Сакральные квесты. Зачем религия и мифология в видеоиграх
Леонид Мойжес

Толық оқу және тыңдау

Тегін үзінді

Кітап туралы Пікірлер6 Дәйексөздер55 Қазір оқып жатыр622 Сөрелерде

Видеоигры и религия — два мира, которые пересекаются гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд.
На экране мы сражаемся с монстрами, пришед¬шими из религиозных текстов и древних мифов, защищаем, соблазняем или уничтожаем богов — а иногда берем на себя их роль. Мы выстраиваем роскошные виртуальные храмы, руководим свя¬щенными войнами и примиряем враждующие груп¬пы верующих, раскрываем тайны запретных культов и реконструируем забытые религиозные тексты.
Эта книга — приглашение погрузиться в таин¬ственный и многогранный мир сакрального в играх и понять, как и почему мифы и религия влияют на нарратив и геймплей, а главное — как через вирту¬альные квесты раскрываются глубинные смыслы, формирующие нас самих.
Леонид Мойжес — преподаватель на направлении гейм-дизайна Московского института бизнеса и дизайна.

Видеоигры Программирование Игры IT-технологии

Жас шектеулері: 16+

Құқық иегері: АСТ

Түпнұсқа жарияланған күн: 2026

Басылым шыққан жыл: 2026

Баспа: АСТ нонфикшн

Қағаз беттер: 302

Ұқсас кітаптар

Артемий Козлов, К. Иероним, Мария ВаженичАрхитектура видеоигровых миров. Уровень пройден

Джейсон ШрейерКровь, пот и пиксели. Обратная сторона индустрии видеоигр

Сергей ЦилюрикFinal Fantasy: Истоки и развитие легендарной серии

Михаил КадиковДеконструкция виртуальных миров. Заметки о дизайне уровней легендарных видеоигр

18+

Никита АгаповРешения и последствия — «наше всё» видеоигр

18+

Александр ВетушинскийИгродром. Что нужно знать о видеоиграх и игровой культуре

Скотт РоджерсLevel Up! Руководство по созданию классных видеоигр

Ханна НиклинКак пишут игры. Теория, кейсы и практика для игрового сценариста

Наталья АндриановаСоздаем интерактивные истории. Творческий процесс на примере визуальных новелл в играх

Михаил КадиковПроектирование виртуальных миров. Теория и практика дизайна уровней

18+

Селия ХодентМозг игрока. Как нейронауки и UX влияют на дизайн видеоигр

Вячеслав Уточкин, Константин Сахнов, Дмитрий ТабаковХочу в геймдев! Основы игровой разработки для начинающих

Бенджамин БауэрПрофессия левел-дизайнер: Практическое руководство по созданию игровых миров

Джанни МолинароCastlevania. Наследие игровой саги

Джастин ГэриДумай как гейм-дизайнер. Творческое мышление и эффективное управление игровым проектом

Даниэль КуроПсихология с геймпадом. Как геймификация помогает в жизни. О видеоиграх, мотивации, внимании, зависимости и том, как игровые механики стали частью нашей реальности

18+

Джейсон ШрейерНужно больше золота. Взлет, падение и будущее Blizzard Entertainment

Энтони ФурньеDeath Stranding Хидео Кодзимы. Философия гениальной игры

Ольга КозловаГеймдев по классике: откуда берутся сюжетные приёмы в видеоиграх

Слава ГрисСделай видеоигру один и не свихнись

Кітаптың басқа нұсқалары1

Сакральные квесты. Зачем религия и мифология в видеоиграх

Леонид Мойжес

Сакральные квесты. Зачем религия и мифология в видеоиграх

Леонид Мойжесжәне т.б.

Филипп Матвеев-Витовскийжәне т.б.

Оқыдыңыз ба? Не айтасыз?

👍👎

Пікірлер6

Наталья Кольцовапікірімен бөлісті1 апта бұрын

👍Ұсынамын

💡Танымдық

Автор подчёркивает взгляд разработчиков и пользователей видеоигр, считающих, что религия и магия- это одно и то же. Это языческая парадигма. А христианство- культурообразующая религия- это именно духовная брань- борьба против магии. Возможно поэтому, магическая "религия" в играх- это враг. Но это абсурднейшая путаница, потому что... ещё в Торе заповедь "Не убий" имеет оговорку: казни подлежат 2 вида преступлений: скотоложество и ворожба (магия). Религия и магия- это нерримиримые антагонисты, их нельзя путать. Почему? Потому что в монотеизме человек- богоподобен. Это эволюционный потенциал. Реализация множества богоподобий (магия)- это ад нерешаемых конфликтов. Смысл религии- это именно предотвращение магического ада. Я не нашла в книге такого определения религии. Единственная цель религии: прежде выхода в астрал, подготовить души к раю, эволюционно расширить индивидуальную душу до всеобщности. Параллельно идёт жесточайшая борьба против всякой магии, освобождающей грешные (не эволюционирующие) души. "Сверхразумные" айтишники могут это уразуметь?

Комментарий жазу

Роман П.пікірімен бөлісті2 ай бұрын

👍Ұсынамын

💡Танымдық

Комментарий жазу

Елена Р.пікірімен бөлісті3 ай бұрын

👍Ұсынамын

Комментарий жазу

Дәйексөздер55

darinariдәйексөз келтірді1 апта бұрын

А паралелльно видеоигры ещё и обесценивают идею обсуждения и принятия ответственного решения при неполноте информации.

Комментарий жазу

darinariдәйексөз келтірді1 апта бұрын

Любопытно отметить, что при этом в политическом смысле BG 3 – игра чрезвычайно консервативная. Если идти по ней «добрым» путём, то на общественном уровне герои никогда не будут пытаться ничего менять – только сохранять и восстанавливать. Они защищают политическую власть во Вратах Балдура, защищают рощу друидов, снимают проклятие, царящее над отдельным регионом, восстанавливая всё, как было. Стремление к переменам и системная, а не индивидуальная критика общественного устройства служат маркерами антагонистов и орудием пропаганды тайных культов. Хальсин или Уилл могут рассуждать на тему проблем Врат Балдура и всего региона, где разворачиваются события, – но исправлять их они намереваются личными действиями, а не политическими преобразованиями.

Комментарий жазу

darinariдәйексөз келтірді2 апта бұрын

Пола Андерсона – автора романа «Три сердца и три льва». Роман Андерсона – классика жанра sword-and-sorcery: история о жителе нашего мира, американском инженере датского происхождения Хольгере Карлсене, который в годы Второй мировой переносится в волшебное параллельное измерение, вдохновлённое европейским, в первую очередь скандинавским фольклором. Центральный сюжет о противостоянии сил Порядка и Хаоса до какой-то степени воспроизводит восходящую ещё к романтикам борьбу между природой и цивилизацией, воплощающейся в противостоянии христианства и языческих чудовищ, но, что любопытно, Андерсон и его герой занимают сторону христианства и порядка. Карлсен принимает роль средневекового рыцаря[44], сражающегося со злом, и использует христианские амулеты и образы в своей борьбе.

Комментарий жазу