Возвышенное. После падения. Краткая история общего чувства
Валерий Подорога

Толық оқу және тыңдау

Тегін үзінді

Кітап туралы Дәйексөздер387 Қазір оқып жатыр1.7K Сөрелерде Бұл серияда

Со времен анонимного позднеантичного трактата «О возвышенном» эта эстетическая категория означает нечто величественное, что открыто чувствам и в то же время выходит за пределы чувственного опыта. Нас может возвышать новизна, событие, свободный поступок, суверенное решение, но также война, смерть, утрата, травма — все, что отсылает к непредставимому или непредставленному. Поэтому не случайно, что понятие возвышенного привлекает особое внимание в эпоху модерна, когда опыт постоянного обновления — «выхода из несовершеннолетия» (И. Кант) и одновременно утраты традиции (Э. Берк) становится основополагающим для западной культуры. Уже в XX веке Т. Адорно и Ж.‐Ф. Лиотар связывают возвышенное с проблемой статуса искусства «после Освенцима». На этих примерах выдающийся российский философ и теоретик искусства Валерий Подорога показывает, как от понятия возвышенного зависит наше понимание и переживание времени. На каждом новом этапе истории возвышенное принимает новые очертания и в некотором смысле гарантирует, что в истории не может быть ничего окончательного: «Так и остается загадкой, где и когда, в какой мере и с какой интенсивностью может проявляться чувство возвышенного, и что оно, проявляясь, обнаруживает в нас». Валерий Подорога (1946–2020) — философ, антрополог, художественный критик, автор более двадцати монографий, посвященных современной западной мысли, русской литературе, кино и феномену телесности.

Философия

Жас шектеулері: 12+

Басылым шыққан жыл: 2021

Баспа: Новое литературное обозрение

Серия: Интеллектуальная история

Қағаз беттер: 271

Ұқсас кітаптар

Борис ГройсФилософия заботы

Максимилиан НеаполитанскийКто придумал землю? Путеводитель по геофилософии от Делёза и Деррида до Агамбена и Латура

Джон БёрджерДорожи тем, что ценишь. Депеши о выживании и стойкости

Генрих ВёльфлинОсновные понятия истории искусства с комментариями

Умберто ЭкоПять эссе на темы этики

Фредрик ДжеймисонГоды теории. Французская мысль от послевоенного времени до наших дней

18+

Юк ХуэйПост-Европа

Лекции об искусстве

Сара БейквеллВ кафе с экзистенциалистами. Свобода, бытие и абрикосовый коктейль

18+

Славой Жижек, Джон МилбанкМонструозность Христа

Теодор АдорноMinima Moralia. Размышления из поврежденной жизни

Гастон БашлярПоэтика пространства

Маркус ГабриэльНравственный прогресс в темные времена. Этика для XXI века

18+

Стивен ХиксОбъясняя постмодернизм

Гунтер ШольцФилософия моря

Зигфрид КракауэрПеред лицом времени. Эссе о фотографии

Ален де ЛибераСредневековое мышление

Ханно ЗауэрИзобретение добра и зла. Всемирная история морали

18+

Лаура Паунтни, Томислав МаричАнтропология. Всё, что нужно знать о происхождении, становлении и развитии человека

18+

Искусство и наука

Оқыдыңыз ба? Не айтасыз?

👍👎

Дәйексөздер387

Darya Spivakovaдәйексөз келтірді5 жыл бұрын

Восприятие плоскости — особое упражнение для глаза, подавленного урбанистским частоколом каменных препятствий. Хорошо понимаешь это, когда идешь многие километры по берегу вдоль водной кромки залива в прекрасный тихий солнечный вечер. Все сливается настолько, что даль становится близостью, а близкое ускользает; теперь оно случайный фрагмент других сил, стирающих все линии. Прогуливающийся — часть ландшафтной динамики, а она движется не только от него по плоскости, но и устремляется вверх, как если бы эта пропитанная световым веществом поверхность не знала доминирующего вектора. Всюду то, что можно воспринимать как плоскость, которая устремляется под ноги, неся тебя вперед, но и как плоскость, что встает перед тобою вертикалью невидимой стены.

3 Ұнайды

Комментарий жазу

arrrtemio lebedevдәйексөз келтірді5 ай бұрын

И далее: «Удивление, граничащее с испугом, ужас и священный трепет, охватывающий зрителя при виде вздымающихся к небу горных массивов, глубоких ущелий и бушующих в них вод, сумрачных, располагающих к меланхолическому размышлению, пустынь и т. д., если он знает, что находится в безопасности, — это не действительный страх, а только попытка вникнуть во все это с помощью способности воображения, чтобы почувствовать могущество как раз данной способности, соединить вызванное этим волнение души со спокойным ее состоянием и таким образом стать выше природы внутри нас самих, стало быть, природы вне нас, поскольку она может влиять на наше самочувствие»97.

1 Ұнайды

Комментарий жазу

arrrtemio lebedevдәйексөз келтірді5 ай бұрын

Тот, кто освобождается от мимолетного испуга, легко приходит в себя, и лишь тот, кто чувствует падение в бездну, получает толчок вверх, возвышается над собой, точнее, над своим собственным ужасом, который теперь возносит его, вместо того чтобы принуждать к падению. Что удивляет, так это то, что субъект, испытывающий первоначально потрясение-перед-бездной, совершенно не интересует Канта (да он о нем ничего и не знает). Ему интересен субъект возвышающийся, возвышенный, «одухотворенный». Не природа возвышенна, а субъект благодаря разуму возвышается над собой как природным, «чувственно-страдательным» существом

1 Ұнайды

Комментарий жазу