В.Н. Карагодин

Расследование умышленных преступлений против жизни, половой свободы и неприкосновенности несовершеннолетних

Монография

---

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 343.54+343.62

ББК 67.408.115

К21

Автор:

Карагодин В. Н., доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, почетный сотрудник Следственного комитета Российской Федерации, заместитель директора Института повышения квалификации ФГКОУ ВО «Академия Следственного комитета Российской Федерации», декан второго факультета повышения квалификации (с дислокацией в городе Екатеринбурге).

Рецензенты:

Драпкин Л. Я., доктор юридических наук, профессор Уральской государственной юридической академии, заслуженный деятель науки Российской Федерации;

Смахтин Е. В., доктор юридических наук, профессор Тюменского государственного университета.

В монографии предпринята попытка исследования связей между возрастными качествами несовершеннолетних потерпевших и условиями обстановки, а также способами совершения посягательств на них. С учетом сведений о подобных отношениях описываются особенности общей методики расследования различных преступлений в отношении несовершеннолетних. Положения общей методики используются в качестве основы для разработки методик расследования отдельных видов преступлений против половой свободы, неприкосновенности, а также против жизни несовершеннолетнего. При разработке практических рекомендаций по расследованию учитывались и особенности криминалистических характеристик перечисленных видов преступлений, совершаемых в отношении несовершеннолетних.

Законодательство приведено по состоянию на апрель 2018 г.

Монография предназначена для использования студентами и преподавателями в учебном процессе, научными сотрудниками при проведении теоретических исследований, практическими работниками в реальных ситуациях уголовного судопроизводства.

УДК 343.54+343.62

ББК 67.408.115

© Карагодин В. Н., 2018

© ООО «Проспект», 2018

Предисловие

Прошло более 7 лет с момента опубликования первой книги по данной тематике, подготовленной нами по инициативе правозащитного движения «Сопротивление» и Председателя Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации А.И. Бастрыкина.

На тот период отсутствовала единообразная практика предварительного расследования и рассмотрения в суде уголовных дел о посягательствах на половые свободу, неприкосновенность и жизнь несовершеннолетних.

В научно-методических публикациях содержались в основном рекомендации по соблюдению требований уголовно-процессуального законодательства при проведении следственных действий с участием несовершеннолетних потерпевших. Немногочисленные диссертации, посвященные методикам расследования сексуальных преступлений против несовершеннолетних, не стали достоянием широких кругов следственных работников.

Поэтому подготовка нами учебного пособия в поставленные сжатые сроки была сопряжена с трудностями отсутствия необходимой эмпирической базы и апробированных на практике теоретических выводов, положений, рекомендаций.

За истекшее время произошли позитивные качественные и количественные изменения в судебно-следственной практике. В ней сложились устойчивые подходы к основным аспектам уголовного судопроизводства по делам о преступлениях данного вида.

Процессы достижения единства между представителями различных ведомств, ветвей власти не везде и не всегда развивались быстро и гладко. Нередко они сопровождались серьезными трениями, вызванными формальной трактовкой некоторых требований закона и применения мер реагирования, влекущих за собой отрицательные оценки деятельности разработчиков новых подходов.

Так, по инициативе ряда территориальных управлений Следственного комитета Российской Федерации была апробирована практика сокращения количества следственных действий с участием несовершеннолетних потерпевших. В ходе этого эксперимента по договоренности с судами некоторых субъектов Федерации несовершеннолетние потерпевшие, перенесшие сильное психотравмирующее воздействие в результате совершенного на них посягательства, не допрашивались в ходе судебного заседания при условии получения от них полных и объективных показаний на стадии предварительного расследования, зафиксированных не только в протоколе допроса, но и с помощью видеозаписи.

Подобная новелла была признана не сразу и не всеми участниками уголовного судопроизводства. Однако со временем этот порядок был закреплен в уголовно-процессуальном законе (ч. 6 ст. 281, ч. 5 ст. 191) УПК РФ.

Наряду с положительными тенденциями в практике производства по делам о несовершеннолетних нельзя не отметить и негативные. К ним следует отнести появление новых видов преступлений, раскрытие и расследование которых сопряжено с серьезными трудностями. В частности, практики все чаще сталкиваются с преступлениями против несовершеннолетних, совершаемых с использованием компьютерной техники, связанных с безвестным исчезновением и самоубийствами пострадавших и другими ранее не известными разновидностями посягательств на права и свободы несовершеннолетних.

Изменяется не только видовая структура преступлений против несовершеннолетних. Субъекты посягательств совершенствуют способы преступлений, применяют все более ухищренные методы сокрытия содеянного, оказания противодействия расследованию.

Отмеченные и иные изменения преступности против несовершеннолетних требуют совершенствования уже известных и разработки новых рекомендаций по расследованию преступлений указанной категории. Это обусловило решение о подготовке настоящей монографии.

Она посвящена вопросам расследования только умышленных посягательств против половых свободы и неприкосновенности, а также на жизнь несовершеннолетних.

Положения настоящей работы основаны на авторской концепции специфики преступной деятельности рассматриваемого вида, обусловленной особенностями среды обитания, типичными и индивидуальными свойствами личности несовершеннолетнего потерпевшего.

Сведения о повторяющихся признаках обстановки, свойств личности потерпевших указанной группы, способах совершения преступлений данного вида, противодействия расследованию и иных релевантных для досудебного производства факторах обобщаются в криминалистических характеристиках отдельных видов преступлений, совершаемых в отношении несовершеннолетних.

Криминалистическая характеристика является не только научной категорией, но и элементом методик расследования преступлений.

В структуре названных методик выделяются также положения и рекомендации по осуществлению доследственной проверки на стадии возбуждения уголовного дела, а также на первоначальных и последующих этапах предварительного расследования.

Вопросы периодизации предварительного расследования являются дискуссионными в науках уголовного процесса и криминалистики.

В работе использовалось трехзвенное деление предварительного расследования на первоначальный, последующий и заключительный этапы как наиболее отвечающие, прежде всего, целям подготовки практических рекомендаций.

Серьезное внимание в предлагаемом издании уделяется анализу типичных следственных ситуаций, формирующихся на стадии возбуждения, первоначального и последующего этапов расследования уголовных дел о различных видах преступлений, совершаемых в отношении несовершеннолетних.

С учетом этого предлагаются практические рекомендации по построению и проверке следственных версий, определению и реализации избрания направления расследования, производству отдельных следственных действий.

Глава 1.
Общие положения методики расследования преступлений, совершенных в отношении несовершеннолетних

1.1. Типичные свойства личности несовершеннолетних потерпевших

В философии и психологии личность понимается как человек со сформировавшимся мировоззрением, обладающий комплексом устойчивых качеств, прежде всего, социальных. В настоящей работе личность потерпевшего будет рассматриваться только с позиции психологических качеств несовершеннолетнего, ставшего жертвой преступления. Значительная часть таких пострадавших несомненно, не обладают признаками сформировавшейся личности в социально-философском понимании.

Несовершеннолетние, прежде всего, классифицируются по возрасту. Эта классификация должна отражать типичные возрастные особенности потерпевших, наличие которых влияет на принятие решения о совершении в отношении них преступления, об избрании для этого определенного способа посягательства.

Свойства личности несовершеннолетних разных возрастов также должны исследоваться для выявления особенностей их поведения в посткриминальный период. В теории криминалистики они в основном изучаются в рамках тактики допроса указанных лиц. Не отрицая необходимости подобных изысканий, следует заметить, что это лишь одно из направлений предметных исследований личности несовершеннолетнего потерпевшего. В настоящее время абсолютно справедливо ставится вопрос не только о получении и оценке показаний несовершеннолетнего, но и о его психологической реабилитации как в период уголовного судопроизводства, так и после его окончания.

В отраслях уголовного материального и процессуального права несовершеннолетние дифференцируются на возрастные группы до 7 лет, от 7 до 14 лет, от 14 до 16 лет и от 16 до 18 лет. Подобное деление далеко не в полной мере соответствует отмеченным задачам криминалистических исследований, личности несовершеннолетних потерпевших и совершаемых в отношении них преступлений.

В частности, требуется дополнительное выделение возрастных групп среди несовершеннолетних, не достигших 12-летнего возраста, в соответствии с особенностями социальных и психологических качеств малолетних потерпевших.

В психологии различаются младенческий, детский, подростковый и юношеский периоды. Эти переходные этапы развития ребенка некоторые психологи связывают с установленным временем получения образования в школе. С учетом данного критерия выделяются младенческий (до 1 года), ранний детский (от 1 до 3 лет), дошкольный (от 3 до 7 лет), младший (от 7 до 10 лет), средний (от 11 до 15 лет) и старший (от 15 до 17 лет) школьные возрасты1.

Приведенная периодизация учитывает не только способности восприятия окружающего мира, но и социально ориентированной оценки ребенком самого себя и окружающей действительности. В связи с этим в психическом и социальном развитии ребенка выделяются критические, переходные периоды в развитии детей и подростков.

0–1 год (младенчество, новорожденность).

После рождения ребенок остается полностью восприимчивым и зависимым от физических и эмоциональных воздействий матери (или лица, ее заменяющего), поскольку большая часть мозга новорожденного предназначена для освоения того, чему ребенок научится от взрослых. Кроме того, младенец рождается с определенной готовностью нервной системы приспосабливать организм к внешним условиям – так, уже в первые дни жизни у него обнаруживаются защитные, ориентировочные и другие рефлексы (реакция на боль, дискомфорт и прочее).

Основная же особенность новорожденного – обширные возможности в усвоении нового опыта. Уже в этот период возможно образование условных (приобретенных) рефлексов и, в первую очередь, источником развития для младенца становится взрослый, от которого ребенок и получает основные жизненные впечатления – как правило, в этой роли выступают родители или другие ухаживающие взрослые.

Первая социальная потребность у младенца – в общении со взрослым, что впервые проявляется в так называемом «комплексе оживления» (позитивно-окрашенной эмоциональной реакции на появление матери или основного ухаживающего взрослого) в возрасте около 3–5 недель. Эмоциональное общение со взрослым сильно сказывается на развитии ребенка – так, при отсутствии позитивных впечатлений в отношениях, развитие ребенка замедляется, а в случае преобладания негативных переживаний – развитие не только задерживается, но и искажается.

Например, ребенка в возрасте 3 месяцев родители на протяжении более тридцати дней оставляли дома одного. Уже к двухлетнему возрасту у этого ребенка наблюдалась повышенная агрессивность по отношению к окружающим. Воспитываясь в детском саду, он практически ежедневно становился инициатором и участником ссор с детьми, которым наносил сильные удары предметами, оказавшимися под рукой. При малейшей возможности этот ребенок кусался, причиняя другим детям серьезные повреждения. Так, одному из них он прокусил щеку, другому причинил такое же повреждение кончика носа.

К концу первого года жизни (около 8 месяцев) ребенок овладевает способностью подражать действиям взрослого и таким образом многие психические процессы и качества складываются под влиянием условий жизни.

В этот период для ребенка очень важно общение со взрослыми, в ходе которого он может научиться самым разнообразным вещам. В целом же полная зависимость младенца от взрослых приводит к тому, что отношение ребенка к действительности и к себе самому всегда рассматривается им через отношения с другим человеком. Таким образом отношение к действительности с самого начала оказывается социально обусловленным.

В целом к концу 1 года жизни у ребенка возникают элементарные формы восприятия и мышления.

Изложенные данные приводятся не только для расширения представлений читателя о психологических особенностях ребенка младенческого возраста. Основной целью довольно краткого анализа названных возрастных особенностей является преодоление мнения, бытующего среди некоторых следователей, судей и адвокатов, что психическому здоровью ребенка в возрасте до одного года не может быть причинено никакого вреда. Это безосновательное утверждение нередко используется при вынесении постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел по фактам совершения развратных действий, причинении незначительного вреда здоровью потерпевшим такого возраста.

Например, М. был застигнут в момент, когда он касался половым органом тела своей шестимесячной дочери. В возбуждении уголовного дела по данному факту было отказано по мотивам отсутствия вреда от названных действий, поскольку жертва не могла осознавать происходящего с ней.

Хотелось бы так же напомнить, что уголовная ответственность за преступления устанавливается вне зависимости от того, осознает ли потерпевший характер совершенных в отношении него действий и их последствия. Ответственность предусматривается за действия, признаваемые общественно опасными и описанными в качестве таковых в уголовном законе.

В тоже время нельзя отрицать, что детям этого возраста, испытывающим боль, другие неприятные ощущения от физического насилия причиняется не только физический, но и психологический вред. Психотравмирующее воздействие может сказаться в дальнейшем на развитии и поведении ребенка.

1–3 года (ранний детский возраст).

Другой малоисследованной группой потерпевших являются дети раннего возраста (от 1 до 3 лет). Примечательно, что некоторые авторы исследований, посвященных рассматриваемой теме, вообще не упоминают об этой возрастной группе несовершеннолетних2.

В раннем возрасте ребенок чрезвычайно активен в своих действиях и в стремлении к общению со взрослыми. Он уже способен соблюдать элементарные правила поведения и общаться, однако, контактируя со взрослыми, проявляет выраженную подражательность. В это же время у детей появляются доверие к людям и выделение собственного «Я».

Несмотря на то, что внутренний мир ребенка формируется под решающим влиянием взрослых, он не может сразу усвоить то отношение к людям и вещам, которое от него ожидают. Например, несмотря на то, что уже к началу раннего возраста ребенок понимает значение слова «нельзя», запрещения еще не действуют на него. Только на третьем году жизни запрет начинает оказывать не только непосредственное, но и отсроченное влияние.

В это время у детей появляется способность к ожиданию, однако ребенок не умеет делать этого долго.

Ребенок раннего возраста начинает выделять свойства окружающих предметов и улавливать простейшие связи между ними. Мышление осуществляется, в основном, при помощи внешних ориентировочных действий, т.е. является наглядно-действенным. Такой тип мышления не дает возможности ребенку прогнозировать развитие ситуации и ее последствий, особенно в том, что касается социальных отношений, поскольку направлен на исследование явлений окружающего мира. Кроме того, даже овладев речью, в начале действия дети раннего возраста еще не могут объяснить словами, что именно и для чего они собираются делать. Наглядно-образное мышление, т.е. такое, при котором ребенок имеет в представлении некий образ того, что он собирается сделать или получить в результате действия, в этом возрасте отсутствует или распространяется на крайне малое количество бытовых ситуаций.

К концу указанного периода у ребенка начинает развиваться воображение. К трем годам он пытается рассказывать собственные истории, которые, однако, являются всего лишь варьированием полученным опытом. Это обусловлено тем, что запас жизненных сведений ограничен (даже при прослушивании сказок ребенок представляет себе конкретные, знакомые ему образы и людей) и таким образом его воображение существенно ограничено.

Развитие памяти в этот период также весьма специфично. Ребенок лучше запоминает собственные движения, действия, переживания (например, в обстоятельствах, напоминающих ему ситуацию испуга, воспроизводит соответствующую эмоциональную реакцию, не умея при этом объяснить ее причину). Память в это время полностью непроизвольна – никаких действий, направленных на запоминание или припоминание, ребенок не выполняет. Однако чем чаще воспроизводилась ситуация, тем прочнее запоминание. В это же время формируется долговременная память.

Кроме того, у детей указанного периода происходит развитие ролевой игры. При этом ребенок переносит действия, наблюдавшиеся им в жизненной ситуации, на условия игры. Нередко воспроизводя увиденное, вызвавшее у него сильный эмоциональный резонанс. Это приводит к тому, что ребенок становится способным отображать свой жизненный опыт, не осознавая его и не принимая решения о демонстрации определенной игры. Подобное поведение типично для детей, подвергавшихся насилию. Несмотря на то, что развернутых ролей может не быть, дети начинают изображать действия конкретных взрослых, что зачастую и выявляет наличие у ребенка опыта, несвойственного его возрасту (например, детализированные познания о сексуальных отношениях).

Также в этом возрасте ребенок очень восприимчив к телесным ощущениям, удовольствиям от контакта, ценит ласку, прикосновения и ищет способы их получения. Особенно это характерно для детей, не имеющих возможности удовлетворить потребность в телесном контакте в домашних условиях и восполняющих этот недостаток различными иными способами.

Отношение к телу и половым органам в этом периоде достаточно непосредственное.

Начиная с полутора-двух лет ребенку становится доступно переживание чувства стыда, если его действия не оправдывают ожиданий взрослых, порицаются ими. В некоторых случаях это чувство может быть настолько сильным, что ребенок отказывается от чего-либо (например, от обращения за помощью) или, наоборот, решается на какие-то сложные для него действия. Однако к систематическому контролю своих поступков ребенок еще не способен, его возможность сознательного управления своим поведением ограничена.

Мотивы поведения ребенка раннего возраста еще не осознаны и не выстроены в систему по степени значимости, в связи с чем требования, которые предъявляются ребенку, могут казаться ему противоречивыми. Отличительной же особенностью поведения в этом возрасте является его необдуманность. Ребенок руководствуется исключительно испытываемыми в данный момент чувствами и желаниями.

В конце раннего детского возраста развивается кризис трех лет, что проявляется, в первую очередь, в том, что ребенок активно пытается противостоять близким взрослым и их требованиям, проявляя при этом капризность и упрямство. Тогда же ребенок открывает для себя, что он обладает собственной волей и активно ее использует, в том числе нарушая различные инструкции и запреты.

3–7 лет (дошкольный возраст).

Дошкольный возраст делится на два периода: младший (3–5 лет) и старший (5–7 лет).

Детей в возрасте от 3 до 5 лет характеризует фрагментарное неравномерное восприятие, малая детализация и объем воспринимаемых объектов, случайность выделения их из общего фона. Это связано с превалированием непроизвольного, неустойчивого внимания, слабой его концентрацией, легкой отвлекаемостью по незначительному поводу, фрагментарностью запоминания, зависимостью его от яркости, необычности воспринимаемых событий, слабым развитием памяти. Таким образом, чем ярче, эмоционально насыщеннее, необычнее событие, тем лучше оно запоминается ребенком. Эта закономерность относится и к криминальным посягательствам.

В плане мышления младшие и старшие дошкольники существенно различается. Мышление младших детей все еще отличается конкретностью, отсутствием способностей к абстрагированию, установлению логических связей и как результат к планированию действий3. Мышление же старших дошкольников можно охарактеризовать как наглядно-образное – ребенок уже может представлять себе реальное действие с предметом и его результат. Формируется логическое мышление, однако при попытках опереться на него, ребенок обнаруживает существенные пробелы в знаниях об окружающем мире, которые не дают ему возможности предугадывать или понимать ситуацию полностью.

По мере развития дошкольники приобретают способность устанавливать не только простые причинно-следственные связи, но и более сложные, скрытые зависимости. Также ребенок учится делать выводы при помощи наблюдений. Кроме того, дети этого периода уже могут справляться с задачами, поставленными перед ними. Однако они еще не умеют объяснять причины и содержание своего поступка, поскольку во время совершения действия ребенок руководствуется образом, а не понятием выполняемых операций.

На пятом году ребенок пытается осмысливать значение слов, однако речь все еще остается ситуативной, то есть, понятной непосредственным участникам ситуации и неясной постороннему лицу. К началу школьного возраста ребенок овладевает родным языком в достаточной степени, включая ряд тонкостей. Развивается контекстная речь, то есть та, которая достаточно полно описывает ситуацию с тем, чтобы она была понятной без ее непосредственного восприятия.

Начиная примерно с четырех лет происходит процесс половой идентификации, появляется интерес к телу человека, половым различиям, ребенок осознает внешние различия мужчин и женщин, определяет собственную половую принадлежность. Однако в процессе общения и игры он не всегда может четко помнить о том, какого пола партнер по игре. При обнажении перед другими людьми дошкольники, как правило, испытывают смущение. Им уже доступно переживание неловкости и стыдливости. В целом отношение к телу и к его обнажению усваивается в процессе семейного воспитания и в значительной мере зависит от него.

В 6–7-летнем возрасте в ситуации взаимоотношений с хорошо знакомыми сверстниками ребенок может самостоятельно выбирать способы правильного поведения, отстаивать свое мнение и нести ответственность за свою позицию. Однако это не постоянная линия поведения для ребенка такого возраста.

Пространственная ориентировка ребенка в дошкольном возрасте связана для него с собственным телом, относительно которого и ведется отсчет. Ребенок может не осознавать того факта, что предмет, находящийся для него «справа», для другого человека может оказаться находящимся «слева». Пространственные понятия «правый-левый», «впереди-позади» могут путаться.

В младшем школьном возрасте ребенок не ориентируется также и во времени, поскольку понятия «вчера», «завтра» и т.п. носят для него условный характер (понимание формируется к семи годам). Старшие дошкольники усваивают представления о времени суток, но ориентируются, в основном, по собственной деятельности в течение дня (завтрак, сон и т.п.). Последовательность же событий во времени остается для дошкольника неопределенной. Таким образом, при необходимости ребенок может довольно точно описать какую-либо ситуацию, имевшую место, но не может указать временные промежутки ее осуществления (неделя, месяц, год и прочее).

Также у дошкольников возрастает сосредоточенность и устойчивость внимания, однако самостоятельных усилий для этого ребенок предпринимать по-прежнему не может. Внимание фиксируется только на том, что ребенку интересно или вызывает сильные впечатления. На однообразной и малопривлекательной деятельности ему сосредоточиться очень трудно.

Интенсивно развивается и способность к запоминанию и воспроизведению. Однако память в основном носит непроизвольный характер, запоминается то, что произвело сильное впечатление. У детей 3–5 лет непроизвольное запоминание и непроизвольное воспроизведение – единственная форма работы памяти. Воспоминания могут быть длительными и точными, если события произвели сильное впечатление на ребенка. Однако, если произошедшая ситуация была очень неприятной, явно негативно окрашенной, то ребенок может вытеснить ее из памяти за довольно незначительное время. В целом же, в отличие от раннего детского возраста, воспоминания о событиях дошкольного периода остаются доступными и в дальнейшем. Отмечается так же, что дети получают негативный опыт физического вреда – нанесения ударов, толчков и приобретают способность выделять эти действия, запоминать их.

Воображение в данном возрасте строится по большей части на непосредственном опыте ребенка. Даже в детском творчестве воспроизводится имеющийся опыт, запомнившиеся моменты, а «сочинения» строятся на работе памяти, комбинировании опыта, не включая воображение как таковое (особенно у младших школьников). Оно во многих отношениях намного беднее, чем у взрослого. Ребенок имеет ограниченный жизненный опыт, менее разнообразны комбинации образов, которые он может моделировать. В связи с этим, «фантазируя», к примеру, о развратных действиях, ребенок может оперировать описаниями только в пределах того жизненного опыта, который у него имеется. При наличии в повествовании подробностей, свидетельствующих об опыте, несвойственном ребенку данного возраста (например, описание полового члена в состоянии эрекции, действий, совершаемых с половыми органами, или ощущений, возникающих в результате), оно не может быть отнесено к категории фантазий. В рамках же расследования дел подобного рода крайне важно установить, где и при каких условиях ребенок приобрел данные знания.

Хотелось бы остановиться на повторяемом практически во всех научно-методических публикациях утверждении о сильно развитом воображении у детей дошкольного возраста, их склонности к фантазированию. В некоторых ситуациях восприятие этого тезиса без учета индивидуальных особенностей конкретного ребенка приводит к принятию в следственной практике весьма неубедительных решений. Например, четырехлетняя девочка сообщила своему отчиму, что находящийся у них в частном доме 17-летний подросток только что водил ее в баню, где заставлял выполнять мастурбаторские действия с его половым членом. Указанный ребенком подросток здесь же признался в содеянном. Однако при опросе через несколько дней в органах внутренних дел от этого признания отказался, заявив, что сделал его, опасаясь физической расправы со стороны отчима потерпевшей.

Девочка при опросе, производимом работником инспекции по делам о несовершеннолетних, отвечала односложно, подолгу молчала, демонстрируя нежелание обсуждать случившееся. Присутствовавшая при этом мать стала кричать на ребенка, требовала рассказать, что случилось, и девочка повторила то, что сообщила отчиму.

Однако, производившая опрос сотрудник полиции посчитала, что ребенок фантазирует, и изложила свое мнение в письменных рапорте и объяснении. В связи с этим в возбуждении уголовного дела было отказано.

Должностные лица, принимавшие такое решение, не задумались над вопросом: откуда девочке был известен термин, используемый в обыденной речи для обозначения онанизма? Сам ребенок не мог придумать этого выражения и использовать его для обозначения имевших место действий.

Воображение детей рассматриваемого возраста основывается на их индивидуальном опыте. Поэтому девочка могла знать указанные выражения только, если она их уже слышала. Правильно же использовать эти слова она могла только, если видела действия, для обозначения которых использовались приводившиеся ей выражения.

Изложенное, на наш взгляд, наглядно свидетельствует о необходимости более глубокого изучения способностей дошкольника к фантазированию.

Довольно неоднозначно характеризуется память детей этого возраста. Одни считают, что они достаточно часто допускают ошибки в узнавании. Другие же полагают, что ребенок в этом возрасте обладает достаточно развитой памятью, которая занимает центральное место в его сознании4.

Думается, что существуют разные группы детей этого возраста, отличающихся по уровню развития памяти. В частности, выделяются дети с развитой зрительной памятью. В их сознании формируется визуальный образ воспринимаемого события. Такие дети как бы снова видят случившееся.

Потерпевшие-дошкольники, которые не осознавали того, что в отношении них совершено преступление, спустя несколько месяцев нередко забывают происшедшее. Такие ситуации возникают в результате совершения некоторых видов развратных действий.

Если потерпевший осознавал преступный характер, совершаемых в отношении него действий, испытывал при этом боль, просто неприятные психологические ощущения, то это способствует запоминанию криминального события на более длительный период.

7–10 лет (младший школьный возраст).

К началу младшего школьного возраста ребенок уже представляет собой в определенном смысле личность. Он осознает свой социальный статус, умеет строить отношения со взрослыми и сверстниками, имеет навыки самообладания, умеет подчиняться обстоятельствам, быть настойчивым в своих желаниях. В это время происходит перестройка психологических процессов, а поведение становится все более осознанным и управляемым.

Ведущей деятельностью младших школьников становится учебная (хотя игра все еще остается довольно значимой). Кроме того, у этих детей изменяются интеллектуальные качества, связанные с увеличением объема знаний, их систематизацией в результате обучения в школе. Это сказывается на увеличении словарного запаса. Речь обеспечивает перестройку познавательных процессов (внимания, восприятия, памяти, воображения, мышления). Однако ее развитие зависит от условий жизни и воспитания ребенка, в связи с чем индивидуальные вариации здесь особенно велики. Младшему школьнику уже доступен пересказ историй, событий. В то же время отсутствие или нехватка культурной среды и навыков общения со взрослыми могут привести к недоразвитию способности к связному рассказу. Также в этом возрасте ребенок понимает, что такое «плохие» и «хорошие» слова.

В начальном периоде обучения в школе ребенок приобретает способности к выделению основных признаков, усваивает некоторые научные понятия, овладевает начальными навыками логического рассуждения5, устанавливает причинно-следственные связи и зависимости, способен к анализу и планированию деятельности. Также младшему школьнику уже доступно абстрактное мышление. В целом на интеллектуальном развитии ребенка этого возраста довольно сильно сказываются социальные факторы, например, наличие или отсутствие педагогической запущенности.

Память и внимание постепенно приобретают произвольный характер, ребенок обучается применять различные приемы для целенаправленного воздействия на них. Однако произвольность этих функций у детей в возрасте 7 лет возникает лишь на пике усилия, то есть в особых условиях, и отсутствует в обычных обстоятельствах (преобладание непроизвольности). Значимые для него события память младшего школьника удерживает на длительный период.

В воображении ребенок уже может создавать разнообразные ситуации, умея отвлекаться от непосредственно видимого в данный момент, но все еще опирается при этом на свой непосредственный опыт. Продукты его фантазии довольно реалистичны, он заимствует известные ему сюжеты и образы, не замечая этого. В зависимости от возраста и развития детей этого периода, их фантазии представляют собой различные сочетания реально воспринимавшихся и выдуманных действий, событий.

Если ребенок испытывает трудности в реальной жизни, переживает ощущение безысходности ситуации, он может погружаться в свой воображаемый мир (например, в фантазии о заботливых и любящих родителях, преданных и верных друзьях). Рассказы подобного рода, явно расходящиеся с действительностью, нельзя рассматривать как проявление склонности ко лживости или вранью.

У детей 7–11 лет уже хорошо развита способность к сопереживанию, особенно к страданиям близких людей. Такие события, как угроза жизни, причинение вреда здоровью близких, смерть любимого животного на глазах у ребенка наносят им существенный психологический вред. Дети этого возраста еще не могут оценить степени реальной опасности по отношению к значимым близким. Высказываемые угрозы убить или нанести вред родителям, братьям, сестрам, домашним любимцам нередко воспринимается как абсолютно реальные, что делает детей уязвимыми от различного рода принуждений.

Младший школьник усваивает ряд социальных ожиданий, в том числе, у него образуется понятие совести. Дети данного возраста уже могут давать оценку своим поступкам, однако их отношение к правилам поведения неоднозначно. Негативное отношение к своим действиям быстро исчезает, поскольку ребенок стремится не вспоминать отрицательных суждений окружающих и собственных переживаний по этому поводу. Важно отметить, что правильная оценка своих и чужих поступков развивается у младших школьников только в контексте общения со взрослыми. Дети, находящиеся в социально неблагоприятной среде, могут отставать в способности адекватно оценивать происходящие с ними события.

В то же время у детей этого возраста сохраняется ориентация на внешнюю оценку. Самооценка младшего школьника в значительной мере определяется тем, как его поступки выглядят в глазах окружающих. Во многих ситуациях ребенок не может самостоятельно выбрать линию поведения.

Отдельно стоит указать, что попадая в незнакомую ему ситуацию, младший школьник чаще всего следует за другими вопреки своим знаниям и своему здравому смыслу. При этом, независимо от выбора поведения, ребенок испытывает чувство сильного напряжения, смятения и испуга. Кроме того, дети этой возрастной группы по-прежнему подчиняются руководству взрослого, что может быть использовано последними для осуществления преступного умысла. Также ребенок данного периода еще не знает реально своих прав и тем более не может их отстаивать.

Ряд детей этого возраста характеризуется такими психологическими особенностями, как тревожность, неуверенность в себе, что сопровождается замкнутостью, застенчивостью. Можно предположить, что такие дети чаще становятся потерпевшими, поскольку еще не умеют правильно оценивать сложившуюся ситуацию и избирать адекватный способ поведения. Это проявляется в том, что характеризующиеся таким образом дети, ощущая свои недостатки, стремясь к общению, поддаются внешней привлекательности субъектов преступления, позволяют увлечь себя в уединенные места, где в отношении них совершаются преступные посягательства.

Суждения младшего школьника о прошлом, настоящем и будущем все еще достаточно примитивны. Обычно ребенок этого возраста хорошо воспринимает сегодняшний день и ближайшее прошлое/будущее, однако более продолжительные временные понятия для него все еще довольно условны. Личное прошлое уже имеет значение. Школьник этой возрастной группы обладает собственными воспоминаниями, образы памяти яркие и эмоциональные, хорошо развита способность переживать произошедшее заново. Неприятных воспоминаний многие дети стараются избегать, что со временем может существенно ограничивать воспроизведение криминальной ситуации.

В плане выраженности фиксации на полоролевых отношениях младший школьный возраст является относительно спокойным. В этом возрастном периоде ребенок четко осознает свой пол и его необратимость, хорошо различает мужчин и женщин, но не испытывает явно выраженного интереса к своим половым органам и их назначению.

В то же время мальчики и девочки этого возраста по разному оценивают себя и свое поведение, адаптируются к условиям реальных ситуаций. В частности, почти половина мальчиков указанного возраста менее адекватно оценивают свое поведение, оправдывая собственные поступки и действия товарищей.

Девочки более эгоистичны, четко ориентируются на собственные потребности, значительная часть их уже умеют скрывать свои переживания и при необходимости демонстрировать социально одобряемое поведение. Некоторые из них приобретают способность осознанно совершать поступки, негативно оцениваемые окружающими. Для девочек характерны большая социальная гибкость, стремление завоевать расположение взрослых, а не сверстниц6.

Необходимо заметить, что потерпевшими довольно часто становятся младшие школьники, отстающие по разным причинам в своем психическом развитии от сверстников. Иногда это является следствием особенности психологического склада ребенка: аскетическими свойствами, замкнутостью. Некоторые из них страдают психическими, соматическими заболеваниями, в силу чего не в состоянии успешно усваивать учебную программу, в то время как потребность в социальном признании является очень значимой для ребенка данного возраста. Насмешки сверстников, упреки взрослых могут способствовать появлению у них чувства неполноценности, что используется рядом субъектов преступления. В тоже время часть таких детей демонстрирует протестные формы поведения, которые могут увеличивать вероятность виктимизации детей в результате некоторых видов преступлений, например, семейного насилия7.

11–14 лет (средний школьный возраст) и 14–17 лет (старший школьный возраст).

Границы деления подростков на средний и старший школьные возрасты в педагогической и психологической науках дискуссионны. Мы придерживаемся деления детей этого периода развития на группы 11–14-летних и 14–17-летних. На наш взгляд, это в большей степени отражает различия типичных психологических свойств подростков, принадлежащих к указанным группам.

В целом подростковый возраст характеризуется явной неравномерностью развития и содержит в себе определенные противоречия. С одной стороны, раннее развитие современных подростков приводит к тому, что они демонстрируют внешне взрослое поведение, которое часто принимается за истинную взрослость. С другой, подросток обретает, по сути, не чувство взрослости, а чувство возрастной неполноценности, которое приводит к ряду конфликтов, так как подросток желает быть «взрослым», но еще не умеет.

В это же время у подростков изменяются способности мышления, происходит существенное развитие интеллекта, возрастает потребность общения со сверстниками. Если для младшего школьника типична ориентация на мнение авторитетных взрослых – родителей, педагогов, то для подростка среднего школьного возраста ведущее значение приобретает общение со сверстниками.

Ощущение взрослости, стремление к самостоятельности приходят в противоречие с реальной жизненной ситуацией, условия которой в целом остаются неизменными. Прежде всего, сохраняется социальный статус подростка – он как прежде учащийся, ребенок своих родителей и должен подчиняться соответствующим правилам поведения. Это нередко противоречит стремлению к свободе, желанию зарекомендовать себя личностью в глазах сверстников, чье мнение приобретает на данном этапе решающее значение. Конфликт между потребностями подростка и реальными возможностями их реализации приводит к поиску вариантов удовлетворения испытываемых желаний. Некоторые подростки склоняются к формам поведения, связанным с открытым отрицанием распространяющихся на них правил поведения. Другие нарушают установленные правила скрыто, маскируя истинное отношение внешним соблюдением предъявляемых требований.

Стремясь проявить себя свободным, взрослым в кругу сверстников и других окружающих, подросток нарушает установленные запреты. Первоначально это может проявляться в пренебрежении учебными обязанностями школьника (невыполнение домашних заданий, пропуски занятий и т.д.), уклонении от поручений родителей по ведению домашнего хозяйства, поскольку эта деятельность не одобряется сверстниками, не соответствует представлениям самого подростка и т.п.

Подобные конфликты с окружающими сопровождаются внутренними переживаниями, нередко достаточно острыми. Такие состояния в психологии получили название кризисов. До определенного времени существование кризисов связывалось с достижением определенных возрастов 3, 7, 13, 17 лет8.

Однако позднее они стали увязываться с достижением ребенком определенного психического развития, сопровождающегося внутренними и внешними конфликтами, проявляющимися в повышенной эмоциональности, неподчинении установленным правилам поведения, в стремлении к самостоятельности, завышенных самооценках и т.п.9

Вышеназванные кризисы также могут протекать в более ранний период. В частности, кризис тринадцатилетнего возраста у большой группы подростков в настоящее время нередко наблюдается у 11–12-летних. Аналогичные тенденции замечены и у иных возрастных кризисов. Связывается это как с общими тенденциями акселерации, так и неравномерным развитием разных групп детей, воспитывающихся в разных социально-психологических условиях.

Проявление подросткового кризиса во многом зависит от особенностей возрастного периода. Так, у четвероклассника преобладает стремление просто быть среди своих сверстников. Учащиеся следующих классов заботятся о завоевании определенного положения в своем окружении. На границе среднего и старшего школьного возрастов подростки уже пытаются создать определенный имидж у сверстников, добиться признания себя как личности.

Противоречия и конфликты возникают между подростком и взрослыми, которые, не осознавая кризисного состояния ребенка, пытаются добиться полного подчинения, соблюдения установленных правил. Негативным результатом таких конфликтов являются серьезные внутренние переживания подростка, стремление избавиться от дискомфортного состояния любым путем, в то числе посредством нарушения установленных запретов.

Особенно серьезным считается кризис тринадцатилетнего возраста, с которым традиционно связывается «трудновоспитуемость» подростков. Отмечается, что в этом возрасте у детей происходят коренные изменения представлений об окружающем мире, о собственном месте в нем, что сопровождается изменениями в поведении10.

Взрослые, занимающие позицию строгих обвинителей, постоянно акцентирующие внимание на негативных качествах и проявлениях подростка, усугубляют ситуацию.

Младшие подростки уже обладают существенными способностями к запоминанию, а уровень развития речи позволяет выражать мысли на хорошем уровне – повествования становятся более направленными и последовательными. Однако недостаточное развитие способности прогнозирования может затруднять возможность ясного и четкого высказывания. Темп речи может быть неравномерно ускоренным, возможны пропуски части информации. Можно сказать, что в силу физиологических причин подростки лучше мыслят, чем изъясняются.

В области развития мышления принципиальные новоприобретения подростка состоят в том, что теперь он может ориентироваться на потенциально возможное, а не только на очевидное. Память и внимание управляемы, ребенок может целенаправленно концентрироваться, однако утомляемость также существенно повышается.

В эмоциональном развитии подросток довольно противоречив и не умеет осознавать свои переживания, потребности и причины поступков. Это может делать их как излишне управляемыми, так и не контролируемыми.

Старший школьный (юношеский) возраст нередко называют взрослением. Основным содержанием психического развития на этом этапе является самоопределение, осознание себя как личности. В эти процессы включаются соотнесение прошлого опыта собственной жизни, а так же воспринимаемого опыта других людей, оценка достигнутого по сравнению с окружающими и представляемыми возможностями. С учетом этого формируются представления о будущем, путях, средствах и времени удовлетворения испытываемых потребностей. Оценки прошлого могут быть позитивными и негативными. Они в значительной степени обуславливают поведение старшеклассника. Неудовлетворенность своим положением побуждает его менять сложившуюся ситуацию, приводить в соответствие с собственными представлениями.

Старший школьный возраст сопровождается неустойчивостью, противоречивостью психических явлений. С одной стороны, наблюдаются юношеский нигилизм, отрицание правил установленных взрослыми. С другой, проявляется стремление к подражанию определенному типу поведения. Причем в разных ситуациях могут избираться различные варианты действий, иногда взаимоисключающие.

Отрицание общепринятых правил связано с неудовлетворенностью общением со взрослыми, придерживающимися, по мнению юношей, консервативных взглядов, стереотипов поведения. На этом фоне может наблюдаться влечение как к сверстникам, так и к взрослым, обладающим привлекательными качествами.

В переживаниях и поведении несовершеннолетних потерпевших юношеского возраста нередко проявляются противоречия. Они стремятся к большей свободе, что в ряде ситуаций приводит к девиантному поведению, т.е. совершению поступков, противоречащих общепринятым нормам. В тоже время такие несовершеннолетние неспособны к самостоятельному существованию. Определенная часть из них стремится в среду, которая, по их мнению, отличается нестандартностью поведения, другими притягательными свойствами. В результате, не имея достаточного социального опыта, такие подростки, проявляя излишнюю доверчивость, оказываются в криминальных ситуациях.

Некоторые юноши, а в особенности девушки, в силу возраста уже предвидят возможность совершения в отношении них если не преступных, то антиобщественных действий. Они имеют представление о том, что такие события могут случаться вообще. Однако в реальной ситуации, при наличии к такому оснований, они не умеют прогнозировать неблагоприятное для них поведение окружающих. Многими взрослыми это оценивается как проявление легкомысленности поведения старших подростков.

В этом возрасте способности предвосхищать развитие ситуации в реальности, а также ясно представлять наступление опасных последствий еще не сформированы окончательно. Даже при наличии явной угрозы подростки надеются избежать осложнений. Так, девушки уединяясь с молодыми людьми, считают, что при возникновении опасности сумеют покинуть помещение, участок местности, не допустить другим образом нежелательного развития событий. Юноши часто вообще не предполагают, что в отношении них может быть совершено какое-либо насилие (особенно, сексуальное), либо уверены в своей способности оказать сопротивление.

Иногда несовершеннолетние потерпевшие полагают, что лица, обладающие привлекательными для них свойствами, не могут совершить ничего плохого, так как у подростков недостаточно развита способность распознавания истинных намерений и прогнозирования поведения других людей. Например, подростки часто не задумываются, почему некоторые взрослые оказывают им знаки внимания, несвойственные или явно неадекватные наличествующей ситуации (дорогие подарки, материальные ценности, приглашения в гости на ночь и т.п.). Подобным поступкам взрослого подростки зачастую дают инфантильные объяснения («Я просто ему нравлюсь, ему со мной интересно»).

В этом возрасте многие старшие подростки еще не способны к адекватной оценке как собственных качеств и поведения, так и свойств личности и действий окружающих. Значительная часть подростков, подвергшихся насилию считают, что они стали жертвами преступления по независящим от них причинам, не всегда объективно оценивают собственное виктимное поведение.

Наряду с этим другие потерпевшие юношеского возраста, наоборот, необоснованно обвиняют во всем случившимся только самих себя.

У некоторых потерпевших, испытывающих переживания по поводу своего несоответствия идеалам, либо длительное время ощущающие беспомощность перед внешними обстоятельствами, возникает так называемый «комплекс жертвы». Попадая в сложную ситуацию, они оценивают ее как тупиковую, безысходную и не пытаются противостоять ей, изменить течение событий. Нередко такие потерпевшие подвергаются насилию в течение длительного времени. Часть из них рассчитывают, что их терпеливость изменит отношение к ним окружающих. Подобным образом рассуждают юноши и девушки, подвергающиеся насилию со стороны сверстников. Аналогичной особенностью характеризуются подростки, регулярно страдающие от домашнего насилия в социально благополучных семьях.

Другие потерпевшие скрывают насилие, полагая, что вред, причиненный им, позволяет избежать более опасных, неприятных для окружающих последствий.

Полоролевая идентичность младших подростков слабо отделяется от детской. В дальнейшем же приобретаемое чувство взрослости подвигает подростка к тому, чтобы освоить новые для него, более «взрослые» виды взаимодействий со сверстниками, в первую очередь – противоположного пола. Этому способствует бурное телесное развитие и идентификация себя со взрослым. Начинает проявляться интерес друг к другу именно как к представителям противоположных полов. Внешней привлекательности, особенно личной, придается первостепенное значение. Привязанность к объекту другого пола может быть очень интенсивной и иметь большое значение для подростка.

Также в это время наблюдается появление сексуального влечения. При этом часто возникает внутренний конфликт между желанием освоить новые формы поведения, например, физические контакты, и внутренними (или внешними) запретами на подобные действия. Психологическая фиксация может быть направлена как на сверстника (своего или противоположного пола), так и на взрослого. Под влиянием совокупности факторов у подростков могут возникать различные отклонения в сексуальном поведении. В этом отношении наиболее подвержены сексуальным провокациям подростки с недостаточно развитой системой моральных запретов, инфантильные, развитые физически, но не способные давать несексуальный выход своей энергии. Психологическое и социальное отставание в созревании, а также неадекватные представления о взрослости также усиливают стремление к сексуальным контактам без оценки ситуации и последствий. Подростковая гиперсексуальность может приводить в том числе и к совращению сверстников (как противоположного, так и своего пола), а в более резких формах подростки могут совершать насилие над сверстниками или более младшими по возрасту детьми.

Особенно неблагоприятный прогноз возможен в случаях, когда первые сексуальные опыты подростка, неоднократно повторяясь, являются неадекватными по своему содержанию (например, связаны с насилием, развратными действиями либо сексуальными девиациями). Это нарушает его нормальное психосексуальное развитие, происходит фиксация сексуальных переживаний на содержании имеющегося опыта.

Свойства личности несовершеннолетних потерпевших различных возрастов обуславливают особенности их поведения в криминальной ситуации, оказывают влияние на механизм преступного события, содержание способа совершения преступления, характер и локализацию образующихся в результате следов.

1.2. Влияние личностных особенностей жертвы на механизм преступлений, совершаемых в отношении несовершеннолетних

В последнее время в теории криминалистики все чаще используется термин механизм преступления, в содержание которого авторами включаются самые различные элементы. В связи с этим возникает необходимость определения границ рассматриваемого понятия. Не вдаваясь в подробности дискуссии по этому поводу, в настоящей работе мы будем рассматривать механизм преступления как взаимосвязанную систему поведения несовершеннолетнего потерпевшего и способ совершенного в отношении него преступления, понимаемый как комплекс действий по подготовке, совершению и сокрытию общественно опасного деяния.

Как известно, свойства личности любого человека обуславливают его поведение. Не является в этом смысле исключением и поведение несовершеннолетних, становящихся жертвами преступлений.

В теории криминологии и криминалистики выделяют поведение потерпевших: не находящееся в причинной связи с совершением преступления; виктимное, рассматриваемое как провокационное, тем или иным образом стимулирующее преступные посягательства, что повлекло причинение им физического, морального или материального вреда11.

Приведенные положения в целом распространяются на поведение несовершеннолетних потерпевших. Однако, они требуют уточнения при рассмотрении поведения указанных субъектов, обладающих разными свойствами личности и становящимися жертвами различных видов преступлений.

Поведение несовершеннолетнего можно рассматривать как элемент предкриминальной и криминальной ситуации, условия которых влияют на принятие решения о совершении преступления и содержание способа его осуществления.

Как известно, субъект оценивает обстановку с точки зрения возможности совершения преступления вообще и использования при этом определенного способа в частности. На принятие такого решения влияют связи преступника и несовершеннолетнего потерпевшего.

Обобщения следственной практики свидетельствуют о том, что около одной трети всех преступлений в отношении несовершеннолетних совершаются их родственниками, близкими, знакомыми.

Нередко субъекты этого типа совершают в отношении несовершеннолетних импульсивные, заранее не подготовленные преступления.

Совершение преступлений под воздействием внезапно возникшего умысла характерно для лиц злоупотребляющих алкоголем, моральные представления которых не предусматривают бережного отношения к детям, допускают насилие в отношении них независимо от их возраста и особенностей поведения.

Особенно ярко эти качества проявляются у субъектов, совершающих преступления против жизни и здоровья детей младенческого возраста. Потерпевшие такого рода не могут совершать виктимных поступков в полном смысле этого слова. В некоторых случаях их поведение доставляет беспокойство окружающим. Субъекты, теряющие контроль над своим поведением в силу психопатических свойств, неумения и нежелания контролировать свои действия, в ответ на такой раздражитель совершают преступления в отношении младенцев. В судебно-следственной практике известны случаи, когда насилие совершалось в отношении детей грудного возраста, которые в течение продолжительного времени плакали, кричали. Например, супруги А. на протяжении нескольких часов пьянствовали, не обращая внимания на своего грудного ребенка, который громко плакал, поскольку был голоден и лежал в мокрых пеленках. Отец ребенка требовал от матери успокоить его, а когда она отказалась, выбросил младенца из окна квартиры, расположенной на четвертом этаже.

Некоторые сексуальные преступления в отношении младенцев совершают субъекты, характеризующиеся психическими расстройствами, не исключающими их вменяемости. Число таких преступлений незначительно. При подготовке настоящей работы было выявлено лишь одно уголовное дело, возбужденное по факту действий сексуального характера в отношении младенцев. Лица, совершающие такие преступления впервые, как правило, используют благоприятные условия, заключающиеся в отсутствии свидетелей, которые могут помешать осуществлению преступного намерения. Можно предположить, что умысел на совершение такого преступления может возникать внезапно при обнаружении ребенка, находящегося без присмотра. Не исключаются и случаи, когда такие деяния совершаются субъектами, которые специально поджидают удобный момент для реализации задуманного. Они могут дожидаться времени, когда ребенок остается один либо специально создавать условия для этого: отправлять куда-нибудь лиц, присматривающих за ребенком, предлагать свои услуги по уходу за потерпевшим и т. п.

В некоторых случаях преступления в отношении младенцев совершаются здоровыми в психическом отношении людьми, способами, детерминированными особенностями умысла. Например, молодая женщина, медсестра по специальности, явилась в дом матери-студентки и, представившись патронажной сестрой, похитила грудного ребенка под предлогом необходимости сделать срочную прививку младенцу. Преступница выдала похищенного ребенка за рожденного ею в результате связи с молодым человеком, которого она, таким образом, склонила к вступлению в брак.

Мотивация импульсивных преступлений против жизни и здоровья детей дошкольного возраста, совершаемых знакомыми и близкими, сходна с вышеописанными процессами. Раздражителями для субъекта преступления являются вполне объяснимое поведение ребенка, обусловленное его возрастными особенностями. Дети такого возраста стремятся к познанию окружающей действительности, их внимание привлекают объекты, значение которых им еще неизвестно. Поэтому они стремятся узнать, что находятся внутри того или иного предмета, из чего он состоит. Нередко внимание детей этого возраста притягивают предметы, которыми по их наблюдению пользуются взрослые – родители, близкие, воспитатели. Желание узнать, что находится в этих предметах, попробовать воспользоваться ими нередко приводит к повреждению изучаемых объектов, негативным реакциям со стороны взрослых. Как уже отмечалось, дети в период психологических кризисов отмечаются упрямством, а иногда и капризностью. Взрослые, характеризующиеся жестокостью, эмоциональной несдержанностью, а иногда и истеричностью, психопатическими свойствами, прибегают к физическому насилию. В ряде ситуаций такие преступления совершаются импульсивно. Например, пятилетний ребенок, оставленный дома один, нашел ножницы. Наблюдая, как мать вырезает ножницами аппликацию, ребенок решил воспроизвести ее действия и изрезал дорогую скатерть. Мать, вернувшись домой, избила ребенка, нанесла ему ножницами множественные ранения кистей рук, причинив тяжкий вред здоровью потерпевшего.

К сожалению, семейное насилие в отношении детей получило в нашей стране широкое распространение. По некоторым данным в каждой четвертой семье имеет место насилие над детьми. Именно в семье совершается почти 40% насильственных преступлений, ежегодно регистрируемых в России. От домашнего насилия ежегодно тысячи детей в России убегают из дома12.

Субъектов, совершающих преступления против жизни и здоровья детей в семье, можно условно разделить на две большие группы.

Прежде всего, это импульсивные индивиды, отличающиеся эгоизмом, жестокостью, не способные контролировать свое поведение. После совершения преступления в отношении детей нередко демонстрируют раскаяние, желание загладить причиненный вред.

Ко второй группе следует отнести людей, полагающих, что физическое насилие является вполне приемлемым средством воспитания. Такие индивиды применяют насилие осознанно в виде наказания за любые проступки, в том числе и кажущиеся. Все свои действия они совершают, вполне контролируя и в ряде случаев ужесточая их.

Как уже отмечалось, дети в критическом возрасте отличаются упрямством, раздражительностью. Поэтому в ответ на насилие некоторые из них тайно или явно пытаются совершать запрещаемые действия, посещать запретные места, знакомиться с объектами, к которым ограничивается доступ. В ряде ситуаций такое поведение детей вызывает у жестоких и неуравновешенных индивидов еще более активную агрессию.

Среди субъектов анализируемого вида преступлений следует выделить лиц, которые усвоили навыки агрессивного поведения в детстве, страдая от жестокого обращения в своей семье. Они действуют по привычке в ситуациях любого неприемлемого, по их мнению, поведения детей. Подобные стереотипы поведения в конечном итоге формируются у индивидов, относящихся к первым из двух названных групп.

Значительными особенностями отличается поведение субъектов действий сексуального характера в отношении малолетних членов семьи. Большинство детей этой возрастной группы не понимают смысла сексуальных действий, особенно когда они совершаются в отношении них впервые. Тем не менее, они рано или поздно осознают нестандартность, а иногда и противоестественность происходящего. Необычность действий сексуального характера, уединенность условий, в которых они совершаются, способствуют оценке потерпевшим выполняемых в отношении него манипуляций как негативных, запретных. Субъекты таких преступлений, стремясь преодолеть нежелательные реакции дошкольника на совершаемые в отношении него действия, дают им ложные объяснения, стимулируют молчание потерпевшего подарками или их обещанием.

В то же время, часть детей понимает характер и значение совершаемых в отношении них сексуальных действий, однако не в состоянии не только избежать их, но и просто обратиться за помощью.

Некоторые семейные насильники оказывают на детей сильное психологическое воздействие, другие – используют их доверчивость и беззащитность. Более жестокие субъекты прибегают к опасному физическому насилию, причиняя детям физическую боль и страдание. Некоторые из них для удовлетворения своих половых потребностей совершают действия, представляющие угрозу для жизни потерпевшего. Большинство из таких преступников характеризуются педофилией, влечением к детям. У некоторых эти качества сочетаются с садистскими наклонностями.

Более подробно свойства личности субъектов такого рода преступлений будут рассмотрены в последующих разделах данной работы.

Необходимо отметить, что малолетним потерпевшим от семейного насилия нередко причиняются серьезные психические травмы. Они испытывают панику, беспокойство в отношениях с родителями и другими членами семьи, тревогу по поводу происходящего. У таких потерпевших наблюдаются прямо противоположные реакции на происходящее: эмоциональное оцепенение или раздражительность. Они могут проявляться в пассивности, неразговорчивости или, наоборот, раздражительности, вспышках гнева. Эти состояния сопровождаются плачем, жалобами, регрессом имевшихся навыков, нарушениями сна и т.п.13

Субъекты преступлений из числа незнакомых малолетнему характеризуются качествами, сходными со свойствами личности семейных насильников. Импульсивные, ситуативные преступники также реагируют на непреднамеренное поведение малолетних.

В механизме поведения сексуальных преступников имеются определенные особенности. Среди них не велика доля ситуативных преступников, действующих под влиянием внезапно возникшего умысла. Знакомые, как и не знакомые жертве преступники, используя стремление детей к общению со взрослыми, их желание обладать или хотя бы пользоваться какими-то предметами (игрушками, велосипедом, автомобилем), заманивают их в уединенные места, где совершают в отношении них преступления.

Субъекты серийных преступлений нередко осуществляют подготовительные мероприятия по поиску жертвы планируемого посягательства. В этих целях они подыскивают места, где малолетние находятся без присмотра: детские площадки, придворовые территории, участки дошкольных учреждений, пункты торговли предметами, представляющими интерес для детей данного возраста и т.д. Иногда, готовясь к совершению преступления, такие субъекты приобретают игрушки, привлекательные для потерпевшего вещи, с помощью которых завлекают малолетних. Реже встречаются случаи, когда для перемещения дошкольника в уединенное место применяется физическое насилие.

С целью сокрытия совершенных развратных действий потерпевших запугивают, доставляют их в места, откуда они с трудом могут добраться домой.

Жертв изнасилований, которым причиняются серьезные телесные повреждения, бросают на месте совершения преступления или переносят на другой участок.

Дети младшего школьного возраста также могут стать жертвами как домашнего, так и внесемейного насилия. Внутри семьи они подвергаются продолжающемуся насилию до наступления самых тяжких последствий, которые уже невозможно скрыть от окружающих.

Дети этого возраста по-разному относятся к насильникам и совершенным в отношении них преступлениям против жизни и здоровья. Одни из них выражают протест, проявляющийся в побегах из дома, прогулах занятий в школе. Другие приобретают комплекс вины. У них формируется представление, что причиной насилия являются их негативные качества и собственное поведение, чувство заслуженности насилия над ними. Нередко подобные впечатления сопровождаются депрессией, чувством беспомощности, стыда. Иногда такого рода переживания сопровождаются пассивностью, снижением активности и учебной успеваемости.

Некоторые дети компенсируют негативные переживания агрессией к окружающим, разрушением вещей, воспроизведением ситуаций насилия в играх.

По сравнению с детьми дошкольного возраста такие потерпевшие адекватно оценивают характер совершаемых в отношении них действий. Однако, чувствуя свою беспомощность, недоверие ко всем взрослым, не обращаются за помощью к посторонним. В процессе посягательства они практически не оказывают сопротивления насильнику.

Жертвы сексуальных посягательств со стороны членов семьи также могут быть разделены на несколько групп. Некоторые из них, в полной мере или частично осознавая характер совершаемых в отношении них действий, не противятся этому. Часто такие дети под влиянием уговоров, манипулирования со стороны субъекта преступления оправдывают себя и свое участие в сексуальных действиях. Одни внушают себе, что субъект преступления любит их, нуждается в них, что ничего плохого не происходит.

В то же время по мере развития ребенка наряду с сексуальным опытом он получает знания, позволяющие оценивать его негативно. У таких детей появляются напряженность, чувство вины перед матерью.

У потерпевших, вовлеченных в инцестуальные сексуальные связи путем обмана или в результате применения психического либо физического насилия, преобладает чувство страха перед субъектом преступления. Под влиянием этих эмоций, они не оказывают сопротивления, чтобы не подвергнуться более суровому физическому наказанию.

Субъект преступления для этих действий выбирает время, когда дома никого нет. Поскольку сексуальные посягательства на членов семьи совершаются, как правило, неоднократно, субъекты преступления все меньше маскируют характер своих действий. В некоторых случаях они совершают постепенный переход от сексуальных действий, не связанных с внутригенитальным проникновением, к совершению половых актов с подростком. Такие примеры нечасто встречаются в судебно-следственной практике. Как правило, субъекты внутрисемейных сексуальных преступлений сразу же избирают один из вышеназванных видов преступлений.

Потерпевшие этого возраста, а чаще всего ими являются девочки, испытывают негативное отношение к насильникам, перерастающее в ненависть. Зачастую это сопровождается депрессией, ощущением страха, чувства вины перед матерью. Внешне это может проявляться в замкнутости, одиночестве, отказе от общения со сверстниками из-за опасения случайного разоблачения происходящего. По мере продолжения сексуальных действий эти переживания и ощущения усиливаются и у ребенка появляется негативное отношение к матери14.

Несмотря на столь тяжелую психотравмирующую ситуацию, такие потерпевшие в большинстве своем не стремятся оказать какое-то сопротивление преступнику. В то же время в научной литературе описаны случаи обращения потерпевших за помощью к посторонним взрослым в связи конфликтом с субъектом преступления. Истинные обстоятельства происходящего при этом не раскрываются, а жалобы касаются якобы излишней требовательности, незначительного физического насилия15.

Эти робкие попытки, как правило, не приносят никаких результатов и преступная деятельность в отношении таких несовершеннолетних продолжается.

Дети младшего школьного возраста могут подвергаться преступным посягательствам и со стороны посторонних лиц. Преступления против жизни и здоровья таких потерпевших, чаще всего, являются импульсивными. Нередко они связаны с виктимным поведением жертвы, выражающемся в совершении мелких поступков и правонарушений. Например, 10-летний подросток, задержанный за кражу кошелька на месте преступления, был жестоко избит потерпевшим и очевидцами. От полученных повреждений подросток скончался в медицинском учреждении.

Подобные преступления несоразмерны с причиняемым потерпевшим вредом, нередко отличаются жестокостью. Сокрытие таких преступлений состоит в избрании преступником мест, в которых отсутствуют люди, способные помешать насилию в отношении ребенка.

Сексуальные преступления, совершаемые посторонними в отношении детей младшего школьного возраста, достаточно распространены. Среди них могут быть выделены посягательства ненасильственного характера и насильственные. К первым относятся деяния, связанные с соблазнением, уговорами, подарками, обещаниями улучшения положения ребенка внутри коллектива. Примером последнего из названных видов посягательства могут служить преступления, совершаемые педагогами, тренерами, руководителями творческих объединений, обещающими жертвам лучшее положение, выделение среди сверстников, поездки на соревнования, конкурсы и т.п.

Соблазнение используется и другими субъектами аналогичных преступлений. В последнее время участились случаи привлечения детей младшего школьного возраста к созданию порнографических материалов. В судебно-следственной практике известен случай, когда для участия в съемках привлекались дети 8–12 лет, которым за вознаграждение предлагалось совершать сексуальные действия друг с другом. Если дети, уже участвующие в съемках, приводили других кандидатов, они получали дополнительную плату. Для подобных действий субъекты преступления отбирают безнадзорных детей, которые проводят время одни. Выбор производится по поведенческим признакам, а также по внешнему виду, свидетельствующем о недостаточной обеспеченности ребенка, отсутствии внимания к нему родителей.

В научной литературе обоснованно привлекалось внимание к проблеме совершения сексуальных преступлений в отношении детей из семей беженцев. Не имея средств к существованию, места жительства и учебы, эти дети вынуждены соглашаться на совершение в отношении них действий сексуального характера. Такие потерпевшие еще до посягательства наблюдают сексуальные отношения, однако не сознают их социальное и физиологическое значение. Так, 8-летняя девочка, приехавшая в Россию с матерью из Таджикистана, наблюдала беспорядочные половые отношения матери. Поскольку в семье отсутствовали средства для приобретения самого необходимого, ребенок голодал, не имел добротной одежды. Этим воспользовался взрослый мужчина, в ответ на просьбу девочки о предоставлении работы изнасиловал ее, после чего дал продукты и деньги. Насильник поддерживал сексуальные отношения с ребенком в течение четырех лет16.

Представляется, что подобным посягательствам подвергаются не только дети-беженцы из сопредельных государств, но и просто безнадзорные, а также бродяжничающие подростки. Они более беззащитны, чем другие дети, что позволяет субъектам преступления рассчитывать на безнаказанность.

Субъекты сексуальных посягательств, не знакомые с потерпевшим на стадии подготовки преступления, осуществляют поиск мест, которые посещают дети такого возраста, в тех случаях, когда планируется насилие, готовят орудия и средства преступления.

Объем и время совершения подготовительных мероприятий могут быть различными. Подготовка преступлений, совершаемых под влиянием внезапно возникшего умысла, как правило, кратковременна и включает в себя совершение несложных операций. Например, 10-летний мальчик подошел к мужчине, рыбачившему на одном из городских водоемов. Между ними завязался разговор, в процессе которого мужчина предложил подарить ребенку рыболовные снасти. Под этим предлогом он заманил ребенка в заросли кустарника на пустыре, где попытался осуществить в отношении него насильственные действия сексуального характера, но был задержан прохожими.

Следует заметить, что в данном случае потерпевший закричал, чем привлек внимание окружающих. Большинство же потерпевших такого возраста не пытаются оказывать сопротивление преступнику.

Потерпевшие подросткового (среднего школьного) возраста переживают, как уже отмечалось, наиболее сложный критический период развития. Они уже практически полностью осмысливают совершающиеся в отношении них преступления.

Подростки, страдающие от неоднократного семейного насилия, стремятся найти выход из создавшейся ситуации – избегают контактов с насильником, стараются не оставаться с ним наедине, уходят из дома. В то же время, они редко решаются на активное противодействие преступным посягательствам. У значительной части из них формируется комплекс жертвы, соединенный с чувством беспомощности, ощущением безвыходности из сложившейся ситуации. Такие подростки задумываются над самоубийством, обсуждают эту тему с окружающими и иногда предпринимают суицидальные попытки.

Жертвы сексуальных посягательств со стороны членов семьи также практически не оказывают сопротивления преступникам, несмотря на связанное с этими отношениями тяжелое психотравмирующее воздействие. Более того, скрывая от окружающих случившееся, они нередко уничтожают материальные следы сексуальных действий – стирают, зачищают одежду и т.д.

Во внесемейном насилии необходимо выделить посягательства знакомых, сверстников-соучеников, соседей, подростков. В старшем подростковом возрасте происходит объединение детей в малые группы одноклассников, соучеников, которые иногда прибегают к насилию над своими сверстниками, несоответствующими сложившимся в группе представлениям, нарушающими принятые в ней правила поведения.

В последнее время достоянием общественности стали факты избиения одноклассников за мнимые или явные проступки, фиксируемые с помощью видеозаписи.

Такое насилие нередко является проявлением самоутверждения, сопряжено с выбором жертвы, которая не в состоянии дать отпор притязаниям группы. Потерпевшие от таких преступлений, опасаясь ухудшения ситуации, не решаются обратиться за помощью к взрослым.

Насилие в отношении подростков совершается не только группами, но и субъектами без соучастников. Посягательства на жизнь и здоровье потерпевших этой возрастной группы могут быть вызваны их виктимным поведением или не связанными с ним.

Виктимное поведение нередко присуще девушкам старшего подросткового возраста (14–17 лет), которые уже осознают свою полоролевую функцию и пытаются воспроизводить поведение взрослых женщин. В то же время, не имея достаточных знаний, опыта, они необоснованно доверяют партнерам по общению, не предвидят неблагоприятного развития ситуации или легкомысленно надеются на возможность предотвращения опасных для себя событий. Некоторые из девушек этого возраста вольно или невольно совершают провоцирующие действия – уединяются с юношами, распивают с ними спиртные напитки, ведут себя развязно и т.д. Например, 15-летняя девушка пригласила отметить получение своей первой заработной платы двоих 16-летних подростков и приобрела для этой цели более 3-х литров крепленого вина. Во время распития спиртного в подвале жилого дома сильно опьянела, на непристойные высказывания подростков только смеялась. Один из подростков, воспользовавшись беспомощным состоянием потерпевшей, изнасиловал ее.

Поведение потерпевших юношеского возраста по сравнению с другими группами несовершеннолетних жертв преступлений имеет специфические особенности.

Юноши и девушки, подвергающиеся семейному насилию, отчуждаются от семьи, покидают их при возникновении какой-либо возможности. Двойственность отношения к родителям, свойственная для подростков, нередко сменяется расположением, привязанностью к одному из родителей. Это характерно, в частности, для семей, где насилию подвергаются не только дети, но и мать. Если же она еще и поддерживает детей, пытается защитить их, то они привязываются к матери, сострадают ей.

У юношей укрепляется недоверие к взрослым, формируются взгляды на допустимость насилия. В связи с этим значительное число юношей и девушек, страдающих от семейного насилия, сами характеризуются агрессивностью, жестокостью по отношению к окружающим. В общении они становятся импульсивными, нередко

...