Н. Ф. Миркеримова

Правовое регулирование геологического изучения и добычи полезных ископаемых в зарубежных странах

Монография

---

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 349.4

ББК 67.407

М63

Автор:
Миркеримова Н. Ф. ‒ в 2018 г. окончила аспирантуру Московского государственного юридического университета им. О. Е. Кутафина (МГЮА). Кандидатская диссертация посвящена вопросам правового регулирования геологического изучения и добычи полезных ископаемых в зарубежных странах. Материал диссертации и опубликованные по ней статьи легли в основу настоящего издания. Работает в сфере законотворчества, консультирует органы государственной власти по вопросам геологии и недропользования. Возглавляет управление в ФГКУ «Росгеолэкспертиза», специализирующееся на нормотворчестве и научно-аналитической работе, преподает студентам правовые дисциплины природоресурсного профиля

Монография посвящена правовому регулированию изучения и разработки месторождений полезных ископаемых за рубежом в сравнительном ключе с законодательством о недрах России. Кроме этого освещаются аспекты исторического становления горного права в зарубежных странах и актуальные теоретико-правовые проблемы.

В работе охвачен широкий круг зарубежных стран, включая страны Европы, Северной и Латинской Америки, Азиатского континента и Австралии.

Законодательство приведено по состоянию на январь 2020 г.

Книга подойдет студентам, обучающимся по юридическому профилю, и работающим специалистам горного права, интересующимся компаративистикой. Материал будет интересен тем, кто занимается законотворческой деятельностью, а также аспирантам и ученым, изучающим и преподающим горное право зарубежных стран

УДК 349.4

ББК 67.407

© Миркеримова Н. Ф., 2020

© ООО «Проспект», 2020

ВВЕДЕНИЕ

На сегодняшний день в России наметился резкий спад темпов воспроизводства минерально-сырьевой базы. Эта проблема вызвана главным образом тем, что существует тенденция к постепенному исчерпанию полезных ископаемых, поскольку минеральные ресурсы невозобновляемы.

Эта проблема характерна не только для нашей страны, но актуальна для всей мировой экономики. Ввиду этого прогнозируется переход к освоению и использованию трудноизвлекаемых (так называемых нетрадиционных) запасов полезных ископаемых и альтернативных источников энергии, в том числе содержащихся в отходах и техногенных образованиях.

Одновременно с этим отечественное законодательство в сфере недропользования проходит стадию активного реформирования (за последние пять лет в Закон РФ «О недрах» было принято множество поправок более чем 12 законами о внесении изменений). Кроме того, значительное количество законопроектов в настоящее время находится на рассмотрении в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации.

Многие законотворческие инициативы при этом имеют некий промежуточный характер либо используются в качестве пробных правовых моделей для выяснения дальнейшей целесообразности использования в праве тех или иных инструментов и новелл.

Все чаще при этом в науке высказываются идеи о необходимости принятия Горного кодекса в России, однако масштабы такой работы в настоящее время необъятны.

Необходимо отметить, что значительные изменения претерпевает и законодательство зарубежных стран. Во многих зарубежных странах принимаются новые законодательные акты в сфере горного права (Франция, Казахстан, масштабные реформы с принятием пакета новых актов в сфере горного права запланированы в Бразилии).

Все это является следствием попытки государств решить существующие проблемы в отрасли: с одной стороны, обеспечить темпы воспроизводства минерально-сырьевой базы, с другой стороны, перейти на освоение трудноизвлекаемых запасов, подстроиться под меняющиеся реалии современной горнодобывающей отрасли.

Ввиду этого существует объективная необходимость исследования зарубежного опыта, поскольку широкий круг проблем, с которыми мы сталкиваемся сегодня, за рубежом либо уже решен, либо как минимум выработаны подходы к их решению. С другой стороны, новые модели правоотношений, возникающие в связи с развитием горнодобывающей промышленности и экономики по вышеназванным направлениям, за рубежом уже широко внедряются в правовое регулирование.

Имея объективную необходимость в изучении зарубежного опыта, стремимся к развитию правовой науки и исследованию права развитых зарубежных стран. Наука права универсальна. Сравнительное право призвано сыграть огромную роль в обновлении правовой науки, отвечающей условиям современного мира1. Сравнительное правоведение — это незаменимый инструмент для совершенствования национального права, идет ли речь о государственном, гражданском или хозяйственном праве2.

Все перечисленные обстоятельства свидетельствуют о несомненной актуальности осуществления сравнительного анализа законодательства в сфере геологического изучения и добычи полезных ископаемых за рубежом, а также отечественного законодательства о недрах.

Однако следует отметить, что геологическая и горнодобывающая отрасли чрезмерно сложны и разнообразны. Охватить совершенно все аспекты правового регулирования геологоразведки и добычи полезных ископаемых в одном исследовании, тем более посвященном не одной, а множеству юрисдикций, – задача достаточно сложная.

В настоящее время в мире насчитывается более 200 государств. Разумеется, невозможно рассмотреть все особенности правового регулирования геологического изучения и добычи полезных ископаемых каждого из них. Однако в этом нет необходимости, поскольку горное законодательство в большей степени развито в тех странах, где добыча полезных ископаемых составляет значительную часть дохода бюджета государства.

Среди развитых горнодобывающих стран мира, система правового регулирования которых представляет интерес для настоящего исследования, были рассмотрены следующие юрисдикции: США и Канада на североамериканском континенте, Бразилия, Венесуэла, Мексика, Чили и Аргентина среди стран Латинской Америки, на европейском континенте было рассмотрено законодательство Франции, Германии и Норвегии, среди стран постсоветского пространства — России, Азербайджана и Казахстана, на Африканском континенте — ЮАР, среди стран Азии — Китая и Индии, Индонезии и Ливии, а также было рассмотрено законодательство Австралии. При этом в рейтинге ведущих горнодобывающих стран мира в настоящее время лидирующие позиции занимают Россия, Китай, США, Австралия, Бразилия, Индия, ЮАР и Канада3.

Таким образом, в настоящем исследовании предпринята попытка в сравнительно-правовом аспекте проанализировать основные подходы в правовом регулировании геологоразведки и добычи полезных ископаемых в основных развитых горнодобывающих юрисдикциях, выявить ключевые концептуальные и понятийные различия и сходства, определяющие пути развития законодательства, а также дать некоторые прогнозы такого развития.

1. ИСТОРИКО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ОТНОШЕНИЙ ПО ГЕОЛОГИЧЕСКОМУ ИЗУЧЕНИЮ И ДОБЫЧЕ ПОЛЕЗНЫХ ИСКОПАЕМЫХ В ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАНАХ

История развития правового регулирования отношений по геологическому изучению и добыче полезных ископаемых в сравнительно-правовом аспекте представляет интерес не только с точки зрения ее схоластического описания и анализа; ее изучение необходимо для всестороннего и наиболее полного понимания природы этих отношений и соответственно становления их правового регулирования.

В научной литературе описаны четыре основные концепции использования полезных ископаемых, сформировавшиеся за всю историю осуществления их добычи. Некоторые основные принципы концепций были заложены еще в глубокой древности, и в настоящее время они представляют собой не более чем историко-теоретическую модель. Однако и сегодня в законодательстве той или иной страны прослеживаются следы этих концепций (зачастую это только отголоски), которые повлияли прямо или косвенно на формирование и становление системы законодательства.

Итак, выделим доминальную концепцию, концепцию горной регалии, концепцию горной свободы и концепцию акцессии.

Перечисленные концепции известны и упоминаются в юридической научной литературе как по российскому, так и по зарубежному праву4, вместе с тем толкование их содержания несколько различается, что объясняется почти всегда авторской исторической оценкой конкретного исследователя той или иной концепции в системе горного права конкретной страны в конкретный исторический период.

Разумеется, при описании данных концепций, в особенности в сравнительно-правовом аспекте, следует прибегнуть к некоторому обобщению. Оперирование теми или иными терминами, такими как полезные ископаемые, недра, подземное пространство, при описании рассматриваемых концепций будет весьма условным.

Известный дореволюционный классик А. А. Штоф в своем исследовании «Сравнительный очерк горного законодательства в России и Западной Европе»5 поясняет, что основным вопросом, на который та или иная концепция дает ответы, является — кто в данном государстве может распоряжаться правами на геологическое изучение и добычу полезных ископаемых. Следует отметить, что А. А. Штоф справедливо разделяет данные концепции на две подгруппы. По его мнению, этот вопрос развивается по одному из двух направлений — либо в пользу собственника земли, либо в пользу государства. Некоторые же страны избрали, по его словам, нечто среднее между указанными двумя направлениями.

Следует отметить, что правовое регулирование отношений по геологическому изучению и добыче полезных ископаемых в Европе до X в. было разрозненным и не характеризовалось системностью, в связи с чем не стоит делать каких-либо выводов о наличии в указанный период в праве той или иной страны сформировавшейся правовой концепции. Достаточно проследить направления правового регулирования отношений по геологическому изучению и добыче полезных ископаемых, возникшие в той или иной стране, исходя из целей и задач, которые ставили перед собой общество и государство. В связи с этим обратимся к древним источникам права: египетским и античным, сохранившимся и описанным в сколько-нибудь задокументированной форме.

Доминальная концепция. Юристами и историками (в том числе А. А. Штофом) признается, что концепция права собственности государства на полезные ископаемые сформировалась впервые в Древнем Египте. Данная концепция также называется доманиальной или доминальной6.

Предполагается, что в Древнем Египте, представлявшем собой одну из первых древних цивилизаций, добыча полезных ископаемых была государственной монополией. Это объясняется предполагаемым использованием минерального сырья преимущественно в государственных, стратегических целях — строительство, чеканка монет, обеспечение армии. В связи с этим рудники в Древнем Египте принадлежали на праве собственности фараонам. Здесь под понятием «рудник» следует понимать не какое-то конкретное предприятие, а скорее некий комплексный производственный объект, включающий в себя земельный участок, подземное пространство и само добываемое полезное ископаемое, поскольку правовой режим земельных участков, недр, подземного пространства и самих полезных ископаемых в рамках указанной концепции вряд ли последовательно разграничивался. Содержание понятия «собственность», разумеется, также весьма условно сопоставимо с его сегодняшним пониманием.

Такой правовой режим горнодобывающих предприятий в развитых странах не сохранился в чистом виде. Скудное количество правовых и исторических источников не позволяет дать детальную характеристику правовому режиму данных объектов.

Ввиду этого под доминальной концепцией с точки зрения современного права следует признавать такой режим, при котором поиски и добыча полезных ископаемых осуществляются исключительно государством (государственными предприятиями), поскольку данная система характеризуется главным образом наличием государственной монополии в сфере геологического изучения и добычи полезных ископаемых.

Доминальная концепция в современном законодательстве развитых зарубежных стран, экономика которых основывается на рыночных механизмах и частной собственности, практически отсутствует. Однако такая система, как известно, существовала в советское время, отчасти сохранилась и в современном законодательстве о недрах.

Обратимся к Закону СССР от 09.07.1975 № 1840-IX «Об утверждении Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о недрах»7. Так, согласно ч. 2 ст. 3 данного закона недра в СССР состоят в исключительной собственности государства и предоставляются только в пользование. В свою очередь, ст. 10 и 11 закона установлено, что для геологического изучения недра предоставляются в пользование на основании разрешения, а для добычи — на основании горноотводного акта. При этом регламентированное содержание обоих данных документов, основания предоставления участков в пользование, иные детальные административные процедуры, свойственные современному российскому законодательству о недрах в части лицензирования, в тексте закона отсутствуют.

Из указанного становится очевидным, что советская доминальная система подразумевала особую форму правоотношений между государством, предоставляющим недра в пользование, и пользователем недр. При доминальной системе утрачивают какой-либо смысл договорные и даже лицензионные отношения между государством и пользователем недр, поскольку последние находятся в административном подчинении и имущественной зависимости от собственника недр. Детальная правовая регламентация реализации акта предоставления недр в пользование в связи с этим как таковая утрачивает смысл.

С введением Федеральным законом № 205-ФЗ8 изменений, касающихся государственного геологического изучения недр, осуществляемого по государственному заданию государственными учреждениями, в современном российском законодательстве появилась особая форма пользования недрами, корнями уходящая в советскую доминальную систему.

Так, согласно ч. 3 ст. 36.1 Закона Российской Федерации «О недрах»9 государственное геологическое изучение недр осуществляется государственными учреждениями не на основании лицензии, а непосредственно на основании государственного задания, которое является документом, устанавливающим требования к составу, качеству, объему (содержанию), условиям, порядку и результатам оказания государственных (муниципальных) услуг (выполнения работ) согласно ст. 6 Бюджетного кодекса Российской Федерации10. Таким образом, государственное геологическое изучение недр представляет собой государственные работы, осуществляемые государственными учреждениями по прямому указанию органов государственной власти.

При такой системе государственного управления отношениями недропользования государство фактически самостоятельно в лице своих учреждений осуществляет пользование недрами в публичных целях. При доминальной системе юридически акт предоставления недр в пользование собственником-государством своим же государственным организациям для выполнения работ, связанных с пользованием недрами, утрачивает смысл ввиду того, что объект продолжает оставаться во владении, пользовании и распоряжении государства. Более того, представляется, что правомочие пользования в указанном случае не имеет гражданско-правового, вещного содержания, ввиду того, что объект представляет собой публичную собственность, а субъект является исключительным единоличным публичным собственником.

Доминальная система отчасти отражена в законодательстве Китая. Так, в соответствии со ст. 4 Закона Китайской Народной Республики «О минеральных ресурсах» 1996 г.11 китайские государственные предприятия имеют преимущественное право на разработку месторождений полезных ископаемых, и государство гарантирует укрепление и развитие государственной экономики в горнодобывающей отрасли. Обратим внимание на исключительно публичные цели правового регулирования, завязанные на монопольном праве собственности государства на минеральные ресурсы. Законом также не регламентируются специфические процедуры предоставления прав на геологическое изучение или добычу полезных ископаемых.

Горная регалия. Доминальную систему следует отличать от горной регалии, хотя некоторыми авторами они не разделяются вовсе. Право регалии, или горная регалия,12 сформировалось уже в Средние века. В рамках данной концепции права собственности на недра (подземное пространство), полезные ископаемые и землю могут не разграничиваться (изначальный вариант концепции). Не стоит забывать, что институт горной регалии возник в эпоху феодализма, право которого отличается сложной и запутанной системой прав на землю, различавшихся в разные времена в различных государствах.

Со временем в правовом регулировании в странах Европы появляется тенденция к постепенному разделению прав собственности на полезные ископаемые и землю, и в основе ее может лежать как принцип своеобразной презумпции собственности на полезные ископаемые сюзерена (государственная собственность), так и принцип res nullius — когда еще необнаруженные полезные ископаемые являются ничейной собственностью. С точки зрения хозяйствующего субъекта, необнаруженное полезное ископаемое, находящееся в недрах, фактически еще не существует в какой-либо овеществленной форме.

Однако обнаруженные полезные ископаемые и открытые месторождения принадлежат сюзерену, и он сначала монопольно имеет право на добычу полезных ископаемых как королевскую регалию (т. е является собственником рудников), а позднее — на переуступку своего права, т. е предоставление прав на поиски, оценку и добычу третьим лицам.

Таким образом, основной чертой концепции горной регалии является право собственности государства на необнаруженные или обнаруженные полезные ископаемые и на их разработку, которое государство вправе переуступить другому лицу за плату. При этом при концепции горной регалии в более поздние этапы ее развития право собственности на необнаруженные полезные ископаемые презюмируется за государством.

Значение системы горных регалий в средневековой Европе возрастало в связи с увеличивающейся заинтересованностью монархов в использовании полезных ископаемых для государственных целей (в основном для военных целей). Известно, что одним из первых монархов, при котором система горных регалий была нормативно закреплена, является германский император Фридрих I по прозвищу Барбаросса13. Горная регалия как принцип пользования полезными ископаемыми была провозглашена специальным законом в 1158 г. В 1262 г. горная регалия была введена во Франции королем Генрихом III, в 1201 г. в Англии — королем Иоанном I.

В период Средневековья с формированием феодальных отношений и последующим выделением класса так называемых свободных производителей (в том числе ремесленников-горняков) связан новый подъем производительных сил общества. С XI в. в горнодобывающих странах Европы стали последовательно формироваться крупные города — центры ремесленной деятельности производителей горняков (в Чехии, Саксонии, Франции). Такое резкое повышение производительности труда в горном деле было предположительно связано с переходом к новой особой организации рудокопов — цеховой организации, которую создают в этот период в Европе товарищества по эксплуатации месторождений полезных ископаемых (преимущественно рудных).

Необходимо отметить, что опыт профессиональных объединений в таких государствах, как Чехия, Саксония, Австрия, широко распространился в дальнейшем и по всей Европе. Именно в этот период деятельность данных объединений — товариществ рудокопов начинает регламентироваться сводом общеобязательных предписаний — горным правом14.

Постепенно с укреплением позиции средневековых европейских городов, в которых развивалось ремесло и формировались крупные независимые цеха, производители стали добиваться больших свобод и независимости от королевской власти. Совершенствование экономических отношений, постепенный отход в судах от применения обычного права и усиливающаяся к XIV столетию рецепция европейскими университетами римского права привели к постепенной замене системы горной регалии концепцией акцессии и горной свободы.

Концепция акцессии. Уже в римском праве, благодаря его развитой системе вещного права, были заложены некоторые ключевые принципы и подходы к пониманию вещно-правовой природы земли, недр (подземного пространства) и полезных ископаемых, которые в дальнейшем были переняты европейскими государствами. В римском праве сложилась противоположная доминальной системе и горной регалии концепция, согласно которой собственником и пользователем недр и полезных ископаемых могло быть частное лицо. Концепция акцессии получила название от термина, используемого в римском праве, accessorium — принадлежность, которая следует за главной вещью (accessorium cedat principali). Принадлежность, которая также иногда называется побочной вещью, связана с главной физически или экономически и может быть использована по назначению совместно с главной вещью.

Так, собственник земли признавался собственником надземного и подземного пространства в границах земельного участка (данный принцип до сих пор существует почти во всех странах, реципировавших романо-германскую систему права). Главной вещью является земельный участок, а подземное пространство — его принадлежностью. Поскольку принадлежность следует судьбе главной вещи — собственник земельного участка является собственником недр. Полезные ископаемые, добытые из недр, признавались плодами земли. Однако и в том и в другом случае и недра, и полезные ископаемые имели статус побочных вещей, связанных с земельным участком, и могли находиться в частной собственности.

Концепция акцессии признана в Англии и США, отчасти существует в Норвегии. Стоит отметить, что акцессорная система в Англии и странах Британского доминиона смешана с системой горной регалии, поскольку ряд полезных ископаемых, как, например, золото, серебро, углеводороды, являются собственностью короны, независимо от статуса земельного участка. Однако в США, система права и государства которых независима от британской короны, такой подход не действует.

При этом принцип, согласно которому подземное пространство является частью земельного участка, а собственник земли является собственником недр, сохранился и по сей день в ряде зарубежных стран (Франция, Германия). Это не свидетельствует о том, что в данных странах принята акцессорная концепция прав на полезные ископаемые, по той причине, что полезные ископаемые в системе права данных государств сами по себе отграничены как самостоятельный объект права и не связаны с земельным участком. Далее указанный вопрос будет рассмотрен более подробно.

Необходимо отметить, что принцип акцессии в римском праве был постепенно заменен на систему горной регалии в эпоху империи.

В XVII в. в Англии при Оливере Кромвеле горная регалия была отменена и землевладельцы получили право собственности на подземное пространство и полезные ископаемые на своих земельных участках15. В Англии господствовал общий принцип, в соответствии с которым полезные ископаемые были собственностью владельца земельного участка (независимо от вида полезного ископаемого, будь то драгоценные металлы или неметаллические полезные ископаемые), за исключением тех, что находились на землях короны. В некоторых регионах Англии, например Корнуолл, Дербишир, Девон, Дин, собственником всех полезных ископаемых считался монарх. Что касается происхождения этих обычаев, К. Линдли16 пишет, что они берут свое начало во времена римской оккупации; но в последующем они были признаны и установлены актами Парламента. Однако общинами горняков в Англии были разработаны уникальные прецеденты, оказавшие влияние на нормы горного права.

Например, в Корнуолле, земли которого, как отмечалось выше, принадлежали короне, границы участков, на которых осуществлялась добыча олова, были помечены специальными указателями в виде камней или вбитого кола, для того чтобы обозначить территорию свободного въезда на участок транспортных средств, которые перевозили добытую руду. Известно, что в последствии община горняков в судебном порядке признала право собственности на данный земельный участок, ввиду отсутствия претензий со стороны третьих лиц. За общиной горняков сохранилась только обязанность платить роялти в королевскую казну. Подобные случаи известны и в Девоне, в графстве Дербишир и Дин.

Таким образом, основной чертой концепции акцессии является тесная связь права собственности на недра и залегающие в них полезные ископаемые с правом собственности на земельный участок, при этом подземное пространство с находящимися в нем полезными ископаемыми является принадлежностью земельного участка (а в ряде стран и составной частью земельного участка, как трехмерного объекта), а добытые из недр полезные ископаемые — плодами земли.

Следует отметить, что, по мнению ряда авторов (в том числе Штофа А. А.17), в римском праве концепция акцессии была постепенно вытеснена концепцией горной регалии в связи с завоеванием римлянами новых территорий. Такой постепенный переход объясняется в первую очередь тем, что за пределами Италии римляне не передавали земли в частную собственность местным жителям (их правовой статус не позволял им обладать землями на праве частной собственности, поскольку они не были полноправными римскими гражданами — cives romani). В связи с этим право собственности на землю оставалось за государством. Однако право на разработку недр и добычу полезных ископаемых представлялось за плату гражданам. Как известно, в 320 г. н. э. император Константин позволил гражданам провинции Африка за плату осуществлять добычу мрамора.

Горная свобода. В римском праве помимо концепции акцессии существовала также концепция оккупации, которая в дальнейшем в средневековой Европе сформировалась в принцип горной свободы. Оккупацией является присвоение ничейной вещи, например диких плодов и животных. По такому же принципу лицо, нашедшее полезные ископаемые на ничейных землях, становилось их собственником в силу права оккупации.

При этом принцип горной свободы18, получив дальнейшее развитие, основывается на разделении права собственности на полезные ископаемые и землю от подземного пространства, что дает возможность любому лицу осуществлять добычу полезного ископаемого, независимо от того, кому принадлежит участок земли, на котором планируется проведение работ. Итак, уже с XVI в. система горной регалии утрачивает свое значение в Европе. Во Франции король Генрих II провозгласил принцип горной свободы, в соответствии с которым любой член общества имел право на добычу полезных ископаемых.

Что касается Германии, то известно, что до XV в.19 германское право было весьма неоднородным и характеризовалось наличием многочисленных и разнородных правовых укладов, в зависимости от той или иной территории (местности) или по отношению к различным социальным группам. При этом отсутствовала единая судебная система, и в судах могли применяться различные правовые нормы. Споры по поводу отношений между сюзереном и его вассалами и споры вассалов между собой решались в ленном суде феодала по нормам обычного «ленного» права, а крепостные, в свою очередь, судились при дворе господина по местному «дворовому» праву. Таким образом, Германия не знала всеобщей правовой системы, и правоотношения в обществе регулировались отдельными частными нормами. Именно эти обстоятельства способствовали в дальнейшем рецепции римского права в Германии. Уже к XVI в. оно стало основным источником права, в особенности частного, и применялось во всех германских судах.

Норткат и Пьетровски20 отмечают, что именно обычаи немецких горнодобывающих общин, нашедшие отражение в их уставах, породили понятие «свободной добычи» или горной свободы, при которой пользователь недр имел право свободного доступа на земли другого лица, чтобы осуществлять разведку или добычу минеральных ресурсов. Система права собственности на полезные ископаемые характеризовалась тогда еще наличием горной регалии на некоторые полезные ископаемые, и недропользователь мог получить разрешение от сюзерена на разработку полезных ископаемых при соблюдении определенных условий.

Однако именно установление принципов горной свободы способствовало все большему вовлечению в разработку новых участков. Во-первых, первооткрыватель получал преимущественное право на разработку месторождения. Во-вторых, первооткрыватель был волен расширять свой участок, при этом получая участки для разработки, по площади превышающие те, что были получены на основании разрешения (горной регалии). В обмен на право разработки шахтер выплачивал роялти в пользу короны и, если он действовал на частных землях, он платил дополнительную выплату собственнику (держателю) земельного участка. Он также был обязан работать усердно и непрерывно; а невыполнение этих обязанностей могло привести к потере его права на разработку участка.

Еще одним достижением этой эпохи было развитие концепции «права поверхности»21. Согласно данной концепции возникает право при проведении работ в недрах (под землей) выходить за пределы вертикальной проекции участка недр на земельный участок, который занят для проведения работ. Эта концепция логически вытекает из принципа, согласно которому земельный участок и залегающие в его недрах полезные ископаемые являются самостоятельными объектами права, и ограничение участка разработки по площади не влечет соответствующего ограничения площади земельного участка.

Таким образом, основной чертой горной свободы является разделение прав собственности на землю и подземное пространство от прав на полезные ископаемые, при этом право на разработку полезных ископаемых осуществляется свободно любым лицом. Кроме того, в рамках концепции горной свободы еще необнаруженные полезные ископаемые могут являться ничейной собственностью — res nullius, а в результате оккупации становятся собственностью того, кто их обнаружил и осваивает.

Подведем итоги вышеизложенному. Две из перечисленных концепций — концепция акцессии и горной свободы (оккупации), берут свое начало из римского права и основываются преимущественно на цивилистическом понимании правоотношений по геологическому изучению и добыче полезных ископаемых. При этом концепция акцессии основывается на принципе связи земельного участка с подземным пространством и залегающими в нем полезными ископаемыми, а концепция горной свободы (оккупации) — на отсутствии такой связи, в результате чего полезные ископаемые выступают как самостоятельный объект права. Порядок предоставления права пользования недрами в рамках указанных концепций не имеет принципиального значения.

Доминальная концепция и концепция горной регалии основываются преимущественно на административных принципах регулирования недропользования, при этом доминальная система исходит из монопольного права государства на разработку месторождений полезных ископаемых, а также их поиск, и в связи с этим, упрощенного механизма административного предоставления недр и полезных ископаемых в пользование. Горная регалия предоставляет возможность переуступки права на разработку полезных ископаемых государства третьим лицам, что вызывает необходимость нормативного регулирования сложного административного механизма порядка предоставления права на разработку полезных ископаемых.

В связи с этим, отсутствие в законодательстве какой-либо отдельно взятой страны черт одной из указанных концепций в «чистом виде» объясняется тем, что критерии классификации концепций лежат в разных плоскостях, что делает возможным их сочетание между собой в горном праве отдельно взятого государства.

Как правило, те или иные черты каждой из концепций переплетены между собой настолько, что охарактеризовать горное право конкретной страны, причислив его только к одной из описанных выше концепций горного права, достаточно сложно. Отнесение к той или иной концепции основывается, как правило, на количественном признаке, т. е. большинство принципов, на которых строится правовое регулирование отношений недропользования, заимствованы из одной концепции, с некоторым смешением принципов других концепций.

К примеру, систему горного права США традиционно относят к концепции права акцессии, вместе с тем регулирование правоотношений, связанных с пользованием недрами на государственных землях, имеет некоторые черты права горной регалии. В законодательстве Норвегии также сочетаются черты права горной регалии — когда государство является собственником ряда полезных ископаемых, например, золота, серебра, нефти, и концепции акцессии, когда остальные полезные ископаемые (не являющиеся собственностью государства) объявлены собственностью землевладельцев.

При этом необходимо отметить, что в современном горном законодательстве зарубежных стран доминальная концепция вовсе утратила свое значение. Доминальная система, как основанная на государственной монополии, присутствует отчасти в Китайском законодательстве. Некоторые черты доминальной системы присутствуют в российском законодательстве о недрах, но лишь в правоотношениях по государственному геологическому изучению недр.

Концепция горной свободы перешла на второй план в связи с высокой степенью геологической изученности недр и вовлечением в разработку залегающих на небольших глубинах месторождений полезных ископаемых, а также усложнением работ по геологическому изучению, и в настоящее время представлена отчасти во французском законодательстве. При этом концепция горной свободы сохранила значение в принципе предоставления первооткрывателю преимущественного права на разработку месторождения в связи с установлением факта открытия месторождения полезного ископаемого, который встречается в том или ином виде в законодательстве почти всех стран. Кроме того, одно из достижений принципа горной свободы — отсутствие имущественной связи земельного участка и полезного ископаемого (и даже в некотором смысле установление приоритета прав на полезные ископаемые перед правом на земельный участок) прослеживается в ряде зарубежных

...