А. Ю. Афанасьев, А. Ф. Лубин

Криминалистические основы деятельности по выявлению и расследованию преступлений экономической и коррупционной направленности

Учебное пособие

---

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 343.98(075.8)

ББК 67.52я73

А94

Авторы:

Соколов Н. Я., доктор юридических наук, профессор;

Федорченко А. А., кандидат юридических наук, доцент;

Шагиева Р. В., доктор юридических наук, профессор.

Рецензенты:

Власенко Н. А., доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры теории государства и права Российского университета дружбы народов;

Погодин А. В., доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой теории истории государства и права Казанского (Приволжского) федерального университета.

Ответственный редактор доктор юридических наук, профессор Р. В. Шагиева.

Данная книга адресована студентам бакалавриата, обучающимся по направлению «Юриспруденция». В ней в доступной форме излагаются проблемы юридической науки, представлен практический материал, который можно использовать на семинарских занятиях по курсу «Теория государства и права». В издании содержится перечень рекомендуемой литературы, примерные вопросы к зачету и экзамену.

Задания после каждой темы позволят отработать необходимые правовые умения и навыки обучаемого, закрепить важные для будущего профессионала компетенции.

Книга носит практико-ориентированный характер и содержит дополнительный материал, в ней излагаются современные подходы юристов к проблемам юридической науки, что окажет существенную помощь студенту при подготовке к занятиям, при самостоятельном освоении тем курса, избавив от необходимости искать нужную информацию в других источниках.

УДК 343.98(075.8)

ББК 67.52я73

© Афанасьев А. Ю., Лубин А. Ф., 2025

© ООО «Проспект», 2025

СПИСОК ПРИНЯТЫХ СОКРАЩЕНИЙ

ДВРП	—	деятельность по выявлению и расследованию преступлений
КХПД	—	криминалистическая характеристика преступной деятельности
ПД	—	преступная деятельность
ВКС	—	выявление криминальной ситуации
ФИИ	—	формирование исходной информации
КАИ	—	криминалистический анализ информации
ПВ	—	построение версий
РВ	—	разработка версий
ППВ	—	планирование проверки версий
РП	—	реализация плана
ОРМ	—	оперативно-разыскные мероприятия
СОГ	—	следственно-оперативная группа
ОМП	—	осмотр места происшествия
ОРД	—	оперативно-разыскная деятельность

ВВЕДЕНИЕ

Авторам нечего бояться: яда цикуты не осталось. Сократ весь его выпил. Сам себя казнил. Официально приговор суда гласил: за «введение новых божеств и за развращение молодежи в новом духе». Он «развращал» молодежь тем, что утверждал немыслимое: всякое явление имеет более глубокое содержание, чем это видится рассудку. Разве это не ересь — разделить единое божественное сознание на функции: одна функция мозга является созерцательной, а другая направлена на рефлексию — видеть невидимое, мыслить суть «как таковую», мыслить «суть вещей»1?

Другой еретик запоздал родиться, но также учил молодежь: нужно различать онтологическое, объективное существование явления и то, как оно нам представляется2.

Теперь мы без всякого страха понимаем, что скрытое содержание объекта исследования чаще всего указывает на существование феномена функциональности. Существенные признаки этого феномена:

1) «все функциональные системы, — утверждал академик П. К. Ано-
хин, — независимо от уровня своей организации и от количества составляющих их компонентов, имеют принципиально одну и ту же функциональную архитектуру»;

2) результат (цель функциональной системы) является доминирующим фактором, стабилизирующим ее организацию3.

Эти методологические выводы нас привлекли своей конкретностью и удивительной универсальностью. Потому мы почтительно отодвинули иные подходы к анализу деятельности по выявлению, расследованию и раскрытию преступлений в сфере экономики. И дело не в том, что имеющиеся методологические подходы плохи сами по себе. Просто они зачастую «не подходят» для конкретных целей того или иного (в нашем случае — криминалистического) исследования. Например, оригинальный «тектологический» взгляд А. А. Богданова (он же А. А. Малиновский) на строение человеческой деятельности более всего нужен был самому автору4.

Энциклопедическую широту и глубокий системный анализ модели деятельности представляет собой концепция Джона Клира5. Но и она не может быть заимствована по причине ее тесной связи с сугубо кибернетическими проблемами формализации информации и представления знаний6.

Теория «продуцирования» Рассела Акоффа и Фреда Эмери скрупулезно объясняет процедуры выбора решений, схемы конфликтов и других типов социального взаимодействия, но материал крайне трудно экстраполировать на юридическую (в том числе уголовно-процессуальную) проблематику7.

Полная аналогия, которую проводит Стаффорд Бир между деятельностью человека, коммерческой организацией, управлением экономикой государства, с одной стороны, и работой мозга — с другой, не вызывает таких же ассоциаций применительно к исследованию социальных и правовых явлений8.

Однако же, следуя Гегелю, «философствование без системы не может иметь в себе ничего научного; помимо того, что такое философствование само по себе выражает скорее субъективное умонастроение, оно еще и случайно по своему содержанию»9.

У структуры есть важное свойство, а именно: любая структура устойчива в определенном диапазоне условий. Иначе говоря, поскольку условия постоянно меняются (все в мире находится в непрерывном движении), структура существовала бы бесконечно малое время и не успела бы никак проявиться. Следовательно, структура — это некая «застывшая» реальность. Реальность в снятом виде. Функционалисты заметили этот недостаток и сделали вывод, что «железный» структурализм не позволяет привести в движение всю систему структурных элементов. Каждый элемент структуры строится независимо от других и разрабатывается самостоятельно. При таком подходе не получается «сцепления» всех частей, которые бы складывались в целостную картину восприятия явления10.

И все же не могут быть оценены как противоречивые два пути исследования: либо детальный анализ структурных элементов и последующее понимание связей между ними, либо изучение связей и получение за счет этого представлений об элементах. В силу этого выделение структурных элементов затруднено, определенность их в известной мере условна.

Еще в середине позапрошлого века известный французский философ и социолог Огюст Конт высказывался в том смысле, что в любом исследовании доминируют два подхода: статический — для объяснения элементов; и динамический — для предвидения отношений между ними и дальнейшего развития11. Вообще говоря, декомпозиция целого и выработка представления о его составных частях — это не менее «системная точка зрения»12. Не случайно академик П. К. Анохин, создавая предпосылки для систематического обсуждения «функциональных систем», пользуется аппаратом, более адекватным для структурного анализа. Вместо термина «структура» ученый использовал слово «архитектура» (иногда — «архитектоника»). Получалось: «функциональная архитектура»13.

Наш замысел учебного пособия заключался в следующем. Сначала представить весь объект исследования в целом (гл. 1); потом — часть объекта с отдельными связями (гл. 2); затем — другая часть со связью с первой (гл. 3). При этом впервые, насколько нам известно, делается попытка (разумеется, условно):

— во-первых, взглянуть с высоты «птичьего полета» на то, чем руководит начальник соответствующего подразделения;

— во-вторых, получить возможность увидеть «узкие места» в своей работе;

— в-третьих, привлечь внимание вышестоящих руководителей к отдельным проблемам своего подразделения и показать, что их решение не входит в их полномочия (гл. 1).

Наконец, в первой главе делается весьма существенный вывод для руководителя: раскрытие преступления — это момент оценки системы обвинительных доказательств для принятия прокурором законного, справедливого и обоснованного процессуального решения о передаче уголовного дела в суд.

Что касается логической структуры деятельности по выявлению и расследованию преступлений экономической и коррупционной направленности (гл. 2), то это своего рода навигатор для того, чтобы иметь возможность в любой момент позиционировать себя — на какой ступени (стадии) методики расследования оперативный работник или следователь находится — что сделано, а что предстоит сделать.

В гл. 3 — то, что не вошло в предыдущие главы, а именно: проблемы процессуальных, тактических и процессуальных рисков в ходе принятия решений в деятельности по выявлению и расследованию преступлений экономической и коррупционной направленности.

Глава 1. ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ СТРУКТУРА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПО ВЫЯВЛЕНИЮ И РАССЛЕДОВАНИЮ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ И КОРРУПЦИОННОЙ НАПРАВЛЕННОСТИ: УРОВЕНЬ РУКОВОДИТЕЛЕЙ

1.1. Исходные понятия и категории

Современная уголовная статистика свидетельствует, что количество зарегистрированных экономических преступлений (синонимы — преступления экономической направленности, преступления в сфере экономики) в России за последние 20 лет увеличилось более чем в 4 раза14. Более трети (34,8%) в общем числе выявленных преступлений экономической направленности составили тяжкие и особо тяжкие преступления. В целом криминальный бизнес реально угрожает безопасности Российской Федерации. Такой бизнес иногда называют подпольным, черным, серым, неофициальным, деструктивным. Многим знакомы такие выражения, которые стали обыденными в малом и среднем бизнесе: «теневая юстиция», «криминальный арбитраж», «крыша», «наезд», «откат» и др.

Научное представление о преступной деятельности в любой сфере возникает и базируется на законе больших чисел. При этом становится понятным, что детерминанты среды функционирования оказываются сильнее эвристики. Изменения в окружающей среде происходят значительно медленней, чем мы их воспринимаем. И на таком уровне разрешения, что человек не может их наблюдать. Потому фантазия людей строго ограничена исторически. Всегда происходит опора на готовую схему. Структурно-функциональный механизм преступной деятельности инвариантен. Проще говоря, содержание функций преступной деятельности будет аналогично и сопоставимо, если аналогичны и сопоставимы условия среды ее функционирования. Так, банковские аферы второй половины XIX в. в России не имели аналогов в Советском Союзе до тех пор, пока снова не созрели условия для их осуществления в конце XX и в XXI в. в Российской Федерации. Например, некоторые мошенничества в кредитно-банковском деле современной России чрезвычайно стали напоминать трансфертные преступные операции бизнесменов США и других далеких государств.

Субъект закономерно преследует одну и ту же цель — потребление неправомерной прибыли, лишь изменяя свои «целеустремленные» способы совершения действий в ходе поиска источников преступного дохода и его приобретения. Собственническое чувство имеет биологическую причину. Оно — в крови цивилизованного человека. Потому считается нормой, когда каждый человек всегда предпримет действия, которые обеспечат ему больше выгоды, чем ущерба. Только один признак — противоправность — разделяет преступный бизнес от обычного, правомерного поведения в экономической сфере. В Уголовном кодексе сделана попытка решить вопрос о том, какие преступления являются экономическими преступлениями (раздел VIII, гл. 22 и 23 УК РФ):

1) посягательства на собственность;

2) преступления в сфере экономической деятельности;

3) преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях.

Традиционное толкование экономической преступности сводится к совокупности различных видов умышленных посягательств на экономические отношения, охраняемые законом, независимо от форм собственности и видов деятельности субъектов, исполняющих определенные функции в сфере производства, обмена, обслуживания, а также лиц, связанных с регулированием такой деятельности и контролем за ней. Предлагается классифицировать преступления, предусмотренные гл. 21 УК РФ «Преступления против собственности», на три группы:

1) хищения, связанные с формой собственности (ст. 158—162, 164 УК РФ);

2) деяния, связанные с извлечением имущественной выгоды (ст. 163, 165 УК РФ);

3) деяния, не связанные с извлечением имущественной выгоды (ст. 166—168 УК РФ)15.

Так, например, ст. 167 УК РФ, по мнению авторов приведенной классификации, хотя и попадает в разряд экономических преступлений, но никак не связана с извлечением имущественной выгоды. Разумеется, имеют место случаи, которые связаны с поджогами, совершенным в ходе острых конфликтов (драк, ссор), когда виновный, будучи в состоянии сильного душевного волнения или озлобления, в качестве акта мести, не имея в виду будущую выгоду, совершает поджог. Но эти случаи нетипичны.

Типично другое: когда поджигатель (заказчик поджога) получает: 1) преимущество в конкурентной борьбе; 2) территорию для нового бизнес-проекта; 3) новое предприятие (бизнес в рамках рейдерского захвата); 4) страховое возмещение инсценированного ущерба и т. д.

Преступления в сфере экономической деятельности нарушают общие принципы установленного порядка осуществления предпринимательства и направлены против интересов партнеров, кредиторов, конкурентов, клиентов и потребителей, а также против установленного порядка: 1) обращения денег и ценных бумаг; 2) уплаты налогов и страховых взносов (налоговые преступления); 3) внешнеэкономической торговли (таможенные преступления); 4) обращения драгоценных металлов и валютных ценностей (валютные преступления).

Экономические преступления могут совершаться в любой сфере (от сферы культуры до сферы нанотехнологий). Субъектом экономических преступлений может быть и должностное, и материально ответственное, и любое физическое лицо, достигшее определенного возраста. Ущерб от такого рода преступления может измеряться в границах очень большого диапазона. Экономические преступления совершаются в результате действия или бездействия и могут быть одно- или многоэпизодными, длящимися или одномоментными, формальными или материальными.

В разные годы принимались совместные указания Генеральной прокуратуры Российской Федерации и МВД России, определяющие перечни статей Уголовного кодекса Российской Федерации, используемых при формировании статистической отчетности. Последний документ 17 января 2023 г. — № 11/11/1. В соответствии с ним выделяется 26 перечней. Нас интересующих два: перечень преступлений экономической направленности по уголовным делам, предварительное расследование по которым производится в форме дознания; перечень преступлений экономической направленности по уголовным делам, предварительное расследование по которым производится в форме предварительного следствия. Далее в их составе обособленные списки преступлений, относящихся к перечню без дополнительных условий; в зависимости от времени (даты) совершения преступления; при наличии в статистической карточке дополнительных условий и т. д.

Также можно указать на то, что об экономических преступлениях и преступлениях экономической направленности уместно говорить, если они соответствуют хотя бы одному из следующих критериев:

1) совершаются в процессе или под прикрытием законной экономической деятельности (в том числе предпринимательской) или при выполнении:

а) организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций на предприятиях, в учреждениях и организациях;

б) обязанностей по охране чужого имущества;

в) либо при наличии доступа к чужому имуществу в связи с выполнением трудовых обязанностей, не связанных с выполнением должностных функций;

2) совершаются в процессе и под прикрытием финансовой деятельности государства и органов местного самоуправления или в сфере компьютерной информации под прикрытием или при посягательстве на субъектов профессиональной, экономической деятельности, финансовой деятельности государства.

Попытки уйти от уголовно-правовой сущности и классификации преступлений криминалисты делали неоднократно. Основной аргумент сводился к тому, что в криминалистической науке следует изучать не то, за что наказывают по уголовному закону, а то, что является «деятельностью по подготовке, совершению и сокрытию преступлений»16. В этом случае преступление является лишь средством достижения преступной цели. Однако, к сожалению, типичной становится следственная практика, когда более общая квалификация (например, ст. 159 УК РФ) поглощает все иные преступления-средства: коррупцию, подлог документов, присвоение и растрату, злоупотребление служебным положением и т. д.

Заметны попытки криминалистов выделить главный фактор в структуре преступления экономической направленности. Как правило, речь шла о должностном лице. В другом случае акцентировалось внимание на способы совершения действий:

1. В производственной сфере и бухгалтерском учете используются способы:

1) нарушение технологии;

2) завышение объема выполненных работ (приписки);

3) незаконные списания;

4) пересортица.

2. В бухгалтерском учете и в кассовых операциях используются способы:

1) материальный подлог;

2) интеллектуальный подлог;

3) нарушение учета и отчетности;

4) нарушение правил ведения кассовых операций.

Корректное толкование данной классификации предполагает учет некоторых важных положений.

Во-первых, любой из названных способов совершения действий может быть использован как в единственном числе, так и в сочетании с любыми иными способами.

Во-вторых, все способы совершения действий достаточно универсальны и не имеют привязки к конкретной сфере экономики: агропромышленный сектор, торговля, сфера финансово-кредитных отношений, строительство и т. д.

В-третьих, указанные способы совершения действий необходимо понимать в самом широком смысле. Так, не имеет принципиального значения, идет ли речь о производственной сфере или же о сфере образовательных услуг, имеется ли в виду коммерческая структура или же бюджетная организация.

Пожалуй, исключением из правил является традиционное отнесение к преступлениям в сфере экономики ст. 163 УК РФ «Вымогательство» и ст. 186 УК РФ «Изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг». Традиционно фальшивомонетничество относится к преступлениям в сфере экономики, поскольку «непосредственным объектом преступного посягательства выступают денежная и кредитная системы». Тем не менее этот вид преступлений должен быть отнесен к линии работы подразделений уголовного розыска, поскольку при расследовании фальшивомонетничества доминирует разыскная деятельность.

Действительно, объекты посягательства этого преступления зачастую имеют отношение к экономическим институтам. Но способы совершения действий при вымогательстве или же при изготовлении или сбыте поддельных денег или ценных бумаг весьма далеки от использования экономических инструментов и процедур. Впрочем, по этим же причинам, с одной стороны, к преступлениям в сфере экономики не относятся ст. 290, 291 УК РФ («Получение взятки» и «Дача взятки»)17. С другой стороны, во многих экономико-криминальных схемах, особенно на этапе информационной и процедурной подготовки к совершению преступления, взятка и подкуп обеспечивают доступ к необходимой информации, денежным средствам и в целом являются основой доброжелательного отношения коррумпированного лица к возможным нарушениям в деятельности подрядчика.

Понятие «способ совершения действия» позволяет ответить на три вопроса:

1) какова конкретная задача выполненного действия?

2) какова форма выражения совершенного действия (внешняя процедура — физические движения, внутренняя — движения мысли)?

3) с помощью каких средств (инструментальных или/и интеллектуальных) действие совершено?

Иногда существует официальное определение способа совершений действий. Например, в международном праве определение легализации (отмывания) доходов от преступной деятельности было дано в Венской конвенции ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ от 19 декабря 1988 г., оказавшей большое влияние на развитие соответствующего законодательства западных стран. Согласно ст. 3 Конвенции под способом легализации (отмывания) доходов от преступной деятельности понимается:

1) конверсия или передача имущества, если известно, что такое имущество получено в результате правонарушения или правонарушений, или в результате участия в таком правонарушении или правонарушениях в целях сокрытия или утаивания незаконного источника имущества, или в целях оказания помощи любому лицу, участвующему в совершении такого правонарушения или правонарушений, с тем чтобы оно могло уклониться от ответственности за свои действия;

2) сокрытие или утаивание подлинного характера, источника, местонахождения, способа распоряжения, перемещения, подлинных прав в отношении имущества или его принадлежности, если известно, что такое имущество получено в результате правонарушения или правонарушений, в результате участия в таком правонарушении или правонарушениях;

3) приобретение, владение или использование имущества, если в момент его получения было известно, что такое имущество было получено в результате правонарушения или правонарушений или в результате участия в таком правонарушении или правонарушениях;

4) участие, соучастие или вступление в преступный сговор с целью совершения любого правонарушения или правонарушений, приведенных выше, покушение на совершение такого правонарушения или правонарушений, а также пособничество, подстрекательство, содействие или консультирование при их совершении.

Итак, в качестве основного отличительного признака преступлений в сфере экономики от иных преступлений выступает не то, где совершено преступление, не вопрос о субъекте, а вопрос — каким образом?

1.2. Цель деятельности

Некоторое время назад Нижегородская академия МВД России получила необычное, почти правительственное, задание от одного из департаментов МВД России: «организовать обсуждение на заседаниях заинтересованных кафедр» и подготовить «мотивированный отзыв». Странность в том, что речь шла не о рукописи монографии или учебника, не о курсе лекций ил

...