А.Я. Петров

Ответственность по трудовому праву России и некоторых зарубежных стран

Учебное пособие

---

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 349.2(075.8)

ББК 67.405я73

П30

Автор:

Петров А. Я., доктор юридических наук, профессор, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации, профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Рецензенты:

Крылов К. Д., доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры трудового права и права социального обеспечения Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина;

Хныкин Г. В., доктор юридических наук, профессор кафедры трудового права юридического факультета Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова.

В пособии рассмотрены концептуальные теоретические и прикладные практические вопросы ответственности по трудовому праву, а также обоснованы нетрадиционные подходы к решению проблем ответственности по трудовому законодательству. В издании использованы нормативные правовые акты, содержащие нормы российского трудового права, а также международного трудового права и трудового права некоторых зарубежных государств.

Достоинством издания является исследование судебной практики: постановлений и определений Конституционного Суда Российской Федерации, постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, решений, определений и постановлений судов общей юрисдикции по конкретным трудовым делам.

Вносятся предложения по совершенствованию Трудового кодекса Российской Федерации и других нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права об ответственности.

Содержание пособия соответствует Федеральному государственному образовательному стандарту высшего образования.

Для студентов, аспирантов и преподавателей образовательных организаций высшего юридического образования, юридических факультетов университетов и академий.

Законодательство приводится по состоянию на 1 марта 2018 г.

Книга будет также интересна и полезна работодателям и их представителям, профсоюзным органам, юристам-практикам и менеджерам по персоналу.

УДК 349.2(075.8)

ББК 67.405я73

© Петров А. Я., 2018

© ООО «Проспект», 2018

Единственное, чему научила меня моя долгая жизнь:
что вся наша наука перед лицом реальности выглядит
примитивно и по-детски наивно — и все же это самое
ценное, что у нас есть…
Альберт Эйнштейн

Предисловие

Книга, предлагаемая читателю, отражает современный уровень развития науки трудового права и трудового законодательства, а также судебную практику.

Проблема юридической ответственности остается одной из центральных в правоведении, поскольку право становится бессмысленным без надлежащего обеспечения его реализации, основным средством которого выступает юридическая ответственность.

Проблема правопорядка в сфере труда и ответственности за его нарушение по своей теоретической и практической значимости традиционно являлась исключительно важной.

Актуальность проблемы ответственности по трудовому праву непосредственно связана с углублением и расширением научных знаний о ее сущности и видах в условиях рыночных отношений.

Нормы об ответственности обеспечивают соблюдение дисциплины труда, профилактику неправомерного поведения. При возмещении ущерба устраняются последствия нарушения имущественных прав сторон трудового договора. При возмещении вреда, причиненного работнику, устраняются последствия нарушения его неимущественных прав (жизнь, здоровье, нравственные и физические страдания).

Вопросы ответственности неизменно включаются в программные и стратегические документы в качестве приоритетных. В частности, отмечаются недостаточность мотивации работодателей к соблюдению требований трудового законодательства, дисбаланс системы мер стимулирования к соблюдению трудового законодательства и мер ответственности за его нарушения. Формирование заинтересованности работодателей к соблюдению трудового законодательства и улучшению условий труда должно основываться на принципе баланса государственных мер стимулирования и дифференцированных санкций1.

На необходимость исследования данной проблемы обращали и обращают внимание многие ученые: С. С. Алексеев, Н. Г. Александров, A. A. Абрамова, М. Э. Дзарасов, С. С. Каринский, Е. А. Кленов, В. А. Ковалев, В. Н. Кудрявцев, Ю. А. Кузнецов, В. М. Лебедев, Р. З. Лившиц, С. П. Маврин, В. Г. Малов, Ю. Н. Полетаев, Г. С. Скачкова, В. Н. Скобелкин, В. Н. Смирнов, П. Р. Стависский, Л. А. Сыроватская, В. Н. Толкунова, A. M. Хвостов, Е. Б. Хохлов, Б. А. Шеломов и другие, в трудах которых вопросы ответственности в сфере труда нашли свое отражение.

Вопросы возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина при исполнении трудовых обязанностей, явились предметом научных исследований М. М. Агаркова, A. M. Беляковой, С. Н. Братуся, К. М. Варшавского, А. Зейца, О. С. Иоффе, A. M. Михайлича, И. Н. Полякова, В. Т. Смирнова, А. А. Собчака, Е. А. Суханова, Е. А. Флейшиц, Г. Х. Шафиковой, М. Я. Шиминовой, A. M. Эрделевского, К. Б. Ярошенко и других.

В исследованиях правоведов предложено много интересных идей и выводов.

Вместе с тем в теории трудового права нет единства в понимании ответственности по трудовому законодательству.

В науке трудового права не разработана в должной мере доктрина ответственности. Кроме того, отсутствует концептуальная модель института ответственности по трудовому праву (нормы и подинституты), прежде всего по Трудовому кодексу Российской Федерации. Автором предпринята попытка восполнить этот пробел в правоведении.

В предлагаемом издании дана критическая оценка современным теоретическим подходам, сужающим категорию ответственности по трудовому праву до дисциплинарной и материальной и, разумеется, исключающим такие виды ответственности, как возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника в связи с исполнением им трудовых обязанностей, возмещение морального вреда.

Характерным для современного трудового законодательства, особенно это касается Трудового кодекса Российской Федерации, является разброс норм об ответственности по различным разделам и главам. Структура Кодекса отличается непоследовательностью и недостаточной обоснованностью, а концепция ответственности работников и работодателей (их представителей) отражена неполно, не совсем конструктивно.

Поэтому наука трудового права должна помочь эти проблемы эффективно решить. В связи с этим в работе обоснованы необходимость и целесообразность пересмотра соответствующих разделов, глав и норм Трудового кодекса Российской Федерации.

И тем самым предопределена (спрогнозирована) деятельность законодателя и правоприменителя по обеспечению законности и правопорядка в трудовых отношениях.

Отдельная глава книги посвящена рассмотрению вопросов ответственности по трудовому праву некоторых зарубежных стран с целью возможного использования позитивного опыта законодательного регулирования.

В результате изучения данной дисциплины студент должен:

знать

вопросы и проблемы ответственности по трудовому праву;

уметь

решать конкретные профессиональные задачи;

владеть навыками

составления проектов приказов (распоряжений) работодателя по вопросам применения норм об ответственности по трудовому праву; письменных договоров о полной материальной ответственности; правил внутреннего трудового распорядка.

Принятые сокращения

1. Нормативные правовые акты

Конституция РФ — Конституция Российской Федерации, принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. (с учетом поправок, внесенных Законами Российской Федерации о поправках к Конституции Российской Федерации от 30 декабря 2008 г. № 6-ФКЗ, от 30 декабря 2008 г. № 7-ФКЗ, от 5 февраля 2014 г. № 2-ФКЗ, )

АПК РФ — Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24 июля 2002 г. № 95-ФЗ

ГК РСФСР 1922 г. — Гражданский кодекс РСФСР: принят ВЦИК 31 октября 1922 г.; утратил силу с 1 октября 1964 г.

ГК РСФСР — Гражданский кодекс РСФСР: утвержден Верховным Советом РСФСР 11 июня 1964 г.; утратил силу с 1 января 2008 г.

ГК РФ — Гражданский кодекс Российской Федерации: часть первая от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ; часть вторая от 26 января 1996 г. № 14-ФЗ; часть третья от 26 ноября 2001 г. № 146-ФЗ; часть четвертая от 18 декабря 2006 г. № 230-ФЗ

ГПК РФ — Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЗ

КАС РФ — Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации от 8 марта 2015 г. № 21-ФЗ

КЗоТ РСФСР 1918 г. — Кодекс законов о труде РСФСР: принят ВЦИК в декабре 1918 г.; утратил силу с 15 ноября 1922 г. в связи с введением в действие КЗоТ РСФСР 1922 г.

КЗоТ РСФСР 1922 г. — Кодекс законов о труде РСФСР: введен в действие с 15 ноября 1922 г. постановлением ВЦИК от 9 ноября 1922 г.; утратил силу в связи с введением в действие КЗоТ РСФСР 1971 г. и изданием указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 6 сентября 1972 г.

КЗоТ РСФСР 1971 г. — Кодекс законов о труде РСФСР от 9 декабря 1971 г.; Законом РФ от 25 сентября 1992 г. № 3543-1 переименован в Кодекс законов о труде Российской Федерации

КЗоТ РФ — Кодекс законов о труде Российской Федерации от 9 декабря 1971 г.: в редакции Закона РФ от 25 сентября 1992 г. № 3543-1: утратил силу с 1 февраля 2002 г. в связи с введением в действие Трудового кодекса Российской Федерации

КоАП РФ — Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. № 195-Ф3

КТМ РФ — Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации от 30 апреля 1999 г. № 81-ФЗ

ТК РФ, Кодекс — Трудовой кодекс Российской Федерации от 30 декабря 2001 г. № 197-ФЗ

УК РФ — Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ

УПК РФ — Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ

2. Органы власти

Госкомтруд СССР — Государственный комитет Совета Министров СССР по вопросам труда и заработной платы (1955–1976), Государственный комитет Совета Министров СССР по труду и социальным вопросам (1976–1978), Государственный комитет СССР по труду и социальным вопросам (1978–1991)

МИД России — Министерство иностранных дел Российской Федерации

Минтруд России — Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации

Минфин России — Министерство финансов Российской Федерации

ЦБ РФ — Центральный банк Российской Федерации

3. Прочие сокращения

ВЦИК — Всероссийский центральный исполнительный комитет

ВЦСПС — Всесоюзный центральный совет профессиональных союзов

ДТП — дорожно-транспортное происшествие

ЗАО — закрытое акционерное общество

млн — миллион(-ов)

МОТ — Международная организация труда

МСЭ — медико-социальная экспертиза

ОАО (ПАО) — открытое (публичное) акционерное общество

ООО — общество с ограниченной ответственностью

РСФСР — Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика

РФ — Российская Федерация

СНК (РСФСР, СССР) — Совет народных комиссаров (РСФСР, СССР)

СССР — Союз Советских Социалистических Республик

ФСС — Фонд социального страхования Российской Федерации

ЦИК СССР — Центральный исполнительный комитет СССР

абз. — абзац(-ы)

гл. — глава(-ы)

п. — пункт(-ы)

подп. — подпункт(-ы)

разд. — раздел(-ы)

ст. — статья(-и)

ч. — часть(-и)

Глава 1.
Ответственность по трудовому праву России: теоретико-правовые основы

В результате изучения данной главы обучающийся должен:

знать

краткую историю трудового законодательства, иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права об ответственности;

основные этапы становления и формирования видов ответственности по трудовому праву;

вопросы и проблемы ответственности по ТК РФ;

возможные перспективы ответственности по трудовому законодательству России;

уметь

определять отраслевую принадлежность правовых норм, регулирующих ответственность работников и работодателей;

владеть

навыками принятия решений по реализации норм трудового права об ответственности.

1.1. К истории правового регулирования ответственности

Право Древней Руси о защите жизни или здоровья закрепляли имущественные санкции за причинение вреда нематериальным благам человека. «Русскому менталитету близко понимание “компенсации морального вреда”, что можно заключить из анализа норм Русской Правды, в которых даже преступление рассматривалось не как нарушение закона, а как причинение “обиды”, то есть материального и морального ущерба, и подлежало возмещению»2.

В гражданском законодательстве XVII — XVIII вв. были предусмотрены фундаментальные нормы (правила) деликтной ответственности: правонарушение признавалось основанием гражданско-правовой ответственности; вред подлежал возмещению лицом, причинившим вред.

Возникновение ответственности нанимателя в Российской империи связано с принятием в 1782 г. Екатериной II Устава благочиния, или Полицейского, представляющего собой кодифицированный нормативный правовой акт, содержащий как права и обязанности, так и запреты к совершению противоправных действий.

Впервые в российском Своде законов гражданских (1832 г.) обязательства стали различаться по основаниям их возникновения: из договоров и из причинения вреда. Возмещение вреда закреплялось в качестве гражданско-правовой ответственности3.

Однако в дореволюционном российском законодательстве понятия «возмещение вреда» не существовало4.

Первым из нормативных правовых актов, который упорядочил регулирование трудовых отношений, можно считать Положение об отношениях между хозяевами фабричных заведений и рабочими людьми, поступающими на оные по найму5. Положение установило обязанность хозяину фабрики «иметь на стенах рабочих комнат или конторы фабрики печатанные или писанные за его подписанием общие правила о порядке, который должен быть соблюдаем работниками на оной». Правила о дисциплинарной ответственности на отдельных фабриках включали и нечеткие, оценочные понятия, что было выгодно для собственников фабрик. Например, правила содержали пункт о штрафах «за пение песен по воскресеньям и вождение хороводов во дворе фабрики»6.

Закон от 3 июня 1886 г. В развитии трудового права и положений об ответственности рабочих на уровне всей страны стало принятие «Правил о надзоре за заведениями фабричной промышленности и о взаимных отношениях фабрикантов и рабочих и об увеличении числа чинов фабричной инспекции» (Закон от 3 июня 1886 г.)7.

Закон обязывал утверждать на фабриках правила внутреннего распорядка, содержащие расписание рабочих и праздничных дней, а также определение обязанностей рабочих по соблюдению порядка и благочиния на фабрике. Так, закон устанавливал перечень действий, за которые фабрикант своей властью мог налагать взыскания. К ним относились неисправная работа, прогул, нарушение порядка.

Закон от 3 июня 1886 г. не раскрывал содержание термина «нарушение порядка», однако закреплял список действий, которые могли признаваться таковым нарушением: несоблюдение чистоты и опрятности в помещениях, нарушение тишины бранью, ссорой или дракой, приход на работу в пьяном виде, устройство недозволенных игр. При этом указывалось, что никакие взыскания не могут быть налагаемы по другим поводам, кроме перечисленных в законе. Вместе с тем в системе наказаний Закон от 3 июня 1886 г. устанавливал и такой, как «непослушание». Неопределенность и нечеткость термина давала хозяевам фабрик возможность толковать его чрезмерно широко8.

Нарушение этих правил рабочими предоставляло право хозяину либо управляющему налагать штраф в размере 1 руб. за каждый случай либо уволить рабочего. Согласно Закону от 3 июня 1886 г. основными видами дисциплинарной ответственности являлись штраф и увольнение.

Устав о промышленном труде 1913 г.9 Нормы об ответственности достаточно объемно были отражены в названном Уставе.

В соответствии со ст. 104 «в видах поддержания в предприятиях должного порядка заведующим сими предприятиями предоставляется налагать на рабочих собственной властью денежные взыскания:

1) за неисправную работу,

2) за прогул и

3) за нарушение порядка.

Никакие взыскания не могут быть налагаемы по другим поводам».

«Независимо от денежного взыскания за неисправную работу, налагаемого властью заведующего предприятием, рабочий может быть присужден к уплате вознаграждения за причиненный владельцу предприятия убыток в порядке судебном» (прим. к ст. 104), т.е. наложение дисциплинарного взыскания не лишало заведующего предприятием права на взыскание ущерба, причиненного таким нарушением.

Таким образом, устанавливалась не только дисциплинарная, но и материальная ответственность рабочего.

При этом неисправной работой считалось производство рабочим по небрежности недоброкачественных изделий, порча им при работе материалов, машин и иных орудий производства. Взыскания за неисправную работу определялись соответственно свойству неисправности (ст. 105).

Прогулом, в отличие от несвоевременной явки на работу или самовольной отлучки с нее, считалась неявка на работу в течение не менее половины рабочего дня. Взыскание за прогул налагалось соответственно заработной плате рабочего и количества прогульного времени в течение одного месяца в размере, не превышающем, однако, суммы шестидневного его заработка. Сверх того, у рабочего удерживалась заработная плата за все прогульное время. Для рабочих, получавших «задельную» плату, взыскание за прогул определялось в размере не свыше 1 руб. за прогульный день и не свыше 3 руб. в общей сложности (ст. 106).

При этом взыскания за прогул не полагалось, если неявка на работу произошла вследствие лишения рабочего свободы, по внезапному разорению от несчастного случая, вследствие пожара, разлива рек, болезни, лишающей возможности отлучиться из дому, и смерти или тяжкой болезни родителей, мужа, жены и детей.

Нарушением порядка признавались:

1) несвоевременная явка на работу или самовольная отлучка с нее;

2) несоблюдение в помещениях предприятия установленных правил осторожности при обращении с огнем в тех случаях, когда заведующий предприятием не признает нужным расторгнуть, в силу примечания 1 к cт. 62, заключенный с рабочим договор найма;

3) несоблюдение в помещениях предприятия чистоты и опрятности;

4) нарушение тишины при работах шумом, криком, бранью, ссорой или дракой;

5) непослушание;

6) приход на работу в пьяном виде;

7) устройство недозволенных игр на деньги (в карты, в орлянку и т.п.);

8) несоблюдение «правил внутреннего в предприятиях распорядка»;

9) нарушение правил о безопасном производстве работ на горных заводах и промыслах.

Взыскания за отдельные нарушения порядка не могли превышать 1 руб. (ст. 107 Устава).

Каждое из нарушений, облагаемых взысканиями на основании ст. 104–107, должно было быть определено в особых табелях с указанием самого размера взыскания. Табели эти утверждались фабричной инспекцией или горным надзором, по принадлежности, и выставлялись во всех мастерских (ст. 108).

Взыскания, налагаемые за неисправную работу, за прогул и за нарушение порядка, в общей их сложности не должны были превышать 1/3 заработка, действительно причитающегося рабочему к установленному «сроку расплаты» (ст. 109).

Если по числу сделанных рабочим нарушений взыскания с него должны превысить указанную в ст. 109 норму, то заведующему предприятием предоставлялось право расторгнуть заключенный с рабочим договор найма (ст. 110).

Уволенному на основании ст. 110 рабочему предоставлялось право в течение одного месяца обжаловать расторжение договора в суд, который, если признает жалобу основательной, постановлял о вознаграждении рабочего за понесенные им убытки.

Денежное взыскание, наложенное заведующим предприятием на рабочего, записывалось в расчетную книжку последнего не позднее трех дней со времени его наложения с указанием повода и размера взыскания и затем удерживалось при первой «расплате» с рабочим из его заработка. Все взыскания записывались, кроме того, «в особо заведенную в предприятии шнуровую книгу, которая предъявляется чинам фабричной инспекции или горному надзору, по принадлежности, по первому их требованию» (ст. 111).

Распоряжение заведующего предприятием о наложении на рабочих взысканий обжалованию не подлежало. «Но если при посещении чинами фабричной инспекции или горного надзора, по принадлежности, будет обнаружено из заявлений, сделанных рабочими, несогласное с требованиями закона наложение на них взысканий, то заведующий привлекается к ответственности» (ст. 112).

В качестве вида дисциплинарной ответственности предусматривалось увольнение вследствие неявки рабочего на работу белее трех дней кряду «или в сложности более шести дней в месяц без уважительных причин, вследствие дерзости или дурного поведения рабочего, если оно угрожает имущественным интересам предприятия или личной безопасности кого-либо из лиц управления предприятием, или наблюдающих за рабочими» (ст. 62).

Кроме того, в Уставе содержалась глава «О взысканиях за нарушения постановлений о промышленном труде». В частности, заведующие фабрично-заводскими, горными и горнозаводскими предприятиями, виновные:

1) в держании рабочего без расчетной книжки и

2) неправильном ведении этой книжки, —

подвергались денежному взысканию от 5 до 25 руб. за каждое нарушение, а в случае совокупности нескольких нарушений, одновременно обнаруженных, — в сумме следующих за них взысканий. Сумма эта исчислялась для каждого из указанных в ст. 212 Устава нарушений отдельно, по числу рабочих, не снабженных расчетными книжками или «имеющих неправильно веденные книжки», и не могла превосходить по каждому из этих нарушений 500 руб.

Заведующие фабрично-заводскими, горными и горнозаводскими предприятиями (за исключением золотых и платиновых промыслов), виновные в нарушении постановлений:

1) о назначении заместителей;

2) хранении видов на жительство и ведении именных списков рабочих;

3) взыскании с рабочих, —

подвергались денежному взысканию от 25 до 100 руб. (ст. 213 Устава).

Тому же наказанию подвергались владельцы указанных в ст. 213 Устава предприятий, виновные в несоблюдении порядка, установленного для назначения заведующих.

Заведующие фабрично-заводскими, горными и горнозаводскими предприятиями, виновные:

1) «во взимании с рабочих платы за такие предметы, пользование которыми должно быть им предоставлено безвозмездно, а равно во взимании платы в случаях, в коих сие дозволено, но в размере, превышающем установленный законом или особыми правилами»;

2) «во взимании процентов на деньги, выдаваемые рабочим заимообразно, и вознаграждения за ручательство по их денежным обязательствам»;

3) «в расплате с рабочими, вместо денег, условными знаками, хлебом, товаром или иными предметами», —

подвергались денежному взысканию от 50 до 300 руб. (ст. 214 Устава).

В Уставе предусматривались отдельные нормы о материальной ответственности. Так, было определено, что подрядчик подвергается ответственности на основаниях, установленных для заведующего заводом или промыслом. Но если со стороны рабочих, нанятых подрядчиком, заявлена будет жалоба на неудовлетворение их заработной платой, то заводское и промысловое управление обязано войти в рассмотрение претензий рабочих, стараясь склонить обе стороны к соглашению, а в случае недостижения такового — удержать с подрядчика сумму, причитающуюся по расчету средней месячной платы на каждого из заявивших претензию рабочих. Управление горным заводом или промыслом, не исполнившее сей обязанности, должно само удовлетворить справедливые требования рабочих (ст. 89).

Статьей 93 было установлено, что «заведующий предприятием признается ответственным за нарушения изложенных в статьях 42–68 и 88–113 правил, допущенных управлением предприятия. Налагаемые на заведующего денежные взыскания в случае неуплаты их в двухнедельный срок со времени объявления решения, обращаются на владельца предприятия, от которого зависит отыскивать с виновного убытки».

Глава седьмая Устава посвящена регулированию ответственности за вред, причиненный здоровью рабочего.

Так, при несчастных случаях в фабрично-заводских, горных и горнозаводских предприятиях владельцы предприятий обязаны были «вознаграждать, на основании правил, изложенных в сей главе, рабочих, без различия их пола и возраста, за утрату долее чем на три дня трудоспособности от телесного повреждения, причиненного им работами по производству предприятия или происшедшего вследствие таковых работ».

Владелец предприятия освобождался от обязанности вознаграждать рабочих и членов их семейств (ст. 541) только в том случае, если докажет, что причиной несчастного случая были злой умысел самого потерпевшего или грубая неосторожность его, не оправдываемая условиями и обстановкой производства работ (ст. 542).

В соответствии со ст. 543 «владелец предприятия обязан вознаграждать, на основании правил, изложенных в сей главе, рабочих и членов их семейств, хотя бы работы по производству предприятия, вызвавшие несчастный случай (ст. 541), были сданы с подряда третьему лицу».

Согласно ст. 544 «всякие, предшествовавшие несчастному случаю (ст. 541), соглашения, клонящиеся к ограничению права на вознаграждение или размеров оного», признавались недействительными.

Вознаграждение самих потерпевших производилось в виде пособий и пенсий (ст. 545).

Пособия назначались со дня несчастного случая по день восстановления трудоспособности или признания утраты ее постоянной (ст. 566) «в размере половины действительного заработка потерпевшего».

Независимо от вознаграждения, указанного в ст. 545, владелец предприятия, если потерпевший не пользовался от него бесплатной врачебной помощью, обязан был возмещать потерпевшему расходы по лечению впредь до излечения или до прекращения лечения (ст. 550).

Статья 557 предусматривала следующее: «Если будет доказано, что обыкновенный годовой заработок потерпевшего превышает исчисленное годовое содержание (ст. 556), то последнее должно быть увеличено до размера обыкновенного заработка. Если потерпевший не получал в предприятии никакой платы, то годовое содержание его определяется в размере произведения средней поденной платы чернорабочему (ст. 558) на двести шестьдесят».

Потерпевшим рабочим и членам их семейств предоставлялось право «входить с владельцем предприятия в соглашение о виде и размере причитающегося им вознаграждения» (ст. 571).

В случае добровольного закрытия предприятия его владелец обязан был обеспечить правильное производство причитающихся с него платежей по вознаграждению потерпевших рабочих и членов их семейств посредством «застрахования соответствующих этим платежам доходов в одном из действующих в России страховых обществ или учреждений или посредством внесения в одно из государственных кредитных установлений в государственных или гарантированных правительством процентных бумагах капиталов, обеспечивающих означенные платежи». Из внесенного капитала и приносимых им процентов упомянутые платежи удовлетворялись преимущественно перед другими долгами владельца предприятия (ст. 586).

Статья 588 устанавливала, что «при несостоятельности, а равно и в других случаях принудительной ликвидации предприятия или публичной его продажи, учреждения и лица, производящие ликвидацию или продажу, обязаны требовать от владельца предприятия и подлежащих Фабричных Инспекторов или Окружных Инженеров сведения о лежащих на владельце обязательствах по вознаграждению рабочих и членов их семейств, на основании правил, изложенных в главе седьмой».

В соответствии со ст. 592 «владельцы предприятий, страхующие рабочих и служащих от последствий несчастных случаев в действующих в России страховых обществах и учреждениях на условиях, не менее благоприятных для потерпевших и членов их семейств, чем предусмотренные правилами, изложенными в главе седьмой, освобождаются от возлагаемых на них последними обязанностей. Обязанности эти переносятся в таких случаях на означенные общества и учреждения, к коим и предъявляются иски об исполнении этих обязанностей (ст. 579)».

Статья 594 предусматривала, что «во всех случаях, не подходящих под действие правил, изложенных в главе седьмой, рабочие и служащие в промышленных предприятиях, а равно члены их семейств, вознаграждаются за причиненные им вред и убытки на общем основании законов гражданских».

Декретом ВЦИК от 22 декабря 1917 г. «О страховании на случай болезни» предусматривалось, что все категории занятых во всех отраслях труда подлежат страхованию «независимо от характера или длительности работы, а также от того, у кого они работают по найму: в государственных, общественных, частных или акционерных предприятиях или учреждениях, или у отдельных лиц»; «больничные кассы выдают за счет страховых товариществ по нормам, установленным для больных участников кассы, пособие… по случаю увечья, вследствие несчастных случаев, с первого дня потери трудоспособности по день восстановления ее, или по день установления постоянной утраты трудоспособности»10.

КЗоТ РСФСР 1918 г., в отличие от Устава о промышленном труде 1913 г., закреплял лишь отдельные нормы (правила) о взысканиях за нарушение дисциплины труда.

Так, ст. 68 Кодекса закрепляла норму о производстве вычетов из вознаграждения за прогул.

Трудящийся, систематически вырабатывающий изделий меньше установленной нормы выработки, мог быть, по постановлению соответствующей расценочной комиссии, переведен в низшую группу или категорию с соответственным понижением вознаграждения (ст. 118).

В ст. 119 КЗоТ было установлено, что если недостижение нормы выработки является следствием недобросовестности или грубой небрежности трудящегося, он может быть уволен в порядке, указанном в п. «г» ст. 46, без предупреждения за две недели до увольнения (ст. 47).

В соответствии со ст. 124 КЗоТ правила внутреннего распорядка должны были содержать в себе ясные, точные и по возможности исчерпывающие указания:

а) на общие обязанности всех трудящихся;

б) специальные обязанности трудящихся;

в) пределы и порядок ответственности за нарушение указанных в п. «а» и «б» обязанностей.

Таким образом, КЗоТ РСФСР 1918 г. существенно сузил нормы о дисциплинарной ответственности трудящихся и сместил акцент на локальное правовое регулирование11.

Декрет СНК РСФСР от 27 апреля 1920 г. «О борьбе с прогулами» устанавливал меры ответственности в качестве способа борьбы с прогулами. К таким мерам относились:

— вычеты из премии;

— предание дисциплинарному суду, как за саботаж, — за прогул свыше трех дней в течение месяца.

Кроме того, лица, уклоняющиеся от обязанности отработать прогул, подлежали заключению в концентрационный лагерь12.

Кодекс законов о труде РСФСР 1922 г. предусмотрел некоторые новеллы об ответственности. Так, согласно ст. 20 Кодекса «профессиональные союзы не несут имущественной ответственности по коллективным договорам».

В данном контексте примечательна норма о том, что «наложение на нанявшегося каких-либо денежных взысканий властью нанимателя или администрации предприятия воспрещается, за исключением случаев, предусмотренных специальными узаконениями или правилами внутреннего распорядка» (ст. 43).

Трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, а равно срочный договор до истечения его срока, мог быть расторгнут по требованию нанимателя, кроме случаев, предусмотренных ст. 36 и 37 КЗоТ РСФСР 1922 г., лишь в следующих случаях:

— «систематического неисполнения нанявшимся без уважительных причин обязанностей, возлагаемых на него договором или правилами внутреннего распорядка»;

— «неявки на работу более трех дней сряду, или в общей сложности более шести дней в месяц без уважительных причин» (п. «г», «е» ст. 47).

Статья 51 устанавливала, что правила внутреннего распорядка должны содержать в себе ясные и, по возможности, исчерпывающие указания на пределы и порядок ответственности за их нарушение.

Статьей 83 была установлена норма о материальной ответственности трудящихся за причиненный ими материальный ущерб. Так, порча приспособлений, изделий и материалов, вследствие небрежности нанявшегося или вследствие невыполнения им правил внутреннего распорядка, могла повлечь за собой, «по постановлению расценочно-конфликтной комиссии, единовременный вычет из его заработка в размере стоимости повреждения, но не свыше 1/3 его месячной тарифной ставки».

Вместе с тем КЗоТ РСФСР 1922 г. закреплял и нормы иной отраслевой принадлежности. В частности, предусматривалось, что:

— органы инспекции труда «привлекают к ответственности в административном и судебном порядке за несоблюдение постановлений Кодекса, декретов, инструкций, распоряжений и прочих актов Советской власти, направленных к охране жизни и здоровья трудящихся» (ст. 148);

— «нарушение правил, установленных в главе XV Кодекса “О профессиональных (производственных) союзах рабочих и служащих и их органах в предприятиях, учреждениях и хозяйствах”, карается по ст. 134 Уголовного кодекса РСФСР» (ст. 167);

— все нарушения КЗоТ и «всех других узаконений о труде, а также коллективных договоров, поскольку они преследуются в уголовном порядке, рассматриваются в особых сессиях народных судов» (ст. 169)13.

Нормы, касающиеся возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью рабочего или служащего, содержались в гл. XIII «Обязательства, возникающие вследствие причинения другому вреда» ГК РСФСР 1922 г.

Согласно ст. 412 ГК РСФСР выплата возмещения вреда производилась не причинителем вреда, а страховым органом, вне зависимости от того, были уплачены за пострадавшего страховые взносы или нет. Это правило касалось постоянно занятых рабочих и служащих, так как некоторые из категорий работников страховались лишь частично (например, временные и сезонные рабочие — только от несчастных случаев на производстве по отдельным работам, а сельскохозяйственные рабочие — только по временной нетрудоспособности, в том числе от несчастного случая на производстве).

По общему правилу работодатель не нес ответственности за вред, причиненный работнику при исполнении им трудовых обязанностей.

Статьи 409 и 410 ГК РСФСР 1922 г., по сути, сводили возмещение вреда к восстановлению прежнего состояния, а если это было невозможно, то к возмещению причиненных убытков застрахованному14.

Необходимо отметить, что в законодательстве начала 1920-х гг. и в последующем предусматривалось возмещение только материального вреда, но не морального вреда, считавшегося неоценимым в денежном эквиваленте. Гражданско-правовая ответственность за причинение морального вреда рассматривалась как извращение ответственности за вред.

Лицам, пострадавшим от несчастных случаев на производстве, и членам их семей устанавливалась пенсия по инвалидности или пенсия по случаю потери кормильца, а часть заработка и расходов на медицинскую и социальную реабилитацию, не возмещенная пенсией, выплачивалась причинителем вреда (предприятиями, учреждениями, хозяйствами) в гражданско-правовом порядке.

Таким образом, несчастный случай на производстве стал деликтным и страховым случаем одновременно, определяющим как гражданско-правовые отношения (при регулировании предоставления единовременных и ежемесячных выплат в возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью), так и отношения по государственному социальному страхованию (в части выплаты пособия по временной нетрудоспособности и пенсий по инвалидности и по случаю потери кормильца).

КЗоТ РСФСР 1922 г. предусматривал, что социальное страхование распространяется на всех лиц наемного труда, независимо от характера и длительности их работы и способов расплаты с ними.

Социальное страхование охватывало собою:

а) оказание лечебной помощи;

б) выдачу пособий при временной утрате трудоспособности (болезнь, увечье и пр.).

Для проведения социального страхования взимались страховые взносы в процентном отношении к выплачиваемой заработной плате. Размер страховых взносов, в зависимости от степени вредности и опасности предприятия, устанавливался особыми постановлениями СНК РСФСР.

Страховые взносы вносились предприятиями, учреждениями или лицами, пользующимися наемным трудом, без права обложения страхуемого и без вычета их из заработной платы (ст. 177, 178 КЗоТ РСФСР 1922 г.).

В отношениях по возмещению вреда между трудящимся и предприятием активную посредническую роль играл профсоюзный комитет, имевший полномочия по назначению пособия по временной нетрудоспособности вследствие трудового увечья, по участию в рассмотрении споров по возмещению вреда.

Итак, отношения по возмещению вреда до 1961 г. регулировались ГК РСФСР 1922 г.

28 августа 1926 г. СНК РСФСР принял декрет «О трудовой дисциплине государственных служащих». На основании ст. 4 данного акта Народный комиссариат труда РСФСР 26 ноября 1926 г. утвердил Табель взысканий за нарушение трудовой дисциплины в государственных учреждениях и управленческом аппарате государственных трестов, синдикатов и акционерных обществ с преобладающим участием государственного капитала.

Табель предусматривал виды взысканий: выговор; строгий выговор; увольнение. Служебные проступки, влекущие за собой применение дисциплинарного взыскания, подразделялись на две группы в зависимости от степени тяжести.

В первую входили:

а) небрежное обращение с предоставленными для выполнения служебной работы приборами, аппаратами и т.п., повлекшее порчу или утерю их;

б) пользование пишущими машинками, счетными аппаратами и другими приборами для внеслужебных целей, а также унос принадлежащего учреждению имущества или деловых бумаг без разрешения администрации;

в) разговоры личного характера во время работы, принятие посетителей по личным делам в рабочее время;

г) самовольная отлучка во время работы или преждевременный уход с работы без соответствующего разрешения, а равно несоблюдение действующих в учреждении правил контроля за свое­временностью прихода и ухода служащих.

Ко второй группе относились:

а) оказание предпочтения одному посетителю перед другим, не вызываемое действительной необходимостью (протекционизм);

б) грубое обращение с посетителями;

в) неисполнение законных распоряжений администрации по вопросам, входящим в круг обязанностей работника;

г) появление на работе в нетрезвом виде.

Табель устанавливал порядок наложения дисциплинарных взысканий.

Так, проступки первой группы, совершенные впервые, могли повлечь такую меру взыскания, как выговор. Если же проступок совершался второй раз — строгий выговор. Аналогично решался вопрос о взыскании при совершении впервые проступка второй группы. Однако за проступки, совершенные во второй раз, предусматривалось увольнение.

За опоздание до трех раз в течение месяца объявлялся выговор; за опоздание до пяти раз в течение месяца — строгий выговор; за шесть опозданий в течение месяца работник увольнялся15.

Постановлением Народного комиссариата труда РСФСР от 11 января 1928 г. был утвержден новый Табель взысканий за нарушение трудовой дисциплины в государственных учреждениях и управленческом аппарате государственных и торговых предприятий и акционерных обществ с преобладающим участием государственного капитала.

Табель взысканий от 11 января 1928 г. являлся примерным, его можно было изменить в соответствии с особенностями учреждения по соглашению между администрацией и соответствующим профессиональным союзом. Табель устанавливал такие дисциплинарные взыскания, как выговор и увольнение. При этом увольнение допускалось только по решению расценочно-конфликтной комиссии16.

Постановление Народного комиссариата труда СССР от 17 декабря 1930 г. № 368 «О правилах внутреннего распорядка и Табеле взысканий для предприятий и учреждений обобществленного сектора» предусматривало следующие дисциплинарные взыскания:

— выговор с объявлением по предприятию и отметкой в документах;

— привлечение к товарищескому суду;

— увольнение без предупреждения и выплаты выходного пособия17.

Таким образом, данный нормативный правовой акт расширил виды дисциплинарной ответственности рабочих и служащих, а также ввел меру общественного воздействия.

Постановлением ЦИК и СНК СССР от 12 июня 1929 г. «Об имущественной ответственности рабочих и служащих за ущерб, причиненный ими нанимателям» предусматривалось, что рабочие и служащие несут имущественную ответственность перед нанимателем за причиненный последнему при исполнении служебных обязанностей ущерб — в размере действительного ущерба, но не свыше 1/3 своей тарифной ставки, если ущерб вызван небрежностью в работе или нарушением закона, правил внутреннего распорядка, специальных инструкций и распоряжений нанимателя.

Такую ответственность рабочие и служащие несли в случаях:

а) порчи, уничтожения или утраты орудий производства (машин, инструментов, приспособлений), инвентаря, спецодежды, предохранительных предметов, материалов и изделий;

б) недобора денежных сумм, утраты документов, полного или частичного обесценения документов, необходимости для нанимателя произвести излишние или штрафные выплаты;

в) недостачи, сверх предусмотренных норм, ценностей, переданных под ответственность нанявшегося работника для хранения или для других целей;

г) неправильного израсходования денежных сумм, выданных на хозяйственные нужды (ст. 1).

Рабочие и служащие несли имущественную ответственность перед нанимателем за причиненный последнему ущерб в пределах полного размера ущерба в следующих случаях:

а) когда ущерб причинен действиями работника, содержащими признаки деяний, преследуемых в уголовном порядке;

б) когда специальными законами на работника возложена полная либо повышенная, по сравнению с указанным в ст. 1 пределом, имущественная ответственность за ущерб, причиненный нанимателю при исполнении служебных обязанностей;

в) когда между работником и нанимателем имеется особый письменный договор о принятии на себя работником полной либо повышенной, по сравнению с указанным в ст. 1 пределом, имущественной ответственности за недостачу, сверх предусмотренных норм, ценностей, переданных под ответственность работника для хранения или для других целей;

г) когда ущерб причинен не при исполнении служебных обязанностей (ст. 2).

При определении размера ущерба принимались во внимание только прямые убытки, но не упущенная нанимателем выгода (ст. 3).

В случаях, указанных в ст. 1 постановления ЦИК и СНК СССР от 12 июня 1929 г., возмещение ущерба производилось путем вычета нанимателем своей властью соответствующей суммы из заработной платы работника. Распоряжение нанимателя о производстве вычета могло быть сделано не позднее месячного срока со дня обнаружения нанимателем причиненного ему работником ущерба.

Вычет мог быть произведен не ранее истечения семи дней со дня сообщения работнику распоряжения нанимателя. Если работником в указанный срок было заявлено о незаконности вычета или о неправильности его размера, то вычет не производился и вопрос вносился нанимателем в 14-дневный срок на разрешение расценочно-конфликтной комиссии, а в подлежащих случаях — сессии народного суда по трудовым делам.

Вычет мог производиться лишь с таким расчетом, чтобы при каждой выплате заработной платы удерживаемая путем вычета сумма вместе с иными удержаниями из заработной платы, производимыми в порядке судебного или бесспорного взыскания, не превысила 50% причитающейся работнику заработной платы (ст. 4, 5).

В случаях, указанных в ст. 2, возмещение ущерба при наличии спора производилось путем предъявления нанимателем судебного иска к работнику.

При установлении судебными органами размеров подлежащего возмещению ущерба должны учитываться не только причиненные убытки, но и та конкретная обстановка, при которой убытки были причинены. Недопустимо было возложение на работника ответственности за такой ущерб, который мог быть отнесен к категории нормального производственно-хозяйственного риска (ст. 6, 7)18.

Согласно постановлению ЦИК и СНК СССР от 27 мая 1932 г. «Об имущественной ответственности работников за материалы и изделия и за имущество предприятия или учреждения, выданное в пользование работникам» работник нес имущественную ответственность как в случае хищения или умышленной порчи им материалов, изделий и имущества, так и в случае утраты или порчи, происшедших по небрежности.

Предельные размеры ответственности работника устанавливались по отдельным видам имущества инструкцией Народного комиссариата труда СССР, издаваемой по согласованию с ВЦСПС.

При установлении размеров ответственности за имущество, выданное в пользование работнику, должна была учитываться фактическая изношенность имущества.

Суммы, которые должны быть взысканы с работника, удерживались непосредственно по распоряжению администрации из заработной платы и любых других сумм, причитающихся работнику от предприятия или учреждения. Работник вправе был обжаловать это удержание или размер его в расценочно-конфликтную комиссию.

Независимо от имущественной ответственности, администрация могла, «в случаях хищения или умышленной порчи, привлечь работника к дисциплинарной ответственности, наложив на него взыскание по табели» (ст. 3).

При каждой выплате удержание не могло превышать 25% всех причитающихся работнику сумм. Если из заработной платы работника производились также и другие удержания, то общий размер всех удержаний не мог превышать 50% всех причитающихся сумм.

Удержание производилось при каждой выплате впредь до полного погашения долга. Если при увольнении работника удержание в указанных размерах не покрывало всего долга, то оставшаяся часть взыскивалась администрацией в упрощенном порядке по законодательству союзных республик (ст. 4)19.

В предвоенное время уникальным правовым явлением явился Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений».

Указом было установлено, что рабочие и служащие, самовольно ушедшие с государственных, кооперативных и общественных предприятий или из учреждений, предаются суду и по приговору народного суда подвергаются тюремному заключению сроком от двух до четырех месяцев.

За прогул без уважительной причины рабочие и служащие государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений предаются суду и по приговору народного суда караются исправительно-трудовыми работами по месту работы на срок до шести месяцев с удержанием из заработной платы до 25%.

В связи с этим отменялось обязательное увольнение за прогул без уважительных причин.

Директора предприятий и начальники учреждений за уклонение от предания суду лиц, виновных в самовольном уходе с предприятия или из учреждения, и лиц, виновных в прогулах без уважительных причин, а также принявшие на работу укрывающихся от закона лиц, самовольно ушедших с предприятий и из учреждений, привлекались к судебной ответственности20.

Следовательно, условия предвоенного времени предопределили замену дисциплинарной ответственности на так называемую аморфную судебную ответственность.

В послевоенное время закономерным явлением в истории правового регулирования дисциплинарной ответственности был Указ Президиума Верховного Совета СССР от 14 июля 1951 г. «О замене судебной ответственности рабочих и служащих за прогул, кроме случаев неоднократного и длительного прогула, мерами дисциплинарного и общественного воздействия».

Согласно ст. 1 Указа за прогул без уважительной причины, совершенный рабочими и служащими государственных, кооперативных и иных общественных предприятий и учреждений, директор предприятия или начальник учреждения применял одну из следующих мер:

а) дисциплинарное взыскание согласно правилам внутреннего трудового распорядка, а на предприятиях и в учреждениях, где действуют специальные уставы о дисциплине, — согласно этим уставам;

б) лишение права на получение процентной надбавки на срок до трех месяцев или снижение единовременного вознаграждения за выслугу лет в размере до 25% на предприятиях и в учреждениях, где установлена выплата за выслугу лет процентных надбавок к заработной плате или единовременного вознаграждения;

в) увольнение с работы с указанием в трудовой книжке о том, что работник уволен за прогул без уважительной причины.

Директору предприятия или начальнику учреждения, по его усмотрению, предоставлялось право вместо применения мер, указанных в ст. 1 Указа, направлять дела о прогулах без уважительных причин на рассмотрение товарищеского суда.

В случае прогула без уважительной причины, совершенного неоднократно (более двух раз в течение трех месяцев) или продолжавшегося свыше трех дней, директор предприятия или начальник учреждения вправе был передать дело в суд для привлечения виновного к уголовной ответственности21.

В Указе Президиума Верховного Совета СССР от 25 апреля 1956 г. «Об отмене судебной ответственности рабочих и служащих за самовольный уход с предприятий и из учреждений и за прогул без уважительной причины» отмечалось, что существующая судебная ответственность рабочих и служащих за самовольный уход с предприятий и из учреждений и за неоднократный или длительный прогул без уважительной причины не вызывается необходимостью и может быть заменена мерами дисциплинарного и общественного воздействия.

Согласно ст. 7 этого Указа за прогул без уважительной причины, совершенный рабочим или служащим, директор предприятия или начальник учреждения применял одну из следующих мер:

а) дисциплинарное взыскание согласно правилам внутреннего трудового распорядка, а на предприятиях и в учреждениях, где действуют специальные уставы о дисциплине, согласно этим уставам;

б) лишение права на получение процентной надбавки за выслугу лет на срок до трех месяцев или снижение единовременного вознаграждения за выслугу лет в размере до 25%;

в) увольнение с работы с указанием в трудовой книжке о том, что работник уволен за прогул без уважительной причины. Уволенный терял стаж непрерывной работы и получал право на обеспечение пособием по временной нетрудоспособности после того, как проработает не менее шести месяцев на новом месте работы.

Вместо применения указанных мер директор предприятия или начальник учреждения по своему усмотрению мог передать материал о прогуле без уважительной причины на рассмотрение товарищеского суда22.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 октября 1961 г. «О порядке рассмотрения споров о возмещении предприятиями, учреждениями, организациями ущерба, причиненного рабочим и служащим увечьем либо иным повреждением здоровья, связанным с их работой» (в редакции от 27 сентября 1971 г. № 2151-VIII, от 26 января 1983 г. № 8723-Х) было предусмотрено, что в случае причинения по вине предприятия, учреждения, организации рабочему или служащему увечья либо иного повреждения здоровья, связанного с его работой, возмещение причиненного рабочему или служащему ущерба производится по решению администрации предприятия, учреждения, организации. При несогласии заинтересованного лица с решением администрации спор рассматривается профсоюзным комитетом предприятия, учреждения, организации.

Если заинтересованное лицо или администрация не согласны с постановлением профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации, а также в случае отсутствия на предприятии, в учреждении, организации профсоюзного комитета спор о возмещении причиненного ущерба рассматривается народным судом23.

В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 октября 1961 г. и постановлением Совета Министров СССР от 9 октября 1961 г. № 921 были приняты Правила возмещения предприятиями, учреждениями, организациями ущерба, причиненного рабочим и служащим увечьем либо иным повреждением здоровья, связанным с их работой24 (далее в данном параграфе — Правила 1961 г.).

Согласно п. 1 этих Правил предприятия, учреждения, организации несли ответственность за вред, причиненный работнику, только при наличии вины в причинении рабочему или служащему трудового увечья. В п. 2 предусматривалось, что вина по каждому несчастному случаю устанавливается с учетом конкретных обстоятельств и имеющихся доказательств (в частности, акта о несчастном случае на производстве).

В соответствии с п. 9 Правил 1961 г. правом на возмещение вреда обладали все рабочие и служащие, вне зависимости от установления им группы инвалидности.

В случае умысла пострадавшего деликтные выплаты ему либо членам его семьи предприятием не производились, а в случае грубой неосторожности — снижались пропорционально установленной смешанной ответственности (п. 19 Правил 1961 г.).

Постановлением Совета Министров СССР от 3 июля 1984 г. № 690 были утверждены новые Правила возмещения предприятиями, учреждениями, организациями ущерба, причиненного рабочим и служащим увечьем либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей25 (далее в данном параграфе — Правила 1984 г.).

Согласно п. 1 этих Правил предприятия, учреждения, организации несли материальную ответственность за ущерб, причиненный рабочим и служащим увечьем либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей и происшедшим по вине организации как на территории этой организации, так и за ее пределами.

Правила 1984 г. несколько отличались от Правил 1961 г. Так, возмещение ущерба состояло в выплате потерпевшему денежных сумм в размере заработка, которого он лишился вследствие утраты трудоспособности от данного увечья либо иного повреждения здоровья.

Сверх возмещения утраченного заработка предприятие, учреждение, организация возмещали потерпевшему также расходы на уход за ним, на дополнительное питание, протезирование, санаторно-курортное лечение (включая оплату проезда) и другие расходы, если врачебно-трудовой экспертной комиссией (далее — ВТЭК) он признан нуждающимся в этих видах помощи в связи с данным повреждением здоровья и не получил их бесплатно от соответствующих предприятий, учреждений, организаций (п. 3, 4 Правил 1961 г., п. 8 Правил 1984 г. и п. 22 Инструкции от 1985 г.).

Размер возмещения ущерба, связанного с потерей потерпевшим прежнего заработка или уменьшением его в связи с трудовым увечьем, определялся в процентах к этому заработку, соответствующих степени утраты им профессиональной трудоспособности.

Если в связи с трудовым увечьем потерпевшему была назначена пенсия по инвалидности, то размер возмещения ущерба снижался на сумму этой пенсии.

Пенсии по другим основаниям, назначенные потерпевшему как до, так и после наступления трудового увечья, при определении размера возмещения ущерба подлежали зачету в части, равной пенсии по инвалидности, на которую потерпевший имел право в связи с трудовым увечьем (п. 7 Правил 1984 г.).

Если трудовое увечье наступило не только по вине организации, но и вследствие грубой неосторожности потерпевшего, размер возмещения ущерба должен был быть уменьшен в зависимости от степени вины потерпевшего (п. 10 Правил 1984 г.).

Размер возмещения ущерба, причиненного рабочему или служащему увечьем либо иным повреждением здоровья, определялся в зависимости от степени утраты работником профессиональной трудоспособности (способности к труду по своей профессии) и в соответствующих случаях — общей трудоспособности (способности к неквалифицированному труду), а также от размера его среднемесячного заработка и пенсии, назначенной в связи с данным увечьем либо иным повреждением здоровья26

В 1992 г. принимаются третьи в истории трудового права Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей27 (далее в данном параграфе — Правила 1992 г.), которыми были устранены пробелы в правовом регулировании указанных отношений.

Согласно ст. 1 Правил 1992 г. отношения по возмещению вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, регулируются ГК РФ и названными Правилами.

Представляется классической ст. 2 «Ответственность работодателя за вред, причиненный здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей».

В соответствии со ст. 3 Правил 1992 г. работодатель обязан был возместить в полном объеме вред, причиненный здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей источником повышенной опасности (ст. 454 ГК РСФСР28), если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы либо умысла потерпевшего. Если вред причинен здоровью работника не источником повышенной опасности, то работодатель освобождался от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, условием ответственности за возникшее у работника профессиональное заболевание являлась вина работодателя. Если же профессиональное заболевание возникло в результате действия источника повышенной опасности (например, механизма, вещества), то предприятие отвечало за причиненный вред без вины, как владелец источника повышенной опасности.

Трудовое увечье считалось наступившим по вине работодателя, если оно произошло вследствие необеспечения им здоровых и безопасных условий труда (несоблюдения правил охраны труда, техники безопасности, промышленной санитарии и т.п.).

В ст. 7 Правил 1992 г. предусматривалась смешанная ответственность. В частности, если грубая неосторожность потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, то в зависимости от степени вины потерпевшего размер возмещения соответственно уменьшался.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины работодателя в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины (ст. 3 Правил 1992 г.), размер возмещения также соответственно уменьшался. При этом отказ в возмещении вреда не допускался.

Смешанная ответственность не применялась к дополнительным видам возмещения вреда, к выплате единовременного пособия, а также при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст. 21, 24, 27, 29 Правил 1992 г.).

В соответствии со ст. 8 указанных Правил возмещение вреда определялось как выплата потерпевшему денежных сумм в размере заработка (или соответствующей его части) исходя из степени утраты профессиональной трудоспособности, независимо от того, что прежний заработок работником фактически не утрачен в связи с продолжением работы.

Статья 8 закрепляла следующие виды возмещения вреда:

— выплата потерпевшему денежных сумм в размере заработка (или соответствующей его части) в зависимости от степени утраты профессиональной трудоспособности вследствие данного трудового увечья;

— компенсации дополнительных расходов;

— выплата в установленных случаях единовременного пособия;

— возмещение морального ущерба.

Полагающиеся в соответствии с Правилами 1992 г. денежные суммы в возмещение вреда, компенсации дополнительных расходов и единовременное пособие могли быть увеличены по соглашению сторон или на основании коллективного договора (соглашения) (ст. 10).

Новеллой в правовом регулировании явилась ст. 11 «Повышение сумм возмещения вреда в связи с ростом стоимости жизни и увеличением минимального размера оплаты труда». Ежемесячные платежи подлежали увеличению пропорционально повышению минимального размера оплаты труда.

Согласно ст. 12 Правил 1992 г. размер возмещения вреда определялся в процентах к заработку потерпевшего до трудового увечья, соответствующих степени утраты им профессиональной трудоспособности.

При возмещении заработка или его части пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с трудовым увечьем, а равно другие пенсии, назначенные как до, так и после трудового увечья, в счет возмещения вреда не засчитывались. Также не засчитывался в счет возмещения вреда заработок, получаемый потерпевшим после увечья.

В составе заработка, из которого исчислялся размер возмещения вреда, учитывалась оплата за сверхурочную работу, за работу в выходные и праздничные дни и за совместительство, кроме всякого рода выплат единовременного характера (компенсация за неиспользованный отпуск, выходное пособие при увольнении и др.). За период временной нетрудоспособности и отпуска по беременности и родам учитывалось выплаченное пособие (ст. 13 Правил 1992 г.).

В соответствии со ст. 21 рассматриваемых Правил работодатель, ответственный за причинение вреда, обязан был компенсировать потерпевшему сверх возмещения среднемесячного заработка дополнительные расходы, вызванные трудовым увечьем, в частности на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, уход за потерпевшим, санаторно-курортное лечение, включая оплату проезда потерпевшего к месту лечения и обратно, и др.

Сверх возмещения утраченного заработка, дополнительных видов возмещения вреда работодатель обязан был выплачивать потерпевшему единовременное пособие. Его размер определяется в соответствии со степенью утраты профессиональной трудоспособности исходя из установленного (на день выплаты) минимального размера оплаты труда за пять лет (ст. 24 Правил 1992 г.).

Работодатель мог быть освобожден от возмещения вреда только в том случае, если докажет, что вред причинен не по его вине, кроме случаев причинения вреда источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 14 Правил 1992 г. среднемесячный заработок для определения размера возмещения определялся за 12 последних месяцев работы. Исходя из положений данной статьи, в случаях, когда утрата потерпевшим трудоспособности в связи с повреждением здоровья наступила не сразу, а спустя некоторое время после несчастного случая, размер возмещения мог быть исчислен по выбору потерпевшего: исходя из его заработка за 12 месяцев, предшествовавших утрате трудоспособности, или за 12 месяцев, предшествовавших несчастному случаю.

В случае профессионального заболевания среднемесячный заработок мог определяться также за 12 последних месяцев работы, предшествовавших прекращению работы, повлекшей такое заболевание.

Если потерпевший в связи с повреждением здоровья нес дополнительные расходы, они подлежали взысканию с причинителя вреда (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, санаторно-курортное лечение, включая стоимость проезда к месту лечения и обратно самого потерпевшего, а в необходимых случаях и сопровождающего лица, приобретение специальных транспортных средств, их техническое обслуживание, капитальный ремонт, приобретение горючего и т.п.), если эти виды помощи не были предоставлены потерпевшему бесплатно.

Важнейшей новеллой в истории правового регулирования ответственности явилась ст. 25 Правил 1992 г., согласно которой работодатель обязан возместить потерпевшему, получившему трудовое увечье, моральный вред (физические и нравственные страдания). Моральный вред мог возмещаться в денежной или иной материальной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда29.

Моральный вред, причиненный гражданину, подлежал возмещению, если несчастный случай имел место после 3 августа 1992 г., поскольку до введения в действие Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик30 указанный вид ответственности для случаев причинения вреда здоровью законом не был предусмотрен.

В остальных случаях в соответствии со ст. 4 Правил 1992 г., ст. 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик условием возмещения морального вреда являлась вина причинителя вреда.

Размер возмещения морального вреда определялся судом в решении исходя из степени тяжести травмы, иного повреждения здоровья, других обстоятельств, свидетельствующих о перенесенных потерпевшим физических и нравственных страданиях, а также с учетом имущественного положения причинителя вреда, степени вины потерпевшего и иных конкретных обстоятельств.

В соответствии с ч. 1 ст. 3, ст. 25, 30 Правил 1992 г. предприятие обязано было возместить потерпевшему работнику моральный вред, причиненный источником повышенной опасности, независимо от своей вины31.

При этом нельзя не отметить, что и теория и практика отрицали возможность применения этого института. «Понятие денежного возмещения морального вреда чуждо советскому правосознанию»32.

В Советском государстве человеческое достоинство может быть охранено лишь нормами уголовного, но не гражданского законодательства и в противоположность капиталистическому строю, где все расценивается на деньги, личность выше того, чтобы ее достоинство можно было бы оплачивать. Поэтому возмещение морального вреда не могло иметь места в советском праве33.

Одним из первых, кто высказался за юридическое признание морального вреда, был С. А. Беляцкин, который полагал возможным возмещение как имущественного, так и неимущественного, т.е. морального вреда. Под моральным вредом, подлежащим возмещению, он понимал страдания и лишения физические и нравственные, причиненные потерпевшему неправомерной деятельностью делинквента34.

Аналогичной позиции придерживался И. А. Покровский, указывавший, что неисполнение договора, даже имущественного содержания, может причинить контрагенту, кроме материального вреда, еще нематериальные неприятности35.

Развивал теорию морального вреда и обосновал необходимость его денежной компенсации Б. С. Утевский.

В 1970–1980-х гг. активно разрабатывали данную проблему А. М. Белякова, Н. С. Малеин, Н. Ю. Сергеева, М. Я. Шиминова, Противниками материальной компенсации морального вреда выступали Н. П. Волошин, В. Т. Смирнов, А. А. Собчак и некоторые другие. Возражения против введения в советское законодательство института компенсации морального вреда были следующие:

1) компенсация морального вреда чужда социалистическому правосознанию;

2) моральный вред не может быть оценен и потому не может быть компенсирован в деньгах;

3) законодательство не содержит норм о возможности компенсации морального вреда;

4) допущение исков о возмещении морального вреда создаст у потерпевших соблазн использовать факт причинения морального вреда в качестве источника для извлечения нетрудовых доходов.

Как справедливо отмечал М. И. Бару, «во всех случаях и все субъекты трудовых отношений наряду с имущественными правами приобретают и неимущественные права, подлежащие охране и защите от всякого их нарушения»36.

В 1991 г. были приняты Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик. Статьей 131 Основ установлена ответственность за моральный вред, причиненный гражданину неправомерными действиями, и в том случае, когда в законе отсутствует специальное указание о возможности его компенсации.

Проблема компенсации морального вреда при нарушении трудовых прав работников была решена постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»37.

Впервые в судебной практике было определено понятие морального вреда. Под таковым понимались для всех видов правоотношений нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона материальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законом об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права граждан.

Применительно к трудовым отношениям степень нравственных и физических страданий стала оцениваться судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей работника и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

С принятием постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 стала складываться практика субсидиарного применения судами норм гражданского права к случаям компенсации морального вреда, вытекающего из трудовых отношений.

Очевидно, данное постановление определило необходимость внесения соответствующих новаций в трудовое законодательство.

Федеральным законом от 17 марта 1997 г. № 59-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в статью 213 Кодекса законов о труде Российской Федерации» эта статья была дополнена ч. 5, предусматривавшей возмещение морального вреда.

Заметной вехой в истории дисциплинарной и материальной ответственности явились Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о труде38 (далее в данном параграфе — Основы).

Однако закрепление норм о материальной ответственности в гл. V «Заработная плата. Гарантии и компенсации» представляется не совсем обоснованным и правильным.

Согласно ст. 49 Основ за ущерб, причиненный предприятию, учреждению, организации при исполнении трудовых обязанностей, рабочие и служащие, по вине которых причинен ущерб, несли материальную ответственность в размере прямого действительного ущерба, но не более своего среднего месячного заработка.

Материальная ответственность свыше среднего месячного заработка допускалась лишь в случаях, указанных в законодательстве Союза ССР.

Возмещение ущерба рабочими и служащими в размере, не превышающем среднего месячного заработка, производилось по распоряжению администрации предприятия, учреждения, организации, а руководителями предприятия, учреждения, организации и их заместителями — по распоряжению вышестоящего в порядке подчиненности органа путем удержания из заработной платы работника. Распоряжение администрации или вышестоящего в порядке подчиненности органа должно было быть сделано не позднее двух недель со дня обнаружения причиненного работником ущерба и обращено к исполнению не ранее семи дней со дня сообщения об этом работнику. Если работник не был согласен с вычетом или его размером, трудовой спор по его заявлению рассматривался в порядке, предусмотренном законодательством.

В остальных случаях возмещение ущерба производилось путем предъявления администрацией иска в районный (городской) народный суд.

Вместе с тем ст. 106 Основ определила особенности регулирования труда некоторых категорий рабочих и служащих. В частности, пределы материальной ответственности рабочих и служащих за ущерб, причиненный предприятию, учреждению, организации хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в тех случаях, когда фактический размер ущерба превышал его номинальный размер, устанавливался законами Союза ССР и постановлениями Совета Министров СССР.

Позитивной нормой Основ явилась ст. 52, которая предусматривала, что по отношению к отдельным недобросовестным работникам применяются в необходимых случаях меры дисциплинарного и общественного воздействия.

Статья 56 Основ закрепила следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) строгий выговор;

4) перевод на нижеоплачиваемую работу на срок до трех месяцев или смещение на низшую должность на тот же срок;

за систематическое нарушение трудовой дисциплины, прогул без уважительных причин, появление на работе в нетрезвом состоянии, в состоянии наркотического или токсического опьянения рабочий или служащий мог быть переведен на другую нижеоплачиваемую работу или смещен на другую низшую должность на срок, указанный в абзаце первом данного пункта;

5) увольнение (п. 3, 7 и 8 ст. 17, а также п. 1 ст. 17.1).

Законодательными актами Союза ССР и союзных республик, уставами и положениями о дисциплине могли быть предусмотрены для отдельных категорий рабочих и служащих также и другие дисциплинарные взыскания39.

Администрация имела право вместо применения дисциплинарного взыскания передать вопрос о нарушении трудовой дисциплины на рассмотрение трудового коллектива, товарищеского суда или общественной организации.

При применении дисциплинарного взыскания должны были учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника, отношение к труду40.

Согласно ст. 56.1 Основ41 дисциплинарное взыскание применялось органом, которому предоставлено право приема (избрания, утверждения и назначения на должность) данного работника.

Дисциплинарные взыскания на работников, несущих дисциплинарную ответственность по уставам, положениям и другим актам законодательства Союза ССР и союзных республик о дисциплине, могли налагаться также органами, вышестоящими по отношению к органам, указанным в части первой данной статьи.

Статья 56.2 Основ установила порядок применения и обжалования дисциплинарных взысканий и, по сути, явилась новеллой в правовом регулировании дисциплинарной ответственности.

Так, до применения дисциплинарного взыскания от работника должно было быть затребовано письменное объяснение.

Дисциплинарное взыскание применялось непосредственно за обнаружением проступка, но не позднее одного месяца со дня его обнаружения, не считая времени болезни работника или пребывания его в отпуске.

Взыскание не могло быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности — не позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включалось время производства по уголовному делу.

За каждый проступок могло быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) или постановление о применении дисциплинарного взыскания с указанием мотивов его применения объявлялось (сообщалось) работнику, подвергнутому взысканию, под расписку.

Вместе с тем ст. 56.2 Основ закрепляла нормы, которые вряд ли можно признать удачными. В частности, предусматривалось, что:

— дисциплинарное взыскание может быть обжаловано в порядке, установленном законодательством (исключительно неконкретная норма);

— орган, рассматривающий трудовой спор, вправе учитывать тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника, отношение к труду, а также соответствие дисциплинарного взыскания тяжести совершенного проступка (что не совсем соответствовало ст. 56 Основ)42.

Согласно ст. 56.3 Основ, если в течение года со дня применения дисциплинарного взыскания работник не был подвергнут новому дисциплинарному взысканию, то он считался не подвергшимся дисциплинарному взысканию.

Органом, применившим взыскание, оно могло быть снято до истечения года по собственной инициативе, по ходатайству непосредственного руководителя или трудового коллектива, если подвергнутый взысканию не совершил нового проступка и проявил себя как добросовестный работник.

В течение срока действия дисциплинарного взыскания меры поощрения к работнику не применялись.

Основы предусмотрели более широкий перечень дисциплинарных увольнений. При этом многие из них явились новеллами. Так, согласно ст. 17 трудовой договор мог быть расторгнут администрацией предприятия в случаях:

— систематического неисполнения рабочим или служащим без уважительных причин обязанностей, возложенных на него трудовым договором или правилами внутреннего трудового распорядка, если к рабочему или служащему ранее применялись меры дисциплинарного или общественного взыскания;

— прогула (в том числе отсутствия на работе более трех часов в течение рабочего дня) без уважительных причин;

— появления на работе в нетрезвом состоянии, в состоянии наркотического или токсического опьянения;

— совершения по месту работы хищения (в том числе мелкого) государственного или общественного имущества, установленного вступившим в законную силу приговором суда или постановлением органа, в компетенцию которого входит наложение административного взыскания или применение мер общественного воздействия.

Статья 17.1 Основ43 предусматривала, что трудовой договор некоторых категорий работников может быть прекращен в случаях:

1) однократного грубого нарушения трудовых обязанностей руководителем предприятия, учреждения, организации (филиала, представительства, отделения и другого обособленного подразделения) и его заместителями;

2) совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны администрации;

3) совершения работником, выполняющим воспитательные функции, аморального проступка, несовместимого с продолжением данной работы.

Впервые в истории трудового права ст. 20 Основ закрепила правило о том, что по требованию профсоюзного органа (не ниже районного) администрация обязана расторгнуть трудовой договор с руководящим работником или сместить его с занимаемой должности, если он нарушает законодательство о труде, не выполняет обязательств по коллективному договору, проявляет бюрократизм, допускает волокиту. Руководящий работник, избранный на должность трудовым коллективом, освобождается по требованию профсоюзного органа (не ниже районного) на основании решения общего собрания (конференции) соответствующего трудового коллектива или по его уполномочию — совета трудового коллектива.

Примечательно, что ст. 67 Основ предусмотрела материальную ответственность предприятий, учреждений, организаций за ущерб, причиненный рабочим и служащим повреждением их здоровья. В частности, устанавливалось, что предприятия, учреждения, организации несут в соответствии с законодательством Союза ССР и союзных республик материальную ответственность за ущерб, причиненный рабочим и служащим увечьем или иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими своих трудовых обязанностей.

Основы заложили предпосылки для формирования подинститута материальной ответственности работодателя. В соответствии со ст. 92, 93 Основ44 рабочему или служащему, незаконно уволенному с работы и восстановленному на прежней работе, выплачивался по решению суда средний заработок за время вынужденного прогула со дня увольнения, но не более чем за один год.

Рабочему или служащему, незаконно переведенному на другую работу и восстановленному на прежней работе, выплачивался по решению или постановлению органа по рассмотрению трудовых споров средний заработок за время вынужденного прогула или разница в заработке за время выполнения нижеоплачиваемой работы, но не более чем за один год.

Суд возлагал на должностное лицо, виновное в незаконном увольнении или переводе работника на другую работу, обязанность возместить ущерб, причиненный предприятию, учреждению, организации, в связи с оплатой за время вынужденного прогула или за время выполнения нижеоплачиваемой работы. Такая обязанность возлагалась, если увольнение или перевод произведены с явным нарушением закона или если администрация задержала исполнение решения суда о восстановлении на работе. Размер возмещения ущерба не мог превышать трех месячных окладов должностного лица.

Основы также закрепили своеобразную норму, содержащуюся в ст. 99.8 «Взаимная ответственность администрации и бригады», согласно которой должностные лица, виновные в нарушении обязанностей администрации перед бригадой, привлекаются к дисциплинарной ответственности, а за излишние денежные выплаты бригаде — также к материальной ответственности перед предприятием в порядке и размерах, установленных законодательством.

Бригада несла ответственность перед администрацией предприятия за невыполнение по ее вине производственных показателей. В этих случаях оплата производилась за выполненную работу, премии и другие поощрительные выплаты не начислялись. Ущерб, причиненный предприятию выпуском некачественной продукции по вине бригады, возмещался из ее коллективного заработка в пределах среднего месячного заработка бригады.

При распределении коллективного заработка между членами бригады учитывалась вина конкретных работников в выпуске некачественной продукции.

Однако Основы впервые в истории по необъяснимым причинам предусмотрели в ст. 105 объемную и неконкретную формулировку «ответственность за нарушение законодательства о труде». В соответствии с данной статьей «должностные лица, виновные в нарушении законодательства о труде и правил по охране труда, в невыполнении обязательств по коллективным договорам и соглашениям по охране труда или в воспрепятствовании деятельности профессиональных союзов, несут ответственность в порядке, установленном законодательством Союза ССР и союзных республик».

Кодекс законов о труде РСФСР 1971 г. развил многие нормы об ответственности, предусмотренные в Основах45. Это касается прежде всего материальной ответственности рабочих и служащих.

В соответствии со ст. 118 КЗоТ РСФСР 1971 г.46материальная ответственность за ущерб, причиненный предприятию, учреждению, организации при исполнении трудовых обязанностей, возлагалась на работника при условии, если ущерб причинен по его вине. Эта ответственность, как правило, ограничивалась определенной частью заработка работника и не должна была превышать полного размера причиненного ущерба, за исключением случаев, предусмотренных законодательством (ст. 119).

При определении размера ущерба учитывался только прямой действительный ущерб; не полученные доходы не учитывались.

Недопустимо было возложение на работника ответственности за такой ущерб, который мог быть отнесен к категории нормального производственно-хозяйственного риска.

Согласно ст. 118.1 работник, причинивший ущерб, мог добровольно возместить его полностью или частично. С согласия администрации предприятия, учреждения, организации работник мог передать для возмещения причиненного ущерба равноценное имущество или исправить поврежденное.

В соответствии со ст. 119 за ущерб, причиненный предприятию, учреждению, организации при исполнении трудовых обязанностей, работники, по вине которых причинен ущерб, несли материальную ответственность в размере прямого действительного ущерба, но не более своего среднего месячного заработка. Материальная ответственность свыше среднего месячного заработка допускалась лишь в случаях, указанных в законодательстве.

Важно отметить новеллу, закрепленную в ст. 121 КЗоТ РСФСР 1971 г. Так, работники в соответствии с законодательством несли материальную ответственность в полном размере ущерба, причиненного по их вине предприятию, учреждению, организации, в случаях, когда:

1) ущерб причинен преступными действиями работника, установленными приговором суда;

2) в соответствии с законодательством на работника возложена полная материальная ответственность за ущерб, причиненный предприятию, учреждению, организации при исполнении трудовых обязанностей;

3) между работником и предприятием, учреждением, организацией в соответствии со ст. 121.1 данного Кодекса заключен письменный договор о принятии на себя работником полной материальной ответственности за необеспечение сохранности имущества и других ценностей, переданных ему для хранения или для других целей;

4) ущерб причинен не при исполнении трудовых обязанностей;

5) имущество и другие ценности были получены работником под отчет по разовой доверенности или по другим разовым документам;

6) ущерб причинен недостачей, умышленным уничтожением или умышленной порчей материалов, полуфабрикатов, изделий (продукции), в том числе при их изготовлении, а также инструментов, измерительных приборов, специальной одежды и других предметов, выданных предприятием, учреждением, организацией работнику в пользование;

7) ущерб причинен работником, находившимся в нетрезвом состоянии.

Новеллой в истории ответственности были и нормы ст. 121.1 КЗоТ, согласно которой письменные договоры о полной материальной ответственности могли быть заключены предприятием, учреждением, организацией с работниками (достигшими 18-летнего возраста), занимающими должности или выполняющими работы, непосредственно связанные с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой или применением в процессе производства переданных им ценностей. Перечень таких должностей и работ, а также типовой договор о полной индивидуальной материальной ответственности утверждался в порядке, определяемом законодательством.

Аналогичную норму содержала ст. 121.2 КЗоТ РСФСР 1971 г. В соответствии с ней при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой или применением в процессе производства переданных им ценностей, когда невозможно разграничить материальную ответственность каждого работника и заключить с ним договор о полной материальной ответственности, могла вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность.

Коллективная (бригадная) материальная ответственность устанавливалась администрацией предприятия, учреждения, организации по согласованию с соответствующим выборным профсоюзным органом предприятия, учреждения, организации. Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности заключался между предприятием, учреждением, организацией и всеми членами коллектива (бригады).

Перечень работ, при выполнении которых могла вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность, условия ее применения, а также типовой договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности утверждался в порядке, определяемом законодательством.

Заметной новеллой следует считать и ст. 121.3 КЗоТ РСФСР 1971 г., в силу которой размер причиненного предприятию, учреждению, организации ущерба определялся по фактическим потерям, на основании данных бухгалтерского учета, исходя из балансовой стоимости (себестоимости) материальных ценностей за вычетом износа по установленным нормам.

При хищении, недостаче, умышленном уничтожении или умышленной порче материальных ценностей ущерб определялся по ценам, действовавшим в данной местности на день причинения ущерба.

На предприятиях общественного питания (на производстве и в буфетах) и в комиссионной торговле размер ущерба, причиненного хищением или недостачей продукции и товаров, определялся по ценам, установленным для продажи (реализации) этой продукции и товаров.

Размер возмещаемого ущерба, причиненного по вине нескольких работников, определялся для каждого из них с учетом степени вины, вида и предела материальной ответственности.

Статья 122 КЗоТ РСФСР 1971 г. установила порядок возмещения ущерба, причиненного предприятию, учреждению, организации, а именно:

— возмещение ущерба работниками в размере, не превышающем среднего месячного заработка, производилось по распоряжению администрации предприятия, учреждения, организации, а руководителями предприятий, учреждений, организаций и их заместителями — по распоряжению вышестоящего в порядке подчиненности органа путем удержания из заработной платы работника. Распоряжение администрации или вышестоящего в порядке подчиненности органа должно было быть сделано не позднее двух недель со дня обнаружения причиненного работником ущерба и обращено к исполнению не ранее семи дней со дня сообщения об этом работнику. Если работник не был согласен с вычетом или его размером, трудовой спор по его заявлению рассматривается в порядке, предусмотренном законодательством;

— в остальных случаях возмещение ущерба производилось путем предъявления администрацией иска в районный (городской) народный суд.

Если администрация в нарушение установленного порядка произвела удержание из заработной платы работника, то орган по рассмотрению трудовых споров принимал, по жалобе работника, решение о возврате незаконно удержанной суммы.

Взыскание с руководителей государственных и муниципальных предприятий, учреждений, организаций и их заместителей материального ущерба в судебном порядке производилось по иску вышестоящего в порядке подчиненности органа или по заявлению прокурора.

Возмещение ущерба производилось независимо от привлечения работника к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности за действие (бездействие), которым причинен ущерб предприятию, учреждению, организации.

Статья 123 КЗоТ РСФСР 1971 г. закрепила норму о том, что при установлении судом размеров подлежащего возмещению ущерба должны учитываться не только причиненные убытки, но и та конкретная обстановка, при которой убытки были причинены, а также материальное положение работника47.

В соответствии со ст. 255 рассматриваемого Кодекса пределы материальной ответственности работников за ущерб, причиненный предприятию, учреждению, организации хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в тех случаях, когда фактический размер ущерба превышает его номинальный размер, устанавливались законодательством.

Статья 128 КЗоТ РСФСР 1971 г. предусматривала, что по отношению к отдельным недобросовестным работникам применяются в необходимых случаях меры дисциплинарного и общественного воздействия, т.е. Кодекс помимо «меры дисциплинарного взыскания» содержал еще и понятие «меры дисциплинарного воздействия», однако не раскрывал его содержания. Меры дисциплинарного воздействия применялись наряду с мерами дисциплинарного взыскания.

Согласно ст. 135 данного Кодекса за нарушение трудовой дисциплины администрация предприятия, учреждения, организации вправе была применять следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) строгий выговор;

4) увольнение (п. 3, 4, 7, 8 ст. 33 и п. 1 ст. 254).

Законодательством о дисциплинарной ответственности, уставами и положениями о дисциплине могли быть предусмотрены для отдельных категорий работников также и другие дисциплинарные взыскания.

При наложении дисциплинарного взыскания должны были учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующая работа и поведение работника48.

В соответствии со ст. 33 КЗоТ РСФСР 1971 г. администрация вправе была уволить работника по следующим основаниям:

— за систематическое неисполнение им без уважительных причин обязанностей, возложенных на него трудовым договором (контрактом) или правилами внутреннего трудового распорядка, если к работнику ранее применялись меры дисциплинарного или общественного взыскания;

— прогул (в том числе отсутствие на работе более трех часов в течение рабочего дня) без уважительных причин;

— появление на работе в нетрезвом состоянии, в состоянии наркотического или токсического опьянения;

— совершение по месту работы хищения (в том числе мелкого) государственного или общественного имущества, установленного вступившим в законную силу приговором суда или постановлением органа, в компетенцию которого входит наложение административного взыскания или применение мер общественного воздействия.

Кроме того, ст. 37 КЗоТ предусматривала, что по требованию профсоюзного органа (не ниже районного) администрация обязана была расторгнуть трудовой договор (контракт) с руководящим работником или сместить его с занимаемой должности, если он нарушает законодательство о труде, не выполняет обязательств по коллективному договору, проявляет бюрократизм, допускает волокиту. Руководящий работник, избранный на должность трудовым коллективом, освобождался по требованию профсоюзного органа (не ниже районного) на основании решения общего собрания (конференции) соответствующего трудового коллектива или по его уполномочию — совета трудового коллектива49.

Согласно ст. 254 КЗоТ РСФСР 1971 г. (в ред. от 31 марта 1988 г.) для некоторых категорий рабочих и служащих при определенных условиях предусматривались дисциплинарные увольнения в случаях:

1) однократного грубого нарушения трудовых обязанностей работником, несущим дисциплинарную ответственность в порядке подчиненности;

2) совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны администрации;

3) совершения работником, выполняющим воспитательные функции, аморального проступка, несовместимого с продолжением данной работы.

Статья 254 этого Кодекса (в ред. от 25 сентября 1992 г.) предусматривала дисциплинарное увольнение в случае однократного грубого нарушения трудовых обязанностей руководителем предприятия, учреждения, организации (филиала, представительства, отделения и другого обособленного подразделения) и его заместителями (п. 1).

Кроме того, законодательством могли устанавливаться дополнительные основания прекращения трудового договора (контракта) некоторых категорий работников при нарушении установленных правил приема на работу и в других случаях.

Прежде всего практический интерес представляла ст. 136 КЗоТ РСФСР 1971 г. о порядке применения и обжалования дисциплинарных взысканий.

В частности, до применения дисциплинарного взыскания с работника должно было быть затребовано письменное объяснение. Дисциплинарное взыскание применялось непосредственно за обнаружением проступка, но не позднее одного месяца со дня его обнаружения, не считая времени болезни работника или пребывания его в отпуске.

Взыскание не могло быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности — не позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включалось время производства по уголовному делу.

За каждый проступок могло быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) или постановление о применении дисциплинарного взыскания с указанием мотивов его применения должны были быть объявлены (сообщены) работнику, подвергнутому взысканию, под расписку.

Дисциплинарное взыскание могло быть обжаловано в порядке, установленном законодательством.

Орган, рассматривавший трудовой спор, вправе был учитывать тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника, отношение к труду, а также соответствие дисциплинарного взыскания тяжести совершенного проступка.

Статья 137 закрепила нормы о снятии дисциплинарного взыскания. Если в течение года со дня применения дисциплинарного взыскания работник не был подвергнут новому дисциплинарному взысканию, то он считался не подвергшимся дисциплинарному взысканию.

Дисциплинарное взыскание могло быть снято до истечения года применившим его органом или должностным лицом по собственной инициативе, по ходатайству непосредственного руководителя или трудового коллектива, если подвергнутый дисциплинарному взысканию не совершил нового проступка и проявил себя как добросовестный работник.

Согласно ч. 3 ст. 137 этого Кодекса в течение срока действия дисциплинарного взыскания меры поощрения к работнику не могли применяться.

В ст. 138 КЗоТ РСФСР 1971 г. первоначально закреплялось право администрации вместо применения дисциплинарного взыскания передать вопрос о нарушении трудовой дисциплины на рассмотрение товарищеского суда или общественной организации.

Позднее было введено иное правило: администрация имеет право вместо применения дисциплинарного взыскания передать вопрос о нарушении трудовой дисциплины на рассмотрение трудового коллектива (в ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 18 января 1985 г.; Закона РФ от 25 сентября 1992 г. № 3543-1)50.

Примечательно то, что впервые в истории трудового права ст. 2 КЗоТ РСФСР 1971 г. отнесла к основным трудовым правам работников право на возмещение ущерба, причиненного повреждением здоровья в связи с работой.

Статья 159 данного Кодекса (как и Основы) на администрацию предприятия возлагала материальную ответственность за ущерб, причиненный рабочим и служащим увечьем или иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими своих трудовых обязанностей.

Однако Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ ст. 159 была существенно изменена. Устанавливалось, что вред, причиненный работникам в результате несчастных случаев или профессиональных заболеваний при исполнении ими своих трудовых обязанностей, возмещается в соответствии с законодательством РФ.

Согласно ст. 240.2 КЗоТ РФ51 обеспечение по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний осуществляется в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Позитивной новеллой КЗоТ РСФСР 1971 г. явилась ст. 99 «Ответственность за задержку расчета», согласно которой в случае невыплаты по вине администрации предприятия, учреждения, организации причитающихся уволенному работнику сумм в сроки, указанные в ст. 98 данного Кодекса, при отсутствии спора об их размере, предприятие, учреждение, организация были обязаны уплатить работнику его средний заработок за все время задержки по день фактического расчета52.

При наличии спора о размерах, причитающихся уволенному работнику сумм администрация была обязана уплатить указанное в ст. 99 возмещение в том случае, если спор решался в пользу работника. Если спор был решен в пользу работника не полностью, а частично, то размер возмещения за время задержки определялся органом, вынесшим решение по существу данного спора.

В случае если уволенный работник ранее получения окончательного расчета поступал на другую работу, то сумма, причитавшаяся ему за время задержки выдачи расчета, уменьшалась на сумму, полученную им по месту новой работы за выполнение работы в период задержки расчета.

При задержке выдачи трудовой книжки по вине администрации работнику выплачивался средний заработок за все время вынужденного прогула.

Согласно ст. 214 КЗоТ РСФСР 1971 г. (в первоначальной редакции) рабочему или служащему, незаконно уволенному с работы и восстановленному на прежней работе, выплачивался по решению суда средний заработок за время вынужденного прогула со дня увольнения, но не более чем за три месяца. В таком же размере по решению суда производилась оплата за время вынужденного прогула в тех случаях, когда неправильная формулировка причины увольнения в трудовой книжке препятствовала поступлению рабочего или служащего на новую работу.

Рабочему или служащему, незаконно переведенному на другую работу и восстановленному на прежней работе, выплачивался по решению или постановлению органа по рассмотрению трудовых споров средний заработок за время вынужденного прогула или разница в заработке за время выполнения нижеоплачиваемой работы, но не более чем за три месяца.

Оплата за время вынужденного прогула при незаконном увольнении или переводе, а также выплата разницы в заработке за время выполнения нижеоплачиваемой работы могла быть произведена администрацией предприятия, учреждения, организации.

В соответствии со ст. 215 КЗоТ РСФСР 1971 г. (в первоначальной редакции) суд возлагал на должностное лицо, виновное в незаконном увольнении или переводе работника на другую работу, обязанность возместить ущерб, причиненный предприятию, учреждению, организации в связи с оплатой за время вынужденного прогула или за время выполнения нижеоплачиваемой работы. Такая обязанность возлагалась, если увольнение или перевод произведены с явным нарушением закона или если администрация задержала исполнение решения суда о восстановлении на работе. Размер возмещения ущерба не мог превышать трех месячных окладов должностного лица.

Уникальным позитивным явлением в истории ответственности по трудовому праву России необходимо признать норму ч. 5 ст. 213 КЗоТ РФ53 о том, что в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд вправе по требованию работника вынести решение о возмещении работнику денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определялся судом.

В соответствии с Основами ст. 249 КЗоТ РФ было предусмотрено, что должностные лица, виновные в нарушении законодательства о труде и правил по охране труда, в невыполнении обязательств по коллективным договорам и соглашениям по охране труда или в воспрепятствовании деятельности профессиональных союзов, несут ответственность (дисциплинарную, административную, уголовную) в порядке, установленном законодательством.

Вместе с тем КЗоТ РФ закрепил и неопределенные (абстрактные) нормы:

1) за отказ в приеме на работу выпускников общеобразовательных учреждений, образовательных учреждений начального и среднего профессионального образования, а также лиц моложе 18 лет, особо нуждающихся в социальной защите и испытывающих труднос

...