Л. В. Терентьева

Трансграничные электронные сделки

Международно-правовое и национально-правовое регулирование

Монография

---

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 341.24+341.9

ББК 67.911.22+67.93

Т35

Автор:

Терентьева Л. В., профессор кафедры международного частного права Университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), доктор юридических наук, доцент.

Рецензенты:

Викторова Н. Н., доцент кафедры международного частного права Университета имени О. Е. Кутафина;

Луткова О. В., профессор кафедры международного частного права Университета имени О. Е. Кутафина.

В монографии рассматриваются отдельные аспекты правового регулирования трансграничной электронной коммерции. Исследуются понятия «электронная сделка» и «трансграничная электронная сделка», выявляется их соотношение, поднимаются вопросы условий соблюдения письменной формы электронных сделок в условиях трансграничного электронного документооборота, а также признания иностранной электронной подписи и трансграничной передачи и оборота персональных данных. В работе также разбираются трансграничные коммерческие и потребительские электронные сделки.

Законодательство приведено по состоянию на 1 августа 2024 г.

Монография рассчитана на научных работников, преподавателей, аспирантов, студентов.

УДК 341.24+341.9

ББК 67.911.22+67.93

© Терентьева Л. В., 2025

© ООО «Проспект», 2025

ВВЕДЕНИЕ

Возможность оперативного проведения всех необходимых этапов коммерческих операций — выбор товаров и услуг, оформление заказа, обеспечение гарантии платежа, заключение сделок и в определенных случаях поставка и получение товара электронным способом — дали импульс для развития такого экономического явления, как электронная коммерция. Сложно представить себе современную жизнь вне электронной коммерции, принимая во внимание, что практически каждый повседневно пользуется возможностями поиска, заказа и оплаты товаров и услуг на маркетплейсах, которые представляют собой платформу электронной коммерции, выступающей посредником между покупателями и продавцами.

В потребительском сегменте (В2С) электронная коммерция имеет ряд преимуществ по сравнению с традиционной торговлей, которые заключаются в легкости преодоления географических ограничений, выстраивании гибкого графика работы за счет предоставления удаленной связи сотрудникам, наращивании ассортимента товаров без дополнительных издержек, выстраивании клиентоориентированного подхода в результате круглосуточной онлайн-­поддержки потребителя и т. п. Неоспоримы преимущества безбумажного документооборота и в бизнесе (В2В). Внедрение электронных технологий во внутреннем и международном документообороте позволяет не только снижать временные, финансовые издержки, но и выстраивать четкий, транспарентный режим работы с документами.

Специфика электронной коммерции на сегодняшний день в наибольшей степени отвечает стратегии ведения бизнеса в соответствии с повсеместно внедряемыми стандартами ESG (Environmental (E) — окружающая среда; Social (S) — социальное развитие; (Governance (G) — управление компанией). По сравнению с традиционными торговыми площадками платформы электронной коммерции являются более экологичными, принимая во внимание, что эффективная цепочка поставок, отсутствие торговых помещений, необходимых для традиционной торговли, в большей степени отвечают экологическим стандартам в силу сокращения выбросов углекислого газа.

Значимые игроки электронной коммерции, такие как Amazon.com, Inc.; Apple, Inc.; Alibaba Group Holding Limited; eBay, Inc. и др., большую роль играют в формировании ESG-стандартов в целях устойчивого и ответственного ведения бизнеса. Так, для охлаждения дата-­центров Amazon использует возобновляемые источники энергии — солнечные батареи и ветряные электростанции, оснащает крыши своих складских комплексов солнечными панелями, а к 2025 г. планирует на 100% перейти на возобновляемую энергию, которой будет обеспечивать центры обработки данных и выполнения заказов, физические магазины и офисы1.

Соблюдая ESG-стандарты, компания не только реализует общие глобальные цели по сохранению экологического баланса в природе и соблюдению социального равенства, но и решает свои частные задачи по своему устойчивому продвижению на рынке. Для многих потребителей экологичность продукта, использование перерабатываемых материалов становятся одним из важных факторов при принятии решения о покупке — об этом говорят многочисленные отзывы, оставляемые потребителями на маркетплейсах2.

Электронная коммерция, способствующая расширению сферы трансграничной торговли, является одним из ключевых направлений сотрудничества стран БРИКС. В п. 72 Казанской декларации, принятой в ходе 16-го саммита БРИКС 23 октября 2024 г., было отмечено, что электронная коммерция стала важной движущей силой глобального экономического роста международной торговли и притока иностранных инвестиций. С целью выхода предприятий стран — участниц БРИКС на мировые рынки должен быть решен ряд правовых задач: обеспечена защита прав участников электронной торговли, осуществлена эффективная защита персональных данных, разработаны онлайн-­механизмы разрешения споров, преодолены различия технических и юридических стандартов при использовании электронной подписи.

Среди известных моделей электронной коммерции — бизнес-­потребитель (B2C), бизнес для бизнеса (B2B), бизнес-­государство (B2G), потребитель-­потребителю (C2C), потребитель-­бизнес (C2B), потребитель-­государство (C2G), особое значение должно быть уделено сектору бизнес-­потребитель (B2C), принимая во внимание, что население стран БРИКС, составляющее 42,19% мирового населения, обладает значительным потенциалом потребительского спроса. В этой связи особую важность наряду с иными приобретают вопросы защиты прав потребителей в сфере электронной коммерции.

Глава 1. ТРАНСГРАНИЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ СДЕЛКА: ПОНЯТИЕ, ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ

1.1. Соотношение понятий «электронная коммерция» и «электронная торговля»

История электронной коммерции началась задолго до масштабного использования возможностей сети Интернет. Ее предшественником стал телешопинг, под которым понималось оформление заказов товаров, демонстрируемых на экране телевизора. В 1979 г. в США Майкл Алдрих связал воедино местное кабельное телевидение с компьютером, используя инфраструктуру стационарных телефонных линий3.

В том понимании, которое придается электронной коммерции сегодня, она появилась в начале 90-х гг. — с созданием компанией «Амазон» первой торговой площадки на веб-­сайте4. С этого момента понятие «электронная коммерция» прочно вошло в коммерческий и правовой оборот.

В доктрине и правовых актах наряду с понятием «электронная коммерция» фигурирует также понятие «электронная торговля». В Типовом законе, разработанном Комиссией Организации Объединенных Наций по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ), Model Law on Electronic Commerce (1996), который не вполне аутентично переводится на русский язык как «Типовой закон „Об электронной торговле“» (далее предлагается использовать вариант русского перевода — Типовой закон об электронной торговле 1996 г.), не дается определения электронной коммерции. В примечании к ст. 1 говорится, что данное понятие следует толковать широко с тем, чтобы оно охватывало вопросы, вытекающие из всех отношений торгового характера — как договорных, так и не договорных. При этом в соответствии с примечанием, отношения торгового характера должны включать сделки, не ограничиваясь ими, любые торговые сделки на поставку товаров или услуг или обмен товарами или услугами, дистрибьюторские соглашения, коммерческое представительство и агентские отношения, факторинг, лизинг, строительство промышленных объектов, предоставление консультативных услуг, инжиниринг, куплю/продажу лицензий, инвестирование, финансирование, банковские услуги, страхование, соглашения об эксплуатации или концессии, совместные предприятия и другие формы промышленного или предпринимательского сотрудничества, перевозку товаров и пассажиров воздушным, морским, железнодорожным или автомобильным транспортом5. Электронная коммерция, согласно Типовому закону об электронной торговле, не должна ограничиваться лишь рамками купли-­продажи, поскольку охватывает целый ряд коммерческих гражданско-­правовых сделок, заключаемых с помощью электронного обмена данными.

Под «электронным обменом данными» в Типовом законе понимается электронная передача с одного компьютера на другой информации с использованием согласованного стандарта структуризации информации. Тогда как «сообщение данных» означает информацию, подготовленную, отправленную, полученную или хранимую с помощью электронных, оптических или аналогичных средств, включая электронный обмен данными, электронную почту, телеграмму, телекс или телефакс, но не ограничиваясь ими.

Хотя передача данных путем электронного обмена данными представлена в Типовом законе в узком значении этого слова (передача данных стандартизированного формата между компьютерами), как отмечено в п. 31 Руководства по принятию Типового закона ЮНСИТРАЛ об электронной торговле 1996 года, Типовой закон исходит из принципа технологической нейтральности, а именно: никакой способ передачи сообщений не должен быть дискриминирован и исключен из сферы применения Типового закона ввиду вероятной необходимости учета будущих технических новшеств6.

В Директиве Европейского парламента и Совета Европейского союза 2000/31/ЕС о некоторых правовых аспектах информационных услуг на внутреннем рынке — в частности, об электронной коммерции 2000 г. (Директива об электронной коммерции) — также предусмотрен широкий подход к определению электронной коммерции, хотя данное понятие напрямую не определяется. В Директиве используется понятие «информационные общественные услуги», которое определяется как услуга информационного сообщества, оказываемая за вознаграждение, дистанционно, посредством электронной связи и по индивидуальному запросу.

В российской доктрине зачастую понятия «электронная коммерция», «электронная торговля» и «интернет-­коммерция» используются как тождественные. Между тем электронная коммерция, изначально ограничивающаяся операциями купли-­продажи и перечислением денежных средств по компьютерным сетям, на сегодняшний день охватывает широкий круг коммерческих отношений, что не позволяет отождествлять понятия «электронная коммерция» и «электронная торговля». В Оксфордском словаре указано, что «коммерция (commerce) включает все формы торговли, а также услуги, которые содействуют торговле»7.

ГК РФ само понятие «коммерция» не содержит, но оперирует прилагательными, образованными от указанного слова: «деятельность коммерческой организации», «коммерческие цели», «коммерческая ценность» и т. п. Исходя из ч. 1 ст. 50 ГК РФ, дающей определение юридических лиц, под коммерческой деятельностью понимается дея­тельность, направленная на извлечение прибыли. В абз. 3 ч. 1 ст. 2 ГК РФ дается определение предпринимательской деятельности, под которой понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Понятием «торговая деятельность» может обозначаться только такая разновидность предпринимательской и коммерческой деятельности, как непосредственное осуществление торговли, то есть систематическое осуществление продажи вещей (товаров) с целью получения прибыли.

В проекте ФЗ РФ «Об электронной торговле», внесенном в Государственную Думу 16 июня 2006 г. (15 июня 2011 г. законопроект был отклонен Государственной Думой)8, давалось определение понятия «электронная торговля», под которым понималось «заключение путем обмена электронными документами следующих сделок, предусмотренных ГК РФ (но не ограничиваясь ими): купли-­продажи, поставки, возмездного оказания услуг, перевозки, займа и кредита, финансирования под уступку денежного требования, банковского вклада, банковского счета, расчетов, хранения, страхования, поручения, комиссии, агентирования, доверительного управления имуществом, коммерческой концессией, простого товарищества, публичного обещания награды, публичного конкурса, а также приобретением и осуществлением с использованием электронных средств иных прав и обязанностей в сфере предпринимательской деятельности»9. Таким образом, объем определяемого слова «электронная торговля» оказывается ýже самого определения, содержание которого логически должно охватываться термином «электронная коммерция». С учетом вышеизложенного, к коммерческим отношениям, содержащим широкий круг гражданско-­правовых отношений, следует применять более точный термин «электронная коммерция».

Исходя из преимущественно коммерческих (стоимостных) отношений, которые охватываются электронной коммерцией, можно заключить, что электронная коммерция — это прежде всего одна из форм предпринимательской деятельности, преимущественно выражающая­ся через посредническую и закупочную электронную деятельность с целью получения прибыли и осуществляемая электронным способом. Использование отечественными авторами терминов «электронная торговля» и «электронная коммерция» в качестве синонимов представляется не совсем оправданным, поскольку последний термин не ограничивается только торговлей.

В литературе также высказывалось мнение о том, что использование терминов «электронная коммерция» и «электронная торговля» должно быть с определенной степенью условности, так как данные термины не вполне адекватно соответствуют реальным правоотношениям. По мнению специалистов, использовать вид связи в качестве доминирующего понятия в определении нельзя, поскольку электронная коммерция и электронная торговля подразумевают под собой заключение коммерческих сделок, посредством телефонной, телеграфной, телексной, мобильной связи. Последние мало чем отличаются от сделок, заключаемых в традиционной форме посредством почтового, телеграфного, телетайпного, телексного обмена письмами10. В отношении электронной коммерции было справедливо высказано предложение, чтобы при определении данного явления учитывалась «возможность появления новых технологий передачи данных, которые будут регулироваться законодательством об электронной торговле»11.

Аналогичная концепция широкого подхода к будущим техническим усовершенствованиям в области средств передачи сообщений отражена в Руководстве по принятию Типового закона ЮНСИТРАЛ «Об электронной коммерции» 1996 г., где говорится, что Типовой закон предназначен не только для применения в контексте существующих электронных, оптических или аналогичных средств передачи данных, но также и для учета новейших технологических разработок (п. 31)12.

Действительно, способы передачи данных имеют тенденцию трансформации в более сложные технические способы. Процесс проникновения технологий электронной коммерции во все области экономических отношений продолжается по сей день. В связи с этим при определении электронной коммерции и электронной торговли способы передачи данных не должны быть исчерпывающе представлены в определении. Достаточно указать примерный перечень таких способов с оговоркой их широкого характера. Именно такой подход позволит выработать универсальное определение, не требующее последующих изменений, связанных с развитием рассматриваемых технологий. В то же время заключение договоров электронным способом на сегодняшний день является одним из основных.

Наряду с электронной коммерцией в доктрине и практике используется понятие «электронный бизнес», который зачастую в доктрине отождествляется с электронной коммерцией. В ряде работ «электронный бизнес» в большей степени раскрывается не как правовое, а как экономическое понятие, а именно в качестве деловой активности, использующей возможности информационных сетей для преобразования внутренних и внешних связей компании с целью получения прибыли. К основным составляющим электронного бизнеса в доктрине относят внутреннюю организацию компании на базе единой информационной сети (интранет) и внешнее взаимодействие с партнерами, поставщиками и клиентами посредством сетей экстранет и интранет13. При этом ученые отмечают, что основной целью создания сети интранет является повышение эффективности взаимодействия сотрудников и оптимизации процессов планирования и управления компанией14.

А. И. Савельев отмечает, что понятие электронного бизнеса шире понятия электронной коммерции за счет включения в него различных информационных технологий, направленных на оптимизацию внутренних бизнес-­процессов компании. Электронную коммерцию автор представляет как разновидность электронного бизнеса, которая представляет собой отношения, связанные с заключением, исполнением сделок посредством сети Интернет15.

Разграничение понятий коммерции и бизнеса по вышеуказанным критериям представляется не вполне понятным.

Во-­первых, восприятие электронной коммерции исключительно как сделок, заключаемых и исполняемых с помощью информационных сетей, не вполне соотносится с родовым понятием «коммерция», которое определяется как деятельность, направленная на извлечение прибыли. Необходимо разграничивать понятия «электронная коммерция» и «электронная сделка»: под последней следует понимать гражданско-­правовую сделку, заключаемую (а в ряде случаев — и исполняемую) в электронной форме.

Во-­вторых, содержание понятий «бизнес» и «предпринимательская деятельность» в доктрине определяются практически единообразно: ведение деятельности, направленной на систематическое получение прибыли16. Категория «бизнес» используется в российских нормативных актах, но без определения ее содержания17. Электронные формы осуществления коммерции и бизнеса не обнаруживают существенных различий в их содержании.

Следует отметить, что электронная коммерция представляет собой многозначное понятие, которому в зависимости от контекста (правового, экономического, социального) придается свое специфическое значение. Так, в рамках экономической науки электронная коммерция определяется как сфера цифровой экономики, включающая в себя торговые и финансовые операции, осуществляемые с помощью различных электронных технологий18. С этих позиций под электронной коммерцией следует понимать одну из форм предпринимательской деятельности, преимущественно выражающуюся через посредническую и закупочную электронную деятельность с целью получения прибыли и осуществляемую электронным способом.

В рамках правовых наук электронная коммерция должна определяться с некоторой долей условности, принимая во внимание собирательность данного понятия. Здесь внимание прежде всего фокусируется на правовом регулировании ведения электронного бизнеса (электронной коммерции). В объем данного понятия прежде всего входят особенности заключения и исполнения электронных сделок, а также вытекающие из этого вопросы установления подсудности, защиты прав потребителей, лицензирования, налогового регулирования, защиты персональных данных и т. п.

Таким образом, заключение и исполнение электронных сделок является одной из составляющих осуществления электронной коммерции (электронного бизнеса).

Отдельно следует выделить смарт-­контракты, вопрос о правовой природе которых в доктрине до сих пор является весьма дискуссионным. Под смарт-­контрактом различные исследователи понимают компьютерную программу, компьютерный код, специальный электронный алгоритм, гражданско-­правовую сделку, способ исполнения и (или) обеспечения исполнения обязательств19.

Реализуется смарт-­контракт на платформе блокчейн, представляющей собой алгоритм распределенного реестра, который обес­печивает самоисполнимость условий, предусмотренных в данном контракте.

Оставляя за рамками настоящей работы вопрос о правовой природе смарт-­контракта, требующего отдельного самостоятельного исследования, следует согласиться с позицией Л. Ю. Василевской о невозможности трактовки смарт-­контракта в качестве гражданско-­правового договора. В качестве одного из аргументов автором приводится затруднительность восприятия условий смарт-­контракта для сторон, поскольку смарт-­контракт представляет собой компьютерный код, составленный на языке программирования20. Кроме того, отмечает ученый, не может состояться автоматизированное расторжение смарт-­контракта, поскольку программа не в состоянии адекватно отразить в виде кода нарушение условий договора21.

Специального регулирования смарт-­контракта в российском законе на сегодняшний день не предусмотрено. В то же время абз. 2 ст. 309 ГК РФ, который предусматривает, что условиями сделки может быть предусмотрено исполнение ее сторонами возникающих из нее обязательств при наступлении определенных обстоятельств без направленного на исполнение обязательства отдельно выраженного дополнительного волеизъявления его сторон путем применения информационных технологий, определенных условиями сделки, по мнению Л. Ю. Василевской, не следует сводить исключительно к блокчейн-­технологиям22.

В этой связи смарт-­контракт требует дальнейшего научного осмысления, на основе которого должны быть сформированы законодательные решения в отношении его правовой природы и специфики регулирования. При этом смарт-­контракт должен получить самостоятельное правовое регулирование как институт sui generis вне аналогий регулирования электронных сделок.

1.2. Понятие трансграничной электронной сделки

Принимая во внимание, что электронная коммерция может осуществляться как в национальном сегменте Интернета — Рунете, так и на иностранных площадках, следует разграничивать национальную и трансграничную электронную коммерцию. Крупными отечественными маркетплейсами на сегодняшний момент являются «Яндекс­Маркет», Ozon, Wildberries, Lamoda. К наиболее успешным иностранным торговым площадкам следует отнести Amazon.com, Inc., Alibaba Group Holding Limited, eBay, Inc., AliExpress. Лидерами электронной трансграничной торговли являются США и Китай. В то же время, несмотря на лидирующие позиции стран Азии и США, в 2020–2021 гг. максимальный прирост объемов электронной торговли был именно в Российской Федерации — с 23% в 2020 г. до 34% в 2021 г.23 В последующем в результате введения санкций, разрушения цепочек поставок, невозможности осуществления расчетов в валюте последовало существенное сокращение объемов трансграничной электронной коммерции24. Замедление темпов роста электронной коммерции удалось снизить за счет принятого в 2022 г. по инициативе Российской Федерации решения Евразийской экономической комиссии о повышении действия порога беспошлинного ввоза товаров для физических лиц в 1000 евро до 1 октября 2023 г. В 2022–2023 гг. это решение продлевалось. По информации Евразийской экономической комиссии от 27 сентября 2023 г., до 1 апреля 2024 г. порог беспошлинного ввоза товаров для физических лиц составит 1000 евро и 31 кг — для товаров.

Год 2012-й стал началом отсчета двустороннего экономического сотрудничества Китая и России в сфере электронной торговли — после того, как компания Аlibaba Group вступила на российский рынок и стала сотрудничать с российскими электронными платежеспособными компаниями, мобильными поставщиками, что привело к дальнейшей реализации платежей по мобильным телефонам25. В условиях санкционной политики недружественных государств российско-­китайские отношения представляют особую значимость, принимая во внимание, что на официальном уровне ограничений на ввоз российских товаров и на осуществление финансовых операций с контрагентами из России Китай не вводил. В настоящее время такие китайские маркетплейсы, как AliExpress, Alibaba, JD.com и Dunhuang предоставляют услуги по купле-­продаже услуг и товаров онлайн.

По данным китайской таможни, Россия занимает первое место среди стран СНГ в рамках инициативы «Один пояс — один путь» по объему трансграничной торговли с Китаем. Так, в 2021 г. Россия заняла пятое место после Вьетнама, Индии, Малайзии и Таиланда в трансграничном экспорте инструментами электронной коммерции Китая среди стран инициативы «Один пояс — один путь», увеличив объемы ввоза товаров в годовом исчислении на 31,44%26. Объем электронной B2B-торговли между Россией и Китаем по итогам 2023 г. составил 1,54 млрд долларов и, по оценкам аналити­ков, к 2027 г. он вырастет до 4,59 млрд долларов27.

Выделение в рамках электронной коммерции трансграничной электронной коммерции требует определения данного понятия. Трансграничная электронная коммерция как правовое явление включает в себя заключение и исполнение трансграничных электронных сделок, а также вытекающие из этого вопросы установления судебной юрисдикции, защиты прав потребителей, персональных данных, лицензирования, таможенного и налогового регулирования и прочие вопросы.

Трансграничный характер сделки выявляется присутствием в отношении иностранного элемента в субъектном составе, объекте или юридическом факте.

Конструкция иностранного элемента предусмотрена в ст. 1186 ГК РФ: определение права, подлежащего применению к гражданско-­правовым отношениям с участием иностранных лиц или… осложненным иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей. В п. 1 ст. 1186 ГК РФ названы лишь два наиболее часто встречающихся вида иностранных элементов, которыми может быть осложнено гражданско-­правовое отношение: иностранный субъект и объект правоотношения, находящийся за границей. Третий вид иностранного элемента обозначен в доктрине в качестве «локализации за рубежом юридического факта, с которым связано возникновение, изменение или прекращение отношения»28. К этому виду относятся, в частности, ин

...