М. А. Куликов

Манипулирование целями и средствами в правовом регулировании:
сущность, технологии, результаты

Монография

Под редакцией 
доктора юридических наук, профессора  
В. В. Субочева

---

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 34.03

ББК 67.0

К90

Автор:
Куликов М. А., кандидат юридических наук, докторант Московского государственного института международных отношений (университета) Министерства иностранных дел Российской Федерации, заместитель руководителя международного бюро по кибербезопасности «Киберпол».

Рецензенты:
Липинский Д. А., доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой конституционного и административного права Тольяттинского государственного университета;
Амплеева Т. Ю., доктор юридических наук, профессор кафедры государственного регулирования Московского государственного института международных отношений (университета) Министерства иностранных дел Российской Федерации.

Под редакцией доктора юридических наук, профессора В. В. Субочева.

Монография посвящена практически не изученному, но широко распространенному явлению – манипулированию юридическими целями и средствами, осуществляемому в процессе правового регулирования общественных отношений.

Исследуются природа, сущность, типы, технологии и результаты данной разновидности манипулирования, которая, несмотря на целый ряд присущих ей негативных признаков и последствий, существенно снижающих качество правовой жизни общества, рассматривается через призму социально обусловленного и правомерного поведения участников правоотношений. Отдельное внимание уделяется механизмам противодействия манипулированию целями и средствами в правовом регулировании.

Законодательство приведено по состоянию на 15 февраля 2023 г.

Для ученых-юристов, практических работников, преподавателей, аспирантов, магистрантов высших учебных заведений и всех тех, кто интересуется актуальными проблемами правового воздействия на общественные отношения и государственно-управленческой тематикой.

Подготовлено при информационной поддержке СПС «КонсультантПлюс».

Текст публикуется в авторской редакции.

УДК 34.03

ББК 67.0

© Куликов М. А., 2023

© ООО «Проспект», 2023

ПРЕДИСЛОВИЕ

Современный этап развития общественных отношений с убедительностью демонстрирует тенденцию все возрастающего манипулирования юридическими целями и средствами для придания большей эффективности и социальной обусловленности правовому регулированию.

Манипулирование юридическими целями и средствами, наряду с информационным, психологическим, экономическим, политическим и иными видами манипулирования, стало той правовой реальностью, игнорирование которой представляется недопустимым, обедняющим общетеоретическую, доктринальную основу правового инструментализма и снижающим потенциал прикладного анализа механизма правового регулирования. Тем не менее, манипулирование юридическими целями и средствами, в отличие от иных разновидностей манипулирования, остается практически не изученным правовым явлением, находящимся за рамками предмета исследований как представителей общей теории права, так и отраслевых юридических наук.

Вместе с тем, в результате манипулирования юридическими целями и средствами в процессе правового регулирования в обществе создается иллюзия полной открытости власти, приоритетности интересов участников общественных отношений, неизбежности и важности использования отдельных «непопулярных» правовых средств. Правовой инструментарий якобы становится все более гуманным и демократичным, неявно расставляя юридические стимулы и ограничения таким образом, чтобы направить активность участников общественных отношений в нужное русло, заранее избегая непопулярных запретов, наказаний и иных форм негативного, ограничивающего воздействия на общественные отношения.

Создаваемая иллюзия демократичности и легитимности вводит в заблуждение участников правоотношений, не позволяя им оценить истинные причины и последствия принятия тех или иных нормативно-правовых актов, осуществления правоприменительных действий или издания соответствующих актов толкования права.

Использование манипулятивных технологий в процессе правового регулирования приводит к тому, что участник правоотношения, являющийся объектом подобного воздействия, используется лишь как средство достижения целей субъекта, осуществляющего данное манипулирование, действуя хотя и добровольно, но в ущерб своим истинным потребностям и интересам.

Таким образом, актуальность и востребованность исследования обозначенной проблематики объясняется как чрезвычайно широким распространением манипулирования юридическими целями и средствами, позволяющем вести речь о его атрибутивности процессу правового регулирования общественных отношений, так и значимостью последствий данного правового явления для полноценного развития российской правовой системы.

В рамках исследования предпринимается попытка комплексного общетеоретического анализа природы, сущности, разновидностей, технологий и результатов манипулирования юридическими целями и юридическими средствами в процессе правового регулирования общественных отношений, а также разработки стратегии противодействия данному правовому явлению.

Манипулирование целями и средствами в процессе правового регулирования рассматривается в контексте манипулятивного использования именно юридических целей и юридических средств, т. к., во-первых, последние представляют собой сущностную и содержательную основу правового регулирования, а, во-вторых, в процессе именно правового регулирования (а не правового воздействия) использование неюридических (внеюридических) средств не представляется возможным. Безусловно, информационные, психологические, политические и другие средства (технологии) способствуют осуществлению правового регулирования, могут повышать или снижать его эффективность, однако само правовое регулирование в данном исследовании рассматривается через призму взаимообусловленных и направленных на регулирование общественных отношений юридических целей и юридических средств.

В процессе подготовки монографии анализировались как различные нормативно-правовые и правоприменительные акты (включая постановления и определения Конституционного Суда Российской Федерации, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, акты арбитражных судов и судов общей юрисдикции), так и акты официального и неофициального толкования права. Помимо сказанного, специфика исследуемой проблематики обусловила изучение отдельных политических программных документов, заявлений и высказываний высших должностных лиц Российской Федерации, а также целого ряда публицистических статей, имеющих прямое отношение к вопросам манипулирования целями и средствами в правовом регулировании и его последствиям.

Глава 1.
ПРИРОДА И СУЩНОСТЬ МАНИПУЛИРОВАНИЯ ЦЕЛЯМИ И СРЕДСТВАМИ В ПРАВОВОМ РЕГУЛИРОВАНИИ

1.1. Манипулирование юридическими целями:
понятие и содержание

Следует отметить, что исследование природы и признаков манипулятивного воздействия на общественные отношения практически не проводится представителями как общей теории права, так и отраслевых юридических наук и традиционно осуществляется через призму психологических, социологических или управленческих подходов. Вместе с тем, есть все основания полагать, что анализ манипулирования как весьма распространенного средства воздействия на общественные отношения в том числе и посредством использования правового инструментария способен существенно обогатить общую теорию права давно востребованным изучением как самого феномена манипулирования, так и способов его использования именно в сфере правового регулирования.

Значимость и давно назревшая необходимость изучения манипулирования целями в правовом регулировании позволит:

– расширить и существенно обогатить традиционные подходы к анализу юридических целей, истинных причин их возникновения, способам формулирования и выражения в языке юридических документов;

– минимизировать постановку юридических целей, заведомо не отвечающих потребностям и интересам участников правоотношений, не отражающих их истинные намерения;

– распознавать недобросовестное использование юридических средств в достижении манипулятивных юридических целей, что будет способствовать повышению как эффективности механизма правового регулирования, так и общего уровня законности и правовой культуры в обществе;

– выявить латентные, неявные, скрытые, но при этом злободневные проблемы, для решения которых используются манипулятивные технологии;

– повысить уровень доверия населения как к органам публичной власти, так и к праву как важнейшему и универсальному средству, способствующему реализации интересов участников правоотношений.

Исходя из сказанного, остановимся на сущности манипулятивного воздействия и его ключевых признаках.

Традиционно термин «манипуляция» трактуется как одно из древнейших средств достижения целей человеческой деятельности, как стремление изменить восприятие или поведение других людей при помощи скрытой, обманной или насильственной тактики1. Е. Л. Доценко под манипулированием понимает «вид психологического воздействия, искусное исполнение которого ведет к скрытому возбуждению у другого человека намерений, не совпадающих с его актуально существующими желаниями»2.

Под манипуляцией так же понимают форму духовного воздействия, скрытого господства, управления людьми, осуществляемого ненасильственным образом3; скрытое принуждение, программирование мыслей, намерений, чувств, отношений, установок, поведения4; скрытое применение власти вразрез с предполагаемой волей другого5; такое неявное воздействие на адресата, при котором последний, сам того не осознавая, меняет свои цели исходя из потребностей субъекта власти6; стратегию социального поведения в личных целях манипулятора, противоречащую собственным интересам адресата7, скрытое побуждение адресата к переживанию определенных состояний, принятию решений или выполнению действий, необходимых лишь для достижения собственных целей инициатора8 и т. д.

Практически все авторы упомянутых определений трактуют манипулирование как своеобразный психологический феномен, что не лишено оснований9. Так, Т. А. ван Дейк подчеркивает, что психологическое воздействие присуще любой из форм манипуляции, которая и представляет собой разновидность коммуникативной практики и практики взаимодействия (communicative and interactional practice), при которой манипулятор осуществляет контроль над другими людьми, как правило, против их воли и вопреки их интересам10.

Вместе с тем, полагаем, что манипулирование — это, прежде всего, управление, а психологическое и иное скрытое воздействие на объект манипулирования является лишь формой последнего. В отмеченной связи нам представляется обоснованной позиция В. П. Шейнова, который подчеркивает, что манипуляция — это скрытое управление, при котором инициатор достигает своих эгоистических целей, нанося ущерб адресату своего воздействия (в отличие от открытого (явного) управления, при котором его цель доводится до адресата11. При этом автор справедливо подчеркивает, что при скрытом управлении адресату дается такая информация, исходя из которой он сам принимает решение (выполняет действие), запланированное инициатором12.

Предлагаем выделять следующие признаки манипулятивного воздействия на общественные отношения.

1. Манипулирование — это разновидность управления, это субъект-объектные отношения, складывающиеся в определенном социокультурном поле.

2. Манипулирование предполагает скрытое воздействие субъекта на объект, при котором истинные цели субъекта (манипулятора) объекту (манипулируемому) не известны. Как справедливо подчеркивает Г. Шиллер, «для достижения успеха манипуляция должна оставаться незаметной. Успех манипуляции гарантирован, когда манипулируемый верит, что все происходящее естественно и неизбежно»13.

3. Манипулирование предполагает приоритетное удовлетворение интересов манипулятора, полностью либо частично игнорируя потребности и интересы самого объекта управления. При этом следует подчеркнуть, что манипулирование, в любом случае, осуществляется путем воздействия на интересы объекта с учетом его потребностей. Однако в задачи манипулятора входит изменение самих потребностей или интересов объекта управления с учетом поставленных субъектом управления целей, создание видимости управления (воздействия) в интересах управляемого. Другими словами, манипулятивное воздействие осуществляется не в интересах объекта управления, что, тем не менее, не исключает того, что цели субъекта и объекта манипуляций, как правило совпадают (с учетом того фактора, что потребности и интересы объекта манипуляций подверглись «координирующему воздействию» манипулятора). В этой связи верно подчеркивается, что «к людям, сознанием которых манипулируют, относятся не как к личностям, а как к объектам, особого рода вещам. Манипуляция — это часть технологии власти, а не воздействие на поведение друга или партнера»14.

4. Манипулирование — это такой вид воздействия на поведение объекта, который требует от субъекта особых, специфических навыков, мастерства, знаний, владения ситуацией, умения использовать различные ресурсы (правовые, политические, финансовые, информационные и др.) для реализации своих целей. Манипулирование предполагает использование лишь социально обусловленных, востребованных средств воздействия на поведение субъекта общественных отношений и не должно вызвать противодействия с его стороны.

Перечисленные признаки манипулятивного воздействия позволяют утверждать, что данная разновидность управления предопределена самим ходом общественного развития и является социально-обусловленной, востребованной практикой управления. В отмеченной связи В. В. Субочев верно подчеркивает, что «современное общество демонстрирует устойчивый и ярко выраженный запрос на политико-правовое манипулирование, не говоря уже о том, что эффективность самого управления резко возрастает при обращении субъектов принятия управленческих решений к манипулятивным технологиям. В силу сказанного, винить в повсеместном распространении политико-правовых манипуляций некого, данный процесс — это лишь своеобразный общий знаменатель сложившейся структуры управления в обществе, квинтэссенция процесса принятия управленческих решений любого масштаба в условиях тотальной либерализации»15.

Действительно, следует солидаризироваться с позицией, что в настоящее время, в условиях всепоглощающей борьбы за права и свободы человека и гражданина, являющихся и провозглашенных высшей ценностью, открытое и бескомпромиссное доминирование субъектов управления становится либо неэтичным, либо невозможным, что и заставляет прибегать к неявным тактикам управления, которые, в большинстве своем, и являются манипулятивными технологиями16.

Своеобразный запрос на манипулирование выражается в том, что на смену подавлению воли объекта управления приходит трансформация его потребностей и интересов при помощи СМИ и иных технологий с одновременным провозглашением прав, свобод и законных интересов субъектов правоотношений как важнейших цивилизационных ценностей. Сказанное объясняет широкое распространение манипулятивных технологий и их использование в самых разных сферах общественной жизни17.

В указанном контексте представляются обоснованными концепции, развенчивающие миф о том, что западные либеральные ценности соответствуют истинным потребностям и интересам большинства населения, а единственной целью и задачей так называемых демократических политических режимов является обеспечение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина. В этой связи справедливо звучит мысль, что в настоящее время существует два типа деспотизма — восточный и западный, которые отличаются между собой не столько контролем над средствами производства, сколько над средствами информации18.

Вместе с тем, следует отметить, что манипулирование, будучи скрытой формой воздействия на поведение участников общественных отношений, заключающейся в подмене целей объекта управления целями субъекта управления, не тождественно обману. Субъекты манипулятивного воздействия не ставят своей целью обман контрагента, предоставление ему ложной информации, что, в конечном счете может быть раскрыто и использовано против самого манипулятора. Манипуляция тоньше — она видоизменяет цели объекта управления, заставляет его искренне желать вести себя в соответствии с установками субъекта, полагая, что требуемый вариант поведения и является наиболее эффективным.

Помимо сказанного, манипулятивное воздействие следует отграничивать от противоправной активности. Не всякое неэтичное поведение с необходимостью представляет собой состав правонарушения и использование манипулятивных технологий — яркое тому подтверждение. Воздействие на потребности и интересы субъекта общественных отношений с использованием незапрещенных законом методов и средств — правомерное поведение, морально-этические характеристики которого требуют отдельного обсуждения.

Исходя из сказанного, под манипулированием предлагаем понимать осуществляемое при помощи скрытой тактики или стратегии воздействие на поведение объекта управления, при котором он, исходя из имеющейся информации, добровольно принимает решение, запланированное субъектом управления вопреки своим истинным потребностям и интересам.

Безусловно, манипулирование юридическими целями имеет свои отличительные черты, которые, отражая специфику манипулирования в целом, адаптируют, преломляют ее к правовой сфере, наполняя особым содержанием.

Исходя из того, что юридическая цель, это созданная государством или им санкционированная модель определенного социального состояния, процесса или явления, к достижению которой при помощи юридических средств стремятся участники правоотношений, манипулирование юридическими целями может осуществляться как самим государством в лице его компетентных органов, так и иными участниками правоотношений, данные цели устанавливающими.

Сущность манипулирования юридическими целями заключается в том, чтобы трансформировать, изменить поведение участников правоотношений в интересах субъекта, данное манипулирование осуществляющего, путем формулирования модели определенного состояния, процесса или явления, достижение которой предполагается посредством использования конкретного набора юридических средств. Этим субъектом может выступать государство в лице правотворческих либо правоприменительных органов, либо сами участники правоотношений, чьи юридические цели не должны противоречить нормативно установленным ориентирам.

Содержание юридических целей предопределяет тот факт, что манипулирование ими может осуществляться в следующих основных формах:

1) посредством установления (формулирования) таких юридических целей, которые не основаны на объективном анализе потребностей и интересов участников правоотношений, но полностью отвечают запросам субъекта управления (манипулятора) и к достижению которых объект манипуляционного воздействия будет мотивироваться при помощи различных средств, технологий и установок;

2) посредством использования социально-обусловленных, адекватно установленных, грамотно сформулированных и отражающих потребности и интересы участников правоотношения целей в интересах субъекта управления (манипулятора), позволяя последнему оправдывать осуществляемые «непопулярные» действия (используемые юридические средства) необходимостью достижения данной цели.

Примером первой формы манипулирования юридическими целями является статья 219.1 Налогового кодекса РФ, введенная ФЗ от 28.12.2013 № 420-ФЗ «О внесении изменений в статью 27.5-3 Федерального закона «О рынке ценных бумаг» и части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации»19, предусматривающая инвестиционные налоговые вычеты для налогоплательщика, внесшего денежные средства на индивидуальный инвестиционный счет.

При принятии данной нормы декларировалась такая цель, как стимулирование инвестиционной активности граждан и привлечение их денежных средств для финансирования прибыльных инвестиционных проектов. Вместе с тем, данная цель была изначально сформулирована не столько для того, чтобы содействовать налогоплательщикам в получении дополнительных инвестиционных доходов, столько для привлечения их временно свободных денежных средств на индивидуальные инвестиционные счета, на которые не распространялось требование ЦБ РФ об обязательном страховании вкладов, предусмотренное ст. 38 ФЗ от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности»20 и ведение которых предусматривало компенсацию банку услуг по доверительному управлению данным счетом. Максимальная же сумма для налогового вычета, которым в данном случае привлекаются клиенты, не может превышать четыреста тысяч рублей в год, что, с учетом ставки подоходного налога составляет 52 тыс. рублей, которые клиент получит на руки. Однако, для получения данного налогового вычета он должен уплатить подоходный налог в таком же размере, иначе сумма налогового вычета уменьшится пропорционально части уплаченного подоходного налога.

Другими словами, замысловатая схема, предложенная законодателем выглядит таким образом, что клиент финансирует те достаточно рисковые и по умолчанию санкционированные государством инвестиционные проекты, которые ему предлагаются банком, без каких-либо гарантий дохода от своих вложений, без страхования данного вклада, компенсируя банку расходы по доверительному управлению индивидуальным инвестиционным счетом и, к тому же, самостоятельно оплачивая себе тот налоговый вычет, который он в итоге и получает от государства.

Следует полагать, что подобная схема была разработана лишь для привлечения денежных средств граждан для финансирования определенных инвестиционных проектов и для временного уменьшения денежной массы в обращении в комплексе с другими антиинфляционными мерами, но не в целях увеличения доходности размещенных налогоплательщиками средств.

В качестве примера второй формы манипулирования юридическими целями, могут служить отдельные положения ФЗ от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»21. Так, в п. 2 ст. 1 указанного закона говорится о том, что его целями являются «обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков», что развивает положения, предусмотренные ч. 1 ст. 8 Конституции РФ. Вместе с тем, ст. 26.1 и ст. 27 указанного закона достаточно жестко регламентируют деятельность крупного бизнеса, обязывая его субъектов получать предварительное согласие антимонопольного органа на осуществление целого ряда действий, к числу которых можно отнести слияние коммерческих организаций, присоединение одной или нескольких коммерческих организаций, слияние финансовых организаций или присоединение одной или нескольких финансовых организаций к другой финансовой организации и др.

В указанной связи возникает ряд вопросов относительно того, оправдано ли такое достаточно жесткое прямое государственное регулирование деятельности крупного бизнеса, насколько эффективно антимонопольная служба может оценить риски для рыночной конкуренции в каждом конкретном случае и как перечисленные меры помогают бороться с уже существующими субъектами, действительно монополизирующими различные сферы российского рынка.

В данном случае есть основания полагать, что, преследуя ряд безусловно значимых для государства интересов, законодатель, тем не менее, «прикрылся» декларированием «благих» целей ради осуществления достаточно непопулярных мер по государственному регулированию экономической деятельности. Это и есть то, что называется манипулированием юридическими целями, в каких интересах и как бы оно не осуществлялось.

Манипулирование юридическими целями в любом случае реализуется ради удовлетворения интересов манипулятора посредством причинения определенного ущерба интересам его контрагентов. Однако если первая из указанных форм предполагает манипулирование в процессе самого целеполагания, при формулировании юридической цели и мотивации к ее достижению адресата, то вторая форма означает использование «готовой», уже созданной юридической цели как средства достижения скрытых, неявных целей манипулятора. В этом и заключается диалектика целей и средств правового регулирования, которая находит свое отражение и в манипулировании данными категориями.

Обозначенные формы манипулирования юридическими целями демонстрируют его дуалистическую природу, которая делает прикладной анализ рассматриваемого феномена более сложным и интересным.

Предлагаем выделять следующие признаки манипулирования юридическими целями.

1. Манипулирование юридическими целями — это форма правомерного поведения несмотря на то, что достижение целей манипулятора осуществляется за счет и в ущерб интересам объекта манипулирования. В отмеченной связи следует согласиться с мнением А. В. Малько и В. В. Субочева о том, что формальная правомерность политико-правового манипулирования придает особую актуальность аспектам соотношения права и морали, права и справедливости, права и целесообразности, «актуализируя дискуссию о «правовом законе», о том, может ли быть закон или иной нормативно-правовой акт, принятый с соблюдением всех установленных критериев, признан неправовым и, если, все-таки, может, — то какова должна быть судьба этого нормативно-правового акта и последствия для тех, кто его нарушает»22.

Специфика манипулирования юридическими целями и заключается в том, что данная активность не должна нарушать существующих правовых норм и формулирование манипулятивных целей, равно как и использование социально-обусловленных целей в интересах манипулятора не должны противоречить действующему законодательству.

2. Манипулирование юридическими целями предполагает использование как собственно юридических, так и политических, экономических, психологических, информационных и других средств, ресурсов и технологий при организации и осуществлении воздействия на поведение участников общественных отношений. Неправильная оценка сложившейся политической ситуации, настроений в обществе, экономических ресурсов, требуемых для достижения поставленных целей, психологических особенностей объекта управления, неверно расставленные акценты в информационном фоне осуществляемого воздействия способны существенно снизить эффективность манипулятивных технологий.

3. Как и манипулирование в целом, манипулирование юридическими целями носит скрытый, завуалированный характер, неявным образом расставляя стимулы и ограничения для требуемой координации объекта управления.

4. Субъекты манипулирования юридическими целями используют участников правоотношений лишь как средства достижения собственных целей, «даже если результат манипуляционного воздействия, при определенном стечении обстоятельств, может совпадать с истинными интересами и потребностями манипулируемых»23. Объект манипулятивного воздействия, вступая в правоотношение, не имеет представления об истинных целях субъекта манипуляции, однако действует без открытого принуждения, в соответствии со своими интересами (которые отчасти и были сформированы манипулятором), будучи убежденным в обоснованности и эффективности предпринимаемых ради достижения цели усилий.

5. Сформулированная манипулятором юридическая цель должна соответствовать интересам объекта манипулятивного воздействия, создавать для удовлетворения его правомерных стремлений режим наибольшего благоприятствования, мотивировать и стимулировать объект управления. В отмеченной связи манипулирование юридическими целями учитывает сложившийся в обществе эмоциональный фон (или создает требуемую атмосферу, настрой), чтобы цели участников правореализационной практики также отражали императивные целевые установки субъектов правотворческой, правоприменительной или правоинтерпретационной деятельности.

6. Манипулирование юридическими целями является полисубъектной деятельностью, т. к. в качестве субъектов манипулятивного воздействия могут выступать как органы публичной власти, так и все остальные участники правотворческого, правореализационного и правоинтерпретационного процессов, ведь юридические цели — это так же и цели субъектов правоотношений, ради достижения которых они в данные правоотношения вступают и используют различные юридические средства.

7. Манипулирование юридическими целями реализуется в процессе правотворческой, правореализационной (включая все формы реализации права) и правоинтерпретационной деятельности. Помимо сказанного, субъекты, осуществляющие правовое воспитание, правовое обучение, пропаганду, информационное воздействие на общественные отношения также могут манипулировать юридическими целями ради формирования требуемого поведения объектов управления.

8. Манипулирование юридическими целями ведет к юридическим последствиям, связанным как с возникновением, изменением или прекращением правоотношений, так и с теми последствиями, которые явились результатом конкретного правоотношения24. Вместе с тем, манипулирование юридическими целями может включать в себя и не только юридические последствия, приводя, например, к падению рейтингов представителей органов публичной власти, снижению доверия населения к проводимым преобразованиям, формированию негативного общественного мнения относительно конкретных фактов, событий и т. д. Тем не менее, именно возникновение юридических последствий является сущностным признаком манипулирования юридическими целями, отличающим данный вид манипулятивного воздействия на поведение участников общественных отношений от иных видов манипуляций.

Исходя из сказанного, манипулирование юридическими целями — это осуществляемая при помощи скрытой тактики или стратегии форма правомерного поведения, заключающаяся в постановке или использовании юридических целей в интересах субъекта управления (манипулятора) вопреки истинным потребностям и интересам объекта управления (манипулируемых).

Негативные черты манипулирования юридическими целями проявляются в том, что оно:

1) трансформирует потребности и интересы участников правоотношений в угоду субъекта управления, вводит объект манипулирования в заблуждение;

2) препятствует эффективному функционированию механизма правового регулирования, т. к. изначально видоизменяет те целевые установки, ради воплощения которых в действительность и существуют его последовательные этапы (элементы, стадии);

3) ведет к использованию неэффективных юридических средств, направленных лишь, по сути, на одностороннее удовлетворение интересов субъекта манипулирования;

4) подрывает доверие участников правоотношений к праву, к юридическим средствам реализации своих интересов, т. к. результаты достижения манипулятивных целей, как правило, не устраивают объект манипулирования в силу их неспособности удовлетворить его истинные потребности и интересы;

5) создает угрозу информационной и национальной безопасности государства, т. к. постановка псевдоцелей, равно как и использование социально-обусловленных целей для прикрытия манипуляций является серьезным фактором, дестабилизирующим общество.

Вместе с тем, манипулирование юридическими целями обладает и целым рядом мнимых плюсов, придающих востребованность и актуальность данной форме правомерного поведения. Так, манипулирование юридическими целями:

1) является своеобразным ответом на «запрос» общества, т. к. в определенных случаях позволяет осуществлять преобразования «мягким», адекватным ожиданиям субъектов права способом, не вызывая отторжения или негативной реакции у большинства населения;

2) опирается на сложившиеся в обществе настроения, ожидания, являясь социально-обусловленным способом воздействия на потребности и интересы участников правоотношений;

3) соответствует действующему законодательству;

4) позволяет эффективно реализовать непопулярные решения, минимизировать репутационные потери субъекта управления;

5) повышает эффективность управления и позволяет добиться поставленных целей с наименьшими трудностями, рисками и затратами.

Тем не менее, перечисленные «плюсы» манипулирования юридическими целями являются мнимыми, создающими фиктивную реальность для участников правоотношений, подрывающими потенциал права и его способность поддерживать баланс в сосуществовании интересов личности, общества и государства.

«Неизбежное» манипулирование юридическими целями, наложенное на нелинейность развития и постоянное усложнение общественных отношений, в конечном итоге может привести к утверждению представления о самом человеке «не как об «индивиде», т. е. о субъекте целостном, уникальном, атомарном, обладающим своим собственным специфичным бытием, а как о «дивиде» — фрагментированном, разорванном, лишенном целостности человеке Новейшего времени»25. Сказанное чревато и изменением самого отношения к праву, выражающемуся в симулятизации, при которой право не воспринимается как что-то серьезное, наполненное содержанием26, а сама область юридического превращается «просто в систему нормативных знаков, не имеющих связи с реальной жизнью»27.

Манипулирование юридическими целями и вносит свой «вклад» в оторванность правового регулирования от реальных потребностей и интересов участников правоотношений, тем самым снижая его эффективность.

Вместе с тем, обозначенные выше мнимые плюсы манипулирования юридическими целями привели к масштабному распространению данной формы воздействия на общественные отношения, что с особой очевидностью проявляется в той информационной войне, которая в настоящее время ведется коллективным Западом против России и в которой задействованы все возможные формы и методы информационно-психологического воздействия на российских граждан.

В отмеченной связи в п. 44 Указа Президента РФ от 02.07.2021 № 400 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации»28 прямо говорится о том, что «деструктивные силы за рубежом и внутри страны предпринимают попытки использования объективных социально-экономических трудностей в Российской Федерации в целях стимулирования негативных социальных процессов, обострения межнациональных и межконфессиональных конфликтов, манипулирования в информационной сфере (выделено мною. — М. К.)», а в п. 86 указанного документа подчеркивается, что «пересмотр базовых норм морали, психологическое манипулирование (выделено мною. — М. К.) наносят непоправимый ущерб нравственному здоровью человека, поощряют деструктивное поведение, формируют условия для саморазрушения общества»29.

Следует подчеркнуть, что указанное выше «манипулирование в информационной сфере», равно как и «психологическое манипулирование» являются средствами придания легитимности, обоснованности, целесообразности манипулированию и в правовой сфере, в сфере международного права и, в частности, манипулированию юридическими целями, которое активно осуществляется так называемыми западными демократиями.

Существует множество примеров подобного манипулирования юридическими целями. К примеру, еще в 2016 г. Европарламент принял резолюцию по противодействию пропаганде третьих стран (EU strategic communication to counteract anti-EU propaganda by third parties)30, в которой Россия обвинялась в проведении враждебной пропаганды, направленной на подрыв общеевропейских ценностей, разобщение членов европейского сообщества, подрыв стратегического партнерства между государствами — членами ЕС и их североамериканскими партнерами, финансировании оппозиционных проводимому Евросоюзом политическому курсу организаций и других действиях, координируемых российскими органами государственной власти.

Провозглашенной целью данного правового акта, как это вытекает из его названия и анализа самого текста документа, является защита европейских ценностей и противодействие агрессивной пропаганде России, равно как и пропаганде, осуществляемой рядом террористических организаций, с которыми наша страна была поставлена в один ряд. Вместе с тем, данная резолюция под лозунгом защиты общеевропейских ценностей, существенно осложнила работу и взаимодействие с европейской аудиторией для Россотрудничества, фонда «Русский мир», «Russia Today», «Sputnik» и других организаций и новостных каналов, которые имеют хоть какое-то отношение к «российской пропаганде». «Благая» цель защитить европейскую солидарность на самом деле была провозглашена, сформулирована и использована для введения цензуры в отношении российских СМИ, давления на журналистов и ограничения гуманитарного сотрудничества с Россией.

Подобную цель можно отнести к первой из указанных выше форм манипулирования юридическими целями, когда их постановка и формулирование не основаны на объективном и честном анализе потребностей и интересов участников правоотношений, но полностью отвечают запросам субъекта управления (манипулятора).

Ко второй из рассмотренных форм манипулирования юридическими целями можно отнести принятие Европейским парламентом резолюции в связи с арестом «оппозиционера» А. Навального (European Parliament resolution of 21 January 2021 on the arrest of Aleksei Navalny31), которая, ссылаясь на многочисленные правозащитные документы и ставя своей «целью» защиту прав и свобод «оппозиционеров» и «борцов с коррупцией», в п. 11 призывает пересмотреть сотрудничество с Россией, осуществляемое по различным направлениям и немедленно остановить проект «Северный поток-2».

В данном случае имеет место манипулирование существующими адекватными и социально-востребованными юридическими целями (такими как защита свободы слова, борьба с коррупцией, поддержка оппозиции) для обоснования действий, которые, по сути, не имеют ничего общего ни с правозащитной деятельностью, ни с пресловутой защитой свободы слова, ни с реальной борьбой с коррупцией, но направленных на сдерживание России и препятствование реализации тех экономических проектов, осуществление которых, на самом деле, отвечает потребностям и интересам европейцев.

Проведение Вооруженными силами РФ специальной военной операции по демилитаризации и денацификации Украины, начавшейся 24 февраля 2022 г. привело к апогею как информационного и психологического манипулирования, так и манипулирования в правовой сфере, направленного на подрыв суверенитета и национальной безопасности РФ.

Провозглашаемые цели санкционной политики, осуществляемой в отношении России и формулируемые в нормативно-правовых актах различной юридической силы32, являются ничем иным, как манипулированием информацией в правовой сфере, когда под лозунгами защиты суверенного государства — Украины и проживающего там населения осуществляется не просто «сдерживание», но неприкрытая агрессия против России. В данном случае используются обе рассмотренные формы манипулирования юридическими целями, в результате чего реализуются корыстные и конъюнктурные интересы лишь узкой группы субъектов управления, а интересы объекта управления, к которому в рассматриваемом контексте можно отнести многомиллионное население как России, так и самого коллективного Запада и многих других стран, игнорируется.

Подобное масштабное манипулирование юридическими целями ставит под угрозу жизни людей, сложившийся мировой порядок, систему международных отношений и гуманитарных связей между государствами, обесценивая не только международное право, но и саму суть правового регулирования общественных отношений.

Сказанное выше позволяет прийти к следующим выводам.

Несмотря на то, что манипулирование юридическими целями является правомерной формой активности, содействует реализации интересов одних субъектов (манипуляторов) и формально не противоречит интересам других (манипулируемых), оно способно вызвать дисбаланс в обществе, дезориентировать участников правоотношений и существенно снизить эффективность правового регулирования.

Значимость социально-обусловленного, грамотного и эффективного процесса целеполагания в сфере правового регулирования общественными отношениями трудно переоценить. Юридические цели, не отвечающие потребностям и интересам субъектов правоотношений в результате их неграмотной постановки, неумелого формулирования, равно как и манипулирования ими ведут к использованию заведомо неэффективных юридических средств и не позволяют праву полноценно использовать свой регулятивный потенциал.

1.2. Понятие, природа и сущность манипулирования юридическими средствами

Юридические средства представляют собой сущностную основу правового регулирования, предопределяют его потенциал, эффективность, социальную обусловленность и способность оптимально координировать сосуществование интересов личности, общества и государства. Полагаем, что само правовое регулирование, равно как и его механизм следует рассматривать именно через призму системы юридических средств, посредством которой и оказывается регулирующее, упорядочивающее воздействие на общественные отношения33. Именно юридические средства являются основными «рабочими инструментами», «действующими звеньями» правового регулирования, посредством которых достигаются поставленные юридические цели, что позволяет оценивать как эффективность их достижения, так и оптимальность затраченных на это ресурсов.

Другими словами, юридические средства, будучи полностью предопределенными, обусловленными юридическими целями, вместе с тем, являются не менее значимым элементом всей системы правового воздействия на общественные отношения, ставя последнюю в полную зависимость от эффективности своего использования.

В отмеченной связи следует обратить внимание на следующие аспекты.

1. Использование произвольных, не соответствующих не только букве, но и смыслу, духу поставленной юридической цели средств не позволит обеспечить ее оптимального, эффективного достижения, а, в отдельных случаях, и вовсе сделает закрепленную цель лишь декларативной, нереальной, недостижимой.

2. Использование не соответствующих природе, содержанию юридической цели средств может исказить саму цель, дезориентировать участников правоотношений, привести их к тому результату, который изначально не планировался и который не способен удовлетворить их истинные потребности и интересы даже при формальном достижении юридической цели.

3. Неэффективно используемые или неправильно подобранные юридические средства нивелируют эффективность целеполагания в правовой сфере, разрушают регулятивный потенциал даже самой актуальной и социально-обусловленной юридической цели, сводят на нет результаты правового моделирования.

Сказанное предполагает, что эффективность правового регулирования во многом зависит от соответствия юридических средств поставленным юридическим целям34, что актуализирует вопрос о возможности намеренного использования юридических средств ради достижения целей, отличающихся от официально установленных, т. е. о манипулировании юридическими средствами.

Не всякое нерациональное, неэффективное, несоответствующее поставленным юридическим целям использование юридических средств является манипулированием, в связи с чем полагаем важным остановиться на сущности и признаках манипулирования юридическими средствами.

Анализ манипулирования юридическими средствами считаем целесообразным осуществлять, исходя из понимания юридических средств как правовых явлений, выражающихся в инструментах (установлениях) и деяниях (технологиях), используемых для достижения юридических целей, а самого манипулирования как осуществляемого при помощи скрытой тактики или стратегии воздействия на поведение объекта управления, при котором он, исходя из имеющейся информации, добровольно принимает решение, запланированное субъектом управления вопреки своим истинным потребностям и интересам.

Таким образом, сущность манипулирования юридическими средствами заключается в том, чтобы регулировать поведение участников правоотношений в интересах субъекта, данное манипулирование осуществляющего, посредством создания соответствующих инструментов (установлений) или использования деяний (технологий), направленных на достижение юридических целей.

Природа юридических средств предопределяет тот факт, что манипулирование ими может осуществляться в следующих основных формах:

1) посредством создания необходимых субъекту манипулятивного воздействия и полностью соответствующих лишь его интересам средств-инструментов (установлений), направленных на достижение юридических целей;

2) посредством использования средств-деяний (технологий) в собственных целях в ущерб интересам остальных участников правоотношений.

Так, первая форма манипулирования юридическими средствами выражается в том, что субъект манипулятивного воздействия создает такие юридические средства-инструменты (установления), к которым можно отнести как нормативно-правовые акты в целом, так и отдельные правовые нормы, субъективные права, юридические обязанности, льготы, поощрения, запреты и т. д., которые предполагают достижение скрытых интересов субъекта управления за счет и вопреки интересам объекта управления. В данном случае скрытая, неявная тактика и стратегия используется для того, чтобы создаваемые и предлагаемые к использованию юридические средства воспринимались участниками правоотношений как социально-обусловленные, соответствующие их интересам и ведущие к достижению действительно необходимых и востребованных юридических целей.

Вторая форма манипулирования юридическими средствами связана с координированием правовой активности участников правоотношений и мотивированием их к использованию, применению на практике уже созданных юридических средств-инструментов (установлений), ведущих к удовлетворению интересов манипулятора. Данная форма манипулирования заключается в таком способе воздействия на поведение участников правоотношений, при котором они используют юридические средства, изначально не способные удовлетворить их потребности и интересы, но применение которых выгодно для субъекта манипулятивного воздействия. Помимо сказанного, рассматриваемая форма манипулирования предполагает использование субъектами правоотношений юридических средств для достижения своих целей за счет интересов других участников правоотношения. В любом случае, данная форма манипулирования делает ставку на поведение участников правоотношений, на акты реализации их прав и обязанностей, посредством которых претворяются в жизнь, используются средства-инструменты (установления).

Вне активности субъектов правоотношений средства-инструменты (установления) теряют свой смысл, оставаясь невостребованными, не используемыми в достижении юридических целей. Средства же деяния (технологии) заключаются в том, что участник правоотношения начал на практике использовать созданные инструменты в достижении поставленных (как подлинных, так и манипулятивных) юридических целей.

Сказанное и объясняет тот факт, что манипулир

...