В. В. Лысенко

Правовой статус и роль общественных обьединений в системе внутригосударственных и международных отношений: 
опыт России, Молдовы и Принестровья

Монография

Под редакцией
доктора юридических наук,
заслуженного деятеля науки РФ
С. А. Авакьяна

---

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 342.4(075.8) 

ББК 67.400 

Л88

Лысенко В. В.

В монографии рассматривается институт общественных объединений через призму обеспечения неотъемлемых прав человека. В частности, дана сравнительная характеристика содержания права на объединение в конституционном и международном праве; показана практика его применения на основе работы международных неправительственных организаций и деятельности общественных объединений в Российской Федерации, Приднестровье и Молдове; предложены оптимальные подходы к формированию нормативно-правовой базы общественных объединений и некоммерческих организаций; выработаны практические рекомендации по совершенствованию действующего законодательства и выработке программ развития гражданского общества. Законодательство приведено по состоянию на май 2014 г. Книга может быть полезна для студентов, аспирантов и преподавателей юридических учебных заведений, а также для всех интересующихся современными проблемами развития институтов гражданского общества и функционирования общественных объединений.

УДК 342.4(075.8)

ББК 67.400

© Лысенко В. В., 2014

© ООО «Проспект», 2014

Введение

Тему конституционно-правового регулирования права на объединение, а также роли и места общественных объединений в системе внутригосударственных и международных отношений можно отнести к числу малоисследованных, что весьма отрицательно сказывается на развитии социальных и юридических средств, при помощи которых граждане могут защитить свои законные интересы.

Говоря об общетеоретическом значении проблемы, нельзя не подчеркнуть, что в условиях современных реформационных процессов в России и некоторых республиках СНГ исследования по вопросам прав человека, гражданского общества и деятельности в нем общественных объединений дают важный и ценный материал для выработки актуальных идей, понятий, программ и институтов конституционного права, для поиска и установления оптимальных взаимоотношений между правовым государством и гражданским обществом.

Комплекс вопросов, связанных с правом на объединение и в целом с правами человека, в последнее время выходит за пределы отдельных национальных систем, приобретает универсальный характер и требует сотрудничества и координации решений государств и международных организаций. По мере создания единого международного правового пространства, взятия государствами международных обязательств, заключения международных правовых договоров право на объединение, свобода деятельности общественных объединений становятся объектом международного регулирования, т. е. категорией не только внутригосударственного, но и международного права.

Основная цель настоящей работы – дать сравнительную характеристику содержания конституционного права на объединение, показать практику его применения на основе деятельности общественных объединений в Российской Федерации, Приднестровье и Молдове, разработать конкретные практические предложения по совершенствованию их регулирования нормами основного закона и текущего законодательства.

Методологической основой исследования является общенаучный диалектический метод познания и вытекающие из него частнонаучные методы: системно-структурный, исторический, технико-юридический, сравнительный, функциональный и др. Это позволило исследовать объекты во взаимосвязях и во взаимозависимостях, их целостности и всесторонности.

Теоретическую основу данного исследования составляют работы отечественных и зарубежных ученых по общим вопросам права, прав человека, проблемам деятельности и правового статуса общественных объединений, а также труды по философии, социологии, истории, политологии и международным отношениям.

В исследование правовых проблем общественных объединений внесли заметный вклад зарубежные ученые: Арон Р., Вебер М., Вятр Е., Михельс Р., Санистебан Л., Токвиль А., Шаран П. и др.; дореволюционные ученые России: Алексеев А. С., Ануфриев Н.  П., Берлин П. А., Водовозов В. В., Гамбаров Ю. С., Кистяковский Б. А., Ковалевский  М. М., Коркунов Н. М., Полянский Н. Н., Роговин  Л.  М., Святловский В. В., Чичерин Б. Н. и др.; современные отечественные ученые: Авакьян С. А., Автономов А. С., Атаманчук Г. В., Баглай М. В., Барабашев Г. В., Безуглов А. А., Бекназар-Юзбашев Т.  Б., Беляева  Н.  Ю., Воеводин Л. Д., Гулиев В. Е., Даниленко  В.  Н., Дмитриев  Ю. А., Златопольский Д. Л., Краснов М. А., Кудрявцев  В. Н., Куприц Н. Я., Кутафин  О. Е., Лазарев В. В., Лукьянов  А. И., Лучин  В.  О., Мальцев  Г.  В., Марченко М. Н., Масленников В. А., Нерсесянц В.  С., Перевалов  В.  Д., Смирнов  В. В., Страшун Б. А., Тихомиров Ю. А., Топорнин   Б. Н., Чиркин В. Е., Шахназаров Г.  Х., Шутько Д. В., Ямпольская  Ц. А. и др.; авторы Молдовы и Приднестровья: Архилюк  В. Н., Балан О. И., Бантуш А., Буриан А., Бенюк В. А., Верещетин В. С., Захарий С. К., Сосна А., Сандуца Г. И., Осмокеску  Н., Щукина Н. В. и др.

Учитывая разные определения и подходы к изучению правового статуса и деятельности общественных объединений в разных странах, в монографии используется авторское определение общественного объединения и международной неправительственной организации, в основу которого легли основные сущностные элементы и характеристики, базирующиеся на праве каждого на свободу ассоциации.

В работе сформулирован ряд общих теоретико-методологических рекомендаций, способствующих совершенствованию деятельности общественных объединений, развитию правовой базы их функционирования, усилению их авторитета и влияния среди граждан, постепенному снижению конфликтности в обществе, достижению гражданского, политического и правового консенсуса.

Выводы данного исследования могут быть использованы в дальнейшей разработке теории общественных объединений, определении концепции гражданского общества, в перспективных научных исследованиях по обогащению концепции формирования гражданского общества и правового государства в Российской Федерации, Приднестровье и Молдове.

ГЛАВА 1.
ОБЩЕСТВЕННЫЕ ОБЪЕДИНЕНИЯ И НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ В КОНСТИТУЦИОННОЙ И МЕЖДУНАРОДНОЙ ДОКТРИНЕ

1.1. Право человека на объединение в системе прав и свобод человека и гражданина

В настоящее время общепризнанным является взгляд на права человека как на универсальную категорию, отражающую наднациональные и общечеловеческие требования в области свободы личности. Возникнув в глубокой древности, права человека приобретают универсальное значение лишь в буржуазную эпоху, с утверждением в обществе принципов свободы и юридического равенства. Их дальнейшая эволюция совпадает с тремя эпохами Новой и Новейшей истории, наложившими свой отпечаток на характер понимания прав человека, степень их универсальности, а также механизмы реализации и защиты. В итоге концепция и структура прав человека включила ряд культурно-исторических напластований, каждое из которых в литературе называют «поколением прав человека»1.

Основы современных представлений о естественных неотчуждаемых правах человека были заложены еще в античную эпоху в трудах Зенона, Платона, Аристотеля, римских стоиков (Сенека, Марк Аврелий, Цицерон, Эпиктет). В средневековой философии проблематика статуса личности и человеческого достоинства рассматривалась Августином, Фомой Аквинским, Мартином Лютером. В Новое время проблема соотношения личности и государства интересовала Никколо Макиавелли, Жана Бодена, Гуго Гроция. Большое значение для концепции естественных прав человека имеют работы Томаса Гоббса, Джона Локка и Иммануила Канта, на которых фактически базируются современные представления о правах человека. Очень большое внимание проблематике соотношения морали и права уделяли русские философы А. С. Ященко, И. В. Михайловский, Е. Н. Трубецкой, И. А. Ильин, С.  Н. Булгаков, С. Л. Франк, В. В. Зеньковский, П. И.  Новгородцев.

Вопросы прав и свобод человека и гражданина разрабатываются в трудах современных ученых: С. А. Авакьян, Н. В. Витрука, В. С.  Нерсесянца, Е. А. Лукашевой, Г. В. Мальцева, Н. С. Бондаря, Б. С. Эбзеева, О. И. Тиунова, О. О. Миронова, Г. Н. Комковой, И. В. Ростовщикова, А. А. Опалёвой, А. В. Стремоухова, Л. И. Глухарёвой, Л. А. Нудненко, М. В. Мархгейм, О. Ю. Рыбакова, В. И. Крусса, В. А. Карташкина, и многих других ученых2. Различным аспектам проблематики прав человека посвящены работы таких авторов, как Жак Маритен, Эрнст Блох, Джон Роулз, Карл-Отто Апель и Юрген Хабермас. В советский период, также проводились исследования в этой области. Можно отметить труды П. Е. Недбайло, Л. Д. Воеводина, Д. Л. Златопольского, В. А. Патюлина, И. Е. Фарбера, Н. И. Матузова, Ф. М. Рудинского, В. В. Копейчикова, М. Ф. Орзиха, В.А. Кучинского, Н. А. Придворова и других.

Некоторые исследователи акцентируют внимание на конституционном механизме согласования и имплементации, на усилении взаимного влияния и проникновения международных и национальных норм3. Современное международное право по-новому оценивает соотношение международного и внутригосударственного права исходя из современных процессов глобализации. Для современного этапа характерно координированное и согласованное взаимодействие этих двух систем.

Как отмечает Ю. А. Тихомиров, «с усилением в мире интеграционных тенденций процесс согласованного развития проходит более масштабно и интенсивно. Каждая национальная правовая система отражает суверенитет государства и его неодинаковые подходы к увязыванию собственных интересов на международной арене. В то же время общепризнанные принципы и нормы международного права влияют на национальные правовые системы»4. В условиях ускорившихся интеграционных процессов в различных сферах общественной жизни упрочивается единство мирового сообщества, взаимозависимость государств и народов5. Благополучие народов и мирового сообщества в целом становится неотделимым6.

По мере создания единого международного правового пространства, взятия государствами международных обязательств, заключения международных правовых договоров право на объединение, свобода деятельности общественных объединений становится объектом международного регулирования, т. е. категорией не только внутригосударственного, но и международного права.

Проведенный анализ источников международного права позволяет нам выделить несколько основных групп международных документов, устанавливающих право на объединение и основы правового статуса общественных объединений.

Первую группу составляют международные документы универсального характера: Всеобщая декларация прав человека, принятая Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.7, Международный пакт о гражданских и политических правах от 19 декабря 1966 г.8, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах от 19 декабря 1966 г.9.

Во вторую группу входят региональные международные соглашения: Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г.10, Документ Копенгагенского совещания конференции по человеческому измерению ОБСЕ от 29 июня 1990 г.11, Парижская хартия для новой Европы от 21 ноября 1990 г.12, Конвенция Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека от 26 мая 1995 г.13

Третью группу составляют документы специализированных учреждений ООН. Например, Конвенция Международной организации труда «О свободе ассоциаций и защите права на организацию» от 9 июня 1948 г.14

В ст. 20 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.15, говорится, что «каждый человек имеет право на свободу мирных собраний и ассоциаций. Никто не может быть принужден вступать в какую-либо ассоциацию». Согласно преамбуле этого акта, право на объединение, как и другие закрепленные в декларации права, признаются государствами – членами Организации Объединенных Наций за каждым человеком; государства выражают свое стремление обеспечить эти права путем «национальных и международных прогрессивных мероприятий».

Как отмечает А. Ковлер, провозглашение Всеобщей декларации прав человека 1948 г. «произвело настоящую революцию в правовом бытии человека, сделав его впервые в истории существом универсальным. Отныне человеческая личность более не замкнута исключительно правовыми рамками государства. Права человека становятся глобальным мерилом права, без уважения достоинства немыслим ни один правовой порядок»16.

Последующие международные документы в обязательном порядке включали право на объединение в число важнейших положений, закрепляемых тем или иным актом. Страны, подписавшие Международный пакт о гражданских и политических правах, сошлись во мнении о том, что закрепленные в Пакте равные и неотъемлемые права «признаются за каждым членом человеческой семьи и вытекают из присущего человеческой личности достоинства»17. В качестве такого права в ст. 22 упомянутого документа установлено право каждого человека «на свободу ассоциации с другими, включая право создавать профсоюзы и вступать в таковые для защиты своих интересов».

В соответствии со ст. 8 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах участвующие в нем государства обязались обеспечить право каждого человека создавать условия для осуществления и защиты своих экономических и социальных интересов, создания профессиональных союзов, а также вступление в таковые по своему выбору при единственном условии соблюдения правил соответствующей организации.

В Конвенции Международной организации труда «О свободе ассоциации и защите права на организацию» от 9 июля 1948 г. рассматривается признание принципа свободы объединения как одно из средств, способных улучшить условия труда и обеспечить мир.

Подписывая Конвенцию о правах и основных свободах человека, государства – участники Содружества Независимых Государств сошлись во мнении, что соблюдение международных стандартов в области прав человека всеми государствами – участниками СНГ будет содействовать углублению демократических преобразований, экономическому и социальному росту. Конвенция закрепила и право каждого на свободу мирных собраний и на свободу ассоциаций с другими, включая право создавать профсоюзы и вступать в таковые для защиты своих интересов (ч. 1 ст. 12).

Европейская конвенция о защите прав и основных свобод человека в ст. 11 провозглашает: «Каждый человек имеет право на свободу мирных собраний и свободу ассоциации с другими, включая право создавать профсоюзы и вступать в них для защиты своих интересов»18.

Парижская хартия для новой Европы подтверждает, что «каждый человек без какой-либо дискриминации имеет право на свободу ассоциаций и мирных собраний»19. При этом право на свободу ассоциаций стоит в одном ряду с правами на свободу мысли, совести, религии и убеждений, свободу выражения своего мнения, свободу передвижения.

Представители государств – участников Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ), состоявшемся в Вене в 1986 г., в своем итоговом документе записали, что они «будут совершенствовать свои законы, административные правила и политику в области гражданских, политических, экономических, социальных, культурных и других прав человека и основных свобод и применять их на практике с тем, чтобы гарантировать эффективное осуществление этих прав и свобод»20. В итоговом документе Московской конференции по человеческому измерению СБСЕ говорится, что «вопросы, касающиеся прав человека, основных свобод, демократии и верховенства закона, носят международный характер, поскольку соблюдение этих прав и свобод составляет одну из основ международного порядка»21. Данное положение было раскрыто далее в ряде публикаций ОБСЕ по данному вопросу22.

Как правило, в международной практике используется несколько терминов для обозначения общественных объединений. В западной литературе те, которые не преследуют политическую цель в своей деятельности, носят название «неправительственные организации», или сокращенно – НПО (non-governmental organization)23. Данный термин применяется как обобщающий для различных стран и преимущественно используется в документах международных организаций. Этот термин был введен в оборот в 1945 г. Уставом ООН, впоследствии закреплен в целом ряде международных документов (ООН, ЮНЕСКО, МОТ, Совета Европы и других международных организаций) и воспринят внутренним законодательством некоторых государств24.

В англоязычной литературе используется также термин «неприбыльная некоммерческая организация» (not-for-profit organization). Данный термин употребляется преимущественно в США, иногда он встречается в международной практике НПО для общего обозначения организаций подобного рода. Под такой организацией понимают объединение, деятельность которого не направлена на извлечение прибыли.

Еще одним термином в этом контексте является словосочетание «благотворительная организация» (сharity), чаще всего употребляемое в практике НПО Англии и имеющее там гораздо более широкое значение, чем современное русское значение слова «благотворительность». Этим понятием в Англии охватывается весь спектр общественно полезных неправительственных некоммерческих организаций.

Остальными терминами этого логического ряда являются «частная добровольческая организация» (рrivate voluntary organization), гражданская (общественная) социальная организация или организация гражданского общества (сivil social organization)25.

Что касается терминологии по НПО во французском языке, отметим, что на ее становление повлияли законодательство и практика Франции. Так, по мнению большинства специалистов, «в современном французском законодательстве существует жесткое различие между различными сферами коллективных образований, среди которых выделяются экономические коллективы или общества (societés), политические партии (partis), различные корпоративные объединения (в том числе профсоюзы и союзы взаимопомощи) и собственно организации некоммерческого типа или, согласно французской терминологии, ассоциации (associations)»26.

В странах Центральной и Восточной Европы и СНГ популярным термином в этом контексте остается понятие «общественное объединение». Так, в Чехии и Словакии в качестве неправительственных или общественных объединений выступают различные организации и фонды; в Венгрии – помимо этих двух организационных форм (организации и фонды) национальным законодательством разрешено объединение людей в общественно полезные компании. В Польше некоммерческий сектор преимущественно представлен общественными объединениями (ассоциациями) и фондами и регулируется соответственно Законом об объединениях, Законом о фондах и Законом об общественно полезной деятельности и добровольности (волонтерстве)27.

Еще одним аргументом в пользу использования термина «неправительственная организация» является и то, что он упоминается и используется в документах международных организаций, как межправительственных, так и неправительственных. Прежде всего этот термин присутствует в Уставе ООН, что дает право специалистам утверждать, что статус (признание) это понятие приобретает с 1945 г., когда был принят Устав ООН. Статья 71 Устава ООН гласит: «Экономический и Социальный Совет уполномочивается проводить надлежащие мероприятия для консультации с неправительственными организациями, заинтересованными в вопросах, входящих в его компетенцию. Такие мероприятия могут быть условлены международными организациями, а в случае надобности, с национальными организациями после консультации с заинтересованным Членом Организации»28.

Отметим также, что п. 4 ст. XI Устава Организации Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры гласит: «Организация Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры может принимать надлежащие меры для облегчения консультаций и обеспечения сотрудничества с международными неправительственными организациями, занимающимися вопросами, входящими в круг ее ведения. Она может приглашать их выполнять некоторые определенные задания, относящиеся к области их деятельности. Это сотрудничество может также осуществляться путем участия представителей указанных организаций в работах совещательных комитетов, образованных Генеральной Конференцией»29.

Несмотря на то что неправительственные организации по-разному называются в различных странах, а их правовое положение регулируется национальным законодательством соответствующей страны либо устоявшейся практикой и внутренними документами самих организаций (уставами), в юридической литературе их принято относить к институтам гражданского общества30.

В любом национальном законодательстве конституция является фундаментом для функционирования правовых институтов, регулируя наиболее важные сферы общественных отношений. В конституциях постсоциалистических и постсоветских государств закреплены и воплощены признанные в мировом сообществе общие демократические принципы: основы конституционного строя; референдум и выборы; альтернативность выборов; идеологический и политический плюрализм; многопартийность; множественность форм собственности и признание частной собственности; система государственной власти, основанная на разделении властей; права и свободы человека и гражданина признаны высшей ценностью (например, Конституции Российской Федерации 1993 г., Казахстана 1995 г., Молдовы 1994 г., Приднестровья 1995 г., Азейбарджана 1995 г., Армении 1995 г., Беларуси 1994 г., Грузии 1995 г., Украины 1996 г., Болгарии 1991 г., Словакии 1992 г., Чехии 1992 г., Боснии и Герцеговины 1995 г., Словении 1997 г., Венгрии 1997 г., Польши 1997 г., Румынии 1999 г., Эстонии 1992 г., Латвии 1992 г., Литвы 1992 г., Узбекистана 1992 г. и др.).

Несмотря на некоторую схожесть положений конституций разных стран и тяготение к либерально-демократическим ценностям, они, безусловно, отражают разную направленность конституционного развития, обусловленную геополитическими и экономическими интересами, историческими и культурными традициями.31

Конституция Российской Федерации закрепила в качестве основ конституционного строя принципы демократического, правового, социального характера государственного устройства, а также свободу экономической деятельности, идеологическое, политическое многообразие, многопартийность32. Одновременно Конституция РФ провозгласила, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства (ст. 2). В Российской Федерации официально признано, что стратегической целью и ведущим направлением конституционно-правовой политики является претворение в жизнь прав и свобод граждан, их гарантирование и надлежащая защита. Каждый вид прав и свобод является гарантией осуществления иных видов прав и свобод человека и гражданина33.

Особое место в системе прав и свобод человека занимают конституционные права и свободы, которые являются фундаментом, основой для их конкретизации и развития в отраслевых правах личности. Конституционные права и свободы – это закрепленные в Конституции и гарантированные государством возможности, позволяющие каждому человеку и гражданину свободно и самостоятельно избирать вид и меру своего поведения, созидать и пользоваться предоставленными ему социальными благами как в личных, так и в общественных интересах34.

Глава 2 Конституции РФ, посвященная правам и свободам человека и гражданина, включает в себя 48 статей (с 17-й по 64-ю). Перечисление в Конституции РФ основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина35.

«Права и свободы, – пишет Л. Д. Воеводин, – это две формы выражения установленных законом правовых возможностей выбора человеком своего поведения. Когда такой выбор связан с пользованием конкретными социальными благами, закон чаще всего использует термин «право»; когда речь идет о таких правовых возможностях, где целесообразно подчеркнуть степень выбора поведения, применяется термин «свобода»36».

Классификация конституционных прав, свобод и обязанностей человека и гражданина представлена в юридической литературе в соответствии с тремя сферами их жизни и деятельности: область социально-экономической и культурной жизни; область общественно-политической и государственной жизни; область личной жизни и индивидуальной свободы37.

Таким образом, права и свободы человека и гражданина, закрепленные в Конституции, могут быть классифицированы, т. е. объединены в определенные группы:

1. Основные личные права и свободы.

2. Основные общественно-политические права и свободы.

3. Основные экономические, социальные и культурные права и свободы.

В отдельную группу можно выделить основные права по защите других прав и свобод38.

Некоторые авторы называют вторую группу прав политическими правами и свободами. В частности, Е. И. Козлова и О. Е. Кутафин основное отличие политических от личных прав и свобод видят в том, что если личные права и свободы принадлежат каждому человеку, независимо от обладания гражданства Российской Федерации, то «политические права и свободы связаны с обладанием гражданства государства»39.

Ю. А. Дмитриев и К. К. Токмаков делают вывод о том, что право на объединение имеет политический характер, что это важнейший институт государственного права40. С таким выводом можно согласиться лишь в части признания важности и значимости права на объединение, если создаются политические партии или политические движения. С тем, что право на объединение носит лишь политический характер, согласиться в полной мере нельзя по следующим основаниям: право на объединение предусматривает создание не только политических партий и иных массовых общественных объединений, преследующих политические цели, но и других общественных объединений, создаваемых для защиты не столько политических, сколько социальных и экономических интересов их членов (общественные объединения потребителей, профсоюзные организации и т. д.). Подтверждением сказанного является и определение права на объединение, данное в энциклопедическом юридическом словаре: «Право на объединение – одно из основных прав человека и гражданина и одно из политических прав граждан, если речь идет об объединениях политического характера (партиях, политических движениях и т. п.)»41.

Таким образом, формулировки некоторых авторов не совсем точно отражают содержание общественно-политических прав. Нужно согласиться с мнением профессора С. А. Авакьяна, который считает, что «наряду с отношениями государственно-политического властвования есть еще и отнюдь не всегда политизированная, а нередко и далекая от политики общественная жизнь, удовлетворяющая потребности и интересы многих людей и основывающаяся в принципе на тех же правах и свободах. На основе права на объединение можно участвовать в политическом движении, и войти в общество филателистов. Поэтому правильнее говорить не о политических, а об общественно-политических или публично-политических правах и свободах»42.

Ранее действовавшее отечественное законодательство наделяло правом на объединение только граждан России. Очевидно, по этой причине многие авторы до сих пор в своих работах говорят не о праве каждого на объединение, а о правах только граждан на объединение. Такая позиция, на наш взгляд, не совсем верна. Например, право на объединение по своему содержанию предусматривает возможность реализовать его не только гражданам России, но и иностранцам и лицам без гражданства, законно находящимся на территории РФ. Все они обладают правом вступать в объединения, создавать их. Об этом говорит термин «каждый», употребляемый в ст. 30 Конституции. Согласно ст. 1 ФЗ «Об общественных объединениях» от 19 мая 1995 г.43, «иностранные граждане и лица без гражданства имеют равные права с гражданами РФ в сфере отношений, регулируемых настоящим Федеральным законом, за исключением случаев, установленных федеральными законами или международными договорами РФ». В ст. 27 названного Закона также подчеркивается, что осуществление прав общественными объединениями, созданными иностранными гражданами и лицами без гражданства либо с их участием, может быть ограничено федеральными законами или международными договорами РФ.

Право на объединение – основа организованности людей, в результате которой возникает их общность. В Российской Федерации право на объединение закреплено в ст. 30 Конституции, в которой говорится:

1. Каждый имеет право на объединение, включая право создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов. Свобода деятельности общественных объединений гарантируется.

2. Никто не может быть принужден к вступлению в какое-либо объединение или пребыванию в нем.

По мнению С. А. Боголюбова, «предусмотренное ст. 30 Конституции России право означает беспрепятственную возможность граждан объединяться по интересам и целям. Указанное право граждан является проявлением фундаментального конституционного положения о свободе мысли и слова, гарантией права на свободу и личную неприкосновенность, общепризнанным мировым сообществом»44.

О. Е. Кутафин, например, полагает, что право на объединение включает в себя возможность создавать общественные объединения на добровольной основе в соответствии со своими убеждениями для защиты общих интересов и достижения общих целей; вступать либо воздерживаться от вступления в объединения; участвовать в их деятельности в соответствии с уставами; беспрепятственно выходить из объединений45. Другой ученый, В. В. Лазарев, более лаконичен: «Право на свободу ассоциаций предоставляет каждому человеку возможность объединяться с другими лицами по своим политическим, профессиональным и другим интересам»46.

Содержание права на объединение в законе и в теории конституционного права47 традиционно раскрывается через:

• право создавать на добровольной основе общественные объединения для защиты общих интересов и достижения общих целей;

• право вступать в существующие общественные объединения либо воздерживаться от вступления в них;

• право беспрепятственно выходить из общественных объединений.

Среди терминов, используемых в Конституции РФ, слово «объединение» в первых двух главах встречается 10 раз: [ст. 13-(2); ст. 14-(1); ст. 15-(1); ст. 19-(1); ст. 30-(3); ст. 36-(1); ст. 46-(1)]48. Право на объединение имеет огромное социально-политическое, а также правовое значение, так как «возрастающее значение личности не может не сказаться на юридическом положении создаваемых ею союзов и учреждений. В них индивидуальная личность находит себе естественное продолжение и восполнение»49.

Ряд авторов, анализируя содержание ст. 30 Конституции РФ, традиционно пишут о праве на создание и возможность создания только общественных объединений50. Исходя же из смысла содержания данной статьи, гласящей, что «каждый имеет право на объединение… никто не может быть принужден к вступлению в какое-либо объединение или пребыванию в нем», можно сделать вывод, что она регулирует право на создание и вступление в любое объединение, а не только в общественное. Такой вывод обосновывается тем, что в названном тексте нет указаний на общественный характер объединения и не называются другие объединения: коммерческие, производственные и иные.

Изучение конституций некоторых стран, показывает, что в этих государствах также признается и закрепляется право на объединение. В Конституциях Белоруссии, Венгрии, Польши и Швейцарии указывается на то, что право на объединение принадлежит каждому51. По Конституции Туркменистана (ст. 28) граждане вправе создавать политические партии и иные общественные объединения, действующие в рамках Конституции и законов, а ст. 34 Конституции Республики Узбекистан устанавливает, что граждане Республики Узбекистан имеют право объединяться в профессиональные союзы, политические партии и другие общественные объединения, участвовать в массовых движениях. Конституция Республики Казахстан в ст. 23 закрепляет право граждан республики создавать общественные объединения на основе гражданского волеизъявления и общности интересов для реализации своих прав и свобод. В ст. 35 Конституции Литовской Республики говорится, что гражданам гарантируется право на свободное объединение в общества, политические партии или ассоциации, если их цели и деятельность не противоречат конституции и законам. Статья 25 Конституции Армении устанавливает право каждого на образование с другими лицами объединений, в том числе создание профессиональных союзов и вступление в них. По действующей Конституции Республики Грузия (ст. 26) все имеют право создавать общественные организации, в том числе профессиональные союзы, и объединяться. В Конституции Эстонской Республики (ст. 48) зафиксировано: «Каждый имеет право вступать в некоммерческие общества и союзы. В партиях могут состоять только граждане Эстонии»52.

Своеобразная формулировка конституционных гарантий права на объединение имеет Конституция Украины. Согласно ст. 36, только граждане Украины имеют право на свободу объединений в политические партии и общественные объединения. Из данной формулировки следует, что иностранные граждане и лица без гражданства права на объединение не имеют, что, на наш взгляд, нарушает их конституционные права (в части права на объединение в общественные объединения).

Еще более ограниченную формулировку имеет Конституция Молдовы, которая в ст. 41 устанавливает, что «граждане могут объединяться в партии и другие общественно-политические организации»53. На наш взгляд, в такой формулировке проявляется резкое ограничение форм реализации права на объединение не только по принципу гражданства, но и по целям деятельности. В ст. 33 Конституции Приднестровья говорится: «Граждане имеют право объединяться в профессиональные союзы, политические партии и другие объединения, участвовать в массовых движениях, не запрещенных законом»54.

В Конституции Азербайджана право на объединение конкретизируется как возможность каждого «создавать любое объединение, не преследующее цели получения прибыли, в том числе политическую партию, профессиональный союз и другое общественное объединение, или вступать в уже существующее объединение»55. По Конституции Польши свобода объединений распространяется на объединение в профессиональные союзы, профессиональные организации земледельцев, а также в организации работодателей56. В Конституции Королевства Испания от 27 декабря 1978 г. в ст. 22 «признается право на создание ассоциаций», однако за кем именно оно признается (за каждым или же только за гражданами), не уточняется. Вместе с тем право на свободное объединение в профсоюзы рассматривается как право «каждого»57. Конституции Казахстана, Болгарии, Дании, Греции, Португалии58 ограничиваются положениями о том, что право на свободу объединений принадлежит именно гражданам этих государств.

В Конституции Франции 4 октября 1958 г. право на объединение прямо не предусмотрено. В свою очередь, в ее преамбуле зафиксировано, что «каждый человек может защищать свои права и свои интересы через профсоюзную организацию и принадлежать к профсоюзу по своему выбору»59.

Специфичен Основной закон Германии. С одной стороны, в Конституции предусмотрено, что право образовывать союзы и общества «имеют все немцы», с другой стороны, право создавать объединения для охраны и улучшения условий труда и экономических условий гарантируется каждому60.

Право на объединение не является абсолютным правом и может подвергаться определенным ограничениям. Ограничения на пользование правом на объединение могут устанавливаться Конституцией и законами государства. Так, например, согласно ч. 1.2 ст. 15 Закону РФ «О некоммерческих организациях» от 12 января 1996 г.61, установлены категории лиц, которые не могут реализовать свое право на объединение:

1) иностранный гражданин или лицо без гражданства, в отношении которых в установленном законодательством Российской Федерации порядке принято решение о нежелательности их пребывания (проживания) в Российской Федерации;

2) лицо, включенное в перечень в соответствии с пунктом 2 статьи 6 Федерального закона от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) денежных средств, полученных преступным путем, и финансированию терроризма»62;

3) общественное объединение или религиозная организация, дея­тельность которых приостановлена в соответствии со статьей 10 Федерального закона от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»63;

4) лицо, в отношении которого вступившим в законную силу решением суда установлено, что в его действиях содержатся признаки экстремистской деятельности;

5) лицо, которое не соответствует предъявляемым к учредителям (участникам, членам) некоммерческой организации требованиям федеральных законов, определяющих правовое положение, порядок создания, деятельности, реорганизации и ликвидации некоммерческих организаций отдельных видов64.

В соответствии с ч. 3 ст. 19 Закона «Об общественных объединениях» от 19 мая 1995 г.65 не могут быть учредителем, членом, участником общественного объединения лица, содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда.

Можно сделать вывод о том, что законодатель, установив в Законе «О некоммерческих организациях» от 12 января 1996 г. и в Законе «Об общественных объединениях» от 19 мая 1995 г. категории лиц, которые не могут быть учредителями, членами и участниками некоммерческих организаций и общественных объединений, мотивированно ограничил право на объединение.

Однако с ограничением участия в деятельности общественных объединений лиц, содержащихся в местах лишения свободы по приговору суда, возникает ряд вопросов. Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, правовую защиту и личную безопасность осужденных при исполнении наказаний66.

Отличительной чертой специального правового статуса осужденных является то, что он базируется на общем правовом статусе граждан России, так как осуждение лица к уголовному наказанию не влечет лишение гражданства России, а соответственно, правового статуса граждан. Сохранение гражданства означает и то, что осужденный к уголовному наказанию пользуется всеми общегражданскими правами, а также исполняет обязанности наравне с гражданами Российской Федерации.

С одной стороны, ограничение быть учредителем общественного объединения для лиц, содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда, мотивированно. Однако если исходить из того, что исполнение осужденными реализации принадлежащих им прав и законных интересов образуют тот правовой режим отбывания наказания, который составляет основу для достижения поставленных перед наказанием целей, в первую очередь – исправление осужденных, то видится более оправданным не лишать возможности осужденных и заключенных продолжать находиться в статусе члена или участника общественных объединений и изменить норму законодательства соответствующим образом: «лица, содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда, не могут быть учредителем общественного объединения».

Наряду с тем что лица, содержащиеся в местах лишения свободы, смогут оставаться членами и участниками общественных объединений, они могут создавать в исправительных учреждениях самодеятельные организации осужденных, которые могут работать под контролем администрации исправительного учреждения. Основными задачами самодеятельных организаций осужденных могут являться: оказание осужденным помощи в духовном, профессиональном и физическом развитии; развитие полезной инициативы осужденных; оказание позитивного влияния на исправление осужденных; участие в решении вопросов организации труда, быта и досуга осужденных; содействие администрации исправительных учреждений в поддержании дисциплины и порядка, формировании здоровых отношений между осужденными; оказание социальной помощи осужденным и их семьям и др. Таким образом, на наш взгляд, через самодеятельные организации осужденные смогут иметь возможность на самоопределение, свободу и участие в управлении специфическим обществом государства.

На основании ст. 56 Конституции РФ отдельные ограничения права на объединения могут устанавливаться в условиях чрезвычайного положения. Законодательством предусматривается ограничение права на объединение для судей, работников правоохранительных органов и военнослужащих. Согласно Закону РФ от 26 июня 1992 г. «О статусе судей в Российской Федерации»67, судьям запрещено принадлежать к политическим партиям и движениям (ст. 3). В Федеральном законе от 17 января 1992 г. № 2202-I «О прокуратуре Российской Федерации»68, в ст. 4 предусматривается, что в органах прокуратуры не допускается создание и деятельность политических партий и организаций. Такая деятельность недопустима в таможенных органах69. Согласно ст. 17 Федерального закона «О внешней разведке»70, служащие внешней разведки, а также военнослужащие не входящие в кадровый состав органов внешней разведки, не могут создавать общественные объединения, преследующие политические цели. В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации «Об обороне»71, в вооруженных силах Российской Федерации не допускается деятельность общественных и иных организаций и объединений, преследующих политические цели (ст. 24). Военнослужащие могут состоять в общественных объединениях, не преследующих политические цели, имеют право участвовать в их деятельности, не находясь при исполнении обязанностей военной службы (ст. 9 Федерального закона «О статусе военнослужащих»)72.

Создание и деятельность обществ, посягающих на здоровье населения, не допускает Конституция Украины (ст. 37), а Конституция Узбекистана (ст. 57) и Конституция Туркменистана (ст. 28) к этому правилу добавляют запрет на общественные объединения, посягающие на нравственность народа. В Конституциях Узбекистана (ст. 57) и Казахстана (п. 4 ст. 5) закреплен запрет на создание политических партий и иных общественных объединений по национальному и религиозному признакам. Конституция Туркменистана (ст. 28) распространяет подобный запрет только на политические партии. В Болгарии Конституция (п. 4 ст. 44) не допускает создание политических партий не только на национальной и религиозной основе, но и по этническому признаку.

Конституции Армении, Испании и Греции допускают ограничение права на объединение в отношении отдельных категорий лиц только на основании специального закона. В Испании такими лицами являются военнослужащие, сотрудники военных или иных учреждений, подчиняющихся военной дисциплине. Законом может быть ограничено их право на объединение в профсоюз73. В Армении – это служащие вооруженных сил и правоохранительных органов74. В Греции – это государственные служащие, а также служащие местных органов власти, или других юридических лиц публичного права, или государственных предприятий75.

Нарушение закона как основание роспуска общественных объединений предусмотрено конституциями Греции, Эстонии, Польши и Азербайджана76. Запрет на прекращение деятельности общественного объединения правительственным решением содержится в Конституции Дании (п. 3 пар. 78). Норма, согласно которой общественное объединение может быть распущено только на основании судебного решения, зафиксирована в Конституциях Греции, Испании, Дании, Эстонии, Португалии, Азербайджана, Грузии, Узбекистана, Украины, Польши77.

На конституционном уровне запрещены вооруженные объединения в Венгрии, Португалии, Грузии, на Украине, в Болгарии, Казахстане, Узбекистане, Туркменистане78 . В Португалии наряду с военизированными и квазивоеными организациями запрещены организации, проповедующие фашистскую идеологию. Конституция Узбекистана (ст. 121) также запрещает создание и функционирование, общественных объединений и их подразделений, самостоятельно выполняющих оперативно-разыскные, следственные и иные специальные функции по борьбе с преступностью.

В Болгарии, Грузии, Казахстане, Узбекистане, на Украине Конституции запрещают ассоциации, деятельность которых направлена против суверенитета и территориальной целостности страны79. Нормативный запрет на создание и деятельность общественных объединений, ведущих пропаганду войны, содержится в конституциях Туркменистана, Беларуси, Грузии, Узбекистана, Украины80. Конституции Туркменистана, Болгарии, Беларуси, Грузии, Казахстана, Узбекистана, Украины не допускают создание и деятельность общественных объединений, разжигающих расовую, национальную, социальную и религиозную вражду81.

Отделение общественных организаций от государства как условие их деятельности содержится в Конституциях Албании и Казахстана. Подобное правило, но только в отношении религиозных объединений установлено Конституциями Узбекистана и Украины82.

Конституционно-правовым регулированием охватываются принципы взаимоотношений государства и общественных объединений. Общие условия взаимодействия государства и общественных объединений в Российской Федерации предусмотрены ст. 17 Федерального закона «Об общественных объединениях» от 14 апреля 1995 г. Конституция Республики Казахстан прямо запрещает слияние общественных и государственных институтов, создание в государственных органах организаций политических партий, а также не допускает незаконное вмешательство государства в дела общественных объединений и, наоборот, возложение на общественные объединения функций государственных органов, а также государственное финансирование общественных объединений. В соответствии со ст. 58 Конституции Республики Узбекистан государство обеспечивает соблюдение прав и законных интересов общественных объединений, создает им равные правовые возможности для участия в общественной жизни. Вмешательство государственных органов и должностных лиц в деятельность общественных объединений не допускается.

Как показывает проведенный анализ конституционного законодательства, право на объединение – одно из основных общественно-политических прав личности, цель которого – обеспечить возможность участия каждого в общественной и политической жизни, а также юридически установить создание разного рода общественных объединений. Право на объединение «является одним из важнейших элементов гражданского общества, создающих реальные условия для решения многих общественных проблем без вмешательства государственной власти»83.

Право на объединение тесно связано с рядом различных конституционных прав и свобод. Например, объединения нередко действуют через собрания, митинги, демонстрации, шествия, пикетирования, которые выступают в качестве мероприятий организационного (коллективного) волеобразования.

Общественным объединениям предоставлена свобода действий в политической жизни общества. В частности, за ними закреплено право распространять информацию о своей деятельности, направлять и вносить предложения в органы власти, защищать интересы членов своих организаций в суде. Большое значение имеют действия общественно-политических объединений в предвыборной и выборной кампаниях84.

Право на объединение связано со свободой массовой информации, свободой мысли и слова. Наличие этих прав является непременным условием реализации права на объединение.

Право на объединение связано с понятием правового государства. Эта категория является действенным механизмом соблюдения прав человека на подлинную свободу объединения, становления многопартийной системы. Как отмечает К. К. Токмаков, «развитие такой системы является необходимым элементом демократического развития и одним из условий построения правового государства»85. Применение принципов правового государства при реализации права на объединение позволяет предупреждать и пресекать неправомерные действия в деятельности объединений, а также не допускать произвольного, «необоснованного вмешательства государственных органов в ту деятельность, которая осуществляется общественным объединением строго в рамках закона»86.

Право на объединение связано с принципом идеологического и политического плюрализма, который отражен в ст. 13 Конституции РФ. «Многообразие взглядов, теорий, убеждений и поступков рождает многообразие идеологий, под которыми понимаются системы философских, политических и религиозных взглядов на закономерности общественного развития и пути совершенствования общества»87. Наличие многообразных общественных объединений позволяет выразить и реализовать самые разнообразные потребности и интересы индивидов.

Принцип идеологического и политического плюрализма не только исключает наличие в государстве обязательной идеологии и монополию на осуществление политической власти какой-либо одной организации, но и способствует осуществлению народовластия, вовлечению в политическую деятельность широких слоев населения, обеспечивает легальность существования конституционной политической оппозиции88. С. А. Авакьян в книге «Политический плюрализм и общественные объединения в РФ: конституционно-правовые основы» отмечает: «В основе политического плюрализма – несколько основных прав. Прежде всего, никакой плюрализм невозможен без свободы выражения мнений. Как бы ни провозглашался плюрализм, если люди не хотят или боятся высказываться, все сведется к декларациям. Плюрализм возможен лишь тогда, когда существуют организационные формы сближения людей, имеющих одинаковые интересы и взгляды»89.

В результате научного анализа Конституции РФ и законодательства некоторых стран Европы и СНГ выявлено, что не все нормы отдельных конституций идеально отражают объемность подхода к смыслу и содержанию права каждого на объединение. Некоторые нормы ограничивают это право, но в основном с целью необходимого обеспечения общественного порядка, безопасности, прав и свобод других граждан. Тем не менее, несмотря на некоторые недоработки, можно констатировать, что конституционные нормы при определении статуса общественных объединений основываются прежде всего на международно-признанном праве каждого индивида на свободу ассоциации.

1.2. Понятие, конституционно-правовой статус и виды общественных объединений и некоммерческих организаций в Российской Федерации

В Российской Федерации существует достаточно прогрессивное и развитое законодательство в сфере правового регулирования и деятельности общественных объединений. Основным стимулом и началом современного этапа становления законодательства об общественных объединениях и иных некоммерческих организациях послужило закрепление права на объединение в ст. 30 Конституции РФ 1993 г.90

Конституционно-правовой статус общественных объединений – это статус, закрепленный как в Конституции России, так и в иных нормативных актах, содержащих конституционно-правовые нормы. Высшую юридическую силу в ряду таких актов имеет Конституция Российской Федерации. Изучение такого статуса необходимо начать с исследования общетеоретических вопросов, с целью обобщить полученные данные и сформулировать основные характеристики общественного объединения, обусловленные его социальной и правовой природой. Для того чтобы начать анализ современного законодательства по исследуемой теме, следует отметить существенные научные наработки советского периода.

Во многих работах прошлого века91 общественные объединения изучались как неотъемлемый элемент политической системы общества, глубоко исследовались конституционные основы их правового статуса. Некоторые ученые изучали вопросы соотношения службы в государственных и общественных организациях92, а также гражданско-правовые аспекты создания и деятельности общественных организаций93.

Авторы многочисленных научных работ, опубликованных в советский период и посвященных проблемам общественных организаций, приходили к выводу о необходимости комплексного подхода к их изучению. Были сделаны определенные попытки создать теорию общественных объединений, обобщить и систематизировать знания, накопленные учеными за несколько десятилетий. Сложность в формулировании научного понятия «общественное объединение» в советские годы заключалась в том, что существовала определенная односторонность исследования проблем таких формирований. Их разработка, как справедливо отмечала Ц. А. Ямпольская, проводилась в основном в плане оценки объективной стороны роли общественных организаций в управлении делами общества94.

В юридической литературе советского периода понятием «общественное объединение» пользовались в узком и широком смысле. В широком смысле оно употреблялось для характеристики почти всех организационных форм советской общественности: добровольных народных дружин, товарищеских судов, профсоюзов, домовых комитетов, комсомола. В узком значении – для обозначения организаций, которые были основаны на добровольном членстве, самоуправлении, имели собственное имущество, действовали на основании принимаемых ими уставов95.

Представители советской юридической науки в свое время оперировали преимущественно понятием «общественная организация». Под таковой Ц. А. Ямпольская, к примеру, понимала «добровольное, но закрепленное формальным членством объединение граждан, работающее для достижения уставных целей на основе демократического централизма, самоуправления и самодеятельности»96. В коллективной монографии под редакцией А. И. Щиглика общественные организации определяются как «объединения граждан, основанные на добровольном членстве, самоуправлении и самодеятельности, имеющие собственную материальную базу и действующие на основе принимаемых ими уставов»97.

Глубокие изменения в политической жизни общества в 90-е гг. существенно сказались на дальнейших научных разработках по вопросам статуса и функционирования общественных объединений. 17 октября 1990 г. был принят Закон СССР «Об общественных объединениях»98, определивший основные правовые параметры создания и деятельности политических партий, придавший дополнительный импульс формированию новых партий и ставший очередной важной вехой на пути развития российской многопартийности99. После 1990 г. Российская Федерация долгое время не принимала закона об общественных объединениях. Для некоторого восполнения пробела в регулировании было принято постановление Верховного Совета РСФСР от 18 декаб­ря 1991 г. «О регистрации общественных объединений в РСФСР и регистрационном сборе»100.

С момента принятия Конституции Российской Федерации в 1993 г. начали формироваться правовые основы реализации права на объединение. Начиная с 1995 г. начинает оформляться нормативная база, принимаются базовые федеральные законы, раскрывающие конституционные основы существования и деятельности общественных объединений: «Об общественных объединениях» от 19 мая 1995 г.101; «О государственной поддержке молодежных и детских общественных объединений» от 28 июня 1995 г.102; «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях» от 11 августа 1995 г.103, «О некоммерческих организациях» от 12 января 1996 г.104, «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» от 12 января 1996 г.105, «О политических партиях» от 11 июля 2001 г.106 и др., речь о которых пойдет далее.

Основополагающим законом, регулирующим отношения, возникающие в связи с созданием, деятельностью, реорганизацией и ликвидацией общественных объединений, является, как было отмечено, Федеральный закон от 19 мая 1995 г. «Об общественных объединениях».

Ключевым элементом в концепции упомянутого Закона стало понятие организационно-правовой формы общественного объединения. Названный закон не дает определения понятия «организационно-правовая форма», но в ст. 7 раскрывает его содержание через описание характерных черт и особенностей отдельных организационно-правовых форм общественных объединений. Таких форм по Закону шесть: общественная организация, общественное движение, общественный фонд, общественное учреждение, орган общественной самодеятельности, политическая партия.

– Общественная организация – основанное на членстве общественное объединение, созданное на основе совместной деятельности для защиты общих интересов и достижения уставных целей объединившихся граждан.

– Общественное движение – не имеющее членства массовое общественное объединение, преследующее социальные, политические и иные общественно полезные цели, поддерживаемые его участниками.

– Общественный фонд – один из видов некоммерческих фондов, не имеющее членства общественное объединение, цель которого заключается в формировании имущества на основе добровольных взносов, иных, не запрещенных законом поступлений и использование данного имущества на общественно полезные цели.

– Общественное учреждение – не имеющее членства общественное объединение, ставящее своей целью оказание конкретного вида услуг, отвечающих интересам его участников и соответствующих уставным целям указанного объединения.

– Орган общественной самодеятельности – не имеющее членства общественное объединение, целью которого является совместное решение социальных проблем, возникающих у граждан по месту жительства, работы или учебы, направленное на удовлетворение потребностей неограниченного круга лиц, чьи интересы связаны с достижением уставных целей и реализацией программ органа общественной самодеятельности по месту его создания.

– Политическая партия – это общественное объединение, созданное в целях участия граждан Российской Федерации в политической жизни общества посредством формирования и выражения их политической воли, участия в общественных и политических акциях, в выборах и референдумах, а также в целях представления интересов граждан в органах государственной власти и органах местного самоуправления. Порядок создания, деятельности, реорганизации и (или) ликвидации политических партий регулируется специальным федеральным законом107 .

В контексте рассмотрения ФЗ «Об общественных объединениях» можно сделать вывод о том, что политическую партию, являющуюся юридическим лицом, следует рассматривать в качестве самостоятельной организационно-правовой формы общественного объединения. По существу и по прямому указанию Закона о партиях, политическая партия – это разновидность общественных организаций со своими особенностями. Правовому статусу и деятельности политических партий было посвящено множество монографий и научных публикаций108.

Статья 13 Закона 1995 г. «Об общественных объединениях» предусматривает категорию «союзы (ассоциации) общественных объединений». Общественные объединения, независимо от их организационно-правовой формы, вправе создавать союзы (ассоциации) общественных объединений на основе учредительных договоров и (или) уставов, принятых союзами (ассоциациями), образуя новые общественные объединения.

Прежде чем раскрыть конституционно-правовое понятие общественных объединений, обратимся к вопросу об их правосубъектности. По мнению P. O. Халфиной, правосубъектность представляет собой общую предпосылку участия граждан и организаций в правоотношениях109. Можно сделать определенный вывод о том, что общественное объединение обладает конституционной, административной, гражданской правосубъектностями, однако является единым субъектом права110. Авторы комментария к ФЗ «О некоммерческих организациях» задают вопрос: «Субъектом какой отрасли права является общественное объединение, не прошедшее государственную регистрацию?»111. Очевидно, что, не являясь юридическим лицом, оно является субъектом конституционного права, но не является субъектом гражданского права. Единственно возможная форма гражданской правосубъектности общественного объединения – это институт юридического лица. Поэтому у общественного объединения могут возникнуть субъективные гражданские права и обязанности только после его государственной регистрации.

Определение понятия «общественное объединение», которое дано в ФЗ «Об общественных объединениях», было критически осмыслено в работах некоторых ученых. Давая определение общественного объединения, профессор С. А. Авакьян пишет: «Это существующие обособленно от государства самодеятельные самоуправляемые (самоуправляющиеся) объединения граждан для удовлетворения их общих интересов (запросов) внутри объединения и для достижения его целей во внешней среде методами и средствами, отвечающими природе объединения и не противоречащими закону»112. В своем определении С. А.  Авакьян указывает, что общественные объединения – объединения граждан, хотя не делает акцента на этом и не вводит обязательного индивидуального членства граждан в общественных объединениях. Далее он делает вывод о том, что категория юридического лица в ФЗ «Об общественных объединениях» использована не совсем к месту. Юридическое лицо не должно быть членом общественной организации. На наш взгляд, это принципиально важный вывод, который должен быть отражен при

...