. И зависть. На тебя уже смотрят. Ты ешь третье пирожное.

Ева с хитрой улыбкой облизала покрытые кремом губы.

— Ты в своем репертуаре, Эван, — произнесла она чуть нараспев. — Сначала хотел пошутить, потом даже сделал комплимент, но в итоге все равно скатился к нравоучениям. Я должна быть ответственна за то, что другие не могут позволить себе лишний кусочек торта?

Ангел поджал губы.

— Мы должны думать о ближних и об их благе. Ты не должна соблазнять и…

— О… — Ева страдальчески закатила глаза. — Началось! Ладно, все, я поняла. Теперь буду покупать пирожные с собой. Пусть все думают, что это угощение для целой толпы гостей.

Девушка вытерла сладкие губы салфеткой, смазав заодно и яркую помаду, и села, благопристойно сложив руки на коленях. Про себя она подумала, что служить светлым силам временами не менее трудно, чем демонам. Вслух этого Ева никогда бы не сказала, помня, что именно сделал для нее сидящий напротив строгий ангел.

— Так что ты хотел мне поручить? — спросила она с милой улыбкой. — Что там за девушка?

— Ее зовут Анна, — сказал Эван с теплотой в голосе. — Живет в пригороде. Она художница.

— Художница? — удивилась Ева. — Но Леон сказал, что она слепая! Или это какая-то необычная художница?

— Обычная. — Мужчина поджал губы. — Ослепла она недавно, из-за диабета.

— О, — понимающе кивнула Ева. — Как печально. И я должна ей помочь? Но чем? Я не сиделка и в медицине ничего не понимаю.

— От тебя требуется не медицинская помощь, а простое человеческое участие. Анна осталась почти одна. У нее есть младшая сестра, но она студентка и учится в другом городе, приедет только после летней сессии.

— Я должна стать ее подружкой, чтобы скрасить одиночество?

— Не только. — Эван посмотрел на Еву, но в его светлых непостижимых глазах, она не смогла прочесть ничего. — Ты должна вдохновить ее, заставить почувствовать вкус к жизни.

Девушка растерянно заморгала.

— Я? — переспросила она испуганно. — Но я не уверена, что смогу. Что мне с ней делать?

— А я уверен, что Анне нужно именно такое существо, как ты.

— Существо? — Ева скривилась, но не удержалась от смешка. — Так вот кем ты меня считаешь? И что я за существо, по-твоему?

— Яркая, жизнерадостная, дерзкая, интересная.

Ева откинулась на спинку кресла и с удивлением посмотрела на Эвана.

— А ты сегодня меня просто поражаешь, — сказала она. — И когда ты только успел заметить, какая я? Двести лет, за исключением, пожалуй, только последнего года, я только и делала, что ныла о своей несчастной доле. Меня, по непонятной причине, мог терпеть только Киан. Даже Леон временами уходил на несколько дней передохнуть.

Ей удалось вызвать улыбку на лице Эвана.

— Ты вела себя лучше, чем тебе кажется. Ты не сдалась. Твоей стойкости можно позавидовать. Ты упрямая, безрассудная, несдержанная, своенравная…

— А это уже не очень похоже на комплименты, — громко расхохоталась Ева, — но, скорее, отражает то, что ты обо мне думаешь.

— Это то, что нужно в данной ситуации.

— Так я должна расшевелить эту Анну, поднять ее дух? Правильно?

— Именно так. — Эван довольно кивнул. — Она впала в депрессию, когда болезнь отняла у нее зрение. Живопись была ее призванием, делом жизни.

— Она хорошая художница?

— Потрясающая. Совсем молодая, но очень талантливая. Ее картины удивительны, в них столько света.

В голосе мужчины звучала настоящая гордость, будто эта Анна была его ученицей или дочерью, которой он хвастается перед друзьями. Ева заинтересовалась. Правильный, но иногда излишне рациональный ангел был скуп на эмоции. Этим он походил на Киана, тот тоже не любил показывать чувства, хотя на самом деле был целым ураганом страстей.

— Хорошо, — согласилась Ева. — Я очень постараюсь. А ты? Чем занимаешься ты? Леон говорил про какую-то башню.

— Леон много болтает. — Голос ангела посуровел. — К жизни людей это не имеет отношения.

Ева поостереглась расспрашивать дальше. Хотя любопытство не оставило ее. Дела небесных сфер, о которых ей не хотят рассказывать ни Эван, ни Киан. Остается Леон. Его всегда легко было разговорить.

Глава 2

На следующий день погода испортилась, пошел мелкий дождь. Но это не испортило настроение Евы. Она бодро вела свою маленькую красную машинку по блестящему от влаги шоссе, направляясь загород. Юная зелень, умытая дождем, казалась еще более нежной, зацветающие яблони прикрывали уютные коттеджи душистыми облаками. Ведя машину, Ева подумала, что будь она художницей, ей захотелось бы нарисовать весну именно такой — чуть прикрытой дождливыми тучками, свежей и яркой.

Дом Анны Ева нашла легко. Кованая калитка вела к белому домику с кустами сирени, растущими у крыльца. Качели в небольшом садике, скамейка с покинутой шалью, ярко-синее ведерко, подставленное под крышу, — все это походило на прелестную картину. Гадая, какой же окажется хозяйка, Ева постучала в дверь. Ей долго не открывали, и девушка даже подумала, что Анны нет дома. Хотя куда могла отправиться слепая художница?

— Кто там? — Голос, раздавшийся наконец изнутри дома, показался испуганным.

— Э-э, Анна? — поспешила отозваться Ева. — Меня прислали к вам из центра помощи. Вас должны были предупредить.

Замок щелкнул, дверь приоткрылась, и на пороге показалась хозяйка. Ева едва удержала восхищенный возглас при виде нее. Девушка казалась ангелом во плоти — нежная, тоненькая, обладающая какой-то изысканной красотой. Выглянувший среди туч солнечный луч запутался в длинных волосах удивительного рыжего цвета, чей оттенок, кажется, называют тициановым.

— Вы Ева? — спросила девушка. Незрячие голубые глаза смотрели в пустоту. Тонкие брови напряженно хмурились.

— Да, да, это я, — тут же подтвердила Ева. — Меня прислал к вам Эван.

Анна тут же расслабилась, даже чуть улыбнулась.

— Да, — кивнула она. — Эван говорил мне, что вы придете, но я не ждала вас так скоро. Тем более, что сегодня выходной.

— А наш центр работает без выходных, — жизнерадостно заявила Ева и вслед за посторонившейся хозяйкой вошла в дом.

Внутри Анна двигалась довольно уверенно. Чуть скользя кончиками пальцев по стене, она повела гостью на кухню, где уже слышался свист закипевшего чайника. Ева ловко сняла его с плиты.

— Спасибо. — Анна чувствовала себя скованно, беседуя с незнакомым ей человеком, которого к тому же не видела. — Я говорила Эвану, что мне не нужна помощь, но он настоял. Мне так неловко обременять вас.

— Ну что вы! Вы совсем не обременяете. К тому же это моя работа, и я рада быть полезной. Давайте познакомимся с вами поближе.

Следующие полчаса девушки довольно мило болтали на кухне за чашкой чая. Анна перестала стесняться, и Ева нашла ее просто очаровательной.

— Я болею уже три года, — с грустью призналась хозяйка, — но зрение потеряла два месяца назад. Обидно, что это случилось тогда, когда мне удалось нормализовать свое состояние. Я, конечно, не здорова, но чувствую себя сейчас хорошо, мне даже отменили некоторые лекарства. А вот глаза не выдержали.

Последовавший вслед за этим судорожный вздох выдал степень отчаяния, которую испытывала девушка, и Ева с жалостью посмотрела на нее.

— Эван сам нашел меня, — продолжила, справившись с собой Анна. — Мои контакты дали в клинике. А у него центр помощи инвалидам. — Девушка поежилась. — И вот…

— Эван замечательный, — подтвердила Ева. — Его центр помог уже многим хорошим людям. И вот теперь мы поможем вам.

— Ко мне трижды в неделю приходит медсестра, по хозяйству мне помогает миссис Лорс — я знаю ее много лет.

— А я просто хочу сделать так, чтобы вы не чувствовали себя одиноко. — Ева постаралась говорить жизнерадостно. Девушка понравилась ей. Внутренним чутьем она ощущала ее надломленность. Анна была потеряна и не знала, что делать прежде всего самой с собой.

— Мне кажется, — нахмурилась Анна, — будто я вынуждаю людей нянчиться со мной.

— Не переживайте, — усмехнулась Ева. — Я не против, к тому же Эван платит за мою работу хорошие деньги. Так что я делаю это не бесплатно, а значит, вы не должны чувствовать себя неловко.

— Да, — протянула девушка. — Но я же вам не плачу, со стороны центра эта чистая благотворительность.

— Об этом тоже не переживайте, — отмахнулась Ева. — Эван много чем занимается, а благотворительный центр позволяет ему уходить от налогов.

Анна обескураженно заморгала. Однако то, что буквально на ходу выдумала Ева, произвело нужное впечатление.

— Ну раз так, — улыбнулась Анна, — тогда ладно. Только боюсь, что ваше время, проведенное со мной, будет довольно скучным. Мои дни похожи один на другой.

Ева усмехнулась.

— А вот скуку я терпеть не могу, — безапелляционно заявила она. — Вы должны жить полноценной жизнью, и я этому постараюсь поспособствовать.

— Я и раньше-то не была очень активной, — возразила Анна. Было заметно, что пыл Евы ее немного напугал. — А теперь-то и тем более. К тому же я не очень общительна, не люблю болтать и ничего не понимаю в современных развлечениях.

— Обещаю, — торжественно сказала Ева, — я не потащу вас в ночной клуб и не заставлю танцевать вокруг шеста. Эван поручил вас моей опеке, и, знаете, он не оставит в покое ни меня, ни вас. Так что до приезда вашей сестры мы будем вместе.

— Эван и правда очень настойчив, — улыбнулась Анна. — Он умеет убеждать.

Интонации, с которыми она говорила, заставили Еву приглядеться к молодой художнице внимательнее.

— Я не знаю, как он выглядит, — продолжила девушка, — но у него очень красивый голос.

— Да, — подтвердила Ева. — Сам он тоже хорош. Высокий, плечистый, у него светлые волосы и привлекательные черты лица, очень благородные, я бы сказала.

— А глаза? — спросила Анна. — Голубые?

— Голубые, строгие. Но ресницы длинные, как у девчонки.

Девушка рассмеялась.

— Я его таким и представляю, — сказала она. — В его присутствии становится тепло и легко.

Анна смутилась, почувствовав, что разговор становится каким-то личным. На ее красивом лице вспыхнул нежный румянец.

«Она сама как ангел, — подумала Ева, любуясь хозяйкой дома. — И кажется немного влюблена. А может, и наш пресветлый Эван не так просто решился опекать эту художницу».

Эта мысль занимала Еву, пока она ехала домой. Они с Анной договорились, что завтра Ева приедет к ней с утра, и они спланируют, как провести день.

На скамейке у дома Киана под дождем мок Леон. Его вид взъерошенного воробья насмешил девушку.

— Что случилось? — спросила она чем-то удрученного парня.

В ответ тот вытащил из-под ветровки пушистый рыжий комочек и со вздохом протянул его Еве.

— Вот, — произнес он, словно это все объясняло.

Девушка автоматически приняла дар, оказавшийся крошечным щенком шпица, и понимающе взглянула на ангела.

— Чье-то неудачное желание? — спросила Ева, и Леон кивнул.

— Не просто желание, — грустно пояснил он, — настоящая мечта, заветная.

— Ребенок?

— Мальчик из третьей квартиры, — совсем сник ангел.

— Понятно, — вздохнула Ева и погладила собачку по крошечным ушкам. — А мама против.

— Категорически. — Леон готов был заплакать. — Я вновь оплошал.

Девушка покачала головой.

— Леон, — мягко произнесла она. — А ты не пробовал учитывать желания не только одного конкретного человека, но и его ближайшего окружения? Собака — это дело серьезное.

— Да ты только посмотри на него! — Зеленые глаза парня вспыхнули. — Как можно не захотеть такого прелестного малыша? А она его вон и даже слушать ничего не захотела!

— Бывает, — кивнула Ева. — Ну хочешь, я попрошу Киана отправить эту жестокосердную тетку в Ад на пару дней?

— С ума сошла? — На лице юного ангела отразился ужас. Он даже схватил подругу за руку. — У нее же ребенок, а тут ей просто не понравилась собака. Может на нее времени нет, или сил, или аллергия на шерсть? Нельзя же за это в ад!

— Вот видишь, ты и сам все понял. — Ева засмеялась. Чувство юмора у ангелов отсутствовало напрочь, и она любила иногда этим воспользоваться.

Леон понял, что она пошутила, и успокоился.

— Куда же мне его теперь?

— Найди другого хозяина.

— Не могу, сегодня я убываю по важному делу. — Леон в отчаянии заламывал руки. — Желание одного хорошего человека, которое я не могу испортить.

Парень вдруг замер и уставился на Еву. Она поймала его взгляд и тут же выставила вперед руки, стараясь вернуть собачку обратно.

— Нет! — решительно заявила девушка, угадав мысль, что возникла в голове сумасбродного ангела. — Нет, Нет! Куда мне его? Киан выгонит нас с ним не хуже той мамаши. И тогда тебе придется пристраивать нас обоих!

— Ева, пожалуйста! — Леон умоляюще сложил руки перед собой. — Хотя бы временно, пока я не вернусь. Я недолго, обещаю! Максимум неделю.

— Но я занята, — все еще пробовала сопротивляться девушка. — У меня тоже есть работа, между прочим. Я должна помочь Анне.

— Вот и возьми щенка с собой, — радостно заулыбался парень. — Я уверен, что твоей подопечной он понравится. Вдруг это то, что ей нужно? Пусть отвлечется от своего несчастья и станет заботиться о ком-то.

Ева задумалась, а вредный ангел тут же понял, что ему удалось избавиться от проблемы. Девушка же решила не сдаваться так быстро.

— Хорошо, — прищурившись, сказала она, — но ты мне за это кое-что расскажешь.

— Все, что хочешь, — закивал Леон. — Любую сказку мира, выбирай.

— Ага, — усмехнулась девушка, — сейчас! Не сказку. Расскажи мне, что такое красная башня и что там делает Эван.

Парень замер, пристально глядя на девушку, а потом решительно забрал с ее рук щенка и, развернувшись, зашагал прочь.

— Дьявол! — выругалась Ева и бросилась за ним. — Стой! Да стой же! Ладно, не рассказывай, раз нельзя. Верни собаку, думаю, что это может сработать с Анной.

В тот вечер Киан так и не увидел питомца своей подруги, которому Ева дала имя Чак. Демон не появился дома, и девушка легла спать в одиночестве. Она даже слегка погрустила. Последнее время Киан часто отсутствовал, и Ева не знала, где он и чем занимается. Ясно, что ничем хорошим. Если бы все оставалось по-прежнему, Ева была бы частью этих дел. Нет, она вовсе не жалела о том, что лишена возможности служить Аду. Ее беспокоило то, что возлюбленный отдалялся от нее. Ева боялась, что со временем это разлучит их. Когда-то она была готова остаться рабыней Тьмы, лишь бы быть рядом с Кианом. Он не принял ее жертвы, прогнал, желая спасти. Это едва не закончилось еще большей бедой, и только благодаря Эвану Ева не только сохранила возвращенную ей душу, но и получила шанс не расставаться с любимым. Теперь лишь от них двоих зависит, смогут ли существовать рядом две противоположности.

Свернувшись калачиком под одеялом рядом с мирно посапывающим Чаком, Ева попыталась представить, что сейчас делает Киан. Варианты были один другого хуже: ведет кого-то к гибели, покупает чью-то душу, соблазняет, заставляет предавать близких, толкает на преступление.

Ева перевернула подушку и зарылась в нее лицом. У Киана есть и другая сторона. Она узнала о ней не так уж давно, и это открытие дарило надежду. Бывший ангел сохранил свои серебристые крылья, и довольно часто за его коварными поступками проскальзывал луч света. Киан балансировал на тонкой грани, подчас рискуя головой. Как-то Ева назвала его агентом под прикрытием. Демону не понравилось это определение, он не признался в своей двойной игре даже любимой, но она все равно осталась при своем мнении. Вот и сейчас Ева отбросила мрачные мысли и постаралась думать о хорошем. Ее Киан не может быть абсолютным злом, каким он часто пытался казаться. Бывших ангелов не бывает, хотя бывают падшие.

Ева так и заснула, а когда открыла глаза, то через приоткрытую дверь спальни услышала приглушенные голоса в темной гостиной.

— Тебя стало трудно отыскать, — говорил голос Эвана, в нем слышался тщательно замаскированный упрек.

— Дела, — небрежно ответил Киан. — Мне некогда созерцать облака.

— Ты знаешь, где я был?

Пауза показалась затянутой.

— Ева упоминала, — прозвучал, наконец, ответ демона. Снова пауза и вопрос, заданный глухим тоном: — Кто?

— Ирен. Она…

— Я не хочу знать.

Ева услышала шаги и звук наполняющегося бокала. Она приподнялась на локте, прислушиваясь к тому, что происходило в гостиной.

— Я рассчитывал на тебя, Киан. — Эван был настойчив.

— Вот как? — с насмешкой отозвался демон. — Собрать пепел?

— Ты расстроен не меньше моего. Признай это.

— А ты расстроен? — В комнате раздался злой смех.

— Киан! — Эван повысил голос, и смех оборвался. — Ты же не думаешь, что мне это доставило удовольствие? Никогда не доставляло. Но ты прав — я не расстроен, я в отчаянии. Каждый раз, когда мне приходится делать это, я словно умираю.

— Чего ты хочешь от меня?

— Ирен нужна твоя помощь. И прошу… — Ангел заговорил быстрее и жестче: — Прошу, удержись от иронии. Сам знаешь, каково это. Она готова погибнуть.

— Не считаешь, что это лучший выход? И я сейчас вовсе не иронизирую. Ты хочешь, чтобы Ирен служила демонам? Такие мысли грозят падением тебе самому.

— Я хочу, чтобы ты спрятал ее, а я подумаю, можно ли что-то изменить. Может, отослать ее куда-то, где силы Тьмы не так активны. Временно. Она должна сама принять решение.

— Они найдут ее.

Тяжелый вздох выдал отчаяние. Эван исчерпал аргументы.

— Я попробую, — прозвучал ответ Киана, когда на него уже не было надежды. — Я попробую, но не обещаю, что все получится. А ты сам будь осторожнее.

— Спасибо.

Наступила тишина, и Ева поняла, что Киан в гостиной один. Она выбралась из кровати и на цыпочках подошла к двери, прислушиваясь.

— Входи, я же слышу, как ты дышишь.

Девушка шагнула в комнату. Демон, как она и ожидала, сидел в кресле. В его руках был стакан с виски, темноволосая голова откинута на спинку, глаза прикрыты. В гостиной было темно, лишь огни уличных фонарей бросали отсветы на стены и лицо мужчины.

— Я все слышала, — заявила Ева.

— М-м-м, — так и не открыв глаз, протянул Киан. — Ну, ты же хотела узнать, чем занят в красной башне светлый Эван. Теперь знаешь.

— Он, — неуверенно начала Ева и не сразу продолжила, — он присутствовал при падении ангела. Так?

На нее уставились два темных глаза, на дне которых словно бы тлели раскаленные угли.

— Он не просто присутствовал.

— Ты хочешь сказать, — недоверчиво произнесла Ева и испуганно отпрянула, когда Киан резко встал с кресла.

— Ева, — прервал он ее и, шагнув к столику, вновь наполнил свой стакан. — Кто такой, по-твоему, Эван?

— Ангел, — удивленно ответила она. — Разве это не очевидно?

— Очевидно, — подтвердил мужчина. — Но у каждого ангела есть своя роль.

— Ну, Эван занимается благотворительностью, помогает людям, спасает их, — перечисляла Ева, загибая пальцы. — Еще он охотится на чудовищ, сбежавших из Ада.

Киан отсалютовал ей стаканом и добавил непринужденным тоном:

— А еще он судья. Ангел справедливого возмездия. Тот, кто вершит правосудие.

Ева опустилась на краешек дивана.

— Хочешь сказать, что это он наказал эту Ирен за какой-то проступок?

— М-м-м, — утвердительно промычал Киан, не отрываясь от стакана, который стремительно пустел.

— О, боже! — девушка пораженно распахнула глаза.

— Вот именно, — усмехнулся демон. — Наш Эван передал бедняжке Ирен божью волю и, выражаясь юридическим языком, навсегда лишил ее ангельского статуса.

— Это происходит в той красной башне?

— Да.

— А что сделала эта Ирен? За что ее наказали?

— Насколько я знаю, отказалась выдать убийцу. Мужчина из мести за свою погибшую семью убил несколько человек. Ирен посчитала, что он должен быть оправдан. Подробностями я не интересовался.

— И все? Я думала, она погубила целый континент, вызвала очередную смертельную эпидемию или что-то подобное. — Девушка была возмущена.

— Ирен поступила исходя из своих собственных убеждений. Ангелы лишены свободы воли. Выбор возможен лишь в пределах выполняемых задач. Ее поступок — преступление против Создателя.

Ева надолго замолчала, переваривая услышанное, а потом подняла глаза на мужчину.

— Киан, — несмело произнесла она, — а когда ты, когда тебя…

Девушка не договорила, но он понял, о чем она хотела спросить.

— Да, со мной произошло тоже самое, — подтвердил Киан. — Я тоже побывал однажды в красной башне в компании пресветлого небесного создания.

— Эвана? — воскликнула Ева. — Тебя судил Эван?

— Именно так. Должен заметить, Эван был крайне раздосадован этим фактом. Даже плакал, насколько я помню. — Киан чуть поморщился. — Хотя я могу и ошибаться. Тогда я слишком зациклился на собственных переживаниях, чтобы замечать чужие эмоции.

Ева словно подброшенная пружиной вскочила с дивана и тут же повисла на шее мужчины, прижавшись к нему всем телом и обвив руками за шею.

— Мне так жаль, — жарко зашептала она ему на ухо, — так жаль, Киан, вас обоих.

Киан обнял ее в ответ и немного хрипло засмеялся.

— Жалость — это не то чувство, которое я хотел бы вызывать у женщины, которую люблю, — произнес он, поглаживая Еву по спине. — Я уже не нуждаюсь в утешении, но не откажусь от поцелуев и ласк.

Ева чуть отстранилась, но лишь для того, чтобы найти губы любимого. Киан лукавил, она чувствовала это. Ничего не забылось.

— Я не жалею о сделанном выборе, — прошептал он между поцелуями, желая успокоить подругу. — Я до сих пор уверен, что не мог поступить иначе. Жалею лишь о том, что мне не дали шанса выбрать другой путь.

— Это неправильно. — Ева погладила мужчину по щеке, ощущая под пальцами появившуюся к вечеру щетину.

— Кто не с нами, тот против нас, — грустно улыбнулся Киан.

— Но Эван остался с тобой, — возразила девушка. — И Леон.

— Не стоит обманываться, мы по разные стороны баррикад.

Ева решила не спорить. Взаимоотношения этих троих были слишком сложными, но уж точно она не могла бы назвать их врагами.

Остаток ночи прошел в выражении взаимной любви и страсти. Обласканный возлюбленной Киан даже щенка принял почти благосклонно, только велел убрать его из кровати, выделив место рядом на коврике. Заснула Ева почти на рассвете, но сны ей снились беспокойные и тревожные. Ей виделась средневековая башня с горящими на стылых стенах факелами, чей свет окрашивал их в красный цвет. Она видела мрачного Эвана в белой одежде, его глаза метали молнии, а в руках был зажат сверкающий меч. Киан стоял перед ним на коленях, покорно склонив темноволосую голову. Раскат грома совпадал со взмахом меча, и на каменный пол медленно падали серебристые перья. Ева вскрикнула и проснулась. Киана рядом уже не было, только Чак, смешно подпрыгивая на задних лапках, пытаясь забраться к ней на постель. Проигнорировав распоряжение демона, Ева затянула щенка под одеяло, где он тут же свернулся маленьким теплым комочком и засопел.

Вновь засыпая сама, девушка подумала о том, что в и так нестабильном, неспокойном мире стало еще на одного падшего ангела больше. Она забыла узнать у Киана, собирается ли он помочь этой Ирен? Уже совсем на грани сна мелькнула мысль: почему ангелы могут стать демонами, а вот демоны никогда не смогут возвыситься до ангелов? Падение — это всегда дорога в один конец. По крайней мере, для созданий неба.

Глава 3

Как и следовало ожидать, Анна испугалась Чака. Вернее, не его самого, а того, что ей придется стать его хозяйкой.

— Я просто потеряю его, — произнесла она грустно.

— Нет, нет, — запротестовала Ева, — я вовсе не оставлю его на тебя. Я все понимаю. Просто я ищу ему хозяев, а сегодня решила взять с собой. Иначе он скучал бы дома один, чувствуя себя одиноко. Ты же не против?

— Не против, — облегченно вздохнула Анна. — Я люблю собак, и кошек люблю. Раньше я бы с радостью взяла его к себе.

Ева осторожно положила маленький вертлявый комок девушке на колени. Чак тут же принялся грызть ей пальцы. Анна рассмеялась, с наслаждением тормоша щенка.

— Собака — это пока, пожалуй, чересчур, — произнесла Ева, — но почему бы тебе не завести кошку? Они более самостоятельные и самодостаточные. Для прогулок у тебя есть сад, твоя помощница по хозяйству и я поможем присмотреть за котенком, а там и сестра твоя приедет. А у тебя будет друг, которого можно взять на колени, погладить, и который будет мурлыкать тебе песенки. Кошки могут быть весьма чуткими созданиями.

— Не знаю, — неуверенно отозвалась Анна. — Я буду переживать, что не справлюсь, и котенок пострадает, убежит, например, или заболеет, поранится, а я не замечу.

— Не будем спешить с этим, — согласилась Ева, — пока ты не начнешь чувствовать себя уверенней. Но все же ты должна вернуться к занятиям и вещам, которые любила до своей болезни. Не стоит запирать себя дома и обрекать на одиночество. Вот скажи, чем ты сейчас занимаешься в течение дня?

Анна пожала плечами, а потом наморщила лоб, вспоминая.

— Я много сплю, — призналась она, — с трудом встаю по утрам, потому что боюсь большого дня, который мне нужно будет чем-то заполнять. Я слушаю аудиокниги, они позволяют мне занимать мой ум, выхожу подышать в сад, иногда слушаю музыку или разговариваю с сестрой по телефону. Кристина звонит неча